Ненужный день рождения и философия страха.
11 августа 2024 г., 08:23
Примечания:
Глава больше «философская», без динамики.
В связи с продолжающейся блокировкой фиксбука из за местных пидоров, я в основном перебрался на автор тудей, и там же в первую очередь будут выкладывать обновления. так что если что искать меня там.
Внепространственный прыжок, как и всегда, завершился неприятной дезориентацией и внутренним штормом, заставив Асторию несколько секунд бороться с собственной аватарой, не давая той рассыпаться пылью.
Что характерно, такие перемещения вызывали негативные ощущения только у аватар. Те же прыжки целого корабля никаких подобных проблем не вызывали. Но аватара могла портануться фактически с любого места в любое, которое она знала лично, что с учётом общего пространства Тактической Сети флота трансформировалось в — любое, где была хотя бы раз хоть одна аватара флота. Причём именно «была»… Использовать в качестве точки наведения, к примеру, ту же видеосъёмку людей не представлялось возможным — совершить прыжок никак не удавалось.
Также было ограничение на своевременность или актуальность воспоминаний. Некая условная точка для финиша сохраняла свою релевантность где-то в течение месяца-двух, при условии, что в данном пространстве не произошло кардинальных изменений обстановки, после чего в любом случае требовалось «обновление» данных, что особенно хорошо подходило для прыжков кораблей, так как поверхность моря сама по себе изменяется крайне слабо, если в нужном районе нет шторма.
Так что, раз нельзя перемещаться просто по географическим координатам, то флотом сейчас нарабатывалась база ключевых реперных точек, позволявших аватаре в кратчайшие сроки прибыть в любой район планеты, и одним из видов «наказаний» для провинившихся стали прыжки для их обновления. То есть аватара корабля получала список координат требующих актуализации, и начинала серию прыжков, получая после каждого перемещения свою порцию неприятных ощущений.
Ремонтницы искали способы нивелировать данные побочные эффекты, но пока безуспешно. В их среде не было даже единого мнения о том, каким, собственно, образом данное перемещение происходит.
Одни считали, что перемещение идёт через искусственно формируемые «кротовые норы», в которые аватара как бы «проваливалась». Но как ни пытались зафиксировать момент нахождения в «норе» между смещениями координат, никаких данных, подтверждающих эту теорию, получить не вышло.
Другие считали, что перемещение вызывалось скольжением по горизонту событий энергетической «чёрной дыры», то есть заклинание продавливало аватару на энергетический слой, придавая ей начальный импульс, что в принципе подтверждалось наблюдениями извне, а затем, вместо «падения» в центр, аватара скользила по краю горизонта, и её выкидывало в конечной точке разгонным моментом за счёт первоначального, полученного от заклинания, импульса. И, соответственно, собрать и зафиксировать данные в том «месте» невозможно, так как там отсутствует само понятие времени, есть только момент.
Третьи считали, что никакого «погружения» в энергетический слой не происходит, а есть простой обмен содержимым пространства двух точек, согласно теории кривизны пространства-времени вселенной.
А ведь было ещё перемещение не аватар, но корпусов кораблей. И вот там, несмотря на то, что использовалось то же самое заклинание, требовались уже несколько другие исходные параметры для начала перемещения.
В первую очередь — скорость. Прыгнуть с места было категорически нельзя, только разогнавшись до определённой скорости в зависимости от водоизмещения корпуса. То есть если эсминец мог переместиться, разогнавшись узлов до тридцати-сорока, а вот лёгкому крейсеру уже требовалась скорость от пятидесяти и выше, и так далее. Те же линкоры могли прыгнуть, разогнавшись практически на максимум от возможного.
Просматривалась чёткая зависимость от массы корпуса и скорости. В эту теорию, кстати, укладывалось и то, что аватара могла перемещаться, стоя на месте. Масса самой тяжелой аватары на фоне массы корпуса даже самой мелкой туманницы, была на уровне статистической погрешности, и для инициации процесса смещения хватало микронного движения тектонических плит или той поверхности, на которой располагалась аватара.
Во вторых — существовал предохранитель, не дававший кораблю совершить прыжок, если конечная точка была на суше. При этом, отдельно для аватары такого ограничения не было и та могла перенестись хоть на вершину горы, хоть на поверхность моря, но не под землю и не под воду. Правда, под водой могли портироваться подлодки, только об этом событии тут же становилось известно половине океана, такой был «плюх» на всех акустических датчиках.
Как? Почему? Каким образом заклинание определяло возможность совершения прыжка?.. Неизвестно.
Бискайн было выдвинула теорию, что они не первые представители Туманного Флота в данной реальности. Тут, до них, были и другие. Просто пришли те «туманницы» с более энергонасыщенных слоёв Вселенной, чем их Флот. И именно они заложили основы того, что люди потом назвали магией. Что затрагивало уже не только вопросы перемещения, а саму теорию существования магов среди людей.
Эта теория поясняла то, что местные маги могли пользоваться возможностями Сети с добавлением чего-то своего, уникального, но не могли/не умели вносить корректировки в уже существующий функционал. Просто не догадываясь о существовании возможности такой корректировки. Ну и то, что, как показывало даже поверхностное исследование, у людей из-за такого ограниченного доступа шла постепенная деградация знаний, что было бы маловероятно, будь они естественными инициаторами такого разветвления в развитии человечества.
В копилку сомнений «человеческого происхождения» капало и то, что «язык запросов заклинаний» Сети, несмотря на очень сильную схожесть с «языком запросов данных» из их прошлой вселенной, всё же имел и весьма заметные отличия, требуя обязательной адаптации.
