Не время умирать

      На этот раз в штаб-квартире их было лишь четверо: Авантюрин, Топаз, Джейд и Рацио. Из них лишь трое — были из Десяти Каменных Сердец. Означало ли опустение Пенаконийской базы КММ, что их предали буквально все?       — Никто не выходит на связь, — отрапортовала Топаз, подтверждая опасения. — Мы единственные, кто может предотвратить то, что задумали Освальдо и Сандэй.       — И чего мы ждем?! — возмутился Авантюрин. — Мы же могли остановить всё еще там, пока не уехали с турнира. Почему ты не дала мне убить ублюдка? — он окатил Джейд ледяным взглядом. — Их всех надо уничтожить, и Освальдо — в первую очередь.       — Именно поэтому я и отозвала тебя. Мы не знаем всего наверняка, могут пострадать невиновные.       — Сандэя этого туда же, — не слушал её Авантюрин. — Интересный у него проект, не правда ли? Как жаль, что реализовать его можно, только уничтожив половину человечества.       — Тридцать процентов, вообще-то, — заметил Рацио.       — Да какая, к чертовой матери, разница?! — вскипел Авантюрин, громко треснув кулаком по столу. — Эти подонки уничтожили целый народ, всех авгинов. Там нет невиновных, Джейд. В КММ нет невиновных…       — Ты здесь не при чем, — прошептала Топаз. Она стояла у стены, приложив ладонь ко рту, и то и дело кусала себя за палец. — Ты непричастен.       Авантюрин хохотнул:       — О, дорогая, мы все здесь причастны. Забыла, кто доставил с Иманики тот ценный груз? А кто выронил компонент, из сумки? А чьим пистолетом подстрелили этого кого-то? Кто помогал Скрюллуму восстанавливать для «Семьи» файлы после взлома, а, Рацио? Я знаю, эти «гении» без твоей помощи никогда не обходятся. А ты, Джейд? Это ты отправила нас на ту миссию. Ты знала, что в сумке. Знала, зачем оно нужно. Знала и всё равно отдала заказчику. Что, нечего сказать?       В глазах Авантюрина, до этого совершенно пустых, теперь полыхал яростный огонь. В них отражалось настоящее безумие, и от его пронзительного взгляда Веритасу стало по-настоящему страшно.       Джейд встала из-за стола. Улыбнулась, склонив голову набок.       — Тебе следует успокоиться, — произнесла она тихим, почти ласковым тоном. Голос её стал до ужаса приторным, сладким, отчего по всему телу пробежали мурашки. — И немедленно, Какавача.       Авантюрин застыл. Это имя… Он не слышал его слишком долго.       Джейд продолжила:       — Судя по добытым Топаз данным, проект Сандэя был… куда гуманнее, чем то, во что вылились «Сладкие Грезы» в итоге.       — Это не отменяет того факта, что он виновен, — буркнул Авантюрин, усевшись на место.       — Я не собираюсь делать из Сандэя невинного и обманутого святошу, — Джейд фыркнула. — Но мы должны на все сто процентов быть уверенными в своих действиях. Освальдо выше меня по рангу. А что, если КММ прогнил сильнее, чем мы думаем? Убивать его, не зная, кто еще соучастник?.. Ты готов скрываться всю жизнь, прячась от бывших коллег, которые решат отомстить? А прятать от них своих близких? — Джейд стрельнула глазами сначала в Топаз, после — в Рацио.       — Хорошо. Ладно. — Авантюрин вцепился в волосы, опуская голову. — И что в таком случае мы будем делать?       — А вот это уже очень хороший вопрос. Топаз?       — С помощью ключа удаленного доступа, который я добыла в офисе Сандэя, нам удалось выяснить, что завтра у него состоится важная встреча. И не где-нибудь, а в Отеле «Грёзы» в Пенаконии, что довольно иронично, учитывая то, с чем нам предстоит бороться. Но лучше к сути. Там, как мы все прекрасно знаем, очень любит останавливаться…       — …Освальдо, — кисло протянул Авантюрин, закончив за неё. — Да и все высокопоставленные лица КММ, пожалуй. Признайся, Джейд, если бы вы с Топаз не работали на этот раз скрытно, то тоже забронировали номерок. Да и мы с Веритасом не отказались бы от пенаконийского гостеприимства. Жаль только, казино, которое устроил Сандэй, далековато оказалось.       — Кстати, о казино, — заметил Веритас. — Я одного не могу понять: зачем всё-таки надо было проводить этот покерный турнир? Ведь «Грёза» могла попасть к кому угодно, не только к Сугилиту.       — Это нам предстоит выяснить завтра, — кивнула Джейд. — Но вероятнее всего, у Сандэя был план обелить себя и свалить всю вину на Освальдо.       — А может, у них какой-то внутренний конфликт, — возразила Топаз. — Хотя я не общалась с ним лично, но созданный в медиа образ Сандэя не похож на человека, который способен свалить вину на партнеров.       — Сама же знаешь, что в СМИ процентов пять правды, — Авантюрин фыркнул. — Часть — фейки, часть — раздутые новости из ничего. И сидишь потом, ковыряешься, пытаясь отделить реальную информацию от журналистских уток. Да даже далеко ходить не надо: уверен, работай мы не под прикрытием, про нас понаписали бы столько, сколько ни один адекватный человек не способен переварить за всю жизнь.       — Ты преувеличиваешь, — с сомнением протянула Топаз.       — Авантюрин прав, Елена, — согласилась Джейд. — Во всяком случае, могу ручаться за медиа, купленное КММ: там пишут только то, что нам выгодно.       — Скорее уж, что выгодно Освальдо, — закатил глаза Авантюрин. — Когда-нибудь он прикажет написать «Опал жрет дерьмо», и никто из СМИ даже не подумает заняться факт-чекингом прежде, чем выкладывать новость. А все и поверят.       — По-моему, вы немного съехали с темы, — перебил их Веритас. —       — Не немного, — кивнула Топаз, — а совсем съехали. Вернемся к делу: я думаю, завтрашняя встреча Сандэя будет по поводу использования «Сладких Грез» на Фестивале Гармонии. Его сестра Робин должна была выступать, но её концерт отменили.       — А вот это странно, — удивился Веритас.       — Не странно, если на Фестивале будут устраивать теракт. Будь моя сестра жива, я бы тоже оградил её от этого, знаешь, — саркастично протянул Авантюрин.       — Вывод следующий: завтра состоится важная встреча, — перебила дальнейшие препирательства этих двоих Топаз.       — И нам очень нужно на неё попасть, — заключила Джейд.

