Миссия: найди-себе-сам соперника на пути совершенствования

Глава школы был удивлён. И катал по столу пилюлю, отвлекая. А потом съест, а на столе пыль, не удивительно, что болеет. — И ты хочешь пойти на задание с учеником Шэнем? Добровольно? Лю Цингэ кивнул. Это было идеальное задание для них четверых. И пусть его пришлось долго ждать (шицзе Ци успела написать письмо с извинениями Цинъюаню, Цинъюань успел написать письмо с извинениями шисюну Шэню, а шисюн Шэнь успел написать письмо Лю Цингэ, в котором расписал действие его следующего яда во всех подробностях и намекнул, что может не расчитать дозу). И зря глава школы так удивляется, он уже почти добровольно и до этого ходил на задания с шисюном Шэнем (у него был выбор между шисюнами Шэнем и Ли, конечно он выбрал первого). — Вы натворили что-то и хотите сбежать? — уточнил глава школы. — Ученик Шэнь заставил тебя? — Нет, — видимо, надо сказать, — Я хочу семейное задание. И как будто шисюн Шэнь может заставить Лю Цингэ что-то сделать. Для этого надо победить его сначала. Цинъюань не пользуется этой возможностью, Лю Цингэ сам готов сделать для него что угодно. — Четыре человека на одно задание? — глава школы задумался. — Они же просто будут стоять и смотреть, как ты кого-то бьёшь. — В этом план. — Покрасоваться перед учеником Юэ? И это тоже, но главное — поговорить. Шицзе Ци оказывается не понимает Цинъюаня. Что он хороший. А Лю Цингэ не смог объяснить. Пускай сходят на нормальное задание вместе (потому что на переговорах они говорят с другими, а не друг с другом) и подружатся. Хорошее задание всегда сближает. Если не с шисюном Шэнем. — Да, — остальное долго объяснять. Глава школы тяжело вздохнул и согласился. И опять покатил пилюлю, чуть не уронив со стола. Лю Цингэ бросился и схватил. И съел. Кислая. Вкусно, не удивительно, что глава школы их так часто ест. — Зачем ты это сделал? А глава школы тоже читает мысли? Потому что этим вопросом сейчас и задавался Лю Цингэ. Это он научил Цинъюаня? Этому учат на Цюндине? А математике — нет? Или Цинъюань всё же не любит цифры из-за имени? — Надо пригласить учителя математики, — задумчиво ответил Лю Цингэ. — У нас есть. — Он не справился. — Я знаю, ученик Лю, я знаю. Я передам подробности задания с учеником Юэ. — Но я знаю подробности. В конце концов, Лю Цингэ выбрал это задание сам. Но глава школы только махнул на всё — Лю Цингэ — рукой и выгнал из кабинета. Какой-то он задумчивый сегодня, узнал, что Лю Цингэ случайно разбил бутылку вина, которую глава школы хотел распить в компании лорда Аньдина? Но Лю Цингэ заменил её и даже не вином шисюна Ли. Лю Цингэ пожал плечами и пошёл собирать остальных. Это было срочное задание, а они и так уже задержались, пока Лю Цингэ собирал команду («Должен ли я принять сторону злодея, чтобы было честно, как любит шиди Лю?»). Так теперь ещё и Цинъюань опаздывал. Шицзе Ци подняла бровь (а у Лю Цингэ не получалось поднимать только одну, он пытался), когда они втроём собрались и ждали. Цинъюань совсем не помогал в этом трудном деле и опять не рассчитал время. Или его задержали дела. Или шиди Фу и Цао ныли ему на то, что шисюн Шэнь подло напал (Он решил обождать с нападением на Лю Цингэ, чтобы убедиться, что всё в порядке. Но нападение должно случиться, так что в этот раз не повезло им). Лучше бы победили. — Он вернётся, — сказал шисюн Шэнь, хотя Цинъюань даже не уходил. Он ещё не пришёл, чтобы уйти. — Ну-ну, — шицзе Ци опустила бровь (хорошо, Лю Цингэ начал бояться, что это навсегда) и достала зеркальце, поправить макияж. А ведь день был солнечный и отблеск тут же скользнул по дереву, у которого стоял шисюн Шэнь. Лю Цингэ бросился. Шисюн Шэнь не успел отскочить. Лю Цингэ не очень любил внезапные нападения (они подлые), но любил внезапные драки (Это разные вещи!), они самые интересные. С шисюном Шэнем это было два в одном, и всё меньше получалось считать их подлыми. Лю Цингэ знал почти все приёмы шисюна Шэня, и за последнее время шисюн так и не смог его удивить. Такие драки даже можно считать честными, не так ли? Шисюн Шэнь увернулся и Лю Цингэ врезался в дерево. От неожиданности вскарабкался на нижнюю ветку и пару мгновений просто сидел, растерянно смотря по сторонам. Шисюн Шэнь предвкушающе ухмыльнулся и отсёк ветку лезвием ци. Лю Цингэ прыгнул на него в падении. Потом пусть не говорит, что нападения в этом месяце не было. Уже второе. — Шиди… — разочарованный голос Цинъюаня прервал шисюна Шэня, пытавшегося силой накормить Лю Цингэ мхом безделья (Откуда он у него? Он смог проникнуть в теплицу лорда Аньдина?). Они отпрыгнули друг от друга, Лю Цингэ начал отплёвываться. — …Лю, — неожиданно закончил Цинъюань. Лю Цингэ неверяще посмотрел на шисюна Шэня. Тот тоже был удивлён. — «Шимэй Ци», но уже лучше, — шицзе Ци убрала зеркальце, которым подливала масла в огонь, когда запал у дерущихся спадал. — Что задержало шисюна Юэ? — Вот это! — Цинъюань радостно достал новый веер. — Чуть не забыл. У шицзе Ци задёргался глаз. Шисюн Шэнь отчаянно пытался сделать вид, что веер только что убил его чувство прекрасного. Не получалось, Цинъюань почти месяц ничего не дарил, всего себя вложил в этот веер (Потому что на ткань они потратили немыслимо большую сумму. Грустно, но а-Янь стоил дешевле куска ткани. Надо привезти его в гости, показать Байчжань) и шисюн Шэнь скучал по новым поделкам. Цинъюань даже разрешил Лю Цингэ помочь (хотя он и не спрашивал). — Отвратительно, — сказал шисюн Шэнь и чуть вместе с рукой не оторвал. Покрутил веер в руках, открыл, пару раз взмахнул. — Сносно, — и тут же скрыл им заалевшие щёки. — Что это за жуть? — шицзе Ци подошла ближе и тихо спросила на ухо. И вовсе не жуть. Да, когда окрашивали ткань (торговец сказал, что в красный, но Лю Цингэ сильно