Stacks

На следующее утро Гейл совершил немыслимое. Он отпросился с работы, хотя на самом деле не был болен. Он даже не мог вспомнить, делал ли он когда-либо нечто подобное. Он был надежным человеком. Тем, кто обещал и всегда держал свое слово. Но сегодня утром он не мог смириться с мыслью, что ему придется улыбаться коллегам и посетителям библиотеки. Просто не мог. Именно так он оказался в постели в полдень, с Тарой, раскинувшейся на его груди. По крайней мере, она одобрила его действия: прижалась и мурлыкала без остановки с тех пор, как поняла, что он не собирается уходить. Он безучастно и совершенно не следя за сюжетом смотрел в телевизор, по которому шел один из фильмов про Мстителей. Янтарные глаза Астариона снова мелькали в его голове, пока он пытался (в который раз) понять, что же именно он сделал не так. Ведь что-то же он сделал. Он не хотел смотреть на него так, будто жалеет его или что-то в этом роде; он был просто искренне шокирован тем, что Астарион не мог поверить в слова Гейла о том, что ему не нужно делать то, что он делать не хочет. К этому времени он смог как следует все обдумать и понять, что в какой-то момент кто-то не услышал Астариона. От этой мысли все внутри неприятно сжалось. Никто этого не заслуживал. Никогда. Гейл вздохнул, отчего Тара издала протестующий писк, резко поднялась и опустилась обратно. Он попытался ее погладить, но она выгнулась, избегая его касаний, а затем спрыгнула с кровати и с высоко поднятым хвостом устремилась на кухню. Он не знал, что делать. Одна часть его хотела написать и извиниться, но другая часть, которая все еще пыталась правильно считывать сигналы, говорила, что это, скорее всего, только усугубит ситуацию. Может быть. Боги. Почему это так сложно? Он перевернулся, уткнулся лицом в подушку и застонал от разочарования. Только он решил, что лучше подождать и написать ему сообщение с извинениями позже, как вдруг из гостиной донесся негромкий звук. Заинтересовавшись, он потянулся в постели и неуверенно поднялся на ноги. – Тара? – окликнул он, ото всей души надеясь, что в квартире не притаилась еще одна мышь, хотя Тара считала, что тот единственный раз, когда мышь все-таки появилась, был самым лучшим моментом За Всю Ее Жизнь. Она выскочила из кухни и с радостным мяуканьем потерлась об его ноги. Он нахмурился и огляделся в поисках источника шума… …И тут его взгляд упал на лист бумаги возле входной двери. На мгновение он застыл, уставившись на обычный, сложенный вдвое тетрадный лист, но уже через секунду спешно поднял его. Глаза Гейла пробежались по строчкам один раз, второй, третий... – Ох... - выдохнул он, прислонившись к кухонной столешнице, не в силах сдержать улыбку. Гейл… Приношу извинения за свое неподобающее поведение и стремительное исчезновение вчера вечером. Как бы банально это ни звучало и как бы БОЛЬНО мне ни было это писать, проблема была не в тебе, а во мне. Если ты сможешь простить меня, я бы хотел увидеться. Астарион Ниже был указан адрес и время. Сердце Гейла заметалось в груди, он подхватил Тару на руки и расцеловал ее пушистую мордочку, несмотря на протестующее мяуканье. Казалось, надежда еще есть. *** Гейл с любопытством оглядывался по сторонам в поисках Астариона. Указанный на записке адрес привел его к фургону с едой, припаркованному на стоянке возле заправки. Площадка вокруг была огорожена, рядом стояло несколько деревянных столиков с зонтиками под ярко-красным тентом, который приподнимался от малейшего дуновения ветра. Гигантская меловая доска служила одновременно меню и вывеской, гордо заявляя, что в Chili's Tacos & Burritos подают лучшую в городе биррию. – Ты пришел, – раздался сзади знакомый голос. С улыбкой Гейл обернулся к Астариону. Он выглядел как всегда потрясающе; в его облике чувствовалась непринужденность, и Гейл прекрасно понимал, что ему такой никогда не достичь. Сегодня на нем были темные