✧ ✧ ✧

Săn-Z & HOYO-MiX — 无尽的施工日•黑夜

      В фургоне, припаркованном недалеко от отеля, всё битком было забито оружием разного калибра. Пистолеты, снайперские винтовки, автоматы, гранаты… Они подготовились к любым возможным ситуациям.       — Сперва нужно заблокировать самый верхний этаж, — Топаз склонилась над схемой здания, выведенной на экран большого планшета. Приблизив несколько комнат, она пояснила: — Освальдо забронировал все номера там, так что нам будет проще. Когда вы доберетесь до серверной, отключите систему безопасности и заблокируете все лифты и двери на черную лестницу, мы с мисс Джейд без лишнего шума эвакуируем гражданских.       — Авантюрин и Веритас, вы заберётесь по западной стене: там слепая зона.       Рацио кивнул:       — Мне уже удалось отключить на время все камеры с той стороны, в том числе те, что на соседних зданиях. У нас есть примерно тридцать шесть минут, чтобы незаметно забраться на крышу и оттуда попасть на верхний этаж. Это время требуется, чтобы восстановить видеонаблюдение, — он протянул Авантюрину металлический браслет и сверток с одеждой. Не дожидаясь расспросов, пояснил: — Камеры ослепли, а вот прохожие — нет. Под застежкой кнопка — она подстроит цвет твоего костюма под окружающую обстановку. Не мантия-невидимка, конечно, но это лучшая маскировка из созданных в настоящий момент. Можешь, кстати, уже переодеваться.       — Уверен, док, что со временем ты станешь волшебником и научишь нас исчезать совсем. Вот заживем, то, а? — подмигнул Авантюрин и отвернулся, тут же стягивая с себя худи и простую хлопковую футболку.       Веритас сглотнул и отвел глаза от открывшегося вида на его обнаженную спину, которая была разукрашена застарелыми шрамами. Сейчас не время для собственных иррациональных чувств.       Не время… Но случайно зацепившись взглядом за татуировку на шее, он ощутил, как в глубине души нарастала запрятанная туда злость. Тату скрывала шрам, оставленный самим Веритасом после их миссии на Иманике и ранения Авантюрина,       — Эй, док, ты специально выбирал такой фасон? — Авантюрин выбил из мрачных мыслей своей широченной ухмылочкой, ехидно рассматривая выданную футболку из гладкой ткани с длинными рукавами и капюшоном. — Мне, конечно идут приталенные вещи, но настолько обтягивающие…       — Это особая ткань, — пояснил Веритас, чувствуя, что начал краснеть. — Чтобы она работала нужен хороших контакт с кожей.       — М-м. А ты тоже это наденешь?       — Естественно, что за глупый вопрос? Мне же тоже туда подниматься.       — Отлично, тогда полезешь первым. Хочу любоваться на твой зад в этих лосинах, пока будем карабкаться.       Веритас закатил глаза. Ненужные мысли наконец отступили, стоило только подняться привычной раздражительности.       — Хватит болтать, — фыркнула Топаз, кинув взгляд в один из экранов наружного видеонаблюдения, установленного на их фургоне. — Сандэй уже прибыл.       Камеры обеспечивали обзор на триста шестьдесят градусов, а также перехватывали сигнал с соседних улиц. Мерседес, который привёз сюда Сандэя, проехал за угол и спустился на подземную парковку.       — Пора, — кивнул Авантюрин, не замечая хвоста или охраны.       Он быстро натянул поверх обтягивающего костюма куртку и удобные штаны, потуже завязал берцы.       — Можешь так не стараться, ботинки придется снять и надеть это, — Веритас, тоже успевший переодеться, кинул в него странной обувь, похожей на чешки.       — У-у-у, класс, пуанты. Если что, смогу податься в балет.       Как-то комментировать это Рацио отказался.       — Мы будет прикрывать вас, — сообщила Джейд. — Веритас установил нашу камеру с той стороны, где вы полезете.       Тот как раз закидывал на плечи рюкзак из такой же ткани, что и их костюмы:       — Такой только один, так что всё наше оборудование — на мне, — прокомментировал он.       — Славно-славно, — пробормотал Авантюрин. — Этот рюкзак больше чем я. Может сам меня на шею посадишь тогда?       — Хватит копаться, пофлиртуете после, — поторопила их Джейд. — Идите уже.       — Всё чисто, — подтвердила Топаз.       Они вылезли из фургона и, не оглядываясь по сторонам, чтобы не вызывать подозрений, направились к западной стене отеля. Теперь Топаз и Джейд — их глаза.       До цели было всего полквартала, но лучше не привлекать к себе лишнего внимания в самом начале операции.       — Вооруженная охрана на два часа, — раздался голос последней в наушниках обоих.       — Три человека, у них только пистолеты, — добавила Топаз. — Направляются в отель. Они вас не увидят, можете не беспокоиться.       Авантюрин и Веритас спокойно прошли дальше по улице и остановились у светофора. От отеля их отделял лишь пешеходный переход. Когда загорелся зеленый, трое охранников как раз заходили внутрь.       Наконец они дошли до отеля и свернули за угол к западной стене.       — Сюда, — Веритас потянул Авантюрина за собой к въезду для служебных машин, расположенному в цокольном этаже. — Этим никто не пользуется в такое время, сможем подготовиться.       Гаражные ворота были закрыты, но их отлично скрывал от глаз прохожих приямок. Они быстро скинули одежду и переобулись.       — Ты полезешь первым, — произнес Рацио тоном, не терпящим возражений. Что снова перешел на «ты», он уже больше не замечал, хладнокровно рассовывая их одежду по карманам вместительного рюкзака.       — Не желаешь всё-таки, чтобы я пялился, да? — Авантюрин напротив был на взводе. А после добавил, совсем тихо и на этот раз совершенно серьезно: — Неужели совсем не нервничаешь? Ты же не привык работать в таких условиях и не тренировался, как агенты КММ.       — У нас надежное оборудование, нам даже не придется прикладывать почти никаких усилий, чтобы забраться наверх, — равнодушно ответил Рацио, перевязывая шнурки на своих ботинках и вешая их на шею.       Авантюрин поступил точно также — какой бы ни был вместительный рюкзак, обувь туда точно не впихнуть, а бегать по отелю в тапочках и отстреливаться в их планы точно не входило. Они переоденутся, как только доберутся до крыши.       — Окей, а если ты пулю поймаешь?       — Эти костюмы, помимо того, что умеют делать из нас хамелеонов, обладают прочностью, сравнимой с бронежилетами.       — От пули в лоб они не спасут, — Авантюрин склонил голову набок и прищурился.       — Чего вы добиваетесь, картежник? Чтобы я боялся, как вы, и глупо шутил? На это нет времени.       Авантюрин не отвечал пару секунд, прежде чем тихо и очень серьезно произнести:       — Что ж, док, в таком случае, не умирай, лады? Сейчас не время, знаешь.       Веритас промолчал. На самом деле он тоже чувствовал тревогу, но с некоторых пор хорошо научился блефовать. Странно, что Авантюрин этим своим, без сомнения, блестяще отточенным навыком сейчас не воспользовался, буквально выворачивая все свои чувства наизнанку и выставляя перед ним напоказ.       — Идем, — бросил Веритас, накинул капюшон и первым вернулся в безлюдный проулок.       Прохожих не было, но они включили маскировку сразу же. Несколько нажатий на браслеты — и вверх полетели тонкие тросы, почти незаметные невооруженным глазом.       Веритас выпустил еще немного дополнительной нанолески и, к полной неожиданности Авантюрина, обмотал её вокруг его талии. Предвосхищая любые вопросы, он ответил:       — Это для страховки. Сорвешься, я поймаю.       — Скорее уж ты сорвешься, док, и потянешь меня за собой, — Авантюрин внимательно вгляделся в его лицо, но не заметил никаких изменений и улыбнулся. — А ты хороший ученик, теперь умело скрываешь эмоции.       — Лезь наверх, — отрезал Веритас.       Когда Авантюрин забрался по стене метра на три — спасибо перчаткам и обуви, благодаря которым цепляться за нанолеску было совсем несложно, — Веритас начал подниматься следом.       — Вас и правда не видно, вот чудеса, — раздался голос Топаз в ухе.       — Мисс Топаз, вам первой доходят все мои разработки, — тихо возразил Веритас, зная, что его точно услышат. — Чему вы удивляетесь?       — Вашей несомненной гениальности, доктор Рацио, — хихикнула Топаз, а после добавила слегка обиженным тоном: — И к тому же, эти костюмы вы мне на тест не давали.       — Приходится тестировать в полевых условиях, — фыркнул Авантюрин. — Кстати, док, а почему мне ты ничего не подкидывал? Те очечки ведь только мне и пригодились.       — Они бы всем пригодились, если бы не розовые стекла.       — И золотая оправа! Обожаю те очки, жаль, сегодня не подходили к образу.       Веритас закатил глаза.       — И всё-таки, док, почему не мне первому новые игрушки?       — Потому что… вы не дали бы развернутой обратной связи.       — Пиздишь, док, — Авантюрин по голосу услышал, что Веритас что-то не договаривал. — Я про очки тебе три страницы накатал с подробным описанием опыта использования и предложениями доработок. И ты всё учел, спасибо, кстати.       Веритас ничего не ответил, но надавить Авантюрин не успел.       Они почти добрались до крыши, когда раздался свист, словно от пули. Мгновение спустя — и леска, по которой взбирался Рацио порвалась.       — ТВОЮ МАТЬ! — заорал Авантюрин.       Его дернуло вниз за Рацио, но он изо всех сил схватился за свою леску. Веритас повис на страховке, которая была перевязана вокруг их талий. Вот ведь предусмотрительный гад.       Снова свист, и Авантюрин понял: в них и правда стреляют!       — На крыше соседнего здания снайпер! — прокричал он. — Док, ты жив? Док!?       — Не ори так, они попали в леску, а не в меня, — Веритас закатил глаза. Наверное, сарказм был его второй натурой или родным языком, раз при подобном стрессе, как угроза падения с такой огромной высоты, он переходил именно на него. — Странно, что у них за оружие, раз выстрела практически не слышно? — добавил он слегка удивленно.       — Твоё небось. Не удивлюсь, если на одной из соседних крыш сидит Сугилит.       — Похоже на правду, — согласилась Топаз. — Если это так, то и винтовка у них та, которая с тепловизором.       — Поэтому нас видят, — кисло продолжил за неё Авантюрин. — Прекрасно, просто прекрасно.       — Нужно было всё-таки зачистить территорию, прежде чем ввязываться в это дело, — пробормотала Джейд.       — На это не было времени, — отрезал Авантюрин, когда в дюйме от него просвистела еще одна пуля.       — Ну точно, Сугилит, только он такой мазила, — фыркнула Топаз.       — Рацио, хватит там раскачиваться, запусти еще леску, цепляйся за крышу и забирайся быстрее, — прикрикнул на него Авантюрин, с трудом удерживая его вес.       Веритас опомнился, нажал на часы и выпустил трос. Просвистела еще одна пуля и леска опять оборвалась.       — Твою мать, всё-таки не Сугилит, — снова выругался Авантюрин. — Рацио, быстрее! Там Обсидиан, она просто играет с нами. Когда ей надоест, от нас останется только месиво на асфальте.       Повисло секундное молчание.       — Это была последняя.       — Оно что, не генерируется бесконечно, как у человека-паука? — жалобно протянул Авантюрин.       — Ты пересмотрел супергеройских фильмов.       Авантюрин почти зарычал:       — К черту всё! Держись крепче!       Он изо всех сил подтянулся на леске и оттолкнулся ногами от стены. И ещё раз, и ещё.       Кровь стучала в ушах, при всей своей подготовке, Авантюрин не был способен вытянуть наверх вес Рацио. Ладони скользили даже в перчатках, но он не собирался сдаваться.       Не время умирать. Ни одному из них.       Вот уже край крыши. Он схватился за выступ…       Снова свист. Пуля попала прямо между его пальцев.       Ему опять просто повезло. Теперь у них есть лишь небольшое окно, в которое Обсидиан будет перезаряжаться. Последний шанс — ещё одного она не даст.       Авантюрин подтянулся и наконец перевалился через ограждение крыши. Времени, чтобы отдышаться не было — счет шел на секунды. Он потащил на себя страховочную леску и заорал:       — Ты только держись, Веритас!       Шаг назад, еще один. Усилия почти нечеловеческие. Авантюрин уверен: теперь точно можно заняться тяжелой атлетикой, а то карьера в КММ слишком явно шла под откос.       Изо всех сил он подтащил Веритаса еще выше, и тот наконец смог ухватиться за выступ, подтянуться, перекинуть ногу, но Авантюрин быстро схватил его за шиворот и повалил на пол.       Над головами просвистела еще одна пуля.       — В твоем рюкзаке не завалялось снайперской винтовки, а, док? — устало протянул Авантюрин. — Надо прострелить этой отбитой дуре башку.       — Интересно, а она успела доложить, что мы здесь.       — Зная Обсидиан — вряд ли. Она сообщила, если бы убила нас. «Только посмотрите, какая я молодец, ну что бы вы без меня делали», — передразнил её Авантюрин. — Теперь, как только мы встанем, она сделает всё, чтобы нас убрать. Докладывать о провале она не станет, пока есть хоть один шанс его избежать.       — А ты неплохо её знаешь, да?       — Пришлось, — коротко ответил Авантюрин. — Ну так что, док, снайперки не найдется? Если мы не снимем Обсидиан с соседней крыши, дальше и шага не ступим.       Веритас покачал головой.       — Топаз уже почти добралась до неё, — сообщила Джейд. — Посидите немного в укрытии, но будьте готовы к тому, что Обсидиан не вытерпит и отправит к вам группу на крышу.       — Мне нужно не больше пяти минут, — тут же отрапортовала Топаз.       — Можешь не торопиться, дорогая. Обсидиан не сообщит о провале, — уверенно повторил Авантюрин. — Не сейчас.       — Неужели она правда настолько безрассудна? Или тщеславна? Победа команды ведь важнее собственной, — удивился Веритас.       — Не для Каменных сердец, док. У каждого из нас здесь — своя выгода. Не пытайся сейчас анализировать это слишком глубоко, давай-ка лучше переоденемся, а то твой вид в трико не дает мне покоя.