сомневался), что-то пошло не так, и теперь веер состоял из разводов всех цветов (Часть добавил уже Цинъюань. Изначальных ему показалось мало). Потом их застукали шимэй Ван и шиди Цзи, и шимэй Ван с радостью добавила символов, чтобы веер светился в темноте. Светились только зелёные места (которые были салатовыми, но никто не стал уточнять). У них ещё осталась ткань, и Цинъюань подумывал сделать зонт. Шимэй Ван обещала помочь с непромокаемостью. Она была воодушевлена (Она тоже дружит с шисюном Шэнем? Будут ли они вместе с Цинъюанем делать ему странные вещи?). Теперь Цинъюань ждёт, когда шимэй Ван сможет видеть (они пробовали и так, но кусок ткани, на котором они проводили испытания, сбежал и утопился в пруду на Сяньшу). Шиди Му обещал, что скоро, если не будет пытаться сорвать повязку (Нарисовал ли Цинъюань на повязке янтарный с лиловыми пятнами лотос? Да) — Бывают янтарные лотосы? — ответил ей Лю Цингэ. — О, это то, что должно было быть изображено на повязке шимэй Ван? Лю Цингэ кивнул. Они начинают понимать. А его новую ленту для волос никто не заметил (Цинъюань сделал подарки для каждого, для шицзе Ци тоже. Он хотел подарить его позже). На ней есть вышивка (это белое на белом, но вот Лю Цингэ сразу заметил). Цинъюань остался тогда на ночь и забыл все документы на Цюндине. Зато нашёл ленту и шёлковые нити, которые Лю Цингэ планировал подарить позже и спрятал в единственном месте, в котором можно копаться. Их компромисс. Потому что Цинъюань копается в вещах. Приятно узнать о нём новое, неприятно, когда копаются в вещах. — И кого там шиди Лю должен победить, пока мы в восхищении аплодируем? — шисюн Шэнь перестал любоваться на веер и вернулся к делу. — Это может быть сильный демон, — возразил Лю Цингэ, хотя в письме не уточнялось, кто это был. Не то, чтобы они не догадались, почему он позвал их на задание. Но шицзе Ци поделилась, что потом она отведёт шисюна Шэня в какую-то тёмную пещеру («Нет, не за этим, шиди Лю!»), чтобы показать колокольчики, звенящие в ночи. А Лю Цингэ может погулять с Цинъюанем в это время где-то ещё. Город Фэнъянь находился слишком близко с границей царства демонов, чтобы это был первый вызов заклинателей за последние несколько лет, но это было так. Да и сейчас он выглядел так, будто ничего страшного не произошло. Ни разрушений («Ничего, шиди Лю, они появятся»), ни траура и слёз («Это тоже будет, когда мы вернёмся и я доложу лорду Циню о разрушениях, шиди Лю»), ни даже закрытых ворот или стражи у них («Слушайте, у меня тоже может быть творческий кризис, придумайте сами, что ответить»). Внутри города тоже было спокойно: кричали торговцы, расхваливая товар, бегали дети, играя прямо на улице, молодые девушки строили глазки всем им четверым (Шицзе Ци даже немного засмущалась. Все засмущались, на самом деле. Только Цинъюань вежливо махал в ответ хвостом). Но письмо с просьбой о помощи существовало, и надо было проверить. Это всегда мог быть демон иллюзий, и на самом деле город уже давно сгорел и все умерли. В городе Лю Цингэ предложил разделиться: он пойдёт с шисюном Шэнем, а шицзе Ци с Цинъюанем. Шисюн Шэнь закатил глаза, но согласился. — Через шичэнь встречаемся в борделе, — сказал шисюн напоследок. — В каком ещё борделе?! — возмутился Лю Цингэ. — Не думаю, что их много, городок небольшой. — Шиди Шэнь, шиди Лю хочет сказать — почему. — Потому что всё равно туда идти за слухами, и место приметное и никто, — он посмотрел на Цинъюаня, — не заблудится. Они заблудились один раз! Шисюн Шэнь теперь всю жизнь будет это им припоминать? Цинъюань согласился за всех. Только опять бродить одному вдоль улицы, пока все обсуждают дела внутри. Потому что ноги Лю Цингэ никогда не будет в борделе (тот случай не считается, им проломили крышу и заставили туда упасть). Даже, если там работают милые люди (а подруги шисюна Шэня милые, они несколько раз пересекались в городе), готовые помочь (Даже один раз бесплатно. Очень милые девушки). Но это был не Радушный Красный Павильон и Лю Цингэ не собирался позволять незнакомкам гладить свой хвост в качестве оплаты. Первым делом они пошли на рынок. На рынке можно собрать информацию, как сказал шисюн Шэнь. Или шисюн Шэнь просто хочет купить ответный подарок. Одолжит ли он денег для подарка шимэй Ван? Лю Цингэ хотел порадовать её, когда заключение на Цяньцао закончится. Хотя окончание — само по себе отличный подарок, всегда приятно получить что-то ещё. Например, чернильный камень. Потому что все её запасы отобрал шиди Му и последние амулеты она писала кровью. — Ты собираешься заманить меня в тёмную подворотню и убить? — спросил шисюн Шэнь по дороге. — Ограбить. В тёмных подворотнях грабят. — Ты собираешься заманить меня в тёмную подворотню и ограбить?! — Нет, это лорд Аньдина. — Шишу Циня ограбили в подворотне? Шишу Цинь грабит в подворотнях? Подожди, почему мы разговариваем об этом? — Ты начал. — Просто скажи, что у тебя за идиотский план и покончим с этим. — Подружить шицзе Ци и Цинъюаня, — рассказал Лю Цингэ весь свой план (Да, он не продумал детали, но с шимэй Ван и Цинъюанем получилось же. С шицзе Сяо и шисюном Шэнем пока в работе, но тоже хорошо идёт). Шисюн Шэнь может помочь, если знает. Он любит обоих. — Конечно, ведь с шимэй Сяо у тебя так хорошо получилось. Как-то странно шисюн Шэнь похвалил. Но он всегда таким тоном хвалит, Лю Цингэ привык. Или он не знает, о чём они с шицзе Сяо говорили. — Она перестала мазать твою дверь дёгтем. — Это была она?! Я её уничтожу. Я полдня отдирал от двери насекомых, птиц и шиди Мина! Мы идём туда, — совсем другим тоном закончил шисюн Шэнь и показал на старушку, торгующую сладостями. Старушка оказалась очень бодрой и бойкой и тут же опытным взглядом определила шисюна Шэня главным. И начала нахваливать