Под ночным небом

Свет от люстры, висящей над диваном, медленно просачивался сквозь сомкнутые веки Доктора. Он лежал на чем-то мягком, в незнакомой комнате. Когда он полностью открыл глаза, его замешательство только усилилось. На улице было светло, он находился в каком-то доме. Медленно приподнявшись на локтях, он тут же потерял равновесие и снова рухнул на диван. Дышать было больно — с каждым вдохом казалось, что легкие сжимают все сильнее. Дотторе огляделся. Он был в гостиной. Как он здесь оказался? Что произошло прошлой ночью? Он не мог ответить ни на один из этих вопросов. Последнее, что он помнил это ресторан, бутылка огненной воды? Или две… Дотторе вздохнул и приложил руку к груди, чтобы почувствовать сердцебиение. Уставившись в потолок, он слышал звуки с улицы. Он все еще в городе? Дотторе нахмурился под маской. Он сел на край дивана и осмотрелся внимательнее, дом казался пустым, будто здесь никто не жил. И тут его осенило. Он начал искать подтверждение своей догадки, изучая структуру дома и вид за окном. Все встало на свои места. Он медленно поднялся и подошел к зеркалу, висевшему у входа. Выглядел он не лучшим образом. Внезапно позади раздался скрип ступеней, и с верхнего этажа спустился не кто иной, как банкир. Он выглядел не лучше. — Наконец-то проснулся? — пробормотал Регратор, направляясь в комнату, похожую на кухню. Дотторе все еще не понимал, что происходит. Как он оказался в отеле Панталоне? Он последовал за Девятым. — Что произошло прошлым вечером? — спросил Дотторе, садясь за кухонный стол. — Во-первых, не прошлым вечером, тогда уже давно перевалило за полночь. Во-вторых, я больше никогда в жизни не буду пить алкоголь, — сказал Панталоне, наливая чай в чашку, затем обернулся к Доктору. — Насколько я помню, мы вышли из ресторана около двух ночи. И когда ты попытался пойти в сторону лаборатории, ты отключился. — Панталоне слегка усмехнулся. Воспоминания Дотторе понемногу возвращались, но почему он потерял сознание? Или это было что-то хуже? — Ладно, но как я оказался здесь? — Дотторе жестом обозначил отель вокруг. — Думаешь, я собирался тащить тебя в лабораторию? У меня что, других дел нет? Пришлось использовать глаз порчи, чтобы дотащить тебя сюда, — Панталоне прислонился к стойке. — А… — Теперь все более-менее вставало на свои места. Но оставался более важный вопрос: почему он отключился? — Что произошло, когда я потерял сознание? — спросил Дотторе. — Не помню точно. Ты и так еле шел, а когда мы свернули на какую-то улицу, ты остановился посреди дороги. Я обернулся, чтобы понять, в чем дело, а ты схватился за рубашку, тяжело дышал, а потом рухнул на асфальт. — Панталоне покачал головой и сел за стол, медленно потягивая чай. Дотторе напрягся, похоже, его здоровье в последнее время серьезно пошатнулось. — Извини, что заставил тебя тащить меня сюда. — Дотторе откинул голову на стену. — Да брось, мы оба пили, не ты один. Но, честно говоря, я думал, у тебя уже иммунитет к алкоголю выработался. — Панталоне усмехнулся. Дотторе взглянул на банкира сквозь линзу. Он никогда не видел Панталоне таким. На нем была повседневная одежда, никаких колец или перчаток. Его лицо казалось старше. Он не был старым, но темные круги и мешки под глазами, которые он обычно скрывал макияжем, были видны как никогда. Глаза без черной подводки казались менее выразительными. Они сидели в тишине: банкир медленно пил чай, а Дотторе уставился в пустоту. По крайней мере, так казалось Панталоне. Это была любопытная ситуация. Такое не