Субъект А24: Подкидыш

       - Ворота не закрываются!       Чей-то крик прозвучал как смертный приговор. Глэйдеры шныряли вокруг, возбужденно переговариваясь и выясняя у каждого прохожего, знает ли он, что происходит. Очевидным ответом было хмурое "нет". Так было, пока не появился Алби и он вместе с Ньютом начали раздавать команды. Тогда всеобъемлющая паника поутихла, пусть и не на много, и парни перешли в режим действия: стали собирать доски, оружие, придумывать планы действия.       Пока простые смертные, так сказать, креативничали, Стражей созвали на Собрание. Меня тоже приволокли.       - Можно попробовать заколотить ворота! - предложил кто-то       - Ты стебанулся? Нас сожрут еще до того, как с первой справимся.       - Значит придётся драться? - сказал обреченный голос из угла.       - С тем же успехом повеситься можно. Или зарезаться. У кого есть еще предложения?       - Еще предложения как самоубиться или выжить?       - Тапочки мне в глотку... - выругалась я.       - У тебя есть предложения получше? - поинтересовался Зарт.       - Драться мы не можем, остановить этих кракозябриков - тоже. Значит, остается прятаться, - скучающим тоном рассуждала я. Ну а что? Во-первых, быть в смертельной опасности уже вошло в рутину. Каждый вторник ищу опасностей на свою жопку, так, для профилактики. Да еще так бодрит! (На самом деле, перечитав охуенное количество фиков по бвл у меня большой запас способов выйти из этой ситуации. может, даже Томми отговорим от свидания с Гривером - тот еще тип), - заколотимся в Хомстеде. Там еда, вода и так далее и тому подобное. Одеялки с гамаков приволочем внутрь чтоб от холода не сдохнуть. А в качестве игрушки поспав в обнимку с ножами и битами.       *тут должны быть звуки сверчков*       Алби посмотрел на меня с насмешкой.       Че, неужели налажала?       - Неплохо, - улыбнулся он, - но ты забыла про карты. Вы слышали план, за работу, - он повернулся к остальным.       - Есть, адмирал Алби! - шутливо отсалютовал Минхо.       В пока наши мальчики готовятся к верной смерти(нет), я поясню парочку моментов, вернее сказать, кратко перескажу все, что произошло с момента поцелуя (я знаю, что вам понравилось)) и до сейчас.       Во-первых, за время моего затянувшегося послеобеденного сна, т.е. метаморфозы, к нам прислали ведьмочку Терезу. Честно говоря, пока что не знаю, как к ней относиться. Она вроде бы миленькая, хорошенькая и умненькая. С другой стороны, она погубила(ит?) дохуя много человек, путь из добрых намерений, нооооооо..... Вообщем, не знаю.       Во-вторых, Томми благополучно заработал свою репутацию знака вопроса, сказав больше предложений с вопросительной интонацией чем с утвердительной. К счастью или нет, моим ушам не пришлось выдерживать испытание стойкостью его любопытством.       В-третьих, Алби тоже ужалили где-то по дороге в Глэйд. Но его метаморфоза прошла гораздо быстрее, чем обычно. Все равно, он был сам не свой последние пару дней.       - А где Бен? - говорю я никому в частности.       - Его изгнали сегодня утром, - говорит мне Ньют, в его холодном голосе слышно сожаление.       Он подошел и положил руку мне на плечо.       Не то чтобы мы с Беном были близки. Но он был одним из тех, кто с первых дней моего прибывания тут относился ко мне не как к куску мяса, а как к самому настоящему Глэйдеру. Было... обидно. Странно. Как будто мозг отказывался понять, что тот, кто еще пару дней, часов назад дышал, сейчас не дышит.       Страшен был не сам факт смерти. Страшно было не понимать.       Ужас сменился пустотой, и я отвернулась от британца, выдав тихое:       - Ясно.       Он легонько сжал мое плечо.       - Мне жаль.       Мы молча направились к Хомстеду. Все окна были заколочены, только одна дверь осталась нетронутой, чтобы можно было зайти внутрь.       Стражи распределяли своих "подопечных" по комнатам. Алби, Минхо, Ньют, Томас, Тереза и я устроились в нашей с Ньютом комнате.       Тишину внезапно прорезал голос Томми:       - Бри, ты как?       