товар, всунув ему в руки палочку тангулу. — А у вас очень красивый город, — заметил шисюн Шэнь, кинув старушке монетку. — Спокойный. Не беспокоят опасные соседи? Вот, шисюн Шэнь тоже заметил. Ну, сложно было не заметить, они по дороге банду демонов остановили (И показали дорогу, они просто заблудились. Это что-то общее у демонов? Новый родственник Лю Цингэ, по рассказам Цинъюаня, тоже направление путал), потушили пожар, случившийся из-за огненной крысы-песчанки, которая водится только на юге царства демонов (Насколько странно, что хозяева почти сгоревшего дома решили её оставить? Сломала ли шицзе Ци ухо шисюну Шэню, когда испугалась и залезла ему на голову? Ухо можно сломать?) и встретили торговца, который их пирогом из солёной сухой солянки угостил (мерзкая штука, Цинъюань съел три куска). Старушка посмотрела на шисюна Шэня и сунула ему ещё одну палочку тангулу. — Нет, сейчас тихо и спойно у нас. Вот раньше частенько ужасы творились, милок, — с ностальгией сказала она. — Лет двадцать назад как-то напали на город демоны Цзючжун-цзюня, пытались наших женщин увести в его гарем. Или как-то хули-цзин пробегала через город, потом только тела находили. Суккубам тут как мёдом намазано было, парни строем уходили и не возвращались. А помнится, лет пятнадцать назад детишки пропадать стали, так и не нашли. И кто-то заклинателя растерзал, по кусочкам собирали, чтобы похоронить. Так и не узнали, кто это сделал. Зато детишки сразу перестали пропадать, похитителя и растерзали. Ходили слухи, что сам Тяньлан-цзюнь это сделал. После этого демоны не шалили, если уж сам повелитель царства демонов за человеческих детей вступился, то лучше не рисковать. — Скучно стало, не правда ли? — усмехнулся шисюн Шэнь. — Да не говори, милок, — старушка махнула седым хвостом. Кое-где на нём ещё оставались яркие жёлтые шерстинки. — И не шалите, — предупредил Лю Цингэ. — Конечно, милок, — старушка улыбнулась, показывая слишком длинные клыки. И дала шисюну Шэню ещё вкусностей. — Красивый цвет, — она показала на белые уши шисюна. — Эх, знавала я в молодости одного красавца с похожими ушами. Ах, каким был гибким, — она подмигнула. — Тогда почему звали? — с пылающим лицом перебил Лю Цингэ. Он не собирался слушать любовные истории от старой демонессы. Да и от молодой. От любой. Шисюн Шэнь наступил ему на ногу. Да-да, Лю Цингэ помнил, что ему нельзя говорить со свидетелями. Но это была подозреваемая! И она хотела говорить об ЭТОМ. — Однако, мой глупый шиди прав, — шисюн Шэнь не убирал ногу. Подло. — Кто-то позвал заклинателя из Цанцюна. Но старушка ничего не знала даже за дополнительную плату. Шисюн Шэнь сейчас разбрасывается деньгами, а Лю Цингэ наверняка ничего не одолжит. Или одолжит, но отдать надо будет вдвойне (леди Цинцзина учит его подлостям так, будто он сам не умеет). А он в процессе блужданий нашёл отличный набор для каллиграфии. С чернильницей, расписанной фениксами. Шимэй Ван будет смотреть на неё и вспоминать про своё платье, которое всем так понравилось. Лю Цингэ решил рискнуть (шисюн Шэнь всё равно остановился у этого торговца в поисках информации) и попросить. Но не успел, шисюн Шэнь купил её сам. — Для шисюна Юэ это слишком просто, — обиженно сказал Лю Цингэ. — Это не для него, — шисюн Шэнь опять смутился и прикрылся веером. Мимо проходящая девушка замерла в восхищении. Это была необычная реакция. — Господа заклинатели купили веер на рынке? — у девушки уши встали торчком и хвост так и ходит ходуном, чуть не сметя товары с прилавка. Хвост был рыжим, с белым кончиком. А уши бурые. Совершенно не скрывается. Ещё подозреваемая. — Это подарок, — шисюн Шэнь тут же спрятал веер в рукав. И зашипел на всякий случай. — А старушка сказала, что хули-цзин тут больше нет, — обвиняюще ткнул в девушку пальцем Лю Цингэ. И тоже получил шипение от шисюна Шэня. И веером по руке (когда только достал обратно). Что? Их обманули, он должен сказать. Девушка, уже совсем не скрываясь, выпустила остальные хвосты и подбоченилась. И с пренебрежением посмотрела. — Да я тут уже лет сорок живу, — гордо сказала она. — А вы пришли и уже свои порядки устанавливаете. Как только рука поднялась, — она хлопнула по всё ещё протянутой в её сторону руке Лю Цингэ. Тот поспешно спрятал руку за спину. Они сговорились? — Простите моего шиди, — шисюн Шэнь вышел вперёд с таким видом, будто не начал шипеть первым. А он начал! — Он не очень умён. Раз юная леди так долго в городе, может, она знает, кто мог отправить письмо в Цанцюн? Юная леди (для хули-цзин так вообще почти ребёнок) с усмешкой посмотрела на Лю Цингэ и вернула взгляд на веер. Теперь ходуном ходили все девять хвостов (торговец просто переложил товар на другую сторону прилавка и забыл про них, подзывая мимо проходящего мужчину). Если шисюн Шэнь отдаст ей веер как оплату, Лю Цингэ вызовет его на битву прямо тут. — Я знаю, кто его сделал, — выпалил Лю Цингэ, пока шисюн Шэнь не успел отдать. — Я тебя прикончу, — прошептал шисюн Шэнь. — Это только моё. Но Цинъюань обрадуется, когда узнает, что веер понравился, действительно понравился, кому-то, кроме Лю Цингэ. И они могут получить информацию. Разве не в этом смысл всех сегодняшних действий шисюна Шэня? — Согласна, — прервала хули-цзин попытки шисюна Шэня воткнуть отравленную иглу в руку Лю Цингэ. — Я не знаю, кто это был. Но могу показать того, кто носит письма. По дороге на почту шисюн Шэнь озвучил опасения самого Лю Цингэ. Их заманили. А вот кто и зачем, пока оставалось тайной. Хули-цзин оказалась довольно милой, расспрашивала про другие работы Цинъюаня. Лю Цингэ показал ей ленту и портрет а-Яня, который Цинъюань нарисовал совсем недавно и пока они носили его с собой, чтобы отдать родителям, если окажутся поблизости. — Он может нарисовать