джинсы, черная рубашка с длинным рукавом, бордовая футболка и все те же, очевидно любимые, поношенные кожаные ботинки. – Да, – ответил Гейл, – ты прекрасно выглядишь, – сказал он и нежно коснулся его руки. К своему удивлению, Астарион покраснел. «Спасибо, дорогой», – сказал он, опустив взгляд себе под ноги, – «Надеюсь, ты не против?» – продолжил он, жестом указывая на фудтрак. – «Я знаю, что это место выглядит не совсем обычно, но они не шутят насчет лучшей в городе биррии». – Звучит аппетитно, – сказал Гейл. – Пойдем. Десять минут спустя они уже расположились за одним из деревянных столиков и внимательно осматривали свою еду. Астарион взял тако с биррией, которые до того божественно пахли, что Гейл даже немного пожалел, что заказал куриные начос, выглядевшие тоже весьма симпатично. К своему обеду он добавил замороженную «Маргариту» и успел сделать пробный глоток, пока Астарион открывал бутылку ананасовой газировки. – Черт, крепкая штука, – сказал Гейл, чувствуя вкус текилы на языке. – Впрочем неплохо. Хочешь попробовать? – спросил он, протягивая бокал Астариону. Астарион покачал головой, убирая со лба выбившийся серебряный локон. «Нет, спасибо, радость моя. Я больше не пью», – сказал он, обмакнул тако в консоме и откусил кусочек, хмыкнув от удовольствия. – А, окей, – сказал Гейл. – Извини. – За что? – спросил Астарион, приподняв бровь. – Ты же не знал. – И то верно, – согласился он, намазывая гуакамоле на чипсы. Следующие несколько минут они просто наслаждались едой, обсуждали сочетание вкусов, окружающую обстановку и другие ни к чему не обязывающие вопросы. Затем Астарион сделал большой глоток содовой и откинулся назад, скользя взглядом по Гейлу. – Я рад, что ты пришел, – наконец сказал он. – И... я искренне сожалею о произошедшем вчера. Я подумал, что нейтральная территория лучше подойдет для такого разговора. – Он доел последнее тако и вытер салфеткой пальцы, прежде чем продолжить. – Понимаю, что наверняка сбил тебя с толку, и прошу прощения за это. Просто я... – он осекся и вздохнул. – В последнее время я и сам немного растерян. Гейл съел еще немного чипсов, прежде чем ответить. «Все в порядке, правда. Я решил, что чем-то обидел тебя, но не знал, чем именно. Я... не слишком хорошо умею распознавать людские эмоции, так что я решил, что совершил какую-то ошибку». Астарион встряхнул головой с ироничной улыбкой на лице. «Дело не в тебе, а во мне, милый». – Так ты и сказал, – усмехнулся Гейл. – Но я рад, что ты решил попробовать еще раз. Я… заинтригован, – сказал он, чувствуя, как от такого признания к лицу приливает жар. – И сейчас тоже? Он бросил взгляд на Астариона. «Ты знаешь, что да». Откинувшись назад и вытянув руки над головой, Астарион ухмыльнулся, выглядя вполне довольным собой. «Почему?» – Ты просто... – Гейл остановился, размышляя. – Давай попробуем иначе, – предложил он. – Как насчет вопросов? Задаем по очереди, но и сам на них отвечаем, как тебе? – для храбрости он сделал еще один глоток «Маргариты». Астарион задумчиво посмотрел на него, а затем взял горсть чипсов с тарелки. «Только если можно будет отказаться от ответа, если вдруг захочется», – сказал он негромко, но Гейл заметил волнение в его глазах. – Конечно. – Тогда спрашивай, бусинка. – Любимый цвет? Мой – фиолетовый. – Красный. Последняя прочитанная книга? Моя – «Серебряные стрелы». – «Ученик убийцы». Фильм, который никогда не надоедает? «Общество мертвых поэтов». Астарион покачал головой. «Ты будешь смеяться». – Не буду. – Будешь. – Проверь. Астарион с досадой вздохнул и пробормотал: «Дьявол носит Prada». Он недоверчиво посмотрел на Гейла, ожидая его реакции. – Не смотрел, – признался он. – Но хочу посмотреть, – он допил «Маргариту», чувствуя, как сознание слегка уплывает. Астарион с облегчением усмехнулся, а затем спросил: «Торт или пирог? Мне лично все равно, лишь бы было много сахара». – Пирог. Желательно