A living hell of werewolves

“монстр жаждущий крови”

Начиная с момента прочтения записки Ремус до вечера был, как на иголках. Он не понимал, что его больше будоражит: тайная вылазка за пределы замка или же долгожданная встреча с Сириусом. В какой момент вообще появилось это едкое желание чаще видеть Блэка? Перед сном Люпин для приличия посидел в гостиной за учебником ЗОТИ, хотя уже и так знал его почти наизусть, и отправился в спальню, ждать отмеченного времени. Слизеринец очень надеялся, что к полуночи все уже лягут спать, но не надеялся на это, ведь завтра выходной. То ли активная учебная неделя всех в конец утомила, то ли сама судьба сопутствовала его планам, но к назначенному времени в его спальне все затихли, а гостиная опустела. Тихонечко, словно тень, Рем проскользнул ко входу в подземелья и никого не увидев, спрятался в нише за статуей. Он пришел минут на десять раньше и прождав уже свыше положенного времени, стал нервничать и беситься, думая о том, что гриффиндорец мог его обмануть. Ведь с одной стороны он не так уж и хорошо его знал, хотя с другой стороны обманы это больше по части его факультета. Поддавшись эмоциям слизеринец громко чертыхнулся вылезая из своего убежища и услышал совсем рядом резкий выдох. — Пугать меня до усрачки уже входит у тебя в привычку, — на его лице уже растаял испуг и засияла улыбка, когда он показался из под мантии. — Спасибо, что в этот раз без членовредительства, мистер Люпин. Они посмеялись над повторившейся ситуацией, Сириус накинул на товарища мантию и под его же руководством они тихо двинулись в путь. — Как долго ты меня ждал? — Ремус не слышал своим чутким слухом никаких шагов и это его напрягло. Он еще не отошел от своих эмоция и был слишком подозрительным. — Да не знаю, просто пришел пораньше, стоял ждал тебя под мантией на всякий. — он слегка нахмурился. — А ты когда успел появиться? — Почти во время, пока часы еще били полночь. — А, видимо я отвлекся. Слизеринец не понимал, почему они шли по направлению полностью противоположному главному выходу из замка и снова поймав себя на недоверии к своему спутнику, подумал что убьет парня, если это окажется так. На всякий случай он тихо уточнил: — Ты кому нибудь говорил, куда отправляешься? — Не-а, иначе Джеймс увязался бы с нами, я его знаю, — Блэк не уловил в интонациях парня ничего угрожающего. Поднявшись на четвертый этаж и пройдя вглубь по коридору Сириус остановился у статуи горбатой ведьмы. Его весьма печалил тот факт, что Филч конфисковал карту Мародеров, с ней было намного спокойнее. Постояв некоторое время прислушиваясь к ночным звукам замка, он огляделся и скинул мантию, заговорщически смотря на своего Ремуса, в глазах плясали чертики веселья. — А теперь, дамы и господа, магия! — как заправский фокусник на представлении объявил он, приосанившись и заложив руку за спину. Подойдя к статуе, палочка легонько коснулась горба каменной ведьмы и тот мгновенно придя в движение, плавно отъехал в сторону, являя парням довольно узкий проем. — Леди вперед, — просиял Сириус предлагая Рему пройти первому. Тот недоверчиво глянул в открывшийся проход и помотал головой. — Извольте, сударь, хуйня какая-то, — улыбнулся слизеринец. Гриффиндорец прыснув от смеха первым проскользнул внутрь. Ремус вздохнув отправился вслед за ним в темноту. Одновременно зажглись яркие огоньки на кончиках палочек, и друзья двинулись вперёд. — Как ты открыл проход? — тихо поинтересовался обескураженный Люпин. — Здесь можно уже не шептать, — прошептал парень, и уже в полный голос ответил. — Просто тыкаешь в горб палочкой и невербально произносишь «дисендиум». Мы случайно нашли этот проход еще на третьем курсе, пока прятались от, гнавшегося за нами, завхоза. Там прям на горбу мелким шрифтом написано это заклинание. Все статуи в замке потом обшарили, вдруг ещё что интересное есть. Но ни-ху-я! — Как вас еще из школы не выгнали. Переговариваясь они