Вернуть на небо звезды

Глазам, что Нилу не принадлежали предстала все та же знакомая пустыня. Человек мчался по пескам со скоростью людям не принадлежавшей. Как..? Чужой взгляд метался из стороны в сторону, кажется, осматривая не гонится ли кто за ней. Нет, сзади никого не оказалось. Опустив глаза и нервно вздыхая чужая рука погладила коня под собой, а после, ухватившись за поводья, заставила бежать еще быстрее. Ах, но куда она направляется, куда же? Пробраться бы дальше, хоть чуть-чуть, ухватиться бы за одну мысль, но...! Не волнуйся, маленький, – тихим и запыхавшимся, не шепотом Нила проговорил голос, - осталось немного, еще ... – голос становился совсем тихим, совсем не разборчивым, юноша пытался ухватиться за него, как за скользкую веревку над обрывом, напрягаясь всем своим телом и разумом – еще ... немного и мы прибудем... к Рейнольдс. Джостен распахнул глаза, глубоко и нервно глотая воздух, так, будто в помещении его совсем не осталось. На сей раз провернуть поиск оказалось сложнее, чем прежде. Возможно, волнение, а возможно чужое присутствие. И тут Нил стал отчетливо чувствовать чужой взгляд на себе, несмотря на то, что чужака он отворачивал к стене. Но долго он рассматривать блондина не стал. Парень схватил набедренную сумку с пола и закрепил ее тонкой тканью, что служили подобием ремней, на талии и бедре. Наполнение сумки было всегда неизменным, потому он не стал ее открывать, чувствуя тяжесть пустой фляги, кинжала и веревки. В ножны на спине он сунул уцелевший клинок, а после осмотрел комнату. Встав спиной к висящему блондину, он прислонил тыльную сторону ладони ко лбу, перевернул ее и легким движение поднес к подбородку, опуская и сжимая в кулаке. Прощай. Нил понимал, что вряд ли когда-нибудь вернется в это место. Его время пришло. Время мести, время крови, время смерти виновных. Повернув рыжую макушку, он встретился взглядом с парнем, чье имя так до сих пор и не стало ему известно. Но таков поток жизни и встреч, люди приходят и уходят, а память хранит то, что давно стоит забыть. Поэтому он не стал вновь испытывать судьбу, решая забыть и отпустить эту встречу. Если так предрешено, то однажды он еще вспомнит его, возможно, даже пожалеет, что так глупо и упрямо оставил его позади, но это лишь догадки, а он никогда не умел смотреть наперед. Потому он просто промчался мимо блондина, вдоль по туннелям и камням, туда, где находится продолжение и верная дорога его пути. Где будет меньше вопросов, на которые так сложно искать ответы и больше крови, которую так легко пускать. Дэн поступила умно, выкрав одну из лошадей недавно прибывших рыцарей. В сооруженных на скорую руку стойлах животные палились на горячем воздухе, а стоит солнцу взмыть наверх, то беднягам будет совсем не до бега. Но Нил не имел выбора, ведь чтобы догнать девчонку и забрать у нее то, что она бесстыдно выкрала у него прямо из под носа, ему нужно будет поспешить. С каждым шагом юноши, эхо становилось все тише, пока совсем не растворилось в ночи вместе с его силуэтом. Покачиваясь из стороны в сторону на крепкой веревке, словно вяленая рыбеха на нитке, блондин тяжело вздохнул, сотрясая тишину, как и последующее громкое – «Блядь».

