Гость из зоомагазина.

Дорога домой была долгой. Графу пришлось везти нас на своей машине до окраины города, где был небольшой, но густой и темный лесок. Я даже прикорнула на плече у Орочимару, пока мы ехали, что было очень некстати, так как все-таки мне надо было запоминать дорогу. Мы остановились в одном из спальных районов (здесь я уже постаралась быть более внимательной и запомнила название улиц) и оттуда пошли пешком в лес. В лесу мы шли недолго, да и тропинка была всего одна, что несколько меня смутило: я полагала, что дом, который должен был нас скрывать, сам тоже должен быть спрятан за самым запутанным ходом тропинок, в самых дремучих частях леса, за самыми высокими соснами, где ходят лешие, ведьмы, дриады и кто там еще может жить в дремучих борах с потайными избушками. Тем не менее мы довольно легко продвигались по широкой тропе. Живя в городе, мне редко удавалось проникнуться красотой природы. Однако сейчас, когда я шла, окруженная спокойствием леса, я не могла не восхищаться им. Свет проникал сквозь густую крону высокой арки деревьев, отбрасывая причудливые, танцующие тени на траве и мшистых корнях. Воздух был так прохладен и свеж, что пьянил меня. Запах цветов смешивался с легкой ноткой сырой земли, видимо после недавнего дождя, а может недалеко была река, я не знала. Орочимару, я и наш проводник молчали, как будто стараясь не перебивать хруст веточек и листьев под нашими мягкими шагами и шелест листьев, вызываемый еле ощутимым ветерком. Казалось, что нарушить тишину — значит совершить преступление над этим умиротворенным, чересчур спокойном местом. Я еще раз подивилась тому, что дорожка здесь такая широкая и протоптанная, нет, здесь не должны ходить люди, здесь не могло быть ни одной живой души до нас. Тогда почему здесь эта дорога?.. Мой ход мыслей был прерван слишком звонким голосом Графа Ди: — Ну вот мы и на месте! Я подняла взгляд и вправду увидела дом. Нет, это был не просто дом, а целый особняк. Я изумленно уставилась на него. Не хватало только рот открыть, и была бы вылитая картина «Крик». Я обернулась посмотреть на реакцию Орочимару. Он выглядел наигранно ошеломленно, будто он не был удивлен и ожидал увидеть такой огромный готический особняк прямо на опушке леса, но все равно решил подыграть мне и показать свое удивление. Может быть мне показалось? Мои мысли снова прервал Граф Ди: — Теперь, когда вы дома, я могу покинуть вас, — он встал перед нам и положил руки нам на плечи, — я так рад за вас. О, как я хочу, чтобы вы были счастливы! Вы же пригласите меня на свою свадьбу? Неожиданно ответил Орочимару своим сухим, осипшим голосом человека, не говорившего будто много лет: — Да, да, конечно, пригласим. И спасибо тебе, что наконец дал мне шанс на счастливую жизнь. — почти что прошептал Орочимару. После этих слов, не дожидаясь, пока я тоже скажу что-нибудь в благодарность, Граф Ди протиснулся между мной и Орочимару и пошел прочь. Я лишь крикнула ему вслед: — Конечно! Мы пригласим вас! Спасибо! Я стояла, смотря на уходящего Графа. Я не решалась развернуться и войти в дом. Слишком нереальным казалось само существование этого особняка, не говоря уже о купленном мной женихе. Только мои мысли переключились на Орочимару, как он украдкой приблизился ко мне со спины и обвил руки вокруг талии. Я повернулась к нему, и его лицо оказалось намного ближе чем я ожидала. Я охнула от нахлынувших чувств и дыхание мое прервалось. Глаза Орочимару блестели зелено-желтым ядовитым огоньком, на губах была тонкая полуулыбка, которая сводила меня с ума. Я глубоко вдохнула и почувствовала, что от Орочимару пахнет фиалками… Кажется, в одном из снов он говорил, что это его любимые цветы, ведь он любит все фиолетовое… Орочимару взял мою ладонь в свои нежные и холодные руки, которые все равно казались теплыми в сравнении со льдом моей кожи. Он мягко сжал мои ладони и притянул еще ближе к себе. В очередной раз я поразилась его красоте, контрасту его белой мраморной прозрачно-болезненной кожи и смоли его длинных густых волос. Несколько коротких прядок падало прямо ему на глаза. Я робко и осторожно протянула руку и несколько неумело, дрожащими от волнения пальцами заправила ему волосы за ухо. Орочимару улыбнулся так по-доброму, что мое сердце растаяло еще больше. — Господи, я так счастлив, что нашел тебя… Моя Мэллори, — выдохнул Орочимару шелестящим шепотом и затем поцеловал меня. Это был первый поцелуй в моей жизни. Его мягкие, но тонкие губы слегка коснулись моих, как бы пробуя, пытаясь понять, отвечу я или нет. И почему-то я так испугалась этого поцелуя, что не смогла пошевелиться. Мне казалось, что я могу потерять сознание даже от такого простого касания. Орочимару отодвинулся и, увидев мое наверняка озадаченное и испуганное лицо, рассмеялся. Как прекрасен его хриплый, острый, но такой теплый и добрый смех! Мой змей затем нагнулся ко мне снова и поцеловал мои губы уже более требовательно и настойчиво. Эта его напористость дала мне сил и я, очнувшись, попробовала поцеловать его в ответ… Отстранившись, Орочимару прошептал: — Твоя любовь принадлежит мне… это прекрасно! — Да, да, я люблю тебя, ох, как же я люблю тебя! — чувственно и несколько нервно воскликнула я, удивившись, тем не менее, напыщенности его фразы. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Слезы счастья. — И я люблю тебя, моя дорогая Мэллори… После нескольких поцелуев, которые получились неумелыми из-за меня, я, задыхаясь, предложила: — Может, наконец-то зайдем в дом и посмотрим на наше уютное гнездышко? — я усмехнулась кривой улыбкой, совсем как он.