яблочный, – задумчиво произнес Гейл. – Любимое время суток? Раннее утро. – Вечер. Чем позже, тем лучше. Я вообще сова. Последний сериал, который ты смотрел помимо «Звездного пути»? Мой – «Предатели». Гейл вздохнул, покачав головой. «Теперь ты будешь смеяться. Я просмотрел "Во все тяжкие" меньше чем за неделю. Пришлось почти полностью отказаться от сна». – Не могу тебя винить. Сериал реально крут. Они улыбнулись друг другу, и Гейл снова посмотрел на Астариона, встретившись взглядом с этими великолепными янтарными глазами, после чего спросил: «Не хочешь прогуляться до парка? Он всего в квартале отсюда». – Я... да. С удовольствием, – сказал Астарион, поднимаясь на ноги. Он допил свою газировку и протянул руку Гейлу, уголки его рта дернулись в улыбке. Гейл улыбнулся в ответ и взял его за руку, чувствуя себя лучше, чем когда-либо. *** Переплетя пальцы, они направились к ближайшему парку. Молчание казалось таким естественным: Гейл почти чувствовал, как между ними разгорается трепетное предвкушение, и к моменту, когда они забрели в парк, его голова почти кружилась. Это был небольшой парк с несколькими тропинками, петляющими вдоль рядов деревьев, с фонтаном в центре, на бортике которого сидела стайка хихикающих подростков. В стороне находилась крошечная игровая площадка с качелями и разными конструкциями, по которым могли лазить дети. Астарион направился туда, увлекая за собой Гейла, и уселся на качелях. Солнце только начинало садиться, и он выглядел таким эфемерным, неземным, когда слегка раскачивался взад-вперед в золотистых лучах. Гейл устроился на соседних качелях и с небольшой издевкой в голосе спросил: «Хочешь, чтобы я тебя подтолкнул?» Астарион рассмеялся и встряхнул головой. «Нет, не надо, милый. Просто отсюда лучше видно закат». Он кивнул в знак согласия, наблюдая за тем, как солнце медленно садится за горизонт. Несколько минут они провели в тишине, прежде чем Астарион наконец спросил: «Какими были твои последние отношения?» Гейл несколько раз удивленно моргнул, прежде чем ответить. «Я встречался с женщиной по имени Мистра. Она довольно бесцеремонно бросила меня, потому что я не был достаточен для нее во всех смыслах. Слишком мало амбиций, слишком мало денег, слишком мало друзей – в общем, ты понял». Астарион фыркнул, нахмурившись. «Она явно плохо разбиралась в людях», – проговорил он. – «Мне кажется, тебя более чем достаточно, сокровище мое». – Ох… – Гейл слегка опешил от такого комплимента. – Спасибо, – наконец произнес он, а затем после долгой паузы спросил, – А у тебя? Астарион с грустным вздохом слегка оттолкнулся ботинками от земли, прежде чем ответить. «Его звали Кас», – наконец сказал он. Когда дальнейшей информации не последовало, Гейл спросил: «Почему вы расстались?» – Я... полагаю, мы никогда по-настоящему не расставались, – задумчиво протянул Астарион. Гейл потрясенно повернул голову в его сторону: ему казалось, Астарион не женат. – На самом деле нам не пришлось расставаться, – продолжил он. – Учитывая, что он сел в тюрьму за попытку убить меня. – Что??? – едва не упав с качелей, Гейл уставился прямо на Астариона. Все произошедшее вдруг обрело гораздо больший смысл: пугливость Астариона, его слова прошлым вечером... – Попытка убийства может испортить отношения, – сказал Астарион, пожав плечами, явно пытаясь преуменьшить... произошедшее между ними. – Это... боги, Астарион. Мне очень жаль, – искренне сказал он. Астарион кивнул, не спуская глаз с заходящего солнца. «У меня… много шрамов», – наконец произнес он. – «Лучше ты узнаешь об этом сейчас, чем позже... потому что… это испортит настроение, я уверен». Гейл моргнул, новая волна жара окатила его с ног до головы: то ли от ярости, то ли от возбуждения, то ли от всего вместе. Они посмотрели друг на друга, Астарион встал и поманил его за собой. «Давай пройдемся» – негромко сказал он и направился к ближайшей тропинке. Как