Миссия: найди-себе-сам соперника на пути совершенствования

Глава школы вызвал Лю Цингэ одного и прямо с утра. Но он же ничего не разрушил. Было странно. Потому что он действительно не мог вспомнить, что сделал не так. Всё цело (Так удивительно. Он даже специально ударил по стене, когда понял, что ничего не разрушил в последнее время. Стена устояла, да и ощущения от намеренного разрушения по-прежнему не те), они не принесли в Цанцюн ничего опасного (Цинъюань подозрителен в последнее время, он кого-то тайно принёс? Лю Цингэ просто ждёт. Рано или поздно он раскроет все его тайны), он не забыл дать задания своим шиди (Это потому что оставил самые сложные для себя? Но он заслужил). Шисюн Шэнь опять наговаривает? Лю Цингэ даже постарался войти аккуратно, двери что-то имеют против него в последнее время. Хотя игнорирует их шиди Цзи. Может быть, учитель решил сделать шиди Цзи старшим учеником и теперь глава школы хочет сообщить об этом. Потому что учитель не смог сказать сам и попросил того, кого Лю Цингэ не вызовет на битву. Или кто-то умер, судя по лицу главы школы (Хотя ещё ни разу никто не умер. И это было хорошо, но зачем тогда делать такое лицо?). — Ученик Лю. — Чжанмэнь-шисюн? — Во что ты втянул ученика Юэ? Он втянул? Он даже не знал, что во что-то втянут до последнего времени. Цинъюань не сказал ничего главе школы про их расследование? Он подозревает его, не смотря на свои слова? Глава школы знает о Бинхэ и часто бывает в Хуаньхуа. И устроил пленение Тяньлан-цзюня, чтобы захватить царство демонов. А с Цинъюанем ведёт себя как отец, чтобы тот ничего не подозревал. И притворяется, что болеет, а сам договорился с лордом Цяньцао, чтобы тот надоедал Цинъюаню. — Вы шпион Хуаньхуа? — Нет, ученик Лю, я не шпион Хуаньхуа. — Жалко. — Да, было бы намного проще его найти. Ты шпион Хуаньхуа? Глава школы решил бить тем же оружием? Подло. Лю Цингэ тоже несколько раз был в Хуаньхуа, теперь не отвертеться. Но Цинъюань вычеркнул их обоих. — Нет, мне не нравится Старый Хозяин, у него нет имени. — У него есть имя, — возразил глава школы. — Какое? Лю Цингэ спросил с надеждой, он правда хотел узнать. Пока что никто не мог ответить. Даже Цинъюань, который знает имена всех в Цанцюне (И наконец запомнил одноглазого голожаберня, ура. Он недавно интересовался им, готовит сюрприз?). Даже шисюн Шэнь, который выясняет всю информацию про всех, чтобы делать «лучшие подлости специально для вас» (Был период, когда он даже посылал небольшие открыточки перед подлостью, где указывал слабое место и как именно в него ударит. Первые жертвы сначала только посмеялись и не поверили. Последним не помогло). Даже шицзе Ци, с которой Лю Цингэ не любит Старого Хозяина вместе (И вот где запреты лорда Цяньцао сейчас? Глава школы даже под действием цветов позволял себе меньше, чем Старый Хозяин в трезвом уме). — Какое-то обязательно есть. Так вот, ученик Лю… Значит, глава школы тоже не знал. Может быть, имя Старого Хозяина проклято и любой, кто его узнает, умирает? Тогда это хороший поступок, хранить его в секрете. Или его имя такое сложное, что все коверкали его и пришлось выбрать просто должность (Это не его в тот раз назвал шисюн Шан? Была непонятная фраза). Или он из клана убийц без имён, Цинъюань не смог пока доказать Лю Цингэ обратное. Или его начала есть всезабвенная красная пасть, но он убил её до того, как она съела что-то больше, чем имя. Или его зовут Старый Хозяин и они с шиди Цином устраивают посиделки каждый месяц, где жалуются на свои имена. И иногда зовут шисюна Шэня. — Ты слушаешь меня, ученик Лю? — Да, надо спросить у шисюна Шэня. — Что именно? — очень осторожно спросил глава школы. Потому что с шисюном Шэнем всегда надо быть осторожным. — Зовут ли его в клуб имён. Наверное, нет, я бы не стал. Глава школы полез за пилюлей и проглотил две сразу. Наверное, он просто тратит весь бюджет на них, а Цинъюаню приходится потом экономить на Цяньцао. Или Цинъюань просто настолько же упёртый, как и все в их семье. Так и шисюн Шэнь до сих пор продолжает нападать (Наконец, пришло запоздавшее письмо, объясняющее пропуск последних раз. Кто у них носит письма, что они так запаздывают? Лю Цингэ не собирается брать дополнительные дни). Возможно, они родные братья, но не знают об этом. Бывают настолько непохожие братья? Они с Минъянь как две капли воды. А больше родственников Лю Цингэ так сразу и не вспомнил. Бинхэ и его мама не родные, шисюн Шан тоже оказался не настоящим отцом. А с Тяньлян-цзюнем он только цветом похож, но пока маленький же, кто разберёт. Ещё были шимэй Мо и её меч, но сейчас они — шимэй Мо и меч, сложно говорить о сходстве. — Это бесполезно, — тихо сказал глава школы, забыв, что Лю Цингэ тоже заклинатель и может услышать. Да, бесполезно пытаться звать шисюна Шэня, если он не хочет. Цинъюань рассказывал, что однажды шисюн не пришёл на официальное торжественное вознаграждение, потому что был занят уроком музыки. Хотя все учителя музыки и собрались, чтобы его наградить за написанную мелодию. Но награду вручал Цинъюань, а они тогда были в ссоре, так что Лю Цингэ подозревал, что дело было не в музыке. — Ты можешь идти, ученик Лю. И в ближайшее время я запрещаю тебе видеться с учеником Юэ. — Хорошо, — ответил Лю Цингэ и пошёл к Цинъюаню. Он не будет смотреть, если глава школы так хочет. Он не запретил им встречаться. *** Ся Ляндао собрал их в своём тёмном месте. Шан Лянъюэ в любом случае настояла бы. Суй Лянтянь и Хань Лянцан поддержали бы (их даже не приглашали). Лянмин был в нём не раз. А Тан Лянпао… Тан Лянпао надо было умаслить, иначе он просто за шкирку притащит Юэ Ци на осмотр, а никому бы это не понравилось. Шэнь Цинцю же привела Шан Лянъюэ, как главного свидетеля. Он был доволен ситуацией и лениво обмахивался веером. Позёр. (И это выглядело бы намного эффектней, если бы он не скользил с подушки каждый раз, когда пытался шевелиться.) Тан Лянпао и начал говорить первым: — Второй не демон, можете выдохнуть. — Второй? — Ся Ляндао как никогда был готов сказать одну из любимых фраз Юэ Ци. Он не совсем понимал. — Ученик Юэ просил проверить а-Яня, — охотно объяснил Суй Лянтянь. — Подозревал, что нападение могло быть на него. Что ж, одной проблемой меньше. Проблемой, о которой Ся Ляндао узнал только сейчас. Юэ Ци и его тайны. Которым Ся Ляндао сам его учил (Нельзя так просто раскрывать свои тайны, если управляешь влиятельной школой заклинателей. У тебя всегда есть враги. Один хорошо информированный враг может принести больше вреда, чем всё царство демонов), но сейчас это не важно. Никто не знает, значит не расстроятся. — Кстати, об ученике Юэ, — на удивление спокойно сказал Тан Лянпао. — Когда он прекратит свой саботаж Цяньцао и почему втянул в него ещё и ученика Шана? — Вот уж неправда, — вскинулся Лянмин. — У ученика Шана своих дел хватает. — Плевать. Приструни своего старшего ученика, чжанмэнь-шисюн, или одним зельем он не отделается. Я терпел, пока он пакостил по мелочи, но травы — это уже перебор. Ты хочешь, чтобы в один прекрасный момент кто-то умер? Поверь, так и будет. — Травы? А это что-то новое, Юэ Ци и правда никогда не переступал черту. Кухня на Кусине? Чжу Цинъи мог справиться сам. Дополнительное финансирование Цинцзина? Деньги действительно были лишние, Юэ Ци неплохо сэкономил на закупках (Он ошибся в цифрах, а торговец подписал не глядя. Хоть где-то пригодилось) и никто не был обижен (даже торговец просто посмеялся над своей невнимательностью). Большая часть бюджета для Байчжаня? Это был Лянмин. — Травы, — подтвердил Тан Лянпао. — Их доставили на Цзысян, хорошо, шимэй Юань сразу сориентировалась. — Я поговорю с ним. Ещё раз. — Хорошо. — Шиди Тан, — осторожно начала Шан Лянъюэ, — ты на удивление… цензурен сегодня. — Ученик Му ввёл «кувшин ругательств». Мы закупили новые шторы за мой счёт. Тан Лянпао мрачно замолчал. Хотя его очередь была говорить, он должен доложиться о Ло Бинхэ. — Он странный, — доложился Тан Лянпао. — Демонической ци почти не чувствуется. Пришлось все проверки, какие смог вспомнить, провести. Он точно сын Тяньлан-цзюня? Не слишком ли слаб для этого? — Точно, — подтвердил Ся Ляндао. Даже, если Юэ Ци и Лю Цингэ ошиблись, Шан Цинхуа подтвердил тоже. Очень уверенно подтвердил, будто сам присутствовал и на зачатии, и на родах. И про Су Сиянь. Мальчик на удивление в курсе всего, кроме того, что вообще хочет Старый Хозяин. У них с Мин Лянвэнем один источник? — Как знаешь, чжанмэнь-шисюн, как знаешь. По моему мнению, можно обучать, как обычного ученика. Просто присматривать. Ся Ляндао дал высказаться Шэнь Цинцю. Сегодня его время блистать. Слова Шан Лянъюэ, не его. Но мальчик молодец, вернулся в считанные дни да ещё и с результатом. Они с Шан Лянъюэ уже выслушали его доклад, настала очередь остальных. — Я выражу общее мнение, если скажу, что Хуаньхуа слишком подозрительны в последнее время? — высказался Суй Лянтянь после доклада Шэнь Цинцю. — Да, шиди Суй, думаю, все тут с тобой согласятся. Особенно согласен был сам Ся Ляндао. Все дороги вели в Хуаньхуа. Ещё этот прорыв, прав Шэнь Цинцю, нечисто там. А если Шэнь Цинцю прав во всём, то у Старого Хозяина нет имени, зато в наличии неизвестная игрушка Тяньлан-цзюня. И произойди этот прорыв лет на десять позже, можно было бы решить, что Су Сиянь он послал как раз для того, чтобы она её украла. А потом убрал свидетеля. Послал, чтобы выяснила, о чём знает и не знает Тяньлан-цзюнь? А получился Бинхэ и явно случайно. Может, сам Старый Хозяин и выкинул его за ненадобностью, а тому, как всегда, невероятно повезло. И кто такие эти Шао, которых Тяньлан послал за своей вещичкой. Это Ся Ляндао поручит узнать Шан Цинхуа. Должны ли они искать ещё один труп, на этот раз демона? Как Старый Хозяин заполучил эту таинственную вещь, если Шэнь Цинцю прав? Не посылал же он каждые десять лет своих учениц, в самом-то деле. В царство демонов на самом деле сложно пробраться незаметно, это им повезло с Шан Цинхуа и Мобэем. Есть ли у Хуаньхуа свой Шан Цинхуа? Ся Ляндао тихо усмехнулся, представив бегающего на свидания с демоном Старого Хозяина. Почему-то с цветами в бороде. Боги, только бы не правда, это странно даже по меркам Лю Цингэ. Сейчас боги услышат его молитву и сделают по своему, не так ли? — Шиди Тан, ученик Шэнь принёс нам некоторые зелья, которые неплохо бы проверить. — Любой каприз за ваши деньги, — Тан Лянпао усмехнулся. — И я не шучу, я хочу дополнительное финансирование в следующем месяце. Ся Ляндао посмотрел на Лянмина. Тот согласно кивнул и достал бумаги. Они не расплатятся с Цяньцао в этом году. Отдать им что ли премию Юэ Ци? Он всё равно её не тратит. А очередного раба просто выкупить на свои. Нет, свою премию отдать не проще, Юэ Ци должен отвечать за свои ошибки. — Есть вопросы? — решил уточнить Ся Ляндао, прежде, чем они приступят к обсуждению. — Да. Шимэй Ци уже вернулась? Шэнь Цинцю выжидающе посмотрел на Ся Ляндао. Ся Ляндао посмотрел на Шан Лянъюэ. Та почему-то на Суй Лянтяня. Хотя должна была на Хань Лянцан (Ся Ляндао тоже должен был посмотреть на Хань Лянцан, но привычней было на Шан Лянъюэ). Хань Лянцан и ответила: — Вернулась. Я дала ей свободный день. Или несколько, она много работала в последнее время. — Отлично, — ответил Шэнь Цинцю и спрятал лицо. Ага, как будто тут никто не понял. Мальчик падает в любовь всё больше и больше. Скоро станет совсем домашним и будет кусать только чужих. Лет через двадцать. — Вопросы по собранию есть? Вопросы были. Такие же, как и Ся Ляндао задавал сам себе. И про имя никто не знал. Почему он думает про имя, когда есть более важные дела? Это только Лю Цингэ решил бы, что всё связано. Хотя, в его теории про клан убийц что-то есть. Вот и дротики с ядом есть. Или это не яд, вовремя подстроенное парное совершенствование решает проблемы иногда даже лучше. Ему ли не знать, эту подставу от богов он будет долго помнить. Шиди Гу и шиди Мэн недавно бросили своих девушек и сбежали, чтобы пожениться. А ему искать, кто их на уроках заменит. — Почему просто не потребовать ответов? — Хань Лянцан осмотрелась и поджала губы. Да, тут нечего ударить, Ся Ляндао постарался и окружил её подушками (она ударила подушку). Почему