Возрождение красных драконов

Майрон снова смотрел в сторону юга, стоя на крепостной стене Винтерфелла. Внезапно налетевший порыв ветра с новой силой начал холодить кожу, но лорду Баратеону было всë равно на это. Редкие снежинки падали на безукоризненно красивые рыжие волосы, которые покоились на плечах лорда. Майрон опустил взгляд и повернулся спиной к югу, теперь его взору предстала обитель Драуглуина, но он ничего не замечал вокруг себя. Все его мысли были заняты Мелькором. Как он там, в плену? Не мучают ли его? Наверняка к нему не слишком добры. Его ведь обвинили в убийстве короля. Майрон почувствовал, как сжимается его сердце при мысли о том, что с его возлюбленным могут жестоко обращаться. Мелькор не заслуживает этого. Он хоть и не отличается добротой и благодетелью, но он законный наследник, старший сын и новый новый Азор Ахай из старых легенд. Это было так же понятно, как и то, что снег холодный. И Майрон был в ужасе от того, что больше никто этого не видит, ведь это так очевидно. Мелькор возродил драконов, он сделал то, чего не смог Эйгон Невероятный. Это значит, драконья магия снова доступна миру, и Р’глор убедился в том, что Таргариены достойны спасительного пламени. По крайней мере, один из них точно достоин целого мира. Где-то сбоку послышались шаги. — Я же сказал не отвлекать меня, — ледяным тоном бросил Майрон. — Так не принято разговаривать с принцем, — рассмеялся Глаурунг. Майрон резко повернулся на голос и тут же поклонился. В руках у Глаурунга он заметил плащ. — Ваше Высочество, я думал это часовые. Конечно, не принято. — Прекрати, Майрон, я ведь шучу. Мы все сейчас в одной лодке, а условности ни к чему. Глаурунг подал тëплый меховой плащ Майрону, и тот принял его. — Спасибо. Не заметил, как вышел на улицу без плаща. — Я знаю, что сейчас мы не в лучшем положении, я знаю, что ты скучаешь по нему, Майрон, я тоже, но мы должны быть сильными. Не думаю, что Мелькор хотел бы, чтобы мы тут сидели и скорбели по живому человеку. Голос Глаурунга звучал непривычно серьёзно для подростка. Майрон кивнул ему, не зная, что и ответить. Какое-то время они смотрели сверху вниз на людей лорда Старка, которые копошились во дворе. — Да, вы правы. Однако, я настаиваю на том, чтобы северяне готовились к походу на Королевскую Гавань. Теперь кивнул Глаурунг. — Можно попросить об этом Кархарота, чтобы тот мягко воздействовал на своего отца. — Хочешь использовать его? Глаурунг, раздумывая, коснулся пальцами подбородка. Его задумчивое выражение лица так походило на лицо Мелькора, особенно морщинки между бровей. — Мы с ним давние друзья, Кархарот мне как старший брат, но не воспользоваться ситуацией было бы неразумно. — Согласен. Вместе они спустились вниз. Снегопад усилился, и теперь уже частые снежинки не таяли, едва касаясь земли, а образовывали собой белоснежный ковëр на тëмной земле. Серые тяжëлые тучи лениво, словно сонные кошки, тянулись по небосводу. Майрон не сказал бы, что ему нравится климат Винтерфелла, но выбора у него больше нет, а сейчас смысла привередничать он не видел. Его уже приняли здесь как гостя, поэтому он обязан проявить уважение к лорду Старку. Майрон теперь так далеко от дома, ему это не в новинку, к тому же, он несколько лет жил в Дорне и Эссосе, но сейчас эта разлука щемила сердце и вызывала необъяснимую тоску. Королевская Гавань успела всë же стать ему домом, полным пороков, ненависти и интриг, но домом. А может, дом там, где нужные люди? Из