День-ночь, Линч

Утро встретило Линча душным жаром и громкими звуками. Пытаясь осознать, что его разбудило, он шумно выдохнул, вылезая из кокона одеяла, в котором умудрился за ночь вспотеть, и попадая в теплый, почти парной, воздух веранды, нагретый за ночь до не особо комфортной температуры. Сообразив наконец, что помимо гудения обогревателя воздух сотрясает настойчивый стук в дверь, журналист поспешил открыть, пока дверь не оказалась выбита. На пороге стоял слегка озадаченный и как обычно хмурый Андрей, при виде которого заспанному, лохматому Линчу малодушно захотелось спрятаться обратно под одеяло. А мужчина неожиданно усмехнулся. — Ну и горазды же вы спать, Егор. Устали вчера все-таки сильно, что аж до десяти спите, — он слегка прищурился, ощущая поток хлынувшего в открытую дверь жаркого воздуха. — И как только не угорели тут, в такой-то парилке. Линч, все еще осоловевший от неожиданно долгого сна, уточнил: — Уже десять? — И для верности потянулся к телефону. На вспыхнувшем экране высветилась половина десятого и такое лихое округление времени могло бы позабавить, но выскочившая череда уведомлений отвлекла журналиста и он, извинившись перед Андреем, попросил пару минут на то, чтобы одеться и просмотреть почту. Несколько сообщений оказались спамом, было письмо от редактора (статью пропустили, ура), и, наконец, Джон написал, что сдал работу и теперь интересовался, куда успел запропаститься Линч. Журналист быстро настрочил другу, что он в очередной поездке и предложил созвониться позже, когда он сориентируется на местности и сможет сказать конкретнее, нужна ли ему помощь писателя, или нет. «Когда ты сообразишь позвать на помощь, будет уже поздно» — мрачно предрек Джон, но Линч лишь усмехнулся, понимая, что тот как всегда в своем репертуаре. Выйдя наконец с веранды, Егор увидел терпеливо поджидающего его Андрея. Хозяин предложил быстро позавтракать и пройтись, наконец, по селу, и журналисту не оставалось ничего другого, кроме как согласиться.

***

Новый день порадовал погодой — тучи разошлись, открывая бездонный купол неба, и солнце начинало ощутимо припекать. От земли поднималось влажное тепло, которое быстро переродилось в кипы облаков. Ермаково не впечатляло размерами, но, по прикидкам Линча, минимум десятков семь домов тут насчитывалось. При таком раскладе, народу все равно было мало, так что почти регулярная пропажа людей была крайне подозрительна и должна была привлечь большое внимание. Однако народ, встретившийся им на нескольких улицах, выглядел поразительно беспечно. На беглый осмотр села ушло около часа времени, после чего Линч решил пройтись самостоятельно, надеясь, что удастся поспрашивать людей, потому что при виде Андрея многие просто пытались уйти побыстрее — Почему они так нас избегают? — Поинтересовался журналист, наводя камеру на мужчину. — Все знают, что сын у меня пропал, — скривился болезненно тот. — Многие жалеют, а кому-то не нравится, что я копать начал. Брови Линча взлетели от такой информации. — Почему? Их не смущает пропажа людей, да еще и в таком количестве? Андрей усмехнулся. — Вы, видимо, не заметили, но это, моно сказать, старообрядческая община. Есть, конечно, люди современных взглядов, однако часть людей просто пытаются следовать традициям, надеясь на авось и небось. Пропал человек — так судьба, значит, такая. Чай, лес, приняв очередную жертву, благосклоннее будет. Журналист слегка ошарашенно посмотрел вокруг, ища явные признаки язычества или еще каких странностей. Но нет, ничего такого — маленький магазинчик под вывеской «Продукты», ряд фонарных столбов, из-за забора одного дома торчит странная конструкция в виде длинной жерди с привязанной веревкой. Где-то в отдалении кричит петух, трактор гудит, да трещит на очередной крыше несуразный пропеллер ветряка. — Ничего такого вы не увидите. Да и никто не увидит, — хмыкнул Андрей. — Это просто отношение к жизни такое. Они и не почешутся, пока их петух в жопу не клюнет. Мужчина раздраженно нахмурился, очевидно, тема ему была неприятна, поэтому Линч предпочел свернуть с нее. — Я тогда пойду, все же пройдусь. Осмотрю сегодня село и окрестности, — парень направил камеру на лес, возвышающийся за крышами. Андрей согласился и тоже пошел по своим