ПМС, или омеги из их кошмаров

      Сегодня суббота — время отдыха и безделья. Чимин, весь расслабленный и довольный, медленно попивает мятный чай со льдом, сидя в удобном кресле. А Джин рядом — цитрусовый коктейль. Они в Wellness Center в городке Согвипхо. Это здание популярно своими лечебными и восстановительными программами. Здесь есть всё, чтобы оздоровиться после самых разных травм или болезней. Даже, кажется, улыбка персонала улучшает общее самочувствие. Однако… Чимин на охоте. Если верить сведениям Джина — его цель отдыхает здесь. Он давно не был на свидании. Если честно, не помнит, когда в последний раз ходил или его приглашали куда-нибудь. Но сильного волнения или судорожного беспокойства не ощущает. Наоборот, приятное предвкушение щекочет внутри.       Они прибыли на два часа раньше и комфортно расслаблялись глубоким массажем, водными процедурами и вкусными коктейлями. Охота охотой, но Чимин думает, что побаловать себя — не лишнее. Они отдыхают на втором этаже в большом зале для VIP-клиентов, где стоит приглушённый свет и играет флейтовая музыка на фоне шума воды, льющейся из настенного фонтана. Кругом — тишина и благодать. Людей немного, в отличие от первого этажа, и те ведут себя максимально тихо. Огромное панорамное окно, стоящее прямо напротив них, выходит на густой лес и залив неподалёку, бьющийся о берег несильными волнами. Летом здесь должно быть просто чудесно: сейчас, в ноябре, красуется пожелтевшими листьями и звонкой трелью птиц, а каково будет, когда всё это расцветёт? Чимин улыбается своим мыслям, удобно откидываясь на кресле. Солнце уже садится, золотые лучи его отражаются в заливе, от того и вид открывается просто волшебный.       Он иногда забывает, какая красота окружает его. На его день рождения Джин, несмотря на то, что сам не любитель лазать по горам, прошёл с ними десять километров по Халласану, потухшему вулкану. Они устроили долгую фотосессию, ещё и выпили горячее какао с именинным шоколадным кексом. А Чимин до самой ночи любовался местностью и осенней природой, стоя на крыльце арендованного дома. Хоть он в Чеджу проживает около пятнадцати лет, но только сейчас по-настоящему начинает вкушать эту удивительную красоту вокруг.       — Альфа здесь, — насторожительно прилетает сбоку.       Чимин совсем немного поворачивает голову, замечая высокого парня в одном махровом халате, идущего в сторону фитнесс-бара. Симпатичный коренастый брюнет.       — Так, а какая у тебя стратегия? — всё также тихо спрашивает Джин, мешая соломкой свой цитрусовый микс в красивом бокале. В отличие от Тэ, Чимин не сразу делится с ним планами.       — Он же здесь после расставания, верно? Вот и я тоже притворюсь, что совсем недавно расстался со своим парнем. Не буду спешить. Просто непринуждённо поболтаю, пофлиртую с ним… Целых полтора месяца есть в моём распоряжении, — ухмыляется Чимин, оценивая большие венистые ноги альфы с выделяющимися икрами и дорогие чёрные кожаные тапочки.       — Давно не видел тебя в омежьем амплуа, — фыркает Джин. Чимин в обычной жизни всегда походит на борзого альфу самца. Только миловидная внешность с плюшевыми щеками и губками-бантиками выдают в нём омегу.       — Для меня это работа, — бормочет Чимин, захотев хоть каплю этой своей «работы» применить к Хосоку. Но, видимо, не судьба. — Уронишь своё полотенце, когда я закончу с ним беседовать и подойду к тебе, ладно?       Он быстро избавляется от удручающих мыслей, поставив свой пустой бокал на стеклянный столик, и решительно уходит к бару, слыша удивлённое «ок» от друга.       Джин глубоко поражается тому, как даже походка Чимина вмиг меняется. Приобретает плавность. Идёт немного спешно, но от бедра. В облегающих белых плавках и прозрачной белой накидке, слегка развеивающейся при ходьбе — походит на мускулистого лебедя, но сохранившего природную притягательность.       — Повторите мятный чай со льдом, пожалуйста, — Чимин обращается к девушке-бармену, которая, дежурно улыбнувшись, кланяется, отвлёкшись от заказа альфы.       Он периферическим зрением замечает взгляд парня на себе, на долю секунды задерживающийся на его пятой точке. Чимин знает, что хорош собой, и именно эта часть у него всегда привлекает излишнее внимание. А вот остальные мышцы тела намного подкаченнее, чем у других. Потому сегодня он специально сделал упор, надев белые недлинные плавки, с целью увлечь-соблазнить. И теперь совсем малость оттопыривает задницу.       А Джин поражается ещё больше, так как и голос друга приобретает мягкий тон, а не грубый и быстрый, как всегда. Вот уж хамелеон, ей богу. Он понять не может, где всё это прячется. Хоть они и дружат около пятнадцати лет, Чимину всё же удаётся его удивлять.       — Ваш ванильный протеиновый коктейль, — девушка с приятным мелодичным голосом протягивает альфе его напиток.       — Спасибо, — бархатный тембр радует Чимина и он против воли приподнимает уголки губ вверх. — Отдыхаете?       Однако не сразу отвечает, делая вид, что думает об очень важных делах. На самом деле Чимин хочет заорать и хорошенько стукнуть его: «А что ещё здесь можно делать, придурок! Название центра само кричит за себя». Ему требуется немного больше сил, чтобы сдержать вырывающееся негодование.       У Чимина во главе всех правил по соблазнению стоит ненавязчивость. Но не отталкивающая, а привлекающая. Потому, мысленно сосчитав до трёх, плавно поворачивает голову и кривит губы в лёгкой улыбке.       — Да.       У альфы густые чёрные брови, выразительный взгляд, курносый нос и тонкие блестящие губы. Если и есть какие-нибудь хирургические вмешательства, то минимальные и незаметные, что радует Чимина:       — Вы тоже?       Альфа кивает, отпивая свой коктейль и не сводя глаз с него:       — Тоже. Вы один?       — С другом, — Чимин кивает на Джина, зорко следящем за каждым их движением, и который весь забавно подбирается, уловив их взгляды на себе. Затем спешно поднимает свой полупустой бокал, приветственно улыбаясь. Чимин лишь закатывает глаза, захотев кинуть в него тапком, но решает уделить внимание альфе. — А вы?       — Я один. Топлю своё горе в протеиновом коктейле, — как-то грустно улыбается парень, опуская глаза на свой бокал.       — А я в мятном чае, — поддерживает его Чимин, строя удивлённое лицо. Сразу после этих слов девушка протягивает ему заказ. — Спасибо.       — Вам тоже разбили сердце? — щурится незнакомец.       — На мелкие кусочки. Если бы не друг, я бы безвылазно пахал в фитнесс-залах.       — Я не верю в случайности, но… я тоже любитель истязать себя спортом, — искреннее удивление проскакивает в словах альфы.       — А как ещё переживать горе? Точно не литрами алкоголя или беспорядочными связями, — картинно наступает Чимин. Благодаря Джину он в курсе, что парень ЗОЖник и спортсмен. Но… «Просто напейся, чувак, и забудь», — хочется прокричать ему.       — В точку! — шире улыбается собеседник, стукаясь с ним бокалом.       — Что ж, я надеюсь, что вы не углубитесь в своё горе. Я вот уже неделю никак не выберусь, — со всей своей грустью кивает Чимин.       — Неделю? Мне жаль, — альфа кажется искренним, даже протягивает широкую ладонь. Чимин снова считает до трёх, прежде чем мягко пожать её. Крепкая рука, однако. — Я, Юнчон, кстати.       — Очень приятно. Я, Ёсон, — в отличие от Тэ, он меняет имена каждый раз, выходя на «охоту».       — Мне тоже приятно, — альфа убирает руку, несильно сжав напоследок его, и тепло улыбается.       — Ладно, я пойду. Удачи вам, — смеётся Чимин, помахав ему.       — Пока, — мягкий голос слышно за спиной. И пока идёт, он ни разу не оборачивается на нового знакомого. Зато Джин взглядом говорит, что альфа до сих пор пялится, и как бы случайно роняет своё полотенце по плану, а Чимин, максимально выпячивая свой зад, поднимает его.       — Да он облизал тебя глазами, — снова поражается Джин с друга. Ну а Чимин понимает, как ему не хватало общества альф. Всё же он омега и хочет немного погреться в их внимании.       — Что там у нас дальше? — Чимин хватает айпад друга со столика и заходит в папку по Юнчону. — Завтра у него запланирован ужин в ресторане. Хм, зарезервирован столик на двоих. Интересно.       — М-да, ты бы видел себя со стороны. Настоящий омега! — улыбается Джин, получая несильный пинок в ногу. — Уже нет… Кстати, твой альфа ушёл.       Чимин оглядывается, замечая, что они действительно остались одни в большом зале… Юнчон показался ему милым. Не похож на избалованного наследника чеболей.       — Ты завтра занят?       — Да, весь день буду с Намджуном.       — Значит, завтра в ресторан приглашу Тэ. Давай поплаваем в бассейне пару кружочков? — воодушевляется Чимин, потянув сопротивляющегося Джина за собой. Он не хочет упускать такой шанс побездельничать. Передышка от учёбы после провала на конкурсе — ему жизненно необходима.

***

      Второе важное правило Чимина — чаще появляться в поле зрения объекта. Ненавязчиво, чтобы не отпугнуть его ненароком. Потому они с разодевшимся в официальный костюм Джина Тэ сейчас сидят в комфортном красивом ресторане, в пяти столах от объекта, который, к их удивлению, ужинает один.       — Симпатичный, — кивает Тэ, чуть ли не сворачивая себе шею. Чимин вызвался сесть лицом к альфе. Оценивает его наряд в десятки миллионов вон. Но больше всего привлекает то, насколько парень живой, настоящий. Читается грусть в тёмно-карих глазах и уверенность в каждом действии. Даже то, как держит столовые приборы. Не картинно или киношно, а как… Как Тэ, например. По-настоящему. У Чимина были разные альфы: кто-то бесконечно кривлялся, изображал мачо, фальшиво смеялся или нагло лапал, а этот…       — Да. Он мне кажется милым парнем, — поддакивает Чимин, направляя в рот изумительную карбонару.       — А сколько ему?       — Тридцать три.       Тэ мычит, отправляя в рот сочную, жирную, жареную говядину:       — Боже, я бы всю жизнь только этим и питался. М, язык проглотишь!       Чимин лишь радостно фыркает, наблюдая, как друг чуть ли не занимается любовью с мясом. И вдруг ощущает на себе цепкий взгляд как раз с той стороны, где сидит альфа. Он выпрямляет осанку и пускает в ход все свои актёрские умения, которым учили ещё в школьные годы, и дальше продолжает ужинать, как ни в чём не бывало.       — Кажется, Юнчон пялится на меня… не оборачивайся, — предупреждает он завертевшего головой друга, пряча лицо за бокалом воды и отпивая небольшими глотками.       — Я так хочу посмотреть на него сейчас, — с мясом меж зубов жалобно проговаривает Тэ. — Какой у него взгляд?       Чимин не успевает ответить другу, как его внимание привлекает засветившийся экран телефона, лежащий на столе — Юнги. Он спешно хватает его и читает новое сообщение.       «Что мне сегодня брать?».       Чимин улыбается, думая, что бы заказать. Он сейчас плотно ужинает, потому было бы логично обойтись чем-нибудь лёгким. Батончиками, например. Их и заказывает, нажимая отправить, и ставит телефон на место.       — Чего это ты так улыбаешься? — прищуривается Тэ, скрутив на вилку карбонару с его тарелки.       — Заказал Юнги батончики, — пожимает Чимин плечами.       — Хм, а когда это твоя жизнь стала настолько насыщенной? Нет-нет, а тут бац и два альфы сразу! — ухмыляется Тэ с набитым ртом, слишком походя на пятилетку в садике, измазанную едой.       — Уточняю, первый нужен мне из-за денег, а второй — просто снять стресс.       