размышлений Майрона вырвал лорд Драуглуин, вышедший во двор. Он с сыном приблизился к Майрону и Глаурунгу. — Принц, лорд, — кивнул он им, — если я начну собирать войско на Королевскую Гавань, поддержите ли вы меня? Майрон и Глаурунг удивлëнно переглянулись. — Лорд, мы об этом и хотели с вами поговорить, — сказал Глаурунг. — Но я рад, что вы всë-таки согласились. — Мелькор является принцем Драконьего Камня, а значит, законным королем, он сможет наградить вас за верность, Драуглуин, — вмешался Майрон. — Лучшая награда для меня, — сказал немного подумав Драуглуин, — это видеть целой и невредимой свою семью. Я уверен, что принц сможет обеспечить безопасность Тарш и Кархарота. — Но вы должны быть готовы к собственной смерти, либо же смерти семьи, — Глаурунг снова стал серьезëн, и в этот момент так похож на Мелькора. — Вы вступаете на тропу войны. Здесь нет места доброте и благородству, и уж поверьте, враги не будут к нам милосердны. Майрон мягко положил ладонь на плечо Глаурунга: — Это вынужденная мера. И я знаю, что вы это понимаете, лорд Старк. Вы Хранитель Севера, на вас огромная ответственность, но, повторюсь, Мелькор не оставит без внимания вашу верность. — Я всë хорошо обдумал, — кивнул Драуглуин, — принца Мелькора оболгали, я не могу оставить без внимания такую вопиющую несправедливость. Майрон и Глаурунг снова переглянулись, и лорд Баратеон по-отцовски сжал плечо принца.

***

С новостью о созыве знамëн Старком, Майрон воспрял духом. Он принимал активное участие в военных советах, а ко двору прибыли разные лорды, в том числе и леди. Среди них была Мелиан Болтон, жена Тингола Гловера. Видная фигура в политике Севера, она всегда была верна Драуглуину и помогала ему отбивать атаки железнорождëнных, посылая на помощь Старку своих людей из Дредфорта. Люди говорили о еë стальном характере, что она пытает своих пленников, сдирая кожу с них. Продолжала славную традицию рода, подумал Майрон. Интересно, как она стала правящей леди на Севере? У неë наверняка очень интересная история. А вот еë серые, почти белые глаза и колючий взгляд говорили о том, что у неë интересоваться нечем. Лангон Карстарк всë ещё находился в плену в Королевской Гавани, а ведь они родственники Старков, довольно уважаемый дом. Помощь Кархолда была бы очень кстати. А в зале, где все собравшиеся обсуждали планы на войну, пахло старым камнем, сырой древесиной и мехом. — Мы пойдëм по Королевскому тракту в начале, затем возьмëм Близнецы, нам будет открыт путь ко всему Югу, — подытожил Драуглуин. — Проблемой это не станет, у нас есть драконы, — кивнул ему Майрон, — двое всадников и небольшая армия северян смогут захватить владения Фреев. — Это хорошо, — кивнула вдруг Мелиан Болтон. Еë каплевидные красные украшения в волосах качнулись вместе с движением головы, — но что, если явятся Манвэ на Торондоре и Эонвэ на Правосудии? — Дадим им бой, очевидно, — продолжил Майрон, — Ската — дикарка, наученная битвой, она резвая и кровожадная, я знаю еë, а потому насчет неë не должно быть никаких сомнений. — Преимущество явно на нашей стороне, ведь Манвэ труслив и лишь тявкает из-под юбки своей жены, — сказал Глаурунг. — Что насчëт принца Эонвэ? — спросил один из лордов. Глаурунг снова задумался, как Мелькор, Майрон находил это невероятно умилительным и не смог сдержать улыбки, глядя на принца. — Принц Эонвэ холоден, пугающе холоден, он расчетлив и является превосходным воином. С ним могут возникнуть проблемы. — Но