Мистер и миссис в узах конфронтации

Misery Is a Butterfly - Ex:Re       Сквозь сон Грейнджер почувствовала его аромат. Тёплые большие руки касались её рёбер. Он осторожно надавливал на кожу, стараясь не сделать больно.       Стоп. Это не сон. Мне сегодня вообще ничего не снилось, впервые.       Она вскочила, подбородок трясся, как и всё тело. Гермиона прижала одеяло к себе, стараясь отогнать холод и скрыть наготу. Вчера девушка завалилась спать в одном полотенце. Оглядев место вокруг себя, она осознала, что всё вокруг было в крови, даже его руки.       Малфой стоял в чёрной рубашке, закатанной по локоть и брюках, таких же чёрных. Одежда идеально сидела на нём, подчёркивая силуэт. Её глаза скользили по его рукам, и она заметила, что метка Пожирателя смерти всё ещё присутствовала на предплечье.       Кем он является среди них?       Малфой по всей видимости заметил, как Гермиона его разглядывала. Он достал палочку и наложил обезболивающие чары.       — Ляг обратно, — прорычал он, и она послушно легла обратно, прикрываясь. — Чем ты тут занималась? Грейнджер! — От его повышенного тона девушку передёрнуло.       — Я.. Я..       — Я… Я… — передразнил Гермиону Малфой, — твои раны разошлись. После душа нужно было сразу сделать перевязку, — окинул он гриффиндорку строжайшим взглядом, и её щёки покраснели, когда она вспомнила чем же занималась в душе. Грейнджер отвернулась. — Придержи бинт, — он слегка коснулся места, указывая, и она протянула руку к рёбрам. — Да, здесь.       Когда Драко принялся снова заматывать Гермиону, их руки соприкоснулись, и девушка резко вдохнула, посмотрев на него. Он же с нахмуренным лицом, увлечённо продолжал залечивать её рану. Закончив, очистил руки заклинанием, а так же кровать. Она же натянула одеяло до подбородка.       — Твоя метка. Ты состоишь в его армии? — спросила Гермиона, когда он отошёл и приоткрыл дверцу настенной полки. Драко покачал головой, и сжав кулак, заговорил.       — Я предоставляю ему некоторые свои услуги, тебе не стоит волноваться на счёт этого, на тебя это никак не повлияет, — его слова звучали подобно заготовленной речи.       Малфой схватил два флакона с зельями, одно было красным. Гермиона подумала, что это скорее всего крововосполняющее. А второе жёлтым – неизвестным. Когда он протянул ей бутыльки, она открыла неизвестное ей зелье и принюхалась. Её нос учуял листья неомицы и экстракт бацитрацина. Это был антибиотик.       Он проследил как гриффиндорка выпила зелья, и подойдя к комоду, достал махровый халат, протягивая ей, следом наложил согревающее чары. Резкая смена температуры заставила девушку поёжиться. Забрав из его рук халат, она вопросительно на него посмотрела, и он закатив глаза, отошёл в сторону уборной.       — Сутки уже прошли? — спросила Гермиона, когда он отвернулся от неё.       — Ещё нет, а ты уже приняла решение? — Малфой завёл руки за спину, став похожим на солдата, и устремил свой взгляд прямо в стену.       — Да, — сказала она, завязав узел на халате.       — Ну и? — перевёл он взгляд на Грейнджер.       Я так просто не сдамся тебе, Малфой.       Он держит Гермиону в закрытой комнате, под полным контролем, теперь её время поиграть.       — По прошествию суток скажу, — она улыбнувшись, посмотрела на него невинным взглядом, от чего тот точно начал злиться. Это было видно по его напрягшимся рукам.       — Хорошо, Грейнджер, — сделал он шаг ко ней. — Значит подождём, — ещё шаг. — Вместе, — и сел на край кровати, повернувшись к девушке, сложа руки на груди.       — Отличная идея, Малфой, — она тоже сложила руки, но в замок. — И ты мне расскажешь подробности нашего «договора», — обозначила Гермиона последнее слово жестом кавычек.       — Что ты хочешь знать? — склонил он голову в бок.       И Гермиона заметила обнажившуюся татуировку на шее снова. Это была чёрная молния, которая тянулась от линии роста волос за ухом до воротника, и дальше – под одежду. Взглянув на его лицо, она увидела как он приподнял бровь, будто снова задавая вопрос, подталкивая её к ответу.       — Какого рода помощь от меня требуется? — спросила Грейнджер, на что он кивнул в сторону её шеи.       Гермиона опустила взгляд вниз и потрогала шею рукой. Подвеска с кристаллом.       Он провел анализ, пока я была в отключке!       — Малфой! Кто тебе разрешал накладывать чары на подвеску?! — в её глазах загорелся огонь, без возможности остаться незамеченным. — А если бы она взорвалась?!       — Раздеть тебя мне тоже никто не разрешал, однако… — он ухмыльнулся, подлый румянец снова проступил у девушки на щеках. — Ну так что? — его лицо снова не выражало эмоций, как и голос.       Это был последний кристалл который не треснул при создании. Это был единственный удавшийся кристалл. Формирование аналогичного займет не один месяц, и даже если у неё получится, все её записи остались в Шеффилде… Если она проделает этот путь обратно, то подвергнет себя опасности и возможно не вернётся, не сможет выполнить задание. Но Малфой и вправду облегчит ей жизнь… Если не убьёт её.       — Он единственный в своем роде, возможно у меня не получится создать еще один, — ткнула она пальцем в подвеску.       — Ты этим занималась весь год? — он поднял на Гермиону свои серебряные глаза, и они сверкнули. Это был интерес и что то ещё, что Гермиона не смогла распознать.       — Эм, ну да, я сделала его чтоб вернуться, и мне было легче отбиваться от Пожирателей, — это звучало очень неуверенно, Драко прищурился. — А чём ты занимался всё это время?!        Если не хочешь проиграть – бей первым.       Малфой сжал челюсти и пронзил девушку взглядом. По её спине побежали мурашки.       — Не твоё дело, — сказал он по слогам. — Впредь, не смей задавать мне такие вопросы, ты и понятия не имеешь в каком аду я побывал, — рука Гермионы потянулась потереть шрам, что оставила ей Беллатриса. Он метнул свой взгляд к её движениям и сжал кулаки.       — Откуда это?       — Не твоё дело, Малфой, — передразнив, произнесла Грейнджер, и уставилась обратно на шрам.       — Я дам тебе всё необходимое, я дам тебе лабораторию и доступ ко всем имеющимся ресурсам, но мне нужен этот кристалл, а тебе нужна моя защита, — он будто раздавал ей указания. — Зачем ты вообще вернулась сюда… — Драко провёл руками по лицу, давая мышцам слегка расслабиться, и как только опустил руки - маска стражника снова вернулась на его лицо.       Очевидно вопрос был риторическим, но раз уж они затеяли игру, то Гермионе нужно создать образ. Она не знала какую ложь ей придумать, поэтому решила сказать ему часть правды.       — Я вернулась за информацией, для ещё одной собственной разработки. В месте, где я жила, было недостаточно материалов и данных. По своей воле я бы никогда сюда не вернулась, — её губы растянулись в грустной улыбке. — Мне нужно найти кое-кого, для завершения этого проекта, и твои ресурсы мне правда помогут, — она встретилась с его глазами.       — Как интересно, я тоже кое-кого ищу, — Драко дёрнулся так же, как и вчера, и сглотнув, продолжил. — Сутки прошли, говори.       Вот этот момент, когда Гермиона либо совершит ошибку, либо упростит своё положение. Видеть его, находиться рядом с ним, вдыхая его запах - будет очень сложно, учитывая с новой силой вспыхнувшие чувства. Он уже не тот язвительный мальчишка с факультета Слизерина, он стал взрослым мужчиной, и он всё ещё не должен знать о её чувствах к нему. Она выполнит задание и исчезнет, оставив его в чистокровном мире, о котором он так всегда мечтал. По крайне мере, Гермиона надеялась так поступить.       Ещё раз взвесив все возможные пути развития событий, и проанализировав все обстоятельства, она убедилась в своем решении.       — Я согласна.