делам, коих у него, казалось, было немало. — Итак, друзья, пора обследовать здесь все и, я надеюсь, удастся поговорить с кем-нибудь о происходящем… Однако надежда на хоть какое-то расположение местных быстро растворилась. Сельчане совсем не горели желанием общаться с незнакомым парнем с камерой и старались побыстрей отделаться от него, ссылаясь на неотложные дела, а иногда прибегая к простейшему «но андерстенд». И, поняв бесполезность попыток общения, Линч принял решение начать обследование леса по периметру села. Немалый опыт подсказывал журналисту, что если пропажа людей действительно связана с мистикой, виновник вряд ли озаботился тщательным сокрытием следов, как сделал бы обычный человек. Стоило ступить под сень хвойных крон, душная жара отступила, не сумев проникнуть в еловый сумрак. Егор облегченно вдохнул наполненный запахами земли и смолы воздух, прислушиваясь к таинственной тишине дневного леса. Тропинка будто сама прыгнула под ноги, мягко пружиня прошлогодней хвоей и делая шаги совсем неслышными. Чем дальше отходил от села журналист, тем тише становилось вокруг. Не прошло и пяти минут, как даже гул трактора стих, потерявшись между толстых, затянутых мхом стволов. На Линча вдруг навалилась оглушающая тяжесть, в уши словно ваты напихали, а дыхание сперло, несмотря на свежесть воздуха. Огромные ели подавляли, застилая мохнатыми лапами небо, образовывая над головой маленького человечка непроницаемый купол. — Как видите, я решил обследовать лес вокруг села. Надеюсь, мне удастся найти здесь что-нибудь, что приблизит меня к разгадке этого дела. — Судорожно цепляясь за камеру, Егор огромным волевым усилием заставил себя открыть рот, чтобы начать монолог для подписчиков. Почти в тот же миг устрашающее давление отступило, схлынув подобно волне. Воздух, замерший вокруг густой каплей смолы, наполнился наконец звуками живого леса. Зашумел в кронах ветер, запищали, закопошились везде насекомые. Егор обвел взглядом внезапно подобревший к нему лес и, подняв глаза, вздрогнул от неожиданности. Прямо над его головой, застыв на толстой низкой ветви, сидел большой ворон, вперивший в журналиста бликующий потусторонней зеленью глаз. Под этим пристальным вниманием Егору опять стало не по себе, однако он нашел в себе силы заговорить. — Я не причиню тебе вреда, не бойся. Я пришел сюда только чтобы найти пропавших людей. До тебя и твоих друзей мне дела нет, лети, пожалуйста, своей дорогой. Словно поняв слова журналиста, ворон издал громкое хриплое карканье и, расправив огромные крылья, через пару секунд уже скрылся за кронами деревьев. Однако Линч еще некоторое время слышал его крики над головой. Видимо, птица кружила над человеком, оповещая местных обитателей, что в лес затесался посторонний. — Что ж, — отвлекся наконец на камеру Линч, двигаясь все дальше по тропинке, — давайте я пока расскажу, что мне удалось узнать о пропавших. Переступив через ствол упавшего поперек тропинки дерева, Егор продолжил: — Всего пропало семь человек. Все пропавшие — мужчины, в возрасте от двадцати пяти до пятидесяти. Трое пропали здесь, в Ермаково, двое в деревне южнее, один на какой-то станции перекачки. И еще один исчез в рабочем поселке на юго-западе. Последним пропавшим был сын Андрея, его последний раз видели три дня назад, Андрей говорит, что Антон пошел на пробежку - как всегда бегал до заправки и обратно, то есть километра два. До заправки он в этот раз не дошел, пропав в пространстве этих двух километров. Сейчас я как раз иду туда, чтобы как следует все осмотреть. Посмотрев на плотную тропу под ногами, журналист вздохнул: — Надеюсь, местные не вытоптали там все до основания… Путь по лесу прошел спокойно, хотя Линч уже не раз и не два попадал в переделки именно в лесу, заработав солидную паранойю по отношению к подобному типу местности. Однако, в этот раз, никто не нападал на него со спины, не рычал из-за кустов, и не падал на голову. Лес потихоньку шуршал вокруг, даже надоевший своими воплями ворон видимо устал его доставать и улетел. Егор шел, высказывая на камеру свои размышления и перебирая варианты, кто приложил руку или лапу к исчезновению людей. Незаметно для себя журналист добрел до знакомой заправки, где даже одного человека персонала видно не