меня? — хули-цзин была в полнейшем восторге. Надо попробовать подарить пару портретов тому советнику-генералу Тяньлан-цзюня (ответный подарок за фигурки, мама учила вежливости). Цинъюань Тяньлан-цзюня даже живьём видел, может получиться. — Может. Потому что Цинъюань обрадуется. В мире не так много людей (да и из демонов она — первая), кто ценит его творчество. А шисюн Шэнь потерпит, не всё же ему наслаждаться. На почте их встретил писарь и владелец в одном лице. На удивление — обычный человек. Шисюн даже достал талисман, определяющий демонов и украдкой прилепил тому на спину. Не засветился. Но писарь заметил и странно на них смотрел весь разговор. А хули-цзин поприветствовал, как хорошую знакомую. Какой странный город. Может, зря шисюн Шан так боится Мобэя со всеми познакомить? — Я не писал такого письма, — сказал им писарь. — Но у нас многие грамоту знают и сами пишут. А почту у нас возит У Диюань, он сейчас гнездится. Но могу позвать, он не откажет. — Гнездится… — шисюн Шэнь стал ещё подозрительнее. — Ну так время сейчас. А ему скоро яйцо откладывать, вот он и готовится. Он белый перевёртыш. Вы не думайте, господа заклинатели, он точно ни на кого не нападал. Он — славный малый. — Я должен найти шисюна Юэ, — шисюн Шэнь сменил подозрительность на беспокойство. — В этом месте слишком опасно. — Да вы что? — ужаснулся писарь. — Тут никто не нападёт, демоны чтят завет своего повелителя не нападать на людей в этом городе. — Точно, — поддакнула хули-цзин. — Я ведь тут жила, когда тому заклинателю голову и хм… ещё кое-что оторвали за детишек. И тёмную ци повелителя любой демон узнает. Это точно он был. — Но он тоже заклинатель! — И планирует напасть на жителей? — хули-цзин прищурилась. — Потому что на демонов в Фэнъяне тоже нападать нельзя. — Нет, Цинъюань хороший! — Он идиот, — пробормотал шисюн Шэнь. — Он сейчас наверняка угощает всех своими жуками. Хули-цзин мечтательно вздохнула (да, у Цинъюаня вкусные жуки). Если Лю Цингэ зря рассказал ей о Цинъюане и она захочет его увести, он вызовет её на битву. Даже за пределами города, раз тут так принято. — Тогда не беспокойтесь, — писарь усмехнулся. — Здесь не судят за то, что ты заклинатель. По правде говоря, некоторые никогда заклинателей и не видели… Он резко замолчал и переглянулся с хули-цзин. А потом они вместе сказали: — Дева Гу! — Что за дева Гу?! Она хочет убить заклинателя? — тут же вскинулся шисюн Шэнь. Лю Цингэ тоже собрался. Возможно, именно для этого их и заманили. — Нет-нет, — писарь замахал руками. — Она просто хотела хоть раз увидеть заклинателя, а у неё мать строгая и не выпускает из города. — Верно, там может быть опасно, — согласился Лю Цингэ. Особенно для молодой девушки. — Она суккуба из борделя, — хмыкнула хули-цзин. — Для кого ещё опасно может быть. И опять та старушка их обманула. Хотя, она говорила, что демоны нападать перестали и они не нападают. И теперь точно идти в бордель. Пусть шисюн Шэнь идёт, одного заклинателя вполне хватит ей посмотреть. И как раз время выходит, пора встретиться с шицзе Ци и Цинъюанем. У борделя. Постоит ли Цинъюань с ним на улице, раз никого спасать не надо? Он тоже не очень любит бордели (И когда туда ходит шисюн Шэнь. И когда туда ходит шицзе Ци). *** Юэ Цинъюань молча следовал за шимэй Ци (куда бы она его не вела) и осматривался по сторонам. Город был замечательным. И таким мирным! Он только что видел демонёнка, играющего с обычными детьми в догонялки. И с любопытством оглядывающегося на них. Цинъюань угостил их жуками. Хотел конфетами, но ошибся мешочком. А жуков они тут же расхватали, не отнимать же (хотя они планировали поджарить их с Цингэ после задания). Шимэй Ци ничего не сказала на это. Но он понятия не имел, о чём говорить. Да, она написала ему письмо с извинениями (Он теперь старается не винить Сяо Цзю сразу, он ошибался, когда так делал. Теперь только после уточнения. Сяо Цзю по-прежнему часто виноват, но теперь смотрит на Юэ Цинъюаня с гордостью). Да, они работают над отношениями (и над новой партией мешочков сяннан). Да, он очень ценит попытки Цингэ подружить его со всеми (Но, не смотря на то, что он старший ученик пика дипломатии, в обычном общении он хуже, чем Цингэ. Тот хотя бы не обращает внимание на странности других, а Цинъюань потом ночами не спит и думает). Но у них просто ничего общего, кроме Сяо Цзю. Которому необычайно повезло, он пошёл развлекаться с Цингэ. Юэ Цинъюань украдкой вздохнул, незачем портить настроение ещё и шимэй Ци. — О, да хватит, — шимэй услышала вздох. — Я уже не злюсь. — Всё хорошо, — Юэ Цинъюань улыбнулся. — Замечательный город, не правда ли? — Слишком замечательный. Ты только что угостил маленького демона. — Он был вежливым и нехорошо обделять его только потому, что он демон. — Это демон. — Совсем маленький. И половина Цанцюна общается с демонами. Он, конечно, преувеличивает, но не сильно. И Мобэй, например, никогда не причинял вреда (даже принёс в подарок не тающую снежинку, она висит на стене в тёмном месте). И к бездомным шиди Чжу в последнее время прибиваются только те, кто просто пришёл поесть (Они говорят, после пленения Тяньлан-цзюня в королевстве полный раздрай и до сих пор не могут навести порядок. Ох и намучается Бинхэ, если захочет стать повелителем). Один из семьи Лю встречается с демоном (тоже очень милый). А тот советник Тяньлан-цзюня был очень добр к ним и подарил арбуз (И фигурки Тяньлан-цзюня, одну Юэ Цинъюань оставил себе. Он разукрасит её. Надо только не выносить её из тёмного места, а то учитель увидит, а у него слабое сердце). Не говоря уже о том, что шимэй Чэн недавно бегала к демону на свидание (Мужчины-люди в её вкусе закончились. Он опять утешал некоторых из них). — Он вырастет. — И хорошо, если он будет помнить