***

      Всё произошло слишком быстро. Гермиона не успела отреагировать, когда оказалась прижата к нему всем телом и он трансгрессировал. Как только ноги коснулись пола, она подняла на Драко голову. Он был на две головы выше неё. Малфой сразу же отпустил Гермиону и стремительно отошёл, открывая ей вид на гостиную Малфой Мэнора. Её взгляд сразу цепляется за портрет семьи.       Здесь ли Нарцисса? Она жива?       Величественная белая комната раскрывается перед Гермионой во всей своей торжественности и изысканности, словно олицетворение изящной власти. Но она другая, не такая какой она её запомнила. Гостиная хоть и была выполнена в тех же цветах, но не выглядела мрачной, как раньше. Скорее всего тут был сделан ремонт, благодаря которому она приобрела новую жизнь, сочетая в себе классический стиль с современными элементами.       Белые мраморные колонны украшают стены, создавая в помещении античный вид, а высокие потолки с резными карнизами создают в пространстве оттенок роскоши. С потолка свисает, слово водопад - золотая, огромная люстра, переливаясь хрустальными камнями на свету. Солнечные зайчики играют на светлых стенах. Мягкие ковры и массивные деревянные полы создают уют, которого раньше точно не было. Мебель из темного дерева, украшенная золотыми узорами, дополняют интерьер. Бархатные диваны и кресла приглашают усталых гостей отдохнуть, а камин, увенчанный изящной резьбой, манит погреться рядом, читая книгу.       Всюду царит отражение статуса и влияния хозяев. После ремонта гостинная преобразилась в пространство, которое вызывает восхищение, а не страх.       Из очарования Гермионувырывает голос Драко. Она внезапно осознает, что стоит с открытым ртом и бегает глазами по стенам.       — У меня мало времени, — он сглотнул, снова дернувшись. — Эльфы проводят тебя в западную часть поместья, к твоей комнате, я скоро вернусь, а ты пока располагайся, — Малфой засунул руки в карманы. — Миппи!       Между нами появилась молодая эльфийка, с торчащими большими ушками и жёлтыми глазами. Она улыбнулась и присела в неуклюжем реверансе, сжимая маленькими ручками платье в цветочек.       — Да, господин, — неуверенно вымолвила Миппи, смотря щенячьими глазками, на что Малфой кивнул в сторону Гермионы. — Ой! Извините! Здравствуйте, мисс, — эльфийка снова присела в реверансе.       — Отведи Грейнджер в её покои, — только слова сорвались с его уст, как маленькая ладошка схватила гриффиндорку за палец и потянула за собой. Девушка обернулась, что бы посмотреть на Драко, и они встретились взглядом. Он так и смотрел неё вслед, провожая, пока она не скрылась за поворотом.       Гермиона сжимает руку Миппи, и они быстро продвигаются по коридорам Малфой Мэнора. Эльфийка легко и проворно двигается, как будто она парит над полом, мчась вперед, а Гермиона еле успевает держаться одного шага с ней. Коридоры поместья наполнены могуществом, с каждым шагом их окружает изощрённый интерьер. Каждый элемент стремится напомнить о богатстве и статусе этого места.       Коридор предстает передо Гермионой в тонкой игре оттенков черного и серого, которые великолепно сочетаются с холодным блеском мрамора и стекла. Стены увешаны тканями темно-зелёных оттенков, придавая помещению мрачности. Несколько резных посеребрённых дверей - манили заглянуть во внутрь. Под ногами расстилается паркет с изобилием различных рисунков. Шаги раздаются, отбиваясь от стен и скользя дальше, в лабиринты поместья, предупреждая о новой гостье.       Свет от люстр из хрусталя играет на поверхности стен, создавая интересные отражения и оттенки. Мраморные пилястры, украшенные серебряными узорами, стоят вдоль стен, словно стражи совершенства этого места. Вдоль расставлены антикварные предметы и произведения искусства. Не нужно быть магом, чтобы понять, что атмосфера в этом доме наполнена родовой магией прошлого. Проходя мимо портретов, Грейнджер рассматривает членов семьи Малфоев, в их роскошных нарядах, с гордым выражением, а вскоре с презрением, когда они замечают её. Их взгляды полны отвращения, словно они всё ещё правят над этими залами и коридорами, сохраняя свою привилегированную позицию в обществе, в то время, как гриффиндорка вторглась в их чистое пространство. Она слышит вокруг себя недовольные вздохи и оскорбления, пока не сворачивает за очередной поворот.       Миппи резко остановилась у двери из красного дерева, и высвободила ладошку.       — Мисс, мы пришли, — она раскрыла дверь, и Гермиона охнула. Миппи подтолкнула её, что бы Грейнджер вышла из шокового состояния и зашла, наконец, в свою комнату.       Комната предстаёт пред глазами в сочетании теплых оттенков и строгого стиля Малфой Мэнора. Стены окрашены в глубокий бордовый цвет, который так напоминает атмосферу гостиной Гриффиндора, одновременно сохраняя изысканный характер поместья.       Очень аристократично. Очень по гриффиндорски.       Тяжелые занавески из бархата в тёмно-красных тонах, лампы с яркими абажурами из мягкой ткани делали приглушенное освещение, наполняя комнату мягким светом. Дополнительные акценты, в виде деревянных статуэток и ковров с геометрическими узорами, навевали комнате индивидуальность, делая её неким убежищем в строгом Малфой Мэноре.       В углу комнаты стоял массивный камин, выложенный из черного мрамора с золотистыми вкраплениями. Его мягкое пламя, танцующее в очаге, внушало спокойствие. Возле него находился маленький золотой сундучок, а над камином располагались старинные часы с римскими цифрами. Время показывало одиннадцать часов.       — Миппи, а сейчас день или ночь? — спросила Гермиона, нахмурившись.       — Ночь, мисс, — зевая, произнесла эльфийка. Зевнув следом, девушка продолжила осматривать комнату, подмечая всё больше деталей.       Возле камина стояли два кресла с высокими спинками и мягкими подлокотниками, обитыми тёмно-красным бархатом. Они манили уютом и создавали идеальное место для чтения или размышлений. На противоположной стене располагались массивные шкафы и полки, заполненные антикварными предметами и книгами. В этой же стене скрывалась полупрозрачная дверь, ведущая в ванную комнату.        В центре комнаты возвышалась кровать из тёмного дерева с изящной резьбой. Её украшали: мягкое бордовое одеяло и подушки с золотистой вышивкой. На кровати лежала сумка Гермионы, её одежда и палочка. За кроватью, между окнами в пол, находился балкон, с которого открывался вид на цветущий сад. Аромат цветов наполнял комнату, но под действием ветра его концентрация была наибольшей в районе кровати.        Когда Гермиона подняла голову к потолку, её брови удивлённо взлетели вверх. Над кроватью висела композиция из зеркал, которую она никогда раньше не видела.       — Миппи, ты обустраивала комнату? — повернувшись к эльфийке Гермиона спросила, улыбнувшись. Миппи сжала губы и посмотрела на неё.       — Миппи только помогала, господин сделал эту комнату. — она опустила голову. — Если Мисс что то будет нужно, позовите Миппи, — и исчезла.       Простояв в растерянности пару минут, Грейнджер взяла свои вещи и оделась. Всё это убранство ужасно привлекало девушку, и её интерес принялся изучать содержимое шкафов. Всё оказалось пустым, кроме полок с книгами. Её взгляд скользил по маггловским романам, впиваясь в каждую обложку, стремясь уловить очарование историй, которое они хранят в своих страницах. Какие то книги читала ей мама, а что то прочитала она сама до поступления в Хогвартс. «Гордость и предубеждение» – нежно ложится в её ладони, в голове сразу же всплывают речи о вечных ценностях любви и самоотверженности. «Анна Каренина» – заставляет девушку размышлять над природой человеческих страстей и их разрушительной силы. «А «1984» – предостерегает о тирании и потере свободы, что вдруг стала частью реального мира, а не фантазии Оруэлла. Победа Волдеморта – это тотальное разрушение мира волшебников. В этом новом порядке чистокровные возвысились бы до касты избранных, а маглорождённые превратились в изгоев без прав и магии – их родословные проверяются, палочки изымаются, имена вносятся в чёрные списки. Министерство магии стало бы машиной репрессий, «Ежедневный пророк» – рупор лжи, а Хогвартс – школа покорности, где вместо Трансфигурации, уже совсем скоро, начнут учить преданности Тёмному Лорду. Пожиратели смерти бдят за каждым шагом, доносчики разжигают подозрительность, а публичные казни и Непростительные заклятия вот-вот станут обыденностью. Память о Дамблдоре, Ордене Феникса и Гарри Поттере стёрли из истории. Детям внушат, что свобода – лишь миф, а магия должна существовать лишь для подавления. В таком мире не осталось места ни для знаний, ни для надежды, ни для человеческого достоинства – только тишина, пронизанная страхом, и тьма, поглотившая всё светлое. Именно поэтому Гермиона должна бороться: допустить этого было нельзя.        Грейнджер переходит к следующей полке и её пальцы легко проскальзывают по старым корешкам книг, и среди них находит «Основы травологии» Беннедикта Лумиса, изданные в 1625 году, где он делился своими открытиями в области растений и их магических свойств. Гермиона мечтала прочесть её, но экземпляр стоил непомерно дорого.       Нужно будет поблагодарить Драко!       