Такие люди, как я, ломают красивые вещи

Чонгук никогда в жизни не чувствовал себя счастливым. Люди могли бы посмеяться и назвать его неблагодарным, если бы услышали это, но это именно то, что он чувствует. Да, он родился в богатой семье и вырос в привилегиях, которых нет у большинства людей в этом мире. Но для Чонгука благополучие его семьи никогда не было благословением.  С самого детства он хорошо разбирался в людях. Он быстро понял, что большинство детей хотели дружить с ним из-за репутации его семьи и положения в обществе, а не из-за того, насколько им нравилось его общество.  С возрастом ничего не изменилось, даже наоборот, стало хуже. Оппортунисты стекались к нему на каждое собрание, пытаясь использовать его любым возможным способом для достижения своих целей.  Стоит ли удивляться, что у него нет близких друзей его возраста? Когда Чонгук потерял обоих своих родителей в возрасте семнадцати лет, к нему не проявили такого сочувствия, как к нормальному человеку. Его боль была лишь развлечением для широкой публики. Постоянная травля со стороны СМИ превратила период его траура в кошмар. Такова жизнь на виду у публики. Эксперты сказали бы, что он до сих пор не оправился от травмы, полученной в то время. Его личная жизнь тоже была не намного лучше. Свидания всегда были трудными, потому что он никогда не мог быть уверен в их намерениях. Независимо от того, насколько хорошо вы умеете судить о людях, вас все равно иногда могут обмануть.  Ни одно из предательств не причиняло ему такой боли, как то, которое он получил от своих единственных длительных отношений.  Он думал, что она была другой. Забавно то, что он мог бы легко жить дальше, если бы она предала его ради денег. Этот порыв Чонгук понимал.  Она разбила ему сердце, переспав с другим, в то время как обещала ему весь мир. Так что нет, Чонгук никогда в жизни не чувствовал себя счастливым. Но прямо сейчас, когда он смотрит на маленькое, невинное личико человека, мирно спящего у него на руках... прямо сейчас он впервые чувствует себя счастливым. Чонгук почувствовал, что завоевал мир, когда Чимин обнял его после своего признания прошлой ночью. Омега решил остаться. После этого ничего особенного не произошло, кроме того, что они оба заснули в объятиях друг друга. Уже рассвет, первые лучи солнца пробиваются из-за горизонта. Скоро им придется отправляться в Сеул. Чонгук боится, что ему придется вставать и отпускать Чимина. Он не думает, что сможет вынести разлуку с омегой. Чимин слегка шевелится. Он поворачивает голову и сильнее утыкается носом в шею Чонгука. Это щекочет альфу. Он подавляет смех, чтобы не разбудить омегу. Чонгук просто лежит, уставившись на красивое лицо Чимина, обводя взглядом каждый его дюйм, чтобы запечатлеть это в своей памяти.  Богиня, он прекрасен.  Он нежно убирает серебристые пряди волос, которые время от времени падают на его лицо. Во время одной из таких попыток Чимин просыпается. Омега смотрит на него с такой нежностью, что Чонгуку хочется вырвать собственное сердце и поднести ему на серебряном блюде. — Доброе утро, — сонным голосом приветствует его Чимин. — Доброе утро, малыш, — Чонгук легко целует его в лоб. Чимин прячет лицо, вероятно, от того, что к нему обращаются с такой нежностью. Больше они ничего не говорят. Оба знают, что рано или поздно им придется выйти из своего пузыря. Но быть в объятиях друг друга, слушать биение сердец друг друга - это прекрасно прямо сейчас.  Чонгук попросил принести сумку Чимина в его номер, не отпуская его никуда. Когда пришло время уходить, Чимин привел себя в порядок и переоделся в свою одежду. Воздух в машине становится тяжелым, Чонгук крепко сжимает руку Чимина, но не смотрит на него. По какой-то причине Чимин тоже не может на него смотреть. Машина останавливается перед домом Чимина. У него не хватает духу высвободить руку из хватки Чонгука. К счастью, Чонгук ослабляет хватку. Вместо этого он обхватывает его щеку, наклоняется и принюхивается к пахучей железе Чимина. Он тщательно вдыхает его запах, прежде чем отпустить. — Скоро увидимся, да? — голос Чонгука звучит неуверенно. Как будто ему нужно, чтобы Чимин заверил его в этом. — Да, бабуиноголовый, — говорит Чимин, наморщив нос.  