было, и принялся наворачивать круги вокруг нее, с каждым разом отходя все глубже в лес. Внимательно вглядываясь в пятнистую зелень подлеска, состоящего из редких кустов, низкого брусничника и жидкой травки, пробивающейся кое-где сквозь слой опавших иголок и листьев, Линч пытался понять, что же вообще он должен здесь найти. Все это дело было окутано неизвестностью, потому что никаких следов, разрушений, и каких-то других признаков борьбы никто не видел. Все совершилось в полной тишине, спокойно и без свидетелей. Еще и местные, опять оказавшиеся народом с придурью, не могли даже какую-нибудь легенду рассказать, чтобы журналисту было от чего оттолкнуться в своих изысканиях. Тихо рыкнув от переполняющего беспомощного недовольства, Линч резко замер, глядя на открывшуюся среди мшистых камней крохотную прогалину, где не было вездесущего ковра хвои, зато была жирная, чуть подветрившаяся после вчерашнего дождя, грязь. — А это что, мать твою, такое? — Пробормотал Линч, осторожно приближаясь к прогалине, наставляя камеру на привлекшую его внимание деталь. — Это явно не домашний скот оставил… На грязи, чуть подмытые, но все равно четко различимые, виднелись следы раздвоенных копыт, цепочкой уходящие от заправки в направлении чащи. — Я не слышал от Андрея, чтобы здесь поблизости водились олени, да и скот тут держат в загонах, — Линч обошел подозрительные следы кругом. — Однако даже если так, сомневаюсь, что коза или олень способны ходить на двух ногах! Думаю, стоит пройти по следам дальше. Двинувшись дальше, журналист всматривался в землю, ища новые следы. Иногда приходилось несколько раз обходить одно и то же место, пока взгляд не цеплялся за очередной отпечаток, находящийся в стороне. Кто бы тут не прошел, он нечасто менял направление, поэтому Линч умудрился не потерять след из виду даже тогда, когда грязь уступила место хвойному покрову. Уже приноровившись, он различал едва заметные ямки, сломанные сучки и мятые травинки. — Стоп, — Линч замер. Сознание посетила неприятная догадка. — Если посмотреть повнимательнее, эти следы явно не трехдневной давности. Кто-то прошел здесь совсем недавно, вон и трава еще примятая. Если это так, то все это может оказаться ловушкой! Егор завертел головой, стараясь охватить взглядом как можно больше пространства. Затаив дыхание, он ждал нападения, крика — чего угодно, ведь не просто так его заманили в такую глушь, однако, никто не спешил выскакивать из-за деревьев, скаля зубы или что там у вероятного нападающего может быть. Линч резко выдохнул, даже не думая, однако, расслабляться. И он дождался. — Твою мать! — Подпрыгнул журналист, когда над головой с трескучим хлопаньем крыльев пролетел ворон. Он появился из ниоткуда и скрылся так же молниеносно, напугав Линча чуть ли не до потери пульса. — Чертова птица! Бормоча под нос ругательства в адрес пернатого агрессора, Линч осторожно двинулся в ту сторону, куда улетел ворон, но не успел сделать и двух шагов, как в нос ударил раздражающий, до боли знакомый запах. — Так, кажется, я еще что-то нашел, — Егор замедлился, едва продвигаясь вперед. Осторожно выглянув из-за дерева, он тут же отпрянул, шокированный зрелищем. — Черт! Это… Парень вышел на небольшую полянку, на которой под жаркими солнечными лучами разлилось, казалось, целое море крови. Почерневшие уже пятна были везде — на траве, на земле и даже окружающие прогалину деревья были окроплены щедрыми брызгами. Над особенно большими пятнами жужжали мухи, однако, как бы Линч не всматривался, других следов или останков он не увидел. Только кровь — много крови. — Сколько же крови, — потрясенно выдохнул журналист, подходя ближе, осторожно ступая по траве и стараясь не наступить на кровавые отметины. От тяжелого железистого запаха во рту прочно поселился кислый тошнотворный привкус и Егор, покрепче перехватив камеру, прикрыл рукавом нос. — Здесь точно кого-то растерзали, но… нет ни тела, ни его остатков. Может, звери успели растащить их? Но все равно что-нибудь да осталось бы. Линч по кругу начал обходить страшную поляну, и спустя минуту увидел кое-что новое. Приблизив находку зуммом камеры, он пробормотал: — А вот и оно. В ямке, прикрытый мхом, бросал отблески солнечных зайчиков черный прямоугольник телефона.