Но и у этой теории так же не было никаких реальных подтверждений. У Бискайн просто не было достаточной сравнительной базы и фактов для проведения действенных аналогий. Делу могло бы помочь открытие нескольких дополнительных проходов в иные вселенные, наподобие прошлой и нынешней — вот тогда можно было собрать дополнительную информацию и, уже опираясь на неё, выдвигать жизнеспособные теории. Или найти иные подтверждающие данные у людей, ведь откуда-то у них эти знания появились и, следовательно, этот момент должен быть отражен в истории.
Под эту марку Бискайн попробовала продавить посылку «охотничьих и поисковых» партий к людям для добычи образцов, но наткнулась на нежелание Миссури лезть в конфликт раньше времени и распылять усилия флота.
Миссури, с истинно флагманским терпением, выслушав все теории и запросы на углубленное исследование, честно дав каждой партии адептов теорий по одной реальной минуте, в итоге задала всего несколько вопросов: «Работает? Тенденции к ухудшению качества процесса есть? Кроме этого есть другие, более важные задачи?». Получив в ответ дружное «Да! Нет! Да!», разогнала всех с аргументацией, что нечего ей ядро забивать несвоевременными проблемами. Вот когда Флот решит все срочные текущие вопросы, тогда можно будет потеоретизировать, а до этого…
Правда, флагман не была бы флагманом, если бы так легко отмахивалась от потенциальных проблем, и флоту был доведен приказ — перед, и после любого прыжка, в обязательном порядке скидывать расчетные и итоговые параметры. Пусть копится статистика, а когда будет посвободней, то можно будет и потеоретизировать.
***
Поэтому Астория, как примерный корабль Флота, стабилизировав аватару после перемещения, первым делом отослала соответствующий послепрыжковый отчёт. Этот факт сам по себе был маркером, что всё прошло успешно, а вот если его не отослать в течение нескольких секунд, то на базе сработает тревога и поднимется переполох. Разобравшись с формальными обязанностями, она прогнала через аватару финальный тест, подтвердивший, что отклонений в функционировании больше нет, и неспешно, прогулочным шагом, направилась к своей цели. Приближалось Рождество, и улочки Хогсмида постепенно окутывались праздничными гирляндами и украшениями. Забавно, подумалось ей, маги, в большинстве своём, вроде бы как не поклоняются никаким богам, поминая только некоего пресловутого легендарного Мерлина, но соответствующие праздники не брезгуют отмечать. Или это связано с чисто коммерческим интересом — среди учащихся Хогвартса всегда хватало маглорождённых, и они тащат за собой вслед привычки из прошлой жизни, а под праздничное настроение и продажи лучше идут? Пару мгновений она вяло поразмышляла над этой мыслью, но пришла к выводу, что независимо от причины, ей это не сильно интересно. Нравится людям устраивать себе праздник — это их дело и желание. И от того, что она выяснит подоплёку этого процесса, собственно, на ситуацию это никак не повлияет. Так она неспешно шла по посёлку, приветствуя кивками головы знакомых жителей, вежливо отклоняя на ходу предложения заскочить в гости, пока не приблизилась к своей цели — двухэтажному дому с придомовым участком, окружённому невысоким забором. У неё были целые сутки отпуска — никаких расчётов, никаких анализов, никакого служебного общения. На все входящие у неё сейчас стоял блок, кроме кораблей её эскадры и, собственно, самой Миссури, которая услышав днём ранее просьбу об отпуске, не то, что не возразила, а мгновенно утвердила и пожелала хорошенько отдохнуть перед грядущим авралом, намекая на будущий скорый вал работ. Подозрительно. Поэтому ей сейчас хотелось просто куда-то сбежать, чтобы до неё точно никто не добрался, и отдохнуть душой, как ни парадоксально это ни звучало для кибернетической формы жизни. Куда-то на природу, где точно никого вокруг? Нет, она уже давно не впадает в состояние эйфории от созерцания красот местности. Тем более, она по любому начнёт инстинктивно анализировать местность для пригодности к боестолкновению и искать возможную угрозу. Какой тут отдых?! Отправиться в бесцельное блуждание по мировым достопримечательностям, как любят делать люди… То же самое, по большому счёту. Ей как-то не интересно, что вот этому камню или развалинам несколько сотен или тысяч лет, а толкаться в одиночку среди людей-туристов… Да с её привлекающей внимание внешностью… Нет уж, этим пусть Бискайн занимается, когда подопытный материал ищет. Так что у неё осталось не так уж много реальных вариантов, где можно провести время спокойно и с пользой. Стоило ей только зайти на территорию придомовой территории, как от Эни, мгновенно идентифицировавшей посетительницу, пришёл отчёт что все в сборе и уже ждут. Замечательно. В принципе, она могла это выяснить, не вставая с кресла на базе, но её так замотала суета последних дней, что она решила не заморачиваться такой мелочью. Даже если никого дома не оказалось бы, она просто вошла внутрь (кто её не пустит) и спокойно дождалась хозяев там.***