придумаешь. Два Предвестника, напившись в стельку прошлой ночью, сидят в кухне отеля и пьют чай вместо работы. Если бы Пьеро узнал, их бы уволили. Или хуже. — Который час? — спросил Дотторе. На стенах не было часов. — Час дня, — ответил Панталоне, допивая чай. Сам он проснулся в полдень и просто лежал, уставившись в потолок, размышляя, как выйти из комнаты, не разбудив Доктора. Абсурдность происходящего становилась все очевиднее. — Мне пора. Меня уже наверняка ищут. — Дотторе встал и направился в прихожую. Панталоне последовал за ним. — Признай, мы хорошо отметились вчера, — Он рассмеялся с легкой ноткой сарказма. — Это точно. Хотя я не планировал терять сознание. — Дотторе подошел к вешалке, где висел его плащ, Панталоне повесил его после того, как тот упал, когда Доктор рухнул. — Ты уезжаешь завтра? — спросил Дотторе, зная, что это либо завтра, либо на этой неделе. — Пока не знаю как, но скорее всего завтра, — ответил Панталоне. На самом деле, он еще не составил четких планов. — Понятно. Я уезжаю уже завтра. — Дотторе вдруг мелькнула блестящая идея отправиться вместе, но он тут же отругал себя, о чем он вообще думает? — Значит, увидимся в Снежной, — скрестил руки Панталоне. И Дотторе почувствовал неприятный поворот в животе. Возможно, когда они вернутся, они не будут так много общаться. Они останутся просто коллегами, а не друзьями. — Если заскучаешь, заходи завтра в лабораторию, — Дотторе повернулся, чтобы открыть дверь, но замок был странный, видимо, установлен для дополнительной безопасности. — Как это… — Дотторе обернулся к Панталоне, который рассмеялся. — Давай я покажу. — Делец подошел к дверному косяку, и Дотторе отошел в сторону, наблюдая. Кто вообще придумывает такие замки? Панталоне открыл дверь, и внутрь хлынул горячий воздух. Дотторе вышел, еще раз оглянувшись. — Было приятно узнать тебя поближе за эти недели, — почесал затылок Доктор. — Взаимно. Уверен, в Снежной мы еще пообщаемся. — Дотторе кивнул и улыбнулся, редкое зрелище, как и Панталоне не в черном. Панталоне улыбнулся в ответ и помахал рукой. Дотторе развернулся и направился к лаборатории. Регратор еще две минуты стоял в дверях, прежде чем неохотно вернуться внутрь. *** — Где ты был?! — Омега начал орать на Прайма, как только тот переступил порог лаборатории. Дотторе попытался проигнорировать его и направился прямиком в главный зал, но сегмент был настойчив и последовал за Праймом. — Мы думали и очень надеялись, что ты мертв! — сегмент кричал прямо в ухо Прайму, заставляя того вздрогнуть. — Заткнись. У меня и так голова болит, — огрызнулся Дотторе, отталкивая Омегу, чтобы расчистить путь. Не останавливаясь, он резко свернул в главный зал. — О, и с чего бы это, а? Может, потому что ты думал о ком-то вместо работы? — Омега крикнул ему вслед. Дотторе замер на месте. Почему каждый сегмент так ненавидел банкира? Прайм развернулся и вернулся к орущему Омеге. — В чем твоя проблема с Панталоне? Он дает нам мору, финансирует все, и с ним приятно говорить, в отличие от тебя. Что, ты хочешь, чтобы я покончил с собой от депрессии или окончательно свихнулся?! — Теперь Прайм повысил голос, его окончательно достало отношение сегментов к банкиру. — Нет, ты просто не понимаешь… — Омега покачал головой и откинулся со вздохом, будто Прайм его измотал. — Что я не понимаю? — Ты стал меньше работать. Ты пропадаешь где-то. Ты болтаешь по несколько часов каждый день. — Прайм приподнял брови, хотя этого и не было видно. — Я всю работу сделал, алё? — развел он руками. — Не