только она свернула в сторону, Астарион притянул его к себе, прижал спиной к дереву и поцеловал. Одной рукой Астарион обхватил его за талию, другой уперся в ствол дерева, а ногой чуть раздвинул его бедра, стараясь придвинуться как можно ближе. Гейл вцепился в его плечи, шершавая кора врезалась в спину, но сейчас это его ничуть не волновало. Астарион прошелся поцелуями вдоль линии челюсти, спустился к шее, а затем вернулся обратно и приник к мочке уха. Гейл затаил дыхание, на выдохе из него вырвался тихий стон. – Астарион... – прошептал он, обхватывая руками его шею. – Нам не следует делать это здесь. Астарион захихикал, проводя языком по кромке его ушной раковины. «Делать что, радость моя?» – Это, – Гейл задохнулся, когда Астарион еще сильнее притерся к нему. – Черт... – Я могу остановиться, если хочешь, – пробормотал Астарион, снова прижимаясь к нему бедрами. Гейл со стоном впился пальцами в его плечо, пытаясь сдержаться и не двигаться всем телом ему навстречу. Очевидно, Астарион умел читать мысли, потому что он наклонил голову, слегка прикусил кожу в изгибе плеча и прошептал: «Давай, сладкий. Потрись об меня своим прекрасным членом». – Черт, – прохрипел Гейл, чрезвычайно радуясь, что сзади ему не дает упасть дерево, а спереди его держит Астарион. Не успел он толком все обдумать, как бедра сами подались вперед, и его уже до боли твердый член заскользил по бедру Астариона. Он вжался лицом в его шею, пытаясь заглушить стоны, которые так и норовили вырваться наружу. Он чувствовал горячее дыхание Астариона на своей коже и с радостью отметил, что ритм их вдохов почти в точности совпадает. И черт побери, но это только подстегивало его прижиматься к нему еще сильнее. Астарион, похоже, окончательно потерял терпение: его рука скользнула по животу Гейла вниз, в брюки, и крепко обхватила его член. Гейл почти отчаянно поцеловал его, позволяя стонам вырваться навстречу Астариону, который начал медленно дрочить ему. – О, тебе это нравится? – пробормотал Астарион, слегка повернув запястье и проведя большим пальцем вдоль щели на кончике члена, откуда уже начала сочиться смазка. Гейл судорожно кивнул, полностью потеряв голову от этого удивительного и прекрасного мужчины, чьи прикосновения были именно тем, чего он жаждал, но уже не надеялся получить. Все закончилось так же быстро, как началось: Астарион прильнул к нему, быстро и неровно выдыхая. – Что не та… – начал было Гейл, но тут же умолк, уловив выражение лица Астариона. В его глазах плескались жар и похоть. – Мы можем пойти к тебе? – спросил Астарион, упираясь лбом в дерево позади него. – Потому что, если мы этого не сделаем, я уверен, что нас арестуют за непристойное поведение. Просить дважды не пришлось. Не обращая внимания на боль в члене, он схватил Астариона за руку и потащил прочь из парка, надеясь, что они смогут быстро преодолеть два квартала до его дома. Перспектива выглядела сомнительной: всю дорогу они с трудом сдерживали желание наброситься друг за друга. – Или мы можем остановиться в этом переулке, – размышлял Астарион, пока они стояли на перекрестке. – Или за тем фургоном... – Астарион, – зашипел Гейл, борясь с собственными порывами. – Я просто предлагаю тебе варианты, дорогой... – Из-за тебя нас арестуют, дорогой... Астарион беспомощно хихикал, пока Гейл вел его за собой, благо, что до дома оставалась всего пара шагов. Мгновение спустя он уже отпирал дверь и подхватывал Тару, которая пыталась проскользнуть наружу. Гейл как можно аккуратнее поставил ее на пол, а уже через секунду Астарион прижал его спиной к двери, запустил руку под рубашку, оглаживая обнаженную кожу, и застонал сквозь смазанный, беспорядочный поцелуй. Гейл на минуту засомневался, смогут ли они вообще добраться до спальни, если продолжат двигаться в таком темпе: Астарион стянул с него рубашку, а в какой-то момент потерял и свою, пока они, пошатываясь, шли