шли довольно долго, пока не уткнулись в тупик с люком на низком своде. В воздухе витали сладкие ароматы. — Что за ним? — кивнув в сторону люка, уточнил Рем. — Как много вы сегодня задаете вопросов, мистер Люпин. — Умен не тот, кто много знает, а тот кто не стесняется задавать вопросы, — с заумным видом произнес Ремус подняв указательный палец вверх. — Ну, тебе должно понравится это место, — в голосе звучал сарказм, Сириус сразу запомнил о нелюбви друга к сладостям. Когда они вышли через заднюю дверь какого-то здания, Люпин который так и не понял что это было за заведение спросил, что именно ему должно было понравится. — Это знаменитое Сладкое королевство, магазин со всевозможными волшебными сладостями! — А, теперь понял, — он оценил подкол гриффиндорца, ему было приятно знать, что кто-то запоминает его предпочтения. Следуя за Сириусом парочка завернула в темный проулок, где Блэк остановился и достал сигареты. Рем вопросительно поднял бровь. — Ну а что? Мне понравилось, — на самом деле он хотел быть похожим на Люпина, чтобы быть к нему ещё ближе. Запах и вкус напоминал Сириусу об их последней встрече, даже не учитывая тот факт, что он чуть не выкашлял легкие. — Ты ведь понимаешь, что это очень вредно и абсолютно точно не делает тебя крутым парнем? — он неодобрительно смотря исподлобья и качая головой, взял протянутую ему сигарету. — Раз знаешь, где купить, то теперь буду брать их через тебя. — Люпин и сам прекрасно знал, где купить, но пока запасы, хоть и были на исходе, пересилить себя и пополнить их, подойдя к семикурснику-пуффендуйцу, торгующему сигаретами, он так и не смог. Судя по виду Сириуса тот уже дымил, как будто бы у него был многолетний опыт. Люпин поймал себя на мысли, что не может оторвать взгляд. Изящные жесты парня, тонкие длинные пальцы держащие сигарету, взгляд полный удовлетворения, когда тот затягивался, все сквозило его аристократичным происхождением. Слизеринец в открытую наслаждался видом курящего парня. В голове уже проносились вопросы, о том мягкие ли губы у Сириуса, каков на вкус был бы его поцелуй, и как глубоко смогли бы проникнуть эти прекрасные пальцы. Всё таки находится рядом с таким привлекательным для Ремуса парнем было проблематично. Докурив они вышли из закоулка и пройдя еще немного Блэк снова скользнул в какую-то мрачную подворотню. Ремус просто следовал за ним, теперь уже не беспокоясь, что его обманут. Перед парнями возвышалось единственное здание с огнями в окнах, как будто всей остальной деревни и не существовало вовсе. Из приоткрытой двери доносились звуки потрепанного жизнью винила. На качающейся и противно скрипящей на ветру вывеске была изображена кровавая отрубленная кабанья голова, лежащая на белой скатерти. — Вот мы и прибыли. Добро пожаловать в чудесный паб “Кабанья голова”! Да начнётся второй знаменательный день празднования моего 18-летия! — Сириус вновь попытался пропустить Рема вперёд, но под суровым взглядом все таки зашел первым. Для гриффиндорца этот бар стал, как родной с прошлого года. Засаленные окна и лампы, деревянные стулья и сено покрывавшее каменный пол никогда его не смущали. Главное, что здесь был вполне адекватный владелец он же бармен и никто не спрашивал какого лешего школьники забыли здесь ночью. Они с Джеймсом в прошлом году чуть ли не каждые выходные проводили здесь, как только Сириусу стукнуло семнадцать. Так как у Блэка весь день было игривое настроение, он продолжил приставать к Рему: дойдя до столика он элегантно отодвинув стул перед ним и пока тот садился уточнил, чего милорд изволит. Люпин снова почувствовал себя принцессой. «Я конечно не против, но почему все постоянно пытаются за мной ухаживать?!» Расположившись за грязным столом Сириус еще раз спросил чего желает Рем, так как первый вопрос тот проигнорировал, и получив ответ «на свой вкус», он пошел сделать заказ. Сидя в одиночестве Ремус уже несколько минут рассматривал