♤ Дракон из Эдинбурга ♤

«Помолчи и дай мне любить тебя». Его слова звенели у нее в ушах, и, раскрывая губы навстречу его поцелую, она тихонько вздохнула, желая, чтобы это и в самом деле была любовь. Однако даже если она нравится мужу и он наслаждается ее телом, вряд ли речь может идти о любви… во всяком случае, с его стороны. Что касается ее самой… По правде говоря, Эва находилась в полном смятении, не в силах разобраться в собственных чувствах. Она порой считала Амена несносным, деспотичным, но и заботливым, привлекательным… Боги милосердные! Когда он целовал ее с такой жадностью, которую демонстрировал сейчас, она готова была забыть обо всем на свете. Напоследок подивившись про себя, до чего противоречивый человек достался ей в мужья, она оставила свои раздумья на потом и обвила руками его шею. Действительно, против поцелуев Амена невозможно было устоять, и Эва снова убедилась в этом, испытывая нарастающее возбуждение. Он вернулся к платью и возобновил свои усилия, но на сей раз она не стала препятствовать его попыткам, а просто опустила руки, позволив платью опуститься вниз и упасть к ее ногам. Оставшись в одной сорочке, Эвтида провела руками по груди мужа, вслепую нащупывая застежки на его одежде, и с облегчением выдохнула в его губы, чувствуя, как муж помогает ей справиться с его одеждой. Она слегка отстранилась и перед тем, как взяться за его рубашку, внимательно посмотрела в его глаза. Его обычно светлые глаза потемнели, переливаясь красным огнём, свидетельствуя о его второй ипостаси. Едва оказавшись без рубашки, Амен подхватил Эву на руки и прижался губами к ее губам. Она не могла видеть, куда он несет ее. Но вот он остановился и сел, расположив ее у себя на коленях, и она, не прерывая поцелуя, мягко улыбнулась, сильно подозревая, что он опустился на ствол упавшего дерева. Эва вспомнила их первую встречу и острое сожаление, охватившее ее в тот момент, когда она вынуждена была покинуть его объятия. Сейчас ей не нужно этого делать. Они муж и жена. — Ты улыбаешься, — прошептал мужчина, скользя губами по ее щеке. — Да. Потому что вы мне тоже нравитесь, — просто ответила Эвтида. Он поднял глаза и внимательно посмотрел ей в лицо перед тем, как поцеловать снова. Погрузив руку в ее волосы, Амен властно притянул ее к себе и с возросшей требовательностью впился в ее губы. Эва, со стоном выгибаясь в его объятиях, пылко ответила на его поцелуй с таким рвением, которое смутило бы ее саму, если бы в этот момент она могла мало-мальски трезво оценивать свое поведение. Рука, обнимавшая ее, плавно двинулась вверх, и она, приветственно ахнув, вжалась в его ладонь, захватившую грудь, обтянутую тонкой сорочкой. Внезапно он убрал руку, и Эва разочарованно выдохнула в его губы, но тут же почувствовала, как он нетерпеливо дергает ворот ее сорочки, стремясь удалить разделявшую их преграду. Она поспешила помочь ему и повела плечами, позволяя сорочке опуститься на талию. Амен мгновенно накрыл рукой ее обнаженную грудь, слегка сдавил ее, а затем его пальцы сомкнулись и заиграли с соском, вынуждая Эву издавать низкие протяжные стоны. Она исступленно целовала мужа, пока он не лишил ее этой возможности — прервав поцелуй, он склонился к ее груди и поймал губами сосок. Она запустила пальцы в его волосы, собрала несколько прядей в ладонь и с силой скрутила их, когда Амен, слегка сжав зубами сосок, резко провел по нему языком. Испытывая пронзительный восторг, Эвтида заерзала на коленях у мужчины, вдавливаясь между его бедрами и чувствуя, как нарастает его возбуждение. Его ладонь, опустившись на ее ногу, медленно двинулась вверх, и на этот раз девушка не стала вырываться и убегать. Напротив, она раздвинула ноги и, прерывисто дыша, замерла в предвкушении наслаждения. Когда пальцы Амена, достигнув места слияния ее бедер, провели по промежности и, скользнув чуть глубже, принялись ласкать ее, она охнула и застонала. И вскоре уже почти всхлипывала от желания, призывно выгибаясь всем телом в объятиях мужа. Он неожиданно прекратил ласки и приподнял ее, оторвав от своих коленей. Эва затихла в недоумении и вздрогнула, когда он, поставив ее на землю, сдернул державшуюся у нее на талии сорочку. Повернув Эву спиной к себе, он одной рукой придвинул ее поближе, а другой — развел ее ноги и возобновил свои ласки. Полностью обнажённая, стоит на поляне посреди леса с раздвинутыми ногами, и наслаждается, пока Амен ласкает языком её чувствительный клитор круговыми движениями. Эва удивилась сама себе, но ей это даже очень нравилось... Она завела одну руку за его голову, и обхватила его шею, чтобы удержаться на ногах, пока Амен приносил её неземное удовольствие. Его горячие и мягкие губы нашли чувствительное место на ее шеи, тут же впиваясь в него, целуя, покусывая, посасывая кожу, оставляя красноватые следы. Эва часто задышала, пытаясь насадиться на его пальцы, одновременно прижимаясь ягодицами к его члену. — Амен... — сладко простонала она, распаляя его ещё больше. Мужчина низко прорычал, и резко развернул Эву к себе лицом. Тяжело дыша, она запустила пальцы в его волосы и судорожно вцепилась в них, чтобы не упасть, когда он внезапно поднял ее правую ногу и поставил на ствол упавшего дерева, а сам опустился на колени перед ней. Обеими руками удерживая Эву за ягодицы, он подался вперед и прижался ртом к промежности, где раньше властвовали его