доброту людей, не так ли? — Юэ Цинъюань снова улыбнулся. На этот раз шимэй Ци только согласно кивнула. И остановилась у небольшой чайной. Какая отличная мысль, там можно встретить интересных людей и узнать, что случилось. И он не ел с утра, Цингэ замотался, собирая их на задание и даже не зашёл (он может поесть без Цингэ, просто не каждый день). Хотя, учитель ему приносил завтрак. Он остался стоять в кабинете и всё равно испортится, когда они вернутся. Но было не до еды, те письма из Хуаньхуа надо было прочесть. И узнать, как зовут Мастера Дворца, посмотрев на подпись (он подписал, как Мастер Дворца, вот хитрец). Чай им подала милая женщина с полосатым хвостом. Рыже-зелёным. Полукровка, наверное. Шимэй Ци недоверчиво понюхала чай и незаметно кинула в него пилюлю. Сяо Цзю тоже так делает в местах, о которых мало знает и владельцам которых не доверяет (то есть — всех, кроме своей любимой чайной). Юэ Цинъюань отпил сразу, было вкусно. Хотя, Сяо Цзю говорит, что его вкус ужасен во всём. Это неправда. Недавно Цингэ, невероятно смущаясь, угостил его чаем, который сам заварил и он был великолепен. И чай, и Цингэ. А кто-то сказал ему, что он не умеет заваривать чай (подло обманули, возможно, это был Сяо Цзю). Разрешить ли чай Цингэ на одно собрание? Остальные должны его попробовать. — Очень вкусно, — сказал Юэ Цинъюань женщине с полосатым хвостом. Та довольно улыбнулась и обещала баоцзы со стреляющим луком в подарок. Шимэй Ци подозрительно подняла бровь. Как они с Сяо Цзю похожи. В следующий раз они должны разделиться по-другому, он опять давно не ходил на задания с Сяо Цзю (Хотя Юэ Цинъюань приглашал на охоту, но Сяо Цзю был занят еженедельной встречей с Леди Шан и отказался. А потом они эту странную штуку уже с Цингэ победили. Они с Сяо Цзю тоже должны устроить неделю для них двоих). Не считать же дипломатические, на которых Сяо Цзю полностью занят тем, что пытается тайно сделать подлость любому, кто не так посмотрит на Юэ Цинъюаня (был скандал, когда оказалось, что у того мужчины просто глаз косил). Хотя, это приятно, что он снова так делает. Сяо Цзю замечательный! Ещё бы разрешил снова так себя называть. Может, если пытаться редко-редко, он привыкнет и не будет злиться? — Они не отравлены, — попытался развеять Юэ Цинъюань сомнения шимэй Ци. А, если понравится, то он возьмёт и для Цингэ. — Конечно, нет, — подхватила женщина. — В Фэнъяне запрещено нападать на людей. Как удачно, теперь можно спросить про письмо. Потому что там было не очень понятно, просто просили прислать заклинателя на помощь. Сяо Цзю бы подумал, что их заманивают. Он всегда так думает в первую очередь (он часто прав, но это не важно, они всегда должны помочь). — Но нам прислали письмо, — Юэ Цинъюань достал его и показал. — Пишут, что нужна помощь. Шимэй Ци посмотрела. Не стоит так, женщина может помочь им. И не обязательно она во всём виновата, откуда такие мысли. Демонесса глянула на письмо и вздохнула: — Дева Гу. Придумала таки способ. — Вы знаете, кто написал, — радостно улыбнулся Юэ Цинъюань. — Зачем она нас заманила? — спросила шимэй Ци. А Юэ Цинъюань был прав, она тоже так подумала. В последнее время ему всё чаще удаётся угадывать. В последние пару лет. Это потому что он счастлив и обращает внимание на других? — Она любительница историй о заклинателях, — ответила демонесса. Надо узнать, как её зовут, а то так невежливо. — Мечтает посмотреть хотя бы на одного. А последнего лет пятнадцать назад на куски порвали. Шимэй Ци, которая только успокоилась и расслабилась, снова стала серьёзной. Юэ Цинъюань покосился на Сюаньсу. Будет обидно, если на них нападут и захотят разорвать, ему тут нравилось. — Порвали? — он продолжал улыбаться, чтобы не накалять атмосферу. — Старожилы говорят, это сам Тяньлан-цзюнь был. А заклинатель, вроде, на детей нападал. Человеческих. Мы поняли намёк и с тех пор на людей не охотимся. У меня и мама — человек, — гордо закончила она. — И с проблемами разбираемся сами, зачем нам заклинатели? — О, я хочу поговорить об этом, — уши у шимэй Ци поднялись от любопытства. — Ты не против, шисюн Юэ? — Конечно, нет. Ему тоже было интересно. Он мало знал о Тяньлан-цзюне, пусть и сражался с ним. А, раз ничего страшного не случилось (если их обманули и случилось, то беседа тоже поможет вывести их на чистую воду), можно спокойно попить чай и поболтать. С Сяо Цзю и Цингэ встреча назначена ещё не скоро, они не будут волноваться. — Всё так замечательно складывается, — добавил Юэ Цинъюань радостно. И посмотрел на шимэй Ци. Но она не знала о проклятье (которого не было) и ничего не сказала, только довольно улыбнулась. — Присядьте с нами. — Но посетители, — засомневалась демонесса. Посетителей и правда было достаточно, но они уже получили свои заказы и наслаждались чаем и едой. Юэ Цинъюань посмотрел на демонессу, на ожидающую шимэй Ци и предложил помочь. Уж что, а подать чай он сможет. А самое интересное шимэй Ци ему расскажет потом (и им будет о чём поговорить!). — Но вы гость, — возразила демонесса. — Мне не сложно, — искренне улыбнулся Юэ Цинъюань. — У меня есть другая идея, — демонесса наполовину высунулась в окно и заорала: — Юйюй! Живо сюда! Спустя пару мгновений в чайную вбежал детёныш, один из тех, кто игрался на улице. Весь в песке и с надкусанным жуком в руке. Демонесса окинула его взглядом, быстро вылизала и подтолкнула вперёд. — Поможешь с посетителями, пока мама разговаривает. Детёныш закивал и побежал помогать (просто стоять, новых заказов не было). А он выглядел совершенно как человек, ничего демонического. Надо же, как получилось. У Бинхэ тоже будут такие дети, что не отличить? Ох, о чём это он, Бинхэ всего шесть (почти, Цингэ посчитал), какие дети. Юэ Цинъюань завистливо посмотрел, он тоже