Снежная Мимоза

Глава 31. Оковы заключения.              Мерседес ехал вдоль улиц Нижнего Клинтона неторопливо, будто вживую наслаждался юной весной и ветерком, наполняющим просторный салон свежестью. Сидеть здесь и правда было удобно — даже не смущало присутствие самого загадочного из знакомых незнакомцев под боком. Почти не смущало.       — Так значит, мы едем в участок, чтобы… — Салли нервно постучала кулаками по голым коленкам, — …я разобралась со своей айди. Верно?       — Верно.       — И это всё?       — Неверно. — Мейсон, вальяжно откинувшись на спинку, с одной рукой на руле, а второй в окошке — усмехнулся: — Ты ведь предположила, что я время тяну, да? Вот вторая причина. А есть и третья.       — Ага. Ясно. Очередные загадки… — сощурилась Салли. Она заметила ещё на улице, как тот постоянно оглядывался по сторонам, как временами доставал телефон и писал кому-то. — А ты точно в участок меня везёшь? Может, мы едем в логово местного Змея Горыныча, а я — принцесса на съедение?       — Логово Горыныча? В яблочко, их участку подходит. Дракончик правда этот обычно принцесс спасает. — Мейсон пошарился в бардачке мерседеса — тёмном и маленьком. Протянул Салли карточку. — На. Пусть лучше это у тебя будет, чем в моей машине.       — Это чё?.. — она принялась крутить карточку в руках и разглядывать на свету, словно проверяла драгоценный камень на подлинность. — «Полицейский департамент Эмпайр Сити номер семь». Старший сержант Уолтер Сандерс? Хм… Мы к нему едем?       Мейсон кивнул:       — Ну что, вызвало немного доверия?       — М-м… — Салли скривила губу. — Не знаю. А вдруг ты эту визитку украл?       — Конечно. И не только её. У меня таких вещей целый багажник. Взглянуть хочешь?       — А вот это уже жутко. Если щенков и конфетки начнёшь предлагать — выпрыгну из машины!       — Только не разбейся.       Какое-то время они ехали в молчании — неловком, вероятно, лишь со стороны Салли. Она рассматривала высотки и многоэтажки Клинтона до тех пор, пока не стало скучно, и вскоре вновь подала голос:       — А этот сержант Сандерс… Почему именно он?       — Без него я не нашёл бы тебя.       — Меня ещё и искать пришлось… Всё очень сюрреалистично.       Мейсон помолчал с полминуты, задумчиво барабаня пальцами по рулю.       — Думаю, эта информация не навредит. Скорее, даже обезопасит. — Он нахмурился, не отрывая глаз от дороги. — Сэнди и Харви Макдональды украли не у тех людей не ту вещь. Очень важную и маленькую вещь. Я избавлю тебя от лишних подробностей, просто знай: ты стала инструментом в чужих руках. Харви использовал вашу с Сэнди схожесть в своих умыслах. Ему нужно было незаметно вынести вещь из здания. И как ещё это сделать, если не вынудить тебя уйти из театра в чужом костюме?       Хмурая, мрачнее любой тучи, Салли молчала. Она получила ответы на свои вопросы, но тревога только нарастала.       «Это он испоганил мою одежду… Я думала, Билли. Просто, чтобы отомстить…»       — Харви должен был забрать костюм через некоего Мэттью. Ты его знаешь.       — Мэттью… — проскрипела Салли сквозь зубы, представляя, будто ломает в руках орех. — Знаю его, а лучше б нет.       — Что ж, из-за меня их план обломался. Только вот… — Мейсон вдруг усмехнулся. — На тот момент я не знал, как всё обстоит на самом деле. Видел лишь то, что позволили увидеть. И поэтому…       — Подозревал меня, — закончила Салли, пересекаясь с ним взглядами.       — Всё так. Пока не увидел подтверждение своими глазами — верил, что ты замешана. И всё же… я не ошибся. Вещь у тебя. Была. Ведь костюм ты выкинула.       От лёгкого холодка, проскользнувшего в голосе, Салли напряглась, вжавшись в сиденье. На лбу выступил пот. Она взволнованно пробормотала:       — Ну конечно, зачем мне врать?.. Костюм был испорчен. Я его выкинула. Откуда мне было знать, что там что-то лежит…       — Я верю, — Мейсон не смотрел в её сторону. — Найди ты ту вещь — разговор был бы коротким. И вела бы ты себя совсем иначе.       «Что ж это за вещь такая, раз вокруг неё столько шума… — ужаснулась Салли. — Неужели он думает, что она до сих пор в костюме? Я выкинула его, выкинула! Всё! Не найти».       Вероятно, Мейсон заметил её растерянность.       — Салли. Тебе нужно расслабиться.       — Да тут, блин, расслабишься! Я стараюсь, не видно? Как иначе?..       — Никак, верно. Очень понимаю. Но я разберусь. Здесь тоже можно сказать: никак иначе.       Откуда в нём было столько уверенности? В себе, в словах, в действиях. Он что, робот? Отчего-то подобное всё же располагало, и Салли выдохнула:       — Ладно, я поняла, кто ты. Можешь больше не секретничать.       — М-м? — в серо-чёрных глазах мелькнул интерес. — И кто же я?       — Частный детектив!       Мейсон не отреагировал. Почти. Так ей показалось. На деле же его глаза распахнулись на долю секунды, а брови изумлённо дрогнули.       — С чего такие выводы?       — А как ещё объяснить твою шпионскую натуру? — Салли уверенно закивала. — Сам смотри: таинственный, загадочный. Одет в чёрно-серое, как в нуаре. Ещё ты сотрудничаешь с полицией и раскрываешь дело о воровстве. Ну, и мне помогаешь, конечно же! Это достойно звания детектива.       Мейсон молчал, словно не знал, что сказать. Однако стоило ему глянуть на Салли с лёгким любопытством — не злым или испытующим, — он хмыкнул:       — Хорошая теория, но есть нюанс. Детективов с такой внешностью не существует.       «И всё-таки у него явные комплексы!» — Салли чувствовала себя самым гениальным психологом современного поколения.       — А внешность причём? Я говорю о том, что вижу.       Мейсон усмехнулся, не переставая щурить глаз:       — Твои суждения обо мне крайне очаровательны, Салли Моррисон. — На очередном произнесённом вслух имени её лицо вспыхнуло: он знал, что делает. — Есть и другие «но». Я не дружу с полицией.       — А сержант Сандерс?       — Он уникальный случай. И пусть это будет нашим секретом, хорошо?       Что-то зловещее пробежало в голосе Мейсона, и Салли похлопала глазами, не зная больше, какую из сотен эмоций применить. Вместо этого она подумала об их прошлой встрече.       — Последний вопрос, мистер детектив, и я отстану.       — Спрашивай.       — Когда мы стояли у меня дома… ночью. Одни. Ты искал тот предмет?       — Да.       Он напрягся.       — И ты не знал, что его мне подкинули?..       — Нет.       — Ну а если бы знал… что бы ты сделал? Мейсон. — Салли смотрела на него, распахнув глаза-янтари так широко, будто две воронки. — Всё, что происходит, имеет отношение к тем словам. Так? Когда ты спросил, знаю ли я, что такое… «Снежная»-…       — Приехали.       Мейсон оборвал её одним громко произнесённым словом и вышел из автомобиля, взмахнув серым в клетку пальто. Всё, что оставалось Салли, — это разъярённо сжимать челюсти, стуча себя кулаками по ногам:       «Ну это же просто невозможно! Какой чертила! Чертила-чертила-чертила!»       Мейсон обошёл автомобиль с другой стороны, открыл дверь и теперь, оперевшись боком, со смешинкой в чёрных глазах поглядывал на неё сверху вниз:       — Сколько ещё раз повторять, мисс Моррисон? Не всё сразу.       Салли выпрыгнула из авто, игнорируя наглые выпады с гордо запрокинутым подбородком.       — Всё, веди принцессу в логово дракона. Я устала ждать!       Мейсон ловким жестом поставил авто на блокировку. Надел очки.       — Милости прошу…       — К вашему шалашу, — Салли поправила козырёк кепки на лбу и первая направилась к зданию. Он вздохнул. Пошёл следом.       Вдвоём, не глядя друг на друга, мужчина и девушка двинулись вдоль восьмой улицы Нижнего Клинтона мимо десятка припаркованных бело-синих авто. А впереди, маня светом из-за стеклянных дверей, располагалось строение со звездой и большой сияющей семёркой.       ㅤ