нам ничего не известно об армии Манвэ. Кто будет защищать его? — приподнял бровь Тингол Гловер, муж леди Мелиан. В зале повисла тишина. Майрон тяжёло вздохнул. Этот вопрос был открытым, всë же, они первые готовы были начать войну. Майрон развяжет столько войн, сколько потребуется ради Мелькора. — Вероятно, Речные земли, Запад, Простор и Железные острова на стороне Манвэ, пока мы не знаем, кто решит присоединиться к Мелькору, но Дорн точно готов нам помочь. Тингола это, по-видимому, не убедило. Хоть он и являлся северянином, но волосы у него были необычайно светлыми. Почти как у Манвэ. — Не забывайте о землях своего отца, лорд, Аулэ Баратеон вряд ли встанет на сторону Мелькора. — Верно, именно поэтому нам нужны в том числе и ваши люди. И тут выступила леди Тарш: — Лорды, леди, ваша помощь будет высоко оценена не только моим мужем, но и королëм Мелькором. Он не забудет вашей преданности. Лорды сомневались, и Майрон ощущал их чувства, повисшие в воздухе густым туманом. Но жена Драуглуина молодец, знает, куда надо давить. Она всегда хранит в себе какую-то необычайную тайну. Явно знает и понимает больше, чем показывает. — И всë же, что если хотя бы Эонвэ решит напасть? — спросил вдруг Оссэ Мандерли, — надеетесь так просто сокрушить его? По-моему, на вас напали с дорнийскими скорпионами, которыми была поражена Мераксес, а что уж говорить о Скате и Золоте? Мандерли из Белой Гавани. Один из влиятельнейших домов Севера. Второй после Старков, если быть точным. Майрон слышал о них, видел Оссэ много лет тому назад, когда он и Мелькор гостили у лорда Старка, но никогда с ним не общался. — Один дракон против двух. — И скорпионы, — не унимался он. — Лорд Оссэ, — Глаурунг раздражëнно поднялся с места, опираясь ладонями о стол с картой Вестероса. — При всëм уважении, но Ската опытная в этих вопросах драконица, она знает, как уворачиваться и атаковать, уж поверьте, когда она полностью вырастет, то окажется не меньше, чем Мераксес. А что насчёт Золота, я знаю своего дракона, и хоть он не столь опытен, но покладист и слушает меня. — Всегда удивлялся тому, как Таргариены находят общий язык с драконами, — усмехнулся Оссэ. Лорд Мандерли откинулся на стуле и завëл ладони позади затылка. — Сейчас мы обсуждаем не ваши удивления, а планы на поход на Королевскую Гавань. Принц нахмурил брови, недовольно о смотря на лорда. Майрон подумал, что от драки молодых наследников их спасëт только чудо. Этим чудом оказалась Тарш Старк: — Предлагаю перерыв, лорды и леди, нам предстоит ещё многое обсудить. Глаурунг стрелой вылетел из зала, а Майрон поднялся и вышел за ним. Глаурунга он нашëл во дворе, принц рубил учебного врага из соломы и дерева Тëмной Сестрой. Его удары были точны и быстры, и избиение чучела больше напомнило ему своеобразный танец. — Принц, — позвал его Майрон. Глаурунг обрушил на врага последний удар, который отделил соломенную голову от тела. — Что? — рявкнул Глаурунг. — Не держите обид на Мандерли, я уверен, он из тех, кому всего-навсего нравится провоцировать. — О, это уже не мои проблемы. — Он наш союзник. — Он не клялся Мелькору в верности. — Они клялись Старку, а значит, пойдут туда, куда он скажет. А после того, как освободим Мелькора, присягнут и ему. Глаурунг резко убрал меч в ножны. — Вот именно. До этого ещё далеко. — Вы должны им показать себя, как хороший правитель. Вы принц, от вас этого и ожидают. Глаурунг устало вздохнул, зарывшись пальцами в тëмеые волосы с