Единственный

Аватар Гао Тяньяна в WeChat - Свет Вселенной по прозвищу "бум", предположительно, самопровозглашенное начало всего сущего.  По словам Сун Сижуи, первоначальный ник этого человека - английская версия Big Bang, результат столкновения с именем человека, поэтому сохранилась половина, названная "bang", - это каламбур, что он поджарый и великий. Но когда Сун Сижуи и его группа назвали его "Банг-Банг", он так разозлился, что сменил ник.  Шэн Ван тоже павлин, он не может смириться с тем, что другие хвастаются у него под носом, поэтому он отметил этого одноклассника Бума как "простого и незатейливого Гао Тяньяна".  В это время простой и незатейливый Гао Тяньян послал ему голосовое.  Шэн Ван открыл его, не обратив внимания, и в его телефоне внезапно раздался взрыв смеха. Шэн Минъян и Цзян Оу одновременно посмотрели на него.  Ебена мать.  Он быстро закрыл это и отключил голосовой ввод сообщений. Скромный Гао Тяньян: Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха. Я видел фотографию, брат Си прислал ее мне, подождите, я пришлю ее вам.  В следующую секунду на экране Шэн Вана появились уродливые фотографии.  На фотографии два бандита держатся за головы и сидят на корточках в углу ресторана-барбекю, выглядя так, будто не смеют говорить от злости. Это фото, вероятно, сделано Чжао Си. Оно идет по кругу с востока на запад, север и юг, показывая их жалкий вид на 360 градусов.  Простой и незатейливый Гао Тяньян: брат Шэн посмотри на лицо, это два маленьких идиотов, которые похоронили тебе Консервы: Лицо я не узнаю.  Простой и незатейливый Гао Тяньян: ......  Консервы: зависит от прически, да.  Простой и незатейливый Гао Тяньян: Блин.  Гао Тяньян: Почему ты все еще задыхаешься, мне все равно, я сегодня просто указал на них и посмеялся! ! !  Шэн Ван был очень крут, но ему было не до смеха с Гао Тяньяном. Он думал, как в мире может быть такое совпадение, эти два идиота просто надули его утром и получили плохую карму вечером.  Он подозревал, что это как-то связано с Цзян Тянем, но доказательств у него не было. — О чем мы болтаем? — Шэн Минъян открыл для него банку с напитком: —Иногда смеясь, а иногда серьезно.  Шэн Ван не ужинал дома с тех пор, как поступил в пристроенную среднюю школу. Единственный раз он ужинал в тот день, когда впервые встретил Цзян Тяня, и то после размолвки, когда он всю ночь голодал.  Сегодняшняя трапеза считалась первым настоящим совместным ужином. Он, Шэн Минъян и Цзян Оу сидели за столом и ждали Цзян Тяня.  После контрольной по химии во второй половине дня Цзян Тяня отозвал незнакомый учитель. Говорят, что этот учитель - управляющий школой, прикрепленный к сети средней школы, он свел Цзян Тяня с ним, и каждый раз, когда что-то пойдет не так, он будет вызывать Цзян Тяня к себе.  Цзян Тань предупредил Шэн Вана перед уходом, сказав, что вернется позже и что ему не нужно ждать его на ужин, но Шэн Минъян был очень настойчив - дети впервые согласились есть за одним столом, так как же они могли двигать палочками без присутствия всех людей. Шэн Минъян все это время путешествовал. На самом деле ему была непонятна причина смягчения отношения Шэн Вана и Цзян Тяня, но это не мешало ему радоваться и изображать на лице ликование. Это проявилось в том, что раньше он не стал бы смотреть на телефон Шэн Вана, а сегодня не обратил внимания на разговор и задрал голову.  Шэн Ван не был с ним так близок уже давно, год-два, три-пять лет? Он не мог вспомнить ясно.  В детстве у него не было крепкого здоровья, и он был худым, без нескольких пар мяса. Шэн Минъян часто поднимал его над головой, чтобы он мог кататься на его шее, и говорил матери Шэн Вана: — Мы неправильно его держим, кошки, которые есть у твоего отца, тяжелее его, в случае драки Ванцзы не обязательно сможет его победить.  Тогда Шэн Ван стал дергать его за ухо, а он все время притворялся, что ему больно, и кричал.  Он был очень занят и беспечен, брал Шэн Вана с собой играть, часто сталкиваясь друг с другом, но каждый раз, когда он возвращался из командировки, Шэн Ван брал его большие тапочки и, как кот, приседал над прихожей, ожидая, когда он наденет их и войдет в дверь.  Эта близость длилась до тех пор, пока Шэн Вану не исполнилось 10 лет, и эти два года они были в некоторой степени зависимы друг от друга. Иногда Шэн Вану снилось, что его матери тяжело посреди ночи, и она, придерживая одеяло, ложится в кровать к Шэн Минъяну. Кажется, что если рядом с тобой кто-то есть, ощущение дискомфорта станет легче.  