Противостояние

Мы живем в мире, где слово бог не вызывает в людях сомнений. Это не что-то метафорическое, не что-то мифическое, а вполне реальный, осязаемый факт. Вот уже, как десять лет боги снизошли до нас. Когда это произошло я была совсем ребенком, от того о жизни «до» знаю лишь по рассказам родителей. За эти годы, что мы живем рука об руку с богами, мир не сильно прогрессировала по части технологий или науки. Люди акцентировали все свое внимание на духовную эволюцию. Родители говорили, что люди раньше почти не верили в богов или верили совершенно не тем. Сейчас это кажется таким странным. Как можно не верить во всемогущего Аполлона? Как не верить в богиню-мать Дафну? Кто же тогда создал весь этот мир, если не боги? Разве не Мировой океан породил первых богов светлого Ирия? Разве не Гея породила Олимпийцев? Отец рассказывал мне о какой-то странной теории большого взрыва, об эволюции, но сегодня это все звучит безумно дико. Вместо подношений люди ходили в какие-то заведения, что звались «церковью», пели странные песни, зачем-то жгли свечи. Дикарство. Людей, что в те времена практиковали жертвоприношения, называли сектантами или язычниками, запрещая верить в то, что не являлось по мнению большинства правильным. Сейчас день каждого человека не обходится без подношений. Все мы готовим угощения, возлагаем цветы и украшения к алтарям, а по большим праздникам приносим в жертву животных. Так мы благодарим богов за их милость и благоволение. Благодарим за то, что однажды, всемогущему Чонгуку-Аполлону хватило сил и мудрости восстать против Зевса и возродить весь человеческий род, что бывший громовержец тогда извел. Теперь же душегуб сослан на остров героев, лишившись всего, а его могущественный сын, нынешний громовержец, мудро правит Олимпом, рука об руку со своей супругой. Так странно, что буквально пару десятилетий назад люди ещё совсем не знали богов в лицо. Не удивительно, что они совсем не знали во что верить. Сейчас же встретить представителя пантеона на улице — не является чем-то из ряда вон выходящим. У меня же был собственный бог, которому я молилась каждый день. Он для меня не только покровитель, но и лучший друг. Даже больше, чем друг. Девять лет назад, ровно год спустя, после того, как боги вступили в свою законную власть, мир чуть было не сошел с ума. Во всяком случае так говорит мама. Массовая паника охватила страны и города, но не всех стращал ад во всей своей ужасающей красе. Многие бросали богам вызов, считая, что те ничего не сделают за их злодеяния. Так мне не посчастливилось (а хотя может быть это был напротив счастливый случай) попасться под руку спятившему мужчине. Он украл меня прямиком с многолюдной улицы и затащил в подворотню. Бог весть знает, что со мной бы произошло, если бы не он. Мой спаситель. Мой ангел-хранитель. Мой персональный покровитель. Он явился излучав божественное сияние. На его фарфоровом лице играла гримаса ярости, в то время, как маленькие ладошки гневно сжимались в кулаки. Вместе с ним пришел и его антагонист — мрачный и суровой мужчина, со звериным оскалом. Пока мой герой нежил маленькую меня в своих теплых объятиях, беспощадный страж уносил прочь негодяя, осмелившегося даже задуматься о подобном грехе. — Я Эрот — мягким голосом отозвался ангел — Но слишком долго живу на земле, потому предпочитаю, когда меня называют Чимин. Пак Чимин. Так наверно современнее. — Пан Джихё…— завороженно ответила я, не в силах оторвать взгляда от красивого лица бога. Руки так и тянулись коснуться его волос, желая ощутить их шелковистость, убрать спадающие на лицо пряди, чтобы ещё детальнее разглядеть спасителя. — Значит золотая красота? — добродушно улыбнулся он. Именно таковым было значение моего имени. С тех пор Чимин никогда не называл меня Джихё. Исключительно «моя красота» или «золотце». Поначалу покровитель влюбленных приходил к нам домой, чтобы справиться о моем самочувствии, ввергая тем самым в шок родителей. Совсем