белой прядью. Такие были у обоих сыновей Мелькора. — Да. Но я лишь мальчишка. Что я могу? Я хороший наездник на драконе, но не более. В голосе принца он слышал отчаяние, для которого было слишком рано. Но его можно понять, не все готовы в столь юном возрасте столкнуться с подобными испытаниями. — Так сделайте это своим преимуществом. И пусть овцы кланяются в ноги дракону за то, что он дракон. Майрон положил ладони на плечи Глаурунга и ободряюще их сжал. — Глаурунг, я на твоей стороне. Ты и Смауг, вы всë, что у меня осталось. — Мы освободим отца, — кивнул принц. Боковым зрением Майрон заметил, как к ним идëт Тарш со своей лютоволчицей Нотт. — Вы не голодны? — Нет, благодарю, леди, вы слишком добры, — покачал головой Глаурунг. — Вам надо набираться сил, ведь скоро они вам понадобятся. Впрочем, как и мне. Тарш нежно погладила свой чуть округлившийся живот. Глаурунг и Майрон незаметно переглянулись. Она беременна, спустя столько лет после рождения первенца и второго сына. Тогда Тарш не следует принимать участие в советах, чтобы лишний раз не волноваться. Лишаться такой способной советницы и соратницы не хотелось. Уж тем более, воительницы, ведь леди когда-то была из одичалых. — Поздравляю, Тарш, — выдавил из себя улыбку Майрон. — Примите мои поздравления, леди, — кивнул принц. — Благодарю, вы так добры, — налетевший ветер откинул рыжие волосы леди за спину. — мы никак не можем придумать имя ребëнку. — У вас будет достаточно времени, но вы это знаете лучше меня, — сказал Майрон. — Мейстер говорит, рано ещё рассуждать о поле ребёнка, но Драуглуин надеется на девочку. Майрон был наслышан о том, какими тяжелыми были первая беременность и роды леди Йаванны, как она мучилась, но еë страдания были вознаграждены наследником мужского пола. Он про себя порадовался тому, что родился мужчиной. На плечах женщин слишком много ожиданий. — А знаете, — сказал вдруг Глаурунг, — для меня будет честью отобедать с вами и лордом Старком. Тарш в этот раз улыбнулась ещё шире, а Нотт, всю беседу лежавшая у ног хозяйки, подскочила на лапы и завиляла хвостом. Совсем как собака. — Вот и отлично, с вашего разрешения, распоряжусь об обеде. Когда Тарш ушла, лорд обратился к принцу: — Она умнее, чем кажется, Глаурунг. Она из одичалых, а они все там свирепые воины и хитрецы. — Не доверяешь ей? — Доверяю, — Майрон всë ещё смотрел туда, куда ушла леди. — Но если что-нибудь случится с Драуглуином или Кархаротом, она нам обеспечит путь в Пекло. — Думаешь? — Во всяком случае, меня она жалеть не станет. — Тогда я в безопасности? Майрон повернул голову в сторону Глаурунга, который хитро улыбнулся уголками губ. — Ты всë больше напоминаешь мне Мелькора. — Это хорошо? — Да, — задумчиво кивнул Майрон. — Я рад, что ты родился похожим на него, иначе передо мной маячило бы живое напоминание того, что Мелькор никогда не сможет быть полностью моим. Ты дитя долга, а не любви. — Знаю. Тем не менее, Мелькор исполнил свой долг, и теперь вы сможете жить спокойно. Если покажете себя, как грамотные правители, северяне примут вас любыми. — Да, надеюсь на это. Глаурунг вдруг снова улыбнулся. В его улыбке Майрон заметил юношеский задор, которого сам не имел никогда. — Выше нос, лорд! Северяне — люди слова и чести. А теперь отобедаем, я не ел со вчерашнего вечера. Майрон вдруг снова вспомнил их разговор. По крайней мере, Старки им верны, а уж подчинить себе остальных, в случае несогласия лордов, Драуглуин сможет без труда.