хотел помочь. Шимэй Ци фыркнула и зашептала демонессе на ухо. — Вы можете помочь, — с удивлением сказала та. — Юйюй объяснит, что да как. Это был бы интересный опыт. Юэ Цинъюань скользнул за прилавок и сунул нос в баночки с чаем. Цингэ разрешил ему копаться только в одном ящике, в котором складывал вещи специально для него (хотя было боязно признаваться, что тот случай во время недели не единичный, а любимая привычка). Это было не совсем то, но надо уважать чужие чувства и границы (про границы им когда-то прочёл целую лекцию шиди Му). А тут ему разрешили. У него есть оправдание, чтобы копаться. Юэ Цинъюань снял крышку с очередной баночки и замер. Какой приятный запах, надо взять немного для Сяо Цзю, он любит цветочные ароматы. И сладко пахнет, ему должно понравиться. Юйюй залез под прилавок и вытащил большую коробку с листьями. От листьев тоже сладко пахло. — Специально для нас привезли, — похвастался детёныш. — Если добавить в чай, то глаза горят красным. Как у повелителя Тяньлана! — Но у Тяньлан-цзюня не светились глаза, — вырвалось у Юэ Цинъюаня. Хотя, он особо не приглядывался, было не до этого. Была такая суматоха, и он совсем не понимал, чем может помочь, он не то, чтобы много проучился до битвы. Тяньлан-цзюнь тоже удивился, увидев такого юного Юэ Цинъюаня, оказавшегося в самой гуще событий. Возможно, на эффект неожиданности они и расчитывали. — Вы видели повелителя Тяньлана, — восхищённо выдохнул Юйюй. — Мама, он видел повелителя Тяньлана! На них начали оглядываться, как неловко. Он ведь не просто видел Тяньлан-цзюня, он помог его заточить. Но, как странно, что бы он не услышал о нём за последнее время, всё только хорошее. Да, хорошее говорят демоны, но надо бы самому проверить. Цингэ и шимэй Ци очень не нравится глава Хуаньхуа (Сяо Цзю он тоже не нравится, но Сяо Цзю не показатель, он не любит большинство людей. По правде говоря, пальцев одной руки хватит, чтобы пересчитать тех, кто ему нравится), а именно он был инициатором нападения. Надо сказать Цингэ, интересно, что он придумает на этот раз. Ещё удивительнее, что большинство здесь — люди, но все так заинтересованно смотрят. Он точно должен выяснить подробности о повелителе демонов. Но они ждали ответа, надо что-то сказать. — Мы сражались, — решил ответить честно Юэ Цинъюань. Теперь все смотрели с уважением. Надо же, какие странные люди (а Цингэ бы спросил, кто победил). Но зато, если узнают про Мобэя и изгонят их из Цанцюна, то можно поселиться тут. Тут бы даже а-Яню не было страшно (Надо привести его в гости и показать Цюндин. Цингэ не заберёт его себе). — Расскажи, как вы сражались, — попросил Юйюй. — Долго, — признался Юэ Цинъюань. Не стоит говорить подробно, если узнают, что он участвовал в том самом сражении, могут забыть про правило не вредить людям. — Тяньлан-цзюнь очень сильный демон. — Юйюй, не приставай к заклинателю, — шикнула демонесса. — Лучше принеси с кухни баоцзы со стреляющим луком, я обещала. Юйюй побежал на кухню, а больше никто в чайную не заходил, и Юэ Цинъюань решил послушать, о чём говорят шимэй Ци и демонесса. И спросить, можно ли взять этих чайных листьев. И тут сработало проклятье (которого нет, он всегда будет так говорить). Сразу несколько посетителей вошли в чайную. И хоть Юйюй отлично справлялся, Юэ Цинъюань не мог не помочь. Он даже провёл классическую чайную церемонию для одной пары (Юйюй подсыпал им тех листьев и у них глаза горели красным. Завораживающе). И, хотя Юэ Цинъюаню удалось улучить пару фэней, но полностью в разговоре поучаствовать не удалось. Зато шимэй Ци была довольна, как хорошо, что он ничего не испортил. Испортил Юйюй, внезапно появившийся из кухни со связкой мышей (особый заказ для демона с тремя глазами). Ох, сейчас случится страшное. Шимэй Ци увидела мышей (хотя Юэ Цинъюань пытался прикрыть Юйюя собой), замерла на полуслове, вскочила на стол и громко завизжала. Хвост у неё распушился чуть не шире самой шимэй Ци. Юйюй от неожиданности отпрыгул, ударился о стол и разжал руку. Мыши разбежались. Шимэй Ци перешла на шипение и достала меч. Демон с тремя глазами потянулся к ножу. Остальные следили за бегающими мышами. Сейчас набросятся и начнётся хаос. — Давайте все успокоимся, — Юэ Цинъюань широким шагом подошёл к шимэй Ци, рукой взялся за лезвие и потянул меч вниз. Ничего страшного, даже ци на такую защиту от пореза много не тратится. — Шимэй Ци, прекрати. — Но они теперь по всей комнате! Их бы не было там, не испугай шимэй Ци Юйюя, но такие слова никому не помогут. И Юэ Цинъюань знал, что значит панически бояться, они неделю путешествовали с а-Янем. Упрёки сделают хуже. Упрёки вообще не вариант, мы не выбираем свои страхи. — Мы соберём их, шимэй Ци. Хочешь, я отнесу тебя на улицу? Они не доберутся до тебя там. — Одна из них карабкается по тебе! — Ох, правда? — Цинъюань посмотрел вниз. Действительно, одна из мышей пыталась залезть по сапогу. Юэ Цинъюань нагнулся, поднял её за хвост и проглотил. Сяо Цзю опять будет пенять, что он ест всё подряд (Как лицемерно, сам он питается исключительно сладким. Да, Юэ Цинъюань видел, как он поливал сиропом рис). И не то, чтобы у них была возможность выбирать когда-то. Он просто привык. Это была не просто мышь, а валерьяновая. К счастью, без эффекта валерьянки, он не хотел портить отношения с этими милыми людьми и демонами. Ох, трёхглазый не выдержит и точно сейчас бросится, а Юэ Цинъюань почти успокоил шимэй Ци и она не пытается по головам убежать подальше, как из-за огненной крысы-песчанки (шисюн Шэнь всю дорогу жаловался на отдавленное ухо). И он держит её меч, это тоже причина того, что она не убежала. Как жаль, что Цингэ нет, он мог отвлечь хорошей битвой. Не отвлечь ли всех битвой? Ох, нет, не время. И их милая хозяйка переживает, что