окружающую обстановку. Все вокруг было старым. От обшарпанной и пыльной атмосферы, до редких посетителей, сидевших по темным углам. У этого бара явственно читалась аура очень сомнительного заведения. В маггловских районах Люпин старался обходить такие заведения за милю. Над барной стойкой висела отвратительно живая голова кабана, Ремус отвернулся, передернувшись от омерзения. Он отвлекся разглядывая остальных людей, решивших пропустить по стаканчику этой ночью. Взор Ремуса сразу же зацепился за неприятного вида женщину, сидящую за барной стойкой, которая своим липким взглядом чуть ли не раздевала стоящего недалеко Сириуса. Даже Люпин вписывался в интерьер этого бара в разы лучше, чем Блэк, который лучился своей красотой и молодостью. Он еще раз глянул на отвратительную колдунью, запоминая каждую деталь ее внешности, сгорая от незнакомого до этого чувства. Сириус похоже не замечал сколько внимания он привлекал своей внешностью. Слизеринец уставился на идущего между столами парня, впитывая его образ всеми уголками мозга, отвечающими за зрение, тот слишком сильно выделялся на фоне этого неприятного места, и было сложно отвести глаза. — Ну что же, — вернувшись со стандартным набором: бутылкой виски и парой стаканов, Сириус разлил напиток в такие же как все окружающее грязные стаканы. — Снова за мое здоровье! — он поднял руку приглашая чокнуться бокалами. Ремус повторил его жест, перед этим брезгливо вытерев край стакана. У Сириуса был план напоить Рема до состояния развязывания языка, и наконец допытаться, что за отношения все таки у него с Розье. Римус же напротив боялся надраться, зная, что это чревато последствиями, в виде разговоров на темы, которые он пока не хотел поднимать. — Ну, — отхлебнув добротный глоток, заговорил Блэк, — как тебе два месяца учебы в Хогвартсе? — Интересный опыт, замок просто чудесный, хоть и такой огромный, — резерва памяти Люпина не особо хватало на запоминание всех маршрутов до кабинетов. — Несколько раз забредал в странные места, обычно просто следую за сокурсниками, — он не называл их друзьями, так как они таковыми не являлись. — С учебой тоже вроде все в порядке, мне очень нравятся некоторые предметы, правда приходится постоянно добирать информацию в библиотеке. Исследовательская деятельность, конечно, увлекает меня, но, все таки, смею заметить, большинство преподавателей, как по мне, нихуя не компетентны. — Ну ты и заучка, — с любовью в голосе сказал гриффиндорец. — Мне определенно нравится, как замудренно ты разговариваешь, — Сириус еще раз отпил из стакана обжигающую жидкость, наслаждаясь расползающимся по телу теплом. — Ты видел лицо профессора Уилита, когда вчера сдавал свою чрезмерно огромную домашку? Я думал он прям там откинется от ужаса, — хохотнул он. — Они сами виноваты, каждый говорит сколько минимально нужно написать, не говоря о лимитах слов и длины доклада. Странная система, учитывая, что той же длины доклад можно было написать размашистым почерком и он был бы менее значимым. — Я с тебя балдею, — разливая новую порцию, гриффиндорец сиял от восхищения, что очень льстило Люпину. — Кстати, а как ты выбирал предметы для изучения? Ты уже выбрал, кем хочешь работать после? — Я бы хотел учиться дальше, — Ремус не раз размышлял в какой сфере ему хотелось бы получить профессию, ему нравилось структурировать информацию, нравилось постоянно изучать что-то новое. — А так меня привлекает преподавание, но это только из-за того, что я знаю, как преподнести информацию лучше. Наши учителя далеко не все понимают, как работать с людьми и тем более с детьми, часто ощущаю от них какое то высокомерие по отношению к нам, особенно когда кто-то что-то не понимает, как будто мы с пеленок должны разбираться в их предмете, абсурд. — О, я понимаю о чем ты, — и внезапно ляпнул: — Не хотел бы попрактиковаться в этом? — он давно хотел попросить личные уроки, еще со времени их первой встречи