***

      ㅤ       Десятью минутами ранее. Полицейский департамент.       За громоздкой стойкой регистрации девушка в строгой форме перебирала в руках то одну телефонную трубку, то вторую, пока её монотонный голос бормотал:       — Здравствуйте… Минуту, соединяю… Добрый день… Нет, это седьмой участок, вам нужен девятый… Соединяю… Здравствуйте… Одну минуту, сейчас он подойдёт… Алло…       Рядом сидел её коллега в точно такой же тёмной форме, а перед ним — очередь горожан. Один жалобным голоском рассказывал о драке с сыном-наркоманом, другой выкрикивал через толпу: «Быстрее, пожалуйста! У меня нет времени ждать!» — ещё одна дамочка нервно накручивала круги по полу, а неопрятный мужчина в углу жаловался на мажущие чернила. От бесконечного пиликанья телефонов и возгласов десятка голосов общественный вестибюль седьмого полицейского департамента всегда был местом шума и суматохи. Впрочем, как и само отделение. Жизнь здесь кипела, как в муравейнике.       На миг девушка оторвалась от трубки, завидев человека у кофейного автомата. Она махнула рукой:       — Эй, Уолтер? Есть минутка?       Уолтер Сандерс резво мотнул головой:       — М-м? А, Робин. Да-да. Что такое?       — Аккуратнее! Кофе горячий. Сэмюэлс уже обжечься успел… — Робин прищурилась, глядя, как Уолтер перекидывает картонный стакан из одной руки в другую. Затем вздохнула с трубкой, зажатой между плечом и ухом. Она не отвлекалась от работы даже на секунду. — Слушай, тебя Бекки спрашивала. Звонила минут пять назад. Она скоро должна быть здесь.       — Бекки? — На лбу Уолтера пробежала складка. — А зачем, не уточнила?       — Нет. Алло, да, я слушаю… Только упомянула Рокси.       Удивление стало ещё более явным.       — Ладно, пойду встречу её. Спасибо.       — Всегда пожалуйста. Да, я вас слышу, сейчас перенаправлю…       Уолтер вздохнул, разминая плечи и шею, и в грузном настроении покинул вестибюль, не обращая внимания на обжигающий кончики пальцев стакан кофе. Если он срочно понадобился кинологу Ребекке — дело не сулило ничем хорошим. Ступая на порог офисных помещений, хмурый Уолтер размышлял о чём-то своём, почти не замечая ни забитых папками с бумагами компьютерных столов, ни вырезок с новостных сводок, ни собственных коллег, ведущих разговоры.       — Эй, Сандерс! Аккуратнее с кофе. Я уже так обжёгся — ещё и залил, блин, весь утренний отчёт… — крикнул, пыжась, толстячок с жетонами офицера.       — Ну что ты оправдываешься, Сэмюэлс? Так и скажи: «Я специально испоганил бумаги, чтоб не работать», — усмехнулся долговязый мужчина с усами в ответ — на нём были нашивки детектива.       — Иди ты…       — Лучше иди ты — и помоги мне, — ворвался ещё один, поправляя очки на остром, как осиный кол, носу. — Опять система зависла. Тим, можешь что-нибудь сделать?       — Что за ядерный реактор ты там запускаешь?..       — Всего лишь годовой график.       — Так щас же март. Зачем он тебе?       — Я не хочу опять дотянуть до Рождества и всю ночь просидеть с бумажками. Начну заполнять уже сегодня! Так поможешь или нет?       — Эх, Скотт-Скотт, такой ты… скот. У меня тоже невпроворот дел. Кто будет улики новые сопоставлять? Ты, что ли? Почему к Робин не обратишься?       — Да с ней это всё затянется на несколько часов. А так быстро сделаешь благое дело.       — И ведь не поспоришь…       Кто-то крикнул почти над ухом, уже обращаясь лично:       — Сандерс! Что там у тебя было в воскресенье?       — А?       Уолтер задумчиво обернулся, чуть не плеснув на рубашку коллеги кофе. Это был Чак Мёрфи — один из двух сержантов участка, включая его самого.       — Эй, аккуратнее! До ближайшей химчистки два квартала.       — Прости, задумался…       — Не о Рокси, случаем? — При виде нахмурившегося коллеги Чак закивал. — Да, слышали, что вчера было. Сайкс этот не из робкого десятка. Не переживай. Она крепкая девочка. Выкарабкается.       — Спасибо… Так что ты спрашивал?       — Уолт, только не пойми неправильно, — Чак вздохнул, потирая меж пальцами чёрную переносицу. — Ты забыл тогда, да? Об игре.       — Об-… Ничего я не забыл, — он недовольно поморщился. — Занят был, да и только.       — Чем? — тот искренне удивился. — С утра ты сказал, что свободен. Потом, когда я уходил, ты уселся за компьютер. Но у тебя же только протоколы оставались. Это не так много.       — К чему ты клонишь? — Уолтер отстранился: ему не нравился этот разговор. Но Чак среди всех коллег был самым приятным напарником — не хотелось ему грубить или возмущаться.       — Да ни к чему такому. Просто не обещай в следующий раз, лады? Мой сын не игру больше ждал, а с твоими племяшками хотел встретиться. Отправил бы их со мной. Ничего б не случилось! — Чак прищурился, будто пытался ухватиться за что-то в мимике и жестах Уолтера.       — Я знаю, но ты же сам понимаешь: у меня нет времени на отдых. Мне нельзя расслабляться, потому что я-…       — Ты стремишься к должности лейтенанта, да-да, — Чак вздохнул, теребя кучерявые волосы. Затем он улыбнулся, словно смахнул лёгким жестом с тёмного лица разочарование. — Всё у тебя получится, дружище, только не забывай про отдых. Да, я прекрасно знаю, как много времени отнимает работа, но у всех складывается впечатление, будто ты на ней женат! У меня в том числе.       — Благо я не женат ни на ней, ни на ком-либо ещё, — с усмешкой закатил тот глаза.       — Не торопись с выводами. Никогда не знаешь, какая дамочка подвернётся на пути! Я так встретил свою жену и, о мой Бог, эта женщина…       — Хорошо-хорошо, я тебя понял, — Уолтер отпил остывший кофе, важно махнув рукой. — Лучше скажи: Бекки не приходила? Я ей зачем-то нужен.       — Зачем-то… замуж?.. — Чак улыбнулся во все тридцать два: Уолтер всегда подмечал, как необычно выглядели его белоснежные зубы на фоне чёрной, как горький шоколад, кожи. — Ладно, не смотри на меня так. Просто шутка. Я её не видел.       — Ну-ну… Ладно, если что — я в кабинете.       — Ага, — Чак кивнул, проводив напарника взглядом. Затем окликнул: — Эй! На этих выходных играют «Эмпайр Патриотс». Против «Скотленд Юнион». Пойдёшь? Если, конечно же, найдёшь время.       — Я… — Уолтер закусил губу, лукаво улыбаясь. — Подумаю.       — Обманщик. Ладно, жду вердикт. На этот раз без ложных обещаний! И кстати… игру «Орлов» я оставил у тебя на рабочем столе. Вдруг захочешь показать племяшкам? Особенно Джерри — он же у тебя фанат.       — А вот за это спасибо. Увидимся.       