***

Найденный смартфон, конечно, не работал, однако у Линча в рюкзаке всегда лежала пара повербанков, так что, подключив мобильник и закинув его обратно в рюкзак, журналист продолжил осмотр полянки и леса вокруг нее. Найденные в очередной раз следы копыт его уже не удивили, так что он пошел дальше, ориентируясь на них. — Что за, — шикнул Егор, увидев, как следы резко обрываются. — Может, тварь здесь прыгнула? Я слышал, олени могут на пять — или на семь? — метров прыгнуть. Но как бы не обшаривал журналист подлесок, чуть ли не носом роя землю, продолжения следа он так и не нашел, будто владелец следов улетел или просто испарился. Вернувшись на полянку, Линч осмотрел ее еще раз, на этот раз найдя и начало странных следов — они начинались также внезапно, как и исчезали. — М-мать… — Линч чуть не выронил камеру, вздрогнув от громкого карканья над головой, раздавшегося так внезапно, что сердце в груди сбилось. Обессиленно привалившись к стволу дерева, журналист поднял гневный взгляд на проклятую птицу, опять восседавшую на ветке и пялящуюся на него, открыв клюв. На этот раз громкое, резанувшее по ушам, «Каррр!» не стало неожиданностью. Егор скривился. У него всегда были сложные отношения с животными, которые попадались ему в его приключениях. Видимо, этот раз исключением не станет. — Что тебе, черт возьми, надо от меня?! — Рыкнул на ворона Линч. Тот в ответ защелкал угрожающе клювом и еще раз каркнул. Журналист поежился и решил игнорировать дурацкую птицу. Бросил взгляд на небо в просветах между деревьями — облака окрасились оранжевым, незаметно для блуждающего по лесу Егора наступил вечер. — Пора возвращаться в Ермаково. Не хочу оставаться ночью в лесу, где непонятно кто бродит, летает и обливает кровью целые поляны. Тем более, — Линч вздохнул, — без оружия. Линч достаточно быстро смог найти свои следы и по ним торопливо зашагал обратно к заправке, чутко прислушиваясь к усиливающимся вокруг шорохам и поскрипываниям. От частых поворотов заныла шея, но журналисту совсем не хотелось пропустить неожиданную атаку, если она случится. Егор мог смело признаться себе, что с такой жизнью он стал тем еще параноиком, шарахающимся от малейшего шума, вздрагивающим от резких движений людей и запирающим за собой все двери. А сейчас ему катастрофически не хватало рядом Джона, его постоянного причитания, способности непонятно откуда доставать оружие и взрывчатку, и держать Линча в тонусе своим ворчанием и неожиданными исчезновениями. После многих приключений, через которые напарники прошли плечом к плечу, Джон стал Линчу ближе кого бы то ни было. Они дополняли друг друга, прикрывая и страхуя в опасных ситуациях. И хоть Линч прекрасно понимал, что то, что с ними случается — абсолютно ненормально и любой адекватный человек уже давно убежал бы с криками подальше от журналиста с его способностью вляпываться в смертельные неприятности, он был несказанно рад, что у него есть такой напарник, как Джон. Джон, который поверил Линчу, который без вопросов помог ему, и не раз. И который продолжает рисковать своей жизнью рядом с журналистом. Кажется, стоит Линчу включить камеру, как паранормальные неприятности сами его находят, выматывая тревогой и опасностью. Сколько раз они уже побывали на грани смерти? Он не считал, но помнил каждый из них. — Не пора ли взять отпуск? — Пробормотал Егор с сомнением. — Хотя нет, я помню, чем обернулся последний такой «отпуск»… Так, друзья, не буду тратить заряд камеры, поэтому включусь уже у Андрея. Конец связи. Камера пискнула и Линч, закрыв объектив, убрал ее в рюкзак. Вооружившись фонариком, журналист продолжил путь, уже видя за деревьями красные отблески вывески на заправке.