✧ ✧ ✧

Hans Zimmer — Time

      — Я уже на крыше. Пока не вижу её.       Обсидиан заняла идеальную позицию: отель перед ней — словно на ладони, но до неё самой добраться можно было только, если подняться на тот же небоскреб, где сидела она сама. Джейд предпочла бы, чтобы Топаз держалась подальше от этой сумасшедшей, но им всем приходилось сейчас чем-то рисковать.       Здесь могла сработать только любимая стратегия Авантюрина — всё или ничего. Однако «ничего» в случае Джейд — это лишиться лучших своих кадров. В случае Топаз, Авантюрина и даже Рацио — потерять их жизни.       — Пожалуйста, будь осторожнее, — ответила Джейд. — Обсидиан — опасная соперница.       — Её оценки в Академии были намного хуже моих, — возразила Топаз. — Я с ней справлюсь.       Агентов КММ готовили к тому, чтобы они готовы были умереть. К тому, чтобы умирали другие. Джейд училась задолго до создания Академии, поэтому лишь поджала губы.       — Мы давно уже не в школе, свинка, — раздался голос у самого уха. Джейд резко обернулась и в её лицо тут же уставилось дуло пистолета. — Упс. Вы так увлеклись своим волнением, добрая госпожа Яшма, что не заметили, как я залез в ваш миленький маленький фургончик.       — Мисс Джейд?..       — А ты всё та же, свинка, — фыркнул Сугилит. — «Мисс Джейд», — передразнил он Топаз. — Да, здесь твоя милфа, прямо передо мной. Я перехватил ваш канал связи. Спускайся обратно и посмотри, как я вышибу ей мозги.       — Топаз, — холодно проговорила Джейд, не обращая внимания на Сугилита, — приказа никто не отменял. Действуй по плану. — Но мисс Джейд!..       В наушнике Топаз раздалось шипение.       — …по плану... ни случилось… после спускайся и… гражданских… Авантюрин…       — Мисс Джейд? — молчание в ответ. — Авантюрин? Доктор Рацио? Прием?       В ответ раздалась лишь тишина. Топаз выругалась. Огляделась по сторонам.       Выходов на крышу было несколько. Этот небоскреб — самое высокое здание на Пенаконии — тоже принадлежал Семье, как и отель, который был ненамного ниже и отлично просматривался.       Обсидиан скорее всего пряталась где-то недалеко от парапета: ей необходимо было место, откуда удобно стрелять. Обшарив взглядом всю крышу, Топаз быстро направилась к приглянувшемуся ей участку.       Времени раздумывать не было. Авантюрин и Веритас должны зайти в здание, она сама — спуститься как можно скорее, эвакуировать гражданских, а после — вытащить Джейд. Та точно выиграет для неё эти несколько десятков минут, но нужно спешить.       — Быстро же ты поднялась, — раздался голос Обсидиан, которая, как Топаз и предполагала, выбрала самый простое и очевидное укрытие: у самого края за коммуникациями. — Можешь не прятаться, свинка, Сугилит со мной на связи и предупредил.       Топаз перелезла через выходящие на крышу вентиляционные шахты, обогнула трубы и тут же наткнулась на Обсидиан, лежащую на животе и неотрывно следящую за соседним небоскребом. Та даже не собиралась поворачиваться.       Топаз сняла пистолет с предохранителя.       — Ты не убьешь меня, свинка. Ты не смогла даже в щеночка выстрелить, когда мы проходили обучение в Академии. Единственный проваленный экзамен у нашей отличницы, ну какая досада. А тогда на Иманике? Это ты не убила того чела, который ранил Авантюрина. Весело было за вами наблюдать. Удивлена? Ну да, я тоже там была вместе с Сугилитом…       Договорить ей не дали. Первый выстрел попал в плечо.       — Ах ты сучка! — зашипела Обсидиан и всё-таки обернулась, явно не ожидая, что Топаз выстрелит. — Свинка отрастила зубки? В чужих выстрелить не можешь, а в своих — пожалуйста?       — С каких пор ты стала своей? — по выражению лица Обсидиан было ясно, что намерение её убрать та всерьез не воспринимала. Эта рана — ничто, все знали, что она почти не чувствовала боли.       Одно из важнейших правил агентов КММ — нельзя недооценивать противника. Видно ту лекцию Обсидиан пропустила.       — Это тебе за «свинку», — хладнокровно проговорила Топаз и сузила глаза, став по-настоящему жуткой. Снова взвела курок. — А это — за Авантюрина.       Второй выстрел попал в грудь.       Обсидиан потянулась за пистолетом, но от резкого движения захрипела. Славно, значит пробито легкое. Из носа Обсидиан потекла струйка крови. Она открыла рот, но сказать хоть что-то Топаз ей не дала.       Три выстрела прямо в голову — без шанса на выживание. Глушителя не было, Авантюрин и Рацио точно должны были услышать и догадаться, что путь свободен — другой связи у них всё равно больше не было.       Пистолет полетел в сторону — еще одно правило, которое Топаз выполняла неукоснительно. Она подошла к краю крыши и, зацепившись за парапет нанолеской, полетела вниз.       На попытки оставаться незамеченной времени больше не было.       Прохожие удивленно замерли, заметив летящего с крыши человека, но долго в ступоре им находиться не пришлось. Топаз достала второй пистолет и несколько раз выстрелила в воздух.       Поднялась паника, люди бросились врассыпную, а она сама бегом направилась к отелю. Охрана на входе не успела её задержать: каждый из троих получил по пуле в лоб.       Топаз ворвалась в фойе и снова выстрелила в воздух. Со всех сторон послышались крики, но она не обратила на паникующих никакого внимания, направляясь прямо к ресепшену, под который тут же нырнул молоденький администратор.       — Или ты прямо сейчас врубаешь сигнализацию и эвакуируешь людей, либо получаешь пулю в голову, как те трое на входе, — почти прорычала Топаз. — Предлагать дважды не буду, так что поднимайся.       Парень весь трясся от страха, но всё-таки встал.       — Врубай сигнализацию, — Топаз бросила взгляд на бейджик на его груди, — Миша. Ты же не хочешь, чтобы пострадали невинные люди.       Миша неуверенно кивнул, сглотнул и нажал на кнопку, спрятанную под столешницей. Заорала сирена. Топаз улыбнулась:       — Вот и умница. Спасибо, Миша! Когда в отеле никого не останется, кроме гостей на самом верхнем этаже, вали отсюда сам, мой тебе совет.       — Но гости на последнем…       Топаз его уже не слушала. Она развернулась и, еще несколько раз выстрелив в воздух, выбежала из отеля прочь. Оставалось лишь надеяться, что Авантюрин и Веритас успели в тайминги, заблокировали все выходы на последнем этаже и сейчас уже в шаге от номера, где проходила встреча Сандэя и Освальдо.       В любом случае, сейчас это было неважно. Она выполнила приказ Джейд и теперь была вольна делать всё, что пожелает. А желала Топаз как можно скорее увидеть её.       Прошло не больше минуты с момента, как она выбежала из отеля. Не больше десяти — как спрыгнула на людную площадь с небоскреба. Не больше пятнадцати — с убийства Обсидиан. И не больше двадцати пяти — с первых выстрелов по Авантюрину и Веритасу, карабкающимися на крышу отеля.       Прошло совсем немного времени, но когда Топаз вернулась к месту парковки их фургона, его там уже не было. Джейд будто по волшебству исчезла, как не больше получаса назад шутил Авантюрин.       Топаз растерянно огляделась по сторонам.