Не теряя драгоценного времени, с остатками остывшего кофе в руках Уолтер спрятался за дверьми кабинета.       ㅤ       Каждый полицейский департамент и его организация в пределах города, а то и всего штата, отличались друг от друга в мелочах. Общий зал с десятком компьютерных столов отдавался обычно офицерам и детективам. На двух сержантов был рассчитан отдельный кабинет — стол Уолтера по старшинству должности стоял отдалённо у окна. Ещё один кабинет — двум лейтенантам. Ну, а капитан сидел в своём собственном огороженном помещении, ещё и украшенном, как настоящий музей. Седьмой участок отличался свободным взглядом на архитектуру и интерьер. За десять лет Уолтер проработал не в одном отделении полиции, и здешнее местечко приходилось ему по душе.       Стол Чака пустовал: сегодня он возглавлял небольшой отряд офицеров, и вот-вот те отправятся на рейд, — поэтому кабинет (и, конечно же, все бумажные обязанности) были в распоряжении Уолтера. Он поставил кофе на стол, снял пиджак, бросив на крючок. Теперь на нём были лишь брюки с рубашкой, верх которых плотно обтягивала полицейская портупея. Кобура крепилась под боком — пустая, ибо сам пистолет лежал в оружейном шкафу. За годы постоянных тренировок, беготни и нагрузки тело Уолтера окрепло из когда-то юношеской хрупкой «тростинки» в надёжный уверенный «стебель» — пусть он и был в собственных глазах самым обычным мужчиной. И сейчас чуть огрубелые пальцы в мозолях тарабанили по подоконнику, пока сам он задумчиво глядел в окно.       «Ну и козёл же ты, Ли… Искать Мэттью в гадюшнике Холбрука, чтобы дать фору времени? Тьфу! Вот так и помогай потом», — крутились мысли в голове.       Вчерашняя вылазка оказалась не самой приятной на его опыте. Когда дело касалось наркотиков, верным компаньоном полицейского всегда становился тот, кто обладал невероятным чутьём. У Уолтера как раз имелся такой — а вернее, такая коллега, ведь доберман по имени Рокси была его верной помощницей на протяжении уже десяти лет. С самого щенячества она служила ему правдой и нюхом, была его первой напарницей, и именно Рокси застала общее криминальное прошлое Уолтера и Мейсона Ли.       Неужели… вчерашний инцидент стал фатальным?       Он помнил всё, как наяву. Выезд с пухленьким Сэмюэлсом в качестве напарника. Весёлый лай Рокси в машине. Холбрук, ночь. Закрытый для всех клуб. Ордер на обыск. Помнил малое количество лиц внутри и напряжённые взгляды. И помнил, как виновник всего случившегося — этот Мэттью Сайкс, чёрт бы его побрал, — угрожающе рявкнул: «А псина тут нахера?.. Это угроза? Убери свою шавку, мусор! Убери!» Мэттью кричал и махал руками. Для краха не пришлось прилагать усилий: у доберманов хороший нюх, а у Рокси — исключительный, и учуять наркотики ей не составило труда. Как не составило труда для Мэттью вытащить из кармана нож, направив его прямо в сторону собачьего брюха. Чудом удар пришёлся наискосок. Не застрял нигде в тканях, не коснулся внутренних органов. И Рокси, успевшая до крови цапнуть Мэтта прямо в руку, потеряла сознание. Уолтер помнил всё, что было дальше, едкими кислотными пятнами в голове. Нападение остальных бандитов: в Холбруке полицию не жаловали. Помнил стрельбу и поимку. Допрос. Но отчётливее всего помнил вид измученной и побитой Рокси, лежащей на холодной кушетке. Он не показывал ни перед кем слабость — тем более перед чёртовым Ли. Но сейчас? Волнение и страх за напарницу так и стремились выплеснуться наружу.       И всё же Уолтер не верил в плохой расклад. Упрямство было его вторым именем, и сейчас оно твердило: всё будет хорошо.       Внезапно в дверь постучали.       — Ку-ку? Есть кто?       А вот и кинолог.       ㅤ       — Входи, Бекки, — почти крикнул Уолтер, усаживаясь в кожаное кресло, за пару лет запомнившее тело своего хозяина. — Что-то случилось? С Рокси?       В кабинет прошла Ребекка — высокая, хорошо сложенная женщина. Каждый её шаг был чётким и стройным, а милое лицо серьёзным, словно его обладательница знать не знала, что такое юмор. Служительницу закона распознать было очень легко.       — Пока переживать не о чем. — Получив молчаливый кивок, она села напротив. — Её привезли в медпункт не в лучшем состоянии, но сейчас она бодренькая. Идёт на поправку. — Бекки слегка улыбнулась. — Ей не понравился запах лошадей. Рядом с медпунктом же денники. Мне сказали, Рокси недовольно рычала, когда её катили мимо.       Уолтер хмурился, глядя на Ребекку туманно. Из его головы никак не мог выйти образ замахнувшегося ножа. Не мог выплыть из памяти жалобный собачий скул. Но тёплые слова чуть ослабили узел напряжённых мыслей.       — Спасибо, что заботишься о ней. Но если с Рокси всё хорошо, почему ты приехала?       — Обсудить ситуацию. — Бекки нахмурилась. — Ты ведь понимаешь, что… Рокси уже не молодая. Она твоя напарница и хорошо несёт службу, с этим я не спорю. Но…       Уолтер пробежался глазами по грамотам и наградам, висящим на стене. По фотографиям. Не одна, а множество были именно с Рокси.       — Скажи прямо, — он вздохнул, откинувшись на спинку. — Она больше не сможет работать?       — Угадал.       — Бекки?.. — Уолтер поджал губы. — Объяснишь?       — Не злись, всё не так плачевно, — Ребекка одобрительно, но грустно улыбнулась. — Рокси поправится, выздоровеет. Ещё какое-то время сможет работать. Но потом… возраст возьмёт своё. Десять лет — не маленькая цифра, Уолт. Тем более для служебной собаки. Ранений у неё тоже было достаточно. Скоро встанет вопрос, что с ней делать дальше. Куда отдавать. Либо в питомник, либо кто-то из служащих-…       — Я возьму, — он твёрдо кивнул, не раздумывая ни секунды.       — Ты?.. — Бекки похлопала глазами, и на миг с её лица спала маска хладнокровия. — Но ведь у тебя уже есть Бруно. И племянники. Ты уверен?       — Рокси моя напарница уже тысячу лет. Я не смогу спать спокойно, зная, что она живёт под боком чужого человека. Или в одиноком приюте. Она станет членом семьи, как стал Бруно однажды, — ещё когда мой дед был в своём уме. И как стали-… Неважно. Никаких больше приютов. Ни-ка-ких.       Последние слова он произнёс по-особенному чувственно, выдавая лёгкую эмоциональность в голосе.       — Знаешь, Уолтер… — Ребекка дёрнула руку к сердцу в неосознанном жесте и тут же убрала её. — Иногда я тебе поражаюсь. Задаюсь вопросом: «И что такой, как он, забыл в нашей полиции?» Без упрёка, не подумай. Я искренне удивляюсь. И… радуюсь. Даже среди нас могут быть такие кадры, как ты. Это обнадёживает.       Уолтер позволил себе улыбнуться — осторожно, неуверенно. Он понимал, что не заслуживал таких слов. Ведь если бы только все знали, в чём заключалась его «двойная жизнь», — осмелились бы они произнести подобное вновь?..       — Спасибо, но это лишнее.       — Не сказала бы. Но прости, если смутила.       — Да ничего, — он расслабился, придвигая к себе папки с документами.       — Ну и славно. Тогда… кхм… — Бекки вдруг странно замялась. — Может, ты захочешь…       Крайне непривычно было видеть на такой суровой женщине — в служебной форме, с короткой армейской стрижкой и вечно холодным лицом — смущение. Уолтер даже оторвался от бумаг, глянув на неё удивлённо.       — Что такое?       — Ты свободен в эту субботу?       — Что?.. — он округлил глаза. — Это приглашение? На сви-…       — Нет! — Бекки громко прокашлялась. — Нет. Я имела в виду прогулку с собаками. В Центральном парке. Чтобы познакомить Рокси и Бруно: раз ты планируешь её забрать, им нужно начать привыкать друг к другу. Она моя подопечная, я несу ответственность. А ей как раз полезен свежий воздух…       — Оу. Точно-точно, ты ведь… кинолог, — Уолтер выдохнул. — Тогда я не против. Только сначала мне нужно узнать, в какой день матч «Эмпайр Патриотс». Я уже почти пообещал Мёрфи вместе сходить на игру.       И всё же внезапная мысль о свидании не смогла выйти из головы так просто. Ему не нравилось это, не хотелось. Он предпочёл бы не иметь подобных дел больше ни с кем — ведь одна такая уже надёжно засела не только в его голове, но и в израненном сердце, и мучала каждый день до сих пор.       — Кхм. Всё в порядке. Нет проблем, — Ребекка торопливо поднялась со стула, расправив плечи, и непривычно тихим голосом протянула: — Самое главное: ты не против. Теперь… Не буду отвлекать. У тебя много работы. Да и у меня тоже.       — Всё в порядке, ты не отвлекаешь, — Уолтер снова улыбнулся. Рабочая компания Ребекки ему всегда нравилась. — Если хочешь, мы можем-…       Внезапно его оборвал телефон. В трубке послышался голос Робин:       — Уолт, к тебе посетители.       — Кто?       — Женщина. Мисс… Как вы сказали?.. Мисс Смит.       ««Смит»? Помяни черта называется…»       Только одна дамочка могла назваться такой дурацкой фамилией, потому сквозь зубы Уолтер проскрежетал:       — Пусть проходит.       И положил трубку.       «Сколько раз говорить: не появляться. У меня. На работе. Так сложно запомнить?»       Ребекка, заметив его глаза, как два лазера, метающие искры, напряглась:       — Что-то не так?       — М-м?.. Нет-нет, всё хорошо. Просто срочные дела. Прости, Бекки, ты ещё что-то хотела?       — Нет. Уже ухожу. Увидимся, сержант Сандерс.       Она проводила полицейского последним спокойным взглядом, расправила складки служебной одежды и кивнула, направившись к выходу. И всё же лёгкий огонёк недовольства пробежал в её сосредоточенных глазах. Бекки положила ладонь на дверную ручку, намереваясь выйти из помещения, а затем…       — Добрый день.       Тягучий и сладкий голос донёсся из коридора, шелестом ветра касаясь ушей. Следом показалась сама женщина на пороге — и глупо было бы не узнать в этой «мисс Смит» Александру Романо.       Её обычная строгость сегодня разбавлялась нежной блузой пенного цвета и юбкой-карандашом. На каблуках, делающих и без того высокий рост ещё больше, она высилась над Бекки, будто Венера Милосская. И багровая, как кровь, губная помада алела на фоне её светлого облика.       — Мисс, — Ребекка вежливо кивнула, отойдя в сторону.       На долю секунды она окинула незнакомку внимательным взглядом, и был он таким же критическим и неприязненным, как умелая полицейская смотрела на преступников. Было ли это до ужаса развитое чувство интуиции? Или Ребекка подозревала Александру в преступлениях иного характера — чувственных и моральных? Можно было лишь строить догадки.       Прежде чем та успела ступить за порог, Уолтер рывком поднялся со стула и за секунду преодолел кабинет.       — А ну-ка иди сюда, — буркнул он, схватив удивлённую Александру за локоть и притянув к себе. — Бекки, извини ещё раз, ей-богу. Я напишу.       И Уолтер с грохотом звуком захлопнул дверь прямо перед её носом. Всё, что оставалось Ребекке, так это удивлённо поморгать и прокашлять под нос:       — Сержант Сандерс — при следующей встрече с вас кофе. И десерт.       Бекки развернулась, покидая департамент.       ㅤ       Кабинет двух сержантов полицейского участка номер семь на краткое мгновение погрузился в тишину. А затем раздался разъярённый и громкий шёпот:       — И что ты тут забыла, позволь узнать?! Мисс «Смит».       В ту секунду Уолтер напоминал горящую алым пламенем спичку.       — Будьте тише, сержант Сандерс. Вы своими криками привлекаете внимание.       — Надо же, а мне казалось, ты такое очень любишь.       Ещё с полминуты разъярённые голубые льдинки прожигали огнём спокойные и лукавые в своей синиве сапфиры. Затем Уолтер сокрушённо вздохнул. Потёр лицо — так активно, будто пытался его разодрать в клочья. И кивнул, успокоившись:       — Что тебе надо?       — Передать кое-что, — Александра с усмешкой прошла вглубь кабинета. — Чистенько у тебя тут. Хорошо пахнет. Неплохой антураж.       — Не помню, чтобы интересовался твоим мнением.       — Оу, ты так напряжён. Тяжёлая неделька? — она улыбнулась чуть шире, и между алых губ показались белоснежные зубы.       — Не надо злорадствовать. По чьей милости я так нагружен, позволь узнать?       — По твоей собственной?       — Ха-Ха.       Видимо, Александра устала — только так это мог объяснить Уолтер, ведь он не понимал, по какой ещё причине она вдруг позволила себе наглость и уселась прямо на его стол! Вальяжное поведение этой особы не приходилось ему на вкус. Но она пришла сюда не просто так. Надо разобраться.       Задёргивая жалюзи у каждого окна, открывавшего вид на офис и полицейских, с любопытством поглядывающих в их сторону, Уолтер сердито прошептал:       — Кончай со мной забавляться. Я не могу терпеть загадки от Ли, так от тебя — тем более.       — Никаких забав, сержант. Лишь серьёзные дела. — Она лёгким жестом поправила пряди кудрявых волос, тут же заструившихся вдоль плеч. — Мой уважаемый коллега сказал, что не получит от тебя поддержки без знаков внимания. Верно?       «Как вывернула-то, а, ты посмотри. И не догадаешься ведь, о чём речь».       — Ну и? — он подошёл ближе, коснувшись её сложенных колен собственными.       — Сегодня ему всё ещё может понадобиться поддержка. И не только ему, но и… «канарейке». Значит, помощника надо ублажить.       Уолтер закатил глаза, начиная злиться от шифров, больше походящих на грязные словечки во время БДСМ-сессии. Ужас… Александра слегка отстранилась, теперь возвышаясь над ним из сидячего положения. Отодвинула край пиджака, вытащив… коробочку. Конфеты. В приторно-розовой упаковке. На первый взгляд — плотно запакованной.       — Это — гранд-приз. Внутри что? Сюрприз.       — Теперь ты ещё и стихами заговорила… Совсем меня с ума свести хочешь?       Александра положила коробку на стол и слегка поманила Уолтера пальцем. Она так и намекала на то, что не закончила, — что продолжение фразы не должно быть услышано чужими ушами. Он противился всем своим нутром. И всё же… натянутую хладную цепь в грудной клетке хотелось отпустить — прямо сейчас.       Уолтер придвинулся. Александра коснулась пальцами его плеча, склоняясь над ухом, и тихо-тихо зашептала:       — Внутри — часть сделки Мейсона. Последние обрывки сведений о контрабанде. Вы сбились с курса, вышли не на тот груз. Это поможет. И теперь ты должен будешь помочь в ответ, как обещал.       