***

Как и ожидалось, улицы кишели группками патрулирующих стражников. Побоище, что устроили Нил и незнакомец привлекло внимание и, похоже, что те также прознали про туннели и подземные помещения, где скрывались многие из живущих людей этого города. Однако, юношу это мало беспокоило. Легкими, почти бесшумными шагами он миновал стражников и разрушенные дома, пытаясь отыскать хоть намек на лошадей. Солнце потихоньку обрамляло песок золотистыми лучами, что лишь заставляло рыжего парнишку поторопиться в своих поисках. Пробежав еще немного его глазам наконец предстало то, что было необходимо. В песок были установлены балки, на них развеивалась тончайшая ткань, а внутри покоились лошади. Рядом стояло около десяти рыцарей, сурово охраняя животных, а немного поодаль он заметил того самого мужчину, что объявил о потерянной цепочке. Да, то самый, что в несколько раз превышал любого из них своими мускулами и ростом. Нил далеко не всесильный и присутствие этого человека напрягло его, но и выбора у него, как всегда, не наблюдалось. Времени на план тоже не было, а потому придется действовать. Но перед этим у парнишки осталось еще одно незавершенное дело, без которого покинуть город будет в сто крат сложнее. Натянув на голову ткань от накидки, которая служила ему капюшоном, он будучи тише мыши скрылся за стеной. Найти одиноко стоящего рыцаря не составило труда. Времени на аккуратность у Джостена не было, поэтому, взяв с песка крепкий камень, он заскочил на мужчину со спины, резким движением нанося удар по шлему. Тот свалился с ног и прежде чем успел закричать, Нил сорвал защиту с его головы, закрывая рот рукой и поднося кинжал к шее. - Только попробуй хоть пикнуть, – прошипел он мужчине, на что тот испуганно замотал головой. Нил в свою очередь кивнул, но для пущей уверенности сунул испуганному мужчине песка в рот. Захочет заорать – песчинки облепят его чертово горло. Снимая с руки практически не сопротивлявшегося рыцаря броню, он откинул ее в сторону, перевернул мужчину со спины на живот, и усаживаясь на него сверху уткнул лицом в песок, - ни. Слова. Достав кинжал из сумки, Нил опустил голову чуть ниже, делая ровный и глубокий порез на руке рыцаря. Алая жидкость тут же показала себя. Кинжал он убрал обратно и на сей раз достал флягу небольшого размера. Сняв колпачок он стал орудовать чужой кровью, перетягивая ее в емкость. Мужчина заметно напрягся, начал брыкаться ногами и поскуливать, но Нил пытался не обращать на него внимания, как можно быстрее завершая работу. Но обстоятельства сыграли свой ход и за остатками здания послышались шаги. Он остановил поток крови, закрутил и сунул флягу в сумку, пока шаги становились все ближе, а попасться становилось все проще. Увлеченные незамысловатым разговором стражники громко рассмеялись, пока Джостен под их противный смех закинул части снятых доспехов за разрушенное здание, утягивая туда и мужчину. Спрятавшись следом за ним, и зажав ему рот, эти двое скрылись в тенях разрухи, а мужчины в доспехах миновали место, где они только что находились. Нил прислушивался к чужим шагам, пока те, наконец, совсем не исчезли, а голоса вновь не затихли. Было опасно так рисковать, но теперь обремененный временем у него не было права на ошибку. Мужчину в его руках заметно потряхивало, кровь не переставая стекала по его плечу, а рот измазанный в песке в немой просьбе то открывался, то закрывался. - Спасибо за помощь, – шепнул ему Нил и хватким движением ударил камнем по голове. Рыцарь обмяк в его руках, но юноша не мог сказать с концами ли, так что для пущей уверенности он достал веревку из сумки и перевязал его запястья, на большее, увы не хватило. И побежал, больше он не мог терять время. Вернувшись к своеобразным стойлам он вновь оценил обстановку. Людей стало чуть меньше, громила же никуда не исчез, вызывая в Джостене поток досады. Солнце неприятно выжигало на песке свои горячие лучи, Риеф практически подобрался