13 (Death & Rebirth)

— Я бы хотел, чтобы ни одна живая душа не узнала об этом разговоре. Пожалуйста. — Конечно. Всё только между нами. Слушаю тебя.       И Чуя начал свой рассказ, пока в получасе езды от круглосуточного кафе мирно спал Дазай под присмотром врача. К ней домой, как и к себе, он уже не вернулся этой ночью.

      Утром Николай влетел в кабинет своего напарника с криками. И в ответ увидел только невозмутимое лицо, когда тот поднял голову от бумаг. — И что это всё значит? — спрашивал он, показывая сообщение от Фёдора, которое гласило, что он раскрыл все преступления. — Дело закрыто, будет суд через неделю, — улыбнулся Достоевский. — Все доказательства уже у меня на руках, но нужен ордер на обыск. — Только не говори мне, что… — Я сказал, что я его закрою. И я это сделаю. — Чуя не виноват! Ты прикалываешься?! — психанул Николай. — Не виноват в чём? В убийстве отца? Возможно. А в деятельности организации, м? — ухмыльнулся Фёдор. — В убийствах людей, нападавших на него, тоже не виноват?  — Он дал нам всю информацию, чтобы мы расследовали дело! А не для того, чтобы ты тешил своё самолюбие! Ему нужна помощь! Он невиновен! Он совсем не такой человек, каким ты его видишь!  — Ты информацию получил через член, как через флешку или что? — звонкий звук пощёчины пролетел по кабинету. На щеке Фёдора остался красный след от ладони напарника, — Прости. Это лишнее и меня не касается, но… — Федь, я тебе нравлюсь, ведь так? — заглянул в его глаза Николай. — Только не говори, что ты из ревности хочешь сломать жизнь человеку. Мы же оба прекрасно понимаем, что это будет даже не пожизненное, а смертная казнь.  — Нет, я делаю это не из ревности, — ответил Достоевский.  — Послушай меня, ты — единственный человек, который может найти настоящего убийцу. Ты — самый гениальный человек из всех, кого я когда-либо встречал. И, пожалуйста, разберись в этом деле, — сухо сказал Николай.  — Ты правда так считаешь?  — Я считаю, что если бы ты хотел, то уже распутал бы эту паутину, а не занимался тем, как устранить конкурента. Которого, в общем-то, нет! Потому что нас с Чуей ничего не связывает, кроме этого дела, ясно?! — он продолжал давить на своего напарника.  — Я не ревную… — И если я тебе нравлюсь, то можно было хотя бы попробовать пригласить меня на свидание, детектив! — окончательно вышел из себя Николай. — Хорошего рабочего дня и удачи!  — Куда ты? — удивился Фёдор. — Не останешься?  — Нет, Федя, я не останусь. Потому что в выходные я хочу отдыхать. А ещё я подумываю взять отпуск, потому что уже заебался пахать! — ответил он и хлопнул дверью с другой стороны, когда вышел из кабинета.        Что ж, Достоевский ожидал, что реакция его помощника будет примерно такой. Но это не меняло обстоятельств — через неделю они с Чуей встретятся в суде, где он выдвинет обвинения и будет просить ордер на обыск вместе с прокурором. И он совершенно точно знал, что его купить нельзя.  «Можно было хотя бы попробовать пригласить меня на свидание, детектив!» — повторял про себя Фёдор и слегка улыбался.  Так он и сделает, когда всё это закончится.  Однозначно.        Николай был в ярости. Он выбежал из участка и пошёл ровно туда, куда был направлен взгляд — вперёд. И, казалось, что он насквозь прошёл половину Токио, потому что в какой-то момент начали ныть ноги в неудобных ботинках, которые он наспех нацепил, чтобы приехать на работу.        