Сяньшу всё больше напоминает Байчжань? — Потому что мы скрываем Ло Бинхэ, — Шан Лянъюэ зарылась в письма, которые принёс Шэнь Цинцю и отвечала немного рассеяно. Но не менее точно. — Не нам требовать ответов, когда мы в сговоре с демонами. — Мы не в сговоре с демонами. Или признаешь, что твой ученик один из них? — Твоя ученица встречается с этим учеником. — Этот ученик прямо тут, — Шэнь Цинцю и не думал опровергать. Как бы и его проверить? Использует ли он собственные зелья и талисманы, потому что не доверяет Цяньцао и Цзысяну или потому что слухи правдивы? Надо начать проверять всех по вступлении. Или тех, что уже есть. О, сколько открытий их ждёт, Ся Ляндао даже в Мо Циншоу теперь не уверен. Она разговаривает с животными, это ненормально (А кто-то болтает, что и с мечом. Есть ли у них обычные старшие ученики? Это Лю Цингэ, не так ли?). Согласится ли Тан Лянпао? Ся Ляндао посмотрел, но Тан Лянпао уже обнюхивал склянки с таинственным зельем и ему было плевать на всё. Хорошо, хоть не открывал. Если там яд, то вознесутся они раньше времени, а Юэ Ци потом расследовать. А он не очень хорош в этом. О боги, он что-то расследует и поэтому так невнимателен? Это из-за нападения на Бинхэ? — Ученик Шэнь, — позвал Ся Ляндао, пока его прекрасные леди решали, подраться ли тут или обождать, пока он их не отпустит. Юэ Ци как-то устроил бой подушками. — Чжанмэнь-шисюн? — У тебя ведь нет связей в мире демонов? — Увы, шиди Шан не даёт мне приблизиться. Хотите, чтобы я узнал, что мог «потерять» Тяньлан-цзюнь в пользу Хуаньхуа? — Хочу. Очень хочу. Шимэй Шан? — Забирай, чжанмэнь-шисюн, — она опустила под укоризненным взглядом подушку и села сверху, потоптавшись. Ещё одно задание выдано. Да, Шэнь Цинцю они завалили работой, но, увы, у них только два человека, репутация которых позволит Цанцюну выйти сухим из воды при любом раскладе, даже если кого-то поймают. Но второй — это Лю Цингэ и в своём страшном сне Ся Ляндао доверит что-то настолько важное Лю Цингэ. Потом ещё поговорит с Шан Цинхуа, вдруг его демон что-то знает. — Шимэй Шан, ты говорила, у тебя везде есть шпионы. Есть возможность поискать информацию в других школах? — Чжанмэнь-шисюн подозревает сговор? — Чжанмэнь-шисюн уже подозревает каждого, — вздохнул Ся Ляндао. — Если Хуаньхуа готовили что-то грандиозно подлое в сторону Тяньлана, то могли использовать не только бродячих заклинателей. Это заговор длиной в пятнадцать лет минимум. — Или это не связано? — предположил Суй Лянтянь. — Может, у них таких подлянок по три за год. — О, шиди Суй, — Шан Лянъюэ похлопала Суй Лянтяня по руке. — Не знаю, это ты такой наивный или наоборот. Старый Хозяин достаточно старый, чтобы строить планы на десятилетия. — Кстати, о заклинателях. С кем мы тогда ещё работали, кроме Цинь Вэньчжэ? — а это уже Лянмин отвлёкся от перераспределения ресурсов. — Не поискать ли нам живых возможных наёмников? Как будто им кто-то скажет, если выполнял подлые задания для Хуаньхуа. Но мысль интересная, если довести до ума и придумать хороший план, можно попытаться. Даже, если не найдут сообщников, как минимум, кто-то что-то мог слышать, но не придать значения. Сложно, но не невозможно, даже учитывая, сколько лет прошло. — Шиди Суй, шиди Цинь, а займитесь этим вы. Лянмин тогда уже заведовал выплатами за стороннюю помощь, а Суй Лянтянь просто хороший мужик и приятельствовует со многими. Да, в то время он был ребенком, но шестнадцать лет для заклинателя не срок, он общается с ними сейчас. — А я? — А ты, шимэй Хань… — Ся Ляндао задумался. Хань Лянцан. Что она вообще делает тут? Ну, понятно, что пришла с Суй Лянтянем, но он увязался за Шан Лянъюэ (обратная сторона их примирения, теперь будут везде втроём), а так он не предполагался в их заговоре (расследовании, каком заговоре) изначально. Но у Хань Лянцан давным-давно нет её уличных знакомств, а для вынюхивания она слишком бесхитростная. А не дать ей задание — потерять что-то ценное (она хуже Лю Цингэ, она разрушает специально). — А ты, шимэй Хань, поговори со своими ученицами. Они всё равно всегда окружают Бинхэ, пусть присмотрят. Проследят за слухами. И я не тороплю, но мне бы хотелось услышать отчёты в ближайшее время. — Ты торопишь, чжанмэнь-шисюн, но, — Шан Лянъюэ обвела их взглядом наивысшего превосходства, — я справлюсь первая. И ударила Хань Лянцан подушкой. Да что ты будешь делать. *** На этот раз ворвался не Лю Цингэ. И даже не шиди Цзи. Шисюн Шан коротко постучал (буквально один раз, самый короткий стук на памяти Лю Цингэ) и вошёл. Выглянул в коридор, проверяя, нет ли хвоста (Он постоянно так делал. Однажды испугался собственного хвоста) и захлопнул дверь. — Вы сильно сейчас заняты? Лю Цингэ был занят, он пытался поймать блик от склянки с зельем, что оставил шиди Му. Зелье колыхалось, когда Цинъюань двигал его по столу, пуская солнечную мозайку по стене. Шисюн Шан ждал ответа. — Нет, — решил Лю Цингэ, когда блик в очередной раз ускользнул прямо из-под пальцев. Какой хитрый. — У меня сейчас нет заданий. — А у меня домашний арест, — отозвался Цинъюань. — И письмо с извинениями для Цяньцао. — Ещё глава школы запретил нам видеться, пока Цинъюань не допишет. — Но вы вместе, — не понял шисюн Шан. — Мы не смотрим друг на друга, — улыбнулся Цинъюань и украдкой посмотрел. Лю Цингэ знал, потому что тоже смотрел. — Вы странные, — только и ответил шисюн Шан. — Мне нужна была ваша помощь, но раз шисюну Юэ запрещено выходить… — Шиди Лю может помочь, — предложил Цинъюань. — Я не обижусь. — Да мне бы обоих, — нервно ответил шисюн Шан. — Нужно пойти в царство демонов. У Цинъюаня загорелись глаза (После неудачи с Чжучжи-ланом он был грустным. Хотя сам же и отказался пока его ловить. Лю Цингэ решил попросить шицзе Ци попросить шисюна Шэня, он не испугается. Даже удивительно, что его подлые драки до сих пор не включают в себя змей. Хотя, теперь включали ленты, они почти как змеи) и хвост встал трубой. Он поспешно спрятал его за спину и вздохнул: — Я не могу. Учитель сердится. — Да что у вас случилось-то? — всплеснул руками шисюн Шан. — Вы разрушили императорский дворец? Лю Цингэ подумал, что тогда шисюн узнал бы первым. Потому что лорд Аньдина уже не рыдал бы, а шагнул со скалы без меча. — Учитель говорит, я стал чаще ошибаться и думаю не о том. И при чём тут тогда Лю Цингэ? Цинъюань думает о Тяньлан-цзюне, вот пусть его и наказывают. Несправедливость во всей красе. Заодно проследили бы, когда пойдут наказывать, и спросили у самого Тяньлан-цзюня, хороший он или плохой. — Ерунда, — шисюн Шан был полностью согласен с Лю Цингэ. — Через меня проходит большинство твоих бумаг, я не заметил ошибок. — Я перепутал накладные Цяньцао и Ваньцзяня. — Я уже сказал им, что они плохо себя вели в этом году, поэтому и получили уголь. Никто не понял отсылку. — Перепутал время и заставил ждать поставщиков риса. — Это они напутали, мы пришли с тобой вместе шисюн Юэ. — Бинхэ чуть не похитили. — Мы с моим королём работаем над этим. Если это не ты научил его плохому слову, то не понимаю, как ты виноват. — Это Минъянь. — Минъянь знает, что такое «па-па-па»? — шисюн Шан подозрительно прищурился. — Ей шишу Мин сказал. — Над этим мы с моим королём тоже поработаем, — зловеще сказал шисюн Шан. — Так вот, насчёт Мобэя. Его хотят женить! Не на мне! Мы должны что-то сделать! А Лю Цингэ давно ему говорил, что пора познакомить демона с главой школы и привести в Цанцюн. Все и так уже знают о нём. А как они должны теперь его втроём отбивать? Даже вдвоём, шисюн Шан как всегда будет прятаться. — Боюсь, я не понимаю, — полностью разделил сомнения Цинъюань. — Как бы мы могли помочь? — Диверсия, — радостно ответил шисюн Шан. — Мы должны скомпрометировать всех невест и доказать, что я лучше всех. — Цингэ лучше всех, — мечтательно ответил Цинъюань. — И вот желательно, чтобы за Цингэ его тоже не выдали. Там небольшой банкет с повелителями четырёх королевств, я просто посмотрю, чтобы всё прошло хорошо и отцу моего короля никто не понравился. А вы защитите меня, когда всё пойдёт плохо. — Мы сможем поговорить, — сказал Лю Цингэ Цинъюаню. — И — трёх, шисюн Шан. — Почему это трёх? Четыре же стороны света. — Клан Шэ был уничтожен, — объяснил Цинъюань. — Хотя, там сейчас тоже должен кто-то править, да, Цингэ? Лю Цингэ не знал. Советник сказал только про то, что он сам не хотел (а у него полностью зелёные уши, странно), а про то, кто пришёл вместо него, не сказал. Но как бы то ни было, предложение шисюна Шана было интересным. Их расследование зашло в тупик (Есть ли у учителя инструкция про расследования?), а эти демоны знали Тяньлан-цзюня. Не понятно правда, что для демонов считается хорошим, но они разберутся в процессе. Если их тут же не убьют, они же заклинатели. — Откуда вы?.. Не важно. Мне нужна помощь, шисюн Юэ! Пожалуйста-пожалуйста, — шисюн Шан был готов броситься на колени. Это он тоже часто делал. — Как шиди себе представляет нас среди демонов? — Я замаскирую вас. Как Мобэя тогда. Цинъюань почему-то посмотрел с сомнением. Тогда — это когда их шисюн Шэнь раскрыл? Тогда Лю Цингэ тоже бы не доверил шисюну Шану маскировку. Не проще ли проникнуть и наблюдать из засады? — Если там будут знатные демоны, то не должны ли они знать друг друга? А, так Цинъюань сомневался не в навыках шисюна Шана. То есть уже целых две причины. — Клан Шао не прибудет и они не покидают свои горы уже больше полутора десятка лет. Никто не поймёт, если мы замаскируемся под них. Я всё продумал, — гордо закончил шисюн Шан. Видимо, кроме того, что повелителей будет даже не три, а два. И один из них — отец Мобэя, значит, не будет выдавать его самого за себя. Так Лю Цингэ ему и сказал. — Ну, ещё будет мелочь из самого ледяного королевства, каждый хочет женить свою дочь на моём короле. Но главный наш противник — Цзючжун-цзюнь, у него куча дочерей и влияния. Так что клан Шао — самый подходящий вариант. — Не будет ли подозрительно, что этот клан внезапно присутствует? — а Цинъюань загорелся идеей, вот уже и план продумывает. — Опять запоминать кучу имён, — проворчал Лю Цингэ. Он только от своего ужина отошёл. — Разве дядя Мобэя не знает, как ты выглядишь, шиди Шан? — На приёме демонов я смогу подраться? Или будет скучно, как у нас? — Успею ли я подготовиться? У тебя есть информация по каждому клану? — Ладно, я не всё продумал. А вам лишь бы критиковать. Ещё вопросы? Шисюн Шан обиделся. Но у Лю Цингэ был вопрос. Это был главный вопрос, от которого зависел успех этой миссии. — А кого мы приведём в качестве кандидатки на роль жены Мобэя? — спросил Цинъюань его вопрос. — О, точно, нужна девушка. Почему я не подумал об этом? — Шан Цинхуа грустно дёрнул ухом. — Никто из старших шимэй и шицзе не знает о моём короле, а шимэй Лин слишком маленькая. — Всё знают о Мобэе, — возразил Лю Цингэ. Пора уже сказать шисюну Шану об этом, пока не случилось страшное. Или странное, как, когда все скрывали от лорда Кусина, что шиди Чжу ушёл на задание, а оказалось, что он его и послал. — Всё знают? — в ужасе переспросил шисюн Шан. Цинъюань кивнул, подтверждая. Лю Цингэ тоже кивнул. Потому что даже тот преследователь шисюна Шэня уже знал, а по словам самого шисюна Шэня, он не очень умён. Хотя, по его словам, Цинъюань тоже не очень умён, а уж остальные вообще дураки. Но это не так, просто они пока немного застопорились. Вот сходят в царство демоном и как всё узнают. И шисюн Шэнь будет кусать свой хвост от досады, что не он был первым. — Думаете, шимэй Ци согласится? — с сомнением спросил шисюн Шан. — Шиди Ван, — сказал Лю Цингэ. — Шиди Ван согласится. Шисюн Шан посмотрел, как обычно. Даже взглянул на Цинъюаня с просьбой объяснить. — Шиди Лю прав, шиди Вану должно понравиться, — объяснил Цинъюань. — Вы очень, очень странные. Но, допустим. Вы предлагаете переодеть шиди Вана в девушку, я правильно понял? Они опять закивали. К тому же, шимэй Ван точно знает о Мобэе и ей не надо ничего объяснять (Они тоже дружат. Иногда Лю Цингэ их видит в лесу, где они сидят друг напротив друга и не мигая смотрят. Побеждают по очереди, он уточнял). И они, наконец, проведут время вместе. И можно будет называть её шимэй при всех, она обрадуется. Одни плюсы. Кроме одного, не