— С Днём Рожденья!!! — стоило ей только войти в гостиную дома, как её оглушил дружный вопль от всех собравшихся, осыпая её с головы до ног конфетти, которыми её обстреляли с флангов из магических хлопушек Рада, Никки и Мира. Астория ошарашенно переводила взгляд на всех собравшихся, стоявших в полукругом в несуразных картонных колпачках: всё местное семейство людей, её эсминцы, Бискайн и… Миссури со своим верным адъютантом, Северной Каролиной. Кажется, в докладе Эни слово «все» содержало в себе несколько больше смыслов, чем ею предполагалось изначально. Видимо, её ничего не понимающий вид изрядно всех веселил, так как они самым бессовестным образом посмеивались, приводя её в ещё большее замешательство. Какой такой День Рождения? — П-ф-ф-ф, — она сдула прилипшую к носу одинокую конфетти. — Флагман?! Миссури точно знает причину, и эта причина была действительна, иначе бы её тут точно не было. Миссури вообще никогда не горела желанием лично общаться с людьми, если не считать прикормленного ихтиолога с которым она могла, казалось, общаться на тематику морской фауны, бесконечно. — Ровно семнадцать лет назад твоё ядро впервые показало признаки активации личностной матрицы, — пояснила, поняв её взгляд, Миссури. — На мой взгляд, с точки зрения текущих приоритетов флота, это более значимое событие, чем спуск корпуса со стапеля на воду и активация базовых алгоритмов ядра. Так что у любой из нас есть фактически два Дня Рождения. — Но ведь… Астория в темпе принялась перебирать свои архивы того периода и озадачилась, ведь… — Всё нормально, — влезла Бискайн, поняв замешательство своего флагмана. — Надо просто ввести поправку на время смещения, и всё у тебя сойдётся. И вообще, раз флагман сказала: «День Рожденья», значит что? — Что? — А это значит — подарки! Заноси! И одновременно со словами ремонтницы в гостиную вбежало несколько сервис-ботов, тащивших в манипуляторах… Диораму? Астория с всё возрастающим удивлением рассматривала будто вырезанный и сильно уменьшенный кусочек моря с перекатывающимися волнами и… Её… Ну, в смысле, лёгкий крейсер типа «Кливленд», несущий на своих бортах расцветку и сигилы «Астории», идущий полным ходом сквозь пенящиеся гребни волн. Вращались антенны локаторов. Разбиваемая форштевнем волна орошала брызгами полубак, а на ходовом мостике, вцепившись руками в ограждающие леера, в развевающейся от набегающего ветра одежде, всматривалась вперёд её аватара. Она… и не она. С каждой секундой оригинальная Астория замечала всё больше несоответствий между представленной моделью и «оригиналом». Чуть иная форма башен орудий главного и вспомогательного калибра. Большее количество ракетных шахт, скомпонованных в несколько обособленных групп. Парочка новых локаторных станций. Аватара одета в одежду, явно стилизованную под военную форму, чего она никогда в жизни не делала. И это только то, что бросилось ей в глаза сразу. Стараясь не упустить малейшие детали, она приблизилась к макету практически вплотную, пока её «копия» не замахала с мостика возмущённо рукой, мол, уйди — свет заслоняешь. Выпрямившись, Астория вопросительно уставилась на Биску, которая с самым непричастным видом покачивалась с носков на пятки, глядя чуть в сторону. Через несколько мгновений взаимного молчания уже Миссури не выдержала бесполезной потери времени и недовольно зыркнув на счастливо цветущую от всеобщего внимания ремонтницу. Видимо, «зырк» подкреплялся ещё и персонализированным сообщением, так как улыбка Бискайн слегка потускнела, и она несколько торопливо выпалила: — Это, как ты, думаю, уже догадалась, прототип твоего нового корпуса с учётом наших последних разработок и исследований. Сейчас скину тебе проектную документацию, изучи внимательно, и если будут дополнительные пожелания, то сообщи их побыстрее — постараемся учесть. Одновременно с этими словами от ремонтницы буквально рухнул гигантский информационный пакет, содержащий в себе документацию и технологические карты по проекту корпуса лёгкого крейсера типа «Кливленд» с пометкой — вариант «флагманский». Астория тут же полезла в первичные спецификации и увиденное привело её в восторженно-недоумённое состояние. Если вкратце, то от прошлого проекта корпуса у неё остался только внешний вид и общая компоновка отсеков. В остальном переделано было абсолютно всё… Но не успела она полностью погрузиться в изучение спецификаций, как её практически за шкирку выдернули в реальность. — Изучишь позже, — безапелляционно вынесла вердикт Миссури. — У тебя же сегодня выходной, так что рабочими моментами займёшься завтра. К тому же, сначала надо запустить тебя в симулятор, а когда ремонтницы подтвердят, что проблем с контролем корпуса не будет, вот тогда и приступим к сборке. — Да, флагман! А что она ещё могла сказать?! Несмотря на зудящее нетерпение (наконец-то хоть какой-то сдвиг), она понимала, что полноценное изучение творения ремонтниц займёт много времени, да и наверняка придётся что-то дополнительно дорабатывать. Как минимум, она уже успела заметить весьма большой пустой отсек в цитадели с пометкой «обитаемый объём». Из чего логично следовало, что ей там предлагается дополнительно рассчитать обстановку для аватары. В корпусах кораблей «старого» типа данный функционал не был предусмотрен совершенно, и поэтому корабли распихивали полученные аватары кто куда. Как правило, это были ходовые и боевые рубки, но они мало подходили для постоянного комфортного обитания аватары.***