пизди, ты ничего не сделал. — Омега вышел из себя. Он развернулся и махнул рукой. Направился к коридору, чтобы Дотторе не слышал. — Идиот. Совершенный идиот. Даже не понимает, что он влюб— — слова Омеги стали неразборчивыми. Прайм не расслышал остальное, пропустив их мимо ушей. Он тоже развернулся и пошел проверить, все ли упаковано для возвращения в главную лабораторию в Снежной. Тем временем Омега добрался до склада, где находились два других сегмента, Тета и Гамма. — Нашел его? — спросил Гамма, приближаясь к старшему сегменту. — Да. И жаль, — Омега плюхнулся в кресло и откинул голову на стену. — Было понятно, где он был? — осторожно спросил Тета. — Он не сказал, но, полагаю, они с банкиром были в баре, судя по тяжелому запаху алкоголя. — Услышав это, сегменты округлили глаза. — Не смотрите на меня так, мы все вместе к этому выводу пришли еще вчера, — вздохнул Омега. — Ну да, но почему он не пришел в лабораторию? — спросил Гамма. Они предполагали, что Предвестники отмечали, но не думали, что Второй не появится потом. Они надеялись, что он придет, ему еще нужно было помочь с организацией. — У меня есть теория, но я не стану озвучивать. Хотя, держу пари, вы думаете о том же самом. — Сегменты переглянулись, прекрасно понимая, что он имел в виду. *** На следующий день все в лаборатории было упаковано и отправлено в порт для погрузки на паром. Дотторе находился в своем кабинете, собирая последние вещи в чемодан. Личных вещей у него было немного, но исследования и прочий хлам он с радостью забирал домой. Наконец, он закрыл чемодан и направился к главному входу. Там его ждали два ученых, управлявших лабораторией в отсутствие Дотторе. Они проводили Доктора к карете, которая должна была отвезти его в порт. Сегменты уже уехали с багажом, чтобы погрузить его. Дотторе остался один и в последний раз оглядел лабораторию. С облегчением выдохнув, что все прошло хорошо, он залез в карету, и они отправились в порт. Через час они прибыли. Многие контейнеры все еще ждали погрузки. Дотторе поднялся на борт корабля и встал у перил, глядя вдаль вдоль реки. Он не любил Сумеру, даже ненавидел. Но уезжать не хотелось. Что-то удерживало его здесь. — Не хочешь уезжать? — знакомый голос раздался где-то позади. Дотторе резко обернулся, будто ждал этого голоса все время, готовый к нему. Увидев Регратора, он улыбнулся. — Пришел проводить? Я думал, мы уже попрощались. — Дотторе облокотился на перила. — Могу уйти, если ты меня не ждал, — Панталоне театрально развел руки и медленно развернулся, чтобы «уйти» с сарказмом. — Нет, постой— — Дотторе покачал головой. — Не уходи. — Он усмехнулся, и банкир развернулся. Подошел к перилам, глядя на воду. — Что будет с новым богом? Я так и не понял до конца, — спросил Панталоне. Он действительно не улавливал сути плана. Конечно, это было грандиозно. Нечто, чего никто раньше не делал. Но в чем была суть? — Через пару месяцев после того, как люди полностья узнают о Сказителе, кто-то из Фатуи, надеюсь, не я, придет забрать Гнозис у Дендро Архонта. Под предлогом, что он больше не нужен. А потом… посмотрим. — Дотторе сам придумал этот план, потому что если бы это сделал кто-то другой, Сумеру осталась бы совсем без бога. Так Доктор нашел применение Шестому. Можно сказать, убил двух птиц одним камнем. — Понятно… — Панталоне уставился вдаль, и они стояли в тишине. Она не была неловкой. В воздухе витало спокойствие. Предвестники смотрели на Сумеру, каждый погруженный в свои мысли. Последние контейнеры погрузили на корабль, и