будет ли это слишком подло? Лю Цингэ не сможет так долго притворяться, он даже Цинъюанем не смог. А тут непонятные демоны. Что, если его узнают, как советник? Что, если там будут демоны, которых он побеждал и его вызовут на битву? Вызов — это всегда приятно, но будет не вовремя. Не проще ли похитить Мобэя, как сделал его отец с его матерью? Лю Цингэ с тоской посмотрел на Цинъюаня, вдруг, у него уже есть план. — Шиди Шан, нам нужно тщательно продумать весь план. Когда мероприятие? — Через неделю. Я попрошу моего короля рассказать, что он знает о демонах, которые там будут. И добуду маскировку. С вас — уговорить шиди Вана. — Встретимся вечером на Цзысяне, — Цинъюань сделал последний толчок, чтобы уронить склянку с зельем. Лю Цингэ бросился, чтобы поймать и вернул её на стол. — Я не буду это пить. Цинъюань надулся. Да, Лю Цингэ тоже не стал бы пить всякую гадость, но шиди Му был очень настойчив. Сказал, что зелье повышает внимание и помогает с памятью. Вдруг, пригодится для очередного задания. Лю Цингэ ведь не заставляет Цинъюаня его пить, просто оставить на будущее. Но Цинъюань громко вздохнул и выпил. Он не прочитал мысли на этот раз? — Нет, Цингэ, я тебя понял. Просто, возможно, шиди Му прав. — Он ничего не сказал, — как и все остальные удивился шисюн Шан. Можно подумать, в Цанцюне более странных вещей не происходит. Говорят, шисюн Шэнь с собой кости таскает, и ничего, никто не умер. Кроме владельца костей, наверное. А недавно кто-то с Цзуйсяня отравился, вот что странно. Это же Цзуйсянь. А шисюн Шэнь занят. Тогда кто бы мог отравить? Может ли это быть та самая красная нить судьбы, что соединяет души? Или тогда Лю Цингэ тоже должен читать мысли? Это потому что Цинъюань сильнее, поэтому у него получается, а у Лю Цингэ — нет? Или он попал под талисман шимэй Ван случайно? Но, когда это началось, Цинъюань ещё не дружил с ней. Возможно, это был вражеский талисман. Хотя, это началось с их первого поцелуя и, пусть они и не очень их любили, но может быть связано. Это точно красная нить судьбы, просто Лю Цингэ ещё недостаточно силён. — Ты читаешь мысли Мобэя? — спросил Лю Цингэ. Может, у всех возлюбленных так, а они просто не знают. — Мы хорошо понимаем друг друга. А что? — Но не буквально? Шисюн Шан опять посмотрел на Цинъюаня в поисках помощи. Цинъюань просто улыбнулся в ответ. Правильно, пусть сам узнает «оттуда», если не понимает. Они и так согласились помочь в похищении Мобэя. Которое будет, потому что Лю Цингэ не выдержит, его раскроют и придётся с боем похищать. Главное, как предположил шисюн Шан, чтобы не пришлось потом за него самому замуж выходить. Он уже замужем и собирается замуж только за Цинъюаня. Одновременно. Как странно сложилось после повторяющегося дня. Зато у них есть тайна, которую не знает никто, в отличие от Мобэя. Или Ло Бинхэ. Или любой другой тайны Цанцюна, о которой всем известно. *** Лю Цингэ оказался прав, шимэй Ван с радостью согласилась побыть демонической невестой. Она тоже скучала по общим заданиям. Так что они собрались у неё дома, чтобы обсудить план. Шисюн Шан даже провёл в Цанцюн Мобэя. Который тихо сидел в углу и всё ещё боялся Цинъюаня. И смотрел влюблённым взглядом на шисюна Шана. — Я принёс краску, — шисюн Шан достал две склянки с розовой (Маджента, но все будут говорить, что розовая. Проще сразу смириться) и белой жидкостями. — Надеюсь, белая возьмётся, а то нам только с шисюном Юэ повезло. — Приятно слышать, — отозвался Цинъюань. Он зарылся в бумаги, которые принёс шисюн Шан. С информацией. — В чём повезло? — Кончик хвоста. Шисюн Шан задумчиво повертел в руках белую склянку. Значит, эти Шао розовые с белым? Лю Цингэ никогда не красил хвост, до советника он даже не знал, что так можно. Будет ли он выглядеть глупо? — Розовый? — шимэй Ван была разочарована. — А нельзя красный? Я бы хотел красный. — А я — оранжевый. — А я бы хотел синий, но будет розовый, — разочаровал всех шисюн Шан. Мобэй на его слова смущённо поёрзал. Красит ли шисюн Шан хвост синим, когда они ходят на свидания? Надо сказать шимэй Ван, чтобы подарила им тот талисман, что заставляет светиться любимым цветом. — Итак, шиди Ван, ты будешь… — Шимэй, — перебил Лю Цингэ. — Если она будет девушкой в плане, давайте называть её шимэй. Хотя она и так девушка, но тут Лю Цингэ понимал, почему это тайна. Уже рассказывали, не всем понравилось. Когда она станет сильнее и сможет всех побить, тогда и расскажут навсегда. Или, когда люди поймут, что это не странно. Вроде бы шицзе Ци уже даже работает над нужными слухами. — Допустим, — шисюн Шан недовольно посмотрел, когда его перебили. — Шимэй Ван будет юной девой из клана Шао, которую шисюн Юэ приведёт на смотрины. А шимэй Лю — её немой служанкой, — добавил он мстительно. — Потому что иначе скажет странное и нас раскроют. — Нам нужны другие имена, — заметил Цинъюань. Назовётся ли он опять тем странным именем, что придумал тогда? Что там было? — Ди Цифэн. Нет, сейчас не подойдёт, должно быть Шао. — А как зовут главу их клана? — Фэньхун-цзюнь, — ответил шисюн Шан. — Вы можете не делать так при других, это жутко? И никто не назовётся главой клана, его точно все знают. Будете побочной ветвью. На тот случай, если белый не возьмётся. Пока шисюн Шан и Цинъюань обсуждали подробности плана, Лю Цингэ отвёл шимэй Ван в сторону. — Есть талисманы для чтения мыслей? — Зачем? Вы и так справляетесь. И это не жутко, не верь шисюну Шану. Он просто завидует. Как думаешь, шисюн Шан разрешит красные глаза? Шисюн Шэнь принёс мне листьев для этого. Так шисюн Шэнь опять ходил в тот город? И не взял с собой Цинъюаня, а ему там понравилось. Как подло. И красные глаза шли, а листьев не привёзли. Хотя, глаза у Цинъюаня прекрасны в любом цвете. Даже, если бы были голубые, как у шисюна Ли (вот что жутко) или зелёные, как у шисюна Шэня (Тут жуткий не цвет, а то, как он иногда смотрит. Один раз испортил Лю Цингэ битву, когда посмотрел на демона и тот просто сбежал). — Шиди Лю, ты будешь слушать план? — позвал шисюн Шан. — Потому что тебе нужно. — Зачем звал, если думаешь, что я всё испорчу? — Потому что брать Бинхэ я не собираюсь, а у тебя самая большая удача после него. Ты придумал себе имя для маскировки? — Лю Шаньсинь, — буркнул Лю Цингэ. И тут же перестал злиться. Это было мамино имя (раз уж шисюн Шан и его хотел сделать девушкой, то и имя должно быть подходящим и лучшим), а мысли о маме всегда успокаивали. Если только это не она разорвала того заклинателя и подобрала Лю Цингэ по дороге. И на самом деле (Лю Цингэ потрогал хвост) он демон и она его покрасила в детстве. Или мама и есть Тяньлан-цзюнь, и они зря хотят найти Чжучжи-лана. Раз уж они переодеваются в демонесс, почему Тяньлан-цзюнь не мог переодеться в человека. Интересно, папа знает? Вот опять ему об этом напомнили. Зачем? — Шао Шаньсинь, — поправил Цинъюань. — Красивое имя. У шиди Шана есть предложения? — Я буду просто Фэйцзи. Но вы не поймёте. Они не поняли. Тут даже без чтения мыслей было ясно, Цинъюань очень красноречиво посмотрел. — Не важно, продолжим. Они продолжили до поздней ночи, а потом Лю Цингэ тайно проводил Цинъюаня на Цюндин. Потому что глава школы не должен был знать, что они виделись. А, значит, ночевать им придётся по отдельности. Может, начать притворяться немой служанкой (хотя Цинъюань сказал, что будет просто старшей родственницей) прямо сейчас и прокрасться? Лю Цингэ не хотел носить платье, они неудобные. Заклинательницы тоже носят штаны, он видел на шимэй Мо. Она позвала его, чтобы доказать, что не кормит голодных птиц голодными птицами, но не доказала. Они все там жуткие. Или можно отрастить бороду. Хотя, в их семье ни у кого не получается. Да и всё равно не успеет. Можно украсть ус у лорда Цяньцао, ему и одного должно хватить, они у него длинные. — Нет, Цингэ. Пока хватит с Цяньцао. Они дошли до беседки и решили немного посидеть. Тут всем нравится Цинъюань, их не выдадут, если заметят. Опять же, один шисюн уже заметил, но приложил палец к губам, показывая, что будет молчать, и побежал дальше. А может, он и есть таинственный шпион и теперь они не смогут про него рассказать, чтобы и себя не раскрыть. — Он на свидание побежал, — объяснил Цинъюань. — Ему одна девушка в городе нравится, а днём они оба заняты. — На самом деле ты — проницательный фусан? — Это разве не дерево? — Дерево. — Это легенда, нельзя сделать человека из дерева. Но красивая легенда, даже немного жаль, — Цинъюань наклонился и лизнул Лю Цингэ в нос. — Мне пора, на днях встретимся и проверим краску. *** Шисюн Шан сказал попробовать краску заранее. Не розовую, розовую он и сам не смог бы объяснить. Белую. Лю Цингэ был не против, если что, скажет, что скучает по Цинъюаню. Это правда, он скучает по Цинъюаню, когда им не удаётся долго увидеться. Цинъюань его и красил. Было странно и надо было держать это зелье не меньше шичэня, чтобы взялось. Если возьмётся. Шисюн Шан слишком паниковал по этому поводу, но Лю Цингэ понимал. Краски осталось ещё много, даже удивительно для такого маленького флакона. Лю Цингэ предложил подарить шицзе Ци, пусть и они побудут с шисюном Шэнем одинаковые. Хотя это разный белый. Но он и с Цинъюанем не очень совпадал. Лю Цингэ вздохнул. От краски хвост был мокрый и капал белыми каплями на пол. Потом не отмоешь. Хотя, кровь в углу тоже до сих пор не отмыли, как Цинъюань не старался. И Лю Цингэ старался. И талисманы шимэй Ван не помогли. А те шиди, которых он послал отмыть после их проигрыша, только пол поцарапали. Цинъюань предложил положить сверху ковёр, но у них не было. Так что мама обещала найти мастера, который бы научил делать ковры. Потому что Цинъюань загорелся идеей сделать самому. Было бы неплохо. Столб так и не вернули, а картины, которые он хотел повесить в учебном классе чуть не вызвали забастовку всех на Байчжане. В том числе и учителя. Опять у них одно дерево из украшений пика. Или может, закрасить? Вот и краска есть, пусть и для шерсти. — Она смоется. Она держится всего несколько дней, — Цинъюань отвлёкся от письма с извинениями, оно никак не давалось. — Любая? — Да. Ты запомнишь имя «Линъюань»? — Зачем, если шисюн Шан запретил мне говорить? — Ох, и правда. Согласится ли шишу Тан на одноглазого голожаберня? — У нас нет. — Это был сюрприз, но можно пожертвовать, — Цинъюань погрыз кисть. — Тогда я не знаю, что предложить. — Ты выпил зелье, хватит с него, — Лю Цингэ не знал, что могло понравится лорду Цяньцао. Он имя то его узнал только недавно, — Ты придумал, как мы будем спрашивать про Тяньлан-цзюня? — Нет, я решу на месте. Это всегда самое волнительное — подобрать верные слова. Я выигрываю в оправданиях твоих разрушений. — У кого? — У себя. Краска держалась даже когда они промыли хвост второй раз и Лю Цингэ с трудом остановил себя от вылизывания. Если и язык станет белым, то все решат, что он точно демон. А он пока сам не был уверен и не хотел, чтобы другие тоже так подумали. Это Цинъюаню всё равно, а лорды и леди могут и прогнать. А у него нет королевства и придётся жить на Кусине, а шиди Чжу Лю Цингэ не очень нравился. — Никто тебя не прогонит, они даже Мобэя не прогоняют, а он точно демон. — И шисюна Шэня, — кивнул Лю Цингэ. — Сяо Цзю не демон, я бы заметил. Может, послать кого-нибудь за каменным лотосом? Шиди Му давно о нём говорит. — Никто не заметил Бинхэ. Я бы сходил, но там надо разговаривать. Эти лотосы выращивает какая-то безымянная школа заклинателей. А в природе за ними нужно нырять, а вода мокрая. Лю Цингэ сегодня уже намочил хвост. И ведь потом ещё и в розовый красить. — Тем более, никто не заметил Бинхэ, а про Сяо Цзю только и твердят, что он демон. Значит точно не демон. Или ветка снежной сирени. Мы могли бы захватить по дороге, а она нужна для некоторых лечебных зелий. — В последнем рассказе шисюна Шана все твердили, что главный герой уже мёртв и так и оказалось. У нас в поместье есть снежная сирень, я могу маму попросить. — Я буду любить Сяо Цзю, даже если он демон. А я не видел. — Я тоже не брошу с ним сражаться. Я покажу потом тебе мамин лекарственный сад. Пиши про сирень, а я напишу домой, когда мы вернёмся. Цинъюань радостно начал выводить иероглифы. Лю Цингэ подошёл