к этим землям и стражникам было заметно жарко, но сейчас не до них. Парень находился примерно в пятнадцати метрах от стойла, в то время как по всему его периметру стояли люди в доспехах. Он размотал ранее укрытую рану на ладони, которая к этому времени совсем не закрылась и не имела даже намека на вязкую пленку. Не теряя ни минуты Нил движением левой руки направил два жидких красных клинка вдоль по песку прямо к стойлам, пока сам из-за угла следил за тем, чтобы ненароком не направить их не туда. Но клинки успешно добрались до лошадей и направленным движением перерезали все веревки, удерживающие их на месте. Дело осталось за малым, плавным движением руки Нил направил один из кровавых клинков на лошадь, нанося небольшую рану. Однако, серьезно сглупил, когда и второй клинок направился под кожу еще одному скакуну. Животное сильно взбудоражилось, явно ощущая не легкую щекотку. Скакуны рядом истерично заржали, поднимаясь на задние копыта, и остальные лошади не смогли не подхватить всеобщий бунт. Рыжий серьезно облажался, когда кони стали разбегаться по разные стороны. Стражники тоже встали на дыбы, загремели голоса и вопли, от которых животные пугались только больше, но Нилу ничего не осталось, кроме как выбежать из укрытия, вдогонку за лошадью. Откровенно говоря, план был хреновым. Не было никаких гарантий, что у парнишки, который никогда не седлал лошадь получится запрыгнуть на одну их имеющихся в состоянии нервного срыва, но других идей у него не было. Его быстро заметили, несколько стражников перевели свое внимание на рыжего юношу, вытаскивая из ножен мечи. Орудовать кровью было опасно, он и так истратил слишком много, а на полноценную битву не было и секунды. В хаосе из лошадей и людей было безумно сложно ориентироваться, он не понимал, куда бежать и что делать, пока прямо на него не выбежал один из скакунов. За секунду в голове пронеслась вся брань, которая была известна молодому парню, но сворачивать не имелось смысла, по бокам на Джостена неслись мужчины с мечами и уж лучше пускай его затопчет гребанный конь, чем проткнет любой из прихвостней короля. Не сворачивая и не замедляя бег, Нил летел прямиком на испуганное животное. Победа или смерть, все или ничего, да или нет, с отвагой и небольшой щепоткой слабоумия Нил врезался в тело испуганного животного, ловким движением переплетаясь руками за его массивную шею. Кобыла взвыла пуще прежнего, парень, впрочем тоже не безвольно висел, крича в унисон с животным. Оно пыталось сбросить с себя лишний вес, брыкалось и взмывало вверх на задних копытах, но все тщетно. Юноша вцепился мертвой хваткой, стараясь как можно быстрее поддеть себя ногами, и когда конь наконец приземлился на передние копыта и рванул вперед, Нил раскачавшись перебросил свою тушу, усаживаясь верхом на взбудораженное животное. Лошадь в безумном страхе бежало вперед. Несмотря на то, что оно было полностью обмундировано у Джостена едва ли получалось им управлять. Опыт был не самым приятным, но все мысли улетучились, стоило ему услышать топот копыт и рев мужчины позади. Он обернулся. - Блядь, блядь, блядь, – под нос себе вторил Нил. За ним несся тот самый амбал и еще несколько стражников. Лошадь мужчины соответствовала его размерам, и темным пятном рассекала воздух, стремясь как можно быстрее догнать подлеца. Юноша судорожно схватил поводья, пытаясь разогнать свою кобылу, но та упрямо крутила головой, – блядь, беги! – взмолил он животное и всем телом потянул поводья в сторону. Та сменила свой маршрут наконец выбегая из города, пока юноша безумно «нокал». Однако погоня не прекращалась. Мужчина уверенно управлял своим скакуном, всеми силами пытаясь сократить расстояние. Ничего не оставалось, кроме как вновь использовать кровь, и хотя парень и с огромным трудом удерживал поводья, нервно вздохнув, он все таки освободил кровавую ладонь и направил алое лезвие. Однако он промахнулся и то приземлилось преследователям