недавно они верили в Иисуса, а теперь весь их мир перевернулся с ног на голову и прямо в гостиной перед ними стоял сам бог-олимпиец, о котором они знали лишь из мифов, с картин и скульптур. Несмотря на то, что тот преступник не осуществил своих грязных замыслов, Чимин волновался о ранимой детской психике. Вскоре его визиты стали настолько обыденными, что мама уже накрывала стол на пять персон. Он всегда был в моей жизни. И в моменты когда было нестерпимо больно, и когда я была на седьмом небе от счастья, помогал принять сложные решения и поддерживал, когда никто вокруг в меня не верил. Ему я могла доверить все свои страшные секреты. Чимин единственный, кто поддержал меня в желании пойти в Национальный университет полиции Южной Кореи, располагающийся в Сеуле. Родители утверждали, что я слишком рассеяна, слаба и изнежена для такой профессии. К тому же расстояние в четыреста километров между столицей и Пусаном их пугало. Но Чимин не только поддержал меня в выборе, но и смог уговорить родителей отпустить старшую дочь в другой город, заверив, что я всегда буду под его присмотром. — Пак Джихё, — строго прозвучал голос учителя — назови нам основные ветви божественной иерархии. — Эм…— неуверенно начала я поднимаясь со своего места — Пан… Я Пан Джихё. Верховными богами являются эгидодержавный Чонгук-Аполлон и его супруга, покровительница брака Дафна . Следующей ветвью власти является Олимпо-Ирийский совет, в который входят сестры Чонгука Артемида и Афина, а так же тесть Аид и брат Арес. Они выступают, как представители Олимпийского пантеона. Послами светлого Ирия являются Морана и ее супруг Велес, Радегаст и Сварог. Именно они являются законодательной ветвью власти. Олимпо-Ирийский совет принимает все решения, касающиеся, как жизнедеятельности богов, так и людей. Третья ступень — это божественный суд. Исполнителем данной вехи власти является Фемида и Дикэ, в то время, как Триглав осуществляет надзор за исполнением наказания. Земные органы полиции являются последним этапом иерархической пирамиды. Они предназначены для предотвращения и выявления преступлений, противоречащих кодексу грехов. — Хорошо. — заключила учитель — Тогда скажи мне, почему совет Олимпо-Ирийский, если там присутствуют представители сумрачной Нави и Преисподней. — В каком бы мире боги не правили, они являются представителями двух пантеонов: Олимп и Ирий. Только я успела отчеканить свой ответ, раздался звонок свободы. Долгий учебный день подошел к концу, но преподаватель не упустила шанс крикнуть нам в догонку о необходимости подготовить доклад про любого из богов пантеона. Впереди меня ждали два дня выходных и никакой доклад не смог бы омрачить это событие. В планах было как следует выспаться и сходить с однокурсницами в один из самых крутых клубов Сеула. Радостно сбегая с каменных ступеней здания университета, я сразу увидела его. Чимин дожидался меня на лавочке, вальяжно закинув ногу на ногу, пока выходящие студенты благоговейно склоняли перед ним голову, проходя по скверу. — У тебя, что, забот твоих божественных нет? — озорно подначивала я друга, толкая в плечо — Или в издательстве дел не прибавилось? — Фу, какое не уважение к богу! — усмехнулся мужчина — Ну-ка, где мое подношение? — его палец уперся в щеку, вырисовывая на ней очаровательную ямочку. Без раздумий я отдала свое ежедневное подношение в виде нежного поцелуя в самую ямочку и получила в ответ одобрительную белоснежную улыбку. — Идём, красота моя. Покормлю тебя и со спокойной душой пойду дальше выполнять свои обязанности. А то Дафна сегодня не в настроении. — Слава тебе, богиня-мать. — пробурчала я себе под нос, робко вздымая взгляд к небу. То, что мой друг бог, могло стать отличным подспорьем при написании доклада. Мне хотелось написать про Чонгука или Дафну, выведав информацию из первоисточника, а не из очередного учебника «Пантеонологии». Это был бы настоящий фурор. Но как бы я не просила Чимина ранее