Последнее дело аврора Силверсливза

      Стоя на верхней палубе парома, который отплыл от Холихеда почти два часа назад, Мариса проклинала все на свете. И чертовых маглов, с которыми ей пришлось бок о бок трястись в ужасно дребезжащем автобусе от Лондона до Уэльса. И этот, с позволения сказать, корабль, который должен был доставить их из Холихеда прямиком в Дублин. И Силверсливза. Особенно день, когда им не повезло впервые встретиться. Потому что именно с того момента буквально все в ее жизни пошло наперекосяк.       И зачем только она согласилась отправиться с аврором в Ирландию? Да, Мариса хотела распутать историю некроманта, разыскать чертова ублюдка и выполнить то, что обещала, стоя перед могилой брата. Но если бы девушка только знала, что Гейбриел заставит ее почти двенадцать часов провести с мерзкими маглами, она бы ни в жизни не согласилась. Уж лучше окончательно лишиться руки.       Но, по словам Силверсливза, у них не было иного выбора. Из-за расщепа Мариса не могла трансгрессировать. По этой же причине они не могли воспользоваться порталом. Да и как бы он объяснил будущим коллегам из Управления, что собирается в Дублин для расследования секретного дела с совершенно посторонней девушкой, которая не только не была аврором, но и вовсе не значилась сотрудником Министерства?       Итак, сначала автобус от вокзала Виктория до маленького валлийского городка. А затем они пересели на паром до дублинского порта. Почти двенадцать часов. Мариса не могла и сорока минут провести среди маглов. Нет, она не мнила себя величайшей чистокровной особой, как Селвины. Просто всё в мире обычных людей вызывало у нее недоумение. Звуки, запахи и сами маглы. Жуть, конечно. А Гейбриел вынудил ее провести с ними почти полдня. Уму непостижимо!       — Хочу напомнить, что сейчас конец октября, если ты вдруг забыла, — сказал Силверсливз, подойдя к ней со спины.       Он заботливо набросил на ее плечи пальто, которое Мариса опрометчиво оставила в каюте. Она не справилась с раздражением, что с начала поездки медленно, но верно закипало внутри нее. Девушка, забыв от злости про все на свете, выскочила из комнаты. Морской воздух, холодный ветер отрезвили быстро. Но возвращаться в каюту решительно не хотелось. Не было желания объясняться за свой эмоциональный выпад. Или все-таки стоило?       — Спасибо, — кивнула Мариса, поправляя сползающее пальто. — Я была…       — Не надо. Я все понимаю, — перебил ее Гейбриел. — Последние дни выдались сложными.       Уголки ее губ дрогнули в неуверенной улыбке. Она, скосив глаза, бросила взгляд в сторону Силверсливза. Тот, облокотившись на высокие перила верхней палубы, задумчиво всматривался вперед. Туда, где уже виднелось слабое мерцание огней так называемого «изумрудного острова».       Мариса снова задалась тем же вопросом: почему она отправилась вместе с ним в Ирландию? Хотела разыскать некроманта, как и все Министерство Магии? Или, быть может, это ее природная склонность ввязываться во всякого рода авантюры? А вдруг было что-то, сути которого Мариса, увы, еще не понимала? Кажется, сам Мерлин изо дня в день сталкивал ее с Гейбриелом. Судьба или проклятье? Ответа она не знала. Но жизнь ей предложила шанс впервые побывать на родине Коффинов, здесь же, по утверждению Грюма, были зацепки в деле некроманта. Это стоило того? Определенно. Хотя двенадцать часов в обществе маглов было уже излишне.       — Думаю, нам следует вернуться в каюту, — вдруг сказал Гейбриел. — Скоро прибудем, — он опустил взгляд на наручные часы. — Да. Совсем скоро.       Мариса промолчала в ответ. Она даже не взглянула на Силверсливза. Вновь поправив пальто на плечах, девушка двинулась к небольшой и весьма неудобной лестнице, что вела на нижнюю палубу — к каютам. Мужчина также молча последовал за ней.       Они прошли в комнату. Это было небольшое помещение с тусклым желтоватым светом и круглым, не открывающимся окном. Небольшая кровать, укрытая каким-то колючим красным пледом, стояла в левом углу. Напротив письменный стол, который, очевидно, считался еще и обеденным за отсутствием другого. Деревянный стул; одна из его ножек была сильно расшатана, а потому скрипела всякий раз, когда кто-то из них садился на край. В противоположном углу — дверь, за которой скрывалась совсем маленькая ванная комната. Скромно. Уныло. Мариса все думала, что хуже: эта каюта или номер, который сдал ей бармен Том?       Комната предназначалась лишь для одного пассажира. Но Гейбриелу и его спутнице необходимо было как можно скорее пересечь Ирландское море и прибыть в Дублин. Упрямый Силверсливз наотрез отказался искать в Холихеде того, кто был бы готов одолжить им метлы. Аврор настаивал на пароме. Пришлось уговаривать капитана взять их. Сначала Мариса предлагала применить заклятие Конфундус и не мучиться, слишком долго убеждая старого моряка. Потом, когда тот все-таки нехотя согласился принять их на борт за небольшую дополнительную плату, девушка предложила заколдовать какую-нибудь безделушку, превратив ее в магловские деньги. Вот только пройдет время и чары непременно спадут. Но так ли это важно? Гейбриел снова наотрез отказался. Слишком правильный. И честный. Прекрасные качества для идеального аврора.       Силверсливзу и его спутнице предоставили единственную возможную свободную каюту. Маленькую, без каких-либо особых удобств. Спасибо Мерлину, что их путешествие не должно было занять больше четырех часов. Не хотелось бы ночевать в одной комнате. Мариса все еще чувствовала некую неловкость за то, что без предупреждения оказалась в его гостиной прошлым вечером. Но мало того, так она еще умудрилась грохнуться в обморок. С того момента, как девушка сдала экзамен по трансгрессии на шестом курсе в Хогвартсе, это был ее первый расщеп. Мариса чувствовала себя самой настоящей идиоткой.       Пройдя в каюту, она подошла к письменному столу. Краем глаза девушка видела, как Гейбриел остановился у кровати и, кажется, собирался откинуть плед в сторону, как вдруг, громко выругавшись, отпрыгнул вправо.       — Мерлинова борода!       Мариса резко обернулась. Очевидно, когда Силверсливз брал пальто, которое она бросила на кровать в начале путешествия, Джой просто выпал из кармана. Она уже давно думала, что носить любимого питомца так — весьма беспечно. Вдруг потеряется? Злыдень был слишком дорог ей. И не только как память о погибшем брате.       От неловкого движения Гейбриела Джой раскрутился из кокона. И теперь, опасно высунув свой длинный язык и медленно переступая когтистыми лапами, угрожающе надвигался на него.       — Черт возьми, как ты могла его так оставить?! — воскликнул Силверсливз, повернув голову к Марисе. Пикирующий злыдень все так же подползал к краю кровати. — Это неразумно. А если бы кто-то другой оказался здесь?       — Джою еще не доводилась лакомиться магловскими мозгами, — безразлично пожала плечами она.       — Мариса, — прорычал Гейбриел. Скривившись, он снова покосился на злыдня и инстинктивно сделал еще шаг в сторону.       Девушка снова пожала плечами и, повернув голову к питомцу, строго произнесла:       — Джой, это наш друг.       Злыдень посмотрел на хозяйку в ответ. Его длинный язык несколько раз дернулся. Поразмыслив пару секунд, он все же перестал наступать на Силверсливза. Питомец медленно двинулся к противоположному краю кровати и, взобравшись на подушку, нагло устроился сверху, все еще хищно поглядывая в сторону мужчины. Ну, хоть язык убрал.       — Вот видишь, проблема решена, — хмыкнула Мариса.       — Нет, черт возьми, не решена, — не унимался Гейбриел. — Я хочу, чтобы ты спрятала своего питомца и не доставала без особой на то нужды, — он тяжело вздохнул. — Только проблем со Статутом о секретности мне не хватало.       — Нельзя ли сменить тон? — недовольно фыркнула она в ответ и демонстративно скрестила руки на груди. Силверсливз удивленно моргнул.       — Извини, — буркнул он через мгновение. — Признаю, я был не прав. Последние дни выдались сложными не только для тебя.       — Джой больше не доставит трудностей, — тихо произнесла Мариса.       Оставшийся час поездки на пароме между Холихедом и портом Дублина они не разговаривали.              В четверть девятого Гейбриел и Мариса впервые ступили на землю Ирландии. Причем последний факт, который выяснился сравнительно быстро, стал шокирующим откровением для Силверсливза.       — Ты же говорила, что твоя семья родом из Ирландии.       — Да, но при этом я не сказала, что каждый уикенд проводила на родине Коффинов,— парировала Мариса. — Я дальше Шотландии и не видела мир.       — Блеск, — на выдохе произнес Гейбриел.       — Так ты взял меня с собой только поэтому? — вдруг догадалась она, подняв взгляд на спутника.       — Именно, — покачав головой, ответил Силверсливз.       Мариса, прислонившись спиной к высоким металлическим перилам, залилась смехом. Неужели она действительно полагала, что Гейбриел предложил отправиться с ним в Ирландию, потому что проникся ее рьяным желанием разыскать некроманта и отомстить чертовому ублюдку за смерть брата? Она даже не расспрашивала мужчину о мотивах его поступка, когда соглашалась на эту авантюру. Просто слепо поверила и последовала за ним. Девушка и подумать не могла, что у такого честного и во всем идеального аврора будет свой скрытый мотив.       — Поздравляю, мистер Силверсливз, мы оказались в неизвестном городе, — сказала Мариса, все еще продолжая смеяться. — И теперь оба не имеем ни малейшего представления, куда идти и что делать дальше.       — Ты запомнила мое имя? — усмехнулся Гейбриел.       — Это было непросто, — девушка повела плечом и снова подняла взгляд на него.       Мариса была невысокого роста. Почти всегда она едва доставала мужчинам до плеча. Но ей это почему-то нравилось. Пока бабушка была жива, она нередко повторяла, что и хрупкая, миниатюрная ведьма могла приятно удивить окружающих своим стальным характером, несгибаемой силой воли и колдовскими способностями. И ее внучка предпочитала думать о себе именно в таком ключе.       Всякий раз разница в росте вызывала внутри неодинаковый отклик. С Мораном она ощущала некое чувство безопасности. Рядом со старшим братом ей было спокойно. Уютно и тепло. С Асмодеусом все было совершенно по-другому. Он смотрел на Марису, как хищник, что наслаждался игрой с попавшей в его лапы жертвой перед неизбежной погибелью. Но она себя таковой не ощущала, насмехаясь над всеми его жалкими попытками напугать ее. Хотя нет. Иногда все-таки холодок по спине пробегал и узел страха завязывался в животе, особенно когда глаза Асмодеуса зло блестели. Было в этом что-то жуткое.       Рядом с Гейбриелом же Мариса чувствовала себя странно. Отчего-то было привычное ей ощущение безопасности, защищенности и уверенности. Но уюта и тепла не было. Что совершенно очевидно, ведь он не был ее братом. Однако присутствовало что-то еще, природу чего она никак не могла объяснить. Случайно мелькнувшая опасная мысль тихо прошептала, что она стала доверять ему больше, чем кому-либо еще в этой жизни. Почему? Он же аврор. Опасно связываться с такими. И невозможно. Ведь так?       Они слишком часто встречались за эти дни при совершенно разных обстоятельствах. Гейбриел вел себя корректно во время допроса, в отличие от того же Грюма. Появился как нельзя кстати в переулке, где ее окружили тупоголовые остолопы во главе с Толстяком-Джереми. Она доверилась ему после странного ужина с Селвинами. И тот не вышвырнул ее за дверь, нашел целителя, который залечил плечо после неудачной трансгрессии. Это далеко не симпатия. И не дружба. Но этому человеку, что стоял напротив, Мариса, как ни странно, доверяла. Почему? Неужели благородное поведение, почти рыцарские поступки Силверсливза из ничего взрастили эту простую привязанность? Другого адекватного объяснения своим душевным порывам она найти не могла.       — Мариса, ты меня слушаешь? — голос Гейбриела вернул в реальность.       — Что? — переспросила она. Взгляд растерянно забегал по его лицу.       — Я говорю, что нам надо попасть на бульвар Хай-Бразил. Давно стемнело. И это не хорошо.       — Если бы ты только согласился трансгрессировать, — хмыкнула Мариса. — Мы бы оказались в Дублине еще засветло.       — Чтобы все старания Дуайта пошли прахом? — ворчливо отозвался Гейбриел. — Мисс Коффин, вам бы подумать еще о ком-то, кроме себя.       — И как дойти к этому бульвару? — безразлично спросила Мариса. Продолжать словесную перепалку с ним совершенно не хотелось. Бессмысленно. Необходимо вернуть разговор в прежнее русло.       — Надо найти Дублинский замок. Одна из главных достопримечательностей города, между прочим, — последнее он добавил с деловитым тоном.       — В таком случае должно быть легко.       Но Мариса ошиблась. Это оказалось не так уж и просто. Время было позднее. Город, особенно вблизи порта, давно опустел. По узким близлежащим улочкам, вымощенным серым булыжником, сновали редкие прохожие. Лишь дурно пахнущие пьянчуги да неприветливые корабельщики. И никто из них не желал общаться с заблудившимися англичанами. Не так, конечно, она себе представляла возвращение на родину Коффинов.       Мариса злилась. Почему она, как чистокровная волшебница, должна покорно плестись за Силверсливзом, который у каждого случайного угрюмого прохожего пытался выяснить, как именно пройти к Дублинскому замку? Почему нельзя просто трансгрессировать? Неужели Гейбриел в действительности так переживал за ее руку? Что-то подсказывало Марисе, что он просто издевался над ней. Темно, холодно, а они плутают по улицам, как слепые детеныши вампуса. В карманах их пальто настоящие волшебные палочки. Почему, инфернал Гейбриела раздери, нельзя ими воспользоваться? Мариса чувствовала себя совершенно глупо. И беспомощной. Только лишь ближе к девяти часам, когда девушка перестала скрывать свое недовольное ворчание и сопение, им повезло встретить пожилую даму. Старушка и указала верное направление.       Ирландия. Дублин. Все оказалось не таким, как себе представляла Мариса. Лондон. Она в нем родилась, выросла. Став старше, каждый сентябрь отправлялась в Шотландию, в Хогвартс. Но всякий раз возвращалась именно в Лондон. Об Ирландии она знала немногое. Только из восторженных рассказов портрета дедушки Бирна. Но это так мало. Девушка привыкла к городу, построенному из унылого серого камня. Сдержанному. Неприветливому. Лондон был застывшей иллюзией чопорного средневековья.       Дублин же являл собой его полную противоположность. Да, казалось, что мощеные улицы города были выстроены из того же унылого серого камня. Вот только они петляли зигзагами, образуя какой-то непроходимый лабиринт. Сворачивали и возвращались назад. Старинные дома под черепичными крышами приветливо открывали свои скрипучие двери перед любым желающим оказаться внутри. И было шумно. Просто невероятно шумно. По улочкам Дублина сновали толпы людей в каких-то удивительных масках и костюмах. Они напевали веселые песенки на языке, который чем-то напоминал привычную ей английскую речь. Люди улыбались. После неприветливых и угрюмых корабельщиков у дублинского порта Мариса ожидала увидеть таких же холодных и строгих жителей города. Но все оказалось совершенно не таким.       Гейбриел шел впереди, ориентируясь по столбам с указателями, а Мариса продвигалась следом, восторженно разглядывая все вокруг. Удивительный город, удивительные люди. На мгновение она даже забыла, что оказалась среди маглов. Один раз какая-то группа молодых людей чуть не увлекла ее с собой. Силверсливз, вовремя заметив ее отсутствие, ловко ухватил девушку за руку и вытянул из толпы разодетых в странные карнавальные костюмы девушек. Они прокричали им вслед что-то невнятное.       — Пожалуйста, держись рядом, — проворчал он, оглядываясь по сторонам. — Что будешь делать, если потеряешься?       — Пошлю сноп Красных искр, — хмыкнула Мариса, едва улыбнувшись.       — Отлично, тогда мы попадем в местный Аврорат намного быстрее, — усмехнувшись, кивнул Гейбриел. — Придется доказывать, что ты, как иностранка с незарегистрированной волшебной палочкой, использовала магию во имя благой цели.       — Разрешение на волшебную палочку? МАКУСА добрались и до Ирландии? — удивилась она.       — Тише, — шикнул Силверсливз. — А если кто-то услышит наш разговор?       — В такой-то толпе? — Мариса всплеснула руками. — Интересно, что у них за праздник? — она, выглянув из-за плеча Гейбриела, придирчиво осмотрела очередную группу разодетых людей.       — А как же? — пробасил кто-то рядом. — Самайн.       Они обернулись. На пороге соседнего дома сидел худощавый старик с длинной бородой, которая в отблеске фонарных столбов отливала рыжиной, и курил трубку. Его ботинки видели и лучшие времена. Темно-коричневая кожа во многих местах потерлась. А на левом и вовсе была узкая дырка.       — Хотя вы, молодежь, давно завете его Хэллоуином, — ворчливо добавил он.       — Не подскажете, как дойти до Дублинского замка? — спросил Гейбриел.       — Англичане? — хмыкнул старик, поднимаясь со ступенек. Акцент выдавал их. — На Самайн? Не к добру это, — проскрипел он.       Мариса закатила глаза. Только вот всяких нелепых предрассудков им не хватало. Гейбриел, словно тонко уловив изменившееся настроение спутницы, бросил на нее пронзительный взгляд. А затем, выйдя чуть вперед и закрыв девушку плечом, снова обратился к старику:       — Нам нужно пройти к Дублинскому замку. Подскажите, в какую сторону идти? Что-то мы совсем запутались, — Силверсливз то ли играл, то ли ненамеренно почесал затылок, демонстрируя озадаченность.       — Так поздно и к Парламенту? Что вы там собрались обнаружить? — старик сощурился.       Гейбриел молчал, Мариса тоже. Какое у них может быть объяснение? Потеряли гостиницу? Да, точно. Это было бы отличным оправданием, если бы рядом с Дублинским замком точно были какие-то отели. А они этого знать наверняка, увы, не могли. К черту вежливость Силверсливза, его стремление во всем и всегда подчиняться установленным правилам. Сейчас Мариса заставит этого старика говорить при помощи магии. Она сделала шаг вперед, поравнявшись со своим спутником.       — Уж не на Хай-Бразил вы собрались? — рот мужчины скривился в беззубой ухмылке.       Мариса так и замерла, не успев убрать руку в карман пальто за палочкой. Гейбриел тоже опешил. Они невольно переглянулись. Если этот старик знал о скрытом от маглов бульваре в центре Дублина, значит, он принадлежал их миру. Вот только странно. Среди толпы обычных людей очень легко найти настоящего волшебника, фибры магии вьются вокруг. Невидимые, но явственно ощутимые. Мариса и Гейбриел простояли здесь не меньше трех минут. Она ничего не почувствовала. Неужели сквиб?       — Все я вижу, — закряхтел старик.       