Распад - Союз Университетских Коммун

      — Итак, товарищи, все вы знаете, по какой причине мы все тут собрались — спокойным, холодным и совсем непривычным для него голосом начал Ректор.       И в этот момент весь Верховный Совет перевёл взгляд на пустующее место главы нашего МИДа — Ирины Анатольевны. Сейчас она находилась в крайне тяжёлом состоянии в нашем «госпитале», в то время как моя подруга Диана ещё не была назначена врио и не могла здесь присутствовать.       — Верно — кивнул Иван Александрович, глава нашей внешней разведки — Сергей, расскажите, что произошло?       — Есть — поднялся я, отдавая честь. На автомате, как Семенчук учил — Мы возвращались с конгресса и направились по обходному пути к Комсомольцам, дабы заключить договоры. А затем, когда шли обратно к нашей территории, нас обстреляли, скрывшись за дождём.       — Где это произошло? — серьёзно спросил меня наш ГРУшник.       — Перекрёсток Клары Цеткин и Тургенева — сказал я, вспоминая пронизывающий холод и сильный дождь в тот ужасный день.       — Вознесенцы, значит… — пробормотал мужчина — Неудивительно, этим церковникам всегда мы не нравились.       — Я только одного не понимаю — кивнул Мухин — Что их сподвигло на такой поступок? Фаза Мира, делегация с городского конгресса. Они ведь должны понимать, что в наших условиях это фактически объявление войны?       — Меня это тоже напрягает — сказал я, слегка сжавшись от взглядов, которые оказались в это же мгновение направлены на меня — Вознесенцев на площади не было. Все церковники кучковались в одном месте, но наших северных соседей среди них не было.       — То есть ты хочешь сказать, что они могли специально не отправиться на конгресс, дабы подготовиться к нападению на нас? — спросил Дмитрий Иванович, наш КГБшник.       — Это лишь одна из моих идей — кивнул я, сглотнув слюну — С другой же стороны, у меня есть ощущение, что всё не так просто. Я не могу поверить, что они настолько глупы, чтобы объявлять войну вот так вот открыто. Тем более нам. У нас даже границы нет общей. Это очень странно…       — Думаешь, это могли быть не они? — внезапно в обсуждение глав силовых структур вступил Сергей Павлович, министр экономики.       — Возможно — тут же ухватился я за эту версию — Возможно, кто-то мог подстроить это нападение, заставив нас направить наши силы на войну с Вознесенцами, чтобы самому нас атаковать в спину.       — В этом есть свой резон — согласился Ректор — Но мне кажется, что мы не замечаем слона в комнате.       — Именно. У нападавших был огнестрел — вступил в диалог Сергей Николаевич, глава нашей медицины, который и проводил операцию — Мы извлекли пули из тела Ирины Анатольевны. Скорее всего, пистолет или что-то подобное.       — Мы, конечно, понимали, что такое оружие может быть не только у нас — склонив голову, ответил я — Но чтобы оно было настолько близко…       — Знаете, о чём я подумал — после полуминуты молчания внезапно сказал Аркадий Фёдорович, министр производства, с лёгким недовольством посмотрев на меня — А не могло это нападение послужить ответом на применение огнестрела в ходе битвы с Коалицией? Мол, не вы одни, у нас тоже есть такое оружие?       — Вполне вероятно — через силу сказал я — Только вот главная проблема: мы не знаем, кто конкретно стрелял. Я опросил своих бойцов, они ничего не слышали. Могу только предположить, что выстрел произошёл с востока, учитывая характер повреждений.       — Кто у нас там на востоке? — спросил Дмитрий Иванович.       — Вознесенцы, Вознесенская Горка, Манхэттен — коротко ответил Иван Александрович — Это из самых близких.       — И у всех у них есть к нам претензии… — покачал головой КГБшник.       — Давайте подведём итог — прервал возможную дальнейшую дискуссию Глава — В сухом остатке мы имеем то, что на нас напали неизвестные, у которых есть огнестрел. Основные подозреваемые — Вознесенцы, но также мы не можем игнорировать другие версии, в том числе, что это было сделано для того, чтобы отвлечь наше внимание, верно?       — Именно так — кивнул я — У меня есть предположение. Учитывая тот факт, что неизвестные, если мы берём теорию, что это не Вознесенцы, хотят отвлечь нас именно на север. А значит, атаковали бы они с юга. Вполне вероятно, что это могут быть и Парижане.       — Лягушатники? — задумчиво спросил ГРУшник — В этом есть определённая логика. Но даже так, если бы они планировали атаковать нас в спину, у них слишком мало сил для захвата наших зданий.       — Может, их цель и не в захвате? Напасть, пограбить, угнать людей в заложники и потом диктовать условия? — предположил я.       — Тоже верно — согласился со мной мужчина.       — Ладно, на данный момент у нас слишком мало информации, чтобы делать выводы или предпринимать какие-либо действия. Значит так, Иван Александрович, вы займитесь разведкой и попробуйте выяснить, кто за этим стоял. Сергей, ты отвечаешь за войска. Пусть они будут в полной боевой готовности.       — Так точно! — поднялись и отдали мы честь вместе с мужчиной.       — И ещё, зайди к дипломатам и передай Диане Андреевне, что она официально назначается временно исполняющей обязанности главы нашего МИДа. У вас хорошие отношения, так что поручаю это тебе — кивнул Мухин — А также скажи, чтобы составили дипломатический протест к Вознесенцам, что на их территории на нас напали. При этом не стоит их обвинять.       — Будет исполнено! — ответил я.       