устроить мне встречу с верховными — он не соглашался. Не сработало и сейчас. Какие бы жалобные глаза я не делала, упрямец не согласился даже устроить мне встречу с хранителями «Книги глубины». Про последних Чимин вообще ворчиливо заявил, что они не являются богами и не принадлежат ни к одному из пантеонов. Эта парочка всегда вызывала во мне повышенный интерес. Никто из смертных не знает как они выглядят, где живут и как их вообще зовут. Известно лишь то, что некогда они были смертными, а сейчас за помощью к ним обращаются представители и Олимпа и Ирия. Сам верховный бог даровал им бессмертие и почетное звание в знак благодарности за то, что они нашли книгу и помогли воскресить богов ирийского пантеона. В их руках мудрость мира и только им решать, вверять те или иные тайны богам или нет. Я всегда представляла их длиннобородыми старцами в просторных белых платьях с уставшими глазами, но Чимин, по-секрету уверил меня в обратном. Хранители — это красивые женщина и мужчина. Одному из них под силу прочесть написанное, а другому известно местонахождение книги. Из всех божественных представителей — они единственные, кто скрыт под плотной завесой тайны. — Это все потому, что я не красивая — обиженно заявила я с набитым рисом ртом, сидя в нашем излюбленном кафе. — О всемогущий громовержец! — взмолился Чимин, закатив глаза — Не гневи Афродиту и Ладу глупыми словами, золотце. — Ну а что?! В обоих пантеонах вы все вот какие красавцы. А у меня и ноги толстые и щеки, как у хомяка! Потому ты и не хочешь знакомить меня с верховными, а тот четверокурсник даже в мою сторону не смотрит! Ох уж этот старшекурсник. Безумно красив, но холоден, как лед. Его европейская внешность с большими голубыми глазами, темные, идеально зачесанные волосы, высокий рост и атлетическое телосложение — сводили с ума всех девчонок в университете. Куда такой, как мне, до такого, как он? С самого первого дня я следую за ним, подобно бесплотной тени. Но как бы я не стреляла глазками, как бы не пыталась пленить его своими лучшими образами — все тщетно. Ноль внимания. — У тебя очаровательные щеки и… Кхм — на щеках Чимина проступил смущенный румянец, пока взгляд тупился в стол — И ноги у тебя красивые. Если этот истукан не замечает — у него либо есть предмет воздыхания, либо отсутствует вкус. — Ты так говоришь, потому что ты мой друг! — капризно заключила я — Ты не объективен. — Я когда-нибудь обманывал тебя? — округлил глаза Чимин — Как смеешь заявлять, что бог врет?! Смерти ищешь?! — Если это единственный шанс познакомиться с верховными, то убей меня, Пак Чимин! — просил мой томный голос, пока торс переваливался через стол. Казалось моя просьба ввела друга в ступор. Он замер, пристально уставившись в одну точку. — Ладно. — сорвался у меня огорченный выдох — Поел? Идём. — я резво встала, вешая сумочку на плечо, но Чимин даже не шелохнулся. Он остался сидеть на своем месте — Нет, я не наелся — пробубнил он, уперев понурый взгляд в стол. — Тогда оставайся, а я побежала. Мне ещё собираться. Вечером хотим с девчонками сходить отдохнуть. Только я наклонилась к другу, чтобы оставить на его щеке прощальный поцелуй, как он вцепился в мое предплечье и строго посмотрел в глаза. — Будь на связи и отвечай на сообщения. Пришлешь мне адрес места куда собираетесь. И… — И если что-то пойдет не так, — перебила я друга — сразу же тебя позову. В ответ он удовлетворенно покачал головой и, оставив на щеке касание своих пухлых, горячих губ, позволил отправиться домой. Как бы не пыталась убедить Чимина в том, что в нынешнее время маньяки и педофилы мне не грозят, он всегда переживает, когда я иду куда-то или надолго остаюсь без его божественного присмотра. Может для нас и прошло целое десятилетие, мы видим разительные перемены в поведении человечества, но для него прошел всего лишь миг. Когда ты бессмертен время течет абсолютно иначе. Для него свежи в памяти страшные людские деяния, в то время, как для меня они