✧ ✧ ✧

Cigarettes After Sex — Nothing's Gonna Hurt You Baby

      Один. Два. Три.       Громкие выстрелы с соседней крыши было слышно даже сквозь городской шум.       — Сейчас, — кивнул Авантюрин.       Веритас вздохнул с облегчением. Он, признаться, уже устал ждать. Они не говорили. Просто молча смотрели на пролетающие по небу облака, оставаясь каждый в своих мыслях.       Собственная жизнь сейчас ощущалась, словно сон, в котором не было ничего невозможного. Последствия адреналинового шока? Скорее всего. Но всё же стоило проявить осмотрительность.       — Как ты можешь быть уверен, что это Топаз?       — Джейд захвачена, наш канал связи оборван. Если это не Топаз, то наша миссия точно провалена и терять нам больше нечего, кроме наших жалких жизней, — Авантюрин усмехнулся и неожиданно серьезно вгляделся в его глаза, придвигаясь ближе. — Впрочем, есть кое-что, что я бы хотел сделать перед возможной смертью. Закрыть гештальт, знаешь.       — О чем ты? — недоуменно спросил Веритас, но глупое сердце поняло всё быстрее него самого.       Лицо Авантюрина было слишком близко. Рацио чувствовал на себе его дыхание, но не смел ни отвести взгляд, ни отвернуться, ни отодвинуться.       Словно был под гипнозом. Словно притягивался магнитом, самым сильным из доступных.       Последняя связная мысль в голове Веритаса была о цвете глаз, которые его пленили: сирень, символизирующая признание в любви.       Авантюрин вместо ответа на его откровенно глупый вопрос накрыл его губы своими. Коснулся всего раз и оторвался, вглядываясь в лицо Рацио и ища в нем одобрение, либо отказ.       Веритас сам притянул его к себе. Зарылся пальцами в волосы и прижался сильнее, углубляя поцелуй. Жадно прикусил губу, тут же ощущая на языке металл крови.       Дышал. Он дышал с Авантюрином одним на двоих воздухом и готов сейчас пойти куда угодно, сделать ради него что угодно, лишь бы не отрываться от него больше ни-ког-да.       Давно следовало признаться себе, как сильно он увяз в этих чувствах. И то, как он плавился от сладости их первого поцелуя, доказывало его полную непригодность к работе в КММ.       Агент КММ — безжалостный, бесчувственный. Беспощадный. И несгибаемый.       Веритас готов был скулить в его ногах, лишь бы Авантюрин не прекращал его касаться. Это было хуже любой пытки, и если бы сейчас его спросили о чем-то, ради этих губ он выдал бы любую тайну.       Веритас мысленно поклялся себе подать в отставку и впустил в свой рот теплый язык, жадно и нетерпеливо пробующий его на вкус. Авантюрин забрался на его колени и облокотился руками на парапет, за которым они прятались. Целовал, касался, жался так, словно ему было дано был лишь одно мгновение.       Словно алкоголик, которому позволен лишь маленький глоток вина, но такого вкусного, что он будет смаковать его так долго, как только сможет.       Только вот времени у них больше не было.       Внизу, на площади, так бесконечно далеко от них, раздались крики и выстрелы. Авантюрин со вздохом оторвался от таких желанных губ. Небо над головами полыхало алым закатом. Совсем как глаза Рацио, в которых Авантюрин видел своё отражение.       Почему-то это тоже было важно, как и этот поцелуй. Он вздохнул еще раз и встал. Зажмурился, приготовившись получить пулю в голову, но когда этого не случилось, понял, что пока не время…       — …не время умирать, док, — шепнул он, чмокнув его напоследок в выразительный нос, подавая руку, чтобы помочь встать. — Идем, надо успеть до того, как Топаз организует эвакуацию. Раз она не скрывается, то нам следует очень поспешить.