ближе, наблюдая. Даже простое письмо было написано столь идеально, что хоть сейчас вешай на стену. А ведь он начал учиться позже всех. Он скажет об этом лорду Цяньцао, когда принесёт. Пора ли сказать на Аньдине, чтобы ему платили за это? Тот демон-перевёртыш был богато одет, значит ли, что за разнос писем хорошо платят? Надо у него спросить, шимэй Ван сказала, что они с леди Цзысяна подружились и он гостит у них. Теперь на Цзысяне ещё больше маленьких детёнышей. Иногда они меняются (или путают) и нянчат чужих. Шимэй Ван сказала, что один из детёнышей перевёртыша уже пробует летать. Цинъюань тем временем закончил письмо и убрал в стол. Теперь они забудут о нём. — Я не забуду. Я выпил это зелье. Нет, пока я не хочу его отдавать. Вдруг придумаю ещё что-нибудь. И после этого он говорит, что не читает мысли. Зато, как удобно будет, когда в царстве демонов Лю Цингэ не будет говорить. — По поводу этого, — Цинъюань достал тот самый браслет для хвоста и начал вертеть в руках. — У нас есть вещь, принадлежащая клану Шао. Это добавит правдоподобности. Но будет ли это правильно, браслет не наш. — Мы можем отдать его, как и хотели, если встретим там кого-нибудь из этого клана. — Если мы встретим кого-нибудь из клана Шао, то нас раскроют и мы будем прорываться с боем. — Скажи это, — попросил Лю Цингэ. — Пожалуйста. — Нас не раскроют, всё будет замечательно. Вот теперь хорошо. Главное, чтобы не подумали, что они убили императрицу и забрали украшение. — Цингэ… — Я хочу прорываться с боем, но не хочу, чтобы меня зря обвиняли, — объяснил Лю Цингэ. — Может быть, я захвачу тебе королевство. То, что со змеями, ты покажешь его шисюну Шэню. Это ведь хороший подарок на свадьбу? — А как же Бинхэ? — Пусть победит тебя. — Сяо Цзю бы понравилось со змеями, — улыбнулся Цинъюань. — Он приносил бы их в Цанцюн и пугал учеников. — Я бы заставил своих шиди драться с ними. — Победитель бы… В дверь постучали. Цинъюань замолчал и дёрнулся в сторону шкафа. Но не побежал, наоборот замер, старая казаться незаметнее. Можно подумать, Лю Цингэ кого-то пустит к себе в комнату (и можно казаться незаметным с таким ростом). Тем более, что шисюн Шэнь опять куда-то ушёл, а больше никто не заходит без приглашения. Если только шимэй Мо сейчас не с ними. Они нервно огляделись, вроде нет. Лю Цингэ пошёл открывать. Это была шицзе Сяо (И шимэй Мо, она точно самая подозрительная. Как она узнала, что Лю Цингэ подумал о ней сейчас?), которая задавала странные вопросы про письма. И не знала своих соучеников. Почему Лю Цингэ тогда должен знать? Почему она не спросила у шимэй Мо? Знала ли она, что шимэй Мо с ней? Лю Цингэ прогнал её так быстро, как только смог. Кажется, она поняла, что Цинъюань тоже тут, но ей не поверят. Шисюн Шэнь пускает слухи про шицзе Сяо, что она болеет и всегда говорит неправду. Возможно, шисюн Шэнь угадал, и тогда в душе она милая. А теперь шимэй Мо позовёт её шпионить на Хуаньхуа и всё испортит. Может ли Старый Хозяин на самом деле быть её мечом? Кто-то же считает, что Чэнлуань — это шицзе Чэн (Это не так, его меч очень верный в отличие от шицзе Чэн. У неё опять новый поклонник, к которому она бегает в город), почему не быть наоборот? Тогда понятно, почему она так часто не берёт его с собой, он в это время управляет Хуаньхуа. И очень удобно передавать информацию. Или нет никакого шпиона. — Ты тоже думаешь, что я мог случайно проболтаться? — Не ты. Бинхэ просто могли увидеть в городе. Его мама часто спускается туда с ним. — Ох, я совсем не думал об этом. Он ведь приметный, если знаешь. Хотя у нас никто не догадался, — Цинъюань посмотрел на Лю Цингэ с гордостью. — Надо бы понаблюдать, вдруг мы заметим заговор у демонов. — Да, на вас напал демон. Было бы здорово раскрыть и шпиона демонов. Тогда шисюн Шэнь точно обзавидуется. Хорошо бы это был дядя Мобэя, тогда можно будет просто с ним сразиться и решить проблемы всех сразу. И Лю Цингэ даже не заставят управлять королевством, дядя там не главный. *** Им везло. Шицзе Сяо ничего не рассказала главе школы (хотя он очень подозрительно смотрел на Лю Цингэ, когда тот пришёл с отчётом о задании, на которое успел сходить, пока остальные ждали и готовились), про хвост никто не спросил и врать не пришлось, а тот перевёртыш ушёл домой и освободил шимэй Ван от обязанности нянчить малышню (и она начала высыпаться). И Цинъюань отдал письмо с извинениями и теперь за ним не так пристально следили и даже разрешили выходить в город (А вот он выглядел уставшим, но ничего не говорил. Должен ли Лю Цингэ спросить или это тайна Цюндина?). Глава школы слишком его опекает даже, когда сердится. Знает ли он, что на самом деле Цинъюаню по сути шестнадцать (Поэтому говорил про переходный возраст?)? Теперь шицзе Ци будет ругаться на Лю Цингэ из-за разницы в возрасте? Но шицзе Ци ушла куда-то с шисюном Шэнем (они что-то говорили про подлое свидание) и пока можно не волноваться. Или нужно, они давно ушли. Лю Цингэ даже нашёл Минъянь и спросил, но та сказала, что так и надо. И вела себя подозрительно. Опять пишет про них с Цинъюанем что-то жуткое. Он недавно нашёл книгу с иллюстрациями. И эти люди говорят гадости про рисунки Цинъюаня, на себя бы посмотрели. Даже книга шиди Му не была такой откровенной. Цинъюань смутился, увидев картинки, а это о многом говорило. В городе они все и собрались для последнего этапа подготовки. Надо было докраситься в розовый и сменить одежду. Лю Цингэ с сомнением смотрел на дасюшань (это же неудобно, зачем такие широкие рукава), что выбрала для него шимэй Ван. Сама она уже переоделась, на этот раз в жуцюнь, и наносила макияж. Она и Лю Цингэ обещала подобрать. Сколько сложностей быть девушкой. А ещё метку демона надо не забыть. Как хорошо, что они знали, как она выглядит, шисюн Шан оказался не очень полезен в этом вопросе. — Во-первых, это был мой король, — обиделся шисюн, когда Лю Цингэ сказал ему об этом. — Во-вторых, я уже сказал, что полтора десятка лет никто клан Шао не видел. — Два, — поправил из угла Мобэй. Он должен был доставить их в ледяное королевство, потому что мечи доставать шисюн Шан запретил. Хотя бы взять разрешил, просто сказал спрятать. — Что два? — Два десятка. — Два десятка, — с укором посмотрел шисюн Шан на Лю Цингэ. — Мой король тогда ещё и не родился. — Два, — опять сказал Мобэй. И не стал ждать вопроса. — Мне было два года. Даже он старше Лю Цингэ, несправедливо. Ничего, скоро и ему столько будет. Лю Цингэ ещё раз посмотрел на платье и погладил мягкую ткань. А кто-нибудь поможет ему одеться? Он будет выглядеть глупо. — Шисюн Шан знает, как это надеть? — Я знаю, — откликнулась шимэй Ван. — Я закончу и помогу. Почему шисюну Юэ можно оранжевый, а мне нельзя красный? — Но шисюну Юэ нельзя… — шисюн Шан посмотрел на вышедшего из-за ширмы Цинъюаня (Ширму они принесли с собой. Сначала использовали, чтобы не видеться, как велел глава школы и она была просто белой. Потом Цинъюань не выдержал и учитель приказал убрать это с Байчжаня. Это был осенний лес, между прочим. То, что он был цвета цин и пытался сожрать вроде бы заклинателя с заячьим хвостом, это так и задумано. А ещё среди пней было нарисовано письмо, но никто не заметил. Они решили, что это бледный гриб, вызывающий ярость, но это был белый цвет Байчжаня. Да, белый тоже разный, Цинъюань их различает). — Шисюн Юэ! Лю Цингэ тоже посмотрел. И зачем возмущаться, это просто пояс. Да, широкий, расшитый ярко-оранжевым орнаментом (Это был орнамент со шкатулки Шао. Цинъюань сам его сделал?), но просто пояс. В остальном Цинъюань не изменил своему стилю, был так же в чёрном. Но сменил сюаньдуань на обычный шэньи. И, кажется, попросил тот отвратительный гуань у шисюна Ли. И добавил веер, Лю Цингэ даже знал, что он готовил его, как очередной подарок шисюну Шэню, но решил временно одолжить. Веер был лазурный с вкраплениями нежно-розового и бордового и не сочетался ни с одним из остальных цветов. Цинъюань был прекрасен. — Спасибо, — Цинъюань широко улыбнулся. Надо ему сказать, чтобы, как шисюн Шэнь за веером попробовал спрятаться. — Так? — спрятался он. — Ещё раз, не делайте этого, — взмолился шисюн Шан. — Это даже для демонов странно. — Но это удобно, если мне нельзя говорить, — возразил Лю Цингэ. — Что, если я не сдержусь? — Шиди Ван, накпей ему на рот талисман молчания, — шисюн Шан упал на кровать и застонал. — Прикроем вуалью, я знаю, что вы её принесли. — Мы её потеряли, — возразил Цинъюань. — Я не успел сделать новую. — Слава богам! Зря он так, предыдущая была красивая. Но Лю Цингэ взял другую у Минъянь, всё же, у всех Лю очень приметное лицо. И его родинку даже демоны узнают уже. Она даже почти подходила по цвету, сиреневый и розовый не так далеко друг от друга. Вот для Лю Цингэ они подобрали платье почти в цвет, бело-розовое (Ярко-розовое, не такое, как хвост, но опять же. Никто не будет так говорить). — Я готова, — шимэй Ван встала и покружилась, показывая себя во всей красе. — Я красивая невеста? — Да, — ответили Лю Цингэ и Цинъюань. — Почему не Цинхуа? — спросил Мобэй. — Потому что я буду шнырять, мой король. Я не могу скромно стоять и ждать, пока кого-то там выберут. Давайте быстрее, нам вот-вот выходить. И вам не кажется, что кто-то наблюдает за нами? Не казалось, это был тот дух, что когда-то помешал им с парным совершенствованием. Ну а что, эту комнату они уже знали. Пусть шисюн Шан скажет спасибо, что этот дух советы давать не начал. Надо его потом опять изгнать, уже не в первый раз возвращается. Одели они Лю Цингэ быстро, он на пробу повторил одну из боевых стоек. Вроде не так уж и не удобно. Но странное ощущение. Шимэй Ван усадила его на тот же стул и приготовила пудру. — Подожди, — Цинъюань подбежал и лизнул в нос. — Потом неудобно будет. — Давайте быстрее! — Быстрее будет хуже, — предупредила шимэй Ван, но приступила к макияжу. А можно, он просто вуаль наденет и не надо его? Цинъюань покачал головой и не стал спасать. Он чего-то не знает о нём? *** В ледяном королевстве было холодно (о чём они знали, не дотягивало до ледяных пещер) и шисюн Шан сразу начал дрожать (А это странно, он развил золотое ядро. Он рассказал об этом всем. Он нашёл Лю Цингэ на задании, чтобы сказать об этом. Лю Цингэ пришлось сманивать его потом с дерева). Мобэй тут же накинул на него свой меховой плащ. Зачем ледяным демонам мех, они разве мёрзнут? — Хороший вопрос, — Цинъюань посмотрел на шисюна Шана. — Я понятия не имею, о чём вы. И даже не говорите, если это не связано с нашим делом. Лю Цингэ промолчал. Шимэй Ван активировала талисман и засунула под одежду. — Холодно. Вам дать? Да не так уж и холодно, Лю Цингэ отказался. Хотя и порадовался, что вытребовал оставить себе сапоги. Под подолом не видно, зато идти удобно. А вот шимэй Ван периодически поскальзывалась на льду. Почему они не могли перенестись сразу во дворец? — И ещё один хороший вопрос, Цингэ. — Сейчас что? — шисюн Шан не скользил, он цеплялся за Мобэя. — Как-то бедновато мы выглядим для королевского клана. Надо было у мамы экипаж попросить, — Лю Цингэ решил плюнуть на всё и подхватил шимэй Ван на руки. — И ты сейчас об этом говоришь? — Ты составлял план. Если на Цинъюаня свалили твои ошибки, я вызову тебя на битву. — Да не было никаких ошибок. Мы побочная ветвь и у нас нет денег на экипаж. Хотя за этот браслет для хвоста можно купить шиди Ли. Не спрашивай. И ты должен молчать, шиди Лю. Мобэй молча призвал тени и позвал за собой. А раньше так нельзя было сделать? В замке тоже везде был мех. Но сначала их торжественно встретили у ворот, хоть и удивились, что они пришли пешком (И одному демону стало плохо от веера Цинъюаня. Слабак). А он говорил. Лю Цингэ поискал шисюна Шана, но тот куда-то пропал вместе с Мобэем. Подло. Так же торжественно и немного печально их проводили в тронный зал. Он был огромный и в мехах. Меха были на полу, на стенах, висели вместо штор. Старший Мобэй был в зале один, сидел в коробочке на высоком… постаменте? Лю Цингэ понятия не имел, как это назвать. Поглаживал маленькую собачку. Синюю (Ночной синий, хотя Лю Цингэ однажды слышал, как шисюн Шэнь назвал его сапфировым. Да как так?). И выглядел так же, как и на портрете, ни капли не