***

— Так, камера, — Линч поставил включенный прибор на стол и достал из сумки найденный мобильник. — Уже вечер, ребята, часов десять где-то. Андрея нет дома, так что начать придется без него. Я хочу посмотреть, что в этом телефоне, может, какое-нибудь видео или аудиозапись, не знаю — фото? Журналист зажал кнопку включения и мобильник тут же приветственно дилинькнул, сигнализируя о начале работы. Линч радостно воскликнул: — Работает! Это хорошо, даже после дождя, — и тут же лицо его уныло скривилось, — черт, здесь нужен пароль… Линч попробовал несколько раз, не особо надеясь на успех; ни одна из комбинаций, что не удивительно, не подошла. Он раздраженно откинул телефон в сторону и с силой потер лицо, надавливая на глаза до разноцветных кругов. Вдруг со стороны двери раздался шорох, заставивший Линча тут же вскинуться. — Дядя Егор? — Послышался неуверенный голос Сашки и его как обычно лохматая голова появилась из-за косяка. — А что вы делаете? Линч дернулся к телефону, чтобы спрятать его подальше от любопытного мальчишки, но было поздно. У Сашки глаза расширились, а губы сжались в нитку. — Это телефон Антошки… — едва слышно проговорил он, а у Егора сердце в пятки упало со скоростью оборвавшегося лифта. — Значит, он все-таки… Мальчик всхлипнул, но потом вдруг сердито потер кулаком глаза и решительно шагнул в комнату. В его взгляде Линч увидел жесткую решимость, какую не у каждого взрослого можно встретить. Он без задней мысли подвинулся на кровати, освобождая место. Сашка забрался на покрывало и, поджав ноги, подхватил мобильник. Повертел в руках, прослеживая пальцами каждую царапинку на корпусе, включил и, совершенно не задумываясь, ввел пароль. — Не бойтесь, дядя Егор, — серьезно сказал он, подняв на журналиста потемневшие глаза, — я не скажу родителям, что узнал что-то от тебя. Я еще тогда догадался — это было очевидно. Если начали люди пропадать, то понятно, куда Антон внезапно делся. Линч сглотнул, прикрывая глаза. Сказанное мальчиком не принесло ему облегчения. Хотя он в очередной раз оказался прав — дети всегда узнают все первыми. Тем временем Саша продолжил: — Папа просто не знает, что брат мне все обычно рассказывает, так что уехать без предупреждение он не мог. А значит, остается не так много вариантов. Да и то, что вы приехали, доказало мою теорию. — Почему? — Невольно заинтересовался Линч. Сашка заговорщески наклонился к нему и прошептал: — Потому что не только папка смотрит ваши видео на ютубе, — он неожиданно улыбнулся. — Мы все смотрим ваш канал, поэтому я сразу вас узнал и понял, что пропажа Антошки без мистики не обошлась. Мистер Егор Линч, — мальчик осторожно потянул журналиста за рукав, — пожалуйста, найдите моего брата! У Егора ком в горле встал и глаза защипало предательски, стоило ему увидеть такой же заблестевший влагой взгляд Сашки. Он перехватил руки пацана и сжал их, выдавливая из себя ободряющую улыбку. По ощущениям, получилось малоубедительно. — Обязательно, Саш. — Из легких вырвался дрожащий вздох. — Я обязательно найду его. И убью ту тварь, которая все это сделала! — Спасибо, — парнишка вдруг прижался к Линчу в крепком объятии, ввергнув его в неловкость и оцепенение. — А кстати, почему вы без мистера Джона? На этот вопрос Егору пришлось отвечать подробно.

***

Мобильник Антона порадовал. На нем оказалась мутная и скачущая — но видеозапись! Съемка велась в сумерках, поэтому качество оставляло желать лучшего, но Антон счел нужным дать пояснения видео: — Короче, я сейчас на пробежке, но только на тропинку вышел, как вижу — вороны-то наши, какую-то чертовщину затеяли! — Изображение дернулось, на миг обретая четкость и молодой голос за кадром продолжил: — Решил посмотреть, чего они так шумят, и обалдел. Ребят, они друг друга заклевывать начали, а потом один из них вдруг превратился в человека! Смотрите!.. На экране с трудом различался белеющий в темном месиве пикселей человеческий силуэт, который дергался и размахивал руками. Вокруг него металось совсем уж неидентифицируемое черное пятно. Из динамиков сквозь шипение воздуха и дыхание Антона доносились хриплые каркающие крики. — На камере не видно, но это девушка, — продолжил оператор, увеличивая