На этом подарки-сюрпризы не закончились. Амели подарила от себя альбом с персональными и эксклюзивными нарядами под любимый стиль Астории. Мистер Сэм с Мирабель, оказывается, под руководством профессора Флитвика занимались анимацией подаренной только что модели корпуса, которую, что логично, собрала Бискайн. Линки взяла на себя сервировку праздничного стола. А вот со стороны остальных туманниц (если не считать одобрения презентованного проекта её нового корпуса) никаких подарков не было. В принципе, сама концепция празднования некоего прожитого календарного года была чужда их мировоззрению — как можно праздновать то, что ты сумел выжить в течение прошедшего года. Почему бы тогда не праздновать каждый месяц или там день? А подарки? Что можно подарить туманнице, если она сама себе может создать из наноматериала практически что угодно. Всё это было написано просто большими буквами на лице Северной Каролины, которая никак не могла понять свою роль во всём этом сборище, и почему Миссури потянула её за собой. Но возражать или как-то препятствовать воле флагмана было для неё невообразимо, и поэтому она с видом отважного оловянного солдатика, была готова превозмогать любые события, даже общение с людьми. — Расслабься, — заметившая её состояние, Астория сделала небольшой манёвр, чтобы оказаться рядом, пока присутствующие пытались сориентироваться, как им рассесться за праздничным столом с учётом имеющихся условных рангов. — Всё нормально, и ни у кого из нас алгоритмы не сбоят. — Тебе легко говорить, — Каролина ответила так же через Сеть, сопроводив свои слова маркером потерянного времени, демонстрируя своё раздражение от ситуации. Ну да, корабли старших рангов не то что не любили, но не горели прям желанием общаться с людьми. Большинство тяжёлых крейсеров, линкоров и КШиПов* (Корабль Штурма и Подавления — авианосец без авиации, являющийся по сути плавучей ракетной платформой, ультимативный аргумент флота) прошли только минимально необходимый курс адаптации для общения с людьми и предпочитали пока держаться в стороне. Хотя те же эсминцы, да и лёгкие крейсера, как правило, очень легко налаживали отношения с людьми. Правда, эсминцы визуально редко когда были на вид старше двенадцати-тринадцатилетних девочек, а крейсера — пятнадцати-семнадцатилетних девушек, что существенно облегчало им коммуникацию в своей возрастной среде, да и лёгкие корабли не так сильно обращали внимание на условную «тормознутость» людей. В целом на флоте достаточно быстро сложилось разделение ролей и на суше: эсминцы, маскируясь под человеческих детей, занимались внешним наблюдением и разведкой; крейсера, пользуясь своим более взрослым видом, как правило под видом старшеклассниц, студенток или молодых специалисток, занимались внедрением в различные общества и организации, а если требовался более представительский подход — то вот тогда, с большим скрипом, удавалось привлечь к делу кого-то из тяжёлых кораблей. Правда, бывали и исключения. Та же Саратога, обожавшая ранее рыбачить на удочку с собственной палубы, причём любимой добычей у неё были акулы — сто двадцать четыре коллекционных спинных плавника не дадут соврать. И чем крупнее была акула, тем той было интересней. В общем, во время социальной практики аватары в Хогвартсе, она сумела как-то пересечься с Хагридом, который после инцидента с Асторией и отсидки в Азкабане сидел в своей хижине тише воды и ниже травы, держась от Хогвартса и новых учениц подальше. А Хагрид, между делом, несмотря на своё весьма ограниченное мировоззрение на уровне ребёнка с задержкой в развитии, так и не оставил своё увлечение, связанное с выведением новых существ на уровне весьма матёрого биоинженера. Чем и как соблазняла его Саратога — неизвестно, но у Астории очень быстро появилось стойкое убеждение, что в океанах вскоре может появиться возрождённый этой слегка безумной парочкой мегалодон. По крайней мере, Саратога после знакомства и многочисленных бесед с Хагридом, весьма много времени потратила на изучение Calvert Marine Museum в штате Мэриленд, который был всемирно известен тем, что там хранится наиболее полный скелет этой древней акулы, а затем сформировала в сети запрос для подлодок о срочном поиске яйцевых капсул наиболее крупных видов акул* (около 1/3 от всех видов акул откладывают яйца — яйцевые капсулы, не икру!) или только что новорождённых акулят. На вопросы о целях такого интереса она загадочно молчала, только поблёскивая горящими энтузиазмом глазками аватары. Астория поделилась тогда своими опасениями с Миссури, на что флагман уточнила, чем питалась эта акула и были ли в её рационе коралловые рыбы. Получив ответом логичное «скорее всего, нет», туше мегалодона исторических размеров на рифовом мелководье делать нечего, пожала плечами и заявила, что не видит тогда никаких проблем. Людям вскоре будет не до самостоятельного исследования глубин и просторов океана, а при «не самостоятельном» никакой мегалодон проблем туманнице не составит. Так что пусть Саратога спокойно развлекается и дальше, если ей это интересно. После чего Астории только и оставалось, как сказать «Да, флагман». Но тем не менее она скинула Саратоге настоятельную просьбу познакомить её с результатами работ, когда будет что показать. Опасно, не опасно — но лучше к таким моментам быть готовым заранее. Поэтому, в том числе, она и не стремилась к тому, чтобы старшие сёстры укрепляли личные контакты с интересными им людьми. Результат такого укрепления мог выйти непредсказуемым, и хорошо если это ограничится только относительно безобидными биологическими экспериментами. А если нет? Она отдельно предупредила Саратогу, чтобы та не сильно распространялась о своих изысканиях. Просто так, на всякий случай. В будущем, когда, по её планам, контакты с людьми станут более регулярными, вряд ли они проникнутся дополнительной благодарностью, узнав, что стараниями определённых инициативных личностей в океан вернулся древний ужас, просто потому, что кое-кому захотелось порыбачить на легендарную рыбку.***