постарел. — Добро пожаловать в мою скромную обитель, — он встал и легко шагнул из коробочки. Обвёл рукой скромную обитель, в которой можно было уместить весь Кусин с их бездомными. А, если не считать меха, то пустотой зал мог бы поспорить с первой комнатой Цинъюаня. — Не ожидал вас так рано. Вообще не ожидал. А Фэньхун-цзюнь не прибудет? — Боюсь, мы с ним недостаточно хорошо общаемся, — Цинъюань вежливо улыбнулся. — Мы сами по себе. — Да? — немного разочарованно спросил старший Мобэй. — А приглашение я посылал ему. — Ах это, — Цинъюань достал свиток с печатью ледяного короля. — Не волнуйтесь, наш приход полностью им одобрен. У них есть приглашение? Шисюн Шан не так плохо подготовился. Ещё бы не улизнул в самый ответственный момент. Вот бы тоже улизнуть, Лю Цингэ видел в коридоре пару демонов, с которыми можно сразиться (И вроде бы даже сражался с одним из них раньше. Неплохо было бы продолжить). И стража у дверей зала тоже выглядела сильной. Всё равно никого нет пока. — А это моя сестра Шао Шаньсинь и её дочь — дева Шао, — одёрнул Цинъюань Лю Цингэ. — Очень приятно, — старший Мобэй подошёл к Лю Цингэ и протянул руку. Что он хочет? Цинъюань неловко улыбнулся и покачал головой, он тоже не знал. Старший Мобэй взял руку Лю Цингэ и прильнул губами. — Наши обычаи, — пояснил он. Лю Цингэ ему врезал. Не ожидал и не удержался. Старший Мобэй покачнулся и сделал шаг назад. Собачка обнажила клыки и зарычала, пытаясь прыгнуть вперёд. Шимэй Ван присвистнула. — А это наши, — степенно произнёс Цинъюань, пытаясь скрыть весёлую улыбку за веером. Веер никак не открывался, пришлось прятаться за рукавом. Старший Мобэй как-то странно посмотрел, взмахнул рукой и скинул собачку подбежавшему слуге. Будет драка? — Да, — тон у него тоже был странный, — у нас тоже такой есть. Хотя я не ожидал так сразу. Госпожа Шао желает выпить? Я прикажу подать. — Моя сестра не говорит после смерти мужа. Она не хочет пить. Ну, Лю Цингэ не хотел пить, это правда. Он бы хотел, чтобы ему объяснили, что происходит. Драки не будет? Потому что шисюн Шан просил, чтобы Мобэя не выдали за Лю Цингэ, теперь же не должны, если он ударил его отца? Хотя ему может понравиться шимэй Ван. А где она? Шимэй Ван была внизу. Она сидела на мехах и топталась. Они мягкие? Он тоже хочет. Но тогда Цинъюань останется один на один со старшим Мобэем. Да и шисюн Шан просил просто не выходить замуж за Мобэя (Тогда зачем сделал Лю Цингэ женщиной? Так же больше шансов), а не чтобы их сразу выгнали за несоблюдение приличий. — Ой, прошу прощения, — шимэй Ван подскочила, с сожалением погладив мех в последний раз. — Я немного увлекалась. — Ничего, — а старший Мобэй был какой-то слишком радостный. — Я как раз хотел пригласить. Остальные гости прибудут к вечеру, а мы как раз успеем поболтать. Или хотите осмотреть замок, госпожа Шао? Может быть, ударим друг друга ещё пару раз. А это было бы хорошо, Лю Цингэ хотел подраться. А отец Мобэя должен быть сильным, он же глава клана. Они дерутся за главенство? Дядя Мобэя хочет извести племянника подлостями, но сам Мобэй их не любит. Он же не станет королём, если победит? Хотя, советника не победил, значит и тут будет сложно. Лю Цингэ кивнул, соглашаясь. Всегда можно подраться просто для удовольствия. Веер в руках Цинъюаня треснул. Он тоже хотел? — Ох, Цин… Позвольте нам отдохнуть с дороги, она была нелёгкой. — О, я прикажу проводить вас в тёплую гостиную. Или даже провожу сам? — он опять странно посмотрел. Лю Цингэ на всякий случай кивнул, пока не стоит больше его злить. Он будет делать это постепенно. Если не начнётся драка, тогда шисюну Шану придётся смириться. — Конечно, — улыбнулся Цинъюань. Не настоящей улыбкой, а больше похожей на ту, что у шисюна Шэня. Лю Цингэ сделал что-то не так? Но по дороге же можно поговорить про Тяньлан-цзюня, как они и планировали. А если бы шисюн Шан не запретил ему говорить, то он бы помог начать разговор. Тяньлан-цзюнь часто дрался, могли бы обсудить. Их проводил очередной слуга, старший Мобэй тоже начал опасливо смотреть на Цинъюаня и обещал увидеться позже. Ну да, там же будет какой-то приём, они все увидятся. В гостиной их ждал шисюн Шан, всё ещё завёрнутый в плащ. И ни капли не сожалел о том, что подло сбежал. — Я предупредил, что буду шнырять. И мой король хотел показать кое-что. Почему такие кислые лица? Вы что-то испортили?! Теперь шисюн начал паниковать. Ничего они не испортили, только начали. Правда, тот демон, с которым Лю Цингэ когда-то дрался, следил за ними до гостиной. И помахал Лю Цингэ, когда никто не видел. Если он его узнал, то может сдать, надо предупредить. — Возможно, меня узнали, — предупредил Лю Цингэ. — Но я могу просто опять его вызвать. — Кого? — взгляд у шисюна Шана заметался. — Как вы могли так сразу попасться?! — Тот демон в пятнах. Мы дрались раньше. И шисюн слишком громкий для подлых планов, если их подслушивают, то могут раскрыть. — Пятнистый хвост, синие глаза, шрам на груди? — уточнил шисюн Шан. Лю Цингэ кивнул. — Так это ты его побил? Мой король мне все уши прожужжал о его безответных чувствах, а это был ты? — Но я ответил, мы хорошо подрались. — Шиди Лю, — простонал шисюн Шан и ударил себя по лбу. А ведь шимэй Ван предупреждала не делать так, метку можно случайно смазать. Где она опять? Они с Цинъюанем выбирали талисманы против прослушивания. Вот, они учли, в отличие от шисюна Шана. Хотя и не успели, в дверь постучали и осторожно заглянул демон. Тот самый. Теперь Лю Цингэ ему помахал. — Это и правда ты, — демон прошмыгнул в гостиную (очень ловко для таких размеров) и уставился на Лю Цингэ. — Ты пришёл продолжить? — Нет, я… Цинъюань! Шисюн Шан опять хлопнул себя по лбу. Потому что Цинъюань просто вырубил демона одним движением. Тот рухнул на меха (они везде) и не двигался. Шисюн Шан рухнул рядом по привычке, но потом просто невозмутимо сел и потыкал демона. Шимэй Ван молча достала чернила, подправить метку. Лю Цингэ был прав, когда предложил её взять. — Мы тут всего ничего, а вы уже попались, — шисюн Шан встал и достал верёвку. — Шисюн Юэ, только честно, ты говорил, что мы легко справимся или что-то в этом роде? Куда его теперь девать? Это один из организаторов приема, его будут искать! — Мы отлично справляемся, — улыбнулся Цинъюань. — Засунь его в шкаф. — Тут нет шкафа. — Но там дверь, — Лю Цингэ показал на выглядывающую из-за мехов ручку. — Это кладовка. — И какая разница, шиди Шан? Они занесли демона в кладовку, где шимэй Ван на всякий случай налепила на него несколько усыпляющих талисманов. А Лю Цингэ проверил, что демон живой, он планировал продолжить драку потом. Шисюн Шан продолжил паниковать, даже когда они спрятали все улики. Всё-таки он плохо подготовился. А когда в дверь опять постучали подпрыгнул на месте и полез в ту же кладовку. Это оказался слуга, что провожал их, он принёс чай и закуски. Лю Цингэ задумчиво помешал замороженные кубики в чашке. Так вот откуда шисюн Шан взял эту привычку. — Это я тоже запрещу на собраниях, — сказал Цинъюань, когда слуга ушёл. — Шиди Ли уже не раз поскользнулся на них. — Это шисюн Шэнь их подбрасывает, — отозвалась шимэй Ван. Она опять гладила меха. Надо ей зверя какого-нибудь поймать. Пушистого. — И я. У нас соревнование. Подло, шисюну Шэню Цинъюань не запретит. И шимэй Ван не сказала, кто побеждает. Она обиделась, что давно не брал на совместные задания? Но она была первым выбором сейчас. — Ещё как запрещу. А будете возмущаться, я подам чай Цингэ. — Но это отвратительно. — Полностью согласен, — вылез из кладовки шисюн Шан. Было обидно, но это правда, мало кому нравилось. Лю Цингэ делал всё по правилам, ему как-то помогала мама (и даже выпила и похвалила), но вкус всегда был ужасен. Возможно, это тоже проклятье. Это можно использовать, чтобы Мобэя не выдали за него замуж, ему не нравится, значит и его отцу тоже. — Нет никакого проклятья, твой чай великолепен. Не смей заваривать его тут. Кто побеждает в битве льдом, шимэй Ван? — Ой, как я могла забыть? Я побеждаю, шисюн Лю. Так что, шисюн Юэ, если вы запретите сейчас, то шисюн Шэнь проиграет. — Я смирюсь с этим, — неуверенно улыбнулся Цинъюань. Не запретит пока. До мероприятия они тихо просидели в гостиной. Лю Цингэ грыз чай (а в этом что-то есть), шимэй Ван просто растопила его для себя. Цинъюань продолжал расспрашивать шисюна Шана о демонах. В кладовке было тихо, Лю Цингэ даже заглянул на всякий случай, но демон мирно спал. Он переложил его на мех попушистее. Было скучно. Когда Лю Цингэ уже подумывал пойти и найти себе занятие (он видел в коридоре мех солнечного барса, узнать бы, где нашли), их, наконец, пригласили на банкет. На этот раз их привели в другой зал, ещё больше и намного торжественнее. Тут и там стояли коробочки устланные мехом, слуги разносили мышей (А шисюн Шан хотел взять шицзе Ци, сейчас бы точно опозорились). Демоны ходили, собирались группами, тихо переговаривались. Мелкая котёнка бегала среди гостей и пыталась пырнуть ножом. Теперь они опоздали? Тут можно драться ножами? Очередной демон ударил по полу посохом (из-за меха звук был тихим) и произнёс: — Клан Шао! Цинъюань поклонился. А Лю Цингэ решил обойтись, он уже поздоровался со старшим Мобэем и ему руку облизали. Нет, спасибо, больше он не хочет. Всё взгляды тут же обратились на них. Один из гостей подавился вином и обрызгал собеседника. А Лю Цингэ узнал его, это тот рогатый с картины. Он уставился на них, пытаясь откашляться. Он враг Шао? Советник что-то говорил про то, что он хотел выдать свою дочь за Тяньлан-цзюня. А драки из-за вина не случилось, обрызганный просто утёрся и убежал. Послышались шёпотки. — Шао? Это не тот ли самый? — Так тот, вроде, умер? — Нет-нет, тот пропал. — Ой, не смешите, тот был белый, как снег в их горах. — Точно-точно, маленький змеёныш. Из-за чего, вы думаете, Владыка так вспылил? — Из-за чего? — А вы не слышали? Императрица-то шалила за спиной Владыки! — Шшш, не так громко. Но да, с самым верным его генералом. — А змей-то тот так кичился своими честностью и преданностью. Но гнилое нутро надолго не спрячешь. — Да быть не может, это же сам Владыка Тяньлан. — А тебя там не было, вот и молчи. Их переглядки все видели, да только думали, что на них и закончится. — А потом родился. Белый! Ох и скандал тогда разразился. — А императрица ещё и не признавалась ни в какую. Дескать, Владыки, родной. Просто маленький, потом точно цвет поменяет. — Вот только все видели. — И что-то за то время, пока Владыка терпел, так белым и остался. Ни шерстинки от Тяньлан-цзюня, точно не его. — Тише, нас подслушивают. И ничего Лю Цингэ не подслушивал, нечего так громко шептать. И — ой — получается, что императрица не просто изменила, но и ребенка родила? А потом Тяньлан-цзюнь его убил? Жалко, маленький же был. Интересно, почему беленький, Чжучжи-лан и советник же зелёные. Хотя, нет, у Чжучжи-лана кончики ушей были белые. Два цвета, как у Шао? Но у Шао тоже есть белый, почему не решили, что в мать пошёл? Демон-змей был белым без зелёного? Посмотреть бы на картину полностью, а он упустил шисюна Шэня, чтобы попросить растворитель. Получается, не такой уж Тяньлан-цзюнь и хороший. И клан вырезал. И, если и с трудом, но клан Лю Цингэ мог понять, то детёныша жалко. — Ещё ничего не известно, — сказал Цинъюань и пошёл здороваться с каждым по отдельности. Сейчас он начнёт внезапные переговоры и забудет про их расследование. Возможно, заключит мир между двумя царствами или по привычке закупит чего-нибудь, но в расследовании это не поможет. Шисюн Шан опять пропал, хотя шёл вместе с ними. Но Мобэй же тут, вон он разговаривает с какой-то девицей с рогами. Ну, девица разговаривает, Мобэй просто смотрит на неё. Или спит, вроде даже покачнулся. А нет, это девица попыталась его под руку взять, а он уворачивался. — Кажется, ему нужна помощь, — шимэй Ван заулыбалась и пошла помогать. Лю Цингэ остался один. И мышей не хотелось, он наелся в гостиной. Шуршащий мячик уже взяли себе и перекатывали семья демонов с кисточками на ушах. И даже не поспрашивать тех сплетников, он же не разговаривает. — Госпожа Шао, — будто из ниоткуда возник старший Мобэй. — Скучаете? Он не должен рассматривать невест, чтобы выбрать