Перед ней первое издание «Зельеварение: искусство и практика» Америны Тавелл, написанная в 1760 году, что раскрывает секреты создания волшебных зелий и эликсиров. А следующую книгу она видит впервые. Феликс Гарни «Теория и практика магических экспериментов» 1833 год.       Это для создания кристалла?       Взяв пособие в руки, Гермиона присела в кресло, и погрузилась в чтение. Данное пособие – кладезь знаний о магии. Подробно изучая его, девушка погружается в захватывающий мир экспериментальной магии, следуя за автором на каждом шагу. Флитвик описывает разнообразные методы исследования магических явлений, от создания заклинаний до их практического применения. Гермиона увлеченно читает о его экспериментах с различными заклинаниями, артефактами и объектами, пытаясь понять тайны магической науки.       «Однако, несмотря на свою красоту и могущество, волшебные кристаллы несут в себе и опасность. Их непревзойденная сила способна создать тёмные силы, привлечь хворь и пробудить зловещие стороны хозяина, которые могут принести разрушение и беду. Подобно двуликому мечу, кристаллы могут принести исцеление, но также и погибель, если попадут в недобрые руки. Последствия использования волшебных кристаллов без должного знания и осторожности могут быть непредсказуемыми, ведя к психическим и физическим расстройствам.»       Она коснулась подвески. Всё это время Грейнджер даже не догадывалась о такой опасности использования кристаллов.       Может поэтому волшебники забросили их разработку, и мы о них так и не услышали?       Книга становится для неё не только источником знаний, но и источником вдохновения для собственного исследования. Каждая страница открывает новые горизонты в понимании магических законов и принципов, и она не может дождаться, чтобы приступить к собственным экспериментам. Ей нужно найти лабораторию сейчас же.       — Кхм, Миппи? — тихим голосом произнесла Гермиона и рядом появилась оживленная эльфийка.       — Мисс что то нужно? Мисс хочет кушать? Миппи подать завтрак? — нервно Миппи начала озвучивать варианты.       — Нет, мне нужно в лабораторию, но я не знаю где она находится.       — Господин велел дождаться его возвращения, господин сказал не выпускать вас гулять, пока он не вернётся, — глаза Грейнджер расширились, и Миппи испугавшись, исчезла.       — Отлично! Мерлин! Вот и ловушка! Он запер меня в клетку. Снова! — крича в пустоту Гермиона подбежала к двери и когда раскрыла её, встретила поднявшего брови вверх Драко, с заведенными назад руками. Её дыхание было частым, в такт сердцебиению, в приступе злости. Прищурив глаза, она захлопнула дверь перед его носом, и воинственно уселась на кровать, напротив двери. Не прошло и пяти секунд, как дверь раскрылась, и Малфой вальяжно вплыл в комнату. Он выглядел уставшим, будто не спал несколько суток. Его тёмно-зелёная рубашка придавала ещё большей болезненности и без того бледному лицу, но чёрная жилетка и брюки так хорошо обтягивали его фигуру…       — Нужно будет пригласить к тебе колдомедика, тебя никто не кусал? Вдруг у тебя бешенство, — он скривился в отвращении, и начал расхаживать по комнате так, будто видит её впервые.       — Я знаю, что ты подготовил эту комнату собственноручно, очень мило с твоей стороны, Малфой, — Гермиона сложила руки на груди и закинула ногу на ногу.       Всё так же ходя по комнате, он принялся изучать свои начищенные туфли.       — Давай проясним правила, Грейнджер, — Драко остановился. — Ты же так любишь правила, — он ухмыльнулся.       — Откуда тебе знать, что я люблю?! — от слов девушки его глаза блеснули, но следом фарфор скрыл его лицо.       — Об этом знал весь Хогвартс, особенно когда ты патрулировала коридоры и ходила жаловаться...       — Теодор осквернял своими девушками здание школы! — глаза вспыхнули, и она зажмурилась. — Хорошо, говори, что за правила ты там придумал, — сказала она восстановленным дыханием.       — По поводу Тео – согласен. Я вот был умнее и не попадался на глаза, — самодовольно сказал Драко, на что девушка рассмеялась. На лице парня отразилось непонимание, и он подойдя к Гермионе, протянул руку, приглашая её ладонь, — Я проведу тебе экскурсию по поместью, и мы обсудим правила.       Посмотрев сначала на его раскрытую ладонь, а потом на его лицо, тяжело вздохнув, Грейнджер приняла предложение. Тепло его руки обожгло её кожу, раздаваясь током по всему телу. Ей хотелось находиться в этом лёгком мгновении целую вечность. Вот так просто к нему прикасаться, не боясь оскорблений, или заклинаний, которые бы деформировали её тело. Но Гермиона убрала руку, и он отошел от неё, сжав кулак, пропуская в раскрытую дверь. Сзади послышался его голос.       — Справа по коридору находятся пустующие комнаты, они принадлежали моим родителям, — Грейнджер кивнула, и сравняла шаг с его.       Значит Нарциссы здесь нет.       — Почему мне нельзя выходить из комнаты без тебя? — они снова проходили мимо портретов, но те молчали, не поднимая взгляд на пару. И гриффиндорка вспомнила, как молчал Снейп… Гермиона подумала, что ему наверно так одиноко. Или же он привык всегда быть один.       — Тебе можно выходить из комнаты, поэтому я и провожу тебе экскурсию. Но есть исключение, никто не должен знать, что ты здесь, поэтому если ко мне нагрянут гости, ты должна оставаться у себя, — он шёл засунув одну руку в карман, пока другая ловко крутила палочку между длинных пальцев.       Солнечный свет, что пробивался через болотного оттенка шторы, создавал жуткое освещение в и так тёмном коридоре. Но Драко в своём костюме выглядел здесь более чем органично.       Интересно, он специально так оделся перед экскурсией?       — Тебе даже можно покидать поместье, — от слов Малфоя, Гермиона наигранно удивилась. — Эльфы принесут тебе оборотное зелье. Но ты должна предупреждать их или меня, если…       — Да, мне нужно посетить магазины, у меня нет одежды, — перебила девушка Драко, и он слегка нахмурился.       — Я скажу Миппи, что бы она купила тебе всё необходимое, составь…       — О, нет! Не нужно, я сама, — снова перебив, Гермиона замахала руками, возражая, но Малфой лишь сжал губы.       Они проходили мимо нескольких дверей, которые Гермиона уже видела, что были чуть дальше по коридору от её комнаты. Малфой не сказал что там, поэтому она решила спросить сама.       — Что это за комнаты?       — Гостевые спальни, — судя по сухому тону, Грейнджер решила, что это и в правду были лишь гостевые спальни.       Интересно, а где располагается его спальня? В каком крыле? Наверно она выполнена в цветах Слизерина, и самая большая по площади среди всех комнат.       Пройдя ещё пару метров, Драко указал на дверь, указывая, объяснил что это выход из крыла на улицу.       Завернув за угол, они оказались в гостиной, и Малфой резко остановился. Гермиона не успела отреагировать и влетела в его спину. Он даже не пошатнулся, но напрягся.       Когда он успел обогнать меня?       — Извини, — пискнула гриффиндорка.       — Ты можешь пользоваться каминами, но возвращаясь обратно, осторожнее произноси название поместья, даже под оборотным зельем к тебе возникнут вопросы, — сказал он совершенно проигнорировав её извинения. — Летучий порох в сундуках, — Малфой окинул взглядом деревянный сундук рядом с камином.       Он двинулся дальше, в сторону коридора к лестницам, слева от массивных дверей, что вели вниз… К темницам. Грейнджер сглотнула, и остановилась. Земля начала уходить из под ног, а в голове раздался смех Беллатрисы.       — Я не пойду туда.        Драко повернулся и посмотрел на неё, сведя брови к центру.       — Это ещё почему? — как вдруг на него снизошло озарение, и он уставился на место, где находился её шрам. На его скулах проступили желваки. — Темниц больше нет, там теперь лаборатория, — Драко опустил взгляд.       — Хорошо, дай мне пару минут, — Гермиона потёрла намокшие ладони об штаны, и он кивнув, прислонился спиной к стене.       Там её нет. Там нет следов насилия. Он сделал ремонт. Он рядом.       Гермиона повторяла это у себя в голове, словно мантру, настраиваясь.       Вдох. Выдох. Сердцебиение замедлилось. И обняв себя руками, она сделала шаг. Малфой оттолкнулся от стены, на что Гермиона его остановила.       — Я пойду первой.       Ступенька раз, ступенька два, ступенька три, ступенька четыре, ступенька пять, ступенька шесть, ступенька сем, ступенька восемь, ступенька девять, ступенька десять, ступенька одиннадцать, ступенька двенадцать, ступенька тринадцать, ступенька четырнадцать, ступенька пятнадцать. Дверь.       Белая лаборатория, залитая солнечным светом. Вместо потолка был шарообразный стеклянный купол, с открывающимися ставнями. Три стеклянных стола, на которых расположились котлы, центрифуги, фильтры, весы, лампы, и ещё много разных приспособлений, которые Гермиона впервые видела. К одной стене были приставлены стеллажи и шкафы с травами, колбами, порошками, у другой стены были пустые полки и куча выдвижных ящиков. Но стена противоположная входу была пуста, за исключением вытяжек. Гермиона подошла и потрогала её. Она ей что то напоминала… Доску! На ней можно было писать.       Она обернулась к Малфою с широкой улыбкой, и была готова броситься на него с объятиями, но леденящий душу взгляд привёл девушку в чувства.       — Посмотрела? Пойдем дальше, мы только начали, — он развернулся и зашагал прочь, продолжая, пока Гермиона пыталась поспеть за ним. — По бытовым вопросам обращайся к Миппи, или остальным эльфам, я вас познакомлю. Если нужно что то более изобретательное, говори мне или передавай через Миппи, как ты поняла – она главная, — они вышли в гостиную и направились к массивным белым дверям. — Это библиотека, — он указал на двери. — Без меня ты сюда не зайдешь, в мое отсутствие проси у эльфов принести тебе книги, — он раскрыл двери, и слегка дотронувшись спины, провёл гриффиндорку внутрь.       Гермионе казалось, что её глаза сейчас выпадут, а в рот залетит муха. Она вслух восторгалась, пища что то о том, как здесь прекрасно. Огромная библиотека, где каждая стена усыпана роскошными книгами, а стеклянный потолок пропускает дневной свет, создавал впечатление невероятной просторности. Перед ней настоящий рай для книголюба, место, где время останавливается, чтобы дать девушке возможность исследовать каждый уголок этого богатства знаний.       По всей библиотеке располагаются отсеки с книгами, обещающие невероятные открытия и волнующие приключения. В одном углу стоит отсек с древними магическими рукописями, усеянные золотыми лучами солнца, в другом – собрание книг по теории заклинаний, которые заставляют сердце Гермионы биться быстрее от предвкушения новых открытий. На полках также расположены отсеки с книгами о магических существах, древних артефактах, истории волшебства и многом другом, всего дня не хватит чтобы обойти все стеллажи библиотеки, представляющей собой настоящую кладезь знаний и тайн.       Гермиона тянется за книгой о Непреложном обете, когда вспоминает, что не одна, оборачивается через плечо и видит Драко. Следуя за ней словно охранник, он наблюдает её восхищение, и на секунду девушке показалось, что он тоже улыбался. Или не показалось. Это было всего мгновение. Гермиона смутилась. Она счастлива быть здесь, в этом прекрасном уголке мира, где может погрузиться в мир книг и забыть обо всем остальном. Если бы она знала об этой библиотеке раньше, то согласилась бы на его предложение сразу же.       — Идём дальше, — сказал Малфой, проходя мимо Гермионы, направляясь к стеклянным белым дверям, что вели на улицу. Он раскрыл двери, и девушку окутало тепло. — Ты можешь им пользоваться, выходя через двери своего крыла, или любого другого.       Перед Гермионой расстилается удивительный вид: бассейн–оазис, утопающий в естественной красоте окружающей природы. Расположенный на открытом воздухе среди пышной зелени и цветущих растений, это место кажется настоящим укрытием от стресса современного мира. Вода в бассейне, словно живая, имеет невероятный оттенок голубого, который играет от бирюзового до глубокого синего под лучами солнца. Над бассейном раскинулись деревья, создавая тень и прохладу, а ветви нежно касаются воды, словно приглашая забыть о заботах и просто насладиться моментом.       Поблизости расположены каменные берега, украшенные цветами и растениями, которые добавляют этому месту дополнительную привлекательность. Вокруг разбросаны удобные лежаки и шезлонги, заманивая на отдых под солнечными лучами. Тишина и спокойствие этого места наполняют Гермиону чувством умиротворения, пока она не начинает представлять как здесь купается обнаженный Малфой. Как капельки воды стекают по его коже, что светится в лучах, поблескивая. Как напрягаются его руки и пресс, когда он выныривает, держать за каменный бортик. Его мокрые пряди волос, что спадают…       — Грейнджер, — Драко щёлкает пальцами перед её лицом. — Ты вообще меня слушала?       Гермиона потрясла головой, в надежде выкинуть образы обнажённого слизеринца из своей головы, но щёки уже успели покраснеть. Малфой же покачал головой и позвал следовать за ним. Они направились в восточную часть поместья, проходя через сады, когда гриффиндорка заметила старого эльфа.       — Элдор, — позвал Малфой, и они остановились.       — Да, господин, — медленно подошёл эльф. Его голос был до ужаса скрипучим.       — Это Грейнджер, она теперь будет тут жить, — указал Малфой на спутницу, и Элдор посмотрел на неё скучающим взглядом. — Грейнджер, это Элдор, он садовник, — она неловко улыбнулась, переминаясь с ноги на ногу под пристальным взглядом пожилого эльфа.       — Рад встрече, мисс, — сказал он совершенно безэмоционально и поковылял обратно к кусту.       Они тоже продолжили свой путь. Зайдя в восточное крыло поместья, коридоры выглядели так же, но здесь было темнее, так как солнечная сторона находилась на западе. Гермиона шла позади, наслаждаясь видом фигуры сопровождающего. Широкие плечи, т-образный силуэт и высокий рост. Он всегда был невероятно красив, но с годами стал только лучше. Драко двигался медленно и стремительно, будто парил над полом, плыл, как призрак, по своему жилищу.       Вдалеке показалась дверь, и подойдя к ней, они остановились. На двери во всю длину располагалась змея, причём Гермиона заметила, что была она достаточно реалистичной.       — Это моя детская, тебе сюда нельзя, — не смотря на спутницу сказал Малфой, и Гермионе в ту же секунду захотелось заглянуть во внутрь. — Если хотя бы дотронешься до двери, тебя откинет в стену, — он окинул девушку предупреждающим взглядом и пошёл дальше.       Еще какое то время они блуждали по Малфой Мэнору. Драко показал гриффиндорке лишь часть комнат от всего Мэнора: расположение личных спален его родителей и общей, тоже родительской. Так же, в этом крыле располагались ещё пара пустующих залов. Когда они проходили мимо комнат эльфов, Гермионе услужливо позволили заглянуть в них. Маленькие кроватки с кучей подушек, шкафчики разных форм, в одной из комнат были даже качели. Все комнатки были разные, индивидуальные для каждого эльфа, но комнату Миппи – Грейнджер узнала сразу. Розовые пледики, сердечки, разноцветные лампочки и множество цветочков наполняли сиреневые стены комнатки. Это было очень трогательно, Гермиона никогда не видела чтоб у домовых эльфов были такие обжитые помещения. Не редко встречалось, что у них и вовсе не было своего уголка.       Дверь четвёртой комнатки приоткрылась, и оттуда вышел молоденький эльф. Драко подошёл к нему и подтолкнул к его в сторону гостьи, малыш выглядел смущённым.       — Это Флик, он новенький, — раздался голос Малфоя. Следом он представил гостью, и эльф запрыгал, хлопая в ладошки.       — Гермиона! Флик вас так ждал! Гермиона кумир Флика! — эльф потопал своими маленькими ножками и обнял девушку. — Мистер Малфой так много мне про Вас рассказывал!       — Не правда, — закатил глаза Драко. — Ты сам донимал меня расспросами, — он метнул искры взглядом. — Иди, проверь убрано ли в гостевых комнатах.       Эльф тяжело вздохнув, разорвал объятия и исчез. Малфой же цокнул, и кивнул головой в противоположную дверь. Здесь располагалась кухня, где они встретили ещё одну эльфийку. Она стояла в фартуке, что то готовя. На вид она была одного возраста с Элдором. Драко познакомил Гермиону с эльфийкой, и пройдя через картину с натюрмортом, что пропустила их, словно мираж, они оказались в светлой столовой, где уже был накрыт обеденный стол.       — Присаживайся, пообедаем, — сказал Малфой, отодвигая для Гермионы резной стул. Она оглядела количество столовых приборов.       — Может, я поем в комнате?.. — взгляд Грейнджер был прикован к пяти вилкам, всё ещё пытаясь вспомнить основы этикета.       Столовая, салатная… Или это закусочная…       Малфой задвинул стул обратно, облокачиваясь на спинку руками, и опустил голову.       — Хорошо. Лирен, — рядом с ними появилась запыхавшиеся эльфийка в фартуке. — Отнеси обед в покои Грейнджер.       Голубые глаза Лирен расширились, и она прикрыв рот ладошкой, спросила:       — Мисс не нравится сервировка? — её ушки опустились и затряслись, а глаза начали наполняться слезами.       Она была так расстроена, и, кажется, сейчас расплачется. Гермиона совсем не подумала какого домовым эльфам, которые старались, накрывая на стол. Гриффиндорке стало ужасно стыдно.       — Нет! Всё прекрасно, — она присела перед ней, взяв её за руку. — Стол выглядит восхитительно! — Лирен посмотрела в сторону стола и опустила уголки губ.       — Тогда в чём дело, мисс? Я всё исправлю! — произнесла эльфийка дрожащими губами.       — Тебе не нужно ничего исправлять, — Гермиона улыбнулась и выпустив руку эльфийки, подошла к Драко.       Он, приподняв одну бровь, снова отодвинул стул для Грейнджер. Она присела, откладывая книгу, что взяла из библиотеки. Постукивая ногтями по столу, взяла столовую вилку. Малфой же обошел стол, садясь напротив девушки. Выглядело достаточно странно, как два человека обедают, занимая середину длинного стола.       — Спасибо за книги, и комната тоже прекрасна, — сказала Гермиона, широко улыбаясь, на что Малфой просто кивнул, и положил салфетку на свои колени.       Гермиона подняла крышку от тарелки, затем переводя взгляд на Малфоя, что держал в своей изящной ладони вилку странной формы, с круглой дыркой в середине. Правой рукой придерживая кусок рыбы, левой он принялся разрезать его на кусочки. Грейнджер хмыкнула и отломила ребром вилки кусочек, наколов – забросила в рот.       Они сидели в полной тишине, лишь звуки пустеющих тарелок раздавались по мраморным стенам столовой. Когда дело дошло до вина, девушке стало жарко.       — Ты не против, если я сниму мантию? Тут так душно, — подложив руки под подбородок, она обратилась к своему спутнику.       Он поднял на неё взгляд, и на его челюсти проступили желваки.       — Не против, — низким голосом сказал Малфой.       Гермиона проследила за его движущимся кадыком, и ей стало ещё жарче. Щёки и так раскрасневшиеся от вина, стали лишь ярче. Она расстегнула пуговицы на груди. Малфой сглотнул. Девушка завела руки за спину, развязывая корсет. Он сделал большой глоток вина. Гермиона кинула мантию на соседний стул, оставшись в майке. Его ладони сжали край стола, и гриффиндорка закусила щеку изнутри, да бы не издать стон от вида его напрягшихся рук.       — Мне пора идти, — сказал он, резко встав, не смотря на неё.       Гермионе так не хотелось чтобы он уходил, не только потому что он вызывал у неё бурю эмоций, но и потому что она надеялась на разговор. Ей нужно было узнать его поближе. Поэтому она решила взять ситуацию в свои руки.       — Малфой, постой, — он поднял на девушку безжизненный взгляд. — Ты показал мне все комнаты Мэнора, но не свою спальню, как мне тебя найти в случае необходимости?       — Я не живу здесь и не ночую здесь. Я сам тебя найду, — он обернулся через плечо. — Если буду свободен, — и развернувшись отправился в сторону гостиной. Грейнджер же осталась сидеть за столом ещё на какое то время, допивая вино.       По истечению бутылки вина, ватные ноги принесли её в комнату. Она зашла в ванную комнату и приподняв майку, стала осматривать раны в зеркале. Антибиотик прекрасно помог и они уже затянулись, поэтому Гермиона сняла бинты, решая принять ванну. Одежда полетела в корзину для грязного белья, почти сразу исчезнув оттуда по велению домовых эльфов.       Набрав тёплой воды, она погрузилась в просторную ванну, которая больше была похожа на джакузи. Рядом с умывальником стоял горшок с тропическим деревом, его листва касалась её плеча, щекоча. Гермиона закрыла глаза и расслабилась окончательно, снова позволив мыслям течь своим чередом.       Он так напряжён рядом со мной, но настаивает на своём присутствии. Эльфы могли провести мне экскурсию, они же могли и лечить меня.        Где я была изначально? Может мы просто аппарировали из одной комнаты Мэнора в гостиную? Почему он не живёт здесь?        Ему наверно так грустно и одиноко после потери родителей. Прости меня, Драко. Я понимаю, как это тяжело. Если я выживу, то обязательно навещу своих маму и папу в Австралии. Просто посмотрю на них.       Что случилось с Нарциссой?       Надеюсь, что она жива.       Может, Драко по этой причине вернулся?       Зачем ему кристалл? Он собирается стать убийцей?       Мне теперь нужно работать над двумя делами одновременно… Пока он будет ошиваться рядом со мной.       — Гермиона? Ой, то есть - мисс, — послышался писклявый голос из спальни. — Это Флик.       — Да, Флик, конечно, что то случилось?       — Флик принёс пижаму для мисс. Флик оставит её на кровати.       — Хорошо, спасибо, — девушка задумалась. — Можешь называть меня Гермиона, — послышались хлопки в ладоши.       — Гермиона такая же хорошая, как описывал господин! Флик счастлив, что появился в этом доме!       И наступила тишина.       Это был самый милый и забавный эльф из всех, что Гермиона видела, и ей подумалось, что они бы подружились с Добби… А Элдор бы точно нашёл общий язык с Кикимером. Эти два старых ворчуна часами бы возмущались на весь мир и друг на друга. Может, Кикимер всё ещё на Площади Гриммо.       Тяжело вздохнув, Гермиона поднялась из уже остывшей ванны, и снова взглянула на раны, кутаясь в полотенце, что достала из шкафчика.       — Миппи…       В ту же секунду появилась эльфийка.       — Да, мисс.       — Если здесь есть заживляющая мазь, не могла бы ты мне её принести?       — Секундочку, мисс.       Эльфийка исчезла и снова появилась с баночкой белого крема.       — Спасибо, Миппи, — Гермиона забрала из маленьких ладошек баночку, и после того как Миппи спросила, нужно ли ей что то ещё, получив отрицательный ответ - исчезла.       Гермиона только открыла баночку, как ей в нос ударил травяной концентрат. Размазав содержимое на раны, предварительно сняв полотенце, и кинув в корзину, она пошла в комнату. Сразу же надев длинную белую ночную рубашку, абсолютно обессиленная забравшись в кровать, девушка уснула.

***

      Безумно мягкие и удобные перины не отпускали Грейнджер, когда лучи солнца щекотали её лицо, подталкивая начать новый день. Первые минуты после сна она чувствовала необычайную благодать. Ей было так легко и спокойно, пока мозг Гермионы не вернулся в реальность, подкидывая тревожные планы и мысли.       Я должна работать. Я здесь не ради отдыха. Я должна им.       Приподнявшись на локтях, она осознала, что ей снова ничего не снилось. Оглядев залитую солнцем комнату, заметила книгу о Непреложном обете, которую забыла вчера за обедом. Как приятно иметь эльфов, а им наверняка приятно здесь жить.       Со стоном, прилагая большие усилия, Гермиона всё же поднялась с кровати. На кресле лежала стопка вещей, что вчера исчезли в корзине. От них исходил приятный запах свежести. И когда она привела себя в порядок, в комнате появилась Миппи.       — Доброе утро, мисс. Мисс желает завтрак? — её глаза горели в предвкушении.       — Доброе утро, Миппи. Да, я бы хотела поесть, — и эльфийка исчезла.       Гермиона вышла на балкон, вдыхая утренний воздух и наслаждаясь природой, но это продлилось недолго, потому что раздался стук в дверь. Эльфы не стучали.       Подойдя к двери и открыв её, девушка вернулась обратно на балкон. Мужчина, что стоял позади неё, начал говорить.       — Мы отправимся сегодня тебе за одеждой, — ставя перед фактом, сказал Малфой.       — Почему мы? — Гермиона наклонилась к перилам и облокотилась на них локтями, рассматривая шарообразные хвойные кусты.       — Я хочу посмотреть, как ты будешь себя вести в обществе под оборотным зельем. К тому же, что то мне подсказывает, что денег у тебя нет.       И как же он был прав.       Она повернулась к нему через плечо, и его глаза на секунду расширились, до того, как фарфор заполонил его лицо.       — Приду через минуту, — сказала ему Гермиона, слегка улыбнувшись.       Он кивнул и пошёл к двери, говоря:       — Сначала завтрак, я жду тебя в столовой.       Интересно, он рассматривал мою задницу?       Насладившись ещё парами минут спокойствия, Грейнджер направилась в столовую. Драко уже занял своё вчерашнее место, и когда она вошла, тот подорвался, что бы отодвинуть ей стул.       Какой джентльмен.       На завтрак были блинчики с каким то до ужаса вкусным сиропом. Не став разбираться с приборами, Гермиона начала есть руками. Окунув свёрнутый блинчик в розоватый сироп, откусила кусочек, и посмотрела на Малфоя, что возился с ножом и вилкой, тщательно кромсая блин на мелкие кусочки.       — Я уезжаю на некоторое время, — сказал он совершенно обыденно, будто это обычный завтрак, будто так было всегда.       — И когда? — проглотив блинчик, спросила Гермиона.       — Сегодня вечером.       Может, это только мне на пользу, я не буду отвлекаться на него.       — Как долго продлится твой отъезд? — от её вопроса Малфой нахмурился.       — Около месяца. Мне нужно привести объект в порядок и сдать его. Говоря об этом. Не ходи больше в кабаки, твоё представление обошлось мне очень… — он прикрыл глаза. — Дорого.       Грейнджер опустила взгляд на стол и заверила его, что больше такого не повторится. Доев блинчики, она по привычке облизала пальцы раньше, чем заметила салфетки. И смутившись, принялась за кофе. Покончив с завтраком, Гермиона дождалась, когда доест Драко. Поднявшись со стола они дошли до каминов. Он остановился и достал из кармана зелье, протягивая девушке.       — Ты испачкалась, Грейнджер — Малфой сжал кулак правой руки. — Ниже левого угла губ.       Вдохнув через рот, гриффиндорка снова смутилась. Подняв руку к своему лицу и стерев сироп в сторону губ, она облизнулась. Послышался треск стекла, и взгляд Гермионы нашёл осколки вместе с окровавленной ладонью Драко.       — Блять! Стой тут, я быстро, — сказав, Малфой убежал прочь.       Что это было?       Миппи появилась с новым флаконом оборотного зелья, и забрав его из её ручек, Гермиона присела на диван в ожидании возвращения хозяина поместья. Её глаза нашли газету, лежащую на журнальном столике. Коротая ожидание, Гермиона раскрыла страницы.       «НОВЫЙ ЗАКОН О ДЕТОРОЖДЕНИИ: ПУТЬ К ПРОЦВЕТАНИЮ МАГИЧЕСКОЙ АНГЛИИ       Ежедневный Пророк, 12 Мая 1999 года.       Министерство Магии объявляет о введении нового закона, направленного на контроль деторождения в магической Англии. Согласно новому закону, полукровки и магглорождённые волшебники теперь обязаны получить разрешение на заведение детей, в то время как чистокровных волшебников будет спонсировать Содружество для поднятия уровня населения чистых кровей магической Англии.       Принятие этого закона обеспечит строгое регулирование процесса деторождения, что позволит поддерживать баланс и качество магического населения. Все незаконно родившиеся дети будут изъяты из семей, а родителей будет ожидать наказание. Методы проведения этих мер не указаны, но несомненно, что всё будет сделано для блага Содружества.       