масштаб, — причем голая девушка! Так, младшим это показывать нельзя… Но я отвлекся. И теперь эта девушка дерется со вторым вороном, а тот от нее пытается улететь. Черт! Они меня, кажется, заметили!.. Видео задергалось сильнее, послышались звуки бега и прерывистые вздохи. Антон, очевидно, рванул на всей доступной скорости, с треском продираясь сквозь заросли. Показалось, что к этим звукам примешивается хлопанье крыльев и… топот копыт? Линч сообразил, что совсем скоро парень вылетит на полянку и там его настигнут твари, но выключить видео не успел — Сашка перехватил его руку, как загипнотизированный глядя в мерцающий экран. Журналист тоже перевел взгляд. Из динамиков послышался вскрик, потом звук падения и оглушительный треск. Все замелькало еще быстрее, видимо, Антон покатился по земле, выронив телефон. Сначала на экране были только мерцающие пиксели, но потом умная техника стабилизировала изображение и стало видно три черных силуэта на фоне вечернего неба. Один из них — явно мужской, — нервно дергался и озирался, а двое других кружили вокруг него не давая вырваться. Силуэты были действительно женские — плавные округлые формы, длинные развевающиеся волосы и… приятные голоса, которые пели или говорили что-то неразборчивое. Сначала они двигались плавно, но постепенно начали ускоряться, движения стали размашистыми, они словно хлестали воздух вокруг Антона, а тот продолжал безмолвно топтаться между ними. И тут Линч увидел. Увидел странные, едва заметные для объектива телефона, пятна, отлетающие от человеческой фигуры во все стороны. Он уже видел, какие следы остались на той поляне, так что для него зрелище этого ужасающего «танца» стало еще омерзительнее. Он чуть не пропустил момент, когда женские силуэты рванули вперед и прижали, стиснули между собой задергавшееся тело парня. Бросив короткий взгляд на мальчишку рядом с собой, Егор порадовался, что звуки до микрофона мобильника, утонувшего во мху, не долетели. Сашка и так сидел бледнее мела, его взгляд остекленел, упираясь в невидимую точку. Журналист не стал его трогать, решив все же досмотреть видео до конца. Там, тем временем, монстры закончили свою кровавую трапезу и отпустили тело. Девушки постояли немного, словно что-то обсуждая, а потом одна из них встряхнулась, поднимая руки — и в миг обратилась в огромного ворона, который подхватил когтями тело человека и взмыл в воздух, быстро скрывшись в вышине. Вторая девушка не стала медлить и тоже превратилась, но ее размеры были гораздо скромнее. Вскоре стихли хлопки крыльев и на поляну опустилась мертвая тишина. Даже ночные обитатели леса не издавали ни звука, только ветер шевелил верхушки елей. Линч быстро перемотал оставшуюся запись, на которой не было абсолютно ничего — телефон лежал в своей ямке и снимал, как прошла ночь и забрезжил рассвет. На этом моменте у него либо села батарея, либо закончилась память. Так или иначе, запись закончилась и веранда погрузилась в тишину, нарушаемую лишь дыханием двух человек и поскрипыванием пола за стеной — в доме никак не могли лечь спать Андрей с женой. — Ты покажешь запись папе? — Наконец подал голос Саша. Линч кивнул, на что мальчик только тяжело вздохнул. А мальчик вдруг встал, решительно направляясь к двери. — Я пойду спать. Спокойной ночи, дядя Егор. Не успел Линч и слова сказать, как пацан уже исчез за дверью, оставив журналиста наедине с камерой, которая все это время писала, лежа на краю стола. — Что же делать?.. — Потерянно выдохнул Линч. Перед ним встал выбор — рассказать Андрею все сейчас, показать запись на найденном мобильнике и уже завтра начать охоту на монстров. Правда, у мужчины могут возникнуть вопрос, а как журналист смог обойти пароль на телефоне его сына, а выдавать Сашку было совсем не в интересах Егора. А можно было, основываясь на увиденном, поискать информацию о предполагаемом виде монстров и завтра уже предоставить более полную информацию, желательно, донеся ее всем жителям села. — Так, думаю, начну с поиска информации о том, что это за твари могут быть. А еще надо позвонить Джону, я же обещал, — проговорил журналист, поднимая камеру и глядя в объектив. — На этом отключаюсь, друзья. До связи завтра.