Переваливающейся походкой он двинулся к ним. Мариса подняла на Гейбриела взволнованный взгляд. Если он и испытывал те же эмоции, то тщательно скрывал. А пожилой мужчина, неотрывно смотря на девушку, продолжал сипло басить:       — Ворон Морриган, птица Брана Благословенного, отражение смерти, око мира загробного, — тут он вытянул правую руку, согнутую в локте, вперед и ткнул указательным пальцем в сторону Марисы. — Тот ли ты ворон, что сидит на плече у Луга Многоискусного? Или же страшный вестник беды ведуна Кромахи? — старик снова сощурил глаза и вдруг рассмеялся.       Жутко. Девушка, испуганно округлив глаза, вперилась в него невидящим взглядом. Она словно вросла в место, где стояла. Внутренности стянуло жгутом. Тело пробирала нервная дрожь. Здесь было холодно или ей так казалось? Мариса прекрасно знала строки, что процитировал старик. Это был отрывок одного из текстов, предлагавшийся выпускникам на экзамене по Древним рунам. Кельтские сказания. Но почему этот ирландец так смотрел на нее? Не мог же он наверняка знать, что ее форма Патронуса — ворон? Что дедушка Бирн, а порой и бабушка Риган, пока была жива, называли ее «вороненком». Старик не мог знать ни Коффинов, ни ее саму. И все же почему он выбрал именно этот отрывок?       Вдруг тело Марисы словно пронзило молнией. Не как от Круциатуса. Совершенно по-другому. Она неуверенно посмотрела вниз. Гейбриел крепко стиснул ее дрожащую ладонь в своей. Все так же растерянно она подняла голову. Силверсливз и не смотрел на нее. Прожигал взглядом странного старика. И держал Марису за руку. Это было так странно. Он готовился трансгрессировать?       — И все-таки как пройти к Дублинскому замку? — с нажимом произнес Гейбриел, не отводя глаз от незнакомца.       Стоило старику повернуть голову к Силверсливзу, как он тут же переменился в лице. Не было больше этого безумного взгляда. Блеск в глазах растворился. Вот так вот встретишь его случайно на улице и не подумаешь, что он может дословно процитировать Кельтские сказания.       — Пройдете по мосту Греттена. Потом прямо по Парламент-стрит, пока не упретесь в здание Мэрии, а после свернете налево на Касл-стрит. Вот и Дублинский замок, — он снова рассмеялся.       Старик так спокойно это объяснял, как будто не он еще минуту назад вселял ужас пересказыванием древних трактатов. Мариса сглотнула образовавшийся в горле ком. Все еще было не по себе.       — Спасибо, сэр, — сдержанно кивнул Гейбриел в ответ.       Продолжая держать девушку за руку, он, резко подорвавшись с места, быстро направился к мосту через Лиффи. Мариса едва поспевала за мужчиной. Возможно, для Гейбриела это и размеренный шаг, но она чуть ли не бежала за ним. Начало казаться, что Мариса вот-вот упадет, и Силверсливз просто протащит ее через всю мостовую. Даже не заметит.       — Великий Мерлин, да остановись же ты, — тяжело дыша, выпалила девушка.       Гейбриел послушно замер. Мариса с остервенением выхватила свою руку. Чуть согнувшись и положив ладони на бедра, она принялась делать глубокий вдох и выдох, чтобы восстановить рванное дыхание.       — Ты в порядке? — спросил он.       — Как ты думаешь? — огрызнулась Мариса. — Я думала, что упаду и ты будешь волочить меня за собой, — от негодования она чуть ли не закричала. — Зачем же так бежать?       — Извини, — невозмутимым тоном отозвался Гейбриел. — Этот жуткий старик так странно на тебя смотрел. И нес какую-то чушь.       Моран частенько повторял, что Марисе никогда не стать сложной загадкой даже для неопытного окклюмента. Все мысли и чувства слишком хорошо читались на ее лице. Хоть бы толику хладнокровия и самообладания заиметь. Вот и сейчас. Вместо того, чтобы безразлично кивнуть и согласиться с Гейбриелом, она невольно поджала губы и отвела взгляд. И, конечно же, от внимательного к деталям Силверсливза не ускользнуло это.       — Что ты знаешь? — спросил он. Девушка медленно повернула голову к нему. — Мариса, что это за строки?       — Ничего особенного, — хмыкнула она. — Отрывок из кельтской саги о Богах.       — Но ты испугалась, — не унимался он.       — Конечно, — фыркнула Мариса. — Смотри он так на тебя, ты бы тоже испугался, — пожала плечами девушка, снова отведя взгляд.       — Я просто хочу, чтобы ты была честна со мной.       — Тогда почему бы нам не начать с твоих откровений? — она с вызовом посмотрела на Гейбриела. — Почему ты так против трансгрессии? — не успел он хоть что-то сказать в ответ, как Мариса, выставив руку ладонью вперед, остановила мужчину. — Только не говори, что так переживаешь из-за моего расщепа, — но на этом она не закончила сыпать вопросами. — Почему вдруг предложил отправиться в Ирландию с тобой? Думал, если Коффины родом из Дублина, то я тут каждый закоулок знаю? — Мариса скрестила руки в ожидании ответов.       — Мариса… — начал было Гейбриел.       — Нет, ответь на мои вопросы, — снова грубо перебила его девушка.       На самом деле, ей не очень-то хотелось знать правду. Да и зачем? Но он ожидал от нее честности. И уж лучше было бы начать с себя самого.       — Мы не можем трансгрессировать, не можем использовать магию, — все так же спокойно объяснял Силверсливз. — После смерти Сама-Знаешь-Кого многие Пожиратели смерти сбежали, как крысы с тонущего корабля, в Дублин. Кое-кто из британского Аврората додумался обвинить местные власти в укрывательстве преступников. Ты же понимаешь, что и без того сложные отношения англичан и ирландцев усугубились еще больше?       Он замолчал на мгновение. Мариса медленно кивнула, ожидая следующих ответов.       — А что касается двух других вопросов, — Гейбриел продолжил и вдруг снова запнулся на полуслове. — Я бы солгал, если бы сказал, что не думал, будто ты хорошо знаешь этот город, и потому предложил отправиться вместе, — девушка хмыкнула и отвела взгляд. Конечно, решил использовать ее в своих целях, а как же иначе? В этом все министерские псы. — Но…       — Но? — передразнила Мариса, вопросительно изогнув брови.       Гейбриел, продолжая молчать, нерешительно переступил с ноги на ногу. Возникшая пауза уже начала ее нервировать.       — Но я побоялся, что за время моего отсутствия ты умудришься ввязаться в очередную передрягу, — наконец ответил Силверсливз. На секунду ей показалось, что он хотел сказать совершенно не то. — Уж лучше ты будешь под моим присмотром.       Мариса, изумленно округлив глаза, уставилась на него. Под присмотром? Что? Ей же не восемь лет, в конце концов. Да как он смеет так обращаться с ней? Девушка, чуть сощурив взгляд, принялась сопеть от негодования.       — Идем? — неловко улыбнувшись, спросил Силверсливз.       — Да, — чуть погодя отозвалась Мариса.       Какой смысл выяснять с ним отношения? Вскоре они выйдут на след пресловутого некроманта, найдут нечестивца и все. Конечно, чертов аврор не даст ей совершить возмездие, которого этот ублюдок, забравший жизни шестерых включая Морана, заслуживает. Но хотя бы Мариса вдоволь насладится победой правосудия. А что потом? Их пути с Силверсливзом совершенно точно разойдутся. Она сможет продать лавку, как того и хотела, и перебраться куда-нибудь подальше от Лондона. В Шотландию? А может, в Дублин? На историческую родину Коффинов.       — Идем, — встряхнув головой, сказала Мариса. — Уже поздно.              Хай-Бразил. Неудивительно, что волшебники Ирландии дали такое название центральной улице в магическом мире. Так назывался остров из кельтских преданий. Земля блаженных. Древние трактаты гласили, что он окружен туманом, который раз в семь лет рассеивается и позволяет разглядеть очертания острова. По легенде, жители его ни в чем не нуждались, не голодали, не знали старости, не ведали смерти. Это обитель святых людей, которые не слышали ни о бедах, ни о болезнях, ни о печали.       Один мореплаватель в средних веках утверждал, будто ему удалось посетить волшебный остров в ста пятидесяти милях от Ирландии. Говорил, что встретил там мага, который одарил и его, и его матросов золотом, серебром, драгоценными камнями. Все смеялись над ним: соседи в деревне, завсегдатаи местной таверны, где он частенько проводил вечера. Никто не верил старому моряку. Потому что никаких драгоценностей в его жалкой лачуге так никто и не обнаружил.       Но маг совершенно точно был. Другой вопрос: одаривал ли он так щедро случайно заблудшие души? На землях таинственного острова издревле жили волшебники. Друиды, филиды, брегоны — все те, в чьих жилах текла настоящая магия. В древние времена одаренные и сильные колдуны покидали Хай-Бразил, чтобы служить ирландским королям. Но с тех пор, как в эти земли вторглись викинги и кельтские правители канули в Лету, волшебники вернулись на остров, продолжив и дальше скрываться за чарами тумана у всех на виду.       Никто не мог сказать точно, когда жители острова Хай-Бразил перебрались в Ирландию. Наверное, это произошло еще до того, как солдаты Томаса Кромвеля разграбили Собор Святого Патрика. И с тех пор вот уже четыре столетия спустя волшебники с таинственной земли создали свой магический мир, доступный не всякому, рядом с ничего не подозревающими маглами.       Гейбриел и Мариса, оглядевшись по сторонам, юркнули в узкий проем между высокой кирпичной стеной Дублинского замка и прилегающей к нему каменной часовни. Даже сквозь плотную ткань пальто девушка ощущала холод многовековой стены, когда прислонилась к той спиной. Силверсливз, остановившийся напротив, принялся что-то искать во внутреннем кармане пиджака. Достав конверт и четыре золотые монеты, он с усмешкой посмотрел на Марису.       — Что это? — нахмурившись, поинтересовалась она.       — Наша плата за вход, — ответил Гейбриел. — Грюм дал инструкции.       С этими словами он принялся разворачивать конверт. Сощурившись, Силверсливз безрезультатно пытался вчитаться в строки. Вот же глупец, что можно разглядеть в такой кромешной тьме?       — Люмос, — тихо произнесла Мариса, после чего кончик ее палочки засветился ярким серебристым светом.       — Я напоминаю, мы не можем колдовать, пока не сообщим в местный Аврорат о прибытии, — проворчал Гейбриел. — А еще нас же могут увидеть.       — Ты явно был плохим студентом в Хогвартсе, — усмехнулась она в ответ, проигнорировав его замечание о запрете магии. — А как же Дезиллюминационное заклинание?       На мгновение свет от Люмоса погас. Мариса принялась создавать чары хамелеона. Сначала она стукнула кончиком волшебной палочки Силверсливза, потом себя. Почудилось, что у нее на голове разбили яйцо, невидимые желток с белком принялись быстро стекать вниз, оставляя после себя приятное покалывание. Закончив, Мариса вновь наколдовала свет. Подняв глаза, она встретилась со странным взглядом Гейбриела. В его глазах так и читалось: «Ты совершила глупость».       — По-твоему, свет из ниоткуда в темноте не вызовет интереса у маглов? — хмыкнул он.       Мариса не нашлась что ответить. Если она и хотела доказать Силверсливзу, что годится на что-то большее, то ее план только что с треском провалился. Ну конечно! Хоть тысячу раз стань невидимым, след от заклинаний скрыть не удастся. Прекрасно. Она выставила себя самой настоящей идиоткой. Можно себя только поздравить. Поджав губы, Мариса опустила взгляд на лист пергамента в руках аврора.       — Что там пишет Грюм?       — Нужно бросить монеты в какой-то ящик.       Гейбриел не стал больше комментировать ее позор — спасибо ему на этом, — а принялся крутить головой в поисках этого самого ящика, о котором писал Аластор. Мариса также начала водить рукой, в которой держала светящуюся от Люмоса палочку.       — Смотри! — воскликнул Силверсливз, указав рукой куда-то вниз, и тут же испуганно обернулся.       — То есть я колдовать не могу, а ты так громко говорить — запросто? — хмыкнула Мариса. — Думаешь, на твои крики не сбегутся маглы?       — Не раньше, чем тебя арестуют за магию, — парировал Гейбриел.       — Просто смешно, — фыркнула девушка. — Где это видано, чтобы за Люмос отправляли в Азкабан?       — Было еще Дезиллюминационное, — напомнил он. Мариса в ответ закатила глаза.       На этом их небольшая перепалка закончилась. Гейбриел опустился на корточки. Его спутница, сделав несколько шагов вперед, протянула руку с волшебной палочкой так, чтобы ему было лучше видно. В паре сантиметров от земли и вправду был закреплен темно-зеленый металлический ящик, напоминающий один из тех почтовых, что находились на двери каждой квартиры в доме Силверсливза. Бросив туда четыре ненастоящие золотые монеты, он снова поднялся на ноги.       — Зачем его так низко повесили? — нахмурившись, поинтересовалась Мариса.       — Для лепреконов, — усмехнулся Гейбриел. — Они же невысокие, — что же, она явно не оценила его странную шутку.       Стена начала медленно по кирпичикам разъезжаться в стороны, превращаясь в арку. Совсем как проход в Косую аллею с заднего двора «Дырявого котла».       — Дамы вперед? — снова усмехнулся Силверсливз, вежливо протянув руку в приглашающем жесте.       Мариса бросила на него беглый взгляд и сделала неуверенный шаг. Гейбриел — следом. Главная магическая улица Дублина встретила их удивительным оживлением в столь поздний час. Как и в магловской части города, повсюду сновали разодетые группы людей. От ярких красок в глазах зарябило. От окружающего шума начало звенеть в ушах. Девушка невольно отпрыгнула назад, когда буквально в паре сантиметров от них пробежал мальчишка со стопкой газет в руках.       — Все в порядке? — спросил Силверсливз, придержав за плечи Марису, которая из-за своего резкого движения умудрилась впечататься спиной в его грудь. — Идем?       — Ты знаешь, куда именно? — опешила она. Неловко поведя плечами, девушка сбросила его ладони.       — Подозреваю, что в ту сторону, — он кивком указал влево, а после посмотрел на что-то за спиной Марисы.       Девушка обернулась. Над ее головой возвышался высокий столб со светящимися указателями. Одна из мигающих стрелочек гласила: «Министерство магической юстиции Ирландии». Что же, возможно, все будет намного проще. Гейбриел и Мариса двинулись вперед по улице, протискиваясь между толпами веселых и шумных волшебников Дублина.       — В Лондоне такого ажиотажа на Хэллоуин нет, — проворчала Мариса, недовольно скривившись.       — А в Лондоне и нет ничего хорошего, — грубый мужской голос раздался откуда-то справа.       Мариса и Гейбриел одновременно оглянулись и безошибочно узнали говорившего. Потому как высокий мужчина средних лет, стоявший чуть поодаль, с вызовом смотрел на них. Выглядел он враждебно настроенным. Свет фонарного столба, к которому он вальяжно прислонился плечом, придавал его чуть смуглому лицу еще более грозный вид. Его черные, словно обсидианы, глаза вцепились в них взглядом. Но помимо ярости и злорадства в нем было еще что-то другое. Интерес?       Мариса уже собиралась ответить наглецу, но не успела открыть и рта, как за спиной послышался предостерегающий голос Гейбриела. Повернув голову, она вопрошающе уставилась на него.       — Мариса, прошу, — невозмутимым тоном повторил он.       — И ответить нечего? — издевательски хохотнул ирландец. — Еще в старину говорили, вещей бойся трех: копыт лошадиных, и бычьих рогов, и улыбки англичанина.       И почему все встречающиеся им ирландцы буквально помешались на прочтении древних народных сказаний? Она без труда узнала концовку одной из любимых сказок Морана о Темном Патрике и повелителе Воронов Кромахи. Старший брат был настолько впечатлен этим рассказом, что неоднократно просил портрет дедушки Бирна его повторять, чем сильно изводил Марису.       Девушка, не поворачивая к ирландцу головы, недовольно поджала губы. Гейбриел по-прежнему смотрел на нее, не обращая внимания на наглого провокатора за ее спиной. Он молчал, но взгляд говорил о многом.       — Мы должны идти, — все тем же спокойным тоном произнес Силверсливз. Гейбриел так не удостоил мужчину взглядом. Неотрывно смотрел лишь на Марису.       Девушка промолчала. Но несколько шагов, которые она сделала в сторону Гейбриела, говорили сами за себя. Марисе пришлось приложить немало усилий над собой, чтобы не высказаться. И уж тем более не обернуться. Хотя она чувствовала, как чертов ирландец продолжал буравить их взглядом. Мужчина явно был собой доволен. Да еще и в победителях остался. Сумел заткнуть за пояс ненавистных англичан. Будет чем похвастаться перед такими же неотесанными дружками.       — Я удивлен, — начал Гейбриел, когда они отошли на достаточное расстояние. — Думаю, этот тип даже не осознает, насколько ему повезло. Что ты собиралась сделать? Летучемышиный сглаз?       Мариса хитро усмехнулась. Глаза азартно заблестели. На самом деле, она не собиралась применять магию. Хватило бы и словесной перепалки, из которой девушка, вне всяких сомнений, вышла бы победительницей. Но Гейбриелу об этом знать и не следовало, пожалуй.       — Кое-что похуже, — она все еще продолжала ухмыляться.       — Нам еще держать ответ за те заклинания у Дублинского замка, — хмыкнул Силверсливз. — Не усложняй все, пожалуйста.       — Им следовало бы озаботиться удобствами для туристов, — фыркнула Мариса. — И как, скажи на милость, мы бы нашли этот чертов ящик без Люмоса?       — Надеюсь, это станет достаточным оправданием для местных авроров.       Мариса не ошиблась, бульвар Хай-Бразил во многом напоминал Косую аллею. Здесь магазины и лавки с яркими, чуть ли не кричащими броскими вывесками тоже росли, подобно диковинным волшебным растениям, по краям безликой мощеной дороги. Разве что домики Косой аллеи были куда более сдержанными и элегантными. Но главное различие заключалось в том, что в Лондоне магический мир был разбросан в разных уголках города. В Дублине же все было по-другому. Прямо за стенами магловского парламента скрывался совершенно другой и чуждый им мир. На Хай-Бразил были и магазинчики с волшебной утварью, и шумные пабы, из которых то и дело вываливались изрядно захмелевшие престарелые колдуны, и ателье с самыми модными мантиями и невероятно элегантными платьями, которые буквально манили Марису с витрин. И тут, в самом верху дороги были и больница, а рядом банк, название которого она не сумела прочитать, и Министерство магической юстиции Ирландии. Хай-Бразил вобрал в себя буквально все, что в Лондоне прятали в разных частях города. Это было так удивительно. И вместе с тем абсолютно логично.       — Ты готова? — спросил Гейбриел, когда они остановились у стеклянных двустворчатых дверей, за которыми скрывалось ирландское Министерство Магии.       — А ты? — Мариса, едва улыбнувшись, посмотрела на него. — Ведь это тебе придется объясняться перед аврорами за мое колдовство.       — И чем я только думал, когда предложил тебе отправиться со мной в Дублин? — покачал головой Гейбриел.       — Только о своей выгоде, — бросила Мариса и с силой дернула ручку одной из дверей на себя.       