Чонгук посмеивается над этим. *** Тэхен выглядит так, словно вот-вот сойдет с ума, его глаза стали почти серебристыми, а ноздри раздуваются. Чимин только что закончил рассказывать о событиях из своей поездки, без учета всего, что произошло между ним и Чонгуком, конечно. Это слишком много информации, чтобы вываливать ее на человека сразу. — Я убью их! — рычит он. — Успокойся, Тэ. — Успокойся? Успокойся? Как ты можешь так говорить! Ты мог умереть, Чимин! — его лучший друг теперь меряет шагами гостиную. — Но я в порядке. Я выясню, кто это сделал, и прослежу, чтобы они понесли наказание. Тэ внезапно подходит к дивану и берет обе руки Чимина в свои. — Ты должен бросить эту работу, Чимин. — Что? Почему? — Что ты имеешь в виду, почему? Это небезопасно! — Кто может гарантировать, что я буду в безопасности на своей следующей работе? Я только начал работать, и мне это нравится, я не собираюсь увольняться из-за каких-то хулиганов. Тэ раздраженно провел рукой по волосам. — Кроме того, Чонгук никогда не допустит, чтобы со мной что-то случилось, — добавляет Чимин. Тэ поворачивается к нему с пытливым взглядом.  — О, "мистер Чон" теперь "Чонгук"? — Что? Нет! Я имел в виду… — Мой малыш покраснел? — Тэхен чувствует перемену в поведении Чимина. Он никогда не видел его таким. — Нет, это не так! — говорит омега, прикрывая щеки ладонями. — Что ты мне не договариваешь? — Тэ усаживает его на диван, прижимая к себе всем телом. Чимин некоторое время молчит, собираясь с мыслями и готовясь рассказать Тэ все, не краснея при этом. Улыбка на лице его лучшего друга, когда омега заканчивает свой рассказ, бесценна. — Боже мой! Мими, я так рад за тебя! — взвизгнул он, крепко обнимая его. — Похоже, он хороший парень. — Так и есть. *** Гнев - это эмоция, с которой Чонгук хорошо знаком. Он провел большую часть своей жизни, пытаясь контролировать свой гнев, чтобы он не контролировал его. Но он не думает, что какая-либо техника управления гневом сработает на нем в данный конкретный момент.  Он отчетливо видит лицо преступника на записи камеры видеонаблюдения. Они либо не знали о существовании камеры, либо были достаточно смелыми, чтобы не обращать на это внимания. Его кровь кипит, и все, что он видит, - красный цвет. *** Когда он входит, в офисе тихо. От волнения у него потеют ладони. Ему никогда раньше не приходилось общаться с большим боссом один на один. Его определенно никогда не вызывали к нему в кабинет. Джей Кей сидит в своем кресле, или, лучше сказать, на троне? Есть причина, по которой все избегали встречаться с альфой, - его пугающая аура слишком сильна для большинства. Слава богу, сотрудникам более низкого уровня, таким как он, не нужно было находиться поблизости каждый день. Следующим Гонву замечает своего помощника. Омега, похоже, слишком хорошо переносит своего босса. Должно быть, он такой коварный, как говорит Мона.  — Лим Гонву, — громовой голос вырывает его из задумчивости. — Младший юрист, присоединился к GCF два года назад. Ваш менеджер поставил вам семь баллов из десяти за эффективность вашей работы, как "Преданный своему делу сотрудник с большим потенциалом", - написал он в своем отчете, — сказал Чонгук, читая со своего айпада. — Помогите мне кое-что понять, мистер Лим, потому что, честно говоря, я в замешательстве.. — Чонгук положил устройство на стол и развернул свой стул к стоящему мужчине. — Зачем сотруднику с многообещающим будущим, которому, по его собственному признанию, нравится работать в этой компании, подвергать опасности все, преследуя своего коллегу? Ему очень быстро стало ясно, в чем дело. — Я-я не п-понимаю, — пробормотал Гонву. — О, но я думаю, что ты понимаешь. Мужчина переминается с ноги на ногу. Очевидно, он загнан в угол. — Это был не я. Я ничего не делал! — покачал он головой. — Ты смеешь мне врать?! — Альфа так сильно ударил рукой по столу, что с него упало несколько предметов. Теперь Гонву дрожал. Он хочет уйти отсюда. — Мы отследили электронные письма, которые вы отправляли, выдавая себя за моего помощника, до вашего IP-адреса! На записи камеры видеонаблюдения четко видно ваше лицо, вы запираете дверь в кладовку, и у вас хватает наглости стоять там и лгать мне в лицо?! Вы точно знаете, что вы сделали! — Альфа уже кипел от злости. Гнев волнами исходил от него. Гонву начал паниковать!  