[Сезон 3].Дикша

Вторая часть ПЯТОЙ СЕРИИ. — Эта кофта колется. Олимпия хмыкнула и посмотрела на мои мучения. Вроде бы в мою сторону, но всё равно мимо, словно моё присутствие ничего для неё не значило. — Можешь пойти без неё, — предложила Хилл. — Другой ритуальной одежды нет. — Да, спасибо, ты сама любезность. — Обращайся. Нас с Адрианом разместили в том же доме, в котором мы когда-то провели часть лета на территории племени Синта. Пахло влажностью: недавно прошёл дождь, и с листьев деревьев, растущих прямо перед окном, вяло стекали крупные мутные капли. Время здесь словно остановилось, и чердак, на котором мы были с Адрианом давным-давно, совсем не изменился. Всё те же кровати, тумбочки, деревянный пол и минимум украшений на стенах. Ширма, разделявшая когда-то этот дивный пентхаус, была сдвинута в сторону — но это, опять же, была всё та же, пускай и изрядно выцветшая, ширма. Люди вот постарели. Да и нас с Агрестом потрепало. Деревья выросли, кустарники сменились, проложили новую дорожку до озера. В остальном… Я как будто в прошлое вернулась. — Ты готова? — спросил Адриан, заглянув в комнату. — Выходим через пять минут. — Да, хорошо. Видя мою задумчивость и отрешённость, Адриан поджал губы и зашёл. Сев рядом со мной на кровать, — матрац просел под весом вроде бы щуплого на первый взгляд Агреста, — он взял меня за руку. Я сразу стряхнула его ладонь. Не могу. Чувствовать протез вместо обычной тёплой ладони… и знать, что рука, по факту, была потеряна из-за меня… Упрямый Адриан снова сцепил наши ладони, и в этот раз я не нашла в себе сил, чтобы сопротивляться его прикосновениям. Ну да… точно. Он вечно повторял, что моей вины в произошедшем нет, но, похоже, смог убедить словами только себя самого. — Волнуешься? — Да что там волноваться, — фыркнула я, приваливаясь к его плечу. — Это же не против Индиго сражаться. — И не тайны от мужа заводить, — спокойно кивнул Адриан. — Есть что сказать? — М-м-м… не думаю. — Бессовестная. — Всегда такой была. Несмотря на своё недовольство, Адриан поцеловал меня в макушку и встал с кровати. Учитывая сцепленные руки, мне пришлось подниматься следом. — От нас ничего не требуется во время ритуала, — сказал Адриан, сжав переносицу и нахмурившись так, словно у него ужасно болела голова. — Просто стоять рядом и не вмешиваться. Мисс Хилл сказала, что и без нашей активности у Совета Племён получится вернуть энергетическую подпитку. Всё же, идея Олимпии — чистое золото, она буквально переиначила ритуал для защиты от Иных. Ну да. Может, Миджина научила Хилл работать с магией? Если всё будет нормально, то вместо “защиты” ритуал начнёт привлекать к миру разных существ, убийство которых начнёт высвобождать достаточное количество энергии. Как объяснила Олимпия, — очень неохотно, учитывая моё присутствие рядом, — открывается нечто вроде канала-дороги к Повелителям Времени. Только бракованной: весь “путь” будет в мелкую дырку, чтобы ничего крупного и сильного к нам не пролезло. Идеальное решение, особенно учитывая, что мы потом собирались вернуть квами — кто иначе будет работу делать, верно? А потом можно будет и над чем-нибудь более щадящим подумать... — Это если не произойдёт чего-то сверх. Адриан дёрнул уголком губ, но согласно кивнул. — Я тоже об этом думал. Когда у нас всё было нормально, верно? — Значит, готовиться надо к худшему в любом случае. — Мы разве с тобой не всегда готовы к худшему? Или ты окончательно списала меня со счетов? Сказать на это было нечего. Пускай