Ванна со льдом

      Фэйсяо смотрела в зеркало, опёршись руками о край раковины.       Беловосая девушка, отражавшаяся в дешёвом стекле, молча буравила её взглядом, будто мечтая победить в эти бессмысленные гляделки и поменяться с ней местами, но они обе знали — воля Соколиной Мощи ещё слишком сильна, чтобы она уступила наступавшему на пятки рецидиву.       Зеркала вообще часто ей врали, отражая вместо бледного усталого лица то морду дикого зверя с волчьими чертами, то чужую улыбку, переполненную предвкушением минутной слабости. Она старалась не зацикливаться на этом, но с каждым таким случаем мрачно задумывалась над тем, насколько эффективно прошло её лечение.       С каждым разом она всё сильнее убеждалась, что ей стоило бы вернуться в клинику.       Когда она снова смогла владеть собой, ей рассказали, что она натворила, будучи не в себе: в одиночку уничтожила отряд сослуживцев из Милитеха, а затем точно также утопила в крови и грязной воде другой, посланный начальством убить её. С одной стороны, она была благодарна врачу, который замял дело, не став связываться с Макс-таком и оставив дело внутри корпорации, а с другой… С другой были трое её мёртвых друзей.       Случайные записи с оптики время от времени всплывали откуда-то из недр памяти, во всей красе демонстрируя, какой была их смерть — мгновенной и неотвратимой. Сандевистан — будь проклята эта игрушка дьявола, — подкрученный корпоративными риперами специально под её запросы, делал её самым быстрым и ловким бойцом отряда, с которым никто больше не мог сравниться. Она гордилась этим, надеясь занять место повыше сразу же, как только оно освободится, но главный недуг двадцать первого века достиг её раньше, чем она смогла понять, что от него следует бежать.       Лейтенант Моуэр смяла в кашу тела сослуживцев и случайных зевак, пришедших посмотреть, в честь чего корпорация перекрыла переулочек в Кабуки на этот раз. Ей сказали, что она провела там несколько часов, пока за ней не послали какого-то наёмника, который в одиночку сделал то, что не смогли сделать добротно обученные корпоративные солдаты — уложил киберпсихопатку на лопатки. Он даже не убил её, лишь покалечил, чтобы она не смогла напасть снова, и ушёл прочь, поручив заботам команды медиков-исследователей.       «Лучше бы убил», — думала она первые несколько месяцев реабилитации.       Позже, когда персонал убедился, что пациентке не грозит рецидив, ей начали подключать импланты обратно. Вначале, само собой, это было самое дешёвое дерьмо, какое только нашли — скорее даже не импланты, а именно протезы: плохо гнущиеся суставы на конечностях, хрупкие материалы, не всегда способные выдержать нагрузки, паршиво подогнанные механизмы, причинявшие ей адскую боль при любом движении. Она не жаловалась — приняла это как кару за совершённое злодеяние, плату за шанс вернуться в общество, пусть под другим именем и с новым лицом — и продолжала лечение, послушно следуя указаниям людей в белых халатах. Те, впрочем, и не требовали многого: скармливали ей ежедневно десятки пилюль, погружали в один брейндансовый транс за другим и наблюдали за результатом, что-то лениво фиксируя на мониторах.       В стенах клиники она провела почти полтора года.       Сразу после окончания реабилитации она получила звонок из Макс-така: охотники на киберпсихопатов не чурались нанимать выживших убийц, а такие кадры как она были там нужны. Отказываться Фэйсяо не стала — опасалась, что других вариантов у неё просто нет, — и быстро пошла вверх по карьерной лестнице, заменив погибшего на одном из заданий командира. Боевой опыт в Милитехе помог ей быстро сориентироваться и взять на себя руководство операцией, которая закончилась без дополнительных жертв во многом благодаря её решениям.       Получив приказ о новом назначении, она мрачно пошутила про себя: «я добилась повышения, которого так хотела все эти годы, да не в той корпорации».       Сосредоточенная на отражении, она не заметила, как сзади к ней подошёл Моцзэ. Юноша присоединился к её отряду не так давно и был чересчур «укомплектован» для своего возраста, а его бесшумность временами поражала воображение. Фэйсяо подозревала, что у него установлены незадокументированные импланты, поскольку в досье, которое ей как командиру отряда представило начальство, ни оптическая маскировка, ни лапы рыси не числились.       В подобном случае протокол требовал запросить дополнительное обследование у корпоративного врача, но до тех пор, пока подчинённые исполняли свой долг и не нарушали её приказов, она не лезла им в душу: на собственном примере убедилась, что это может быть себе дороже, когда бывшая начальница попыталась вывести её на душевный разговор, упомянув погибших товарищей из Милитеха. Если бы не усиленная имплантами реакция, Юэюй неслабо пострадала бы: удар был такой силы, что клинок богомола, которым она едва успела закрыться, треснул, но защитил хозяйку.       Раздувать скандал командир не стала, хотя и сделала для себя определённые выводы. — Моцзэ, — позвала она, оторвав-таки взгляд от зеркала и погасив экран зеркала, — прекрати. — Как скажете, капитан, — отозвался он, выходя из тени. — Меня послали за вами. — Новый вызов? Где? — На окраине города. Равнина Джексона. Кто-то из проезжающих позвонил и сообщил, что видел беснующегося ненормального, который гонялся за машинами. — Ты не веришь, что это киберпсихоз, — заключила Фэйсяо. — Верю. Но нам там делать нечего… — Уже неважно, — прервала его Фэйсяо, считывая с оптики срочное сообщение. — В Кабуки нашли настоящего киберпсиха.