✧ ✧ ✧

      — Мистер Сандэй, — сально улыбнулся сидящий в кресле Освальдо. — Мы вас уже заждались. Пробки?       — Сейчас ровно шестнадцать ноль ноль, — возразил Сандэй. — Я не опоздал ни на секунду.       — Значит, слухи о вашем фанатичном следовании порядку правда, — улыбка Освальдо стала еще шире и еще омерзительней.       Захотелось стряхнуть с себя его взгляд, как соринку с одежды. Ладонь зачесалась от невозможности этого сделать, и Сандэй завел руку за спину.       — Где остальные? С кем вы назначили встречу? — спросил он, не ожидая, что встретит его лишь Освальдо и несколько телохранителей.       — Думаешь, стоило посвящать в наш план слишком много народу? Достаточно и нас двоих. Ведь в конце концов всё, что мы делаем — во благо, так зачем нам одобрение кучки людишек?       Во благо ли? Чем дальше они продвигались, тем больше Сандэй сомневался. Бывали дни, когда он открывал контакты и собирался позвонить… хоть кому-то, кто мог бы это остановить, но всегда останавливался.       Ведь на Сигонии у них почти получилось…       Раньше там было настоящее гетто. Город был перенаселен, на всех не хватало ни чистой питьевой воды, ни пищи, ни жилья. Самые бедные существовали прямо под открытым небом, мылись в грязной реке, там же стирали одежду. Ели настоящие помои, кормили этим своих детей. Если бы на празднике Какавы не произошел тот несчастный случай, люди, которых они усыпили, получили бы смерть проще и легче, чем та, которая и так уже стояла у них за спиной.       Зато те, кто проснулся, очутились бы в Раю.       Сандэй жил ради того, чтобы все люди на земле были счастливы. Но подсчитал, что для осуществления этой мечты, человечество стало слишком огромным. Тогда-то он и придумал «Сладкие грезы».       Планета перенаселена, беспорядочна и хаотична. Его задача — выполнить настройку, расставить каждого на своё место, и тогда жизнь заиграет новую, прекрасную мелодию. Вместо какофонии — стройный хор, всего то нужно убрать тридцать процентов ненужных звуков.       Когда сервера «Семьи» взломали, пришлось обратиться к КММ, чтобы отбить атаку хакеров и защитить данные. Больше всего Сандэй боялся, что про его план станет известно кому-то постороннему. Он знал, что его не поймут. Отец всегда говорил ему об этом.       Слабым не понять позицию силы, но сильные обязаны принимать непростые решения невзирая на мнение большинства. Всё ради общего блага…       А потом на него всё-таки вышел Освальдо, не сдержавший договоренностей и заглянувший в спасенные КММ файлы. Но вопреки ожиданием, тот не убил его, а предложил свою помощь. Сандэй поверил. Потому что другого — не оставалось. Союзников найти не так просто, а Освальдо, казалось, понял и принял его идею, как свою.       Так или иначе, Сандэй всё равно обязательно отстроит свой Рай. Он должен.       На месте, где раньше жили авгины, будут красоваться стройные ряды домов с ухоженными лужайками. В каждом районе раскинутся парки, супермаркеты будут ломиться от всевозможных продуктов, торговые центры, театры, музеи, рестораны распахнут свои двери для посетителей.       На площади, где возносились молитвы ложной богине, возвысится Храм в честь Эны.       Но Сигония далеко, а Пенакония…       — …близко. Фестиваль Гармонии вот-вот начнется, но лучше нам действовать загодя, — Освальдо кивнул, указывая на кресло напротив.       — Спешка ни к чему, всё должно быть… красиво и правильно, — возразил Сандэй.       — Спешка необходима, — отрезал Освальдо. — Часть Каменных сердец узнала о нашем плане, и, вероятно, выступает против. Поэтому тогда в казино моему человеку пытались помешать забрать у вас компонент.       — Я так и не понял, для чего нужен был этот фарс.       — Чтобы общественность не углядела прямой связи, — закатил глаза Освальдо. — Сугилит не связан с вами, ему повезло, и он просто выиграл. Вы могли бы продать «Грезу», заработать, но отдали как-будто случайному человеку, значит так было предначертано судьбой. Во всяком случае примерно такие сказки будет рассказывать отдел маркетинга и продвигать во всех СМИ.       — Звучит крайне неправдоподобно, — покачал головой Сандэй.       — Будьте уверены, народ сожрет это. Ваша репутация останется чиста, словно слеза, а намерения — благочестивы. Ведь так оно и есть. Мы просто приукрасим действительность. К тому же, все будут думать, что турнир был благотворительным. «Греза» будет представлена, как лекарство от рака. Её разработку вы разыграли на благотворительном покерном турнире между самыми влиятельными людьми, чтобы пустить в оборот, так как сами не в состоянии этого сделать из-за вашей редкой болезни. Право, мистер Сандэй, не стоит стесняться своих слабостей.       — Я не болен, — отрезал Сандэй.       — Ну конечно, — улыбнулся Освальдо. — Но в глазах общественности вы будете выглядеть почти святым: сами почти на пороге смерти, а так жаждали помочь людям. В любом случае, история в СМИ закончится тем, что один из уважаемых людей, приглашенный на благотворительный вечер, оказался злодеем, который решил переделать «Грезу», превратив её в химическое оружие. Ваши руки окажутся чисты, а мы лишимся одной маленькой пешки, не более.       Освальдо устал объяснять и разжевывать этому глупому птенцу каждое свое действие, но Сандэй был ему нужен именно таким: наивным, глупым и чересчур амбициозным.       — И что вы предлагаете, когда говорите, что нам нужно поспешить? — поинтересовался Сандэй в конце концов.       — Распылим «Грезу» над городом сегодня ночью.       Сандэй встал и подошел к огромному панорамному окну. Перед взором открывалась Пенакония, которая создавала вид самого счастливого города на свете, но так ли было на самом деле?       В районе Рифа потока сновидений, например, люди по большей части жили бедно и скучно. Изо дня в день они спускались в метро и ехали на работу в центр, сидели в офисе девять часов с перерывом на обед и возвращались обратно.       Серо. Обыденно. Эти люди подвержены депрессиям, одиноки. Но не менее талантливы, чем те, кому повезло чуть больше.       Однако разве они не достойны большего? Его люди получат всё, если просто уравнять шансы. Ведь счастье — исчерпаемо. Как ни старайся — на всех не хватит.       Тогда чего он ждал?       — Хорошо, я согласен.       Телефон в кармане завибрировал — Сандэй не терпел рингтонов и звуков уведомлений.       Сообщение от Робин он не посмотрел: селфи из фойе отеля и подпись «Сюрприз! Я всё-таки успела приехать домой. Скоро увидимся, братик».

✧ ✧ ✧

      Серверная, вопреки общепринятым нормам, располагалась на последнем этаже. Посторонних там всегда было меньше, злоумышленникам добраться незамеченными — сложнее, да и ВИП-гости, которые останавливались в номерах-люкс, обычно не интересовались, что именно находилось за дверью с надписью «Только для персонала».       Это было очень на руку.       Веритас как раз закончил взламывать систему безопасности, когда завыла сирена. Топаз идеально попала в тайминг.       — Стой! — остановил Веритаса Авантюрин, когда тот потянулся к большой черной кнопке рядом с монитором.       — Что еще? — удивился Рацио.       — Эта кнопка заблокирует все выходы с этажа и лифты? — Веритас кивнул. — Супер, тогда я её и нажму. А ты подготовишь наше отступление. Только напомни, на какую сторону выходят окна номера, в котором проводят свою тусовку Освальдо и Сандэй.       — Туда же, куда и главный выход… — растерянно ответил Веритас. — Погоди, какое отступление? Я иду с тобой!       — Нет, — отрезал Авантюрин. — Ты сейчас пойдешь вот на ту лестницу и бегом спустишься до подземного паркинга. Возьмешь там любую тачку, какая тебе приглянется, подгонишь к главному входу и будешь ждать меня.       — Но… — начал было Веритас, однако Авантюрин не дал и слова ему сказать. Быстро прижался к его губам и тут же отпустил. — Я теперь выше тебя по рангу, док, ты обязан подчиниться приказу. Постарайся встать прямо под окном Освальдо, идет? Вряд ли у меня будет много шансов на побег не через окно.       В коридоре послышались шаги и голоса. Люди Освальдо наконец среагировали на сигнализацию. Времени больше не было. Авантюрин подтолкнул Рацио, и тот не оглядываясь бросился к лестнице. Несколько пуль, пущенных Авантюрином в лбы охранникам, прикрыли его отступление.       Дальше, по идее, Веритас должен добраться без приключений. Освальдо всегда был перестраховщикам и наверняка стянул всех своих людей на верхний этаж, а с прочими Рацио точно справится.       Едва дверь на лестницу за ним закрылась, Авантюрин вернулся в серверную и ударил по кнопке.       — Что ж, шоу начинается, — спокойно промолвил он, доставая второй пистолет и выходя в коридор, который наполнялся боевиками, подчиняющимися приказам Освальдо.