Адриан звучал как обычно, при этом ещё и улыбаясь уголками губ, это ничего не значило: Габриэль научил своего ребёнка скрывать эмоции. По мере взросления этот навык и вовсе был отточен до идеала. Наверное, даже я не умела врать так, как это получалось у Адриана: легко, естественно, с полной самоотдачей и верой в собственные слова. Что уж говорить об упрёках. Адриан мог так ввернуть их в разговор, что ты даже сначала не понимал, как тобой недовольны. — Прости, — вздохнула я, обнимая мужа. — Правда, прости. Я просто… — Решила, что единственный герой в мире? Пускай у меня больше нет синхронизации, ты сама знаешь, что сил от этого меньше не стало. В доказательство своих слов Адриан призвал Катаклизм. Чёрное марево объяло ладонь протеза, но быстро собралось в центре, даже не вытекая сквозь пальцы. Фыркнув, я накрыла Катаклизм ладошкой, заглушая призванное Разрушение. — Позер. — Ты больше. — Само собой. У меня, считай, профессия такая — привлекать внимание. Костюм был красным… что более важно, как ты снял браслет с ноги? Насколько я помню, его Феликс надевал. Оторвало бы тебе ногу с концами… — Опять ты про свою теорию со взрывчаткой. Как ты вообще думаешь о моём брате, в конце концов? — Как он обо мне, — скривилась я, максимально мило заглядывая Адриану в лицо. — Он меня бе-е-ешеной называет! А ты его за это даже не нака-а-азываешь! — Я тебе уже говорил, что в ваши отношения вмешиваться не собираюсь. — Ну почему-у-у… — Один раз вмешался, до сих пор виноват, — закатил глаза Адриан, отстраняя меня. — Хватит уже ребячиться, знаешь, что это раздражает. — Фу какой ты, — хмыкнула я, ничуть не обиженная; реально же ведь дразнила его большими печальными глазками и по-детски завышенным голоском. — Так что, ты просто взял и снял браслет? И он даже не взорвался? Адриан уставился в потолок. — Так там всё-таки была взрывчатка! Агрест! — Конечно, там была взрывчатка! — цыкнул в итоге мужчина. — Кто бы без неё меня оставил на домашнем аресте? Не очень сильная… и Феликс дал мне код доступа, чтобы я мог при необходимости спокойно снять браслет. — Тц. Всё-таки придётся пересматривать отношение к этому гремлину. — Как вы друг друга любите, налюбоваться не могу. — Хм… — Дюпэн-Чен, Агрест — на выход, — услышали мы голос Олимпии с улицы. — Не заставляйте вас ждать! — Здесь два Агреста, между прочим, — проворчал Адриан, целуя меня в лоб. — Я до сих пор жалею, что не настояла на тройной фамилии. Такую возможность стать уникальной упустила! — Куда тебе ещё больше уникальности, скажи пожалуйста… Мы спустились по скрипучей лестнице и вышли на улицу. Погода портилась: вдалеке уже виднелись тёмные тучи, становилось холоднее, хотя запаха дождя так и не появилось. И мой внутренний синоптик, — больные колени, ломаные тысячу раз кости и отбитая поясница, — ничего не говорили про будущую бурю… — Хм…. — Маринетт, ты идёшь? — Да, сейчас, — я бросила ещё один взгляд на тучу вдалеке, но, так ничего подозрительного не увидев, поспешила за Олимпией и Адрианом. Действительно, не стоило заставлять Совет Племён ждать. И Олимпию тоже. Особенно Олимпию. Ох, мне бы слов не хватило, чтобы рассказать о том, как же мне жаль, что я втянула Эон в свои делишки. Да, XJ9 не была мертва… но и “живой” её не назовёшь, даже если делать скидку на состояние андроида. Хотя какой она теперь андроид… и XJ9 её больше некорректно называть. Решено: если всё получится, то переименую девочку в Пиннокио. Мы дошли до озера, которое всё так же навевало