Тэ лишь беззвучно смеётся, а до Чимина только через пару минут доходит смысл сказанных им же слов. Словно он жиголо какой-то. Досадно прикрыв глаза, хочет дать другу ложкой по голове. Столовой, чтоб ни-ни. Однако их прерывает официант, подошедший с двумя бокалами ярко-оранжевых напитков.       — Это вам от того мужчины за десятым столиком, — с улыбкой проговаривает молодой светлый парниша и откланивается.       Чимину в этот раз не приходится изображать удивлённого и тронутого омегу, потому что он в самом деле одновременно растерян и польщён поступком Юнчона, который, мягко улыбаясь, салютует ему бокалом, видимо, воды. Чимин затаивает дыхание: получать внимание от альфы — льстит.       Он выдерживает трёхсекундную паузу, намеренно нагнетая напряжение, а потом улыбается ему прояснившейся и благодарной улыбкой. Делает вид, что ужасно изумлён присутствием альфы в ресторане, словно только что его замечает, сведя брови. Затем поднимает в воздух бокал, склоняя голову в благодарном жесте. И, даже не боясь, отпивает — фруктовый сок: чувствуется апельсин, манго и… морковь? Точно ощущается морковка. Полезненько, однако.       — Ох, Чонгук такой же. Всё он правильное выбирает, а не вкусное, — тоже отпив подарочного сока, бормочет Тэ. — Хотя этот сок вполне себе ничего.       — Впервые альфа дарит мне сок в ресторане, — искренне улыбается Чимин, переводя глаза на друга.       — Может, жлоб? Что-нибудь подороже подарить — жаба душит? — вслух размышляет Тэ, послушно не оборачиваясь на «избранника» друга.       — Нет, просто он за здоровый образ жизни. Даже горюет в спортзалах и спа.       Чимин теперь облизывает губы, направляя кокетливый взгляд на Юнчона, который слегка кивает и дарит мягкую улыбку. Кажется, альфа рад их «неожиданной» встрече. По крайней мере, насколько может судить Чимин, знающий его около пятнадцати минут. Он как бы невзначай поправляет свою густую чёлку, не прекращая зрительного контакта с ним. Снова делает удивлённое выражение, слегка мотая головой и игриво закусывая губу.       — Не кривляйся, слишком фальшиво, — цедит Тэ, а Чимин послушно перестаёт гримасничать. Только выпивает подарочный сок, удивляясь, что ему нравится такое сочетание, хоть и не любитель морковки.       Спустя пару минут альфа начинает собираться, что замечает Чимин и просит друга уходить из ресторана.       — Но я ещё не доел, да и твоя карбонара почти не тронута, — хнычет Тэ, бросая щенячьи глаза на еду на их столе.       — Мы сюда не жрать пришли, — Чимин не сводит глаз с Юнчона. Однако этот жалостливый тон беременного друга с повышенным аппетитом заставляет его вздохнуть. — Скажем, чтобы остатки упаковали с собой.       Пока официант несёт им счёт и еду, альфа не спеша уходит, даже не посмотрев на Чимина, которому не нравится такой расклад. Он сегодня приоделся специально для него, и хочет получить соответствующее внимание.       — Ты дожидайся официанта и оплати счёт моей картой, а я за ним, — хочется, чтобы Юнчон обратил внимание на его лёгкую голубую рубашку с объёмными рукавами и серые свободные брюки с широким поясом. Наряд выгодно подчеркивает его узкую талию. В этот раз Чимин решил немного спрятать свою пятую точку, так как в прошлый раз достаточно и бесстыдно пощеголял им.       Альфа оказывается стоящим у зеркала рядом с гардеробом, поправляя свою рубашку, красиво сидящую на атлетическом теле. Выглядит иначе, чем в махровом халате. Обольстительнее, опаснее. А мягкий свет падает на его чистое лицо, делая ещё и невиннее. Грех не любоваться, думает Чимин, но не спешит подходить к нему — теряется среди немногих людей, решаясь взять их с Тэ куртки из гардеробной.       Всё это время он не получает внимания от альфы, который сосредоточенно занят теперь в телефоне. И Чимин не выдерживает.       — Юнчон? — он снова играет в удивление, подходя к альфе, наконец поднимающего голову на него. — Надо же. Вы за мной следите?       — Что? Нет, — обворожительно улыбается после, убирая телефон в карман чёрных брюк. — Привет, Ёсон.       — Добрый вечер, — искренне улыбается Чимин, пожимая тёплую крепкую руку. И радуется, что альфа запомнил его имя. — Спасибо вам за сок. Мне понравился.       — Я рад, что угадал. Мы встречаемся уже второй раз, не находите это странным? — мило улыбается Юнчон, отпуская его руку.       — Нахожу. Поэтому и спросил вас, не следите ли вы за мной.       — Это я хотел спросить у вас. Потому что я забронировал столик две недели назад, — снова прослеживаются грустные нотки в голосе Юнчона.       — Оу, мне жаль, вы хотели прийти сюда… — Чимин понимающе сжимает его руку. Он не любитель слушать чужое нытьё, тем не менее решает поддержать разговор и, приподняв бровь, изображает на лице интерес: — Отличный ресторан. Я сегодня наелся карбонарой. Завтра придётся наверстать в спортзале.       Альфа смеётся, проходясь по его телу оценивающим взглядом:       — Вы отлично выглядите, не переусердствуйте, — а Чимин чувствует, как накатывает волна самоуверенности и облегчения от произведённого эффекта.       — Спасибо, — он как раз замечает вышедшего из ресторана Тэ. — Что ж, приятно было встретиться. Мне пора.       Чимин поводит плечом, а Юнчон надевает на него куртку, как джентльмен, желая доброй ночи своим тихим глубоким голосом, вызывая крупные мурашки и прилив тепла к лицу. Как же Чимину нравится нравиться альфам. Напоследок стрельнув кокетливым взглядом через плечо, он уходит к Тэ, не оборачиваясь на Юнчона.       — Он всё ещё смотрит? — шепчет Чимин, словно его могут услышать.       — Да… теперь нет, — ухмыляется Тэ, надевая свою куртку. — Я так понимаю, ты всё это затеял, чтобы сделать подарок мне на др?       — Ещё и у Джина. Ну вот, что подарить омеге, у которого всё есть? — вызывая машину Джина с водителем для полной картины, Чимин впадает в думы.       — Альфу, у которого ничего нет? — смеётся Тэ. Они выходят на улицу, подставляя лица немного резковатому ветру.       — Я серьёзно. Мы каждый год ломаем голову…       — Но каждый раз же что-то придумываем, и в этот раз всё сделаем в лучшем виде, не парься, — успокаивает его Тэ. — А мне нужна камера от Sony, отправлю тебе фото и характеристику.       Чимин ухмыляется, открывая другу дверь подъедевшего автомобиля:       — В прошлом году мы вроде дарили тебе камеру.       — Но она уже устарелая, а я хочу запечатлеть моего ребёнка с первого крика, — зайдя в задний салон за Тэ, Чимин застывает. Оказывается нужно больше денег, чем ему думалось — добавляются расходы на младенца. А если семьи Тэ и Чонгука вдруг откажутся принимать участие в его воспитании, то расходы возрастают. Это же, сколько нужно денег! И пока они едут в общежитие, Чимин всё обдумывает план. Выходит ему нужны альфы каждые два месяца до восемнадцатилетия ребёнка Тэ… в принципе, не так уж и ужасно, приходит он к выводу.       Позже, когда они уже высаживаются у общаги и прощаются с водителем Джина, неожиданно сталкиваются у входа с Юнги и Чонгуком, у которых по два полных пакета продуктов. Альфы замирают, увидев их. Конечно, они впервые видят ПМС в красивых нарядах.       — Готовитесь к апокалипсису, что ли? — ухмыляется Чимин, замечая и свои любимые батончики, лежащие поверх продуктов. А Юнги не двигается, продолжая смотреть на него прямым удивлённым взглядом, что не нравится омеге. Юнги чрезмерно непривычно видеть его в официальном красивом костюме и модной укладке. — Увидимся на крыше, — не получив ответа, омега непонимающе косится на не подающего признаков жизни Юнги. А ещё Чимин желает как можно быстрее переодеться в футболку Хосока и в свои свободные шорты.       — Чего это они? Чонгук даже не прочёл мне лекцию про правильное питание, — задумчиво проговаривает Тэ, держа в руках пакет с едой из ресторана и часто оборачиваясь на всё ещё застывших альф.       В последнюю неделю Чонгук каждый день преподносил ему полезные перекусы в столовой. Даже пару раз вместо него сбегал за молоком и нарезанным яблочком во время совместных пар. И всё это сопровождалось мини-лекциями о пользе тех или иных продуктов. А теперь альфа как воды в рот набрал, даже ни слова не сказал.       — Без понятия. Но мне нужно узнать, куда в следующий раз пойдёт Юнчон, — воодушевляется Чимин, заходя в лифт и нажимая на свой этаж. Он открывает расписание альфы у себя в телефоне: оказывается, тот идёт в фитнесс-зал и ходит туда четыре раза в неделю. А Чимину нравится. Почему бы не совмещать приятное с полезным? Как с Юнги, например. Вспомнив о нём, он быстро переодевается, собирает рюкзак на завтрашний учебный день и уходит на крышу, куда альфа приходит только спустя полчаса.       Юнги поражается. Псимин снова выглядит собой: в футболке Хосока и синих растянутых шортах, а волосы, которые ранее идеально были уложены, опять собраны в неаккуратный хвост на макушке, открывая лоб. Даже кажется, что ему привиделся омега в шикарном наряде. Становится интересно узнать, куда Псимин ходил в такой одежде. Однако, вновь поймав себя на совершенно неуместных мыслях, глубоко дышит.       — Чего опаздываешь? — боксируя самостоятельно, Чимин останавливается, посмотрев на него. В этот раз альфа не изображает изваяние.       — Да так, собирались командой обсудить предстоящий сезон.       — Я теперь буду редко приходить сюда, так что тебе придётся заниматься одному, — Чимин ставит его в известность, так как одновременные занятия с двумя альфами ему будет сложновато потянуть.       — Что? — Юнги это не нравится. Ведь он привык. Держит с Псимином в тонусе тело и ум. А тут…       — То. Давай, надевай перчатки и нападай уже, — ухмыляется Чимин, становясь в боевую позу.       Юнги не находит, что сказать. Хоть и сильно удивлён внезапной новостью. Но решает не зацикливаться. Раньше как-то же жил без занятий с Псимином, и сейчас проживёт.       — И долго не сможешь приходить? — всё же вырывается из Юнги. И корит себя за порыв.       — Не знаю, как пойдёт, — а такой ответ угнетает его ещё больше. Однако он ничего не говорит в ответ, начиная спарринг.

***

      Чимин, весь краснолицый, прыгает на скакалке. Он выслеживает Юнчона, и теперь уже час с лишним занимается в фитнесс-зале с меньшей нагрузкой, когда как альфа занимается силовыми в зале напротив. Их разделяет только стеклянная дверь, через которую Чимин и следит за своим объектом. В белой майке и спортивных чёрных штанах тот выглядит очень горячо. И видимо, ни разу не устал. Всё такой же энергичный и сильный. А как поднимает штангу! При этом его мышцы выделяются особенно! Чимин бы облизывался, если бы зал не был так полон.       Пары сегодня закончились раньше обычного, и он всё оставшееся время следит за парнем. Думает поспешить со свиданиями, ведь из головы не выходит скорое появление ребёнка Тэ, которому нужна лучшая забота и уход.       Хвала небу, Юнчон в кои-то веки заканчивает, берёт полотенце и выходит из своего зала. Чимин спешит за ним. Он хочет развернуться от альфы и заказать протеиновый коктейль из бара, как слышит удивлённое.       — Не может быть!       — Юнчон? — строя само удивление, ахает Чимин, потирая лицо и шею полотенцем.       — Я уже говорил, что не верю в случайности? А это просто… вау! Привет, — широко улыбается альфа.       — Что? Что вы… Вы точно следите за мной, — щурится Чимин, играя до конца.       — Нет-нет. Как там говорят, первый раз — случайность, второй раз — совпадение, а третий — уже закономерность, или судьба?       — А может, у разбитых сердец один маршрут?       