Такие люди, как я, ломают красивые вещи

— Вечеринка? — Да, вечеринка в честь нашей помолвки. Чимин теребит браслет, который он носит, нервно покусывая нижнюю губу. — Это была идея бабушки. Прости, если это слишком рано. Я могу поговорить с ней. Чимин отвечает не сразу, он все еще погружен в свои мысли. Неприятные воспоминания о его последней вечеринке по случаю помолвки нахлынули на него. Должно быть, его запах выдал внезапную смену настроения, потому что Чонгук обнял его за плечи.  — Малыш, с тобой все в порядке? — встревоженные глаза Чонгука что-то ищут на лице омеги. — Я... не мог бы ты извинить меня, пожалуйста, я отойду на минутку... — с этими словами Чимин выбегает из офиса, игнорируя звонки Чонгука. Ему просто нужно привести в порядок свои мысли. Прямо сейчас ему нужно побыть одному. Чимин запирается в кабинке туалета и пытается выровнять дыхание. Он недоволен собой. Он должен быть счастлив, что состоится празднование его помолвки. Вместо этого он позволяет прошлой травме помешать ему обрести счастье. Он отчаянно желает стереть воспоминания, хочет, чтобы его мозг перестал ассоциировать те события прошлого с чем-то, что теперь является настоящим праздником любви. Он немного приходит в себя, когда перед его глазами мелькает обеспокоенное лицо Чонгука. Что-то сжимает его сердце. Чувство, которое не совсем принадлежит ему. Он не должен был вот так уходить. Его омега призывает его вернуться.  Когда Чимин возвращается в их личный кабинет, альфа стоит у стеклянной стены. Он выглядит погруженным в свои мысли, любуясь видом за окном. Возможно, именно поэтому он не замечает его присутствия. Омега кладет руку на плечо своего альфы.  — Прости, что вот так ушел. Чонгук не выглядит расстроенным, просто рад его видеть. Чимин снова осознает, какой терпеливый и заботливый Чонгук. — Тебе лучше? — Альфа заключает его в объятия. Чимин закрывает глаза, вдыхая успокаивающий аромат сандалового дерева. — Ты не хочешь рассказать мне, что произошло? Чимин обдумывает свой ответ. Хочет ли он рассказать Чонгуку, почему он расстроился? Он пока не готов рассказать ему все. Это не из-за недостатка доверия, он просто не уверен, как говорить о чем-то подобном.  Но он должен как-то объяснить свою реакцию. За время, проведенное с альфой, Чимин понял, насколько уязвим другой, когда дело доходит до их отношений. Чонгук быстро впадает в панику, когда у них возникает даже небольшая ссора. Его нужно убедить в том, что Чимин расстроен не из-за него, и не означает, что он хочет расстаться. Такое поведение может легко вывести из себя. И Чимин понимает, что это происходит из-за его глубоко укоренившегося страха быть покинутым.  Вот почему он не позволит Чонгуку подумать, что он не хочет этой вечеринки или что он передумал. — Ты помнишь, как мы впервые встретились? — начинает Чимин, оторвавшись от груди альфы, чтобы посмотреть ему в глаза. — Как будто это было вчера, — Чонгук одаривает его улыбкой, на которую Чимин не может не улыбнуться в ответ. — Значит, ты тоже помнишь, что я должен был жениться на следующий день после того, как ты посетил наше поместье? — слово "наше" оставило горький привкус у него во рту. Этот дом никогда не был его домом. Выражение лица Чонгука меняется вместе с его запахом. Он не скрывает горечи ни в том, ни в другом. Из-за комка в горле ему трудно произносить слова, но Чимин все равно выдавливает их из себя. — Я не могу рассказать тебе всего прямо сейчас, но... после того дня все пошло не так, как надо. И... и разговоры о вечеринке по случаю помолвки вызвали у меня неприятные воспоминания. Вот почему я так себя вел… Прости меня. Чимин опустил взгляд на свои ноги, не в силах встретиться взглядом с Чонгуком. Он сейчас испытывает слишком много эмоций. Он молится, чтобы Чонгук не задавал ему вопросов, потому что, честно говоря, он не думает, что сможет справиться с этим в данный момент. Будучи понимающим человеком, Чонгук больше ни о чем не спрашивает. Он просто целует его в лоб и приподнимает пальцем за подбородок. — Мне так жаль, малыш. Я скажу бабушке, чтобы она отменила вечеринку. — в глазах Чонгука столько эмоций, что Чимину кажется, что он каким-то образом понимает его боль.  — Нет! Пожалуйста, не надо. Я не хочу, чтобы это отменялось. Я просто… У меня был момент. Я не позволю прошлому разрушить мое настоящее. — решительно заявил он. — Ты уверен? — Да. *** Неделя, предшествующая вечеринке, полна хаоса. Бабушка Чонгука изо всех сил старается организовать это мероприятие и назначает встречи Чимину и Чонгуку в разных местах. Когда Чимин не работает в офисе, он либо находится в каком-нибудь дизайнерском магазине, где ему примеряют одежду, либо выбирают украшения или обувь, либо проходят спа-процедуры. Он жалуется на то, что у него такой плотный график, но в то же время отчасти ему это нравится. Ему понравилась примерка, во время которой он потратил значительное количество времени на примерку одежды, в то время как Чонгук сидел рядом и честно высказывал свое мнение о каждой модели. Затем роли поменялись, и Чимин получил место в первом ряду на показе мод Чон Чонгука. Ему также понравилось посещение парой спа-салона, где они бок о бок проходили сеансы массажа. Чон Джиын присоединилась к Чимину на одном из его индивидуальных сеансов, и они весело провели время. С каждым мгновением, проведенным с женщиной, он становится все нежнее. Тэхен тоже был очень взволнован, готовясь к вечеринке по-своему. — Я собираюсь принести эту камеру, Мими! — объявляет он, влетая в гостиную с камерой в руке. Тэ объяснил ему, как он использует разные камеры для разных видов съемок, без конца рассказывая о объективах, настройках и прочем. Честно говоря, большая часть этого не укладывалась у него в голове, но суть он уловил. Тот, что сейчас у него в руках, Чимин видел только в личных целях. Он улыбается. — Ты просто смотри, я собираюсь сделать самые лучшие твои снимки. — А как насчет других? — Они не имеют значения, — альфа просто пожал плечами. — Тэ! — Чимин, смеясь, швыряет в него подушкой. *** Сначала Чимин чувствует невыносимую жару. В комнате слишком жарко.  Он забыл включить кондиционер? Он слышит чей-то разговор.… — Тебе нравится эта шлюха? — Детка, пожалуйста! Я забочусь только о тебе. Ты знаешь, это. Эти голоса… Этого не может быть… Он резко открывает глаза, пытаясь найти источник этих голосов. Он немедленно жалеет об этом, когда его взгляд падает на знакомую пару, тесно прижавшуюся друг к другу посреди комнаты.  Когда он пытается пошевелиться, то понимает, что его руки и ноги прикованы к кровати. Он начинает бороться с кандалами, чтобы освободиться… Жара усиливается. Его кожа краснеет. Он не должен был здесь находиться. Он выбрался. Он был в безопасности. Пара внезапно прекращают целоваться и смотрят на него. От такого внимания сердце Чимина почти перестает биться. Их глаза пусты... в них нет ничего, кроме темноты.  Чимин пытается закричать, но из его горла не выходит ни звука. Мужчина и женщина подходят к изножью кровати, прежде чем начать смеяться над ним, как маньяки... указывая пальцами на его сопротивляющееся тело, как будто это самое смешное, что они видели. Чимин сопротивляется еще сильнее. Он должен уйти! Внезапно кровать оказывается в огне... языки пламени начинают лизать его тело, и он издает тихие крики… — Чимин! Проснись! Омега вздрагивает от сильного толчка. Его сердце бешено колотится в груди, угрожая пробить ребра. Кровать под ним кажется невыносимо горячей. Его одежда, пропитанная потом, неприятно липнет к телу.  Он лихорадочно оглядывается в поисках огня. Но все, что он видит, - это человека.  Его мозг все еще пытается отделить сон от реальности, когда мужчина тянется к нему. Он в страхе отползает в сторону. — Чимин... — мужчина немедленно отодвигается от него, чтобы дать ему пространство. Теплый аромат сандалового дерева окутывает его за считанные секунды. Его неровное сердцебиение постепенно успокаивается. — Ты в порядке. Ты в безопасности. —  продолжает повторять мужчина, как мантру. Нет. Чонгук. Это говорит Чонгук. Чимин наконец приходит в себя. Он издает прерывистый вздох, который звучит почти как всхлип.  — Прости меня... Мне так жаль...    — Нет, не извиняйся, — Чонгук сохраняет свой мягкий тон. — Можно мне прикоснуться к тебе? — сторожно спрашивает он. У Чимина нет сил говорить, поэтому он просто кивает. В следующую секунду он оказывается в теплых объятиях альфы, который сажает его к себе на колени. Пот, стекающий с его тела, заставляет его немного дрожать. И он наслаждается этим теплом. Он чувствует себя отвратительно, и, вероятно, от него тоже воняет, учитывая, как сильно он вспотел. Но Чонгук, кажется, ничего не имеет против этого, когда кладет подбородок ему на голову.  Чимин не может удержаться и утыкается носом в шею альфы, ища утешения. Чонгук просто прижимает его к себе и медленно покачивает. — Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной о чем угодно, правда? — тишину в комнате нарушает голос Чонгука. — Ничего страшного... просто приснился кошмар. — он пытается отмахнуться от этого, как от чего-то несерьезного. — Ты кричал и плакал во сне, малыш. Это не ерунда. — в голосе Чонгука звучит боль. Чимин знает. Он чувствует, как на его лице застыли дорожки от высохших слез. Еще и потому, что это не в первый раз. — Не думаю, что я готов говорить об этом, Чонгук, — его голос такой тихий, что Чонгук, вероятно, пропустил бы это мимо ушей, если бы не их близость. — Я хочу, чтобы ты знал, что я буду здесь, чтобы выслушать тебя, когда ты будешь готов.  Чимин просто кивает головой и зарывается лицом в грудь Чонгука. Он позволяет аромату своего альфы убаюкать его. *** — Ух ты... Какой потрясающий вид!  — у Чимина отвисла челюсть. Чонгук настоял, чтобы они поужинали после работы, и вот они здесь, в шикарном ресторане на высоте двадцати этажей. С этой точки обзора им виден практически весь Сеул. Ночной пейзаж напоминает Чимину небо, полное звезд. Возможно, это неестественно и не так красиво, как в реальности, но у него все равно захватывает дух. Когда он снова смотрит на альфу, сидящего напротив, тот уже смотрит на него с нежностью и красивой улыбкой. Мягкое освещение ресторана придает Чонгуку неземной вид. Если бы Чимин был способен, он бы написал стихи о том, как прекрасно выглядит этот мужчина прямо сейчас. Он чувствует теплую легкость в груди, которая ассоциируется у него с альфой. Его сердце наполняется любовью. Он мечтательно вздыхает. — Что? — спрашивает Чонгук. — Ничего... просто... ты красивый. — честность - лучшая политика. Кроме того, Чимин считает, что Чонгук заслуживает того, чтобы его хвалили каждый день. Слабый свет не может скрыть румянец, который заливает щеки и уши альфы. Он быстро делает глоток воды, не зная, как реагировать, в то время как Чимин просто наслаждается, наблюдая за своим взволнованным парнем. Они увлечены разговором, наслаждаясь едой, когда на их столик падает тень. — Давно не виделись, Чонгук. От Чимина не ускользает, как напрягается все тело Чонгука. Он видит, как тот сжимает челюсти и кулаки. Женщина, стоящая перед ними, несомненно, привлекательна, у нее высокая фигура с пышными формами, резкими чертами лица и длинными темными волосами. Она смотрит исключительно на Чонгука, как будто Чимина здесь нет. Это раздражает Чимина, но сейчас он больше беспокоится о своем парне, чем о чем-либо другом. Чонгуку явно не по себе. Он в достаточной степени контролирует свой запах, но Чимину это не нужно, чтобы понять его настроение. — Чего ты хочешь? — тон Чонгука резкий. Он даже не смотрит на женщину. — О, не будь таким. Я как раз шла к своему столику и увидела тебя. Решила поздороваться. Он не отвечает. Но, судя по тому, как Чонгук сжимает вилку, Чимин боится, что он поранится. Чимин решает вмешаться. — И кем бы ты могла быть? — Чимин старается говорить как можно вежливее. В конце концов, ему не нравится быть грубым. — Я должна задать тебе тот же вопрос. Кто ты? — женщина говорит это снисходительным тоном, который Чимину не нравится, оглядывая ее с головы до ног.  Прежде чем он успевает возразить, Чонгук перебивает его.  — Кто он такой, не твое дело. Уходи. — без сомнения, последняя часть больше похожа на приказ, чем на просьбу. — А я-то думала, мы могли бы быть вежливыми. Ты совсем не изменился, — усмехается женщина. Услышав комментарий, Чонгук резко поворачивает голову в ее сторону, и если бы взглядом можно было убивать, Чимин уверен, что женщина упала бы замертво прямо здесь. — Слава богу, не все из нас могут менять свой цвет по своему усмотрению, — с ядом выплевывает альфа, — В отличие от тебя. Кажется, это возымело действие. Омега, покраснев, бросилась прочь. Чимин некоторое время смотрел на удаляющуюся фигуру, и ее хвостик подпрыгивал, прежде чем переключить свое внимание на Чонгука. Который все еще кипел от злости. Чимин нежно накрывает ладонью его сжатый кулак. — Все в порядке, малыш. Она ушла. — он успокаивающе проводит рукой по костяшкам пальцев Чонгука. Напряжение, наконец, спадает с тела Чонгука, когда Чимин берет его сжатый кулак и начинает покрывать его поцелуями. — Это щекотно! — при виде этой заячьей улыбки Чимин чувствует себя самым счастливым человеком на земле. В груди у него разливается тепло. — Кто это был? — он находит в себе смелость спросить об этом после того, как они доедают десерт. Выражение лица Чонгука становится мрачным, и Чимин жалеет, что задал этот вопрос. Однако альфа не уклоняется от ответа. — Чан Суджин, моя бывшая, — у Чимина были подозрения, но он хотел быть уверенным. — Ничего, если я спрошу, чем все закончилось? — Чонгук молчит так долго, что Чимин думает, что он перешел черту. — Ты не обязан мне говорить. Прости, что я допытываю. — Дело не в этом. Ты имеешь право знать. Ты моя пара, — от этого заявления Чимину становится одновременно хорошо и ужасно. От того, что его признали парой, у него кружится голова, но тот факт, что он не рассказал Чонгуку о некоторых важнейших событиях в своей жизни, заставляет его чувствовать себя виноватым. Он заслуживает такой же вежливости, какую проявляет к Чимину. — Она изменила мне. — Чонгук говорит ему это так прямо, что Чимин не может ничего сделать, кроме как моргнуть в шоке. — Мне так жаль, Чонгук, — он хватает его за руку в утешающем жесте. — Прошло много времени... — альфа смотрит на их соединенные руки. — Какое-то время я был в замешательстве из-за этого. Но я пошел дальше. С тех пор я ее почти не видел. Я слышал, что она переехала в Штаты. Я не знаю, почему она здесь. — Жаль, что я не знал раньше. Я бы ее отделал. Чонгук сгибается от смеха, услышав это.   *** Чимин моет руки в туалете, когда из одной из кабинок, слегка спотыкаясь, выходит та самая женщина, Чан Суджин. Она явно пьяна. — Ааа… посмотри, кто у нас здесь, — растягивает она слова, заметив Чимина. — Ты, должно быть, изюминка месяца. Чимин едва не смеется над ее неудачной попыткой оскорбить его. Может, он и молод, но достаточно повидал жизнь, чтобы видеть таких людей, как она, насквозь. Он игнорирует ее и идет за салфетками, чтобы вытереться. Кажется, это сильно бесит другую омегу. — Не обманывай себя, думая, что ты особенный. Чонгук не способен любить. Он просто трахнет тебя и бросит, как тех, кто был до тебя. Чимина нелегко вывести из себя. Но то, как эта женщина неуважительно относится к Чонгуку, заставляет кровь Чимина закипать. Эта женщина, похоже, тоже следит за Чонгуком. — Ты, кажется, ужасно заинтересована в том, кого ты добровольно бросила, — его спокойное поведение резко контрастирует с ядом в его тоне. — Это ты изменила ему, не так ли, мисс Чан? Суджин отшатывается, когда Чимин медленно, как хищник, приближается к ней. — Такие люди, как ты, которые так мало заботятся о чужой боли, всегда называют других бессердечными. Удивительно, какими бесстыдными могут быть некоторые люди. — Ты ничего не знаешь… Чон Чонгук не заботится ни о ком, кроме себя. Он не способен никого впустить в свою жизнь… Я сделала все, что могла… — выпаливает Суджин. — Это то, что ты говоришь себе, чтобы лучше спать по ночам? Не смей обвинять Чонгука в своих грехах. — он придвигается еще ближе, почти дыша Суджин в лицо. — Послушай меня внимательно, потому