пальцы. Вскрикнув от потрясения и пронзительного удовольствия, она с трудом удержалась на одной ноге и, вероятно, потеряла бы равновесие, если бы муж не придал ей устойчивости, еще крепче обхватив за ягодицы, явно оставляя следы. Эвтида испытывала ни с чем не сравнимое удовольствие, однако где-то в уголке ее сознания зрело растущее чувство вины — он всячески ублажает ее, а она, вместо того чтобы ласкать его в ответ, только все отчаяннее вцепляется в его белые волосы. Она постаралась слегка отодвинуться в надежде получить возможность поцеловать или хотя бы погладить его, но он не дал ей пошевелиться и решительно удержал на месте. Удвоив усилия, он изгнал чувство вины из ее сознания, а когда он провел языком по ее разгоряченной плоти, Эва, несмотря на свое шаткое положение на одной ноге, даже приподнялась на цыпочки. — Амен, — взмолилась она, непроизвольно прижимая его голову все теснее к своему телу, жаждущему излить непереносимое томление. Она почти не заметила, как он убрал руку с ее ягодицы, зато очень хорошо почувствовала его пальцы, когда они оказалась там же, где его язык. Его палец проник глубоко в неё, и жаркая волна, захватившая все ее существо, выплеснулась наружу. Содрогнувшись всем телом, Эвтида запрокинула голову и издала протяжный стон. Амен убрал руки, снял ее ногу с бревна, и Эва тут же бессильно опустилась на бревно. Прикрыв глаза, она старалась привести дыхание в норму, а он, не переставая, нежно гладил ее волосы, и ждал. Немного успокоившись, Эвтида открыла глаза и обнаружила прямо перед собой возбужденный пульсирующий член весьма впечатляющих размеров. Она с любопытством посмотрела на него, вспомнила удовольствие, которое испытала, впервые ощутив его у себя внутри, и, не долго думая, потянулась и обхватила его рукой. От этого легкого прикосновения Амен застонал, закрыл глаза, и его лицо приняло отрешенное выражение. Наблюдая за реакцией мужа, девушка прошлась ладонью по всей длине, на ходу приобретая уверенность, — она чувствовала, как руки мужа все крепче сжимают пряди ее волос, и знала, что он испытывает удовольствие, сходное с тем, какое доставляли ей его ласки. Сходное… но не такое. Подумав об этом, Эва, не сводя глаз с лица мужчины, наклонилась и поцеловала головку члена. Амен мгновенно распахнул глаза, и в них отразились удивление и своего рода надежда. Эта надежда подтолкнула ее к тому, чтобы поцеловать его снова, а собственное любопытство заставило высунуть язык и лизнуть то место, которое она поцеловала. Ей страшно захотелось попробовать его на вкус, и, находя свое желание совершенно необъяснимым, Эвтида рассчитывала осуществить его очень быстро — вероятно, в таком случае муж ничего не заметит. Однако он заметил, и его реакция была совершенно ошеломляющей. Он резко вскинул бедра и вцепился в ее волосы, невольно причиняя ей боль. Поняв, что находится на верном пути, Эва лизнула снова, на сей раз гораздо медленнее и захватывая большее пространство. Мужчина судорожно выдохнул, его лицо приобрело почти страдальческое выражение, и это побудило её открыть рот и… Муж чуть не свалился с бревна и резко поднял ее на ноги. — Я что-то сделала не так? — виновато спросила Эва, когда он посадил ее на колени лицом к себе. — Нет, — глухо ответил он и заставил ее встать так, что ее широко расставленные ноги оказались по обе стороны от его бедер. — Ты все сделала так. Более чем. — Тогда почему?.. — начала она и не смогла договорить. Он решительно заставил ее сесть, войдя в нее снизу. — Эва, ты слишком много говоришь, — проворчал он, прижался губами к ее губам и принялся опускать и поднимать ее бедра. Убедившись в том, что она в состоянии сама делать это должным образом, он скользнул руками вверх и стиснул груди, целуя ее все более страстно. Поначалу Эвтида чувствовала себя неуверенно, но очень скоро, уловив ритм и скорость, начала получать удовольствие от своего главенствующего положения, как вдруг Амен положил этому конец. Оттолкнувшись от бревна, он встал на колени и, не переставая целовать Эву, уложил ее на траву. Поймав ее руки в свои, он прижал их по обе стороны от ее головы к прохладной траве. Почувствовав, как он ворвался в нее, девушка застонала и выгнулась ему навстречу, предоставляя мужу право вести их обоих. Его губы и язык снова оказались на ее груди, вбирая в себя ее сосок, доставляя ей остроту ощущений. Она подняла голову, чтобы посмотреть на эту потрясающую картину, и прикусила до боли свою пухлую нижнюю губу. Амен в этот момент выглядил совершенно другим человеком. Сексуальный. Эва обхватила его торс ногами, и прижимала с силой ближе, как только член входил в неё. Так было глубже, приятнее. Он оторвался от её груди, и довольно ухмыльнулся, наблюдая за женой сверху вниз, как она пытается управлять его движениями, и получает от этого ещё большее удовольствие. Она выглядела восхитительно. Горячая, голая, и под ним. Сладкие стоны ласкали слух. Он почувствовал, как девушка начала сжиматься вокруг его члена сильнее, и немного ускорился, требовательно сказав: — Смотри на меня. Она с удовольствием послушалась его, и открыла глаза, устанавливая с ним зрительный контакт. Этот ее туманный взгляд, грудь, которая сотрясалась от его толчков... Святые боги... Амен глухо простонал, одновременно с ее протяжным стоном, и излился в её трясущиеся от оргазма тело, уносящее их обоих в мир блаженства.