Все головы повернулись к нему.       Я в удивлении потупилась, потом ответила:       - Да нормально.       - Ты что-нибудь вспомнила? - не унимался бывший Шнурок.       Мое сердце пропустило удар. Первым инстинктом было соврать. С другой стороны, появилась прекрасная возможность раскрыть парочку карт, которые очень даже хорошо могут прикрыть наши задницы.       - Я... - в сомнении потянула я, - не уверена, - встретившись с разочарованными взглядами друзей, решаю реабилитироваться, - Я имею ввиду, с утра ничего не было, а сейчас что-то начинает всплывать.       - И... что? - спросил Минхо.       - Да не важно, - отмахнулась я, - просто парочка воспоминаний с родителями, и все. Ничего, что поможет нам выбраться.       - А, можешь рассказать? - подал голос Алби. В его глазах читалась та же тоска, что и у всех остальных Глэйдеров, когда разговор затрагивал тему их прошлого. В тот момент я почувствовала себя паршивехонько.       - А... да, - сказала я и начала, - мы с мамой ехали в машине и... у нас были не совсем хорошие отношения. А в тот момент мы почему-то смеялись, - вспоминала я с горечью на языке, - по радио играла какая-то песня, мамина любимая. "City of stars", кажется. Мы... мы ехали из больницы, - глаза начало щипать, я начала усиленно моргать, - Я т-тогда, - глубокий вдох, - мы незадолго до этого поругались. Сильно. Она ударила меня, я разозлилась. Я бросила в нее что-то, и...       Зачем я все это рассказываю? Не знаю. Алби просто спросил, а меня понесло.       - Вообще, я начала все это. Но руки распустила она. Мы так и дрались. Потом что-то упало и меня вырубило, - я попыталась незаметно вытереть слезинку, предательски покатившуюся по щеке, - В больнице сказали, что ничего страшного не случилось, пара царапин. Одну рану зашили, остался шрам. После анестезии я была немного не в себе, мне все казалось смешным. И мама смеялась вместе со мной. В тот момент она будто была другая... Как будто и не она вовсе... а потом, - я посмотрела в потолок, чтобы остановить слезы, уже не скрывая их, - Потом все стало как прежде.       Наступило молчание, в котором отчетливо было слышно, как я шмыгаю носом.       - Вообще, знаете, - реабилитировалась я, заговорив уже более сильным голосом, - иногда ничего не помнить — очень даже неплохо. Не за что себя винить, не по кому скучать. Можно выдумать себе любую историю, жить в гребаной иллюзии о том, что раньше жизнь была лучше. Это не всегда так, к сожалению. Зато ничего не держит. И… - я замолчала.       Разговорилась что-то. Не дай бог заподозрят чего.       Сейчас правда лучше, подумала я.       Впервые за свое времяпрепровождение здесь я поняла, что то удушающее чувство, наступавшее каждый раз, когда я заходила в собственную квартиру, исчезло. Никто не приказывает, никто не орет, и не нужно никому угождать. Можно просто быть собой.       Увидев, что я снова плачу, Ньют, до этого сидевший напротив, подсел ко мне и приобнял одной рукой, легко поглаживая по спине.       - Мне жаль, - он прошептал.       - Все нормально, - так же тихо ответила я.       Парни и Тереза о чем-то переговаривались, я не слушала. Наступала ночь, поэтому все старались вести себя как можно тише.       Мы с Ньютом так и задремали на полу, остальные последовали нашему примеру, попытавшись улечься кто на полу, кто на кроватях.       Что-то на задворках сознания упорно подсказывало, что какое-то неприятное событие скоро произойдет. Оно ожидало за ближайшим поворотом, но в темноте без света фонарика разглядеть его не получалось. Вот-вот, это что-то выпрыгнет из-за угла и либо напугает до смерти, либо прибьет, сожрет, утопит.       Или закричит.       Громко.       Голоса а панике загалдели, Алби подорвался с места, Ньют с Минхо прямиком за ним и наружу. А я свою норму сна для моей девичьей красоты еще не выполнила, поэтому строилась спать дальше. Из Лабиринта красивой следует выпрыгивать, а не кикиморой.       