HOYO-MiX — Hell Is Preferable to Nihility

      На него побежали толпой, начали стрелять. Авантюрин ловко уклонялся, почти танцевал со смертью, которая сейчас была скорее его союзником. Выгнулся дугой, и над головой просвистела вражеская пуля. Еще одна попала бы в левый бок, если бы он не развернулся, закружившись.       Держа два пистолета в обеих руках, он прицельно отстреливался, попадая именно туда, куда планировал.       В голову, чтобы из тупой башки одного вылетели не соображающие ничего мозги — всё равно бесполезные.       В грудь, чтобы бесчувственное сердце другого наконец ощутило хоть что-то, раз геноцид, устроенный Освальдо и Сандэем не заставил написать прошение об отставке.       В колено, чтобы еще один неповоротливый амбал поорал погромче. Авантюрин успеет его добить позже, пусть помучается.       Кровь окрашивала стены причудливым узором, пачкала лицо и руки. Кровь никогда не виделась Авантюрину настолько красивой. Он хохотал от восторга и наверняка казался безумцем.       Плевать.       В этом танце со смертью сегодня вел Авантюрин. А музыкой ему служили вопли боли.       Наконец всё закончилось. В коридоре остался только он и гора тел. Кто-то еще дышал, кто-то стонал от боли. Каждый выживший получил по еще одной пуле — прямо в лоб.       Жаль, нельзя было заживо спалить их, как авгинов на фестивале Какавы.       Авантюрин еще раз оглядел плоды своих трудов и толкнул дверь, ведущую в номер, где прятались Освальдо и Сандэй.       В танце не хватало последнего па, и он не собирался оставлять его незавершенным.

✧ ✧ ✧

      Снаружи завыла сигнализация, заставляя Сандэя поморщиться.       — Что там еще? — осведомился Освальдо в рацию, стоящую на рабочем столе. — Агат, сходи проверь.       — Принято, — ответил Агат, охраняющий номер изнутри. Спустя пару минут сухо отрапортовал: — Все выходы с этажа заблокированы. В коридоре раздаются выстрелы. Я проверю.       Сандэй напряг слух, но кроме сигнализации, которая раздавалась прямо в номере, ничего не услышал. Шумоизоляция в номерах-люкс была отменной.       Ещё через несколько минут Агат растерял всё своё спокойствие:       — Авантюрин! Он уничтожил весь элитный отряд под командованием Опала. Выживших нет, я ранен.       В рации раздалось шипение, после — несколько выстрелов, и всё затихло.       — Авантюрин? — удивленно переспросил Сандэй. — Разве это не один из Каменных сердец? Он был на покерном турнире вместе с доктором Рацио, который пытался помешать выиграть Сугилиту.       — Всё верно, он человек Яшмы — один из тех, кто узнал о нашем плане и выступил против, — ответил Освальдо. — Вероятно Обсидиан не справилась с заданием, — он снова нажал на кнопку рации: — Сугилит?       — Да?       — Ты знал, что Обсидиан провалилась?       — Нет. Наш канал связи прервался в тот момент, когда я дал Яшме сбежать, как вы и просили.       — Это странно, — пробормотал Освальдо. — Сигнал всё ещё четкий?       — Да, Яшма уже возвращается на главную базу КММ по трассе Асдана-Пир-Поинт.       — Передай нашим людям, чтобы не потеряли её. Сама она и под пытками не выдаст нужную информацию, но может вывести на след.       — Принято.       — И да, Сугилит... Если Обсидиан жива — устранить.       — Принято, — снова ответил Сугилит после небольшой паузы.       Сандэю показалось это странным.       Он видел Сугилита всего несколько раз, но за всё это время тот ни разу не колебался. На самом деле, именно Сугилит выглядел самым опасным из всех подчиненных Освальдо. Он не был амбалом, как большая часть телохранителей, но в его взгляде было что-то совершенно дикое, чего Сандэй не мог понять.       — Сапфир? — Освальдо на заминку Сугилита не обратил внимания и переключился на другой канал. — Оставайся в номере. Когда Авантюрин войдет — обезвредить и привести ко мне.       Закончив отдавать приказы, Освальдо умолк. В кабинете снова повисла тишина, нарушаемая лишь раздражающим воем сирены.       — Босс, я взял его, — раздался из рации голос Сапфира спустя несколько минут.       — Веди сюда, — кисло ответил Освальдо, недовольный, что приказ пришлось повторить.       В кабинет вошел Сапфир, подталкивая перед собой молодого парня, с ног до головы испачканного в крови. Если Сугилит немного пугал Сандэя, то Авантюрин создавал впечатление абсолютно жуткое.       Сапфир давил на его шею, стоя сзади и заставляя низко наклониться. Крепко скрутил руки за спиной, но Авантюрин всё равно казался сильнее. Из-за сумасшедшей ухмылки и забрызганного кровью лица или абсолютной пустоты в диком взгляде, от которого веяло смертью.       — Так-так, — Освальдо встал. Его Авантюрин не пугал ни чуть. — У нас с вами гость, мистер Сандэй. Что ты здесь забыл, Авантюрин?       — Будто сам не знаешь, — рассмеялся тот, и Сандэй поежился.       — Что ж, должен признать, весьма впечатлен. Мистер Сандэй, полагаю, это Авантюрин влез в ваш офис. Либо кто-то из его сообщников. Мисс Топаз? Я прав?       Авантюрин не ответил, лишь ухмыльнулся еще шире.       — Неужели такой как ты всерьез переживает за жизни какой-то кучки бесполезных людишек? Не похоже, — Освальдо оглядел Авантюрина с ног до головы перепачканного в крови. — Тогда что же?       Вместо ответа Авантюрин с трудом поднял голову, на которую не переставал давить Сапфир, и плюнул, стараясь попасть в лицо Освальдо.       Тот рассмеялся.       — А ты совсем безрассудный. Мне такие нравятся. Не хочешь присоединиться к нам с мистером Сандэем?       Авантюрин в отвращении поморщился.       — Не хочу иметь ничего общего с грязью, которую вы разводите, — фыркнул он. — Где вы планируете следующий геноцид после Пенаконии, чтобы заработать, кстати? — увидев мелькнувшее замешательство на лице Освальдо, он добавил: — О да, мы знаем, что вы решили устроить здесь тот же кошмар, что на Сигонии.       — А это уже не твое дело, Авантюрин. Вот если бы ты захотел присоединиться к нам… — протянул Освальдо. — Так ты недоволен, что мы зарабатываем на смертях людей? Разве сам занимаешься не тем же? Получил лицензию на убийство, неужели не ради денег?       — Чтобы отомстить за смерть своей семьи, — прошипел Авантюрин.       — Вот как? — удивился Освальдо, кажется, вполне искренне. — Надо было лучше изучать личные дела Каменных сердец, когда вербовал сторонников. И как, удалось тебе закончить начатое?       Авантюрин с ненавистью во взгляде ответил:       — Почти. Я уничтожил того, кто убил мою сестру, но осталось ещё двое. Они ответственны не за семью, а за гибель моей родины.       — И откуда же вы? — встрял в разговор Сандэй.       Его сердце отчего-то колотилось так, словно это он сам убил родных Авантюрина. Чем дальше заходил этот разговор, тем сильнее его начинало тошнить.       Тем больше пугал взгляд его пустых страшных глаз.       — Из Сигонии, — ответил Авантюрин, подтверждая его подозрения, — из-под земли которой вы теперь добываете нефть, мистер Сандэй. Кстати, какой ценный ресурс оказался найден в недрах под Пенаконией? Нефть, как в Сигонии? Золото? Редкоземельные металлы? Вам настолько плевать на собственный город и народ, что вы ради денег готовы его продать этому… — Авантюрин не договорил и с отвращением глянул на Освальдо.       Сандэй удивленно поднял брови. Какие еще ценные ресурсы? Нет, конечно, Авантюрин мог не знать ничего о его добрых побуждениях относительно Сигонии, и их действия действительно выглядели со стороны, как геноцид, но…       — Мемория, — растянул губы в улыбке Освальдо.       …но, они никогда не говорили с Освальдо о том, в чем же его выгода. Сандэй почувствовал, как закружилась голова. Он настолько слепо шел к своим идеалам, что не заметил, как его использовали?       Нет, он знал, чувствовал с самого начала, но всё равно повелся. Взлетел выше, чем мог, и спалил собственные крылья дотла.       Авантюрин взбрыкнул, и Сапфиру не удалось его сдержать. Ударил его освободившимся локтем в нос, развернулся и со всей силы врезал коленом в пах.       — Что вы стоите, мистер Сандэй, хватайте его!       Но Сандэй попятился к двери. Авантюрин выхватил пистолет из висящей на поясе Сапфира кобуры и выстрелил ему в колено.       Сандэй упал на пол и взвыл от боли. Всё, что происходило после — он понимал с трудом.       Авантюрин пустил пулю в лоб Сапфиру, и тот рухнул рядом, пустым мертвым взглядом уставившись в потолок.       Освальдо схватил рацию со стола, попытался вызвать подкрепление, но похоже, Авантюрин ранее справился со всеми его людьми. Видимо, и Сандэя ждала смерть. Заслуженно.       Он согрешил, создав «Сладкие Грезы», возомнил себя богом, что мог вершить людские судьбы… Он знал об этом с самого начала. Но совесть заглушал голос отца, твердящий, что в мире нет места слабости. Что Сандэй, как будущий глава семьи, обязан занять позицию силы, не имел права колебаться, не должен испытывать сострадание к людям. «Если у тебя есть цель, тебе необходимо использовать любые пути, чтобы достичь её. Слабые не поймут, но только сильные правы. У тебя нет права на ошибку».       Сандэй верил, что он прав, когда марал собственные руки в крови ради высшей цели.       Из ноги пульсирующим потоком текла кровь, но боль от простреленного колена меркла на фоне ненависти к себе. Он ошибся. Позволил стольким людям умереть ради денег. Он никому не принес счастья — только страдания и смерть.       Сандэй закрыл глаза, готовый похоронить свой выдуманный Рай вместе с собой.