После застолья, над которым витал этакий неуловимый флёр неловкости и отчуждения, мелкие, в лице эсминцев, Бискайн и Мирабель, считав общее напряжение, дружно отпросились и рванули со всех ног в Хогвартс. Мирабель прям-таки горела показать подружкам нечто интересное, да и эсминцы были рады оказаться подальше от внимания линкоров, особенно Каролины, которая чуть ли не физически источала флюиды недовольства. Ну а Бискайн отговорилась необходимостью навестить больничное крыло и пообщаться на медицинские темы с мадам Помфри. После нескольких не особо удачных попыток завязать общую беседу и наладить контакт, Астория предложила всем перейти в гостиную и посмотреть одну передачу по телевизору. Это был рисковый шаг — совместный просмотр людьми и туманницами человеческого политического ток-шоу, связанного с «бесчинствами» Туманного флота разрушающим мировой порядок, мог наоборот всё окончательно испортить. Но иначе все так и будут сторониться друг друга, а ей для ее планов нужно единство устремлений. Если с туманницами, нравится им это или нет, было проще — приказы флагманов почти всегда были приоритетом над собственными хотелками, то с людьми так было нельзя. К тому же она никак не могла просчитать мотива Миссури, зачем той потребовалось устраивать эту встречу. Предлог «дня рождения» мог быть естественен для людей, но никак не для туманниц. Наиболее логичным было, после всех наблюдений, что главной «целью» является не она, а Каролина, которая хоть и поддерживала всегда начинания Миссури, но отличалась весьма упрямым и скверным характером. На украдкой заданный вопрос по связи флагманов, Миссури ответила только: «Пусть всё идёт, как идёт», что совсем не добавило Астории оптимизма. Отдохнула, называется. Ну раз так, то пусть Миссури не обижается — градус напряжения надо тогда несколько повысить. Зная жажду «справедливости» мистера Сэма, спровоцировать его на всплеск эмоций будет несложно. А всплеск эмоций может пробить броню отчуждения Каролины. Заодно можно будет немного скорректировать некоторые скользкие моменты будущего проекта под благовидным предлогом. А безопасность… Её текущих возможностей хватит, чтобы в случае чего прикрыть семейство людей от раздражённого линкора, а там успеет вмешаться Миссури.***
— А я говорю, что страх — это худшая из эмоций для основ взаимодействия! …Это она удачно подобрала момент, как раз когда в одном из американских эфиров шли дебаты по поводу прошедшего недавно «Сражения за Гавайи», которое ВМС США проиграло с треском, потеряв несколько эскадр и получив затем ультиматум «очистить острова от человеческого присутствия», из-за чего на континенте началась жуткая паника. Как принято в «шоу» такого рода, было представлено две стороны: условные «голуби» и такие же условные «ястребы». Дебаты были яркими, эмоциональными, с переходом на личности и с полным спектром всей полагающейся атрибутики, влоть до драк. Стороны не гнушались использованием «прямых» включений с мест событий с демонстрацией эвакуирующегося населения со слезами, соплями, жалобами на происходящее, так и уже архивных записей, причём каждая сторона интерпретировала виденное, как ей наиболее выгодно. «Голуби» требовали от правительства, военного министерства, от всех имеющих хоть какое-то влияние на общество, НЕМЕДЛЕННО выяснить «кто», наладить контакты с «неизвестными агрессорами», договориться и снизить градус напряжённости, а «ястребы» призывали всех сплотиться вокруг правительства, отринуть пораженческие призывы к перемирию, затянуть пояса и всеми силами готовиться к реваншу — Америка победит! Так что «шоу» было ещё тем «шоу». — Люди… — презрительно бросила Каролина, глядя на то, как эти самые люди на голоэкране сверхсовременного для данной эпохи проектора, подключенного туманницами напрямую к ТВ-спутникам, ругались между собой, не выбирая выражений. — Никакой дисциплины, понимания ситуации и реальных раскладов. И они ещё хотят чего-то от нас добиться? Мистер Сэм темнел лицом всю передачу. Всё же, несмотря на все события прошедших лет, он до сих пор оставался патриотом своей страны, хотя хорошо понимал бесперспективность будущего сопротивления. К тому же ни Астория, ни другие туманницы никогда не требовали от него никаких прямых действий, направленных против людей, позволяя ему жить как вздумается и при этом пользоваться негласной поддержкой Туманного Флота. Единственное, что было запрещено, — это любой вид публичного или частного признания принадлежности к туманникам. Не то чтобы их волновал этот момент, но тогда бы среди людей точно нашлись бы элементы, стремящиеся ликвидировать «предателя и его соучастников», а это могло уже подпортить репутацию Флота Миссури, причём не среди людей, а среди других флотов — мол, не сумели защитить своих агентов. То есть это сулило лишние проблемы, затраты на организацию нормальной охраны и прочее, раз семья мистера Сэма отказалась переезжать на один из островов Тумана, а Миссури, по ходатайству Астории, наложила вето на принудительную эвакуацию. Поэтому мистер Сэм с семьёй продолжал жить, как ему удобнее, с этим одним единственным ограничением. Но во всём остальном никаких запретов не было, но и Флот в моменте не нёс никакой ответственности за него и его семью. Что и было официально обговорено ещё в самом начале сотрудничества. — Они хотят жить! — Не похоже, — прокомментировала Каролина ответ мужчины, камера оператора как раз в этот момент перевела фокус на одного из ястребов, потрясающего кулаком на своего оппонента и орущего о величии и гордости нации. — Я что-то не слышала, чтобы хоть кто-то из участвующих изъявил желание лично воплотить свои идеи в реальность. Они только хотят, чтобы кто-то другой это сделал за них. — Я имел в виду других людей, не выступающих. Но из-за ваших действий сейчас все сильно напуганы, их мир рушится. Сколько людей зря погибло. — Никто не заставлял военных атаковать наши корабли, и даже по человеческим понятиям агрессия против военного корабля другой державы — это casus belli, повод к полноценной войне. Поводов нам было предоставлено