по коридору, и уже в спальне стянул с себя футболку. Гейл сумел развернуть их так, чтобы прижать Астариона к кровати, и, забравшись на него сверху, провел руками по его бокам, любуясь гладкой, мраморно-бледной кожей и острыми линиями пресса, которые наконец-то предстали его взору. Астарион потянул его брюки вниз, и Гейл тут же снял их, отбросив куда-то в сторону. Внимание Гейла перешло к джинсам Астариона: пуговицы никак не поддавались, и тогда он сам ловко расстегнул их и отправил в растущую кучу одежды на полу. Гейл присел и, глядя на него сверху вниз, медленно провел руками по бледным бедрам, плоскому животу и груди. «Ты прекрасен», – шептал он, пока губы скользили по коже. Взгляд Астариона затуманился, и он застонал, выгнув бедра навстречу. «Пожалуйста, скажи, что у тебя есть смазка», – задыхался он. Гейл жестом указал на тумбочку, и Астарион принялся перебирать содержимое ящика, пока не нашел нужный флакон. Гейл сдвинулся ниже, лег на живот между его ног и огладил рукой его напряженный член, все еще сдерживаемый тканью нижнего белья. – Можно? – спросил Гейл, оттягивая резинку. Астарион утвердительно кивнул, и Гейл стянул его трусы вниз, обнажив поистине великолепный член. Идеальная длина, достаточная для того, чтобы целиком поместиться во рту, и достаточная толщина, чтобы Гейл почувствовал слабость в коленях. Головка приобрела темно-розовый оттенок, из щели вытекала блестящая смазка. Гейл позволил себе пару секунд полюбоваться им, прежде чем взял в рот: ему еще не доводилось так ласкать Астариона, и он хотел сделать все правильно. – О, черт... – Астарион тяжело выдохнул, когда Гейл несколько раз нежно поцеловал головку, а затем слизнул с нее соленую жидкость. Было приятно впервые за несколько лет ощущать член у себя во рту. Он медленно и чувственно провел языком по всей длине ствола, затем принялся выписывать круги на головке, и только после этого погрузил член в рот до конца, простонав от удовольствия. Руки Астариона запутались в его волосах, и боль от натяжения была такой сильной и такой желанной одновременно. Гейл радостно застонал: он терял себя в удовольствии от ощущения члена Астариона во рту и его пальцев, скользящих по волосам. Он продолжал двигаться – опускал голову и втягивал щеки, заставляя Астариона сжимать руки еще крепче. Отстранившись, Гейл медленно провел языком по нижней стороне его члена, и Астарион слегка дернулся от этого ощущения. – Черт возьми, Гейл... – зашипел он. – Стой, стой... Гейл тут же остановился и встревоженно взглянул на Астариона: он раскраснелся, на обычно бледных щеках выступили яркие пятна, дыхание сбилось. «Ты в порядке?» – неуверенно спросил Гейл, пытаясь понять, что на этот раз пошло не так. Астарион ответил ему затуманенным, ошеломленным взглядом. «Радость моя, я более чем в порядке. Но если ты продолжишь в том же духе, все закончится слишком быстро, а мне бы этого не хотелось. У тебя чрезвычайно талантливый язычок». – Оу, – щеки Гейла моментально зарделись. Ему и раньше делали подобные комплименты, но он считал, что мог растерять навыки за годы без практики. Видимо напрасно: как невозможно разучиться кататься на велосипеде, так и тут все вернулось назад без особых усилий. Астарион протянул ему смазку, приподняв одну бровь. «Мне сделать все самому или предоставить эту честь тебе?» – он сел, аккуратно заправил за ухо прядь волос Гейла, а затем поцеловал его настолько целомудренно, насколько это было возможно, учитывая контекст предложения. Гейл взял флакон и выдавил на пальцы щедрую порцию. Он осыпал живот Астариона поцелуями, спустился ниже к серебристым завиткам, обрамляющим его член, провел носом по бледным бедрам и нежно прижал к отверстию влажную от смазки подушечку пальца. У Астариона перехватило дыхание, когда Гейл медленно и аккуратно протолкнул внутрь весь палец вплоть до основания, старательно растягивая его. – Вот