Она планировала отстраниться. Соскочить с этого стола с ловкостью пумы, вновь выскользнув из рук Уолтера. Но он опередил. Быстро схватил за запястья, поймав миг удивлённого выражения на её лице. Их взгляды пересеклись. Уолтер молчал. Губы его были поджаты, а глаза ярко-ярко блестели прямо в ту секунду, что он смотрел на Александру и вопрошал мысленно: зачем она это делает? Но и та не спешила отвечать. Ведь вероятно, задавалась схожим вопросом: почему он молчит и так странно на неё смотрит?       ㅤ       Долго длилась эта напряжённая и тягучая, как мёд, пауза. Первым раздался женский голос:       — Уолти…       — Для тебя — старший сержант Сандерс, — тут же разорвал тишину мужской.       — У тебя глаз дёргается. Нехорошо.       — От твоих выходок что только не задёргается…       — Вот как?       — То есть!.. В смысле…       Уолтер покраснел, как Синьор Помидор, — и от гнева, и от смущения. Александра не смогла удержаться и улыбнулась.       — Эта портупея красиво обтягивает тело. Тебе к лицу форма.       — А тебе к лицу — наручники, — почти прорычал он сквозь зубы, начиная терять самообладание. — Жаль, у меня нет их с собой. Приковал бы на месте.       — Справедливо. Но это уже называется «ролевые игры», господин полицейский, — она прикрыла глаза в усмешке.       Снова наступило молчание, прерываемое тяжёлым мужским дыханием. Зазвонил телефон. Уолтер не обратил внимания. Проигнорировал этот действующий на нервы звон. Дважды. Он не мог оторвать пламенных глаз от Александры, и с ней в ту секунду происходило ровно то же самое.       Она придвинулась ближе, касаясь колен в полупрозрачных колготках ног Уолтера. Ладонь мягко выскользнула из крепкой хватки его шершавых пальцев. Легла на грудь. И, сделав голос низким-низким, как тихий, почти немой баритон, Александра зашептала, проведя пальцами линию от его ключиц под рубашкой до ремня портупеи:       — Мейсон занят, у него нет на тебя времени. Зато есть у меня. И была работа. Так что не задавай глупых вопросов, дорогой. Лучше скажи… Как думаешь, что обычно представляют в уме полицейские, когда видят женщину, заявляющуюся к их коллеге? Такую обаятельную, манящую. Очень подозрительную женщину…       — Что он грёбаный извращенец, который превышает свои полномочия и занимается грязью прямо на работе, — отчеканил от зубов Уолтер и стиснул ляжки Александры пальцами, рывком притягивая к себе.       — М-м-м, да-а, — она прищурилась, сладко улыбаясь. — По одной версии — да, сержант. Но ведь есть и вторая. — Александра придвинулась ещё ближе, касаясь щекой лица Уолтера, — влажного и дёргающегося от каждого её слова. — Твои коллеги могут подумать, что обольстительная черноволосая женщина в твоём кабинете — чья-то шестёрка. И что их коллега на деле ничем не отличается от преступников. — Её голос стал ниже. Ближе. Вязким, как дёготь. — Нас могут слышать. И даже видеть сквозь эти хлипкие бесполезные жалюзи. Что бы ты ни говорил, даже среди твоих самых честных и справедливых сотрудников есть крысы. Так какой же из двух образов ты хочешь создать для них? Уолти.       Намеренно громко Александра произнесла его имя, глядя прямо в глаза. Спокойно, холодно. Бездушно. Уолтер не испытывал более злости. Только очередное разочарование.       — Делай, что хочешь. Мне плевать.       Она механически придвинулась, кладя ладонь на твёрдое напряжённое плечо. В следующую секунду он ощутил прикосновение мягких губ на щеке. Не было ничего тёплого ни в поцелуе, ни в наигранных, вероятно, объятиях. Лишь позорное чувство, будто второй раз в жизни его выкинули на улицу, как щенка.       — Я знал, что ты жестока… — скрипел Уолтер, словно несмазанные дверные петли, пока Александра оставляла след от помады уже на его галстуке. — Знал, ведь иначе ты не поступила бы так, как поступила десять лет назад. Но… чтоб настолько? Настолько терзать меня и этим же наслаждаться? Думаю, будь мы героями сказки, — твоей ролью была бы Злая Королева. Вырывающая сердца у тех, кто посмел её полюбить.       Александра остановилась, изумлённо вскинув голову ввысь. Она не ожидала этих слов. Не ждала и не задумывалась даже на миг, что Уолтер сможет произнести нечто подобное.       — Хотел, чтобы я ушла, а тебе начали задавать наводящие вопросы? Если они примутся рыться в твоём грязном белье, — думаешь, не найдут ничего подозрительного? Это смешно.       — Нет. Я просто хотел, чтобы Злая Королева не игралась с моими чувствами.       Отчего-то на прекрасном лице пролегла мрачная тень, а весь лукавый, игривый блеск испарился из глаз.       — Не беспокойся, Уолти, — Александра отстранилась. Пригладила его рубашку, где теперь красовался след от помады. — Я ненадолго улетаю в Германию, и терпеть мои коварства тебе не придётся. Быть может, за это время ты сможешь начать относиться к ситуации проще.       — Проще?.. — он вновь вскипел, перехватывая её запястье уже во второй раз и занося его вверх. — За столько лет что-то не вышло, увы. Ведь чтобы относиться к этому «проще», мне надо быть таким же бесчувственным, как и ты, Романо.       — Ты не смог бы, — она печально улыбнулась.       — Думаешь?       — Ещё как. Это не в твоей породе.       Александра вырвала руку из цепкой хватки полицейского, звонко гремя дорогими браслетами. Перехватила его галстук и потянула вперёд, словно за поводок. Ладонь Уолтера соскользнула вдоль стола, и он потерял опору, инерцией тела прижимаясь к ней ближе. Теперь их лица были друг напротив друга — всего несколько сантиметров отделяли их от столкновения. Желанного или же ненавистного — никто не мог сказать.       — Ты слишком добр, Уолтер Сандерс. Это видно по твоим глазам, — шептала Александра, не отрывая от него глаз собственных.       Ему так и хотелось выкрикнуть: «А ты слишком зла! По твоим видно!» Но… он не мог. И не знал, почему. Уолтер хотел отстраниться и спрятаться куда подальше от этой женщины. А вместе с этим — совершенно не хотел выпускать её из рук. Она вновь ускользнёт, растоптав его сердце в ошмётки. Вновь исчезнет, просияв своей кошачьей улыбкой, растворившись во тьме. Нет уж, пусть сидит здесь, напротив него. Держит в узде, но ничего не делает. Так лучше. И плевать на всё остальное…       Так Уолтер считал, продолжая разглядывать два сапфира на чужом холодном лице, не следя больше за временем.       А затем, обрывая весь интимно-ненавистный момент, отворилась дверь.       ㅤ