А потом до меня дошло, что будильник обычно противно пищит, а не истошно орет мальчишеским голосом, и я подскочила с места.       Как раз в тот момент, когда все закончилось.       Нагнав Минхо у комнаты в самом конце коридора, я получила одно слово, содержавшее в себе достаточно информации:       - Зарт.       Гриверы забрали Зарта, Стража Копачей.       На лицах парней вокруг читались все эмоции от страха до скорби. Ньют выглядел потерянно. Тереза не совсем въезжала, но понимала, что произошло что-то не…       ТОЧНО!       Она, тварь така… кхм, то есть, девочка такая интересная, прямо как я, память не теряла. Она все знает и все помнит. Ну, может не все, но что-то уж точно.       Или я не права?       - А где Алби? - спросил Томас.       Ответом ему был голос какого-то парня, имени которого я так и не запомнила. Что? По знаку зодиака — рыбка, лицо — как у рыбки, и память тоже рыбья.       - Он на улицу вышел, - поведал неизвестный как ни в чем не бывало.       - Что? - в голос заорала вся наша орава.       - На улицу он вышел, - я раздраженно направилась к выходу, - как будто в магазин за хлебом! Щас не вернется еще, во веселуха будет…       Светало. Гриверов не было. Пару деревьев покоробило, мусор валялся вокруг, из леса валил серый дым, наполняя воздух приятным соленым запахом. А так, все как обычно…       Так стоп.       - Смотрите!       Все ринулись к Картографической. Ну как все, наша старая добрая кампания.       - Какой-то стебанутый кланкорожий шанк, полный кланка, сейчас сожжет все стебанутые карты! - воскликнул разъяренный Минхо.       - А где Галли? - спросила я.       - Черт его знает, - ответил Фрай.       Добежав до Картографической, мы все дружно потеряли челюсти. Парни — от того, что на полу, с раздолбанной в кровь башкой, лежал Алби — виновник сего преступления. А я, от того что карты он и вправду сжег.       Их никто не вынес. Парочка обрывков летала в воздухе, пепел покрыл землю.       Мы трупы.       Я ведь даже не подумала проверить! Но Алби же сжег карты не в первый день… Или в первый? И Галли, что там с ним стало? Он, кажется ушел в Лабиринт или… нет?       Я знала, что такие казусы произойдут. Я, как новая переменная, свела к черту все уравнение, и теперь нормального ответа с целым числом уже не получить.       Но, если Алби сжег карты…       - Бри, - позвал чей-то голос.       А ребята выглядят точь в точь как актеры…       - Бри?       Это значит что-       - Бри! Ты слышишь? - Ньют тряс меня за плечи.       - Нет, - ответила я, не прерывая мыслительный процесс.       Это ни книга, ни фильм.       И то, и то.       Вперемешку.       Отлично. Спасибо! Как теперь мне этот кланк разгребать, если непонятно, что именно блин разгребать?       - Чего? Что случилось? - наконец вернулась в реальность я.       Все посмотрели на меня, как на последнюю дуру. Оказывается, Томас с Терезой выяснили, что код кроется где-то в картах, но…       - Теперь их нет.       Минхо ругнулся двадцатиэтажным матом.       Так, леди и джентльмены, представление начинается. Бри включает гениальную актрису.       Слегка покачнувшись и с трудом доковыляв до стенки, по пути нарочно задев и раскидав кучу обломков, оставшихся от Картографической, одной рукой я нащупала косяк двери, в другой схватилась за голову и зажмурилась так, как будто в голове у меня вдруг поселилась первосортная мигрень. Затем скатилась по стенке, как то самое ягодное желе из Пятерочки за сорок рублей.       - Бри, что за черт? - Ньют каким-то образом материализовался рядом за секунду.       Я тяжело дышала и делала вид, что не слышу. Блондин схватил меня за плечи.       - Может, это из-за дыма? - рассуждал душевно потрепанный Минхо.       - Бри? Брианна? - позвал Ньют, и я наконец открываю глаза.       Попытавшись произнести слова так, словно это та шокирующая правда, я говорю:       - Я знаю код, - и увожу взгляд в пустоту, словно пытаясь осознать только что сказанное.       - Чего? - Минхо ляпнул, - Код? Совсем стебанутая? Откуда?       - Метаморфоза это пустое слово для тебя, а? - я подняла одну бровь       Его глаза округлились.       - Вот это кл…       - Что за код? - спросил Томми.       - Я… - замешкалась, - вспомнила два. Один из цифр, другой из букв. Не знаю, какой правильный.       - Значит, делаем так. Томас вбивает в свою башку циферки, Ньют буковки. Еще паре человек расскажем, так, на всякий случай…       - Если меня вдруг сожрут, - перебила я.       - Ну. Да. Все остальное по плану. Бежим к Обрыву, Бри, Чак, Тереза, и кто-то из вас стебанутых прыгает в чертову нору и вы дружно пытаетесь не раствориться в пустоте. Вводите код — бум! Мы выбрались, - весело закончил свой план Минхо.       - Гениально, браво Королеве Лабиринта, - я медленно захлопала в ладоши, сарказм сочится в голосе, - ты забыл упомянуть ту часть, где вы насмерть отбиваетесь от этих тварей и половина, скорее всего, не выживет. Ну это так, к слову.       - У тебя есть еще гениальная идея, Королева Глэйда? - поинтересовался азиат.       - Нет, - честно отвечаю я, поднимаясь с земли, - Идем завтракать, - и направилась на кухню, даже не взглянув на Алби, все еще лежащего на полу с глубокой раной на голове. [I love you – Billie Eilish]       - Сам не хочет выбираться, пусть другим не мешает, - буркнула я себе под нос.       - Он не понимает, что делает, - рядом снова нарисовался Ньют, - Просто напуган, как мы все.       Я остановилась и повернулась к нему. Британец встал напротив меня.       - Да, но ни ты, ни я же не жжем все подряд, - поспорила я.       Он молча придвинулся ближе и обнял меня, крепко-крепко. Я сделала тоже самое. Мы долго стояли, держась друг за друга, наконец показывая капельку того ужаса, накопившегося внутри за всего лишь одну ночь.       - Как думаешь, у нас получится? - спросила я негромко.       - Да, - без промедления ответил он.       - С чего такая уверенность? - усмехнулась я, разорвав объятия.       - А когда это ты начала сомневаться? - парировал Ньют, улыбнувшись, тоже выбив из меня улыбку.       - Знаешь, я подумала, - начала я, снимая подвеску с когтем волка, - возьми. На удачу.       Парень запротестовал, на я его остановила, все же нацепив на него подвеску.       - Вернешь, когда мы выберемся. Так мы точно выживем.       - Всмысле? - не понял блондин.       - Обещай, что вернешь. Не сдашься и не умрешь, пока не вернешь. А я не сдамся, пока не получу коготь назад.       Он подумал, долго смотря мне в глаза.       - Обещаю, - согласился он, вновь приобняв поцеловав меня в макушку.       В ответ я поцеловала его где-то между шеей и ключицей — там, где могла достать. Его мягкая кожа покрылась мурашками, я ухмыльнулась. Обожаю так делать.       Он все еще не привык к такому близкому контакту, поэтому каждый раз, когда я его вот так неожиданно целую, он мило вздрагивает. Но я знаю, что ему нравится.       (Улыбайтесь, Дорогие Читатели, своими широчайшими шипперскими улыбками, разрешаю)       (Можно даже еще разок улыбнуться, ну так, для верности)       *мысленный хлопок в ладоши* Все, переходим к делу. Кушанье не ждет.       ***       Было жарко. Я, мама и папа стояли в пустыне. Смеркалось. Вокруг не было ничего: ни деревьев, ни построек, ни даже гор или облаков. За исключением какого-то черного люка в земле, который с треском вдруг открылся, ударяясь о землю и поднимая клубы пыли и песка в воздух. Из этого темно серого облака появилась женщина, и, не стой моя мама тогда рядом, я могла бы их перепутать.       Да они ведь одинаковые!       Абсолютно все начиная одеждой и заканчивая макияжем и прической было абсолютно идентично, что напрягало. У странной незнакомки на плече висел рюкзак. И вот еще, в чем они разнились, на первый взгляд не заметное: выражение лица у мамы было доброе — сейчас почему-то грустное, но все равно доброе, любящее. А вот у другой женщины на лице не читалось абсолютно ничего. Ее движения были скованные, холодные и резкие. Не знаю, сколько мне было лет, но мне уже тогда подумалось, что у нее, наверное, нет детей. У матери не бывает таких змеиных глаз.       - Покончим с эти побыстрее, - сказала женщина, небрежно бросив рюкзак на землю и пытаясь что-то в нем отыскать.       Мама кивнула и повернулась ко мне.       - Послушай, доченька, - ее голос дрожал, она не придавала этому значения, - Ты поживешь со своей тетей некоторое время, хорошо? Мне нужно будет кое-куда уехать.       - Зачем? - спросила я. Мне стало страшно.       Мама помедлила.       - Понимаешь… так нужно, - она прикоснулась рукой к моей щеке, - Обещаю, это ненадолго.       Не знаю как, но в тот момент я поняла, что она врет. Все это был какой-то жуткий трюк, и уезжала она очень даже на долго. А с этой мразью, которая назвалась моей тетей, я жить не собираюсь.       - Нет, - говорю я, начиная плакать, - Нет, нет, нет, нет..!       Я дернулась, начиная бежать, но папа крепко схватил меня, не давая выбраться.       - Ну что вы там, закончили прощаться? - беспардонно спросила змея.       Было видно, что мама тоже не в восторге от этой женщины, но все равно ответила ей после небольшой паузы:       - Да. Давай сюда.       «Тетя» подала маме небольшой флакончик с голубой жидкостью.       - Аня, тебе нужно будет это выпить.       Я все еще кричала и вырывалась.       - Мама, ты не можешь! Нет, не надо, мам..! Пожалуйста, мама…       - Анна! - ее резкий голос заставил мой затихнуть, - Не спорь, - а потом более нежно, - Пожалуйста.       Проглотив слезы, я повиновалась и выпила загадочную небесно-голубую жидкость.       Мама кивнула.       - Молодец.       Потом слезы покатились и из ее глаз, она прижала меня к себе и сказала:       - Люблю тебя.       - И я тебя, мам, - ответила я сквозь вновь навернувшиеся слезы.       - Всегда, - прошептала она и отстранилась.       Тут голова моя закружилась, и я осела на землю, краем глаза видя, как она прощается с папой. Затем она скрылась в том люке, через который пришла ее копия.       Разум помутнел, и на секунду я забыла, где нахожусь, что происходит и почему я плачу.       - Аня, ты чего? - спросила мама, помогая мне встать, - устала что-ли? - рассмеялась она, но звук казался мне незнакомым, искусственным.       - Да, наверное, - я потерла лоб рукой.       - Такси приедет через полчаса. Может, поспишь пока? - предложил мне папа, садясь на песок и хлопая себя по коленям.       - Ага, - сонно согласилась я.       Все стало отступать на второй план: разговор родителей, жара и все лишние мысли. Потом одна мыслишка все же пробралась из уже почти отключившегося сознания:       - Мам, - позвала я тихонько, - а откуда у тебя этот рюкзак?       Я уснула прежде чем получила ответ.       ***       - Хэй, Бри! - шепотом проорал Минхо мне прямо в ухо.       Я растерянно захлопала глазами. И увидела серые стены.       Вот это я конечно да. Пробежать по Лабиринту и не заметить.       - Да? - говорю я, окончательно просыпаясь.       Вся толпа Глэйдеров остановилась перед поворотом, и я узнала коридор, ведущий к Норе Гриверов.       Вот это попа.       Так, соберись. Бри, вспомни коды. Я так и не сказала их парням…?       - Помнишь код? - тут же спросил Ньют у Томми, на что тот кивнул.       - Ты?       - Ага.       Оба повернулись на меня, и я кивнула.       Плыви, поймай, лезвие, смерть, тугой, нажми.       71526483.       Фух. Отпустило.       Я чуть было не засмеялась от мысли о том, что гениальная Королева Глэйда только что чуть не обрекла на верную смерть этих самых Глэйдеров.       Не знаю, какой код пригодится. Будет понятно, когда увидим клавиатуру.       - ВПЕРЕД! - проорал Минхо, и все ринулись к Норе, где нас поджидала стайка железных тварей.       Ну а дальше вы примерно представляете, что было: лязг металла, куча мата, кровь, мясо, куча мата, фаталити файт с Гриверами и ТВОЮ МАТЬ МЕНЯ ЧУТЬ НЕ ПРИШИБЛО куча мата, кхм, да.       