Позже ...... возможно, в подростковом возрасте, возможно, потому что Шэн Минъян стал более занят, такую близость стало трудно поддерживать.  Шэн Ван до сих пор просыпается среди ночи, но когда он толкает дверь соседней спальни с одеялом, то не может найти никого, кто бы втиснулся к нему. Дом, в котором они жили, становился все больше и больше, а он бродил сверху вниз, пил воду, ел, переключал каналы телевизора, играл в игры и, наконец, засыпал один на диване.  Спустя долгое время ему уже не нужно было ни с кем сближаться.  Он стал часто очерчивать для себя территорию - не подниматься наверх, если все в порядке, не стучать в дверь комнаты, если все в порядке, и лучше не вмешиваться слишком сильно в пустяковые дела по дому. Он редко выходит из себя, потому что это действительно не изящно, но во многих вещах, не выходящих из себя, можно также обнаружить его отвращение.  С тех пор между отцом и сыном существует дистанция. Кто-то считает, что это называется "открытостью", но Шэн Ван в глубине души прекрасно знает, что между ним и Шэн Минъяном это называется "вежливостью".  Стоит ему только поднять глаза, как Шэн Минъян оторвал взгляд от экрана мобильного телефона и с улыбкой сказал: — Эй, извини, папа был так счастлив, что немного забыл, не хотел смотреть.  Шэн Ван не заблокировал телефон, и его чат с Гао Тяньяном был просто разложен на столе, чтобы отец мог видеть его, как ему заблагорассудится, но Шэн Минъян не стал снова высовываться.  — Это ученик класса А, да? — Шэн Минъян небрежно спросил.  — Хм... — Шэн Ван не поднимал головы, его пальцы летали по экрану, набирая текст в чате.  Смех, который издал Гао Тяньян, показал, что они в хороших отношениях, и Шэн Минъян с довольным лицом сказал Цзян Оу: — Этот парень очень хорош в этом, он очень быстро адаптируется, куда бы он ни пошел, и он может позвонить своим друзьям уже через несколько дней после того, как останется там.  Пальцы Шэн Вана на мгновение замерли, не зная, что придумать. Но вскоре он возобновил набор текста и нажал кнопку "Отправить".  Консервы: Брат Си рассказал, как их поймали?  Консервы: это слишком большое совпадение, кто-то помогает.  Простой Гао Тяньян: Я общался с братом Си. Он не знал, что эти два гангстера обманули вас сегодня утром. Я сказал ему, что это, должно быть, совпадение.  Он также отправил скриншот чата. На скриншоте Чжао Си выглядел совсем не на десять лет старше, набрав несколько смайликов подряд, чтобы показать свой шок.  Гао Тяньян: Видишь, это называется небесное правосудие.  ......  Шэн Ван достал журнал чата, и его внимание вдруг что-то привлекло.  Он снова щелкнул по фотографиям двух парней, и на одной из фотографий были запечатлены ботинки зрителей, как ближних, так и дальних, причем самый дальний стоял за каким-то столом, почти за пределами камеры, так что его можно было и не заметить, если не обращать внимания.  Шэн Вану на первый взгляд показалось, что обувь с цветовой гаммой немного знакома, он увеличил фотографию, и наконец смог убедиться, что это не знакомо, он действительно видел, только у него дома во входной двери обувного шкафа.  Не говоря ни слова, Шэн Ван встал и направился в гостиную.  Шэн Минъян вздохнул и спросил вслед за ним: — Что случилось, не ешь? — Ешь, — Шэн Ван повернулся к прихожей, не оглядываясь: — Тапочки неудобные, я сменю их на другую пару.  Учитывая, что он всегда был очень избирателен, Шэн Минъян не удивился его внезапному решению сменить обувь.  Шэн Ван открыл тумбочку для обуви, чтобы взглянуть на нее, и увидел, что пары туфель, изображенной на фотографии, сегодня там нет - их кто-то носил.  Он смотрел на пустое место в колонке, и вдруг с места напротив двери послышался звуковой сигнал пароля. Шэн Ван на мгновение был ошеломлен, но затем внезапно пришел в себя.  Его мобильный телефон завибрировал, он посмотрел вниз и увидел, что Гао Тяньян все еще использует слово "Тянь" для образования слов. Он на мгновение поджал губы и поспешно набрал текст.  Простой и незатейливый Гао Тяньян: У Бога есть глаза!  Простой и незатейливый Гао Тяньян: Небесная сеть открыта.  Консервы: Давай больше не будем говорить.  Простой и незатейливый Гао Тяньян: О, что-то не так?  Консервы: Хмм  Консервы: Небо надвигается.  Простой и незатейливый Гао Тяньян: ？？？？？  Цзян Тянь не ожидал, что кто-то будет стоять в прихожей, и чуть не ударил Шэн Вана по лицу, когда тот вошел.  — Что ты здесь стоишь? — Он резко затормозил и вопросительно нахмурился.  Шэн Ван открыл рот и вдруг оглянулся.  