под ноги. Неудивительно, что скакуну мужчины такие уловки нипочем. Юноша еще несколько раз пытался метнуть кровь, но ничего не получалось, яростным напором они двигались вперед, обходя нападки Нила, будто те игрушечные. Джостен вернул свой взгляд к дороге. Солнце начинало безжалостно палить, тело покрывалось потом. Он не соврет – ему страшно. Безумно страшно потерять всё именно сейчас. Он нашел цепочку, нашел цель, решая наконец заполнить свой смысл существования тем, что должен был совершить уже давно. Мысль о том, что он всего лишь безделушка в руках судьбы приводила его в отчаяние, но каким образом ему эту судьбу обмануть и выйти вперед с высоко поднятой головой? Если бы он знал... Несмотря на свой крошечный размер лошадь рыжего бежала со всех ног, но мужчина все же приближался до критического значения и тогда Нилу приходилось скрещивать с ним клинки. Юноша каждый раз менял направление животного, чтобы отдаляться от огромного скакуна рыцаря, но он приближался вновь и вновь, стремясь проткнуть мальчишку. Упертым нравом он совсем не хотел расставаться с Джостеном до тех пор, пока заживо его не сожрет, даже несмотря на то, что они ускакали слишком далеко от города. - Да что тебе от меня надо? – прокричал Нил мужчине, вновь отбивая напористый клинок, но крутым поворотом своего меча, тот выбил единственное лезвие юноши у него из рук. - Твоей смерти, ублюдок, – прорычал он. Когда мужчина занес меч в очередном ударе рыжему показалось, что больше нет путей отступления. Этот амбал получит то, чего так добивается, потому что Джостен оказался слишком самонадеянным глупым мальчишкой. Он закрыл глаза, вздохнул и... отдался песку! Лошадь начала брыкаться, пинаться и в очередном прыжке скинула с себя мальчишку. Прокатившись по песку он практически не мог пошевелиться, боль отдавалась по всему телу. Его лошадь метнулась назад, а скакун мужчины сбросил его с себя прилично дальше от Джостена и побежал вперед. Остальные рыцари остановились позади, нервно пытаясь как можно скорее удрать. Что-то не так, что-то явно происходит. Попытавшись сесть юноша почувствовал, как земля под ним трясется, а приглядевшись увидел, что песок уходит из под ног скакуна рыцаря. С каждым мгновением его все глубже утягивало вниз, пока тот совсем не пропал с поля зрения. И тогда из глубины образовавшейся дыры стали показываться неприятного вида конечности, цветом сливающимся с песком, одна за одной, каждая из них была усыпана округлыми шипами, пока не показалось и само туловище чудовища. - Наванси, – прошептал в жутком страхе Нил. Эти паукообразные твари размером два метра в высоту и три в ширину обитали далеко в пустыне и никогда не приближались к городу. Мужчина зашелся в душераздирающем крике, когда эта нечисть начала двигаться на него. Ее хелицеры стали двигаться из стороны в сторону, когда тело рыцаря оказалось под ней. Согнувшись на шипастых лапках, чудовище схватило тело мужчины, сжимая своей «пастью». Его крик, кажется, слышали сами небеса, а солнце было прямым свидетелем. Но никто ему не помог, ни один бог и ни одна молитва. Запрокинув голову паукообразное чудовище в один укус проглотило мужчину. Джостен не знал, что делать, все его тело онемело в тупом страхе, не позволяющем даже встать. Но даже если он встанет, что дальше? Тварь начала двигаться вперед на юношу, заприметив его как еще одно тело. Ее длинные передние лапки зарывались в песке, сменяемые еще четырьмя им подобными. У Нила перехватило дыхание. Он знал об этих существах, но никогда прежде ему не доводилось встречаться с ними лицом к лицу. Даже когда он собирался пересечь пустыню, то не хотел думать о том, что ему нужно будет противостоять им, надеясь на благосклонность судьбы. Но это так не работает, никогда не работало и никогда не будет. Он в чертовом круговороте безумных событий, которые каждый раз раздирают его здравомыслие к чертям собачьим. Но каждый раз он бросает этому дерьму вызов