С божьей помощью мы прорвались к обрыву, и, не имея ни малейшего понятия, где эта сраное гнездо находится, мы с Ньютом прыгнули вслед за Томасом, Чаком и Терезой. В пустоту.       Уиииииииииии…       (Ну это чтоб длинную дорожку мата не расписывать)       (Запикала типа, поняли да?)       И вот мы уже в какой-то странной темной комнате, где единственным источником света является малюсенькая, мулепусенькая лампочечка где-то в самом уголочечке комнаты и небольшой экран с кнопками в другом конце.       А вот знаете что…       - Бляха!       Глаза Гривера светят гораздо ярче. Прямо две светодиодные лампочки вкрутили ему, бедолаге, в голову. Во лбу, так сказать, не одна, а даже две звезды горят.       Эта тварь разделила Ньюта, Чака и Томаса от нас. Я, что есть мочи, отвлекала зловещую штуковину, отчаянно размахивая руками. Когда я наконец его достала, он накинулся на меня, я с грохотом увернулась.       - Вводи код! - Кричала я.       Минута, две. Ничего не происходило. Гривер изрядно меня вымотал. Тереза тоже помогала, тыкала в него длинной палкой и отвлекала от меня, когда я была прижата к стенке.       - Ньют, твою ж за ногу! Шевелись! - снова прокричала я.       Чак забился в безопасном углу, Тереза перед ним, защищая. Томас пробрался ко мне на помощь.       - Иди к нему, - говорит он, яростно размахивая мачете перед носом Гривера.       Что я собственно и сделала. Нервы у меня были на пределе — впрочем, как и у всех, - поэтому я поспешила ругнуться на британца.       - Какого черта?       Ньют дрожащими руками тыкал на кнопки. На экране высвечивалась всякая белиберда.       - Я-я не вижу, - затараторил он, спотыкаясь, - буквы расплываются. Я не…       - Отойди, - я отпихнула его, быстро вводя код: плыви, поймай, лезвие, смерть, тугой, - Дислексия.       - Что? - не понял он.       - У тебя дислексия. Это врожденное. Твоему мозгу просто сложно воспринимать написанное, поэтому читать не можешь, - второпях объяснила я.       Закончив со словами, осталось последнее. «Нажми».       - Черт! - да где же эта кнопка?       О, вот!       Тихое клик, долгое тшшщ, и пипец громкое ТУДУМ ТЫЩ КРГХК ЛЯЗГ КЛЯК БУМ БУМ и все Гриверы померли на месте, включая того приятеля с нами в комнате.       - Тереза! - позвал Томас.       - Здесь! - кричит она в ответ, - Все хорошо.       Вскоре все спрыгнули в дыру и мы направились на свободу.       Ого, не думала, что это будет так волнительно.       ***       Мы были в комнате с кучей мониторов. На некоторых из них были имена Глэйдеров:       Субъект А5. Ньют. Клей.       Субъект А7. Минхо. Лидер.       Субъект А2. Томас. Жертва группы Б.       Ну и конечно, как же без:       Субъект А24: Брианна. Подкидыш.       Без промедления я нажала на пробел, картинка сменилась. На экране показалось несколько кадров. Камеры, (что блин???) установленные по моей квартире, подъезду и за его пределами, сняли момент, как меня вытащили из моей нормальной жизни, как рыбку из аквариума.       Ладно, хватит про рыб.       Видео показывало все ровно с того момента, как я увидела на телефоне то самое сообщение от Порока. Как кто-то ворвался в кухню, как я выбегаю из подъезда в своей любимой пижаме-       - Штаны прикольные, - заметил Минхо.       - Спасибо? - пробормотала я, не отрываясь от видео.       Вот я уже на улице, везде солдаты с надписью W.I.C.K.E.D. на спец костюмах, оружии и везде, где только можно. Не удивлюсь, если у кого-нибудь на лбу набита татуха «Порок» или на трусах написано.       Вот меня взяли в охапку, вырубили и поволокли в вертолет. Тоже с надпиью.       Видео оборвалось, экран почернел. На экране снова высветилось мое имя.       Я попыталась нацепить удивленную моську, мол, ого, вот это да че со мной сделали, а я и не знала, да.       (нет)       Парни(и Тереза) еще какое-то время тыкались в компьютерах, пока не пришел вот этот тип.       С пистолетом. Галли. С пистолетом, мать твою за ногу на лево сука господи боже блять нахуй.       За ругань извиняться не буду, мне жутко поплохело.       Живот скрутило от мысли, что сейчас произойдет.       