так... боги, да... – прошептал Астарион и откинул голову назад от наслаждения, стоило Гейлу ввести два пальца, развести их в стороны и согнуть, нащупывая простату. Не удержавшись, он провел языком по нижней стороне его члена, оставив на нем широкую мокрую полосу. Астарион издал очередной сладкий стон, приподнял ногу и настойчиво потянул Гейла за волосы. – Еще... – задыхался он. Гейл с радостью подчинился и принялся растягивать его уже тремя пальцами, чувствуя, как мышцы Астариона расслабляются вокруг них. Он снова взял в рот головку его члена и слизал с нее каплю выступившей соленой жидкости, заставив Астариона еще раз громко выругаться. – Гейл, – задыхался он, с силой сжав меж пальцами пряди его волос. – Иди сюда и трахни меня, – скомандовал он. Он в последний раз облизал налившийся и покрасневший член Астариона, после чего сел, вскрыл упаковку презерватива, раскатал латекс по всей длине и смазал себя еще раз. Горящими от похоти глазами Астарион наблюдал за ним, одной рукой неторопливо поглаживая свою эрекцию. Гейл выровнял свой член напротив входа Астариона и поднял на него взгляд. «Да?» – еще раз спросил он для полной уверенности. – Трахни меня, – голос Астариона звучал почти отчаянно. Он завел ногу Гейлу за спину и с силой подтолкнул его себе навстречу. Гейл медленно вошел в него, с шипением втягивая воздух от наслаждения. С его последнего раза прошло уже немало времени, но ему хватило ума вспомнить, что нужно замедлиться и подождать, пока Астарион расслабится. Он несколько раз толкнулся внутрь, медленно и аккуратно, желая убедиться, что никто не испытывает дискомфорт, а затем всем телом опустился на Астариона, нежно поцеловал его и начал двигаться, входя до самого основания. Адово пламя, он ощущается просто потрясающе… С нежным стоном Астарион скрестил лодыжки за спиной Гейла, еще больше подстегивая его. Одной рукой он схватил Гейла за плечо, другой за голову, притягивая к себе для обжигающего поцелуя, скользя языком внутрь, а затем прикусывая его нижнюю губу. – Боги, как же прекрасно чувствовать тебя внутри... – Астарион задыхался, выгибал бедра навстречу медленным, уверенным движениям Гейла, подставлял шею его пальцам, позволяя им вновь и вновь путаться в серебре его локонов. В память Гейла прочно впечатывался вид Астариона, то, как с каждым толчком он все сильнее распадался под ним на части. Гейл стремительно приближался к краю. На его ладони еще оставалась смазка, он потянулся к ставшему влажным от предэякулята члену Астариона и несколько раз провел рукой вверх-вниз в такт своим толчкам. Дыхание Астариона сбилось, и Гейл уловил проблеск – шока? удивления? – в его глазах, прежде чем он вскрикнул и излился в руку Гейла и себе на грудь. Гейл застонал, ритм движений стал неровным, когда колечко мышц сжалось вокруг него, мгновением позже он последовал за ним и кончил, тяжело дыша. – Черт… – успел сказать Гейл, прежде чем осторожно вышел из Астариона и рухнул рядом на кровать. Астарион перекатился и устроился на его плече, все еще пытаясь перевести дыхание. Пальцы Гейла вплелись в его влажные от пота кудри. Кажется, у меня не осталось сил. Астарион провел рукой по волосам на груди Гейла и с довольным вздохом прижался к нему. – Хорошо? – спросил Гейл, другой рукой поглаживая спину Астариона. – Очень. А теперь заткнись и дай мне насладиться моментом. Гейл фыркнул от смеха, его пальцы все еще путались в кудрях Астариона. «Это я могу сделать». – Ты все еще говоришь. – Прости... – Гейл... Астарион уперся подбородком в грудь Гейла, и когда взгляд янтарных глаза встретился с темно-карими, они оба, не сговариваясь, рассмеялись. Гейл взял салфетки с тумбочки, чтобы немного привести себя в порядок, а затем натянул на них одеяло. Явно довольный Астарион вновь прижался к нему, а Гейлу только и оставалось, что смотреть в потолок и глупо улыбаться. Может быть – может быть – все получится.