в поезде. — Научи меня так же профессионально невербальным заклинаниям! Или беспалочковой магии! Это просто охуенно! — Я рассмотрю вашу заявку, мистер Блэк, — Ремус уже был согласен. Он сделал паузу якобы обдумывая предложение. — Ваша заявка одобрена. С этого момента обращайтесь ко мне только как “сэр” и “профессор Люпин”, — серьезный тон сильно контрастировал с расползающейся довольной улыбкой. — Хорошо, — смеясь ответил Сириус и добавил, — профессор. Они продолжили обсуждать школьную деятельность, совершенно не следя за быстро исчезающим спиртным в бутылке. Парни были расслаблены и наслаждались обществом друг друга. Казалось, что они знакомы уже много лет, так плавно и непринужденно звучали их мысли и слова. Ремус чувствовал себя максимально комфортно, разговаривая с гриффиндорцем, чего не ощущал уже очень давно. Помимо этого он стал осознавать, возможно под влиянием плавно наступающего опьянения, что его определенно тянет к Сириусу, не только в плане общения. Он не знал что это за ощущение, в животе порхали те самые бабочки из романтических рассказов. «Неужели именно так чувствуется влюбленность или я просто нажрался, как скотина?». Сириус посмотрел на него внимательным взглядом, как будто прочел его мысли. — Я что, сказал это вслух? — смутился он глядя на странную реакцию гриффиндорца. — Что? — Ничего. — Просто смотрю на тебя, ты очень красивый. — Кажется нам пора возвращаться, — перевел тему Ремус посмотрев на пустую бутылку, и спешно став собираться, почему-то покраснев до кончиков ушей. — Сколько я тебе должен? — Не надо, это же мой день рождения, я проставляюсь. Встав парни ощутили эту бутылку с полна, в глазах двоилось, в конечностях ощущалась приятная слабость и вывалившись из бара они направились к Сладкому королевству, дорога до которого показалась им вдвое длиннее. Зайдя в коридор, Сириус споткнулся и смеясь навалился на Римуса. Так они и пошли держась друг за друга спотыкаясь и хихикая. — Кажется я в говно, — почти дойдя до конца Сириус остановился, чтобы совладать с поехавшими перед глазами стенами и ухватился покрепче за второго парня. Слизеринец держал Сириуса, который чуть ли не падал, смотря на его раскрасневшееся улыбающееся лицо, красиво освещающееся волшебным светом. Он аккуратно убрал свободной рукой, которая держала палочку, растрепавшиеся волосы, которые закрывали половину лица Сириуса, заправив их за ухо. Взгляд задержался на приоткрытых губах и поднялся вверх к опьяняющему взору серых глаз, в которых так ярко сияли огоньки от света палочки. Прикосновение к щеке парня обожгло костяшки пальцев, хотя воздух и кожа были прохладными. Кажется дело было вовсе не в температуре. Продолжая стоять и смотреть на него, Ремус снова остановил взгляд на губах Блэка. Рука поддерживающая парня сжала ткань мантии сильнее. В помутневшей от виски голове сразу возникла мысль, которая перетекла в яркое желание: поцеловать Блэка. Она продолжала волнами вбиваться в черепную коробку и Люпин, недолго думая, прикоснулся к подбородку Сириуса и мягко провел большим пальцем по чуть влажным губам. Улыбка пропала с лица Сириуса, он уставился потемневшими от этого прикосновения глазами, в них тоже плескалось желание. Оба парня застыли на несколько секунд затаив дыхание, напрочь забыв что им все еще нужен кислород. Слизеринец поплыл первым, обронив палочку он обхватывая лицо ладонью, прижимаясь к чужим губам своими. В его рот сразу протолкнулся язык агрессивно отвечая на поцелуй. Сириус не сразу понял, что происходит, тело действовало на опережение, осознание о том, что его засосал вообще-то занятой парень пришло далеко не сразу. Оба растворились в нахлынувшем возбуждении, которое, по началу, вдарило в голову похлеще выпитой бутылки. Лицо Сириуса пылало от горячих ладоней парня и страстного поцелуя. По наитию он запустил руку в волосы второго и в порыве страсти потянул слишком сильно, вырвав из слизеринца