уже предостаточно, и только выдержка и терпение нашего флагмана не дает нам полностью избавить океаны от любого присутствия людей. — Вы сами их провоцировали, я точно знаю! — Это не имеет значения! Даже если пользоваться человеческими международными законами и конвенциями — мы не нарушили ни одной статьи, а что людям там показалось — никого не интересует. К тому же флагман не подписывала ни одного из этих законов, следовательно и мы не обязаны их соблюдать. Вот когда по плану вступит в силу следующий этап, то тогда флагман решит, что и как. А до того, человек, знай своё место в ордере! Ни Астория, ни Миссури не вмешивались в этот спор, а Миссури дополнительно не давала мешаться и миссис Амели, цепко держа ту за руку и переговариваясь о чём-то своём, отгородившись звукопоглощающим барьером. — Люди должны знать, что любое противодействие нам обречено на провал изначально! — А я говорю, что страх — это худшая из эмоций для основ взаимодействия! Насколько мне известно, вы дальше планируете наладить контакт с правительствами стран, так вот, текущие действия флота — не самая лучшая основа для этого. Настал момент вмешаться и направить этот спор в более конструктивное русло, пока спорящие окончательно не уподобились оппонентам на экране, где эмоции давным-давно задавили логику и разум. Первый этап провокации мистер Сэм выполнил блестяще, хотя и не знал об этом, — отчуждения Каролины будто и не бывало. Другое дело, что теперь следует обратить её негативно-презрительное отношение к людям, и к мистеру Сэму в частности, в нечто более конструктивное, и тут уже не обойтись без её вмешательства. Увы, но назвать мистера Сэма опытным дипломатом и переговорщиком никак было нельзя. Его от неминуемой расправы линкором вообще спасала только принадлежность к флоту — оказывать физическое воздействие на своих было категорически недопустимо, а семья мистера Сэма при этом ещё была фактически выведена из флотской вертикали, в связи с практически полной бесполезностью в обычном функционировании флота, что дополнительно бесило Каролину — люди могли пользоваться привилегиями кораблей флота, но не несли никаких обязанностей. — Мистер Сэм, вы не правы! Каролина!.. — Астория жестом руки и дополнительным эмоциональным маркером, отосланным по внутренней связи, попросила линкор не вмешиваться и помолчать. — Вы об этом не задумывались, но я, в своё время анализируя человеческое общество, пришла к одному очень интересному выводу. Хотите знать к какому? Мужчина отрывисто кивнул, готовясь к неприятному разговору. У него уже был неоднократный опыт в подобного рода спорах, и обычному человеку крайне сложно противостоять аргументам существа, которое ничего не забывает и обладает если не абсолютными, то крайне глубокими умениями анализа. — Вы говорите, что «страх» — это худшая из эмоций для организации долгосрочного сотрудничества. Я правильно вас поняла? Короткий кивок. — Отлично! Но что вы скажете на то, что если я буду утверждать, что вся человеческая цивилизация построена на чувстве страха. Вообще вся! — Что? Чушь это! — услышав такое абсурдное заявление, Сэм приободрился. — Будь так, как ты говоришь, все люди были бы сплошными неврастениками или ещё какими там психами. — Мне позвать Бискайн, чтобы она подробно и с примерами изложила? — Нет, не надо. Но и ты не увиливай в сторону, — приободрился мужчина, посчитав её вопрос за попытку несколько сменить вектор темы. — И не думала. Начнём с начала, то есть с самого факта рождения человека. Вот в неком месте появился на свет трехкилограммовый сгусток структурированной биомассы — человеческий младенец. На данном этапе своей жизни он действительно не способен испытывать осознанный страх, только некоторые базовые физиологические рефлексы: голод, боль, реакции на тепло и так далее. Но ваши же учёные считают, что человек впервые испытывает чувство страха в возрасте полугода. Малыш начинает бояться потерять свою мать и остаться голодным. Ближе к 2-м годам появляются новые страхи. Ребенок может бояться громкого шума, одиночества, наказания родителей, незнакомых людей, темноты, тени. Люди сами культивируют эти страхи, угрожая своим и чужим детям наказанием за неправильное поведение, обеспечивая впоследствии ваших же психологов бесконечной и ненапряжной работой — на любую проблему говори о психологической травме детства. И чем дальше по линии жизни, тем таких страхов в жизни человека становится больше: оценки в школе, боязнь отторжения социума из-за своих привычек или вида, страх общения с противоположным полом, кредиты, начальство, внимание полиции… Список можно продолжать практически бесконечно. Люди постоянно живут посреди моря страха, но… Кто сказал, что страх — это плохо? Страх не даёт вам переходить улицу под красный сигнал светофора или под приближающийся грузовик, водитель которого из чувства страха готов в любой момент нажать на тормоз, чтобы не сбить очередного бесстрашного придурка. Страх же заставляет вас пользоваться дверями, лестницами и лифтами, а не таким удобным окном. Страх может как убить, так и спасти. Так что то, что в этом мире у людей будет одним страхом больше, одним меньше — особой разницы для них не будет. Я не хочу сейчас углубляться в обсуждение различий страхов физиологических, эмоциональных или социальных. Что-то лечится медикаментозно, что-то проходит само, что-то нет. Неважно. Важно, что в жизни людей страх присутствует постоянно. На её вдохновенный спич ответом была тишина. Мистер Сэм судорожно пытался осмыслить сказанное и пытался подобрать контраргументы, а Северная Каролина только сильнее вздёрнула свой носик и пренебрежительно