воспоминания. Казалось, что достаточно прыгнуть в холодную зеленоватую воду, проплыть до илистого дна, а потом ещё немного — и я почувствую соль на губах. Брехня, конечно. Проход в холодные воды, в которых когда-то резвился Донни с Иными, был давно уничтожен. Не Чудесными — в Америке доставало собственных героев, если уж на то пошло. Ритуал решили проводить на берегу озера, потому что место это было наполненное энергией, — раз, — и уже участвовавшее в спасении мира, — два. Может, были ещё какие-то причины, но мне и этих двух оказалось достаточно за глаза. К тому же не было, в сущности, никакой разницы, где магичить. Лишь бы оставалась уверенность в том, что всё выйдет. Откровенно говоря, без Олимпии всё это было бы невозможно. Не только потому, что Хилл предложила вообще провести ритуал, который потенциально мог решить нашу проблему, но ещё и потому, что без неё мы бы не смогли так быстро собрать шаманов из каждого нужного нам индейского племени. Способности Олимпии, казалось, не имели никаких границ; бесконечность — не предел, как говорил достопочтенный Базз Лайтер. Благодаря своим связям и способностям Олимпия умудрилась завершить приготовления к ритуалу меньше, чем за два часа. Рекордные сроки, как ни посмотри. — Есть что-то, что я ещё должен знать? — спросил Адриан, не смотря на меня. В темноте от тени древесных крон его глаза бликовали, как у настоящего кота. Жуткое зрелище, которое всегда приводило меня в восторг. Олимпия шла ровно перед нами и точно слышала всё до последнего словечка. Но я в кои-то веки не хотела своевольничать; может, мир рассчитывал, что я всё-таки доверюсь тем, кто рядом, и прекращу взваливать всё ислючительно на себя? ЧСВ — это, несомненно, хорошо, но когда дело касается спасения мира, оно может принести немало хлопот и проблем. Как это уже произошло, собственно говоря. — Я собираюсь вмешаться в ритуал примерно посередине. В момент, когда будет установлен достаточно стабильный канал до Повелителей Времени. Олимпия обернулась. Глаза у подруги выцвели от бешенства, а зубы оказались стиснуты так крепко что того и гляди начнуть крошиться. — Сдурела? — смогла вытолкнуть она сквозь них. — Хочешь вернуть Эон? — спросила я, чувствуя, что хожу по леске, натянутой между двумя небоскрёбами. — Я бы хотела. — Что ты… — Чтобы её вернуть, мне надо будет влезть в ритуал. И ещё Лайла. Да, мне определённо будет нужна Лайла, — добавила я, не давая Олимпии собраться с мыслями. — Не переживай, это никак не повлияет на конечный результат. Но мне правда нужно это сделать, иначе Эон действительно умрёт. Собственно говоря, дело было не только в Эон. Но ещё и в зайцах, которых я очень хотела заставить понервничать. Пускай пожрут того, что натворили сами. — Ты… — Ты вроде была готова мир уничтожить? Неужели не рискнёшь ради дочери? Адриан цыкнул, недовольный таким грязным приёмом. На виске у Олимпии вздулась толстая вена, совсем как в аниме. — Я убью Агреста, если что-то пойдёт не так, — выплюнула Олимпия, отворачиваясь от нас. — На этот раз пощады не будет. Лису приведу. Она ушла, вдавливая стопы в землю при каждом шаге. Мы с Адрианом смотрели Олимпии в спину, пока подруга не завернула за кустарник, скрываясь от наших взглядов. — Что-то как-то умирать не хочется, — буднично заметил Адриан, кладя мою руку себе на локоть. — Не переживай об этом, — вздохнула я. — Я всё устрою. Никаких заложников. — Как скажешь, душа моя. Кредит доверия ещё не исчерпан. …но уже на донышке. Да, Адриан, я знаю.