Она была нечастым гостем в Министерстве Магии Великобритании, но всякий раз, когда ей доводилось посещать его, удивлялась помпезности Атриума. Темный паркет был отполирован до зеркального блеска настолько, что в нем можно было разглядеть мельчайшие морщины на своем лице. В цвет полу потолок, на котором переливались золотистые буквы, складываясь в объявления разной степени важности. А в стены, обшитые деревянными лакированными панелями, были встроены камины, из которых то и дело с негромким свистом появлялись волшебники. Но главным украшением Атриума был фонтан, расположенный посреди холла. Из него возвышались золотые статуи мага и колдуньи, кентавра, гоблина и домовика. Фонтан Магического Братства. Но если приглядеться, все выглядело совершенно иным образом. Не так дружелюбно. Ведь волшебник и волшебница стояли выше, а существа несколько ниже. Они с нескрываемым восхищением смотрели вверх. Как бы не так. Такой восторженный взгляд мог быть разве что у самого преданного эльфа, но никак не у кентавра, которые считали себя более разумными существами, нежели люди. Да и гоблины не славились своей миролюбивостью по отношению к волшебникам.       Министерство магической юстиции Ирландии выглядело совершенно иначе. Не было ни шикарно обставленного зала, ни кричащей помпезности. Помещение, где Мариса и Гейбриел оказались, больше напоминало какой-нибудь коридор Хогвартса. Серые кирпичные стены были украшены ничем не выделяющимися картинами. Многие портреты уже спали. Еще бы. Время близилось к полночи. В самом конце зала стояла широкая деревянная стойка, из-за которой виднелась чья-то светловолосая макушка. Снова переглянувшись, они двинулись вперед. К единственному человеку посреди пугающе тихого зала.       — Добрый вечер, мисс, — вежливо начал Силверсливз, остановившись у стойки.       Светловолосая девушка даже не подняла головы. Марисе пришлось встать на мысочки, чтобы получше разглядеть служащую местного Министерства. А Гейбриел тем временем принялся вытаскивать из внутреннего кармана пиджака значок аврора.       — Мы прибыли из Лондона. Нам нужно как можно скорее пообщаться с главой вашего Аврората, — его золотистый значок шумно ударился о деревянную поверхность стойки. В окружающей их тишине это было оглушающе.       — Вы опоздали, — продолжая лениво рассматривать пестрые страницы какого-то журнала, отозвалась девушка. — Все прибудут не раньше восьми утра.       — Но это действительно важно, — хмыкнул Гейбриел. — Это связано с серией жестоких убийств в Лондоне. — он протянул руку так, чтобы она могла разглядеть значок аврора.       — Я ничем не могу вам помочь, — все так же спокойно отозвалась она, вдруг подняв голову. — Вы смотрели на часы?       — Да, я знаю, который сейчас час, — настаивал на своем Силверсливз. — Но мы не могли прибыть в Дублин раньше.       — Раз так, — девушка пожала плечами, — вам придется дождаться утра.       С этими словами она взмахнула палочкой и растворилась в воздухе, словно ее и не было тут. Свет от лампы задрожал. Все это время молчавшая Мариса повернулась к Гейбриелу. Поджав губы, он недовольно смотрел на стул, где еще секунду назад сидела несговорчивая сотрудница Министерства магической юстиции Ирландии.       — Не все решается при помощи значка аврора, так? — усмехнулась Мариса.       — Столько людей погибло, — тихо отозвался он, покачав головой. — А ей абсолютно все равно?       — Ты думаешь, если бы ирландцы прибыли в Лондон по той же причине, весь бы наш Аврорат стоял на ушах? — Он удивленно посмотрел на нее. — Не думаю, что Грюм отказался бы от нескольких часов крепкого сна ради взбалмошных иностранцев.       — Пожалуй, ты права, — ответил Гейбриел. — И что нам теперь делать?       — Лично я не собираюсь сидеть здесь до утра, — фыркнула Мариса. — Я пойду искать гостиницу, а ты можешь оставаться тут, — она развернулась и двинулась по холлу обратно в сторону выхода. Ее шаги гулким эхом отражались от стен скромно обставленного зала и тонули в напряженной тишине.       — Неужели ты полагаешь, что я отпущу тебя? — Силверсливз быстро догнал спутницу. — Не оставлю же я тебя одну в незнакомом городе, — с этими словами он распахнул перед ней стеклянную дверь и вежливо пропустил вперед.       Они не стали долго прогуливаться по бульвару Хай-Бразил. Всего в трех домах от Министерства магической юстиции Ирландии располагался старинный паб, второй этаж которого был отведен под гостиницу. Удивительно, но внутри оказалось не так многолюдно, как они ожидали. Видимо, все привычные посетители сейчас бродили по улицам магического Дублина, разодетые в самые яркие цветастые костюмы. Внутри помещение чем-то напоминало «Дырявый котел». Старый, мрачный, обшарпанный паб. Но, что отличало от лондонского близнеца, в небольшом зале этого заведения приятно пахло травами.       Владельцами оказались весьма приветливые волшебники преклонного возраста. Мужчина, что стоял за барной стойкой и до скрипа натирал бокал полотенцем, завидев поздних гостей, тотчас же отвлекся от своего занятия. Между ними завязалась беседа. Всякий раз, когда он говорил или улыбался, волшебник то и дело проводил рукой по своим пышным усам. Этот полноватый маг был небольшого роста и забавно передвигался по пабу, как будто вперевалочку. Его жена была на кухне и показалась лишь тогда, когда муж позвал ее. Розовощекая дама такого же низкого роста приятно улыбнулась, поприветствовав англичан. Она вытерла руки, перепачканные в муке, об бежевый передник. В этом жесте не было чего-то омерзительного. Наоборот, стало как-то уютно и тепло на душе. Словно попадаешь домой, где тебя всегда ждут, где неизменно рады. Гобан и Тулия Линч любезно согласились сдать Гейбриелу и Марисе две комнаты на одну ночь.       Сначала Силверсливз предложил занять один номер, где были бы две раздельные кровати. Мариса, конечно же, наотрез отказалась: уж ночевать с ним она точно не собиралась. Пожалуй, стоило ограничиться вчерашним визитом с незапланированным финалом. Затем он намеревался заплатить за обе комнаты, что, естественно, девушка допустить не могла. Она так быстро, стремясь опередить Гейбриела, вытянула руку с галлеонами, что половина из них звонко рассыпалась по полу.       — Почему мне нельзя заплатить за тебя? — спросил он, помогая собирать золотые монеты.       — Потому что я в состоянии сама оплатить эту комнату.       — Если ты хочешь быть такой самодостаточной, можешь вернуть мне деньги за билет на паром, — усмехнулся Гейбриел.       — Вот еще, — недовольно фыркнула Мариса, поднимаясь с пола. — За это ужасное путешествие я тебе ни кната не отдам. — Гейбриел тоже поднялся и улыбнулся, протянув ей три оставшиеся монеты.       С вопросом оплаты было покончено. Тулия проводила гостей на второй этаж, показав им их комнаты. Номера этого паба разительно отличались от тех, что сдавал бармен Том. Наверное, в этом заслуга жены Гобана. Все-таки женщины обладают уникальным талантом создавать уют даже в самых аскетичных условиях. Не будь владелец «Дырявого котла» вдовцом, быть может, и в его заведении были бы такие выглаженные светлые занавески, чистые простыни, на тумбочке у изголовья кровати тоже стояла бы небольшая хрустальная ваза с тюльпанами под цвет занавесок.       — Вам нравится? — спросила Тулия, увидев, как гостья очарованно крутила головой, рассматривая комнату.       — Здесь так уютно, — с улыбкой произнесла Мариса.       — Отдыхайте, мисс, — кивнула женщина, выходя из комнаты. — Если вдруг что-то понадобится, скажите мне.       Дверь за миссис Линч с тихим скрипом захлопнулась. Гостья села на край кровати. Наверное, только сейчас она ощутила усталость, которая начала стремительно растекаться по ее телу, отдавая какой-то тупой ноющей болью. Мариса кинула пальто, предварительно вытащив из кармана Джоя, на кресло. Злыдень тут же взобрался на подушку и, свернувшись калачиком, тихо засопел. Приняв душ, она вернулась в комнату. Девушка, устроившись на кровати рядом с любимцем, быстро забылась сном.       Когда Мариса открыла глаза, часы показывали двадцать минут восьмого. Яркие рассветные лучи пробирались в комнату, оставляя на стенах розоватый отблеск. Она нехотя перевернулась на другой бок. Так не хотелось вставать. Но что-то подсказывало ей, что если Силверслизв не поджидает ее за дверью, нетерпеливо расхаживая из стороны в сторону, то он уже измеряет в шагах коридор местного Аврората. Нехотя девушка все же поднялась с такой мягкой, манящей в свои объятия постели и, быстро собравшись, спустилась вниз уже через десять минут. Как же все-таки хорошо обладать магией. Сколько бы она потратила времени на сборы, не будь у нее волшебной палочки? Час? Полтора? О предостережениях Силверсливза она подумала в последнюю очередь. В конце концов, кто отправляет людей в Азкабан за безобидные чары, которыми пользовались почти все студентки Хогвартса, любившие подольше поспать и просыпающиеся за десять минут до завтрака?       Гейбриела не было за дверью ее комнаты, как она предполагала, вместо этого он уже сидел за одним из столов внизу, очевидно дожидаясь, когда она спустится. Мариса заняла место напротив. И не успела она сесть поудобнее, как перед ней тут же появилась тарелка с традиционным ирландским завтраком. Оладья из картофеля, поджаренный бекон и свежие овощи. Пахло просто восхитительно. У нее даже заурчало в животе.       — Доброе утро, — приветливо произнес Гейбриел, поднеся к губам чашку.       — Доброе, — сдержанно отозвалась Мариса в ответ, приступив к завтраку. — Честно говоря, я думала, ты будешь поджидать меня за дверью.       — Так и было, — рассмеялся он. — Сидел в кресле, напротив твоей комнаты. Но потом Тулия настояла на том, чтобы я позавтракал. И чуть ли не силой заставила спуститься вниз.       — Во сколько ты проснулся? — удивилась она.       — В шесть.       — Ты точно человек?       — Уверен, — с серьезным видом кивнул Гейбриел. Хотя уголки его рта дернулись в едва заметной улыбке.       — И что дальше? — спросила Мариса, прожевав кусочек бекона.       — Надеюсь, сегодня нас примут в местном Аврорате, — хмыкнул Силверсливз, снова сделав глоток чая. — И надеюсь, у них есть стоящая информация. Иначе наше путешествие будет бессмысленным.       — А они не спросят про мой значок? — поинтересовалась Мариса, чуть склонив голову набок.       — Ты будешь со мной, это главное. Но даже если им и потребуется подтверждение, скажем, что ты независимый консультант, — он повел плечом.       — В какой области? — Мариса недоверчиво посмотрела на Гейбриела.       — Почему тебя это так волнует?       — Просто будет глупо, если из-за меня ты лишишься доступа к нужной тебе секретной информации. Грюм тебя явно по головке не погладит.       — Не беспокойся, — Гейбриел поставил чашку на стол. — Я со всем этим разберусь.       Пока Мариса заканчивала завтракать, он допивал свой чай и все смотрел в окно. От вчерашнего веселья ирландцев не осталось и следа. Улица была пустой. И лишь редкие прохожие, подняв воротники, уткнувшись в теплые шарфы, торопились куда-то по своим делам, совершенно не обращая внимания на англичанина, что с интересом поглядывал на них из окна старинного паба, и его спутницу, сидевшую напротив.       Они вернулись в Министерство магической юстиции Ирландии в пять минут девятого. На этот раз в холле было многолюднее, нежели вчера. Волшебники и волшебницы выстроились в длинную шеренгу перед стойкой, за которой вчера сидела та неприветливая светловолосая сотрудница. Очередь продвигалась медленно. И Гейбриела, судя по тому, как часто он смотрел на наручные часы, это порядком нервировало. Один раз он пытался пройти вперед, гордо демонстрируя всем значок аврора, но признание в том, что они англичане, вызвало еще больший негатив. Прошло почти сорок минут, прежде чем спутники оказались у стойки, за которой сегодня сидел рыжеволосый юноша. Он был ненамного младше самой Марисы.       — Добро пожаловать в Министерство магической юстиции Ирландии, — с натянутой улыбкой произнес он явно заученную фразу. — Какой у вас вопрос?       — Нам нужно встретиться с главой Аврората, — ответил Гейбриел.       — По какому вопросу?       — Это касается секретного расследования, детали которого мы не имеем право разглашать, — с важным видом произнес Силверсливз. Юноша поднял на него голову, удивленно моргнул и снова опустил взгляд в какие-то записи перед собой.       — Сэр, вы уже зарегистрировали волшебные палочки? — безразлично спросил рыжеволосый секретарь.       — Нет.       — Вам надо заполнить эти бумаги, — перед ними появились две стопки желтоватых листов, напоминающих анкеты. Мариса скептически изогнула брови. — Вы использовали магию по прибытии в Дублин?       — Немного, — признался Силверсливз.       — Тогда заполните еще и эти, — на этот раз появившиеся стопки бумаг были в два раза больше. Мариса сокрушенно покачала головой.       — Да вы издеваетесь? — прорычал Гейбриел. — Вы понимаете, что в Лондоне совершаются убийства. Уже больше трех жертв. Из местного Аврората прислали ответ, что у вас есть необходимые для нашего расследования сведения. Я не буду тратить время на заполнение каких-то бестолковых бумажек.       — Сэр, таковы предписанные правила, — все тем же невозмутимым тоном отозвался юноша. — Прошу им следовать.       Гейбриел ничего не ответил. С остервенением схватил все бумаги и размашистым шагом двинулся в сторону нескольких свободных кресел слева. Мариса опешила. Та пожилая дама, что стояла в очереди за ними, нагло ударила ее сумочкой, недвусмысленно намекая на то, что и ей следовало бы удалиться. Девушка, одарив старушку колючим взглядом, проследовала за Гейбриелом.       — Да что с тобой такое? — тихо спросила она, остановившись перед Силверсливзом, который приступил к заполнению бумаг. — Ведь сам такой же. Мистер Я-Всегда-Соблюдаю-Все-Правила.       — Погибли люди. В том числе и твой брат. А они все ведут себя так, будто это ничего не значит, — не поднимая головы, пробурчал он.       — Так для них это ничего и не значит, — усмехнулась Мариса в ответ. — Они не знали ни Морана, ни Пруденс, ни других жертв. Им все равно. Для них это просто англичане.       — А давай натравим твоего злыдня на них? — предложил Гейбриел, подняв взгляд.       — Решил, что можно использовать меня в своих целях, теперь еще и руки тянешь к Джою? — она недовольно хмыкнула. — Даже не думай.       — А как ты считаешь, нам снова придется вставать в эту очередь? — он кивком головы указал на шеренгу людей, которая теперь доходила чуть ли не до двери. Мариса изумленно округлила глаза, посмотрев на толпу.       — Давай быстрее заполняй бумаги, — обреченно вздохнула она.       — Были только Люмос и Дезиллюминационное заклинание, так?       — Еще бытовые чары красоты, — совершенно невинно улыбнулась она в ответ.       Гейбриел удивленно вскинул брови и снова посмотрел на нее.       — Ты же не думал, что я стану бродить по Ирландии, не приведя себя в порядок?       — Великий Мерлин, как же с вами, женщинами, сложно, — покачал головой он, снова взявшись за заполнение бумаг.       — Не сложнее, чем с вами, мужчинами, — парировала Мариса, накручивая темную прядь на палец.       Они решили, что будет логичнее, если Мариса встанет в очередь, пока Гейбриел продолжит заполнять бумаги. Он присоединился к ней спустя семь минут, но сильно вперед она не продвинулась. На этот раз все длилось куда медленнее, нежели раньше. А все потому, что рыжеволосого юношу сменила уже знакомая им светловолосая неприветливая девица. Но, надо признать, сейчас Гейбриел был куда спокойнее. Мариса уже начала думать, что плохо влияет на него. Иначе как объяснить, что этот всегда спокойный и сдержанный аврор вдруг вышел из себя из-за такого пустяка? Он посмотрел на часы, лишь когда они снова оказались перед стойкой. Стрелки предательски показывали половину одиннадцатого. Столько времени потратили впустую.       — Добрый день, — учтиво произнес Гейбриел, положив на стойку бумаги. — Мы все заполнили и теперь хотим встретиться с главой Аврората.       Девушка, поднявшись на ноги, принялась бегло рассматривать заполненные анкеты. Даже не удосужилась вчитаться. Затем, самодовольно посмотрев на них, она заявила:       — Здесь нет еще заполненных бумаг о том, с какой целью вы прибыли в Дублин.       Гейбриел шумно втянул воздух, явно намереваясь высказать наглой девице все то, что он думает о ней и о жалкой ирландской бюрократии, вот только Мариса решила на этот раз не молчать. Ей тоже порядком надоели все эти бессмысленные игрища. Вновь приподнявшись на носочках и облокотившись на стойку, она холодно улыбнулась, демонстрируя одновременно две совершенно несовместимые вещи: приветливость и надменность. Единственное, вот так вот долго стоять было не так-то просто. Что же, в этом и заключался неочевидный минус небольшого роста: сложно кого-то ставить на место, когда едва дотягиваешь до подбородка оппонента.       — Милочка, мы вам об этом говорили и вчера, и вашему коллеге полтора часа назад, — ледяным тоном произнесла Мариса. Гейбриел повернул к ней голову. — Мы прибыли из лондонского Аврората. Нам сообщили, что у местных служителей закона есть необходимые для нас сведения. Это крайне важно для расследования, которое мы ведем. Так уж будьте любезны, осознайте, наконец, масштаб происходящего и сопроводите нас на беседу с главой местного Аврората. В ином случае министр Фадж будет уведомлен о том, что Дублин не готов к сотрудничеству.       Да уж, не такой реакции Мариса ожидала. Губы девицы чуть дрогнули, но взгляд ее стал более жестким. Встряхнув волосами, она посмотрела на Гейбриела, а затем снова уставилась на его спутницу.       — Если вы думаете, что меня это испугало, то вы ошиблись, — хмыкнула секретарь. — Я должна следовать предписанным правилам. И вы, как гости в нашей стране, также обязаны.       — Великий Мерлин, — простонала Мариса, удрученно уронив голову на холодную деревянную поверхность стойки. Гейбриел, удивленно вскинув брови, внимательно наблюдал за ее реакцией. — Хорошо, давайте поговорим по-другому, — она резко встрепенулась. Подняв голову, Мариса развела руками. — Вы же девушка, должны меня понять. Мы в пути несколько дней. Я вынуждена каждое утро и вечер накладывать на лицо и волосы бытовые чары красоты. Дорогая, вы же знаете, чем это чревато? — что же, почти не ложь. — А еще, — Мариса вдруг ткнула пальцем в сторону не менее удивленного Силверсливза. — Мой напарник просто настоящая свинья, — после этих слов Гейбриел изумленно выпучил глаза. — И чем больше я с ним провожу времени, тем меньше у меня остается терпения… Пожалуйста, — Мариса сложила ладони в умоляющем жесте. — Нам нужно как можно скорее встретиться с главой Аврората. Не только ради расследования, но еще и ради моего душевного спокойствия.       Угрозы не помогли, но женскую солидарность еще никто не отменял. Девушка, выслушав внезапную тираду Марисы, снова поджала губы. Но на этот раз непроизвольный жест был более сочувствующий. Она бросила несколько удивленных взглядов на Гейбриела, который продолжал растерянно разглядывать свою спутницу.       — А с виду такой приличный, — пробубнила она, покачав головой. Девушка взмахнула палочкой, и на стойке перед ними появились два заветных пропуска.       — Вы так добры, — кивнула Мариса, взяв свое разрешение на посещение Министерства магической юстиции Ирландии.       — Мартин поможет вам, — добавила секретарь. И сразу после этих слов за ее спиной материализовался уже знакомый им рыжеволосый худощавый юноша.       — Прошу следовать за мной, — вежливо улыбнулся он.       — Ох, еще раз спасибо вам, — поблагодарила секретаря Мариса.       Она спешно проследовала за Мартином, который уверенно направлялся в сторону каминов. Гейбриел, немного замешкавшись, бросился следом за ними.       — Это что было? — шикнул он, поравнявшись с Марисой.       — Ты о чем?       — В смысле? Что значит свинья? — зло процедил он.       — Разве это важно? — усмехнулась она. — Главное, что мы, наконец, можем попасть в местный Аврорат, — добавила Мариса чуть тише.       — У тебя весьма сомнительные методы, — буркнул Гейбриел, нервно поправив воротник своего пальто.              Совершенно не так Мариса представляла себе главу Аврората. В ее понимании это должен был быть кто-то, очень напоминающий Грюма. Такой же старый, неприветливый и с жутко отвратительным характером. Но, едва ступив в камин, у которого остановился Мартин, она оказалась в кабинете человека, определенно не соответствующего ее ожиданиям. За письменным столом, уткнувшись взглядом в бумаги, сидел молодой мужчина. Наверное, того же возраста, что и Гейбриел. Узкие очки с темной оправой чуть сползли вниз, и он поправил их указательным пальцем правой руки.       — Добрый день, — объявил об их появлении Силверсливз, появившись следом за Марисой.       — Добрый день, — мужчина поднял голову и, завидев гостей, тут же подскочил на ноги. — Прошу вас, присаживайтесь, — он указал на два кресла перед своим столом. — Меня зовут Ронан Бакли. Мне передали, что вы прибыли из Лондона по какому-то срочному делу.       Прежде чем занять место самому, Гейбриел вежливо отодвинул кресло, позволив первой сесть Марисе. Затем он вытащил из внутреннего кармана все имеющиеся бумаги по делу некроманта, которые Грюм позволил продемонстрировать коллегам из Дублина, и значок аврора. Записи о преступлениях, копию ответа, который пришел из дублинского Аврората, он протянул главе департамента. Снова поправив очки на переносице, мужчина принялся вчитываться. Силверсливз же занял соседнее кресло. Ронан Бакли, пробегая глазами по тексту, то и дело задумчиво хмурил брови, поднимал взгляд, смотря то на Гейбриела, то на его спутницу, а затем вновь возвращался к представленным материалам. Силверсливз держался уверенно, а вот Мариса нет. Она крутила семейное кольцо на пальце, все страшась того, что аврор Бакли потребует подтверждений тому, что и она также работает в лондонском Министерстве Магии, которых у них, естественно, нет.       — Да, Департамент действительно расследовал подобное дело, — наконец заговорил Ронан. — Его вел мой отец.       — Вот как, — хмыкнул Гейбриел.       — Но я уверен, что в наших архивах ничего нет, — аврор Бакли откинулся на спинку стула. — Вероятно, отец, уходя в отставку, забрал нужные вам бумаги с собой.       Забавно, но Гейбриел куда больше походил на главу Аврората, нежели мужчина, сидящий напротив. Плечи Силверсливза были спокойно расправлены, спина прямая, а вот Ронан Бакли явно был чем-то встревожен. Мужчина то и дело судорожно подергивал коленом, а еще постукивал пальцами по столу. Быть может, его взволновали материалы по делу некроманта, как-никак жуткие преступления охватили Лондон. А может, он что-то скрывал?       Мариса чуть покосилась на Гейбриела. Тот тоже внимательно изучал их собеседника, его неоднозначное поведение. Губы Силверслиза были плотно сжаты, голубые глаза глядели на аврора Бакли холодно, не выражая никаких чувств.       — С собой? — удивленно переспросил он.       — Да, — пожал плечами Ронан. — Бывают такие дела, которые не дают покоя даже в старости. Вы должны понять, — добавил он, нервно рассмеявшись.       Мариса усмехнулась и снова посмотрела на Гейбриела. Тот по-прежнему казался невозмутимым. В старости? Уж Силверсливза таковым точно не назовешь.       — Тогда нам бы хотелось встретиться с вашим отцом, — Гейбриел едва заметно улыбнулся.       — Он в Таре, — ответил Бакли.       Гости непонимающе уставились на него. Интересно, понял ли Силверсливз, о чем говорил Ронан? Вот Мариса прекрасно поняла, но никак не могла взять в толк, почему это было каким-то существенным препятствием.       — Но как же? — хмыкнул мужчина, словно прочитав ее мысли. — Англичане на Самайн в Таре. Это не к добру.       — Послушайте, мистер Бакли, — Гейбриел сел ровнее. — У нас нет времени на многовековые предрассудки. Мы здесь не за этим. В Лондоне происходят жестокие убийства. И мы прибыли за ответами.       — Я понимаю, — вздохнул Ронан. — Но…       — Нет, мистер Бакли, — твердо произнес Гейбриел, не дав аврору договорить. От его ледяного тона даже Мариса невольно поежилась. — Не может быть никаких «но». Мы встретимся с вашим отцом.       Это была далеко не просьба. Силверсливз не упрашивал, он просто поставил перед фактом. Мариса снова повернула голову к мистеру Бакли, который, оцепенев, неотрывно смотрел на Гейбриела. Казалось, что само время замерло в ожидании его ответа.       — Хорошо, — наконец, заговорил мужчина. — Но вы должны знать, что Тара — священное место. Оно издревле защищено Антитрансгрессионными чарами, — на этих словах Мариса недовольно поджала губы. — Вы сможете по каминной сети оказаться в заведении мистера Маккарти. Это единственное ближайшее место. А вот через холмы Тары вам придется идти пешком к дому моего отца.       — Мистер Бакли, вы не поверите, — усмехнулась Мариса. — Мы с моим напарником обожаем магловские способы путешествия, — она повернула голову к Гейбриелу, который тут же отзеркалил ее ухмылку.              Оказалось, что мистер Маккарти владел небольшим пабом в предместьях Тары. В округе жило лишь несколько волшебных семей, а потому заведение больше напоминало всеми забытую еще несколько веков назад таверну. Мариса была готова поклясться, что видела огромную крысу, которая с противным писком пробежала у ее ног в тот момент, когда она переместилась из паба Линчей в Дублине в дом некоего мистера Маккарти. Следом за ней в зеленых языках пламени показался Гейбриел.       Владелец где-то прохлаждался, явно не заинтересованный в обслуживании вероятных посетителей. Они не стали дожидаться мистера Маккарти. В конце концов, им предстояла долгая пешая прогулка через древнейшие священные холмы Ирландии. И что-то подсказывало Марисе, все будет не так уж и безобидно, как могло показаться на первый взгляд.       Древняя Тара. Холм Королей. Об интригующей достопримечательности сложено немало легенд. Многие из них портрет дедушки Бирна любил рассказывать внукам, восхищенно всматриваясь куда-то в пустоту. Коффин не жалел о том, что перевез семью в Англию, но скучал по Ирландии и был опечален тем, что дети Шеймуса так и не побывали на своей исторической родине. Что ж, по возвращении в Лондон Мариса непременно поведает портрету дедушки Бирна о своих приключениях. Хотя навряд ли его обрадует факт того, что внучка ввязалась в эту авантюру с одним из псов Министерства.       Гейбриел шел впереди, Мариса — за ним. Всякий раз мужчина оборачивался и протягивал ей ладонь, чтобы помочь взобраться выше. Один раз она чуть было не упала, поскользнувшись на сырой траве. Силверсливз, моментально среагировав, ухватил ее за руку и притянул к себе практически вплотную. Мариса шумно выдохнула и резко дернулась в сторону, едва не упав вновь.       — Нельзя ли поаккуратнее? — проворчала девушка, опустив взгляд. Чтобы не выглядеть глупо, она принялась отряхивать подол пальто от невидимой грязи.       — В следующий раз позволю тебе упасть, если тебе так будет легче, — хмыкнул Гейбриел, продолжив путь. — Тем более что ты этого заслуживаешь. Я тебе еще не простил ту твою выходку в Министерстве. — Мариса, скривившись, передразнила его.       Ах, Тара. Когда-то это была величественная земля, место силы. Здесь вершилась древняя магия. Писалась сама судьба. Взбираясь по холмам следом за Силверсливзом, Мариса явственно ощущала тонкую, незаметную для простых обывателей нить волшебства. Казалось, что многовековые чары, навсегда заключенные в этих возвышенностях, сплетались воедино с ее собственной магией. Это было странно, необычно, но так вдохновляюще. Интересно, чувствовал ли Гейбриел нечто подобное?       Когда они забрались на один из земляных валов, солнце заволокло серой дымкой. Начался мелкий моросящий дождь. Мариса поморщилась. Вытащив волшебную палочку из кармана пальто, она подняла ее вверх. Полупрозрачный зонт укрыл ее от непогоды. Спутник же просто поднял воротник пальто.       Они оказались на знаменитом холме. Ведь здесь возвышалась древняя каменная стела. Магический камень Лиа Фал. Камень Судьбы. Профессор Бабблинг рассказывала, что друиды нанесли на него руны, недоступные глазу не только маглов, но и не всякого волшебника. Камень издревле служил местом коронации для всех Верховных королей. Дедушка Бирн говорил, что Лиа Фал испускал крик от прикосновения человека, которому суждено править страной, — таким образом определяли истинного короля Ирландии. Было это правдой или выдумкой, никто сейчас и не знал.       