***

Линч сидел на кровати, поджав ноги и уложив на колени ноутбук, и слушал словоизлияния Джона на той стороне телефона. Писатель, не сдерживаясь в выражениях, проходился по журналисту и его любви к разного вида задницам, куда он с радостью забирается. На короткое время Джон замолк и Линч было обрадовался, что тот выдохся, но радость была преждевременна — тот, видимо, набирал воздух для новой тирады. Только услышав слова друга, который, похоже собирался пойти по второму кругу, Егор понял, что пора прекращать этот балаган и воззвал к совести Джона: — Джон, приятель, я тебя понял, — примирительно проговорил Линч, надеясь усмирить собеседника мягким тоном. — Не все так страшно, успокойся, пожалуйста. Я уже знаю, кто наш враг, точнее, как он выглядит, и точно не собираюсь идти на них в одиночку и без оружия. У Андрея точно есть огнестрел, и, как я подозреваю, не один. — Но ты не знаешь, сколько этих тварей. А если они налетят целой стаей?! — все еще недовольно, но уже гораздо тише, проворчал Джон. — Тогда никакие стены и заборы не защитят. Тем более, они превращаются в чертовых птиц! И пули против них могут быть совсем не панацеей, тебе ли не знать… — Мне очень повезло наткнуться на этот телефон. Теперь у нас есть параметры для поиска. Ты посмотрел видео? — Линч открыл окно проигрывателя на ноутбуке. — Подожди, я переключу тебя на видеозвонок. — Давай. Хоть посмотрю на твою бессовестную мордашку. Его недовольное вытянутое лицо замаячило на экране Егорова мобильника, бликуя кругляшами очков, в которых можно было рассмотреть отражение нескольких мониторов — по-видимому, писатель так же, как и друг, погрузился в поиски информации через сеть. — Ты еще не отправлял запрос в SCP? Они могли уже встречать подобное, — Джон скептически поднял брови, словно сомневаясь в собственном предложении. — Нет. Если я им позвоню, они сами сюда заявятся, а ситуация, думаю, не требует такого вмешательства, — ревниво отозвался Линч, загружая скриншот видео в поиск по изображениям. — Как я говорил, потом будет поздно, — буркнул писатель. — Ой, да хватит каркать, Нострадамус ты недоделанный, — огрызнулся доведенный наконец ворчанием друга журналист. — Лучше скажи, ты что-нибудь нашел? У меня только черный козел вылезает и прайс-листы сомнительных клубов. — Каких? — Не к месту заинтересовался Джон, заставив Линча недовольно зашипеть, но успокаиваться писатель и не думал. — Ну? — Цитирую. Ночной клуб «Фея», в трех экземплярах в разных городах. Доволен? — Более чем, — удовлетворенно откинулся назад шатен. — А теперь посмотри ссылки, которые я тебе скинул. Линч открыл письмо от друга и щелкнул на длинную строчку электронного адреса, на котором, в мешанине букв и цифр, разобрал только «сказки народов мира». Супер. Опять что-то мифическое или окололегендарное… — Это то, о чем я думаю? — Спросил он в пространство, чувствуя, как брови ползут вверх. — Если ты подумал о феях, то да. — Как всегда, для нас все самое веселое… О! — Журналист быстро промотал страницу до конца. — Здесь сказано, что они боятся железа. Это хорошо. — Линч. Там написано «хладное железо». Это не совсем обычное железо, — уточнил Джон. — Это должно быть железо без малейшей примеси других металлов. Любое оружие сейчас — сложные сплавы, там иногда вообще железа нет. Пули — вообще свинец, так что и огнестрел против этих тварей не играет. — Ты прав, — произнес Линч, в задумчивости постукивая пальцем по губам. — Подожди, я позову Андрея. Не успел писатель возмутиться такому произволу, как журналист уже выскочил с веранды, оставив его в одиночестве любоваться жутким пестрым ковром на стене. Линч вернулся через пару минут, и не один — за ним возвышался огромный, сурового вида мужчина, что тут же нахмурился, увидев разложенную по веранде технику и включенную видеосвязь, с другого конца которой на него так же недовольно взирал худощавый очкарик с гнездом на голове. — Андрей, познакомьтесь — это Джон, мой напарник, — представил Егор друга, — к сожалению, он не смог поехать со мной в этот раз, однако мы с ним обсудили это дело и, кажется, нашли решение. Услышав заветные слова, мужчина сразу оживился, приготовившись внимательно слушать, чем вызвал у Линча тяжелый вздох, ведь ему предтояло рассказать Андрею про найденный телефон Антона и видеозапись со смертью парня. Что ж, делать все равно нечего. Журналист с некоторым трудом заставил себя открыть рот и начать говорить. По мере его рассказа, Андрей серел лицом все