С этими словами я покинул экстренное заседание Верховного Совета Союза и направился прямо к кабинету, где располагались наши дипломаты. До Распада, насколько я помню, этот кабинет был деканатом департамента международных отношений. Так что расположение нашего МИДа именно здесь было неудивительным.       Добравшись до нужной двери, я постучался и, услышав разрешение с той стороны двери, открыл её и заглянул внутрь. Всё как и у нашего деканата, тоже сначала помещение для работы со студентами, где работали магистранты и аспиранты, в то время как кабинет декана дальше.       — Извините, а Диана Андреевна здесь? — спросил я у черноволосой девушки, сидевшей рядом с входом.       — Да, она у себя в кабинете — ответила она, лишь мельком взглянув на меня — Вы к ней по какому поводу?       — Передать её сообщение от Верховного Совета — позволил я себе долю пафоса в голосе, сказав это с гордостью.       — Тогда можете проходить — кивнула девушка, усмехнувшись — И передайте ей, что мы ждём её на чай.       Фига. У них тут и чай есть? Он же дефицитный! Богато, однако, живут… Не то что мы, солдаты. Не то чтобы я жаловался… Ладно, я жалуюсь. Однако я не испытываю к нашим дипломатам какой-либо злобы или чёрной зависти. Так, дружеское бурчание.       Ладно, сейчас не время для этого. Моя цель — проведать Диану, узнать, как она тут справляется, да сообщения передать. Отличный план. Подойдя к её кабинету, я выдохнул и вместо того, чтобы постучаться, взялся за ручку и открыл дверь.       — Ирка, я же сказала не заходить по пустякам — недовольно сказала моя подруга, сидя за столом и даже не подняв глаз от документов.       — Надеюсь, ты не слишком расстроишься, что я не Ирка — рассмеялся я, закрывая за собой дверь.       — А, это ты — посмотрев на меня, улыбнулась девушка — Не расстроюсь. Присаживайся. Чего зашёл? Дела какие-то или просто проведать?       — Хотелось бы ответить, что просто поболтать, но не могу — ответил я ей с такой же улыбкой, присаживаясь на небольшой диванчик у стенки — Ректор просил передать, что ты теперь официально врио главы МИДа.       Стоило мне сказать это, как взгляд девушки потускнел. А я заметил то, что вокруг глаз кожа у неё была красной. Плакала много, как пить дать. Ну неудивительно. У меня те же эмоции были, когда Семенчука не стало.       — Скучаешь? — спросил я, осматривая кабинет и не обращаясь к ней напрямую.       Кстати, у них есть похожая карта, как у меня в кабинете. Та же самая карта дораспадного Екатеринбурга, сверху покрытая несколькими сотнями или даже тысячами бумажек, обозначающих разные фракции. Забавно…       — Очень — спустя минуту, выдохнув, ответила Диана — Постоянно о ней думаю и не могу сосредоточиться ни на чём.       — Понимаю — опустив глаза, тихо сказал я, вспоминая своё состояние после того, как убили Семенчука. Я был полностью разбит и только благодаря мысли о том, что нужно завершить начатое им, смог довести кампанию до конца.       — Как ты справлялся? — так же тихо спросила девушка, отводя взгляд.       — С головой ушёл в тренировки — ответил я сухим голосом. Будто бы снова погружался в ту апатию, которая посещала меня тогда — Выматывал себя так, чтобы сил на другие мысли вообще не оставалось.       — Может, и мне таким заняться… — пробормотала себе под нос моя подруга.       — Не думаю, что это тебе подойдёт — сказал я.       — Почему же?       — Есть такое ощущение — пожал плечами я — Думаю, тебе подойдёт побольше общаться с остальными, не замыкаться в себе. Тебя вон твоя помощница звала, сказала, что они ждут тебя на чай.       — Тоже верно — усмехнулась девушка — Думаю, последую твоим советам. Только учти, что раз ты предложил, то должен будешь взять ответственность. Буду болтать с тобой постоянно.       — Я и не против — нацепив такую же улыбку, ответил я. После чего мы оба рассмеялись.       — Спасибо тебе — успокоившись, сказала Диана — Мне стало легче.       — Обращайся — кивнул я — Кстати, ректор просил передать, чтобы ты составила дипломатическую ноту протеста к Вознесенцам из-за того, что на их территории нас обстреляли.       — То есть обвинять их в этом не будем? — удивилась девушка.       — Да — ответил я — У нас есть теория, что это могли быть не они. Так что пока рисковать не будем.       — Ну хорошо — сказала девушка, садясь за стол — Мог бы в начале это сказать, чтобы так не расстраивать?       — Уж извини, у тебя слишком грустная мордашка была, пришлось веселить — снова посмеялся я.       — Ах ты! — притворно возмутилась она, когда я покидал кабинет.       Пока я шёл до своего кабинета, который по совместительству был моей же спальней, я думал. О том, как легко было мне сейчас говорить с девушкой. Даже и не подумаешь, что я недавно потерял самого близкого для меня на тот момент человека, а её наставница в коме. Будто мы простые студенты. Это прекрасно…       Однако мысли об этом плавно перетекли на нынешнюю ситуацию. А именно, факт экзистенциональной угрозы в виде неизвестного нападающего. Это ведь, фактически, могли быть кто угодно, кому мы не нравимся. И они, прикрываясь Вознесенцами, хотят, чтобы мы потратили лишние ресурсы и силы на войну, чтобы ослабить нас.       Что же, не думаю, что у них это получится. Наше руководство не такое глупое. Мы затаимся, а когда придёт нужный момент, нападём так, что всем нашим врагам мало не покажется, будь у них пистолет или нет!

Продолжение следует…