Это новшество в законодательстве, безусловно, приведёт к повышению уровня жизни магической Англии и обеспечит стабильность в обществе. Нет сомнений, что Тёмный Лорд делает всё возможное для своих граждан, ведя их к благополучию! Да приведет его имя к процветанию! Да будет он править вечно.       Мы напоминаем нашим читателям, что занятие сексом без разрешения Министерства Магии может привести к серьезным последствиям! Пожалуйста, обратитесь за советом к вашему ближайшему магическому консультанту перед принятием решения о деторождении. Помните, что ваше волшебство — это ваше будущее, и оно должно быть обдумано с умом и вниманием к правилам и законам Содружества.       Ваша,       Рита Скитер»       Почти физически Грейнджер ощущает, как кипит её кровь, когда она читает эту ужасную статью в Ежедневном Пророке. Сначала девушка испытывает ярость и отвращение от жестокости нового закона, который ограничивает права и вмешивается в личную жизнь людей. Но затем, когда её глаза скользят по словам о требовании разрешения на заведение детей, внезапно в сердце Гермионы возникают новые, непонятные эмоции. Она никогда не думала о детях, не задумывалась о материнстве или семейной жизни. Но сейчас, в этот момент, слова статьи пробуждают в ней нечто новое - мысли о том, что она была лишена этой возможности при изнуряющих поисках крестражей. С тех пор у неё не идут месячные.       Это осознание заставляет Гермиону задаться вопросами о смысле её жизни, о будущем без детей. И даже если она никогда не может иметь своих собственных детей, всё равно чувствует себя связанной с этим вопросом сильнее, чем когда-либо раньше. Её борьба за справедливость только усилится в ответ на такие несправедливые законы.       Видимо все эмоции отразились на лице Гермионы, потому что она услышала «Кхм» от Драко, что стоял около камина, неизвестно сколько времени. На его руке не было и следа от порезов.       — Эффект действует два часа, — сказал он, согнув руку в локте, когда девушка подошла.       Выпив зелье, Гермиона вложила свою руку в его, и они исчезли в камине.       Приземляясь в камине проходной, Гермиона отпускает Драко и они оказываются в будто бы другом мире. По обе стороны переулка магического Лондона расположены роскошные бутики, наполненные изысканными нарядами и украшениями, созданными из самых драгоценных материалов и с помощью волшебства самых талантливых модистов и ювелиров. Витрины магазинов сияют блеском и красотой, привлекая внимание своими модными трендами и уникальными дизайнами. Здесь можно найти всё – от элегантных мантий и платьев, украшенных драгоценными камнями и вышивкой, до стильных аксессуаров и украшений, призванных подчеркнуть индивидуальность каждого волшебника и ведьмы.       Вдоль витрин грациозно прогуливаются люди из высших кругов магического общества. Их величественная осанка и непринужденное обаяние наводят восхищение, а их утонченный вкус и стиль вызывают восхищение. Одетые в изысканные наряды и украшения, они выглядят словно вышли со страниц модных журналов магического мира.       Здесь нет ни одного Пожирателя, будто это закрытый привилегированный клуб идеального общества по мнению Волдеморта. Скорее всего так и есть.       — Малфой, куда ты меня привёл?!       Просматривая эти образы, Грейнджер чувствует себя неловко, как будто оказалась на чужбине, вдали от своего естественного элемента. Среди этих величественных и спокойных индивидуумов, окутанных атмосферой благополучия, она чувствует себя неуклюжей. Её ум и сердце всегда принадлежали миру знаний и образования, обычному человеческому миру, с джинсами и свитерами, а не миру роскоши и богатства.       — Подобрать тебе нормальную одежду, — надменно посмотрев на Гермиону, он окинул взглядом её экипировку.       — Мне не нужна нормальная, мне нужна удобная.       Скрестив руки на груди, гриффиндорка хмыкнула, и Малфой закатил глаза.       — Давай хотя бы посмотрим, — Драко положил руку ей на спину и подтолкнул вперёд.       Пройдя несколько шагов, они зашли в бутик, где их встретил утончённый мужчина средних лет. Он приподнял свои тоненькие очки, и посмотря на пару, воскликнул:       — О! Мистер Малфой! Как приятно видеть вас снова, вместе с прекрасной спутницей, — продавец широко улыбнулся, и поцеловал руку Гермионы.       — Здравствуй, Даниэль, подбери что то для моей дамы, — подмигивая, сказал Малфой, и девушка ткнула его локтём в бок.       — Конечно! Сейчас! — Даниэль взмахом палочки окружил Гермиону нитями, что изучали её тело. Спустя пару секунд к ним левитировали несколько образов.        В магазине, окруженная нарядами, она не могла устоять, чтобы не рассмотреть каждый из них ближе. Простое, но элегантное платье из мягкого шёлка, украшенное нежным цветочным узором и лёгкими рюшами на плечах, представляло образ женственности и стиля, сохраняя при этом комфорт для повседневной носки. Наверно такое носят чистокровные жёны пожилых Министров.       Затем её внимание привлекла мантия из тонкого кашемира с простым кроем и классическим дизайном. Это было идеальное пальто для офиса или повседневной жизни, придающее образу шарма на границе с элегантносью. Гермиона бы сама такое носила, если бы работала в Министерстве Магии, однако, это только в мечтах.        А вот брюки из мягкого хлопка заинтресовали двушку куда меньше. Их высокая посадка и утонченные линии делали их идеальным выбором для деловых встреч в поместье или прогулок по городу с молодым человеком. Они хорошо счетались с блузкой с легкими оборками. Гермиона представила, как убивает генерала в этой очаровательной одежде.       И, наконец, пиджак из мягкой шерсти приковал её внимание своим аккуратным приталенным силуэтом с классическим дизайном. Что то похожее Гермиона носила в Хогвартсе.       — Какие прекрасные наряды Вы продаёте, Даниэль! — гриффиндорка попыталась воссоздать на своём лице восхищение.       — Тогда я перемещу их в примерочную, мисс?       Она только собиралась возразить, но Малфой не дал ей сказать.       — Да, конечно. Милая, примерь их, — он обольстительно улыбнулся, и перевёл на Гермиону угрожающий взгляд.       Грейнджер провела ладонью по его плечу и отправилась в примерочную. Посмотрев на себя в зеркало, точнее на действие зелья, она увидела девушку с русыми кудрявыми волосами. У неё были зелёные глаза, обычный носик и губы галочкой. Щёки же имели естественный румянец, а кожа была светлая с розовым подтоном, и едва заметные веснушки тянулись с центра носа, переходя на скулы. Она была симпатичной.       Взяв платье, и надев его, Грейнджер не смогла застегнуться, поэтому выглянув из за ширмы, она закричала:       — Дорогой! Помоги мне с платьем, — Гермиона смотрела на Драко самым влюблённым взглядом, который ей, к слову, даже не нужно было изображать.       Малфой стоял с руками в карманах, и беседовал с продавцом, но как только услышал возглас о помощи, его глаза на секунду расширились, и он пошатнулся, прежде чем направиться в примерочную. Драко шёл к Грейнджер прищурив глаза, и наконец, когда он остановился позади, смотря на их отражение в зеркале, девушка отвернулась, закусив губу. Он возвышался над Гермионой, словно хранитель её тела, когда его взгляд проскользил по фигуре девушки. Это было интимно, близко и властно. Малфой стянул платье по бокам и медленно застёгивая его, прошептал девушке на ухо, обжигая её шею:       — Не надейся ещё раз увидеть джинсы, Грейнджер, — она вдохнула. — Тебя сразу же узнают по маггловской одежде, — она выдохнула. — Только в таких образах ты можешь появляться в оживлённых частях магического Лондона, — мурашки пробежали по её спине. — Не смей появляться в маггловских частях, там слишком опасно, — мурашки достигли её шеи в момент, когда платье застегнулось.       Всё ещё стоя впритык, чувствуя его тепло в пару дюймах, Гермиона снова взглянула на отражение и провела руками по платью. Оно сидело идеально.       — Но мне понадобится более неприметная одежда, — гриффиндорка подняла волосы, обнажая шею. — Например для покупки ингредиентов на чёрном рынке, — переложила волосы на левую сторону. — Или для их сбора, — повернулась к Драко, заглядывая в глаза. — И я хочу ходить в поместье в джинсах, мне так удобно, — склонив голову влево, она улыбнулась.       Ледяные глаза смотрят в глубины её души, пробуждая огонь, разжигая и волнуя. Он склоняется к ней, почти касаясь своей челюстью её щеки. Сердце Гермионы замирает.       — Тогда я куплю тебе эти чёртовы джинсы, Грейнджер, — бархатный голос раскатывается по телу девушки, устремляясь вниз живота.       И в то же мгновение, Малфой разворачивается на каблуках, подходя к Даниэлю, говорит, что они берут всё, добавляет что то про обувь, и выходит на улицу. Гермиона склоняется к стене, тяжело дыша, пытаясь успокоить свой рассудок. Достает из сумки палочку и накладывает охлаждающие чары. Ей становится немного легче. Снимает платье, и переодевается в свою экипировку. Грейнджер пытается связать этот инцидент с незнакомой девушкой в облегающем платье, будто сняв его, она сняла другую себя. Успокоившись, выходит на улицу, ищет глазами Малфоя, но его нигде нет. Как вдруг сильная рука стискивает её локоть, и вталкивает в камин. Как только они оказываются в Мэноре, он ни говоря ни слова, уходит.