подходящую партию для сына? Но Лю Цингэ скучал, а старший Мобэй обещал бой, так что оставалось только кивнуть. — Не беспокойтесь о своей особенности, мой сын тоже немногословен, я привык. И где-то потерял распорядителя. Не хотите поискать в тёмном месте? В тёмном месте этот распорядитель и был, но находить его нельзя. Как жалко, что Лю Цингэ не носит с собой бумагу и чернила, как Цинъюань. Хотя, у него в цянькуне была та кисть от шисюна Шана, ему удалось выбить ещё одну оранжевую, а подарить всё времени не было. Осталось найти бумагу. Но сделать Лю Цингэ ничего не успел, на него подло напали. Котёнка с ножом, которую все остальные игнорировали, подкралась сзади и хотела запрыгнуть на спину. Лю Цингэ развернулся и поймал. Котёнка обвисла, выронила нож, но шипела. И попыталась распороть рукав тонкими и длинными когтями. Прямо как Минъянь, милая. А ещё на шее у неё висел колокольчик, который звенел при движении. На него Лю Цингэ и отреагировал. — Отпусти меня, — она зашипела громче. Лю Цингэ не удержался и зашипел в ответ. Это не разговор, шипеть можно. Котёнка прижухла и опустила ушки. Надулась. — Ты злая женщина. Я хотела поиграть. Почему ты меня поймала? Потому что услышал колокольчик. Но сказать Лю Цингэ ничего не мог. На помощь пришёл старший Мобэй: — Госпожа Шао не разговаривает в память о муже. — Ты сама его убила? Лю Цингэ покачал головой. Возможно, в мире демонов этим он заслужил бы больше уважения, но его муж — Цинъюань. А он даже подумать не мог о том, что его кто-то убьёт. Тем более, сам Лю Цингэ. — Жалко, — протянула котёнка. — Я собираюсь заколоть мужа, которого выберет мой отец. А потом найду себе самого красивого демона и мы захватим весь мир. А потом… А потом она схватила его вуаль, вывернулась из хватки и убежала. Лю Цингэ только растерянно захлопал глазами. Его только что победила девчонка младше Минъянь? Он кинулся следом, не обращая внимания на возглас старшего Мобэя (Почему у них одинаковые имена? Что, если живы три поколения Мобэев? Зовут ли дядю Мобэя Мобэем? Называют ли они дочерей так же?). Вуаль надо вернуть. Не то, чтобы она особо скрывала его лицо, даже демон, с которым он один раз сражался, его узнал. Но Минъянь потом будет ныть, что потеряли. И он обещал вернуть. Они пробежали коридор (Лю Цингэ, пожалуй, возьмёт свои слова обратно, в платье не так неудобно, как он думал) и котёнка забежала в приоткрытую дверь. Лю Цингэ за ней. Они замерли на месте, разглядывая странную сцену: шисюна Шана пытался придушить демон-волк. Шисюн хрипел и пытался пнуть. Почему все находят драку, кроме Лю Цингэ? Он повторил действия Цинъюаня и вырубил демона кулаком в висок. — Шиди Лю! — радостно кинулся к нему шисюн Шан, вцепляясь в ногу. — Шао Шаньсинь, — поправил Лю Цингэ. — Что тут происходит? Он схватил крадущуюся к выходу котёнку и стал ждать ответа. — Ха-ха, ты не поверишь, шиди Лю, — Лю Цингэ молча поднял котёнку за шкирку и потряс, показывая, что у них есть свидетель. — Она уже слышала, какая разница? Так вот, я как раз собирался проникнуть в спальню, приготовленную для дочери толстого Хуаня, как меня обнаружили. Что нам теперь делать? — У нас есть место, — Лю Цингэ пожал плечами. У них было место, а талисманов на том демоне шимэй Ван оставила несколько. Один к этому прилепят. Шисюн Шан достал верёвку. — Можно мне с вами? — с придыханием спросила котёнка. — А это кто, шиди Лю? — Мой соперник. Она хороша. Можно ей с нами? Только бы шисюн Шан разрешил. Она слишком напоминала Минъянь в её дни шкодничества. Лю Цингэ скучал, сейчас Минъянь делает вид, что она благовоспитанная леди. Но он-то знает. У шисюна Шана задёргался глаз. Он развернулся и ударился головой о стену. Поэтому тут меха? — Тебе можно с нами, — разрешил Лю Цингэ. — Только никому не говори. — Никогда. Это же заговор, мне никогда ещё не разрешали участвовать в заговоре. Мы покушаемся на ледяного короля? У меня есть и отравленный нож. — Шиди Лю не хочет помочь? — шисюн Шан попытался протащить демона к двери, но тот был тяжёлый. Котёнка взобралась Лю Цингэ на спину, позвякивая колокольчиком. Нет, шисюн Шан, он несёт её. Помочь пришлось (шисюн точно просто делал вид, что тащит, не мог тот демон быть таким тяжёлым, если бы шисюн помогал), иначе они тащили бы демона слишком долго и их могли заметить. Хотя котёнка (она представилась Ша Хуалин) и высматривала врагов, бегая туда-сюда. Шисюн Шан ныл, что их заметят и убьют. И, если он продолжит ныть, то точно заметят. Демон-волк присоединился к сопернику и шисюн Шан запер дверь, с облегчением к ней прислонившись. Вот не надо, он его почти и не тащил, всю работу сделал Лю Цингэ. — Кто следующий? — деловито уточнила Ша Хуалин. — Никого! Мы вообще не должны попадаться. Ну, у шисюна не очень хорошо получается. Надо бы вернуться, пока Цинъюань не начал волноваться. Лю Цингэ протянул руку, ему должны вуаль. — А у тебя есть красивый сын? — уточнила Ша Хуалин, возвращая вуаль. — Шао старинный и благородный клан. И у вас весело. Я могла бы не убивать мужа Шао. И отец бы был доволен и горд. — Есть Чжан Янь, мы нашли его. Он, конечно, не Шао (и не сын, учитель потихоньку выигрывает у Цинъюаня, пока мама не видит), но Минъянь говорит, что симпатичный. Лю Цингэ достал портрет. — Это что? — Ша Хуалин даже потрогала осторожно. — Никогда таких демонов не видела. — Это Чжан Янь. Да, это Цинъюань рисовал. Да, не всем демонам нравится. Зато сам а-Янь был в восторге, когда удалось выманить из-под стола. Сначала испугался. — Шисюн Шан… — Лю Цингэ оглядел гостиную. Шисюн опять пропал. Лю Цингэ схватил Ша Хуалин за руку и повёл обратно. Их потеряли уже, наверное, и волнуются. По дороге Лю Цингэ не удержался и спросил: — Почему ты хочешь замуж за Шао? Разве мы не враги? Лю Цингэ понятия не имел, так ли это, но демоны часто враждуют. А тот рогатый выглядел довольно подло (У Ша Хуалин тоже были рожки. Но очень маленькие, едва видневшиеся из-под волос). — Конечно, — подтвердила Ша Хуалин. — Отец даже хвастался, что почти отравил жену Повелителя, чтобы потом выдать за него замуж Хуасунь. Она некрасивая и не умеет незаметно напасть. — Почти? — Ша Хуалин тоже не умела незаметно, но Лю Цингэ не стал ей за это выговаривать. Кто угодно попадётся с колокольчиком на шее. Он так мужей приманивают? — Я не знаю, что там было, меня же не зовут в заговоры. А кто тот мелкий Шао? Можно потом на него напасть? — Это Фэйцзи. Я не знаю, кто он нам. Потому что шисюн Шан не стал уточнять для Лю Цингэ. Сказал, что всё равно не запомнит, да и не будет разговаривать. Шисюн вообще ничего не продумал. — Это как старая Хуа. Мы называем её бабушкой, но никто не знает, чья она родственница. Она делает яды. Хочешь? — Нет. Она отправила императрицу? — Ты будешь мстить? Это ещё один заговор? Я не скажу, но не смогу помочь. Отец защищает её. Когда мы с мужем захватим мир, я казню её первой. Мы пришли, теперь ты опять будешь молчать? — Да. — Жалко, ты мне понравилась. Я буду охотиться на сестёр, но ты зови, если нужна помощь. И она убежала, звеня колокольчиком. Лю Цингэ поискал Цинъюаня и шимэй Ван. Цинъюань вдохновенно спорил с каким-то демоном, а вот шимэй пропала. Это плохо, он же должен за ней следить, тут опасно. Цинъюань увидел его, бросил демона на полуслове и подошёл, уводя в пустой угол. — Где твоя дочь, Шао Шаньсинь? Лю Цингэ ещё раз осмотрелся, шимэй Ван не появилась. Она тоже пошла шнырять? Надо найти, она сильная, но тут слишком много подлых демонов. Мобэй должен знать, она была с ним. — Увела деву Ша, — сказал Мобэй, когда они нашли хотя бы его и тоже затащили в угол. Они выглядят подозрительно теперь, шепчась по углам. Но те медово-жёлтые тоже шептались и на них не обращали внимания. — Где Цинхуа? — В порядке. Зазвенел колокольчик. Лю Цингэ обернулся, готовясь отразить нападение, но это была шимэй Ван. С колокольчиком в руках. Почему у всех колокольчики? Их раздавали при входе, но они слишком опоздали? За них надо сражаться? Лю Цингэ так и не получил свою драку со старшим Мобэем. — Почему в нашей кладовке демон-волк? — шимэй Ван прицепила колокольчик к поясу. — Почему ты ходила в кладовку? Тот демон сбежал? — Цинъюань начал нервничать. Шисюн Шан заразил его. — Ну… Та девица слишком сильно наседала на Мобэя, пришлось с ней поговорить. Я не взяла с собой верёвку, просто тоже усыпила талисманом. У них уже три демона в кладовке? Скоро начнут замечать. — У нас три? — Цинъюань посмотрел на Лю Цингэ. Лично он только одного туда отправил, не надо так смотреть. — У нас три… Ну, шиди Шан просил избавить его от конкуренток, так что молодец, шимэй Ван. Больше никаких новостей? — Отец Ша Хуалин отравил императрицу. Пытался. Шисюн Шан делает подлости какому-то толстяку. Пытается. Возможно, я сосватал а-Яня, — отчитался Лю Цингэ. Только бы никто не подслушал, потом объяснять, почему он вдруг разговаривает. Но иначе шимэй Ван ничего не поймёт, а она тоже должна быть в курсе. — Мне приносят соболезнования по поводу императрицы. Кажется, она и правда умерла. Немного сложно узнавать про тех, кого тут все считают нашей семьёй. — Потому что шисюн Шан не продумал. — Цинхуа умён, — не согласился Мобэй. Но больше ничего не сказал. Лю Цингэ не мог с этим спорить, в Цанцюне многое только на шисюне Шане и держится. Он просто не продумал этот конкретный план. — Вернёмся, я почти договорился с тем демоном о лечебных травах. Или ядовитых, он не очень конкретен. Но сам Цзючжун-цзюнь у него закупается, это чего-то да стоит. А его дочь не хочет замуж за Мобэя, возможно, мне и тут удастся помочь. Цинъюань нацепил рабочую улыбку и направился обратно к тому демону, с которым разговаривал. Интересно, куда он должен будет отправить эти травы? Розовый цзюнь очень удивится, если они прибудут в их горы, а не горы Цанцюна. — У тебя нет бумаги? — спросил Лю Цингэ у шимэй Ван. — Только талисманы. На них лучше не писать ничего нового. Это правда, доказано повторяющимся днём. И тем случаем, когда Бинхэ и а-Янь забрались на Цзысян, поиграли с талисманами одного ученика и оказались заперты в невидимой коробочке на шичэнь. Шисюн Шэнь и туда сводил экскурсию, чтобы показать последствия безответственности. Он и Лю Цингэ пригласил, было интересно. Всё-таки шисюн будет хорошим учителем, если не будет так часто устраивать подлости. Хорошо, он найдёт бумагу потом. Надо было придумать общение знаками. Они же часто так делают на заданиях, когда необходимо соблюдать тишину в засаде. Но там все знаки простые и особо не поговоришь ими. Хорошо, Лю Цингэ тоже не всё продумал. Шимэй Ван убежала к группе молодых демонесс, кажется, у них там клуб невест. И там ещё трое с колокольчиками, только бы они не узнали про судьбу своей сестры. У этой семьи подлые нападения, Лю Цингэ не нравится и он не хочет с ними драться. Они с Мобэем посмотрели друг на друга и помолчали (Мобэй — идеальный собеседник). Лю Цингэ хотел спросить, можно ли занять ту большую коробочку, на которую все только смотрят, но не решаются использовать (там было бы удобнее молчать), но к ним подошёл старший Мобэй (подкрался, а Лю Цингэ даже не заметил). Теперь надо молчать специально. — Дева Дун совсем скучает, составь ей компанию, — старший Мобэй повернул младшего в сторону демонессы с васильковыми ушками. Она не особо скучала, она готовилась напрыгнуть на отблеск от медного подноса одного из слуг. Он стоял слишком близко к окну и случайно пускал солнечных зайчиков. Странно, Лю Цингэ думал, уже вечер, а солнце так и светит. Мобэй послушался и понуро пошёл общаться. Но он уже общался с Лю Цингэ, вот зачем прогонять. — На чём мы остановились, госпожа Шао? Лю Цингэ достал кисть и показал старшему Мобэю. Тут даже без чтения мыслей легко понять. Его поняли, но с сожалением сообщили, что бумаги с собой нет. Но есть в кабинете… И опять он странно смотрел. Лю Цингэ был согласен на кабинет. Но хотелось уточнить один вопрос до того, как они уйдут. Он плюнул на последствия и написал на руке: «Ты не должен беседовать с невестами?». Потом сотрёт. Или оставит, Цинъюаню бы понравилось. Да и многие демоны были с росписью по телу, хотя и скрывали под одеждой. Потому что было холодно, вон один уже и мех с окна оторвал и