Он был уверен, что никто не сможет отследить его. И что за камера? Мона сказала, что это безопасно, никто никогда не узнает? Как он сюда попал? И почему он здесь один? Не окажется ли он в конечном итоге виноватым перед Моной? Ему даже не было дела до Чимина! Он делал все это, чтобы помочь Моне! — Простите!  Я всего лишь сделал то, о чем она просила! Это была ее идея! — Это была чья идея? — Моны! *** Когда Чимин пришел в офис в понедельник, он был полон решимости добиться справедливости. С него хватит. Он хотел поговорить с Чонгуком и все ему рассказать. Когда он пришел в свой офис, альфа уже был там, и он был не один. Там были двое мужчин в черных костюмах с короткими стрижками, которые показывали Чонгуку что-то на планшете. Лицо альфы было мрачным. Чонгук рассказал ему, как он попросил службу безопасности разобраться в этом деле и как они узнали о причастности Гонву. В настоящее время они готовятся подать официальную жалобу на него в полицию. Чимин сидел там несколько минут, обдумывая услышанное. Он был в ярости! — Дело было не только в нем, — он стиснул зубы. — Что ты имеешь в виду? — Я точно знаю, кто стоит за всем этим, и могу гарантировать, что это не Лим Гонву. — Можешь ли ты хоть раз мне довериться? — Конечно! — Тогда следуй моему примеру *** Чонгук позвал Мону к себе в кабинет. Омега появилась только через минуту с улыбкой на лице, как будто у нее было тайное свидание со своим возлюбленным.  Улыбка быстро исчезла, когда она заметила внутри Гонву и Чимина. От нее исходил неприятный запах, и она даже не пыталась это скрыть. — Скажи ему, Мона! Скажи ему, что это была твоя идея! — практически закричал Гонву. Чимин увидел по лицу женщины, что в тот момент у нее все перевернулось с ног на голову. Она быстро надела маску невинности. — О чем ты говоришь, Гонву? Что здесь происходит, Джей Кей? — изобразила она непонимание. Кулаки Чимина сжались. Он никогда раньше не испытывал такой ярости. — Я говорю о том, как ты преследовала Чимина! Как ты хотела, чтобы его уволили! Чимин знал, что это произойдет. Им не пришлось бы и пальцем шевелить. Эти двое разоблачили бы друг друга, чтобы спасти себя.  — Это возмутительные обвинения! Как ты смеешь? — усмехнулась Мона. — Так ты хочешь сказать, что не осыпала меня оскорблениями каждый раз, когда мы пересекались? Я все это выдумал? — сказал Чимин со стоическим выражением лица. — А как насчет тех случаев, когда ты крала мои файлы, чтобы у меня были неприятности? Или когда ты распространяла обо мне в офисе неприятные слухи о том, какой я шлюха. Чимин слышит, как Чонгук издает рычание. — Это все ложь, Джей Кей! Этот омега лжет! — Мона обращалась только к Чонгуку, как будто Чимин не имел значения. — Но это правда! Ты это сделала! Ты сделала все это, и я этому свидетель! — в отчаянии воскликнул Гонву. — Заткнись! Ты, кусок дерьма! — теперь невозмутимый вид Моны дал трещину. — Они все лгут, Джей Кей! Как ты можешь позволять им так поступать со мной?! — Чимин чуть не рассмеялся над тем, как эта женщина выставила себя жертвой. Чонгук встал со своего места и медленно направился к Моне.  Теперь женщина-омега казалась безумной! Ее глаза были дикими. Она в отчаянии протягивала руки, чтобы обнять альфу. Чонгук позволил ей. — Скажи мне правду, Мона, — сказал Чонгук слащавым тоном. Женщина, казалось, была в трансе. Богиня! Чимин знает, что это он попросил Чонгука подыграть его плану, но он ненавидит, когда омега прикасается к нему.  — Я сделала это только ради нас. Разве ты не видишь? — Ради нас? — Да! Я знаю, что ты смотришь только на меня! Ты хочешь меня! Но эта шлюха омега отчаянно пытался соблазнить тебя! Я должна была спасти тебя! Рычание, которое издает Чонгук, настолько угрожающее, что Чимин невольно всхлипывает. Альфа вцепился Моне в челюсть мертвой хваткой. — Не смей так о нем говорить! Он в тысячу раз лучше омеги, чем ты когда-либо будешь. Ты даже не заслуживаешь дышать с ним одним воздухом!  — он с силой отпустил ее челюсть, заставив омегу рухнуть на пол. Женщина качает головой, как будто все еще не верит словам, которые произнес сам Чонгук. Чонгук вызвал охрану. — Уберите этих двоих с глаз моих долой! И убедитесь, что ноги их больше никогда не будет в этом здании! — скомандовал он. Мужчины вынесли двух преступников.  Чимин немедленно подошел к Чонгуку, пытаясь успокоить альфу. Он выглядел на грани ярости. Альфа часто дышал, его ноздри раздувались, лицо покраснело от гнева, на лбу отчетливо виднелась пульсирующая вена. Чимин осторожно положил руку на сжатый кулак альфы. Чонгук даже не заметил этого. Честно говоря, Чимин был напуган. Вся поза Чонгука вызвала в его сознании тревожный сигнал, умоляющий его уйти. Но Чимин не двинулся с места. Каким-то образом он знал, что Чонгук не причинит ему вреда. Глаза альфы были красными. Когда Чимин подошел и встал прямо перед его лицом, он, наконец, заметил его присутствие, но все еще выглядел растерянным из-за своего гнева. В его глазах все еще была та напряженность, от которой у Чимина внутри все трепетало. Он смотрел на Чимина, но на самом деле не видел его. Омега собрался с духом и поднял дрожащую руку, чтобы обхватить лицо Чонгука. Когда альфа не отверг его прикосновения, он приподнялся на цыпочки и нежно поцеловал пахучую железу Чонгука. Эффект был мгновенным: две сильные руки обхватили его бедра и притянули ближе. Чимин стал немного смелее и зарылся лицом в шею Чонгука, вдыхая запах альфы, пока не почувствовал, как напряжение в его теле спадает.  Когда он снова посмотрел альфе в глаза, они снова приобрели свой естественный обсидиановый оттенок. Однако теперь напряженность в его глазах была совсем другой, от которой у Чимина подкашивались колени. — С тобой все в порядке? — спросил он, хотя с трудом выговаривал слова. — А с тобой? — Чимин отвел глаза. — Почему ты не сказал мне что происходит, Чимин? — спросил Чонгук нежным тоном. Чимин немного помолчал, прежде чем ответить. — Потому что сначала мне все это казалось очень мелочным. Я надеялся, что в конце концов они устанут издеваться надо мной. Но когда она не остановилась, я решил разобраться со всем сам. Я собирался предупредить ее после конференции. Я и представить себе не мог, что она зайдет так далеко. Альфа обхватил его лицо обеими руками и нежно поцеловал в лоб, задержавшись на нем дольше, чем было необходимо. — Обещай, что скажешь мне, если что-то подобное когда-нибудь повторится. —  тон Чонгука был серьезным. — Я обещаю. *** — Вот ваш кофе, мистер Чон. — Ты и дальше собираешься меня так называть? — Да. — Но почему? — Что значит почему? Как еще я могу называть своего босса? — Я просто твой босс? — Пока мы в офисе... да. — Меня так и подмывает уволить тебя с этой работы прямо сейчас. — Ты бы не посмел! — Давай я быстренько позвоню в отдел кадров. — Чон Чонгук! Положи трубку! *** — Я подумал… Поскольку я теперь могу прекрасно контролировать свой запах, мне, наверное, стоит перенести мой стол обратно. — Ни в коем случае! — Но... — Ты никуда не уйдешь. *** Прошло несколько недель с тех пор, как Сокджин был в этом офисе в последний раз. Все выглядит по-прежнему, и он немного удивлен, увидев, что Чимин все еще работает в офисе Чонгука. В Чонгуке тоже что-то изменилось, но он не может понять, что именно. — Как тебе новая работа? — спросил Чонгук, сидя на диване напротив. — Тебе нужен честный ответ или тот, который сделает тебя счастливым? — Тот, который, конечно, сделает счастливым