что я скажу это только один раз. Если ты еще хоть раз приблизишься к Чонгуку, я вырву тебе глотку, — глаза Чимина угрожающе сверкают золотистым цветом. Он никогда не думал, что когда-нибудь будет кому-то угрожать, но вот он здесь, и он не блефует. Женщина, должно быть, тоже почувствовала это, потому что в испуге выбежала из туалета. Его омега все еще взволнован, когда встречает Чонгука на улице, инстинкт защитника взвинчен. Может быть, именно поэтому он хватает Чонгука за талию и страстно целует его, не обращая внимания на обстановку. И позже той ночью, если Чонгук и замечает его излишне собственническое поведение в постели, он никак это не комментирует. *** Вечеринка, как и ожидалось, получилась грандиозной. Несмотря на то, что по просьбе Чонгука список гостей был ограничен, на организацию не пожалели средств. Чон Джиын очень рада этому. — Ты выглядишь великолепно, Мими! — у Тэхена отвисла челюсть, когда он вошел в комнату. Визажист наносит несколько завершающих штрихов кисточкой. — Ты так думаешь? — Чимин смотрит на себя в зеркало и не отводит взгляда. Белоснежный костюм подчеркивает оттенок его кожи лучше, чем он ожидал. Его ожерелье в виде луны красиво смотрится под кружевным воротничком рубашки с оборками. Возможно, сам он этого не видит, но он знает, что круглый вырез на спине его рубашки позволяет полностью разглядеть татуировку. На обеих руках у него браслеты и кольца от Тиффани из розового золота. Его серебристые волосы тщательно уложены, открывая лоб. Визажист взял на себя смелость разместить два кристалла прямо под его нижними веками. Он действительно ценит свою внешность.  — Я думаю, Чонгук сойдет с ума, когда увидит тебя, — комментирует его лучший друг с дерзкой ухмылкой.  Слава богу, макияж скрывает его румянец.  — Ах... спасибо. *** — Как ты думаешь, он дышит? — Я так не думаю. Я не вижу, чтобы хоть один мускул двигался. — Он скоро потеряет сознание с такой скоростью. — Чонгук! Соберись, парень! Сокджин трясет Чонгука за плечо, в то время как Юнги и Намджун пытаются подавить смех. Это тот самый альфа, которого они когда-либо видели, и тот факт, что это Чон Чонгук, делает это в десять раз смешнее. Он застыл на месте с тех пор, как Чимин вошел в таком виде. Чонгуку кажется, что он увидел ангела. Нет другого подходящего слова, чтобы описать красоту Чимина. Чимину тоже не намного лучше. Его взгляд остановился на альфе, стоявшем в другом конце комнаты. В тот момент, когда он увидел этого мужчину, ему показалось, что все вокруг замедлилось. Казалось, что в переполненной комнате были только он и Чонгук. Кристаллы на темно-синем костюме Чонгука сверкали почти так же красиво, как звезды в его глазах. Его одежда была сшита так хорошо, что придавала ему идеальный силуэт. Его длинные темные волосы были завиты и идеально уложены вокруг лица. Две серебряные серьги-кольца придают ему моложавый вид, который сильно отличается от его имиджа генерального директора. Чимин знает, что никто на земле не идеален. Но Чонгук, по его мнению, максимально близок к этому. — Ты выглядишь великолепно, малыш, — шепчет Чонгук ему на ухо, целуя тыльную сторону ладони. — Мой ангел. Чимин растаял бы в луже, если бы не публичное место. — И это говорит самый красивый и совершенный альфа на свете! — говорит Чимин, надувшись. Смех, который вырывается у Чонгука, делает его еще красивее.  — Ну, я не силен в словах. Кроме того, я не думаю, что найдется достаточно слов, чтобы описать тебя.  — О, боже мой! У меня начинает развиваться диабет, когда я смотрю на эти две фальшивые шутки Сокджина. — Мы являемся свидетелями 8-го чуда света. Не разрушай это, — Юнги присоединяется к ним с Тэхеном. — Да. Чон Чонгука, краснеющего, не было на моих карточках для игры в бинго на 2020 год, — добавляет Намджун. — О, прекрати хандрить, Чонгук, мы уже все видели, — продолжает подкалывать Сокджин, когда Чонгук пытается напустить на себя невозмутимо-серьезный вид, чтобы скрыть смущение. — Хен! — Чонгук притворяется раздраженным, но все видят его насквозь. Чимин просто хихикает и обнимает Чонгука за плечи. Вечеринка становится оживленнее по мере того, как прибывает все больше гостей, бабушка Чонгука радостно приветствует всех. — Эй! Болван! — паздается громкий голос позади них. Чонгук поспешно оборачивается, широко раскрыв глаза, и сталкивается лицом к лицу со своей сестрой. — Нуна! Что ты здесь делаешь? — недоверчиво спрашивает он. — Что ты имеешь в виду, что я здесь делаю? Мой младший брат наконец-то женится! Я не могу это пропустить! — она игриво хлопает Чонгука по руке. — Когда ты сюда приехала? — Я прилетела сегодня утром. Это лучшее, что я смогла сделать за столь короткое время.А теперь хватит о тебе! Позволь мне познакомиться с моим будущим шурином. — Чон Соми обошла своего брата и заключила Чимина в объятия. Не имеет значения, что она встречается с Чимином впервые. Просто она такой человек. И тот факт, что Чимин скоро станет частью ее семьи, делает еще более важным, чтобы она хорошо его приняла. — Так приятно познакомиться с тобой, Чимин! Бабушка прислала мне так много фотографий, но вживую ты еще красивее. Чимин чувствует теплоту в ее приветствиях. Он чувствует странную застенчивость. Кажется, все в семье Чон хорошие люди. На краткий миг он задается вопросом, какими были родители Чонгука, понравился бы он им. — Я тоже очень рад наконец-то познакомиться с тобой. Я много слышал о тебе, — Чимин улыбается ей в ответ. — Я отказываюсь верить, что этот болван говорит обо мне что-то хорошее! — бросает она выразительный взгляд на своего брата. — Может, перестанешь меня так называть? Боже, ты все еще такая надоедливая. — фыркает Чонгук. — Я слышал, ты в некотором роде семейный гений, — говорит ей Чимин, прежде чем брат с сестрой успевают начать препираться еще больше. — Ты не ослышался! Я - мозг этой семьи, — сказала она, обмахивая лицо рукой. — Пора, ребята. Давайте обменяемся кольцами. — Чон Джиын прерывает их разговор, чтобы не отстать от графика. — Уже? Но, бабушка, я даже не успела представить им Сынмина! — Сынмина? — спрашивает Чонгук. — Да... он мой парень. Он здесь, со мной. Он пошел за выпивкой для нас, — немного смущенно сообщает Соми. — Парень, да? — у Чонгука озорной блеск в глазах, как будто он вот-вот начнет дразнить сестру. — Чонгук, не сейчас. — его бабушка ругает его, прежде чем он успеет это сделать. — Давай сначала проведем церемонию обручения, а потом ты сможешь представить его. Как тебе? — успокаивает она свою внучку. Чимин и Чонгук стоят на сцене в окружении семьи и друзей, в то время как все гости обращают свое внимание на них. — Почему ты так долго?! — Чимин слышит, как Соми кого-то ругает. Она стоит у него за спиной, и он догадывается, что ее парень, должно быть, вернулся. — Знаешь что, не отвечай. Давай сначала насладимся этим. Сцена расположена в цветущем саду, украшенном гирляндами, свечами и фонариками, а струнный квартет играет прекрасные мелодии на заднем плане. Декорации кажутся чем-то прямо из сказки. Пара надевает кольца на пальцы друг друга в знак помолвки. Чонгук нежно целует Чимина в висок, пока вокруг них в случайной последовательности мелькают вспышки камер. Все вокруг них разражаются радостными возгласами и хлопками.  Чимин просто обнимает своего альфу, чувствуя головокружение от радости и возбуждения. Джиын обхватывает их лица ладонями, когда поздравляет их со слезами на глазах. Их друзья делают то же самое один за другим. — Моя очередь, моя очередь! — откуда-то сбоку доносится голос Соми. — Поздравляю вас двоих. Я так рада за вас. — она целует Чимина в щеку и похлопывает брата по спине. — А теперь познакомься с моим парнем. Хан Сынмин. Малыш, это мой брат-идиот и его прекрасный жених. Чимин, наконец, замечает мужчину. И, судя по всему, этот человек тоже только сейчас заметил его. Должным образом. То, как улыбка сползает с его лица, является достаточным доказательством. У Чимина такое чувство, будто земля уходит из-под ног, и он свободно падает. Падает в бездонную пропасть.  Лицо Ли Сонуна - последнее, что он видит, прежде чем его мир погружается во тьму.