Галли поднял пистолет, направив на Томаса.       - Нам не выбраться, - сказал он дрожащим голосом, из его глаз катились слезы. Его ужалили, ну да.       - Галли, мы выбрались. Мы свободны, - сказал Томас, и это было одно из редких его утверждений.       - Выбрались? - рука Галли дернулась, и все Глэйдеры тоже, - Свободны? Думаешь мы свободны?       - Галли, положи пистолет, - вклинился мой строгий голос.       Так же вроде с пьяными разговаривать надо? Ну, если не слушают с первого раза по-доброму…?       И все же он прав, подумалось мне.       - Порок. Это все Порок. Они… - говорил он как завороженный.       - Я сказала, положи пистолет! - нотки паники проникли в мои слова.       Как ни странно, он замолчал, все еще не сводя глаз с Томми. В этот момент мое сердце пропустило удар, и я поняла, что сейчас случится что-то ужасное, потому что время замедлилось. Это позволило мне просчитать, как прыгнуть, чтобы закрыть Чака, который уже был впереди Томаса.       Выстрел громыхнул в воздухе, сотрясая Землю. Или это была просто я.       Секунду ничего не происходило. Тишина. Потом мое тело взорвалось болью, посылая дрожь по конечностям. Ноги в конечном счете сдались, и я повалилась на пол.       - Нет! - закричали голоса. Я, кажется, слышала Ньюта.       Он приподнял меня с земли, и, если бы не боль, которая сковала все тело, я обматерила бы того трехэтажным матом, потому что малейшее движение вызывало новую волну боли.       Но я дышала. Было тяжело, но сердце билось, легкие обрабатывали воздух, и шевелиться я могла. Кто знает, может, не умру.       Знаете, вот мне, если честно, ну вот прямо очень супер честно, надоело это повторять. Какого хрена за последний месяц я вальсирую со смертью уже четвертый, или какой там, раз? Со счету уже аж сбилась.       Блять, больно.       Кровь стучала в ушах, застилая все остальные звуки. Крове еще одного выстрела, раздавшегося так же внезапно, как и первый.       Если до этого я видела смысл держаться, то теперь мое зрение, так сказать, отказало.       По истошным крикам Томаса я поняла, что облажалась.       Ни мальчика не спасла, ни себя. Гений.       Было жутко обидно. Очень. Одинокая слезинка покатилась по моей щеке, и я открыла глаза, глядя на плачущего Ньюта.       - Бри? Бри не отключайся, слышишь? - стал лихорадочно говорить он, - Все будет хорошо. Все будет хорошо, - его голос сломался, руки, державшие меня, дрожали, - Вот, возьми, он стянул кулон с когтем волка и попытался одеть на меня.       Собрав остатки сил в кулачок, я отодвинула его руку.       - Нет, - прохрипела я, - оставь себе. Пока я не вылечусь.       Если вылечусь.       Он не протестовал.       Мое дыхание замедлилось, стало более глубоким и неровным. Какое-то время я правда думала, что это все-таки конец.       Потом боль стала отступать, сменяясь странной… эйфорией?       - Я умираю, - слабо рассмеялась я.       - Не говори так, - Ньют гладил меня по голове, и все еще плакал.       Так. Блять. Стоп.       Нет уж, какая-то там пулька меня не возьмет.       *перезагрузка мозга. включен режим адекватности и сохранения жизни*       Я закашлялась. Ну, хоть кровью не плююсь.       Сконцентрировавшись на том месте, где болело больше всего, я стала анализировать (и пытаться не впасть в панику).       Пуля прошла насквозь, вроде бы. Наверное, я бы ее чувствовала где-нибудь в спине или что. Рана была чуть ниже левого плеча (и здесь я поблагодарила лапшичных богов за то, что пуля миновала сердце).       - Сердце не задело, легкие тоже, - прокряхтела я, - вроде. Так что все норм. Жить буду.       - Ох, слава богу, протрезвела, - горько пошутил Минхо.       - Вот и я о том же, - согласилась я и вновь поморщилась от боли.       Внезапно в комнату вбежали люди с автоматами — совсем как те, которые меня тогда утащили. Моя первая реакция была бежать, но потом мое тело добродушно напомнило мне, что я немного не в состоянии.       Нас потащили наружу.