закутался. Поэтому и отражался свет от подноса. — Этим занимается мой брат, — старший Мобэй показал на дядю Мобэя, который говорил с довольно мерзким толстяком. Это тот самый Хуань? Он хочет выдать Мобэя за самую неподходящую девушку? — Они с моим сыном более близки. Да, шисюн Шан рассказывал, как они близки. Дядя тогда к ним в гостиницу убийцу послал, когда они встретились в городе и остались там ночевать. Теперь у той гостиницы есть ледяная скульптура, которая не тает даже в самый жаркий день. Очень популярна в самые жаркие дни. Хорошо, возможно, уничтожение клана — это нормально. Человеческие поселения Тяньлан-цзюнь не трогал. Во всяком случае, ничего такого Лю Цингэ не слышал. Но как бы узнать про детёныша? Или, раз уж каждый из них уже попался, просто начать говорить и будь что будет? — Мой кабинет совсем недалеко, — старший Мобэй предложил руку. Лю Цингэ не будет его лизать. Или он должен взять его под руку? Но он вполне способен дойти сам (после бега по коридорам одежда уже не казалась неудобной). Старший Мобэй подождал реакции и со вздохом убрал руку. И пошёл вперёд. — Потом я покажу вам наш ледяной сад. Лю Цингэ кивнул. Там должно быть место, чтобы подраться. *** А подраться можно и в кабинете, понял Лю Цингэ, когда вошёл. По размерам он не уступал залам. А гостиную им предложили махонькую и кладовка там была ещё меньше, та демонесса, наверное, всё оставшееся место заняла. И куда им класть остальных? В том, что будут и другие Лю Цингэ не сомневался. Шимэй Ван твёрдо решила помочь, а она очень упёртая. Так что клану Ша можно только посочувствовать. Старший Мобэй порылся на столе, скинул на пол пару бумаг и достал чистый лист. Подождал, пока Лю Цингэ возьмёт и уселся прямо на стол. А тут коробочек нет, жаль. Лю Цингэ задумался, что он хочет сильнее, подраться или посидеть в коробочке. Но коробка была в зале, а там слишком много демонов. Но там Цинъюань. Который занят. «Драка?» — написал Лю Цингэ. И поморщился, линия криво получилась. Опять будут смеяться над его каллиграфией. А он умеет, просто на весу неудобно. А на столе лежит ткань, свешиваясь кисточками. Кисточки колыхались от возни на столе и манили. Лю Цингэ глубоко вдохнул. Нельзя отвлекаться, а то опять драку упустит. — Вы такая быстрая, госпожа Шао, — восхитился старший Мобэй. Вроде, не заметил. Это не ошибка, но обидно. И ничего не быстрый, можно было и раньше драку начать. Слишком много времени потерял помогая шисюну Шану носить того демона. Так это да или нет? Лю Цингэ попытался вопросительно поднять бровь, как шицзе Ци. Возможно, он сейчас выглядит так, будто у него лицо судорогой свело, но его поняли. — Конечно да! Госпожа предпочитает меч? Топор? Кулаки? — на последнем он подмигнул. Старший Мобэй хотел без оружия? Это можно, с Цинъюанем они так уже дрались. Тут Лю Цингэ ещё ни разу не победил, но попытаться всегда стоит. С другой стороны, Лю Цингэ никогда не дрался топорами. Не считать же тот случай, когда его попросили срубить слишком разросшееся дерево, а там уже жил сиреневый крушащий дятел. А мечом будет привычно и шанс победить. Потому что, если он проиграет (что скорее всего и случится, это же король, значит самый сильный демон ледяного королевства), то ходить за реваншем слишком далеко. Лю Цингэ выбрал меч. И чуть не достал Чэнлуань, но вспомнил, что нельзя. Но он уже полез в цянькунь, будет глупо ничего не вытащить. Лю Цингэ достал портрет а-Яня. Старший Мобэй икнул и отодвинулся. «Это мой сын», — написал Лю Цингэ. Потому что объяснять правду долго и листа не хватит. И на всякий случай приписал: «Это просто стиль такой, он не страшненький». — И не розовый, — заметил старший Мобэй. Ну да, Цинъюань же рисовал любимого детёныша, конечно он оранжевый. Ой, это шанс. «Станет розовым. Маленький», — написал Лю Цингэ. А это удобно, можно подумать, о чём сказать и не смотрят так странно. А если повезёт, то он узнает о детёныше, которого убил (или нет) Тяньлан-цзюнь. Или хотя бы обелит репутацию императрицы посмертно. Они немного должны этой семье за прикрытие. А там, глядишь, начнут говорить, эти Шао узнают и придут драться. И тогда они вернут браслет. — Так это у вас семейное?! Повезло, старший Мобэй подумал о том, о чём и хотелось. Лю Цингэ кивнул и посмотрел, ничего не написав больше. Это хитрость, которой иногда пользуется Цинъюань. Люди начинают предполагать. И да, Лю Цингэ по-прежнему не любил, когда начинают думать странное, но это же для дела. Он признается, когда они будут убегать и не будет подлым. — То есть сын императрицы мог быть от повелителя? Почему ты не вошла в мою жизнь раньше, госпожа Шао? Это был бы такой шанс приблизиться к семье императора, — старший Мобэй спрыгнул со стола и начал ходить. — Ведь разговоры-то пошли только из-за цвета, реальных доказательств не было. А так - показали бы на ваших детях, что это возможно, а потом бы покрасили. Как жаль, как жаль. Это был очень большой «ой» сейчас у Лю Цингэ. И он впервые понимал шисюна Шэня. В каком смысле не было доказательств? Они сгубили детёныша просто так? Когда могли просто взять и… Лю Цингэ яростно написал на листке «чёрные генералы» и громко шлёпнул им по столу. Кисточки опять заколыхались, но так просто его не отвлечь. Он был разочарован и больше не хотел драться. То есть хотел, но не для развлечения. — Не горячись, госпожа Шао, — старший Мобэй ничуть не испугался. — Конечно, мы подумали об этом. Как приближенные к повелителю, мы знали о его силе. Но, увы, Тяньлан-цзюнь никогда не отличался терпением, а остальные начали говорить. Вот он и принял меры. Отправить жену обратно к родителям было и выгодно для него, и безопаснее для ребёнка. — Так он не убивал детёныша? А вот это «ой» уже в сторону Лю Цингэ. Хорошо, что Цинъюань не послушал шисюна Шана и не сказал, что он просто немой от рождения. — Вы думали, что это он? Не удивительно, что потом закрыли границы. Но по моей информации его просто выкрали, разве нет? И, госпожа Шао, вы сказали мне пару слов, могу ли всё ещё надеяться на битву? — Ага, — пробормотал Лю Цингэ. — Выкрали? Он может быть жив? — Боюсь, тут вы должны знать больше. — Я не общаюсь с, — только бы правильно вспомнить, — Фэньхун-цзюнем. — Так он обрубил не только наше общение, — посокрушался старший Мобэй. — Не удивлён, потерять детей и внука в одночасье. Так, битва? — Да. Лю Цингэ надо было подумать, а битвы всегда помогают. Но хорошо, что Тяньлан-цзюнь не трогал детёныша, скорее бы рассказать Цинъюаню. А почему детей, если умерла одна императрица? Были ещё дети? Вот бы потом проникнуть в эти горы и спросить. Но тогда он опять начнёт войну и шисюн Шэнь опять начнёт издеваться (Лю Цингэ знал, что это было издевательское прозвище. Ему просто понравилось, а теперь все подхватили как похвалу). Они пошли драться в сад. Возможно, на этот раз проклятье просто сработало по-другому и мешало только Лю Цингэ. Потому что в саду на старшего Мобэя напал убийца и драться пришлось с ним. А мечи они ещё не взяли. И, если старший Мобэй мог просто использовать лёд, то Лю Цингэ чуть не достал Чэнлуань. А потом увидел отличную скамейку. Хорошо хоть, битва с убийцей была неплохой, он был профессионалом и продержался долго. Но их было двое (а убийца напал со спины, так что это не подло, сражаться вместе против него) и они победили. А за ледяные скульптуры Лю Цингэ потом извинится. Он всего-то две разрушил. — Как неудачно, это же брат Цзючжун-цзюня. Теперь будет скандал, — старший Мобэй пнул бессознательного демона ногой. — Надо спрятать до конца приёма. — Я знаю отличное место, — ответил Лю Цингэ. *** Самое сложное было уговорить старшего Мобэя не помогать, потому что шисюн Шан начнёт рыдать, если найдут его нычку демонов. Поэтому Лю Цингэ взвалил тело убийцы на плечо и очень серьезно сказал: — Это тайны нашего клана, ты не должен идти со мной. — Но ты же вернёшься? — Да. Куда бы он делся, без Цинъюаня и шимэй Ван? Конечно, вернётся. Так убийца присоединился к сопернику, демону-волку и дочери Цзючжун-цзюня (Он запомнил его имя. Зачем оно ему?). Двум дочерям, понял Лю Цингэ, когда открыл кладовку. Не проще ли всю семью сразу сюда позвать? — Кого ты опять притащил? — в гостиную ввалился шисюн Шан. — Цзючжун-цзюнь, — пояснил Лю Цингэ, пытаясь понять, как их всех уложить, чтобы сопернику было удобно. Если у него потом конечность затечёт, будет нечестная битва. — Что?! — Его брат. Ты закончил шнырять? — Почти. Отдай эти письма отцу моего короля. — У меня выходной сегодня, — ответил Лю Цингэ, но взял. Едва ли шисюн Шан найдёт тут другого почтальона. — Всё ещё странные, — пробормотал шисюн и опять убежал. Надо было на него следящий талисман прикрепить, а то будут спешно убегать, а он останется. Нельзя же бросать, даже если он их сейчас бросает постоянно. Лю Цингэ вернулся в зал и уселся прямиком в давно примеченную коробочку. Он заслужил. И пусть смотрят так, будто он занял место старшего Мобэя. Он занял его место, не так ли? Цинъюань тут же заскочил и сел рядом. — Я теперь говорю, — сразу предупредил Лю Цингэ. — Так получилось, старший Мобэй не разозлился. — Ох, замечательно. Мне дали тех трав на пробу, надо будет показать шишу Тану. Шимэй Ван недавно вернулась уже с двумя колокольчиками. Они посмотрели на шимэй Ван. Она со смехом что-то рассказывала внимательно слушавшим её демонессам. И, кажется, показывала приёмы совершенствования с мечом. Она подружилась, как хорошо. В зал вернулся старший Мобэй в сопровождении полураздетых девиц с музыкальными инструментами. Интересно, какая у демонов музыка? — Я скоро, — Лю Цингэ сдвинул вуаль и лизнул Цинъюаня в нос. По залу пронеслись судорожные вздохи. Чего это они? — Мы брат и сестра, — Цинъюань смущённо прикрыл их рукавом. — Я потом скажу, что это наши обычаи, не волнуйся. Лю Цингэ не волновался, ему надо было отдать письмо. — Письмо от госпожи Шао? Как приятно, — старший Мобэй поспешил прочитать. А Мобэй шисюна Шана так мало говорит. Это из-за дяди? — Это не от тебя. Это… Господин Гэ, это письмо от любовника вашей дочери, где он обещает убить моего сына сразу после свадьбы?! Постеснялись бы его сюда приносить. Стража, — уже привычный взмах рукой, — спроводите семью Гэ куда-нибудь в ледяную пустыню. — Их семья там живёт, — сказал один из стражи. — Вы уверены? — Сегодня у меня хорошее настроение и прекрасная собеседница, — он показал на Лю Цингэ. — Прошу в коробочки, время насладиться красотой мелодии лучших исполнительниц ледяного королевства. Они расселись и приготовились слушать. Старший Мобэй даже уступил их семье свою коробочку (Потому что Цинъюань уже там сидел и неловко было выгонять после того, как восхвалял его сестру. И потому что Цинъюань сделал вид, что не слышит, когда хотели выгнать). А сам сел в коробочку рядом, вернув в руки собачку. Предложил Лю Цингэ погладить и обещал, что она не откусит руку. Она не откусила, но только благодаря хорошей реакции. Музыка ледяного королевства была странной. После шисюна Шэня любое исполнение казалась жалким подобием музыки (Лю Цингэ был готов признать, что тут шисюн Шэнь победил всех и безоговорочно), но ледяное королевство особо отличилось. Как будто наступила весна и все разом собрались кричать под окнами. Собачка внезапно подхватила и протяжно завыла. И даже в ноты попадала, неожиданно. Собачка понравилась Лю Цингэ больше всего из концерта. И шисюн Шан хочет сюда выйти замуж. Ой, это как с картинами Цинъюаня? Он просто не понимает? — Отвратительно, не правда ли? — наклонился к нему старший Мобэй. — Но это официальный гимн королевства и будущая жена должна быть готова слушать его постоянно. Не хочу, чтобы любимая женщина моего сына сошла с ума через год после свадьбы. — Ему не нравятся женщины, — сказал на это Лю Цингэ. Они выяснили, что хотели (во всяком случае он точно), и пора было уходить. Но шисюн Шан избавился ещё не от всех невест. А шимэй Ван с некоторыми подружилась и будет плохо, если шисюн их зацепит. — Да? Вы об этом тогда друг на друга смотрели? — Он сказал об этом. Хотел совета от матери. — И Линьгуан говорит, что рано ещё, — старший Мобэй задумался, поглаживая собачку. — А как же наследник? — Найдёт, — успокоил Лю Цингэ. — Мы нашли