больше, его глаза потускнели, а вокруг поджатых обветренных губ залегли глубокие скорбные складки. Когда Линч закончил пересказ событий, мужчина низко опустил голову. — Мы знаем, кто это сделал, — осторожно продолжил Егор, — но нам нужна ваша помощь, чтобы разобраться с монстрами. Испустив тяжелый дрожащий вздох, Андрей поднял голову, резким движением потер лицо и прямо взглянул на журналиста и его друга. Его блестящие глаза горели злобой и решимостью. Линчу захотелось попятиться, до того сильны были окатившие его чувства отца, окончательно потерявшего своего драгоценного ребенка. — Что нужно, чтобы убить этих тварей? — Прорычал он, сжав огромные кулаки. — Наши противники — злые фейри из шотландских сказок, — проговорил Линч. — Судя по внешнему виду и способностям, это беван ши, которые заманивают мужчин, одурманивают их и выпивают всю кровь. Для них, как и для любых других фейри, опасность представляет хладное железо. — То есть, чистое железо без каких-либо примесей, — вставил Джон. — У вас такое найдется? — Да, может, в селе есть кузня? Или, — Линч помялся, — старинное холодное оружие? Андрей задумался, потом отрицательно покачал головой: — Кузни в Ермаково нет. Но в Эртигарке, что к югу, у Лехи Сивого точно есть мастерская. Он уже лет пять, правда, не работает с оружием, но может, у него что и осталось в загашнике. А вот про старинные вещи ничего определенного сказать не могу. Если у кого и есть, тот помалкивает. Да и бесполезно искать в старом ломе чистое железо, всегда ведь сплавы использовали, — Андрей подозрительно уставился на Джона. — Точно нужно чистое железо без примесей? — Это не я придумал, — ощерился Джон. — Я кучу источников перерыл, и в большинстве случаев считается, что опасность для духов, фейри, магов и призраков представляет железо, уточняю — «холодное» железо. Учитывая, что все это начало описываться в средневековье, возможно имеется в виду метод производства. Линч бросил на друга возмущенный взгляд. Им совсем не надо было провоцировать Андрея противоречивой информацией, которая могла не подтвердиться. Однако, мужчина отреагировал на удивление спокойно. Он хмыкнул и обратился уже к журналисту: — Короче, я так понял, что мы знаем, кто это, но как убить — нет. А значит, подготовить надо сразу несколько вариантов оружия. Может, окажется, что и обычное железо подходит. — Подождите-ка, — осенило вдруг Линча. — Джон, я где-то слышал, что подобная нечисть еще боится проточной воды. Да? — Было такое, — подтвердил писатель. — Андрей, нам нужна карта этого района и все места исчезновений людей. Так, стоп, сейчас, — засуетился Линч, пытаясь не потерять вспыхнувшую в голове идею. Аккуратно отпихнув Андрея, он ринулся к ноутбуку и открыл гугл-карты. Быстро найдя нужный регион, он повернулся к замершему мужчине: — Покажите точки, где пропадали люди! Андрей неловко ткнул грубым пальцем в экран, указывая на несколько деревень, расположившихся в относительно небольшой области, с одной стороны ограниченной извилистой лентой Тобола, а с другой… — Вот оно! — Воскликнул Линч, поднимая телефон, чтобы и Джону было видно экран, и провел пальцем вдоль монитора, — это железнодорожные пути, они проходят западнее указанной Андреем области и южнее… — журналист промотал карту вниз, — да! Южнее, как и севернее, они пересекаются с рекой, тем самым замыкая контур. Ведь не было подобных нападений за этими границами? Андрей с сомнением почесал щетинистый подбородок. — Ну, на той стороне железки вообще поселений нет, чтобы что-то утверждать. За Тоболом, конечно, есть — Шишкина, или вон, Меримовская деревни. Там-то точно никто не пропадал. — Когда, говорите, начались исчезновения? — Наконец подал голос Джон. — В начале лета? Мужчина кивнул, словно писатель мог его видеть, и уточнил: — Да, после весеннего паводка. Ох и затопило же нас в этом году… давно, давно таких наводнений не было. Даже поля пришлось на простое оставить. — Вот откуда взялись эти твари, — резюмировал Джон, — они спали где-то под землей, может быть, в полях. А весной их залило, и они вышли на охоту. Линч прав, река и железная дорога их ограничивают, да и прошло не так много времени, поэтому до поселений южнее они добраться еще не успели. Либо, хотят сначала сожрать всех здесь, а потом переберутся дальше. Егор почувствовал, как между лопаток пробежал неприятный липкий холодок. Он оглянулся на широкое окно, за которым сгустилась ночная тьма и нервно сглотнул. Фонари на улице не горели.