✧ ✧ ✧

      Перед глазами плыло, но Авантюрин не замечал, что по щекам текли слезы. Подонки-подонки-подонки.       Каждый удар, что приходился по лицу Освальдо Шнайдера, сопровождался всхлипом.       Как же он их ненавидел. Каждого их них. В сердце полыхала ярость, Авантюрин искренне не знал, что от него останется, когда этот пожар остынет…       А после случилось то, что Авантюрин никак не мог предвидеть.       — Что, не ждал меня, сученыш? — голос Сугилита раздался над самым ухом.       Сильные жилистые руки оттащили его от бессознательного тела Освальдо.       — Что же ты, совсем по мне не скучал? — злобно прошипел Сугилит, рывком развернул Авантюрина лицом к себе и с силой пнул в живот.       Авантюрин задохнулся от боли. Он забыл о технике безопасности, поддался эмоциям и теперь поплатился за это. Но умирать Авантюрин был не готов. Не теперь, когда в его жизни было что-то кроме мести, от которой, к тому же, он был в крохотном шаге.       Тело было изможденно сначала невероятно тяжелым подъемом на крышу, потом борьбой с целой толпой телохранителей Освальдо и Сандэя, после — выплеском всей ненависти, которая скопилась в нем за эти годы. Но Авантюрин продолжал брыкаться, кусаться, пытаться скинуть с себя Сугилита, который повалил его на пол и крепко держал одной рукой.       Уследить за второй Авантюрин не успел. Шею пронзила острая боль.       — Знаешь, что я вколол тебе? — усмехнулся Сугилит. — «Сладкую Грезу». Этот прототип я сделал сам на основе компонента, который подобрал после того, как вы улетели на «Боинге» с Иманики. Освальдо и Сандэй ничего не знали о вашей небольшой потере. Удивительно, правда? Вы небось гадали, зачем всё было так сложно?       Сугилит рассмеялся, а Авантюрин начал вырываться еще яростнее.       — Вы забрали на Иманике у кого-то лоха сумку с компонентами для «Сладкой Грезы». Знаете кто это был? Курьер Сандэя, Сампо. После вы, потеряв одну пробирку, которая досталась мне, привезли товар прямиком в руки Освальдо. Он, не сумев раздобыть рецепт «Грезы» из взломанной базы «Семьи», обратился к Сандэю напрямую, промыв дополнительно и без того промытую головушку этого святоши, мечтающего о Рае на земле. Ну а я… я решил, что неплохо и мне иметь козырь в рукаве. Посмотрим, как долго ты не уснешь. Я сделал так, чтобы ты успел попрощаться с друзьями. Видишь, я даю тебе такой шанс — цени. Вы мне такого не дали.       Сугилит ударил Авантюрину по лицу наотмашь, безумным взглядом всмотрелся в его глаза и, закончив фразу, тут же отпустил.       — Проснешься ты или нет — не знаю, но в этом-то и веселье, верно? Ты же любишь играть! — пока Сугилит болтал, Авантюрин отползал в сторону спасительного окна. — Можешь идти. Я найду тебя — мертвого или живого. И эту шлюшку-свинку Яшмы Топаз, и твоего Рацио чуть позже. Я найду вас всех, чтобы прервать ваши жалкие жизни так же, как вы прервали жизнь Обсидиан.       Он улыбнулся и пнул Авантюрина, подталкивая к окну. Сандэя в комнате уже не было, кто-то успел вывести его? Неважно.       — Козырь в рукаве есть не только у тебя, — Авантюрин наконец поднялся на ноги и, пошатываясь, сделал шаг к окну самостоятельно. Он вытащил из кармана небольшую зажигалку. — Закурить не хочешь? Ну и правильно, курение, говорят, убивает.       Он открыл крышку, чиркнул колесиком и, не дожидаясь появления пламени, кинул к ногам Сугилита. Тот недоуменно уставился на зажигалку. Авантюрин усмехнувшись пояснил, точь-в-точь повторяя интонации Рацио, который когда-то показывал ему весь созданный им арсенал:       — Осторожнее, это ручная граната.       Выстрелив несколько раз в окно, чтобы то легче разбилось, Авантюрин разбежался и выпрыгнул, оставляя за собой оглушительный взрыв и прошлое, которое больше его никогда не коснется.       Даже если вдруг он не проснется, это того стоило…