Шэн Минъян и Цзян Оу болтали и шутили. Кухня находилась далеко от вестибюля, и сейчас были далеко не сумерки, поэтому они не слышали, как Цзян Тянь открыл дверь.  Шэн Ван неосознанно понизил голос: — Ты слышал, что этих двух сопляков поймали?  Цзян Тянь достал свой мобильный телефон и сказал: — Гао Тяньян всю дорогу докладывал мне в режиме реального времени  Большой оратор, безусловно, заслуживает своей репутации.  — Он и мне об этом сообщил, — Шэн Ван посмотрел на его светлые глаза, отражавшиеся от дверной лампы, и спросил — Ты нашел их?  Цзян Тянь наполовину присел на корточки, чтобы сменить тапочки: — Что я нашел? — Эти два идиота, которые меня обманули, — Шэн Ван спросил: —Ты нашел их?  Цзян Тянь на мгновение поднял глаза, а затем опустил их обратно, чтобы продолжить расстегивать ботинки: — Откуда у меня время? — Ты не ходил в барбекю-ресторан? — Шэн Ван снова спросил.  — Нет. — Цзян Тянь сухо ответил: — Я только что вышел из компьютерного зала.  Шэн Ван "О", молча щелкнул по фотографии, чтобы увеличить ее. Он наклонился, поджав колени, поднес экран мобильного телефона к носу Цзян Тяня и спросил: — Чжао Си послал фотографию Гао Тяньяну, а Гао Тяньян переслал ее мне, и я подумал, что эти туфли довольно крутые, почему бы тебе не взглянуть?  Цзян Тянь поднял глаза и не смог оторвать шнурок.  Он отпустил пленку и тяжело вздохнул, затем встал прямо и посмотрел на Шэн Вана с опущенными веками, что означало: "Пока я не хочу говорить, мир не хочет, чтобы я говорил".  Шэн Вану вдруг захотелось рассмеяться.  Его первое впечатление о Цзян Тяне было, что он - боксер, потом он подумал, что он холодный и не любит разговаривать, а теперь он думает, что он крутой, но очень веселый.......  Шэн Ван подавил улыбку и несколько секунд смотрел в сторону кухни, а затем выпрямился и, схватив Цзян Тяня за шею, потащил его к входной двери. — Повтори еще раз, это тот человек, которого ты ищешь? — Выйдя за дверь, Шэн Ван уже не так сильно подавлял свой голос.  Цзян Тянь был немного выше его, поэтому он мог только склонить свое тело и опустить голову, когда его так подсаживали. Он опустил глаза и увидел Шэн Вана, указывающего на него, его изогнутые глаза были полны смеха.  — Сначала отпусти, — Цзян Тянь напрягся.  — Это невозможно! — Шэн Ван дерзко, словно был уверен, что собеседник не повернется к нему лицом: — Вы собираетесь давать объяснения? Если ты не дашь отчет, мы оба умрем здесь.  — ....  У Цзян Тяня болела голова, и он долго и твердо говорил: — Силэ сделал фотографию там. Друг Чжао Си, который владеет рестораном-барбекю, знает много людей, поэтому я отправил ему фотографию.  — Я так и знал, — Шэн Ван повернулся лицом.  Цзян Тянь на мгновение замер, он не понимал, почему Шэн Ван мог так уверенно "знать", ведь многие люди, чьи отношения должны быть более близкими, редко говорили ему "я знал".  — Я должен сменить твое имя, — Шэн Ван наконец отпустил его, пожал ему руку и сказал: — Делая добрые дела, не оставляя имени, я должен отметить тебя как современного живого Лэй Фэна[1].

[1]Лэй Фэн - китайский сирота, воспитанный Народно-освободительной армией Китая, «безымянный герой», жизненный подвиг которого полностью заключался в бескорыстной помощи старшим товарищам, крестьянам и старикам.

 Цзян Тянь надавил ему на шею и холодно сказал: — Ты не смеешь. — Что же я не решаюсь, пойдем, зайдем и поедим, — Шэн Ван достал мобильный телефон и набрал номер, направляясь внутрь.  Цзян Тянь последовал за ним, наконец-то закончив переобуваться.  Мобильный телефон внезапно завибрировал дважды, Цзян Тянь достал его, чтобы взглянуть, и увидел, что в WeChat появилось еще два новых сообщения, оба от человека, который шел к кухне впереди него.  Консервы: Спасибо.  Консервы: особенно круто видеть, как этих двоих бьют, правда.  Цзян Тянь немного подумал и ответил: наблюдение за коридорами школьного здания тоже можно настроить, и если мы его проверим, то узнаем, не вмешивался ли Чжай Тао.  Но дело еще не сделано, результаты не подведены, рано говорить об этом кому-то, похоже, это приглашение приписать себе заслуги. Цзян Тянь просканировал все предложение, почувствовав себя немного ребенком, и нажал кнопку удаления, чтобы очистить поле ввода.  Хотя разговор в WeChat в тот день остановился на Шэн Ване, а Цзян Тянь, как всегда, ценил слова как золото, Шэн Ван все же почувствовал перемену.  Казалось, он мог что-то увидеть сквозь холодное лицо Цзян Тяня. Это было похоже на то, как если бы во время игры вы заглянули в траву, и Цзян Тяню внезапно открылась перспектива.