являются скорее мифом. То, что Дафна гневается было видно не вооруженным взглядом. Небо заволакивало грозовыми тучами, которые вот-вот угрожали обрушиться на город дождем. Проходя через обильно засаженный сквер к своему дому, я заглянула к алтарю, где люди оставляли свои подношения богине. Стоило хоть как-то умилостивить Дафну, чтобы смягчить ее гнев. Мама рассказывала мне, что раньше верующие произносили специальные стихи, которые называли молитвами, в качестве общения с богом. Кажется так глупо. Как можно общаться с богом, если каждый человек просто бубнит себе под нос одно и то же? Как бог должен понять даровать тебе милость или нет, когда миллионы людей талдычат одно и то же? Разве это беседа? Это скорее монолог. Сейчас же боги отвечают нам. Это не всегда прямой ответ. Им может послужить ласкающий кожу ветер или посланный цветок, если бог доволен тобой. Но может быть и обрушившийся град, прилетевший камень, в том случае, если боги не довольны. Порой они являются и лично или посылают свои дары. Мне доводилось общаться с Персефоной , когда умерла бабушка, болтала с Артемидой во время лесной прогулки, когда на меня чуть было не напал дикий кабан, пару раз встречалась Мораной и получала от нее выговор за свое увлечение гаданиями и даже встречалась с утренней звездой Сивой, когда встречала рассвет. Сейчас богам не читают эти однотипные стихи. С ними разговаривают. Просто рассказывают о том, что беспокоит, о том, чем гордятся, благодарят богов за помощь и содействие. Мы искренни с ними, а они открыты для нас. Вот и сейчас я подошла к алтарю, чтобы просто пожелать богине хорошего дня, поблагодарить ее за тот труд, что она прикладывает для улучшения наших жизней и понадеяться, что вскоре все ее печали и заботы образумятся. Подойдя к мраморному изваянию, я положила у его ног единственное, что могла отдать богине — пуноппан , который планировала съесть дома. Но возможно верховной он был бы нужнее. — Слава тебе, богиня-мать. — с почтением обратилась я к изваянию — Не знаю, кто тебя разозлил, но уверена — все образумится. Когда вокруг алтаря стал сгущаться туман из которого возник образ верховной богини — я была готова завизжать от восторга. — Знала бы ты, как я устала…— заявила она, пока я сгибала спину так глубоко, что казалось в моем позвоночнике даже что-то хрустнуло — Покалечься мне тут еще! — раздраженно буркнула Дафна. — Прости меня! — радостно улыбалась я — Давно мечтала с тобой встретиться! Может быть ты хочешь разделить со мной свои переживания? Выговориться может хочешь? — Даже думать обо всем это не хочу. Я с восторгом смотрела на прекрасную богиню, мысленно страдая, что не так же красива, как она. Идеальная фигура, блестящие темные волосы, зеленые глаза и миловидное лицо влюбляли в себя с первого взгляда. — Это же ты золотце? — криво усмехнувшись спросила она. — Чимин про тебя всему Олимпу уши прожужжал. — Я популярна на Олимпе?! — невозможно было поверить в услышанное. — Ну! Прям популярна! Не зазнавайся-ка давай! — тонкая рука богини звучно шлепнула меня по лбу. — Расскажи мне лучше, что тут у вас происходит интересного. Чем люди живут? Что говорят? Все ли хорошо? Хочу немного развеяться и понять как обстоят дела в Яви. — А то ты не знаешь? — игриво подмигнула я и тут же осеклась под строгим взглядом Дафны. Пока мы шли к моему дому, я без умолку тараторила о текущих событиях, о том, что все кого я знаю с трепетом чтут все богов, делилась своими успехами в университете и даже пожаловалась на безответную любовь. Последнее заинтересовало богиню больше всего. С удовольствием вкушая мой пуноппан, она выслушивала про мои ущербные попытки привлечь внимание старшекурсника, то и дело насмешливо хихикая. — Неужто даже ни разу не попросила Чимина пронзить свой предмет воздыхания стрелой? — с подозрением прищурившись спросила она — Нет…— понуро ответила я — Чимин лучше знает кто кому подходит. Если те, кому суждено быть вместе, по каким-то