меня, — невозмутимо ответил он. — Тогда я несчастен на своем новом посту. Я очень скучаю по тебе и хотел бы по-прежнему работать на тебя. — сказал Сокджин драматичным тоном. — Счастлив? — Очень. Они обмениваются легкой улыбкой. Сокджин очень скучает по этим ссорам. В этот момент входит Чимин с подносом, уставленным напитками и закусками, и ставит его на стол. — Как дела, Джин? — омега сияет, как всегда. Его улыбка вызывает еще одну улыбку на лице Джина. — Конечно, без тебя мне плохо, — пошутил он. Чимин просто согнулся пополам от смеха. Ему пришлось схватить Омегу за руку, чтобы тот не упал. — Я так по тебе скучал, — сказал Чимин. От Сокджина не ускользнуло, что теперь Чонгук выглядел немного раздраженным. Он все еще доставляет омеге неприятности? — Иди сюда, сядь и расскажи мне все, что я пропустил. — Джин похлопал по месту рядом с собой на диване. Беседа протекала легко. Чимин рассказал ему обо всем, что произошло с Моной. Сокджин слышал о слухах в компании, но не был уверен, что именно произошло. Двое сотрудников были уволены. Чонгук хотел подать на них в суд, но, очевидно, Чимин попросил его не делать этого. Вместо этого Чонгук позаботился о том, чтобы эти двое были занесены в черный список, и будет чудом, если они когда-нибудь снова найдут работу в этой отрасли. — Мне жаль, что тебе пришлось пройти через все это, Чимин, — Джин положил свою руку на руку Чимина и сжал ее. Раздался стук. Сокджин обернулся и увидел, что Чонгук пытается убрать грязь с опрокинутой чашки.  Чимин быстро подошел к альфе, чтобы помочь. — Оставь это! Я сделаю сам, — сказал омега, хватая Чонгука за руки и отталкивая их. Сокджин чуть не задохнулся, ожидая вспышки гнева от Чонгука. Потому что альфе не нравилось, когда к нему прикасались. Но вместо того, чтобы взорваться, альфа заговорил таким нежным тоном, что Сокджин подумал, что у него галлюцинации. — Нет, это горячо! Ты сделаешь себе больно. Позволь мне сделать это. — Что происходит? — подумал Джин, но тут двое резко повернули головы в его сторону, так что, возможно, он думал вслух. Они быстро разошлись, как будто их застукали за чем-то неправильным. — Эм... Я схожу за полотенцем, — сказал Чимин, почесывая шею, и вышел из комнаты. — Ты ведешь себя странно, — неуверенно произнес Джин. — Почему? — Ты не... злишься Чонгук, казалось, некоторое время обдумывал слова Джина, прежде чем ответить. — Да... да, я думаю, что нет, — его голос звучал удовлетворенно. В этот момент вернулся Чимин и навел порядок. *** Сокджин стоял перед лифтом, когда понял, что забыл свой телефон. Слава богу, он вспомнил об этом перед тем, как покинуть здание. Он быстро направился обратно в офис Чонгука. Он собирался постучать, но дверь была уже наполовину открыта, так как он только что вышел, поэтому он просто толкнул ее сильнее. Сцена, представшая перед ним, была чем-то, что Ким Сокджин не мог себе представить даже в своих самых смелых мечтах. Чон, блядь, Чонгук обнимал Чимина со спины, пока омега занимался оформлением каких-то документов, как будто это было обычным делом. — Почему ты сел рядом с ним, а не со мной?— заскулил альфа. Чонгук... дуется? — Ты серьезно жалуешься на то, что я не сижу рядом с тобой? — Нет... может быть. Ты не обращал на меня внимания! — Клянусь, ты самый большой ребенок в мире… — Черт возьми! — слова Джина оборвали Чимина на полуслове. Все трое на мгновение застыли на месте, сцена была почти комичной. Чимин смущенно отталкивает тело Чонгука. Альфа выглядит оскорбленным таким поступком. — Никогда в жизни... — Сокджин вздрогнул, все еще пребывая в шоке. — Подожди, дай мне сначала присесть. Это слишком тяжело для моего хрупкого сердца, — он снова сел на диван. — Никогда в жизни... — попытался он снова. — Я и представить себе не мог, что увижу, как Чон Чонгук ноет. Вы двое, — указал он на парочку указательным пальцем, — Вы мне все расскажете. Прямо сейчас! Пара поспешно уселась на диван, как дети, получившие выговор за то, что их поймали на краже конфет.