***

      ㅤ       До сегодняшнего дня Салли ещё ни разу не доводилось посещать полицейский участок. Однажды она была в зале суда! Но не потому, что с кем-то судилась, вовсе нет. Только потому, что её дядя Виктор — адвокат — в тот день слегка задержался, а у них был запланирован семейный пикник.       Здесь всё было почти так, как Салли видела в фильмах. Вестибюль большой, просторный — вдалеке виднелся кафетерий. Даже автомат с кофе был! Вот и окошки, за какими прятался офис офицеров и детективов. И ещё несколько кабинетов за ними. Ну а сами трудяги сидели за компьютерами и бумагами, сновали туда-сюда, болтали о чём-то — одним словом: работали! Наверное… Ведь теперь первой ассоциацией с этой профессией нещадно всплывали в голове двое противных офицеров, не поверивших, что кто-то совершил взлом квартиры.       — Тут много зелёного. Дай угадаю, — Салли фыркнула, сердито забубнив: — У господ полицейских так быстро кончаются пончики, что они дико стрессуют и потому смотрят на зелёные стены, чтобы успокоиться?       Мейсон в тёмных очках усмехнулся:       — Разделяю твою теорию, но лучше говорить такое потише. Господам полицейским это не понравится.       — Ну вот, теперь я чувствую себя преступницей, — Салли сложила губы трубочкой.       — Не ты одна.       — Слушай… А каков этот сержант из себя? Хороший?       — Очень хороший. Идеальный полицейский, я бы сказал. Тебе он понравится.       Мейсон уверенно окликнул девушку за стойкой регистрации. Салли окинула её критическим взглядом: роскошный макияж, укладка, маникюр, как с иголочки. Надо же, даже в полицейских участках были секретарши! Это ведь секретарша? Выглядела точь-в-точь, как она. И плевать, что форма особенная. Зато будто с обложки модного журнала.       «Дорогая моя, как я тебе сочувствую, — вздыхала Салли в уме. — Врагу не пожелаешь такую работу! Надеюсь, твои страдания рано или поздно кончатся! И ещё, надеюсь, Нэнси последовала моему совету и уволилась».       Пока она со скрежетом зубов вспоминала грымзу-секретаршу мистера Рида из рекламной компании «Оса», помощница Робин — судя по бейджику — отвлеклась от трезвонящих телефонов:       — Здравствуйте. Вы хотите подать обращение? Оставить заявление? Пожалуйста, возьмите талон и займите очередь. Сейчас я-…       — Спасибо, нет. Мы на встречу.       От громкого голоса мужчины она запнулась.       — С кем встреча?       — С Уолтером Сандерсом. Вашим старшим сержантом.       Помощница нахмурилась. Теперь она смотрела на Мейсона недоверчиво, но лицо оставалось благодушным.       — С кем имею честь говорить?       — Мистер Доу, — представился он.       Салли прищурилась:       «Какой ещё «Доу»?! Ты ж назвался Мейсоном Ли! Опять маскировка?..»       — Вам назначена личная встреча, мистер Доу? Мне ничего не сообщили.       — Позвоните ему.       Робин спорить не стала. Игнорируя допытливый и вместе с тем жалобный взгляд Салли, она набрала номер. И положила трубку. Затем ещё раз. И вновь положила.       — Сержант не отвечает. Боюсь, вам придётся подождать.       — Боюсь, у нас на это нет времени. Проверьте ваши бумаги. Вдруг Сержант оставил записку? Касающуюся… — он перевёл взгляд на Салли. — Гражданки Моррисон.       И прежде чем та что-либо успела вставить, Робин кивнула:       — Верно, оставил. В таком случае — проходите. — Она посмотрела на коллегу, стоявшего под боком: — Джонни. Отведи мистера Доу и мисс Моррисон к старшему сержанту.       Из-за регистрационной стойки выбежал низенький мужичок, тут же молча засеменивший вперёд. Мейсон кивнул. Робин взялась за телефон, выглядя слегка растерянной. Ну а Салли…        «Ого! Это я важная персона, получается? Круто! Хотя и немного неловко…»       С горделивой осанкой и важной ухмылкой она последовала за Мейсоном.       За дверьми, ведущими в «господство блюстителей закона и справедливости» было ещё более шумно, чем в общественном вестибюле. Салли восхищённо и одновременно недоверчиво поглядывала на людей вокруг — в основе своём, на мужчин. Фуражки, жетоны. Чёрные ремни и крепления, обтягивающие спины. Некоторые и без них сидели.       — Ва-ау!.. Вот это да-а… Эй! Мистер До-о-оу, — Салли, ехидно хихикая, пихнула мужчину в бок. — А тебе бы пошла полицейская форма.       — С моей внешностью — самое то копом работать, точно, — он тихонько оскалился. Кажется, это был смех.       Они подошли к кабинету. Сверху висела именная табличка: «Чак Мёрфи — первый сержант. Уолтер Сандерс — старший сержант». Коротышка-помощник положил ладонь на ручку, забыв постучать. Потянул на себя. В какой-то момент Салли отвлеклась, ахнув: «Ого, это что? Гобелен?!» — и отошла в сторону. Потому не успела заметить того, что пряталось за дверьми. Зато успел Мейсон.       И на короткое мгновение его чёрным, распахнутым глазам за стёклами очков предстал вид мужчины и женщины, почти в обнимку сидящих на письменном столе. Судя по четырём изумлённым лицам — никто не ожидал подобной встречи.       ㅤ       Несколько секунд царило молчание. Первым прокашлялся Мейсон. Затем помощник с администрации — Джонни:       — С-… Сержант Сандерс?.. Это… эм-м… Я-…       — Оставите нас? — выручил Мейсон. — Всё в порядке.       Джонни кивнул, неуверенно удаляясь. Салли повернулась:       — Эй, ты видел? Эти гобелены такие смешные. Выглядят, как чья-то жо-о-о-… Опа! — стоило увидеть в проёме женщину, она лишилась дара речи. — Это!.. Это же!.. Она! Из гримёрки, да? — Салли схватила за локоть Мейсона, явно удивлённого таким жестам. — А-… Санд-… Александра! Твоя Александра. Точно?       — Да, — он кратко бросил.       — Молодец! Она о-о-очень красивая.       Женщина, не ясно, услышавшая эти слова или нет, вышла из кабинета. Всего на миг, но и Мейсоном, и Салли был пойман огонёк в её синих глазах. Отчего-то Александра выглядела очень взъерошенной. Ответ пришёл сам, стоило увидеть человека, с каким они планировали встретиться. Уолтер Сандерс — ведь, вероятно, это был он — стоял посреди кабинета, нервно поправляя галстук. Галстук, как и рубашка, как и лицо, усеянный губной помадой.       — Погоди… Неужели, они?..       Больше Салли не смогла произнести ничего. Хитрый взгляд Мейсона из-под очков был значимее любых ответов.       «Надо же!.. А я думала, она твоя девушка… Какая-то Санта-Барбара получается!»       — До встречи, сержант Сандерс, — загадочным голосом протянула удаляющаяся Александра, собирая на себе взгляды не только Салли и Мейсона, но и всего остального участка. Сам сержант явно был не доволен тем, что творилось. Но гнев он решил вылить внезапно на Мейсона.       — Так, — проговорил он, подходя к мужчине вплотную. — Кончай лыбиться, я же вижу морду твою. Услышу хоть одно слово и-…       — Я молчу.       — Кхм-кхм… — Салли прокашлялась в попытке привлечь внимание. Это сработало. Уолтер Сандерс наконец-то перевёл на неё взгляд.       — Ох… Прошу прощения за весь этот бред и добрый день. Мисс Моррисон, верно?       В один миг с лица этого мужчины исчезли гнев, злость, смущение. Лицо разгладилось и стало приятным, а на губах появилась улыбка. Этот полицейский был первым блюстителем закона за несколько дней, кто смог произвести на Салли даже если не идеальное, то крайне интересное впечатление: минуту назад он выглядел, как злобный помидор, а теперь улыбался так же приятно и нежно, как самый невинный ангел на облаках.       «У этой Александры есть вкус. Высокий, голубоглазый, ещё и блондин. Ну конфетка, а не наборчик, — она мельком глянула на Мейсона. — Двойной джек-пот».       — Да, это я. А вы сержант Сандерс?       — Всё верно, — Уолтер тоже перевёл взгляд на её загадочного спутника. — Учитывая, что вы здесь вдвоём… Важное дело?       — Э-э-м… Я не-… Честно говоря, я даже не знаю…       Салли с надеждой посмотрела на Мейсона. Тот распознал мольбу о помощи.       — Да, мистер Сандерс. Именно так.       