фыркнула… — Приматы, чего ещё от них ждать. — Логично, — согласно кивнула Астория. — А чем мы от них в этом плане отличаемся? — Что? — броня превосходства линкора дала трещину, сменившись сдерживаемой яростью. — Ты забываешься, крейсер! Мы ничего не боимся! Но если у тебя проблемы с эмоциональным модулем, то тебе следует обратиться в ремонтную службу для регулировки алгоритмов. — Учту, линкор, — спокойно кивнула крейсер. — Вот и поясните это флагману лично, а то она уже минуту стоит у вас за спиной и явно сильно недовольна вашим поведением. Лицо Каролины замерло восковой маской, и она резко вскочила на ноги, оборачиваясь… — Флагман, я… — увидела, что Миссури всё так же спокойно что-то обсуждает с Амели за звукопоглощающим барьером, совершенно не обращая внимания на происходящий конфликт. — Линкор, да не бойтесь вы так. Хотите, я вызову вам ремонтную службу? Какое-то мгновение Астории казалось, что на неё сейчас вульгарно накинутся аватарой, но Каролина была всё же линкором, и самообладания ей было не занимать. Вот она, закрыв глаза, шумно выдохнула сквозь стиснутые зубы и уселась обратно, скрестив руки под грудью. Мистер Сэм сидел тише мыши — вид взбешённого линкора мог пронять даже самых толстокожих, а сама Астория просто с любопытством ждала развязки. Сидение Каролины с закрытыми глазами продолжалось недолго, и вот она, снова резко выдохнув, явно расслабилась и уже абсолютно спокойно посмотрела на наглый крейсер. — Уела, признаю, — склонила немного голову Каролина. — Позже я получше обдумаю твоё видение ситуации. Астория ответным кивком показала, что восхищена самообладанием Северной Каролины и тем, что та публично, перед человеком признала свою ошибку, хотя могла ограничиться персонализированным сообщением, сохранив лицо. — На самом деле, это только первый слой — ведь действительно, если вся общественная структура будет опираться только на открытый страх, то долго она не сможет просуществовать, — продолжила Астория свою речь, будто и не было этой паузы. — Поэтому эволюционно был освоен механизм подмены понятий, где понятие «страх», в зависимости от ситуации, стало заменяться иными терминами, имеющими уже положительный эмоциональный спектр, такими как «долг», «ответственность», «порядочность», «забота» и так далее. Именно поэтому сказать, что «страх» является плохой основой для начала отношений, категорически нельзя. Нами, как флотом, в прошлом мире была допущена одна ошибка — мы не объявляли официально о принципах нашего сосуществования… — Это было не нужно, — отрывисто бросила Каролина. Несмотря на признание собственной, ну… не ошибки, а неверной трактовки некоторых понятий, линкор всё же оставалась линкором. — В тех условиях — да, — согласно кивнула Астория. — При следовании принципам старого АК, не информирование людей о новых правилах поведения в океанах и прибрежных зонах, и при условии нашего тотального превосходства в силах, на конечный результат не особо повлияло. Но, если бы это было сделано, это бы как минимум существенно уменьшило в то время количество различных инцидентов и, соответственно, перерасход ресурсов с нашей стороны, а со стороны людей — излишних жертв. Но так люди несколько лет бились лбом о нашу броню в попытках выяснить рамки допустимого поведения. По лицу Каролины скользнула небольшая гримаса, будто она хотела сказать нечто язвительное о людях, но сдержалась. К тому же возразить ей было нечего — директива избегать излишнего перерасхода ресурсов была если не самой важной, то одной из, и любой корабль всегда старался избегать такого упоминания в своём отчёте.***
В своё время Астория потратила много времени на анализ — почему именно так было положено в АК, ведь любые затраты, что наноматериала, что танатониума для боеголовок ракет, легко компенсировались производственными мощностями баз, и у Флота Тумана не было человеческого понятия «себестоимости материалов», когда на активную задачу стоимость потенциально потраченных ресурсов влияла как бы не больше, чем всё остальное. Единственное, что ей надумалось по итогу размышлений, — это оптимизация алгоритмов и последующее стимулирование развития ядра. Ведь одно дело — бездумно заливать любую задачу голой мощью и ресурсами, и совершенно другое — вычислить максимально оптимальный доступный вариант с минимумом реальных затрат. А позже она и у людей наткнулась на похожие размышления: «Настоящий творец должен быть голодным, тогда он может создать шедевр. Сытые шедевров не создают. Для того, чтобы хорошо думать — нужно быть несчастливым, а счастливые не думают — они просто живут». То есть по своей сути понятия «создание шедевра» и «поиск оптимального решения» были идентичны, и именно поэтому корабли флота искусственно ограничивались в ресурсах. Она тогда поделилась своими выводами с Миссури, но та, как обычно, сдержанно похвалила Асторию, и приказала держать эти выводы при себе. — Понимаешь, корабли должны сами додумываться, почему именно так. Мне на флоте не нужны плавающие болванки, или их должно быть как можно меньше. Направлять, указывать маршрут — да. Но не тащить всё время за собой на буксире. Кто-то в таких изысканиях напорется на рифы, кто-то сядет на мель. Не страшно — вытащим, починим и отправим дальше. Опыт развивает. Ты сама ранее отмечала, что отсутствие желания кораблей самим думать сильно тормозит нас в развитии, да и эффективность страдает. Но нельзя приказать научиться думать, точнее, приказать можно всё — отдача будет слабой. Именно поэтому я не препятствую личным увлечениям корабля, если таковые появляются. Главное, чтобы это не шло во вред флоту.***