***

      Вторая половина вчерашнего дня прошла в искрящемся молчании. Они обедали и ужинали в полной тишине. После быстрой трапезы, Малфой поднимался и сразу же исчезал, а вечером даже не попрощался. Гермиона утешала себя тем, что, наверно, это было правильно. Нужно держаться от него на дистанции, потому что он сводит её с ума.       Проснувшись сегодня утром, она попросила Миппи каждый день приносить Ежедневный Пророк и чашку кофе. И утро было бы добрым, если бы Гермиона сразу же не раскрыла газету.        «СТРАТЕГИЧЕСКИЕ ПЛАНЫ ТЁМНОГО ЛОРДА: НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ ДЛЯ СОДРУЖЕСТВА       Ежедневный Пророк, 13 Мая 1999 года.       Тёмный Лорд, великий лидер Содружества, объявил о новых стратегических планах по расширению влияния магического мира. Эти амбициозные планы направлены на укрепление магической силы и обеспечение будущего Содружества.       Наиважнейшим элементом новой стратегии является формирование наследия волшебного мира в различных странах. Страны, которые могут принять участие в этом процессе, включают в себя: Швецию, Германию и Японию. Эти страны представляют собой потенциальных партнёров в создании мощного международного Содружества, способного повлиять на мировые события и обеспечить защиту магических интересов.       Кроме того, в рамках новых стратегических планов предусмотрено разделение магических школ для чистокровных и волшебников, чей магический потенциал уменьшен. Это позволит более эффективно развивать таланты и способности каждого ученика, создавая оптимальные условия для их развития и процветания.       Внимание! Сенсация!       В последних новостях наблюдается буря эмоций: Драко Малфой, известный бизнесмен и завидный жених, был замечен в компании притягательной юной леди. Сплетники не умолкают, предполагая, кем она может быть. Интрига возрастает с каждым днём, когда известный колдун ведёт её по дорогому торговому району, приобнимая за спину. Кто эта загадочная дама и как она связана с будущим Драко Малфоя? Все глаза направлены на них, ожидая развития событий.       Будущее магического мира наполнено новыми возможностями. Содружество стремится к новым высотам, благодаря великому Тёмному Лорду. Да приведёт его имя к процветанию! Да будет он править вечно.       Ваша,       Рита Скитер»       — ЧТО?! — Гермиона вскрикнула.       Её эмоции катались на волнах противоречий. С одной стороны, было приятно видеть себя в роли объекта внимания, ассоциируясь рядом с человеком, которого она когда-то считала своим врагом, но была тайно влюблена. Где-то глубоко внутри она мечтала о таком заголовке. Но не в нынешних реалиях.       Это было сложно, учитывая их натянутые отношения. Они не пара, и слухи о связи только усложняли их уже тяжелую ситуацию. Жить в мире, где правит Волдеморт, и быть считаемой террористкой, добавляло к этому ещё больше опасности, привлекая внимания к её хоть и ненастоящей, но персоне.       В комнате появились Миппи и Флик с пакетами и коробками.       — Привет, Гермиона! — Флик, поставив пакеты и отложив коробки, задрал нос улыбаясь. Девушка подмигнула эльфу.       — Флик, разложи одежду, — шикнула на малыша Миппи и подошла ко Гермионе. — Господин оставил мисс средства для проекта.       Эльфийка протянула ей бархатный чёрный мешочек с галлеонами, когда Грейнджер взяла её за руку.       — Да, мисс?       — Малфой что то передавал?       — Нет, мисс… — она опустила глаза и тяжело вздохнула.       Грейнджер сжала её руку крепче.       — Тогда сразу же сообщи мне, когда он вернётся.       Когда Миппи исчезла, а Флик принялся раскладывать вещи по полкам. Гермиона открыла мешочек. На него были наложены чары расширения, потому что тут находилось целое состояние золотых монет. Кажется, около десяти тысяч галлеонов. На эти деньги можно было бы прожить пять лет, ни в чём себе не отказывая. Малфой неприлично богат.       Отложив мешочек в ящик тумбочки, гриффиндорку привлекла книга о Непреложном обете, и взяв её в руки, она устроилась рядом с камином. Треск поленьев гипнотизировал Гермиону, погружая в буквы, рисуя таблицы в её голове.       «Непреложный Обет: Страшная Сила Клятвы»       Автор: Элизабет Старфелд.       «В магическом мире существует один из самых страшных обрядов – Непреложный Обет. Этот обряд, известный также как Клятва, представляет собой магическую привязку, навязываемую одним волшебником другому, с целью обеспечения выполнения определенного обещания или договора.       Смысл обряда заключается в том, чтобы создать непреодолимую связь между двумя волшебниками, которая обеспечит выполнение условий клятвы. Процесс состоит из нескольких шагов. Сначала свидетель, часто третья сторона, создает магическую нить, которая связывает сердца и души обетующих. Затем происходит кровопускание, символизирующее серьезность и непреложность клятвы. Каждый обетующий должен коснуться крови другого, чтобы заключить сделку.       Но последствия нарушения Непреложного Обета – нечто необратимое. По магии, если хоть один из обетующих нарушает клятву, он немедленно подвергается мгновенной смерти. Это магическое заклинание непреодолимо и никакие уловки не могут обойти его могучую силу.       Непреложный Обет является самым серьёзным и опасным обрядом в магическом мире, который требует от обетующих полного соблюдения условий клятвы под угрозой самой жизни.»       — Что это за книжка? Там есть картинки? Флик очень любит картинки!       Оторвавшись от книги, Гермиона увидела Флика, что стоял перед ней и заинтересованно переминался с ноги на ногу.       — Это очень старая книжка о Непреложном обете, и, к сожалению, картинок я тут пока не видела, — Флик подпрыгнул от названия книги.       — Флик слышал про такое! Флика это пугало! — малыш обнял себя руками. — Бывший хозяин Флика был связан, и стал злым… — ручейки потекли из его глаз, и Гермиона обняла его, когда он заикающимся голосом продолжил. — Хозяин держал Флика в клетке и издевался, — малыш затрясся.       — Что стало с хозяином? Как ты освободился? — спросила она, поглаживая его маленькую спинку в причудливой полосатой кофточке.       — Господин убил его, и Флик сам пошёл за господином, — он посмотрел на девушку красноватыми от слёз глазами и улыбнулся. Гермиона вытерла его слёзы и усадила на кресло рядом с собой.       — Малфой хорошо к тебе относится?       — Да! Господин ко всем домовым эльфам относится хорошо и даёт монетки каждую неделю! Флик тратит их на сладкое! — эльф заёрзал в кресле.       В её душе разрасталось тепло от мысли, что Малфой обеспечивал своих домовых эльфов, что они не были его рабами. Это была какая новая грань его личности. Добродетель.       Пока Гермиона думала о недавно открывшихся чертах Драко, в комнате появилась Лирен, и ругаясь на Флика, называя его ленивым проказником, забрала с собой. Кажется, малыш обрёл здесь любящую семью, и Малфой был её частью.       Улыбаясь в пустоту, гриффиндорка продолжила изучать содержимое книги.       «После того как волшебники заключают Непреложный Обет и проходят через обряд клятвы, на их теле появляются необычные отметины, свидетельствующие о навязанной связи. Эти отметины представляют собой золотистые пересечения нитей, которые словно вплетены в их кожу, создавая уникальные узоры и символы.       Эти золотистые пересечения нитей, иногда называемые «магическими рунами», становятся частью тела обетующих и олицетворяют их магическую связь. Они являются непреодолимым символом клятвы, напоминая волшебникам о серьезности их обязательств перед друг другом. Ометины видимы не только волшебникам, заключившим клятву, но и могут быть замечены другими волшебниками, способными видеть и ощущать магические эффекты.»       — Мисс желает пообедать?       Отрицательный кивок головы.       «Существует известие о том, что иногда в магическом мире практиковались изменённые версии Непреложного Обета с применением тёмной магии. Однако такие случаи встречаются крайне редко, и они являются предметом строгого осуждения и наказания со стороны магического сообщества.       Измененные версии Непреложного Обета обычно включают использование темных заклинаний и тёмной энергии для укрепления связи между обетующими. Они могут иметь различные формы и последствия, но всегда носят угрозу не только жизни тех, кто заключает клятву, но и окружающих. Были случаи, когда некоторые волшебники решали пойти на такие экстремальные меры. Такие случаи часто вызывали возмущение в магическом мире, и меры были приняты для предотвращения подобных практик в будущем.       Считается, что измененные версии Непреложного Обета являются свидетельством магического развращения, и их непримиримое отвержение свидетельствует о стремлении магического сообщества к сохранению чистоты и справедливости..»       Снейп был прав. Уставший мозг получил непомерное облегчение от этой информации, приводя Гермиону к лёгкой эйфории. Ключ к разгадке, который она так долго искала. В её голове, как в пазле, добавилась еще одна часть, и теперь картина начинает складываться в цельное изображение. Получается, каким то образом, Волдеморт использовал свою любимую тёмную магию, чтобы привязать своего генерала. Но даже с этой информацией остаются вопросы:       Каким образом он это сделал, какие ресурсы и заклинания были задействованы? Как проходит обряд, а самое главное какое контрзаклинание? Умрёт ли генерал от обычной Авады, или клинка? Может, мне понадобится меч Гриффиндора или клык Василиска?       Есть только один способ проверить это. Но как мне его найти? Как загнать генерала в ловушку, не раскрывая своей личности? Как подступиться к нему? Внедриться в их общество с помощью Малфоя…       Переписав важные цитаты из книги на пергамент, она записала туда свои мысли и планы. Это помогало Гермионе разложить всю информацию и догадки по полочкам, что бы наглядно отследить прогресс.       Покончив с записями и спрятав пергамент, девушка решила наконец то переодеть пижаму. Подойдя к шкафу, она осмотрела все эти дорогие наряды, проводя по ним рукой. Вся вешалка пестрила различным тканями и цветами. Раскрыв следующую створку, Грейнджер ехидно улыбнулась. Невероятное количество джинс занимало большую часть шкафа: синие, голубые, чёрные, серые, коричневые, с потёртостями, облегающие и прямые. На любой вкус и цвет. Мысленно поблагодарив Драко, Гермиона выбрала синие скинни, так полюбившиеся ей за время обучения в Хогвартсе. Они были безумно удобными, и её бёдра выглядели в них притягательно. Она это прекрасно знала.       Натянув джинсы, Гермиона выбрала верх. Простая хлопковая коричневая кофточка на пуговицах в районе груди обняла её тело, словно вторая кожа, совершенно не чувствуясь. И девушка отправилась в лабораторию, заниматься своим вторым заданием.

***

      Прошло две недели, когда Гермиона наконец смогла прийти к первому ингредиенту для создания целительного кристалла. Вербена. О её целительских свойствах гриффиндорка конечно же слышала, но растение обычно использовалось только для защиты от магических существ и других волшебных расс, например, от вампиров. В нынешние времена, она была не то что бы на вес золота, её в принципе тяжело было найти всегда, но сейчас это казалось невозможным. К тому же, она не росла в Англии, что расстроило девушку.       О вербене, которая использовалась для лечения Грейнджер прочитала в каком то древнейшем свитке, что лежал в книге по целительству датируемой семьсот шестьдесят восьмым годом. Это была чья то заметка написанная от руки, вложенная в главу тридцать два, что гласила о травах против действия яда ночницы. Если сопоставить примерный возраст кристалла и эту записку, девушка пришла к решению, что в то время магический мир был менее контролируемым, и вербена вполне могла экспериментально использоваться для кристалла. Химические свойства вполне подходили, особенно пыльца. И защитные свойства были проводником, с помощью которого Гермиона создала подвеску.       Поэтому одевшись в экипировку, Гермиона решила проведать самое дурное место магического Лондона. Приняв оборотное зелье, что принесла ей Миппи, и зайдя в камин, у неё было ровно два часа на поиск вербены. Она отправилась в Развал.       Гермиона вышла из камина, находясь в самом сердце Развального рынка. Расположенный в подземельях старых зданий, он выглядел как лабиринт тёмных переходов и застывших теней.       Вокруг девушки смутно различались тёмные фигуры, покрытые плащами и капюшонами. Некоторые из них были торговцами тёмной магией, а другие – клиентами, готовыми купить или продать запрещённые артефакты, головы магических животных… И даже людей.       Стены усеяны зловещими символами и зеркалами, отражающими множество лиц, окутанных мраком и тайной. Мерцающие свечи освещают скрытые уголки рынка, где торговцы предлагают свои услуги и товары. Столы и прилавки уставлены различными предметами: от драгоценных артефактов и реликвий до частей тел и нелегальных заклинаний, способных нанести непоправимый вред.       На этом рынке нет места для законных сделок или добрых намерений. Здесь царит лишь тьма и предательство, а те, кто решает рискнуть, должны быть готовы к тому, что всякий выбор может иметь катастрофические последствия.       По мере того как Грейнджер продвигалась по мрачным переходам Развала, удушающий запах гнили и разложения наполнял воздух, будто вещание бедствия. Бедные души, что там ошивались, оказались облачёнными в лохмотья. Их внешность отражала их почерневшую душу: искажённые лица, исцарапанные и измученные, были источником тревоги и отвращения.       Когда они заметили её присутствие, то собрались вокруг неё, издавая зловещий хохот и шёпот. Их пустые глаза, бездонно сверкали в тусклом свете свечей, словно призраки, готовые поглотить Гермиону в свои безумные кошмары. Они качались на полу, бормоча бессвязные слова, испуская угрозы. Холодный озноб охватил гриффиндорку, когда они подошли ближе.       Стараясь не обращать на них внимания, Гермиона прошла дальше, снуя между безликих покупателей. Подошла к первому прилавку с травами и получила отказ. Обратилась к непомерно толстому грязному мужчине, что держал перед собой ларец с товарами. Снова отказ. Нашла дёрганного лысого мужчину в татуировках с развешенными растениями, на что он сказал обратиться к старику через три поворота. И вот, повернув к самой последней и самой жуткой лавке с травами, Гермиона подошла к ней, и сглотнула, стараясь убрать ком из горла.       Перед Гермионой возник омерзительный продавец, чья внешность пробудила в девушке неподдельное отвращение. Его лицо было искажено грубыми шрамами и пятнами порчи, словно он сам был произведением тьмы. Тёмные глаза, полные безжалостного желания, сверкали во мраке, подобно двуи пламенным углям в бездне ада, а его веки были опухши и покрыты синяками.       Он был одет в рубаху, облепленной пятнами крови и грязи. Волосы – спутанные и засаленные, казались венцом тьмы на его голове, а его кожа, зеленовато-синяя, была изъедена рубцами и язвами от бесчисленных мук.       Он развёл свои костлявые чёрные руки, и широко улыбнулся беззубой улыбкой.       «Добро пожаловать», — раздалось в голове шипящими звуками, и Гермиона застыла от страха. Он был легимент. Он в её голове. И она ответила.       «Добрый вечер, сэр».