а-Яня, и он найдёт. Цинъюань рядом вдруг радостно заурчал. Те слухи, что он его родной сын правдивы? Но они ходят только потому что никто не знает про пещеры Линси. Он совместил? Цинъюань очень способный, он бы смог. Цинъюань ущипнул его за хвост на это. Да понятное дело, что это неправда. Но (тут Лю Цингэ был готов на подлость ради возлюбленного), если подтвердить, то учитель проиграет в битве за а-Яня. Цинъюань заурчал сильнее. В ближайших коробочках начали шептаться о странных извращениях Шао. Сами они странные. И шисюн Шан, который мог бы сделать их супругами, но почему-то решил, что брат и сестра подойдут больше. — Так что бы посоветовала мать отцу-одиночке, вдовцу, готовому для новых отношений? — а про старшего Мобэя Лю Цингэ уже и забыл. Они Мо Бэй? — Года через два-три, — мама так и советовала. — Вы можете сейчас сказать, что выбрали деву Шао, — пришёл на помощь Цинъюань. — Потом тихо разорвём помолвку, когда ваш сын найдёт свою судьбу. — Да, Шао, мы определенно выбрали Шао. — и снова этот странный взгляд. — Семья Шао меня приятно удивила сегодня. Старший Мобэй вылез из коробочки и вышел на середину зала. — Дорогие гости и Цзючжун-цзюнь! Мы выбрали невесту. Официальная помолвка будет заключена после окончания траура. Банкет продолжается. На окончание банкета шисюн Шан вернулся. На этот раз зал прошёл новыми шепотками: — Ну это то точно он? — Мелковат. — А я видел маленького, он тоже так испугано смотрел. — Да на тебя все так смотрят, кровь с лица сотри. — Да не розовый он был, идиоты. — Так может и правда цвет сменил. Шисюн Шан спрятался за Лю Цингэ и спросил: — А сейчас вы что натворили? Почему на меня так смотрят? — Думают, что ты пропавший Шао. Долго объяснять, — ответил Лю Цингэ. И не такой уж шисюн Шан и мелкий на самом деле, просто жухается. — Мы идём домой, собери всех. Где невеста? — Обручается? — предположил Лю Цингэ. Шимэй Ван опять куда-то ушла. — Что?! — Ты говорил, чтобы не выдали за меня. Про шимэй Ван речи не шло. Шимэй Ван вернулась с очередным колокольчиком. Теперь у неё на поясе висело четыре. А он пропустил третью Ша. Главное, что Ша Хуалин в зале, она милая, надо сказать шимэй Ван, чтобы не трогала её. — Тебя уже не надо их обезвреживать. Мы спасли Мобэя от свадьбы. — А, нет, она оскорбила мою новую подругу. К тому же теперь у меня больше колокольчиков. — Чем у кого?! — взвыл шисюн Шан. — Чем у всех. Но теперь число несчастливое, у Цзючжун-цзюня есть ещё дочери? Шисюн Шан просто упал в обморок. Кажется, даже по-настоящему. Лю Цингэ с шимэй Ван оттащили его к стене. Навряд ли в кладовке осталось место (шимэй Ван победила и с кладовкой, у Лю Цингэ по-прежнему был только один). Сзади неслышно подошёл старший Мобэй. Опять он тихий. — Это ваш? Потому что он что-то подсыпал деве Син и она взбесилась. Мне просто знать, искать ли виновного. Потому что я и распорядителя до сих пор не нашёл. — Вы сын кровавого тирана? — не удержался Лю Цингэ. — Какого-то конкретного? Это важно? Я могу поискать и его. Родовые записи как раз пришлось доставать перед приёмом. — Мо Шуандань. — Я так старо выгляжу? Но, нет, это не наш. Хотя наслышаны, великий был человек. Победил самого старика Мэнмо. Видимо, будем без прощального салюта, раз распорядителя не нашли. — Мама, — шимэй Ван умоляюще посмотрела. — Разреши. Лю Цингэ разрешил. У шимэй Ван лучшие фейерверки. *** На обратном пути они остановились в той же комнате. Кроме шимэй Ван, ей настолько понравился образ, что она просто стёрла метку демона по дороге и хотела ещё погулять. А вот им надо было избавиться от розового. Зачем шисюн Шан вообще красился, если его почти не видели? Шисюн Шан достал очередной пузырёк и попросил подать бочку с горячей водой. Растворитель. Поможет ли он с картиной? Лю Цингэ должен увидеть того змея. — Ты сегодня просто замечательный, — улыбнулся Цинъюань. — Шиди Шан, он смоет обычную краску? — Я даже не уверен, что он смоет эту. — Шиди Шан, тебе не понравится шимэй Чэн во главе школы. А она станет, если учитель узнает, что я был с Цингэ в царстве демонов. — Скажешь, что спасали меня. — Предварительно потратив шичэнь на покраску? — Это было не срочное спасение. Разводи. Нужно пять к одному и две части… Стой, я сам разведу. Смывать краску надо было столько же, сколько и красить, так что Лю Цингэ опять был мокрый надолго. Хотя, обидно немного, он бы хотел оставить белый кончик ещё немного. Цинъюань аккуратно убрал браслет в шкатулку. Куда деть одежду они не знали, можно оставить пока, если снова пойдут в гости. На удивление, оказалось удобно. Лю Цингэ посмотрел на вышитый пояс. Он огромный, и когда Цинъюань успел. — Мне не спалось эту неделю. Неприятные сны. Если это из-за зелья, шишу Тан не получит моих трав. — Почему из-за зелья? Может, из-за того что глава школы запретил им видеться и не удалось переночевать вместе. — Мне снились дни на улице. Приятно увидеть Сяо Цзю во сне, но не так. А где шиди Шан? Он опять сбежал. Почему он так делает? А от Мобэя не сбегает, они убегают вместе. — Тяньлан-цзюнь не убивал детёныша, — сказал Лю Цингэ, пока они ждали. — Ох, да, я тоже это узнал. Маленькие кланы на удивление более информированы. У кого-то родственники в восточном королевстве, кто-то сам прокрадывается. Говорят, его похитили прямо из дворца Фэньхун-цзюня и никто его больше не видел в царстве демонов. Он всё же умер? — Или похитили люди? — Думаю мир бы заметил, если бы двадцать лет по царству людей бегал белый демон-змей, — улыбнулся Цинъюань. А потом поменялся в лице. Лю Цингэ, наверное, тоже поменялся. Потому что это был самый большой «ой» за всю его жизнь. Просто огромный. Они провели несколько фэней в молчании и Лю Цингэ не выдержал: — Да быть не может. Он сам пустил эти слухи. Потому что так и было, шицзе Ци ему сказала. И она бы заметила, будь с шисюном Шэнем что-то не так. Они занимаются парным совершенствованием, они обмениваются ци. Демоническая ци ведь отличается? Лю Цингэ никогда не занимался с демонами ничем подобным, а в драке не разберёшь. Шисюн Шэнь, конечно, очень подлый, но мама говорила, что люди могут быть подлее демонов. Но слухи он мог пустить, подготавливая остальных к своему раскрытию. Он не боится змей (И воды. Это связано?). На него срабатывают талисманы, определяющие демонов. Бинхэ боготворит его, потому что они братья? Хотя, нет, если он змей, то тогда не братья и императрица изменила. Это сложно. У него жуткий взгляд. Хотя пока ни один из встреченных демонов не смог его повторить. Он до сих не развил золотое ядро. Потому что путь заклинателей не подходит для демонов? Но глава школы разрешил обучать Бинхэ. Разве на Цяньцао не должны были заметить? Шисюн поэтому туда так редко ходит? Лю Цингэ видел белые хвосты среди людей, цвет ведь не показатель? А на картинах часто не совпадает, не понятно, тот ли это белый. Найти бы Чжучжи-лана и сравнить. У него нет метки, но и у Бинхэ её нет. Метка проявляется, только, если растёшь в царстве демонов? Впервые Лю Цингэ подумал, что пока не надо никому говорить. У них будет новое расследование. А пока время возвращаться в Цанцюн. *** Юэ Цинъюань бежал. Кровь стучала в ушах, лёгкие горели. Толстый дворцовый ковёр не давал увеличить скорость, хватая за ноги. Но он должен был бежать. Он завернул за угол, ища место, где спрятаться. Ничего. Лишь длинный коридор, увешанный картинами. Люди на них тянули руки, тоже пытаясь задержать. Эхом раздавались мерные спокойные шаги преследователя. Юэ Цинъюань не знал, кто идёт за ним, он помнил лишь эти длинные усы, которые, казалось шевелились сами по себе. Они хотели, чтобы он выпил зелье. Шишу Тан? Почему его преследует шишу Тан? Он выпил зелье, разве не достаточно? Юэ Цинъюань бросился вперёд. Там в конце коридор делал очередной поворот, он должен добежать, за ним мог быть выход. Картины шептались за спиной. Они говорили не бежать вперёд. Они говорили не возвращаться. Они требовали травы на Цяньцао. Они все чего-то от него хотели. На одной из картин Сяо Цзю ждал его, окружённый потоками воды, льющимися с небес. Ещё немного, подожди ещё немного, Сяо Цзю. Ему только нужно набраться сил. Поворот. Теперь коридоров было два, нужно выбрать как можно быстрее, шаги всё громче. Почему он не видит, что там дальше? Юэ Цинъюань развернулся посмотреть, где его преследователь и увидел Цингэ. Цингэ вытащил Чэнлуань и распушил розовый хвост. — Беги. Я задержу его. Юэ Цинъюань побежал. Уже не глядя, куда, не помня, зачем. Он залетел в дверь и захлопнул её, навалившись всем телом. Маленьким, он никогда не был таким маленьким. Дверь дрогнула под ударом. Ещё одним. И ещё. Юэ Цинъюань попятился, врезаясь спиной в каменную стену. Своды пещеры смыкались над головой, шевелились в полумраке. Опускались всё ниже и ниже. Сюаньсу в центре пещеры расползался чёрными щупальцами, стремясь поглотить всё вокруг. Юэ Цинъюань побежал обратно к двери, пытаясь открыть. Он не может остаться взаперти, его ждёт Сяо Цзю. Он обещал вернуться. Они должны открыть дверь. Юэ Цинъюань ударил, дверь рассыпалась под когтями, превращаясь в тёмную землю. Земля сочилась кровью. — Ты должен вернуться, — за дверью стоял взрослый Юэ Цинъюань и горько улыбался. — Сяо Цзю защитит тебя. Чёрные уши и хвост взрослого постепенно белели, лицо всё больше походило на Сяо Цзю. Юэ Цинъюань протянул руку, пытаясь схватить, но она прошла насквозь. Сяо Цзю покачал головой и осыпался голубыми листьями. Надо было бежать дальше. Юэ Цинъюань вернулся в коридор, где оставил Цингэ, но там уже никого не было. Лишь Чэнлуань одиноко лежал, указывая путь. Он побежал туда, Цингэ никогда не подводил. Коридоры не заканчивались. Петляли, делились, возвращали его туда, где он уже пробегал. Сяо Цзю на картине каждый раз был в разных местах. Водопад сменился на бамбуковую хижину, хижина — на богатый дом, где злой мальчишка пытался сломать Сяо Цзю ноги. В последний раз на картине маленький Сяо Цзю брёл мимо развалившихся горящих домов и кого-то звал. Юэ Цинъюань повернул в очередной коридор и врезался в чью-то спину. Отступил. Заклинатель. Это был заклинатель, он спасёт его. Мужчина обернулся, показывая красивое лицо с добродушной улыбкой. — О, мальчик, ты потерялся? Пойдём, я помогу тебе. И протянул руку. Юэ Цинъюань схватил её своми дрожащими пальцами. Он спасён. — Спрячься, — заклинатель надел на Юэ Цинъюаня доули. — Так тебя не заметят злодеи. *** Юэ Цинъюань резко проснулся. Зашипел, забиваясь дальше в темноту. Беспокойно урча. Темнота не даст его в обиду. Он всё ещё дрожал, хвост бился о пол, стены и… крышку гроба? Они нашли кладовку и похоронили его. В ледяном королевстве, он дрожал от холода. Сбоку приподняли ткань, лицо учителя появилось в полоске света. — Юэ Ци? Почему ты у меня под кроватью? — Я не знаю. Я бродил? Юэ Цинъюань подполз к выходу и выглянул из-под кровати. Учитель сидел на коленях, в полумраке, лишь пара свечей и луна освещали комнату. Он не в ледяном королевстве, почему так холодно? Учитель помог подняться и осторожно взял за запястье. Немного хмурился. Юэ Цинъюань не хотел доставлять неудобств, только бы не простудился у демонов. Учитель начал вливать ци, успокаивая дрожь. Успокаивая Юэ Цинъюаня. Сразу стало теплее. — Ты не заболел. Почему ты бродил? — Плохой сон. Простите, я сейчас уйду. — Сядь, Юэ Ци. Этого не было со времён пещер, я позову… — Не надо! — Юэ Цинъюань перехватил руки учителя и умоляюще сжал. — Не надо шишу Тана. — Шиди Суна. Утром я позову шиди Суна. Учитель сел рядом и притянул, приобняв. Стало ещё теплее, Юэ Цинъюань заурчал, на этот раз не от нервов. Он положил голову учителю на плечо в полудрёме. — Я знаю, что вы и так не послушали меня, но я снимаю запрет. Ты можешь ночевать у ученика Лю. — Сейчас? — Сейчас не стоит его звать, если шиди Тан услышит, что я пригласил ученика Лю в свою спальню, то получит искажение ци и опять запретит нам находиться в одной комнате. А у меня есть вопросы к ученику Лю. — Можно мне?.. — Да, занимай кровать, я посижу рядом. Давно хотел дочитать эту странную книгу, что притащил мне Лянмин. Юэ Цинъюань свернулся, обняв подушку. И уснул, стоило учителю погладить его по голове. Он передавал ци, так мило с его стороны.