кто-то не выдержит и бросится и разнесёт чайную. — Юйюй, — позвал Юэ Цинъюань. — На тебя вся надежда, ты должен поймать их всех. Госпожа… мама Юйюя? — Люй Бичэн. Её сына зовут Люй Юйюй? Надо рассказать шиди Цину, он оценит. Или будет ворчать весь день, тут как повезёт. У всех пиков были свои причуды, у Цзуйхоу — имена, которые давал лорд Цин. — Госпожа Люй, не волнуйтесь, мы ничего не сломаем, я собираюсь купить у вас одну из чайных смесей, это сложно, если разрушить чайную. Вы, — Юэ Цинъюань развернулся к трёхглазому, — положите нож, это всего лишь случайность, шимэй Ци не собирается ни на кого нападать. — Он сражался с повелителем Тяньланем! — прокричал Юйюй, преследуя очередную мышь. Он поймал уже двух, пока Цинъюань говорил. Быстрый ребёнок. Но это не особо важная информация сейчас. — Мы не должны его обижать! Ох, вот он о чём. Ну, это демоны, наверное, это сыграет в их пользу. Или им отомстят за то, что подняли руку на Тяньлан-цзюня. — Она испортила мой обед, — демон даже не возмущался, он был обижен. — И достала меч. — Мои извинения, — шимэй Ци глубоко вдохнула и убрала меч в ножны. — Шимэй хочет поговорить об этом? — попробовал Юэ Цинъюань. У шимэй Ци получалось и это отвлечёт её от мышей (осталась одна, Юйюй очень ловкий в их ловле). — О, шисюн Юэ, это иррациональный страх, — шимэй Ци покачала головой. — Но спасибо. И я не слезу со стола никогда. — Вы должны съесть одну, — предложил демон. — Я раньше боялся темноты, а потом моя жена вызвала меня на бой ночью и мы отлично провели время. — Нет, спасибо, — ответил за шимэй Ци Юэ Цинъюань. Потому что она ещё не пришла в себя. И надо бы оплатить этих мышей, они испортили обед, в конце концов. Хорошо, что не все деньги, выданные для путешествия, у Сяо Цзю (он считал, что Цингэ их потеряет, Юэ Цинъюань потратит на глупости, а шицзе Ци может просто попросить, если что). Юэ Цинъюань принёс ещё извинений (их никогда не бывает много, что бы там не говорил Сяо Цзю), обещал написать письмо («Наш почтальон сейчас гнездится, но мы будем рады»), купил ту смесь (И получил в подарок баоцзы. Он пока спрятал их, угостит Цингэ позже) и выпил со всеми чая в качестве заверений в дружбе (возможно, он заметил, как Юйюй и туда подсыпал тех листьев). И даже то, что ему не удалось поучаствовать в беседе шицзе Ци и госпожи Люй очень кстати, он попросит рассказать по дороге к борделю и отвлечёт шицзе Ци от произошедшего. Всё просто замечательно складывается. Ох, он совсем забыл. — Где нам найти деву Гу? — спросил Юэ Цинъюань, подхватывая шицзе Ци на руки. На всякий случай. Кажется, одна мышь ускользнула (во всяком случае Юйюй пересчитывал пойманных, немного хмурясь). — Сейчас? — госпожа Люй задумалась. — Скорее всего спит, её работа — ночью. — Не скажи, — откликнулся один из посетителей. — Они принимают в любое время. Оказалось, что дева Гу работает как раз в борделе, у которого они должны встретиться. Очень удачный день. Больше Цингэ ничего не сможет сказать про проклятье. — Юйюй может показать, куда идти, — предложила госпожа Люй. — Ох, не стоит беспокоиться, — Юэ Цинъюань помахал хвостом на прощанье (Госпожа Люй смущённо прикрыла лицо рукавом. Это романтический жест в Фэнъяне? Он флиртовал с ними при Цингэ? Ох, о чём он, даже не будь Цингэ рядом, как можно). Шимэй Ци пригрелась на руках и не сделала ни намёка на то, что хочет идти сама. Он может записать это как победу. Надо только отпустить её до встречи с Сяо Цзю. Он будет издеваться вечность. Причём не над шимэй Ци, её он пожалеет и ласково куснёт за ухо. — Шисюн Юэ знает, куда нам идти? — спросила шимэй Ци после пары поворотов. И всё же слезла. — Потому что я бы не отказалась от проводника. — Но ещё есть время, я хотел прогуляться. Шимэй Ци согласилась («Надо подышать воздухом после такого стресса») и показала на небольшой парк. Какие знакомые деревья, Юэ Цинъюань точно видел их, только не мог вспомнить. — А эти деревья…? — Чёрная запутывающая сосна. Они растут в лесу у Цанцюна. Ох, точно, это в одном таком они оставляют письма для Мобэя. Так вот, как оно называется (Почему нельзя быть проще, как с колючими кустами?.. А теперь он опять будет вспоминать, как назывался тот зверь у господина Сюя). Они прошли к небольшому пруду, возле которого какой-то юноша бросал камешки в уток. Утки с радостью ловили и с грумким хрустом разгрызали острыми зубами. Юноша сказал им найти своё развлечение и не мешать. — Удивительный город, не правда ли? — И не говори шисюн Юэ. Но давай, раз уж шиди Лю решился на свой тайный коварный план, мы должны поговорить об этом. Как у вас дела? — Он победил меня, — радостно поделился Юэ Цинъюань. — Я ничего не испортил. — Не совсем то, что я хотела спросить. — У нас всё замечательно. Цингэ сказал, что никогда не чувствовал себя лучше. Но шишу Тан всё равно запретил пока парное совершенствование. И я всем приготовил подарки в честь общего задания, — Юэ Цинъюань достал мешочек цянькунь. Его гордость. Протянул его шимэй Ци. — Вот. Шимэй Ци замялась. Но взяла. — Что в нём? — Подарок — сам мешочек. — Но он обычный. Юэ Цинъюань закивал. Это был настоящий вызов. Нет, сам мешочек получился легко, их учили делать такие после пары лет обучения. Но вот остановиться и не добавить украшений было не в пример сложно (Он не справился, просто оно было внутри. Никто не рассматривает мешочки внутри). — Это приятно, спасибо шисюн Юэ. Но ты ничего не давал шиди Лю. — Но у него новая лента, я сам её вышивал. Шимэй Ци подняла бровь. Она тоже не заметила, как и предупреждал Цингэ. Но главное, что заметил он. Потому что это были разные оттенки белого (Цингэ назвал их все. Почему-то он всегда так делает). Они поболтали ещё (Шимэй Ци рассказала, что Сяо Цзю обучает девочек с Сяньшу. Юэ Цинъюань