сегменты освободились от обязанностей. Но их любопытство насчет того, чем занят Прайм, нельзя было игнорировать. Как только Эпсилон увидел, что банкир пришел, он тихо убежал, чтобы рассказать Тете. — Ты не поверишь, кто пришел проводить Прайма, — Эпсилон уже тащил Тету за рукав, чтобы тот посмотрел. Тета не горел желанием шпионить. — Я догадываюсь… — вздохнул Тета, но все же последовал за Эпсилоном. Они прошли по палубе, украдкой поглядывая на Предвестников, будто просто прогуливались. Когда они оказались в части корабля, где их не было видно, оба разразились смехом. Сегменты, созданные раньше, которые выглядели моложе, вели себя скорее как друзья и не особо сближались с более поздними сегментами, созданными, когда Дотторе был старше, вроде Омеги или Беты. Так что у Эпсилона, Теты и Гаммы была своя маленькая компания. — Блин, это вообще какой-то пиздец, — Эпсилон истерично смеялся. Тета тихо хихикал. — Ладно, давай не лезть в его личную жизнь… — сказал Тета, но Эпсилон, едва взглянув на него, снова фыркнул. Предвестники все еще стояли в тишине. Но тут их обоих застал врасплох голос сзади. — Дотторе. По расписанию, нам пора отплывать. — Капитан корабля подошел ко Второму. — Да… Ладно. — Дотторе махнул капитану. Тот быстро удалился. — Ну что ж. До свидания, было приятно иметь с вами дело, до встречи Доктор — Панталоне повернулся, чтобы спуститься по трапу. — Что за формальности? Я думал, мы теперь друзья, — Дотторе подколол банкира. Тот цокнул языком, но усмехнулся в ответ. — Ладно, ладно. — Панталоне хотел подразнить Дотторе в последний раз. — Пока. Но не думай, что ты от меня избавился в Снежной! — Панталоне погрозил пальцем, будто отчитывал Дотторе. — Ты вообще знаешь, где моя лаборатория? — рассмеялся Дотторе. — Конечно, там, куда я приношу миллионы моры, — Панталоне сошел с трапа на берег. — Принесешь еще. У меня столько планов. — Дотторе снова облокотился на перила, положив на них голову. — О, так ты общаешься со мной только ради денег? Как же неожиданно, — Панталоне сделал фальшиво-оскорбленное лицо. Рабочие подошли убрать трап. — Нет! Конечно нет, боже… но деньги приноси, — Дотторе снова напомнил про деньги. Корабль подал сигнал, отправлялся. — Да, да, принесу твои чертовы деньги, будто у меня есть выбор, — Панталоне пришлось кричать, так как корабль уже заводился. — Отлично. И возвращайся в Снежную благополучно, — Дотторе помахал, когда корабль начал разворачиваться. Панталоне помахал в ответ. Дотторе вздохнул и поднялся на капитанский мостик. Там были два его сегмента. Остальные уехали на другом корабле. Омега остался следить за экспериментом. Дотторе взглянул на Тету и Эпсилона, они уж слишком веселились. — Чего вы так ухмыляетесь? — спросил Прайм, останавливаясь. — Ничего… — ответил Эпсилон, но один взгляд на Тету заставил его хихикнуть. Сегменты пожали плечами и развернулись, чтобы уйти. — Не-не-не, вы ведете себя подозрительно, — Дотторе шагнул вперед, преграждая путь. — Да ничего, Прайм, не обращай на нас внимания, — сказал Тета и потянул Эпсилона в коридор. — Мы просто не ожидали, что Девятый придет тебя проводить. Вы что, теперь так близки? — Эпсилон обернулся на середине коридора и окинул Прайма своими красными механическими глазами. — Да, он пришел. И что? — Дотторе не собирался снова заводить этот разговор. — Ничего… ничего… — сказал Эпсилон, разводя руками, но ухмылка на его лице наконец дала Прайму понять. — Нет… Ох, ну уж нет, иди к черту, Эпсилон, — Дотторе наконец понял, на что тот намекает.