Мариса восторженно осмотрелась вокруг. С этого холма открывался вид на просторы «изумрудного острова». Наверное, будь сейчас весна или лето, картина была бы куда более впечатляющей. Но поздней осенью природа выглядела несколько уныло, серо… Ах, Тара. Священное место для ирландцев, дышащее многовековой историей и славой, пронизанное неукротимой магией.       — Это камень Лиа Фал, — начала рассказывать она, подходя ближе к стеле. Наколдованный зонтик исчез, и девушка убрала волшебную палочку обратно. — Здесь выбирали королей, — Мариса немного боязливо протянула руку, коснувшись холодной поверхности камня лишь кончиками пальцев. Робкая улыбка шевельнулась на ее губах. — По преданию, сама Богиня Дану даровала его людям.       — Ты столько знаешь об Ирландии, — Гейбриел стоял в шагах десяти от нее. — Откуда?       — Из рассказов моего деда, — пожала плечами она, снова проведя рукой по гранитной глади. — Вернее, его портрета. Он всегда скучал по Ирландии.       — А почему перебрался в Лондон?       — Я не знаю, — Мариса подняла на него взгляд. — За этим стоит какая-то неприятная история, но он никогда не рассказывал о ней. Да и мой отец тоже.       — И тебе никогда не было любопытно? — уголки его рта дернулись в улыбке. — Что-то это на тебя не похоже.       — Мне никогда не отвечали на этот вопрос.       Воцарилось молчание. А погода продолжала заметно портиться. Морось переросла в промозглый дождь. Буквально со всех сторон их начали обдувать порывы леденящего ветра. Казалось, он так и норовил сдуть непрошенных гостей прочь. Темные грозовые тучи медленно стянулись над холмами Тары. Было в этом что-то неестественное, что-то колдовское.       — Смотри, — вдруг сказал Гейбриел. — Какие-то символы, — он подошел ближе.       И вправду. Мариса опустила взгляд и стала наблюдать за тем, как золотистые светящиеся руны стали проявляться на древней каменной стеле. Она опустилась на корточки и принялась медленно водить рукой по проявляющимся волшебным строкам. Профессор Бабблинг говорила, что только особенный маг мог разглядеть письмена на камне Лиа Фал. Гейбриел видел, Мариса тоже. Делало ли их это исключительными?       — Ты можешь прочитать? — спросил он, чуть склонившись над ней.       — А ты разве нет? — девушка повернула к нему голову и отбросила в сторону намокшие темные пряди. — Вас же, авроров, учат этому.       — Но это не означает, что я хорошо разбираюсь в рунах, — ответил Гейбриел, многозначительно посмотрев на Марису.       Мужчина, наколдовав зонтик, вытянул руку так, чтобы он закрывал только девушку. Как благородно с его стороны. Мариса вновь повернула голову к каменной стеле. Волшебные руны мигали. Нахмурившись, она принялась вчитываться в строки. Это было невероятно сложно; знаний, которые она получила за пять лет обучения у профессора Бабблинг в Хогвартсе, оказалось совершенно недостаточно, чтобы понять смысл оставленных друидами магических записей на камне. Истина. Судьба. Воля. Темный мудрец. Ворон. Какая-то нелепица. Она понимала слова, но никак не могла сложить их воедино, чтобы найти то, что пытались донести потомкам колдуны древности.       — Я ничего не понимаю, — неохотно проговорила Мариса.       — Хоть какие-нибудь слова удалось разобрать? — серьезным тоном задал вопрос Гейбриел.       — Почти все, но они лишены смысла, — с усилием выдавила она.       Девушка поднялась на ноги. Марисе вдруг показалось, как что-то мелькнуло за спиной Гейбриела. Она чуть выглянула из-за его плеча. Ничего. Быть может, просто ветка дерева. От такого ветра можно было ожидать чего угодно.       — Что? — Силверсливз, проследив за ее напряженным взглядом, обернулся.       — Мне показалось, — отмахнулась Мариса. — Давай поскорее убираться отсюда.       Над их головами яростно завыл ветер. Его гулкий свист напоминал вой волков. Беспощадный. Пробирающий до самых костей. Хлестал дождь. И как бы Гейбриел ни старался, его заклинаний было недостаточно, чтобы укрыть их от буйства стихии. Мариса вновь и вновь откидывала назад безнадежно намокшие, прилипающие к лицу пряди волос. Силверсливз покосился на камень Лиа Фал. Хотелось ли ему разгадать загадку, узнать смысл рунических символов?       — Пожалуй, ты права, — все-таки согласился он. — Уходим.       Но Мариса его уже не слушала. Потому что за спиной Гейбриела вновь мелькнула какая-то тень. И на этот раз девушка была уверена в том, что это никакая не ветка. Человек. Они были здесь не одни?       — Там кто-то есть, — произнесла она на выдохе и посмотрела на Силверсливза.       — Что? — растерянно переспросил мужчина и тут же обернулся. Никого. — Мариса, тебе показалось. Давай, идем.       Гейбриел попытался взять девушку за руку, но, ловко выкрутившись, она чуть ли не побежала вперед. Кинулась за мифической тенью. Мариса вновь с остервенением откинула мокрые волосы назад и, угрожающе наставив волшебную палочку куда-то в пустоту, выкрикнула:       — Немедленно покажись.       — Что ты творишь, неразумная? — прошипел Гейбриел, быстро двинувшись за ней.       Дождь усиливался. Ветер ревел. Послышались глухие раскаты грома. Но это совсем не волновало ее. Мариса была совершенно уверена, что на этом холме священной Тары они не одни. Кто-то следил. Ей начало казаться, что сквозь печальный вой ветра, застывший в ушах, послышалась чья-то нахальная насмешка. Кто-то играл с ними, путал разум, околдовывал чувства.       — Мариса, тут никого нет, — решительно заявил Силверсливз.       И в этот момент нечто странное и темное проскочило между ними. Девушка вскрикнула от ужаса, но раскат грома заглушил ее испуганный вопль. В темном небе сверкнула молния, озаряя все вокруг ярким светом. Мариса видела, как Гейбриел ошеломленно замер, не смея даже пошевелиться. Он явно не ожидал этого.       — Ты видел? — тяжело дыша, спросила она, убирая ладони ото рта. — Сумел разглядеть?       — Нет, — напряженно отозвался он.       — Я же тебе говорила, — нервно выдавила Мариса.       — Может, птица?       Кто-то действительно над ними насмехался. Потому что и на этот раз после очередного опрометчивого предположения Силверсливза прозвучал зловещий вороний крик. Предвестник смерти. Мариса была готова поклясться, что, как Гейбриел, и сама побледнела, подобно полотну. Ей еще никогда прежде не было так страшно, как сейчас. Невидимые веревки схватили за ноги, словно приковывая к этому месту навечно. Ужас окутал разум противными липкими щупальцами. Сердце ухнуло в пятки. Мариса задрожала. А время как будто остановилось, издевательски наблюдая за тем, как двое волшебников были не в силах преодолеть приступ предательского страха.       — Кажется, это тот тип, — вдруг произнесла Мариса, кивком головы указав на кого-то у камня Лиа Фал.       — Ты о ком? — беспокойно переспросил Гейбриел, повернув голову к древней каменной стеле. — Там никого нет.       Она была готова поклясться, что всего в десятке шагов от них стоял тот странный ирландец, которого они встретили прошлым вечером на бульваре Хай-Бразил. Странный смуглый черноволосый человек, который вдруг вздумал цитировать так любимую Мораном сказку о Темном Патрике и повелителе Воронов Кромахи. Его отвратительный смех подхватил ветер и эхом пронес по холмам священной Тары. Ирландец жутко оскалился, и снова сверкнула молния. А после раздался такой мощный раскат грома, что в ушах загудело.       — Тот придурок, который смеялся над нами, — ответила Мариса, все еще оцепенело смотря вперед.       Но разве можно что-то разглядеть за стеной проливного дождя? Она все пыталась понять: играло с ней воображение или же это происходило на самом деле. Стоял ли в действительности тот ирландец у камня Лиа Фал? Как он здесь оказался? Неужели следил? Зачем?       — Мариса, уходим, — решительно заявил Гейбриел.       — Неужели ты его не видишь? — тихо спросила она.       Силверсливз сделал несколько шагов вперед и остановился перед ней так, чтобы стела оказалась за его спиной. Мариса замерла. С его стороны было так неразумно отворачиваться от чего-то жуткого, от того, что в любой момент могло швырнуть каким-нибудь мерзким заклинанием. Вот же чертов глупец.       — Кто-то играет с нами, — сказал он. — Человек ли или древняя магия, я не знаю, — Гейбриел мотнул головой, — но мы должны уходить, — он вытянул вперед руку, согнутую в локте, и перевернул ладонью вверх. — Доверься мне.       Мариса могла бы продолжить стоять на месте. Но хватило бы ангельского терпения Гейбриела? Ей было страшно. Ветер, гроза. А еще потому, что она видела этого странного ирландца у камня Лиа Фал, а ее спутник нет. У нее замерло сердце. Она даже на миг забыла, что по-прежнему идет дождь. Мариса, словно в оцепенении, сделала шаг и вложила в его руку свою ладонь.       — Мы уходим, — твердо произнес Гейбриел, двинувшись к спуску с холма. — Ты только не оборачивайся. Как бы тебе ни хотелось. Хорошо? — Мариса согласно закивала. — Отлично, — добавил Силверсливз.       Они, все еще держась за руки, спешно бежали вниз по священному холму Тары. А Гейбриел не ошибся. В какой-то момент Марисе все-таки захотелось повернуть голову к камню Лиа Фал. Ей вдруг показалось, что она снова услышала скрежещущий хохот того ирландца. Обернуться бы. Хоть что-то разглядеть за стеной дождя. Но нет. Она обещала Силверсливзу, что не станет этого делать. А еще было страшно. Столкнуться с чем-то необузданным. В их мире было немало чего-то жуткого, неизведанного. Но порой некоторым загадкам лучше оставаться неразгаданными.