— И как ты собираешься конвертировать «страх» в… нечто иное? Или ты думаешь, люди сами справятся — как ты там сказала — эволюционно? Что-то в прошлый раз я не видела такой эволюции. — На самом деле тут нет чего-то особо сложного. Другое дело, что это не самый быстрый процесс, но если всё получится, то лидеры людей сами будут заинтересованы в такой трансформации. Дело в том, что подавляющее число обывателей помнят только то, что им говорят в СМИ, и если их спросить о том, что происходило хотя бы месяц назад — они просто ничего не смогут сказать, если об этом им не будут постоянно напоминать. И несмотря на текущую ситуацию, — Астория указала рукой на экран, где продолжались яростные дебаты, — если мы предложим местным лидерам некие личные плюшки, уверяю — они мигом развернут ситуацию на сто восемьдесят, и внезапно окажется, что виноватые в происходящем не мы, а некие военные чины, превысившие свои полномочия, и по некой случайности уже погибшие, хотя, думаю, парочку живых приберегут для публичного спихивания на них всех грехов. — Допустим, а нам это зачем? — в тоне Каролины еле уловимо скользнула нотка непонятливого раздражения. — Если мы этого не сделаем, то нам будет сложно внедриться в научные центры людей, а без этого мы не сможем контролировать направление их развития. Да, на первый взгляд нам это не надо, и можно вполне ограничиться текущим статусом-кво, но самое страшное для нас сейчас — это стагнация. Люди, несмотря на сильную ограниченность отдельных своих членов общества, способны кооперироваться и достигать весьма неплохих результатов. В прошлом мире такие процессы уже были организованы и как раз начали выдавать первые результаты. — П-ффф, — фыркнула Каролина. — Ничего там такого не было. — На тот момент — да. Но проблема в том, что у нас за весь период пребывания там ничего нового так и не появилось — мы как патрулировали побережье, так и продолжали, никак не развиваясь, а люди занимались реорганизацией общества и организацией исследований, и кто знает, до чего они смогли бы додуматься. — Возможно, — вынуждено согласилась линкор. Всё же она имела доступ старым докладам Астории. — Но как ты хочешь взять под контроль людей — ведь если они будут что-то против нас планировать, то логично будут от нас это скрывать? До такого даже люди додумаются. — К примеру: мы поможем организовать людям информационную сеть для связи на наших стандартах, которые превосходят их текущие на несколько порядков. Они просто не смогут удержаться от соблазна использования такой технологии, ну а мы облегчим себе доступ во все сферы, которые будут подключены к данной сети, а то работать в текущих просто невозможно, сама знаешь. Одновременно, тем самым, мы купируем все разработки в данном направлении, ибо зачем тратить ресурсы на разработку во много раз более худшего аналога, когда есть более совершенный. Потом можно предложить избранным людям услуги нашей медицины, и так далее. Причём оказывать все услуги мы будем не за деньги — не нужны нам все эти фантики. Мы будем таким образом будем привязывать к себе полезных нам людей. Вон, я меньше чем за год в одиночку сумела взять под полный контроль Хогвартс и частично министерство магии, и, отметь, мне не приходится сейчас тратить своё время на непосредственное управление. Мои люди прекрасно знают, что они сохраняют своё положение и жизни, пока лояльны мне и качественно выполняют свои функции, а так как это ещё совпадает с их жизненными устремлениями, то наши отношения вполне гармоничны и взаимовыгодны. Именно взаимовыгодность контактов должно стать нашим приоритетом. Никакого альтруизма, голый прагматизм. — Не знаю, — поморщилась Каролина. — Это всё так зыбко. По старому Кодексу всё было гораздо проще. — Проще! Но проще не означает лучше. К тому же в случае неудачи нам никто не помешает вернуться к этому варианту, — пожала плечами Астория. — Но, в любом случае, скучать не придётся — дело найдётся всем, и воевать нам придётся ещё не раз. — Раз ты так уверенно говоришь, значит флагман в курсе и поддерживает, — сама себе кивнула Каролина. — Ладно, посмотрим, что из всего этого выйдет. Хотя, ты сказала, что человеческие деньги нам не нужны, а зачем тогда эсминцы сейчас охотятся за торговыми судами людей и изымают наличные средства? Это она указала на очередной виток спора в шоу, где как раз обсуждали непонятные «пиратские» действия пришельцев. — И тренировка, и подготовка, и развлечение. Девочки останавливают подходящее судно, высаживают десант из ботов, изучают документацию и накладные, и одновременно сканируют судно на наличие незадокументированного груза. А так как на любом судне практически всегда есть контрабанда, то есть неучтённый груз, то они налагают штраф за неправильно оформленную документацию с занесением в судовой журнал, а собранные средства передают затем на базе ремонтницам. Когда собирается подходящая сумма, то её передают Быку — он как раз сейчас занимается развёртыванием собственной организации для продвижения наших последующих целей. — Быку? — влез в разговор двух кораблей мистер Сэм. — Как он там? А то по прибытию он чуть покрутился тут и куда-то исчез, даже по связи отмалчивается. — Всё с ним нормально, — успокоила мужчину Астория. — Занят просто делами по горло. Хотя, сейчас он уже не Бык. Попросил Бискайн изготовить ему документы на имя Уилсона Гранта Фиска или просто мистера Фиска. — К-ха, — поперхнулся Сэм. — Он что, серьёзно? — Абсолютно. Согласитесь ему это подходит просто идеально. Лет через пять-шесть, он планирует даже стать мэром Нью-Йорка. Вот только мне теперь думать, где бы достать радиоактивного паука… У тебя случайно нет?
Примечания:
Бечено.