Уолтер махнул рукой в сторону кабинета. Салли вошла внутрь следом за ним, а замыкал процессию Мейсон, внимательно оглядываясь по сторонам. Последним, что она услышала, были тихие голоса полицейских: «Ну ясно теперь, чего Сандерс такой рассеянный постоянно!» — «Точно-точно! Аж зависть берёт!» — «А кто это там с ним сейчас?» — «Да хрен бы знал. Ты вообще видел ту дамочку? Ну и урвал он роскошь».       ㅤ       Уолтер Сандерс оказался действительно приятным сотрудником. Он был мягок, не повышал интонации, не кричал и не возмущался — даже когда Салли рассказывала об утере айди-карты запинающимся и взволнованным голосом. Предложил кофе! Но они отказались. Вернее, отказался Мейсон, ну а ей оставалось поддакнуть в ответ: не будет же она распивать чинно напитки в кабинете сержанта полиции! Хоть это и казалось интересным опытом…       Следующие десять минут Салли провела за скрупулёзным заполнением бумаг. Заявление. Форма. Ещё одна. Подача документов личности — благо, Уолтер согласился на цифровой вариант, ведь у Салли с собой ничего не было. Мейсон, стоявший у дальней стены, кивнул: «Опустим этот шаг» — и тот согласился. Просто согласился! Что за аура убеждения такая… А может, дело было в их отношениях? У Салли язык бы не повернулся назвать двух мужчин друзьями, и даже слово «коллеги» казалось неверным, ведь что-то странное чувствовалось между строк. И теперь она не переставала задаваться вопросом: кто же такой Мейсон Ли? И в чём заключалась его работа?       После заполнения бумаг пришлось заплатить пошлину. «Целых тридцать баксов, ну вы там совсем с ума посходили?!» Но и тут подсобил Мейсон. Перебивая удивлённо-возмущённый взгляд Салли, он протянул ей купюру: «Это кража и порча чужого имущества. Надеюсь, сержант Сандерс это понимает». А тот отвечал: «Сержант Сандерс молчит», — принимая чужую пошлину.       Наконец, всё было завершено.       — Благодарю за терпение, мисс Моррисон! — Уолтер протянул две бумаги. — Вот. Это дубликат протокола. Грубо говоря, подтверждение заявления для вашей защиты. А вот это бумажное удостоверение. Срок действия тридцать дней. Но к тому моменту уже будет готова айди-карта. Я отнесу все бумаги в регистратуру, они там сами разберутся.       — Спасибо… — неловко кивнула Салли в ответ на улыбку. — Что же, получается, всё?       Мейсон вдруг промычал:       — М-м, не совсем так. Мы здесь не только за этим. Верно, сержант?       Уолтер выглядел таким же недоумённым, как и сама Салли. Но стоило задержаться на лице Мейсона ещё на несколько секунд, он просиял и поднялся со стула:       — Точно… Мисс Моррисон. У вас есть ещё пара свободных минут? Это не займёт много времени, но окажет незаменимую помощь.       — Помощь? Но с чем?!       — С делом, что я расследую. Думаю, вы захотите взглянуть на одного человека.       Салли была не в том положении, чтобы спорить с представителем закона, потому вышла следом за Уолтером из кабинета, вновь стоя в центре их маленькой процессии из трёх человек. И каково же было её удивление, когда следующим местом их посещения стала комната допросов. Увидеть предстояло человека, о каком Салли в тот момент думала меньше всего.       ㅤ       Мэттью Сайкс сидел один-одинёшенек за окном помещения, погружённого во мрак. Его единственными собеседниками были стол с аппаратами и три металлических стула. Только тусклый свет ламп откуда-то сверху падал неровными лучами на лицо. Грязное, осунувшееся. Уставшее. Кажется, он не спал много часов. Иссиня-чёрные волосы были растрёпаны во все стороны, как воронье гнездо. Одежда пыльная, в рассечениях. А рука с татуировкой змеи была замотана на несколько раз бинтами.       — Это… — Салли изумлённо ахнула, от опаски сделав шаг назад. — Он нас не видит?       Мейсон стоял слева. Уолтер справа. Больше людей здесь не было.       — Нет-нет, не беспокойтесь. Стекло затемнённое и звуконепроницаемое.       — Славно…       Видеть человека, оставившего неизгладимое впечатление мерзавца и потенциального насильника, было страшно. Но Салли старалась спрятать весь страх за молчаливой улыбкой.       — Наши коллеги из отдела по убийствам расследуют дело владельца театра «Фантасмагории», — неторопливо начал Уолтер, поглядывая то на Мэтта за стеклом, то на Салли. Изредка на Мейсона, стоящего в тени. — Мы им помогаем в другом профиле. Наш участок занимается борьбой с наркотиками. Холбрук — очень тяжёлая территория для раскрытия преступлений. Но доказательства были на лицо. Конечно, дело всё ещё в процессе, и любая информация от свидетелей не будет лишней.       — Но разве я свидетель? Разве я как-то-…       Салли запнулась, вмиг осознав, что от неё хотели. Ведь не зря Бетти предупреждала её о Мэтте. Не зря она чувствовала такой дискомфорт как у чёрного входа в клуб при знакомстве, так и после — на диванчиках в кругу его друзей. Не зря на пару с Чарли они с Бет завуалированно вели рассказ о страшных делах, творящихся в этих стенах. И не зря она стояла здесь и сейчас в отделении полиции вместе с Мейсоном.       Салли ввязана — последствий не избежать.       — Мисс Моррисон? — Уолтер оборвал мысли тактично, но громко. — Вы с Мэттью Сайксом знакомы лично?       Мейсон заметил смущение и неловкость на её лице. Чуть прищурившись, протянул:       — Всё-таки, ты его знаешь?       — Он… приятель моего бывшего парня. Бил-… Уильяма Коллинза. Но он не-… Вернее… Эх, я не знаю. Первый и последний раз я видела его ночью в субботу. В «Суккубе». Вы же не думаете, что мы его клиенты? Что Я клиентка?.. — испуганно и нервно смеясь, Салли сжалась, теряясь своим маленьким ростом между двух высоких мужчин. — Я не наркоманка, честное слово! Ничего не было! Я даже не понимала, что он дилер! Вы… Вы мне верите?..       — Мисс Моррисон, — настолько мягко и услужливо, насколько был способен звучать мужской голос, произнёс Уолтер. — Я вас ни в чём не подозреваю, всё в порядке. Но мне нужно задать пару вопросов. Вам и мистеру Коллинзу. Это поможет закрыть дело быстрее.       — Тебе обязательно заниматься этим сейчас? — оттягивая губу, фыркнул вдруг Мейсон.       Уолтер ощерился:       — А что, куда-то торопишься?       — Можно сказать и так.       Забавно, как даже от Салли не скрылось, что именно в разговорах с её спутником этот полицейский по щелчку пальца менял своё настроение. И всё же теперь многое прояснилось. Мэтт — наркодилер. Если бы не появление Мейсона в том переулке… она могла уже не проснуться. Это многого стоило в её глазах.       — Эм-м… — Салли опустила голову. — Если мы торопимся, мне нечего больше сказать.       Но Уолтер успокоил:       — Не беспокойтесь, мисс. На самом деле это лучше сделать позднее. Как раз наберутся свидетели. С мистером Коллинзом, как я уже сказал, мне тоже хотелось бы поболтать.       — Хорошо. А… что теперь будет с ним? — Салли качнула головой в сторону Мэтта, сидевшего в гордом одиночестве в полупустой тёмной комнате, знать не зная, что его потенциальная жертва глядела на него в ту самую секунду через чёрное стекло.       — Вопрос хороший. Но разговор может пойти не в то русло. Вернёмся в кабинет?       