в ответ, каждый раз встает и принимает чертов удар, стараясь выстоять на подгибающихся коленях. По другому просто невозможно, у него просто нет выбора сдаться. Мыльными глазами он впился в тварь. Руками цепляясь в песок Нил встал, ноги еле как удерживали его. Он чувствовал человеческую кровь, и также чувствовал жизнь внутри наванси. Мужчина, который собирался убить Нила до сих пор жив. Но теперь его жизнь ничего не стоит. Обратить силу врага против него самого - вот что нужно Нилу. Он потянулся трясущейся рукой вперед, кажется, да, чувствуя ее. Алую жидкость, с трудом поддававшуюся юноше. Его пальцы дрогнули, дрогнуло и чудовище. - Нашел, – Нил улыбнулся, через силу сжав кулак. Тварь стала биться в конвульсиях тяжело шипя. Ей было не по себе, странные ощущения заставляли ее чувствовать страх, хоть юноша не уверен, может ли это адское создание чувствовать хоть что-то, кроме желания убивать. И тогда она с мерзким пением ее глотки рванула прямиком на маленького человека перед ней. Еще чуть-чуть, совсем немного, Нилу осталось совсем чуть-чуть...! Существо практически подобралось к нему, но когда он с кривым криком разжал ладонь, красные лезвия с огромной скоростью и силой пронзили ее тело, потоком выходя наружу. Тело чудовища завертелось и забилось в разные стороны, шипастые лапки поджались. Тяжело дыша Нил еще раз сжал ладонь, лезвия тут же исчезли, а после с новой силой под движение мальчишки пронзили ее. Наванси с безумным свистом упала, распластавшись по золотому песку. Нил пытался отдышаться, падая на колени. Боль прошлась по всему телу, напоминая о яростном падении с кобылы, отдавались также и удары незнакомца, напавшего на него в городе. Он пытался перевести дыхание, пытался осознать, что только что произошло. Да, ему приходилось бить морды людям, он умел ранить и убивать, но чтобы убить такое? И это совершенно точно не единственный экземпляр. Эти окрестности всегда были неспокойны и страшны, будто вся тварь собралась именно здесь. Но что теперь? Оглянувшись, он увидел украденную лошадь вдалеке. Удивительно, но это чудо природы не убежало. Наоборот, когда опасность миновала, животное приблизилось к парню, останавливаясь в паре метров от него. - Какая преданность, – хрипло ухмыльнулся Джостен, глядя на лошадь, – мы теперь друзья? Но лошадь не ответила, своими глупыми лошадиными глазами она смотрела вдаль. Парень хмыкнул. - Да, я тоже так думаю, – сказал он ей и с большим усилием встал на ноги, забираясь на кобылу верхом. Им нужно скорее сваливать, пока на запах мертвечины не нагрянул кто по хуже, ударом поводей эти двое продолжили свой путь.

***

Пекло – вот как можно описать дорогу Нила. Конечно, в пустыне жарко всегда, однако в Риеф, который наступает каждый шестой месяц года - было просто невыносимо. Солнце выжигало на песке свои золотистые узоры, пока он, где-то там вдалеке, сливался с небом. Нил уже давно испил той крови, что собрал ранее, не говоря уже о том, что должен был это сделать практически сразу, как только выкрал лошадь. Но обстоятельства не позволили ему этого сделать, а потому она и не особо помогла. Его рана на ладони покрылась влажной пленкой, но дальше регенерация не пойдет и это очень, очень хреново. Но что еще хуже, так это то, что помимо той крови у него не имелось никакого провианта. Он малец не совсем глупый, у него был план, но все пошло наперекосяк. Если бы он все сделал правильно еще в городе, то тогда за ним бы не погнались, он бы смог сразу выпить добытую кровь и чувствовал себя намного лучше. В своих силах он был уверен, так что смог бы добраться близ каньона, где очень часто обитают животные, а у гор текут ручьи. Но теперь он шел в совершенно иной стороне, его путь удлинился в несколько раз и чтобы добраться до ближайших гор потребуется как минимум неделя, а то и больше, ведь, конечно же, эта местность ему не так уж и знакома. Он знал ее лишь по карте, которую однажды выкрал у одного