причинам не решаются признаться друг другу или робеют, тогда он пронзает их сердца. Раз этого не случилось со мной и Александром, значит мы не части единого целого. — Но ведь тем, кто заслужил его благословение он помогает. — Эй! Разве это не я должна уговаривать, а ты меня образумливать? — усмехнулась я, направляя на богиню удивленный взгляд. — Не заз-на-вай-ся — ухмыляясь Дафна отстукивая пальцем мне по лбу — Ладно-ладно! — мои ладони взмыли вверх, крича о капитуляции — На самом деле я верю покровителю и в то, что ему лучше знать, кто моя судьба. Боюсь, что если поддамся мимолетному увлечению, могу упустить истинную любовь. Одобрительный взгляд богини указывал на то, что мои суждения верны. Однако она не забыла упомянуть о том, что помимо любви, Чимин может даровать и совершенно обратное чувство. Для одних это становится наказанием, а для других спасением. И нет ничего зазорного в том, чтобы попросить его избавиться от ненужных чувств. Я уже задумывалась об этом ранее, но боюсь принять неверное решение. Как я узнаю в какой момент это чувство нужное, а где ненужное? На такие вопросы боги не отвечают, дабы не вмешиваться в нить человеческой судьбы, что плетут Мойры и сестры берегини. Обращаться за предсказаниями нужно с крайней осторожностью. Потому я и пытаюсь своими силами разобраться в собственных эмоциях, не приплетая в них божественное вмешательство. Когда мы подошли к моему дому, тучи над городом совсем развеялись. Это хороший знак. Значит мне удалось отвлечь Дафну от ее забот и проблем. Это наивысшая благость для меня. Однако стать героем моего доклада богиня оказалась наотрез. Что ж, придется писать о Чимине. О нем я могу написать целую поэму, даже без прямого участия бога. Войдя домой, я окинула взглядом свою уютную маленькую квартирку и настежь распахнула окна, впуская свежей весенний воздух. Я любила здесь абсолютно все: круглые плюшевые подушки, расположившиеся на светлом, мягком диване, маленький деревянный стол, за которым так часто мы собираемся с друзьями, пушистый белый ковер, о который так приятно греть ноги во время холодов и многочисленные полочки, на которых расположились различные идолы. Особое место в моем сердце занимала комната. Из панорамных окон открывался чудесный вид на Сеул, на стенах расположились многочисленные маленькие фонарики, озаряющие спальню теплым светом, а деревянные тумбы, зеркало и плетеные пуфы добавляли атмосферы, наполняя спальню древесным ароматом. Устало рухнув на диван я включила телевизор и зашла в мессенджер, чтобы проверить все чаты и убедиться, что наши сегодняшние планы в силе. Однако новость, передаваемая по телевизору, привлекла все мое внимание на себя. «Неизвестный людям бог появился на улицах Сеула. Очевидцы сообщают, что он выглядел враждебно и велел призвать верховных божеств Пантеона. Полицейские уже докладывают о случившимся Чон Чонгуку и вместе с оперативной группой, во главе с Аресом и Ладоном отправились на поиски неопознанного божества» — Офигеть! — восторженно воскликнула я, всматриваясь в кадры, снятые горожанами на камеры смартфонов. Прямо по улице, уверенной, стремительной походкой шел темноволосый мужчина. Кожаные штаны обтягивали крепкие ноги, его изумрудный плащ ретиво развивался на ветру, а голубые глаза хищно смотрели прямо перед собой. — Вот это красавец! — с придыханием обронила я, собираясь звонить Чимину. Но не успел мой палец набрать номер друга, как он предстал передо мной во всей красе. — Ты видел?! Видел?! — восторженно бросилась я к другу. — Видел. — встревожено ответил Чимин — Поэтому попрошу тебя никуда сегодня не ходить. Побудь дома. — Что?! — изумленно выпучила глаза я — Ой, да брось, Чиминааа! Это же бог! Ещё и красавчик такой! Что за волнения?! — Золотце, это не шутки. Если он тот, кто мы предполагаем, визит не несёт в себе ничего радужного. — Кто он?! Оо, Чимин, молю! Скажи! — крепко прижимаясь к торсу друга выпрашивала я. — Мы думаем — это Асгардец.