***

В гостевом доме, прямо в покоях Смауга был зажжëн камин, где задорно трещали поленья. Маленький принц лежал в кровати, укрытый тëплыми шкурами, вместе с ним на кровати был Варгдуш, младший сын Тарш и Драуглуина, а Майрон сидел на стуле рядышком. — …а потом принц Деймон отвязался от Караксеса, спрыгнул на Вхагар и вонзил в глазницу Эймонда Тëмную Сестру! Варгдуш ахнул от восторга и посмотрел на Смауга, который захлопал в ладоши. — Ещё! Ещё! Расскажи, что было дальше! — Не рассказывай, — нахмурился Смауг. — Дальше моя нелюбимая часть. — Потому что Рейнира умирает? — спросил Майрон. — Она умрëт? — разинул рот маленький Старк. — Она же королева, она не может умереть! — Да, поэтому. Это же несправедливо, она должна была править. — Жизнь несправедлива, — пожал плечами Майрон. — Иногда людские законы и решения стоят над справедливостью. — Законы придумывают люди, — парировал Смауг, — почему бы людям и не поменять их? На что Майрон рассмеялся. — Да, ты прав, Смауг. Пожалуй, на сегодня хватит историй. — Почему? Я ещё не хочу спать. — И я! И я! — запротестовал Варгдуш. — Драуглуин пригласил меня на охоту, значит, надо будет рано проснуться. Глаза Смауга удивлëнно расширились. — А почему нас не пригласили? — Вы слишком малы для охоты, там бывает опасно. — У моей мамы есть лютоволк, с ней мне ничего не страшно. — А у меня есть ты, Майрон, у тебя есть Ската, так что мне тоже ничего не страшно. Майрон тихо рассмеялся. Обычно раздражающие дети бывают такими милыми, кто бы знал. Но эти даже не вызывали отвращения, наоборот, Варгдуша, Кархарота, Глаурунга и Смауга Майрон любил, как своих собственных. Он поднялся со стула, и подал руку Варгдушу, который послушно слез с кровати. Мальчики были примерно одного возраста, а потому хорошо ладили. Майрон немного волновался, а понравится ли здесь Смаугу, но теперь он видит, что переживать не о чем. Будь у Старков дочь, они бы наверняка захотели выдать еë за Таргариена, и Майрон бы поддержал их в этом желании. И тут в дверном проëме Майрон заметил улыбающихся Глаурунга и Кархарота, которые наблюдали за младшими братьями. — Знаешь, Майрон, — начал старший принц, — от тебя можно ожидать чего угодно. — Не думал, что увижу, как лорд Майрон Баратеон нянчится с детьми, — подхватил Кархарот. Майрон пристыженно отпустил руку ребёнка и выпрямился. Они оба правы, у Майрона за долгие годы сложилась определëнная репутация, хоть он и не так давно вернулся из своего путешествия по Эссосу. Слуги предпочитали сторониться его, ровно как и знатные люди, не из-за мужеложства, а скорее из-за сложного характера. — Смейтесь, сколько хотите. Но ты, Глаурунг, когда-то говорил, что был бы счастлив, будь я твоим вторым отцом, разве нет? — А ты решил наверстать упущенное, но уже со Смаугом? — Тебя воспитывать уже поздно. Но я могу поговорить с Драуглуином, чтобы он и тебя взял на завтрашнюю охоту. — Тогда придëтся брать и меня, — сказал Кархарот. Они были по-настоящему близки, не разлей вода. Если бы Майрон не знал, кто они, сказал бы с уверенностью, что Глаурунг и Кархарот младший и старший братья. — Тогда вы опять будете вместе, и мне будет некогда провести время с сыном. Майрон хитро улыбнулся, ожидая, что в этот раз ему ответит Глаурунг. Он в карман за словом не лез, и это тоже досталось ему от Мелькора, как и всë остальное. Но Глаурунг только примирительно приподнял ладони. — Так и быть, избавлю тебя от своего присутствия. Хорошо проведите время. Ты заслужил. Нет, хотелось ответить Майрону. Пока что он ничего не сделал. Но освежить голову и немного развеяться ему бы не помешало.