путника. А потом ее выкрали у него. Смешно? До скрежета в зубах, пожалуй. Нил также потерял свой единственный клинок, когда столкнулся с рыцарем в бою на лошадях. Находясь в полной жопе у него не было другого выбора, кроме как продолжать путь. Бессмысленно? Может быть. Помрет ли он в дороге? Вероятность настолько высока, что юноше самому хотелось посмеяться со своей дурной глупости. Однако, на самом деле ситуация в которой он оказался была просто ужасна. Череда событий буквально не дала ему как следует подготовиться к пути. Коварная Дэн выкрала его цепочку, парень, который заставил все его нутро перевернуться и был совершенно неприкосновенен, а в добавок ко всему этот огромный хер, который своей погоней заставил Джостена сбиться с пути. Но выбора, как бы это печально не звучало, снова не было. Его лошадь чувствовала себя еще хуже. Юноша шел рядом с ней, ведя ее за поводья, пока та с трудом переставляла копыта. Он взял ее с собой и навлек на верные муки, но не он виноват в том, что побежала на него именно она. - Хотя, наверное, виноват все же я, – признался он безмолвной лошади, на что та, как всегда, промолчала. Удивительное создание. День подходил к концу. Джостен вырыл для себя и для кобылы яму в песке. Одержимая конями Дэн однажды рассказала Нилу, что пускай лошади и могут спать стоя, но полноценный сон они получают лишь лежа. И даже так, им хватает часов пять, а то и меньше, чтобы выспаться и дать телу отдохнуть. Если бы природа наградила таким даром людей, то было бы куда лучше, однако, не все почести должны доставаться человеческому роду. Ночь прошла быстро и беспокойно, эти двое продолжили свой путь еще до того, как солнце озарило небосвод, но едва ли им это помогло. Идти становилось невозможно, рот и горло пересохли от пустынного жаркого воздуха, голова нагревалась даже под тканью, а до гор было еще слишком далеко. Нилу казалось, что он заживо сгорает, ноги путались, но он упрямо шел вперед. До тех пор, пока кобыла не свалилась на песок. - Нет, дружок, – Джостен обратился к лошади, встав перед ней на колени и взяв ее морду в свои руки, но, ох, она не ответила, падая носом в песок. Юноша понимал, что это произойдет, два дня они шли под безжалостными лучами солнца. Без еды, без воды. Но он не был готов оставить ее так скоро. Нил провел ладонью по гриве скакуна, а потом поднес ладонь ко лбу, опустил к подбородку и сжал у своей груди. Под это безмолвное молчание он продолжил свой путь в одиночку. Солнце вновь стало прятаться за горизонтом. Нилу слабо поддавались мысли, ноги практически не передвигались. Сколько еще идти? А туда ли он идет? Господи, он совсем ничего не понимает. Голова безумно болела, а в глазах крутились песочные картинки. Ладонь начала беспощадно ныть, а шанс того, что в скором времени юноша найдет человека и сможет испить крови был настолько мал, что об этом даже не было смысла задумываться. Невыносимо. Он конкретно облажался, когда сунул свой нос за пределы Безымянного города. Но хуже может быть всегда, даже когда кажется, что нет. Под ногами затрясся песок. Прямо как тогда. Не выдержав даже такой малейшей тряски, парень упал на землю. Песок стал стремительно расходиться, образовывая яму. Перед ним появилось очередное отродье пустыни. Не манис ли это? Выглядит, как ящерица, но размером с человека... А, в прочем, есть ли разница? Джостен встал на ноги, но сделав шаг – повалился на землю. Он не может идти, так что уж говорить о сражении. Используй он свою кровь снова, то ее недостаток в организме станет слишком велик и скорее всего он просто этого не выдержит. А чтобы управлять кровью чудовища... у него нет сил. Парень не может даже стоять. Пустыня сделала свое дело и измотала неподготовленного человека до смерти, а манис сотворит из этого грандиозное кровавое завершение. Существо приближалось все ближе, а Нилу становилось все хуже. Он не мог бороться даже с собой, а потом его глаза просто замкнулись.