Никто спорить не стал. Через пару минут все трое вновь оказались в зелёно-коричневом кабинете сержантов полиции, и Уолтер продолжил оборванную речь:       — Чем опаснее и сильнее товар — тем, соответственно, страшнее наказание. Не думаю, что мистер Сайкс отделается штрафом. Это был не один килограмм. Не какая-нибудь марихуана. И не одна продажа, а целый бизнес. Срок может грозить не маленький.       — Надеюсь, всё будет именно так, — хмуро кивнула Салли, поджав губы. — Можете приплюсовать ему ещё и харассмент.       — Это… мы рассмотрим при следующей встрече. Расскажете всё в подробностях, — согласился Уолтер, выглядя таким же хмурым и серьёзным.       — А что теперь будет с клубом? С театром? — брови на её лице перевернулись крышей домика, а губы дрогнули. — У меня там работают подруги… и друг. Что будет с ними?       Уолтер не сразу ответил, тяжко вздохнув. Это могло означать что угодно.       — С этим тоже не всё так просто. Я не могу разглашать детали дела, но, думаю, вы имеете право знать. Скажите, мисс… Вы пили напитки в том заведении?       — Напитки? — Салли изумлённо распахнула глаза. — Ну… в клубе заказала пару коктейлей, да. Они были совершенно обычные! Неужели вы хотите сказать…       — Харви Макдональд подставил тебя, как ты помнишь, — раздался над ухом тихий, почти зловещий голос Мейсона. — И заключил с Мэттом сделку. В его крови был найден наркотик и следы алкоголя. Он сказал, что в гримёрке стоял коктейль.       Салли не знала, что ответить на такие слова. Она лишь прокручивала воспоминания, как Женевьев протянула ей тот коктейль. И как сказала: «От гостя из зала». Резко стало тошно.       — Мэттью много чем поделился на допросе, — осторожно произнёс Уолтер. — Сказал, что выпивал. Принял дозу. А одну подсыпал в напиток особе, которая… по его словам: «Опозорила его на весь клуб». Он сказал, что надеялся, что послание дошло до получательницы.       «Какой же урод… Ну просто… мерзкий поганый червяк!» — Салли не заметила, как покраснела от злости, словно кипящий котёл.       — В этом клубе процветает наркооборот. У владельцев есть много лазеек. Товар разносили работницы в специальных масках, и дилер, вероятно, не один. — Чем дольше Уолтер говорил, тем аккуратнее раскладывались по полочкам все известные Салли вещи об этих злосчастных местах. — К сожалению, театр тоже не исключение. Но там… предполагаю, что наркотики использовались немного иначе. Какая судьба будет у заведений — сказать сложно. Лично я приложу все усилия, чтобы добиться их закрытия, а каждого преступника — привлечь к ответственности. Но дело затянется надолго.       Уолтер звучал твёрдо, уверенно. Обнадёживающе. Наверное, именно таким и должен быть представитель закона. Оттого Салли слабо улыбнулась, кивнув несколько раз. Если и был шанс помочь Чарли, Бетти и Женевьев — то только содействуя этому человеку. Но всё же…       Какое к этому всему имел отношение Мейсон Ли?       — Забавно, конечно… — Салли усмехнулась, на миг позабыв, что даже полицейский участок не гарантировал полную безопасность. — Сначала мне казалось, что я просто неудачница, и все мои неприятности происходят, потому что я притягиваю их, как магнит… Потом я подумала, что должна быть причина. И решила… хах… Решила, что мой глупый парень свистнул откуда-то дорогую вещицу, и теперь все за ней охотятся. А оказалось, что дорогая вещица была вовсе не у него, — и никто её не воровал. Просто подкинул мне её в вещи по приколу. И даже дорогая вещь оказалась всего-навсего пустышкой.       Она покачала в руке кулончиком Билли, вытащенным из кармана, и, только замолчав, поняла, что наболтала глупостей.       — Я не-… Простите, наговорила всякого… Не обращайте внимания, просто стресс…       — А можно взглянуть? — Мейсон хмыкнул.       — На кулон?.. Эм-м, да… Почему нет.       Он протянул ладонь. Салли свесила над ней украшение. Ахнула мысленно: «Какая же большая рука…» Мейсон на весу принял кулон и тут же поднёс его к лампе. Даже сквозь тёмные очки, какие он не пожелал снимать в здешних стенах, было видно любопытство.       — Я бы мог сказать, что это качественная подделка, но… Уолтер, взглянешь?       Тот принял украшение.       — Хм… Не думаю, что это безделушка. Вполне возможно, полудрагоценный камень.       — С-… серьёзно?.. — Салли обомлела. — Но он купил это на каком-то блошином рынке! Разве это может быть драгоценностью?       — Я не могу сказать точно, — Уолтер пожал плечами, возвращая Салли кулон. — Это сделает только геммолог или ювелир. Вообще-то… у моего коллеги — сержанта Мёрфи — жена работает в ювелирном. Можете заглянуть к ней. Её магазин находится на… На Гранд-Айленде. Я позже уточню адрес. У неё хорошие цены. Может, даже скидку сделает.       — Вы что?!.. — Салли возмутилась, качая головой. — Нельзя быть таким добрым, сержант Сандерс. Я ничего не сделала, чтобы вы мне вот так во всём помогали…       — Я просто выполняю свою работу, — тот с улыбкой склонил голову. — И кстати. Я слышал, что к вам домой вломились преступники. Вы оформили заявление?       — Да, — фыркнула Салли ядовито и гадко. — Мне сказали, что рассматривать заявку будут тридцать дней. И что позвонят. М-да.       — Тогда переживать не о чем, — Уолтер с уверенностью кивнул. — За коллег ручаюсь. Но если вдруг понадобится помощь — я к вашим услугам, мисс Моррисон.        Он взял со стола визитку, протянув Салли. Та неловко хмыкнула, демонстрируя ту, что отдал ей Мейсон. Тогда Уолтер пожал плечами: «Пусть будет две». Ей хотелось смущённо уточнить, не шутит ли он о такой щедрости. Полицейский наклонился чуть ближе, сделав лицо серьёзным и даже слегка мрачноватым.       — Я серьёзно. Сотрудничество с этим человеком, — он холодно посмотрел на Мейсона, — означает лишь то, что ваши проблемы становятся на ряд сложнее, чем у рядовой гражданки. Честные люди лишними не будут. Не бойтесь обращаться за помощью.       На мгновение ей стало не по себе.       — Хотите сказать… я в опасности даже с-…       Не хотелось произносить имя Мейсона вслух. Что он скажет? Вдруг разозлится за веру полицейскому? Но ведь он сам притащил её сюда! Однако Уолтер улыбнулся и аккуратно положил на её плечо ладонь:       — Нет. Опасно лишь ваше общее дело. А он… именно с ним сейчас безопаснее всего.       На душе стало чуть спокойнее.       — Спасибо, — Салли кивнула, пряча руки в карманы шорт.       Мейсон вздохнул, отойдя от стенки, на какую опирался всё это время боком.       — Полагаю, мы закончили. Не будем терять время. Мисс Моррисон — прошу.       — Угу, иду…       Салли вышла из кабинета, наспех простившись с добродушным сержантом по имени Уолтер Сандерс. И потому не заметила, как на выходе тот придержал Мейсона за локоть и грубо сказал, скрежеща зубами:       — Только попробуй что-то учудить. Ты теперь несёшь за неё ответственность, так будь добр исполнять всё хорошо.       Мейсон вырвал руку, глядя сверху вниз на мужчину:       — Повторяешь утренний разговор, Уолти. Я уже сказал: всё будет хорошо. Не думаю, что мне захочется поменять своё же решение. А теперь — извини.       Он вышел следом за Салли, не попрощавшись. И Уолтер вздохнул, потирая мокрый от волнения лоб.       — Что ж… В этот раз доверюсь тебе, Ли.       Лишь после этого он сел, наконец, за работу.