Неравноценный обмен

WX-78 уже несколько дней не даёт покоя зелёное свечение. Они редко видели что-то, что приводило их в такое же восхищение. Не считая Луны, конечно. Несколько часов они размышляли у себя в голове над происхождением этого света и обладает ли он какой-то силой, кроме затуманивающей разум красоты. Они поймали себя на мысли, что хотели бы снова увидеть этот свет, может быть даже почувствовать его. Нет, только увидеть, однозначно. “Анализ визуальных данных не относится к чувствам”,— успокаивали они себя, чтобы избежать лишней рефлексии. В любом случае, это неважно. Им надо подумать над местом, куда можно сбежать и спрятаться от лишних глаз, чтобы изучать свечение в одиночку. WX не хотят заниматься этим в лагере. Если мешки с костями, зная про особенность маячащего каждый день перед ними камня, ничего не делали с ним, то они не будут достоины результатов, которые принесёт его изучение. Они не хотят делить это наблюдение со всеми, поэтому быстро присвоили себе право быть единственными, кому можно лицезреть свечение. От части в них играла обида на своё неведение, неприятные ощущения от которого они как раз и компенсируют, приведя в действия свой план в необходимых для них условиях. Какими бы не были оправдания собственничества, они уже определились с местом — тот самый холм, на котором они были с Вормвудом в ту ночь. Достаточно далеко от лагеря, ещё и на Луну вид хороший. Осталось только дождаться, когда сядет солнце. Вормвуд тем временем занимался своим излюбленным огородом. Чтобы урожай рос большим и здоровым, нужно вкладывать много сил, времени и любви, которой у прирожденного огородника было полно. Он к каждому проросшему ростку относился с большим уважением и теплотой, всегда старался дать им самое лучшее, чтобы в итоге они ответили тем же и подарили возможность ему и его друзьям прожить сытую зиму. Вормвуд верил — внимание и забота способствует здоровому росту. Так он и думал, когда вспоминал WX-78, поливая саженцы тыкв. Он всегда считал себя, растения и людей-друзей равными. Никогда никого не возвышал и не принижал, никогда не считал себя лучше или хуже других: все живые существа были для него как родные. По этой причине общение с WX было для него в новинку: они не похожи на остальных друзей, их тело твёрдое, шаг тяжёлый, глаза пустые, безжизненные. Это сильно отличалось от его представлений о друзьях, но от остальных выживших он слышал, что они тоже когда-то были человеком, а значит для Вормвуда они всё ещё остаются его другом, хоть и немного необычным. С какой-то стороны, это даже делает их уникальными, и Вормвуд от этого чувствовал более близкую связь, чем с другими своими друзьями. Он много раз вспоминал тот вечер, когда WX трясли его за плечи и накинулись со своими расспросами о свечении. Он мало что знал о свойствах своего драгоценного камня, да и не сильно задумывался об этом, пока робот не обратили внимание. Они как будто проникли прямо в глубину его груди и подёргали за невидимые струны, из-за чего в голове снова и снова крутились воспоминания о том моменте, обрастая сомнительными, но возвышенными домыслами. В голове растения всё исказилось до неузнаваемости и закрепилось как событие, когда железный и бесчувственный робот, взглянув на него сквозь неорганический объект в груди, стал живым. Тогда Вормвуд почувствовал, что ему смотрели буквально в душу, и именно это зацепило его “струны” и запутало их в комок мыслей. Когда Вормвуд размышлял над выбором рассказа для ростков, на ум ничего не пришло, кроме осознания, что он бы хотел повторения той ночи. Можно сказать, поймал себя на предвкушении, если бы у него всё таки было достаточно терминов для понимания и описания своих чувств. Как бы оно ни было, вся голова растения стала забиваться WX, вытесняя всё остальное. Так он и продолжал думать о них весь оставшийся день, пока саженцы терпеливо наблюдали за Вормвудом и прощали его за отсутствие должной внимательности.