А ещё безумно мучала жажда, поэтому он вошёл в ближайшую кофейню и купил себе холодный лимонад. В таком разноцветном стаканчике с трубочкой. С фруктами и льдом внутри.        Выйдя на улицу, он остановился, как вкопанный, потому что увидел в паре метров от себя хорошо знакомую фигуру.       А фигура увидела его и тоже остановилась в замешательстве.       Они уставились друг на друга с тупыми улыбками на лице.       Едва они собрались сделать шаг друг к другу, как прямо между ними упал и размазался по асфальту человек.       Николай среагировал молниеносно, подбегая к нему и прощупывая пульс. — Он был убит до того, как его скинули, в здании всего несколько этажей, — сказал Чуя, подходя со своей стороны к телу. — А мне удивительно везёт. Думаю, он вполне мог бы меня прибить. — И меня, — ответил Николай. — Вызову коллег. — Или убийца может быть где-то поблизости? Явно же не сам труп упал, м?  — Ты хорошо знаешь этот район?  — Я же здесь живу. Ты приезжал в гости, забыл уже? — посмеялся Чуя, вглядываясь в здание офисное здание слева от них. — Пути отхода сверху так себе, значит, он внутри. Нужно оцепить все выхо…       Он не договорил, потому что прямо сейчас с двумя пакетами из этого самого здания вышел он. — Нет, ну это уже не может быть совпадением! Какого хрена ты тут делаешь, Дазай?!  — Покупаю продукты?! — максимально тупым взглядом он посмотрел на Чую, а затем поднял в воздух пакеты из супермаркета, который был на первом этаже. — И спасибо, что бросил меня у этой чокнутой докторши!  — У меня были другие дела. — Вижу я твои дела!  — Да блять, мы случайно встретились только что!  — Конечно, ага. — Дазай, да серьёзно! — крикнул Чуя. — Почему я вообще должен оправдываться?! Что ты делаешь в моём районе? Опять маньячишь?  — Делать мне больше нехер, я тоже здесь живу.  — А?!  — О, какой несчастный, — сочувственно сказал Дазай, глядя на труп. — Он отравился несколько дней назад. Я бы тоже на его месте решил вздёрнуться.  — Вы меня, блять, пугаете. Оба, — поднял глаза Николай. — Один рассуждает, как настоящий преступник, а второй…  — А второй? — посмеялся Дазай. — Глянь на руки, детектив. У него на руках достаточно свежие раны. Он контактировал с разлагающимися трупами. Трупный яд попал в кровь. Начался процесс разложения тканей, ну и прочие симптомы. Вот он и решил… — Слушай, эксперт по самоубийствам, можешь показать свои пакеты? — спросил Чуя. — Вдруг там набор юного химика и перчаточки.  — Смешно. Трупный яд малоэффективен. Этот чувак просто идиот, не умеющий соблюдать правила безопасности, — ответил он, отдавая ему пакеты. — Закинь в тачку, как закончишь, будь добр.       Дазай кивнул на припаркованный рядом мерседес.  — У тебя есть машина?!  — Нет, ну ты вообще за кого меня принимаешь? За бомжа?! Естественно, у меня есть машина, кусок идиота! — Лучше захлопнись, пока я не… — начал гореть Чуя.  — Извините, что отвлекаю, — сказал Николай, — Вам придётся обоим дать показания, как свидетелям. Полиция уже едет сюда.  — Отлично, — ответил Чуя, осматривая содержимое пакетов и действительно обнаруживая там продукты. — Я могу что-то стащить? С утра ничего не ел, а торчать тут видимо долго.  — Ага, банан возьми. С удовольствием посмотрю, как ты его заглатываешь, — ухмыльнулся Дазай, открывая ключами свой автомобиль и перекладывая туда пакеты.  — Сейчас я твои кости заглочу, заебёшься потом вправлять! — крикнул Чуя, замахиваясь. — Николай, арестуй его! — тут же завопил Дазай, вжимаясь спиной в бампер.  — Боюсь, что пока он тебя не ударит, мне не за что его арестовать, — пожал плечами он. — Я тоже голодный. — Меняю еду на свою жизнь! — поднял руки в воздух Дазай.  — Отлично, — улыбнулся Чуя.       Пока они ждали полицию, распотрошили оба пакета и прекрасно пообедали питьевыми йогуртами, бананами и багетом с консервированными крабами. Кажется, их Дазаю было сложнее всего отдавать. Сам он хрустел чипсами, тоже со вкусом краба.  — Интересно, что нет карты, — задумался Николай. — М, это офефидно, — ответил Дазай с набитым ртом.  — Член из-за щеки вытащи, а потом говори, детка, — фыркнул Чуя.  — Я сказал, что это очевидно. Что карты нет, — проглотил все чипсы он.  — Говоришь прям как Федя. Пафосно и не понятно, — сказал Николай.  — У нас было такое развлечение — загадывать друг другу загадки в уме, а потом отгадывать. А ещё у нас есть свой секретный язык-шифр, который никто больше не понимает.   — Так а почему вы расстались, если не секрет?  — Секрет, — посмеялся Дазай. — Так вот, карты нет, потому что нам подсунули «убийцу». Кажется, за этим шоу реально стоит какой-то кукловод.  — Слишком поверхностно. Либо он абсолютно не уважает полицию и хочет посмеяться над ней, либо… — задумался Чуя.  — Либо по какой-то причине хочет, чтобы дело было побыстрее закрыто, — закончил за него Николай.        И это слишком хорошее совпадение, учитывая их недавний разговор с Фёдором. Ситуация начала выглядеть ещё более запутанной.  Кто-то хочет защитить Чую?        И прямо сейчас из полицейской машины к ним направлялся детектив, пока его коллеги разгоняли зевак и огораживали место преступления.        Ни с кем не здороваясь, улыбаясь и держа руки скрещенными на груди, он осмотрел труп и выдал сухое: — А вот и убийца.        Дазай тихо посмеялся у него за спиной, а Николай удивлённо посмотрел в сторону напарника. — Я сказал то же самое, Дост!  — Не сомневался в тебе, Дазай. Пакуем его, дело закрыто, — бросил он своим коллегам и посмотрел на Николая. — Я же написал тебе с утра, что это конец.  — Но… откуда ты… Ты не мог знать, что это произойдёт!  — Мог, если у меня был хороший информатор, — снова ухмыльнулся он. — Если мы пробьём личность этого несчастного, то у нас будут доказательства причастности его ко всем нашим делам. И будет мотив. И всё, что нужно, чтобы прекратить расследование.  — Ты так просто сдашься?! Да что с тобой происходит вообще? Я не узнаю тебя!  — А я очень хорошо узнаю, — кивнул Дазай. — Это же очевидно, Николай.  — Ага, — пожал плечами Фёдор. — Что, блять, очевидно?! Вы можете объяснить?!  — Даже я понял, — посмеялся Чуя. — Ладно, показания не нужны будут значит?  — Нет, можете заниматься своими делами, — ответил детектив. — Идём, Николай, у нас есть работа. Выходной возьмёшь завтра.  — Но… — Иначе я тебе не расскажу то, что всем очевидно, — посмеялся Фёдор.        И они вместе ушли к своим коллегам, оставляя Чую с Дазаем наедине. — Ты же нихера не понял? — спросил его Дазай. — Так же, как и ты, — ответил Чуя. — Нам нужно разобраться с этим самим. Федя явно не так прост, как выглядит на первый взгляд.  — Да. Поверь, я знаю, — кивнул он. — К тебе или ко мне, м?  — Ну раз ты на машине… и раз живёшь в моём районе, то я с радостью погляжу на эту помойку под мостом. И на того бедолагу, у которого ты угнал тачку!  — Нет, ну в тебе точно умирает стендапер. Так бы и закидал тухлыми помидорами сцену, на которой ты бы читал свои идиотские шутки, — фыркнул Дазай. — Падай, поехали.