***

      Не прошло и десяти минут, как они уже выпрыгивали из ави, сканируя местность вокруг в поисках своей цели — бугая, по словам очевидцев, страдавшего от избытка хрома в теле и недостатка мозгов в башке. Краткий брифинг включал в себя привычно незначительное количество информации, недостаточное для полноценного планирования операции, но за время работы в корпорации Фэйсяо научилась действовать вслепую, полагаясь на собственный многолетний опыт и квалификацию подчинённых.       И удачу.       В основном именно на неё.       Беззвучно отдав рукой команду рассредоточиться, она выдвинулась в одно из зданий, ограничивающих район поиска. Это оказался маленький китайский ресторанчик. Следов бойни здесь не было — судя по всему, владельцы и посетители сбежали, услышав крики по соседству, но киберпсих мог затаиться где-то поблизости, поэтому расслабляться было нельзя. Девушка поудобнее перехватила оружие и, стараясь ступать как можно тише, принялась медленно подниматься по лестнице. В здании царил полумрак, едва нарушаемый светом, чуть прорывавшимся внутрь из-за дырявых жалюзей, заставив её вспомнить о Моцзэ — он бы нашёл такую ситуацию идеальной для себя и выжал из неё максимум, в отличие от неё, полагавшейся не столько на скрытность, сколько на скорость и силу.       На втором этаже её встретили ряды прижатых друг к другу дверей — видимо, хозяева охотно сдавали комнатки всем желающим, но сейчас в апартаментах царила мёртвая тишина, разбавляемая приглушённым уличным шумом снаружи. Если тварь устроит ей засаду где-то здесь, то её шансы выжить невелики. Впрочем, смерть всегда была рядом с ней, просто обычно ей везло больше, чем сослуживцам.       Аккуратно ступая от двери к двери, она без происшествий дошла до конца коридора, так и не обнаружив цель. Судя по молчанию связи, остальному отряду повезло не сильно больше неё, и Фэйсяо не знала, к добру это или к худу. Ясно было одно: нужно было либо найти следы, указывающие на то, что киберпсих покинул указанную им в брифинге территорию, и выдвинуться следом, либо найти его самого, потому что с тяжело хромированными ублюдками не всегда в состоянии были справиться даже бывалые соло, привычные к врагам, большим похожим на машины, чем на людей, а допустить жертвы среди гражданских было никак нельзя.       Да и среди не-гражданских тоже, — мрачно подумала она, отгоняя от себя нехорошее предчувствие.       К счастью, интуиция её обманула — никто из её подчинённых не пострадал. Она нашла бугая в соседнем здании. Мужчина, больше напоминавший теперь зверя, чем человека, зубами рвал плоть несчастной жертвы, девчонки лет двадцати. Оптика подсказала, что она умерла от потери крови или болевого шока, пока тварь — иначе назвать это существо язык не поворачивался — жрала её живьём, наслаждаясь ужасом и упиваясь болью. Сгорбленная спина, украшенная массивным чёрным имплантом в районе позвоночника, вызывала у неё отвращение… И зависть.

***

— Госпожа Фэйсяо, — радушно улыбнулся блондин, сидящий в мягком кресле, — очень рад вас видеть. Прошу, присаживайтесь.       Несмотря на продемонстрированное добродушие, она ему не доверяла, а потому была настороже, мысленно выбирая слова, которые произнесёт, описывая то, что с ней происходит. Если она перестарается, то её просто похлопают по плечу и отстранят от работы на денёк, списав симптомы на переутомление. Если же выскажется слишком явно, то вернётся в клинику, где её ждут дерьмовые импланты, горсти сомнительных колёс и выворачивающие сознание наизнанку брейндансы.       Ещё раз она это всё не выдержит.       Корпоративный врач сейчас был скорее для неё врагом, чем другом, но рисковать жизнями подчинённых (да и гражданских, которым не повезёт оказаться слишком близко к ней в момент потери контроля над собой) она больше не собиралась. Если её нельзя починить окончательно, то наверняка можно купировать симптомы — большего ей и не нужно. Всего лишь унять дрожь в руках. Отбросить видения о том, как она жадно и спешно пожирает ту девушку, разрывая зубами ещё тёплую плоть. Прекратить ночные кошмары, лишающие сна и покоя. — Вы хотели о чём-то поговорить? — мягко спросил мужчина, прерывая затягивающуюся паузу.       Фэйсяо подняла на него взгляд, собираясь с мыслями. — Да, мне нужна ваша консультация, — произнесла она, пытаясь совладать с собой. Слова дались ей с трудом, собственный голос вызывал головную боль, словно эхом отражаясь внутри черепа, и она на мгновение закрыла глаза, чтобы отогнать это чувство прочь, а затем снова взглянула на всё ещё улыбающегося мужчину, чья голова теперь была украшена роскошными лисьими ушами, и продолжила, — ведь только вы можете мне сказать, насколько вкусны и питательны.