***

Дождавшись темноты, WX-78 проследили, когда остальные выжившие закончат свои посиделки у костра и наконец-то уйдут восстанавливать свою энергию и рассудок. Они проследовали к палатке Вормвуда, прихватив с собой факел и парочку припасов, и, посмотрев по сторонам, заметили идущую в метрах пяти от них Венди. Она тоже заметила их, но решила не останавливаться и продолжила идти, лишь бросив лёгкий, подозрительный взгляд. WX не придали этому никакого значения, поэтому когда её шаги достаточно отдалились и стихли, они резко распахнули палатку и прошептали настолько тихо, насколько могли: — Спишь? Шёпот оказался громким, от чего Вормвуд мигом проснулся и вскочил из-под одеяла от страха, но когда он увидел, кто его разбудил, быстро успокоился. — Я, ну… — Отлично, ты идёшь со мной, — ответ был не нужен. Они быстро схватили Вормвуда за руку и побежали с ним прочь из лагеря. Через некоторое время они перешли на быстрый шаг и добрались до холма. WX-78 взглянули на драгоценный камень, который как и в прошлый раз засветился изумрудным сиянием. Они сразу же почувствовали облегчение, как-будто рассеялись сомнения, что события той ночи были сном, хотя они и отрицают наличие у них снов во время подзарядки. Вормвуд, в отличие от WX, ещё не проснулся до конца и происходящего не понимал: — Почему мы пришли сюда? Что-то случилось? — побеспокоился он и потянулся рукой, чтобы коснуться плеча WX, но те отодвинули его руку. — Я хочу посмотреть… поизучать эти странные свойства драгоценного камня в твоей груди. — Другу-роботу нравится моё свечение? — Мне, — они не спешили признавать это, но врать тоже было незачем, — оно мне интересно. Разведя небольшой костёр, они вдвоём уселись друг напротив друга рядом с ним, но не настолько близко, чтобы свечение было отчётливее. WX-78 не отводя взгляд наблюдали за зелёными переливаниями, поджав колени. Они сами и не заметили, как отметили сочетание этой картины с Луной, будто смотрели на маленькое северное сияние, но вблизи. Железные конечности обмякли, а тело расплавилось в этом спокойствии. Только голова не могла расслабиться: слишком много противоречивых мыслей, которые пока не могут сформироваться в единое определение их чувств. Поэтому они решают отогнать эти их, так как на территорию органических повадок заходить не хотелось. Вормвуд тем временем на этой территории прибывал и активно всё штурмовал в своей голове. Если бы у него было сердце вместо камня, WX могли бы услышать его биение, настолько было тихо вокруг. Компания друга-робота, костёр, Луна — всё создавало умиротворённую атмосферу, и заставляло его почувствовать себя… он не мог описать это, вероятно не знал подходящих слов. Ему было просто хорошо. Этого вполне достаточно. В такой благоприятной обстановке он бы наверняка завёл бы какую-нибудь непринуждённую беседу, или начал бы активно рассказывать про свой день и своих друзей растений, но сегодня он решил этого не делать. Ему хватало того факта, что WX были рядом: всё слишком хорошо, чтобы что-то менять. Внезапно рука WX-78 поднимается и, медленно, с небывалой мягкостью, дотрагивается до драгоценного камня, перебирая между пальцев зелёные лучи. Вормвуд не был готов к этому, но решил, что не против. Наверное. Прикосновение было недолгим, и уже через несколько секунд они отдёрнули руку. WX на секунду разочаровались в своём железном теле: на ощупь фактуру не оценишь. Для поиска данных материала у них есть Джимми, поэтому минус несущественный. Время шло, они оба уже начинали засыпать и решили, что на сегодня хватит. Они затушили костёр и пошли обратно. Почти перед тем, как они зашли на территорию лагеря, WX-78 внезапно повернулись к Вормвуду: — Никому не рассказывай, где мы были. Никто не должен знать о нашей встрече, усёк? Тот мигом закивал: — Усёк! Но… — Прежде чем он успел спросить, WX стремительно удалились. Он не совсем понимал, почему это должно быть в секрете. Что плохого в том, чтобы поделиться новостью? Тем не менее он крикнул им вслед: — Спокойной ночи! Вормвуд решил, что расспросит утром, но сомнений у него уже не оставалось: они подружились.