несдержанный стон. Звук отрезвил Римуса и он несмотря на, уже весьма сильно причинявший боль, стояк с трудом оторвался от вожделенного объекта. — Я сделал что-то не так? — Сириус хрипло прошептал, встревожено глядя в глаза слизеринца. — Черт, нет, это было очень горячо, — Ремус собрал все силы чтобы не продолжить это приятное времяпрепровождение. — Просто нам пора, — он наклонился, чтобы поднять палочку. От боли впивающегося нижнего белья в слишком возбужденный член, Ремус распалялся все больше, но не рискнул поддаться желанию, чувствуя себя слишком пьяным. Первый секс на нетрезвую голову в каком то ебучем тоннеле не впечатлял. Возбуждение знатно отрезвило его и Люпин молча двинулся вперед, слыша за собой спотыкающиеся шаги и сбивчивое дыхание. Выйдя из тайного прохода они снова накинули на себя мантию, скрываясь в темноте ночи. Парни двинулись в сторону гриффиндорских гостиных, Рем решил, что лучше проводить друга, боясь что тот накосячит возвращаясь в спальни. Они старались больше не касаться друг друга, хотя желание продолжить теплилось в сознании и того и другого. Молча остановившись у портрета полной дамы они смущенно посмотрев друг другу в глаза попрощались. Ремус отказалась от мантии, сказав, что как нибудь выкрутится если его поймают, все таки он отличник еще и новичок, понимая, что со своими навыком скрытности и так без проблем доберется. Напоследок Сириус ненадолго взял Римуса за руку, желая почувствовать тепло и убедиться, что это все происходило на самом деле. Ремус быстро добрался до подземелья, удача снова ему благоволила, он только раз услышал вдалеке шаги но, спрятавшись, понял, что они абсолютно точно звучат не по его траектории пути. Вернувшись парень завалился в кровать, уставший, пьяный и счастливый. Эта ночь была чудесной, поцелуй все еще ощущался невидимым теплым светом на его губах. Немного полежав, он решил сначала отправиться в душ, где планировал подрочить думая о Сириусе, возбуждение продолжало пульсировать в паху, явно не желая спадать. Зайдя в ванную комнату, закрыв дверь, Ремус поставил заглушающие чары, чтобы никого не разбудить и включил воду. Именно в этот момент дверь снова открылась. На пороге стоял его парень, с видом который своей свирепостью мог напугать даже медведя. Повторно наложив заглушающие, он двинулся на Рема. — Не хочешь мне чего-нибудь рассказать, любимый, — он вплотную приблизился к парню, который и не предполагал таких удачных развитий событий. — Чем от тебя несет? — находясь так близко он сразу учуял посторонние запахи. — Это алкоголь и табак? У тебя совсем отсутствует инстинкт самосохранения? — Я… — начал Рем и его тут же прервали. — Завали свой грязный рот, — резкий удар по солнечному сплетению выбил из груди весь воздух и Рем согнулся от боли, — пока ты являешься моим парнем ты, — колено прилетело в нос парня и по мокрому кафелю словно распускающиеся розы стали расползаться кровавые пятна, — обязан сообщать мне куда, — удар, — когда , — снова, — и с кем ты решаешь, — каждая фраза сопровождалась ударом, — пойти, — сквозь зубы произнес Розье. — Как ты смеешь так поступать со мной? — он с легкостью развернул Ремуса от себя прижав того головой к холодному кафелю. По стене заструилась кровь из разбитого носа. В голове прояснилось настолько, что как будто бы тот и не пил пол ночи в баре. — Э-Эван, пожалуйста… — стараясь не переигрывать простонал Ремус, — ты д-делаешь мне больно, — он громко всхлипнул, и сразу же закашлялся, подавившись текшей кровью. — Я сказал тебе молчать! — он стукнул Ремуса головой о стену и тот зашипел от боли во лбу, все еще стараясь не застонать от предвкушения скорой расправы. — Ты ведь понимаешь, Ремус, что без наказания ты сегодня отсюда не выйдешь? — Эван нарочито нежно провел по щеке парня, размазывая по ней кровь, и шепча. — Я не хотел чтобы это случилось, но ты сам вынуждаешь меня. Люпин ликовал, это было явно лучше дрочки.