пропустил это, он точно позовёт Сяо Цзю на совместное задание и распросит обо всём в его жизни. Сяо Цзю не сможет убежать, если сделать это во время битвы). Встретили милого демона с огромными мечами, который указал им дорогу (И предложил купить меч. И посоветовал свою любимую суккубу). Перекусили жуками (Оказалось, он отдал не все. Шимэй Ци сначала была настроена скептично, но когда они начали улетать, с удовольствием ловила). Юэ Цнъюань только надеялся, что всё это не прикрытие для заманивания и растерзания. Но, будь это так, они могли растерзать их раньше, когда шимэй Ци чуть не разнесла чайную. Так что всё было просто замечательно. *** Лю Цингэ, как и предполагал, бродил по улице, на которой располагался бордель. И он никак не назывался (А шисюн Шэнь когда-то лекцию прочёл о поэтичности названий борделей. Он хотел этим прогнать Лю Цингэ, но лекция была неожиданно интересной, хоть и смущающей. Если он так уроки ведёт, то непонятно, почему его не любят. Лю Цингэ записался на пару лекций на Цинцзине в следующем месяце). А вот шисюн Шэнь сразу зашёл (как и хули-цзин, у неё тут подруги были), и его не остановило неподходящее время. Сам же шипел, когда кто-то приходил в Красный Павильон днём и мешал всем спать (в том числе самому шисюну Шэню, который должен был, вообще-то, учиться и обучать днём). Хотя, это Лю Цингэ знал только по слухам, может, и не было такого (чтобы проверить надо было войти, а он не войдёт). Скорее бы пришёл Цинъюань, время почти вышло. А на Лю Цингэ оглядывались. Одна женщина даже предложила денег одолжить, если ему не хватает. А он так растерялся и смутился, что не смог ничего ответить. Теперь у него были деньги, а он даже не знал, кому их вернуть, женщина ушла, не добившись реакции. Тот набор уже шисюн Шэнь купил, деньги ему теперь не нужны даже. Он отдаст потом шицзе Ци, она знает, что делать (Можно было и шисюну Шэню, если бы он не был мерзавцем, который потом расскажет всем, что Лю Цингэ попросил его купить ему девушку для развлечений. Хотя, шицзе Ци тоже может так сделать, если шисюн Шэнь попросит. И ей поверят точно). — Цингэ! Лю Цингэ отвлёкся от разглядывания монет и поднял голову. Цинъюань с горящими алыми глазами спешил к нему. Он решил остаться в городе и уже перенимает обычаи? Но Лю Цингэ тут нечего делать: драки запрещены, а на почте уже есть работники. Ему придётся уходить на задания на долгое время и ничего не поменяется по сравнению с тем, что есть сейчас. И старшей ученицей станет шицзе Чэн, а её поклонники могут устроить войну всех со всеми. — Чжанмэнь-шисюн не согласится на это, — ответил он Цинъюаню. — Шицзе Чэн не будет помогать ему так, как ты. Идущая позади Цинъюаня шицзе Ци споткнулась на ровном месте и удивлённо посмотрела. Вот что он опять не так сказал? — Ох, я даже не думал об этом, — смутился Цинъюань. Хотя по улыбке понятно, что думал. Лю Цингэ не был удивлён, что ему понравился город. А шицзе Ци теперь смотрела на Цинъюаня. Хорошо, она не заметит деньги, Лю Цингэ решил не говорить ей. Слишком велика вероятность смущающих слухов. Он просто подбросит их кому-нибудь, если не встретит больше ту женщину. Он попытался спрятать деньги, пока никто не спросил про них, но шицзе Ци тут же заметила. И подняла бровь, как обычно. — Шиди Лю успел заработать, пока ждал нас? — с хитрой улыбкой спросила она. — О, не стоит так смущаться. Лю Цингэ испуганно посмотрел на неё. О такой версии он даже не подумал (Кто бы подумал?!). Зачем она так, ему даже уйти сейчас некуда. — Ох, Цингэ, — Цинъюань прильнул к его боку и переплёл хвосты. — Шимэй Ци не хотела ничего такого. Не так ли? — он строго посмотрел. — Хотела, — шицзе Ци ни капли не выглядела виноватой. — Цинцю внутри? Лю Цингэ кивнул. И показал шицзе Ци талисман, который должен был сработать, если это ловушка и предупредить остальных. Тогда бы Лю Цингэ вошёл, безопасность брата по школе важнее неловкости. Но всё было хорошо. — Мы узнали, кто написал, — поделился он новостями. — Это просто… — Некая дева Гу решила посмотреть на заклинателя? — продолжила шицзе Ци. Так они тоже догадались, хорошо. Не надо будет ничего объяснять. Шицзе Ци направилась внутрь (Будут ли девушки из Красного Павильона ревновать к суккубам?), а Цинъюань даже не пошевелился. Лю Цингэ переплёл пальцы и сказал: — Хули-цзин хочет, чтобы ты написал её портрет. — Правда? — Цинъюань резко повернулся всем телом. — Она видела предыдущие? — неуверенно спросил он. — Я показал ей портрет а-Яня. Она и веер хотела у шисюна Шэня отобрать, но он не поддался (Дорога до борделя была полна взаимных подлостей и попыток заполучить веер. Пока Лю Цингэ не устал и не отобрал его. Эти двое дулись весь оставшийся путь и к концу договорились, что отомстят. Это тоже не прибавило желания войти вместе с ними). — Как замечательно! — Что с глазами? — Особая добавка, чтобы походить на Тяньлан-цзюня. Меня угостили. Хотя, я не помню у него красных глаз. — У Бинхэ тоже нет, — согласился Лю Цингэ. — Думаешь, потом будут? Сложно будет скрыть, если так. — Мы скажем, что он съел этих листьев, — придумал Юэ Цинъюань. — О, у меня есть еда. Он достал баозцы и поделил. Опять их угостили странным, но Лю Цингэ привык. В его путешествиях он что только не пробовал от благодарных спасённых людей (и неблагодарных тоже, просто они кидали в него странное, чтобы хоть так отвести душу после разрушений их любимых вещей). Лук приятно постреливал во рту, Цинъюань был счастлив, а с кем подраться, они найдут по пути назад. И Лю Цингэ ничего не разрушил, так странно. — И проклятье не сработало, — добавил Цинъюань, забыв, что нет никакого проклятья. И лизнул в нос. — Такой странный город. Лю Цингэ был согласен. Но следующее задание он выберет так, чтобы можно было подраться.