Юнчон тепло улыбается, качая головой:       — Точно нет. По крайней мере, я ещё не знаю тех, кто истязает себя спортом после расставаний.       — Что ж, теперь знаете меня, — Чимин глотает вязкую слюну, на самом деле захотев попить воды. — Ладно, приятно было…       — Слушайте, раз мы с вами продолжаем натыкаться друг на друга, может, поужинаем вместе завтра?       Чимин мысленно кричит «аллилуйя», стараясь скрыть улыбку:       — Если только ужин белковый и низкокалорийный.       — Само собой, — широко улыбается альфа, а взгляд становится тёмный.       — Тогда, я с радостью.       — Можно ваш номер?       Сегодня только понедельник, а Чимин уже ждёт-не дождётся вечера вторника, вбивая в чужой телефон свой запасной номер. У него готовы наряды на все случаи жизни, большинство из которых, сшил сам. А потом…       Потом для Чимина начинается период частых романтичных свиданий. Ему нравится общество Юнчона, который не спешит затащить его в койку. Даже робкие поцелуи в щёку позволяет себе только на третьем свидании в аквапарке. А за руки берутся на четвёртом, взбираясь на гору Халласан. От того и Чимин в последние дни всегда находится в приятном расположении духа. Но не теряет бдительности. Всегда ждёт появления матери альфы. Поскольку обычно после четвёртого свидания мамы дают о себе знать, неожиданно появляясь в самый неподходящий момент: при их уединении или при жарком поцелуе, например.       А сегодня у них уже шестое свидание в дорогом небольшом ресторане. Юнчон подарил ему огромный букет цветов и заказал спецблюдо от шеф-повара. Чимину безумно нравятся такие моменты, поэтому искренне наслаждается проведённым временем. Однако по мере того, как узнаёт альфу, начинает думать, что настоящий, грубоватый он — не понравился бы ему. А вот Чимин хотел бы себе такого парня, как Юнчон: надёжного, спокойного, рассудительного и скучноватого.       — Спасибо за волшебный вечер, — еле удерживая огромный букет в руках, широко улыбается Чимин, оглядывая улицу в спальном районе. Матери альфы не видно на узкой длинной дороге..       — Тебе спасибо, что скрасил мой вечер.       Юнчон смотрит так выжидательно, что Чимин понимает к чему всё идёт. Потому сам сокращает расстояние между ними, но останавливается в паре миллиметрах, как бы дразня его. А потом его просто берут руками за лицо и целуют. Неторопливо, каждую истосковавшуюся губу, без нажима. И Чимин понимает ещё одну вещь — он безумно скучал по поцелуям. Сердце радостно забивается, а сам хочет дурно улыбаться. Однако ему не дают насытиться по полной, быстро отстраняются. Но и он не просит добавку — просто улыбается и машет, ощущая прилив тепла к лицу, и медленно идёт к большим деревянным воротам шикарного, но чужого пентхауса. По сведениям Джина этот дом сейчас пустует, поэтому Чимин и приехал сюда для вида.       Услышав, как машина Юнчона отъезжает, он оборачивается, чувствуя облегчение. Врать и притворяться — отнимает много сил и энергии. Но момент с поцелуем его ещё не до конца отпускает. Так приятно… Поставив тяжёлый букет на асфальт, Чимин заказывает себе такси до общаги. А там сразу натыкается на Юнги, который снова замирает, как только видит его. Судя по одежде, альфа уходит на работу.       — Привет, — кивает Чимин, еле удерживая свой букет. Они в последние две недели совсем редко виделись. Только на совместных парах, где только переглядывались, и в столовке, и то мимолётно встречались глазами.       Юнги едва может собрать мысли в кучу, смотря в блестящие глаза напротив. Псимин выглядит иначе… соблазнительно, что ли. В этих облегающих чёрных брюках, в блестящей серой рубашке с расстёгнутыми двумя пуговицами сверху, открывая вид на гладкую грудь. У Юнги даже в штанах становится тесно… «Ну, нафиг», — думает он, тряхнув головой. Однако ему не дают вставить и слово, как спускаются Хосок и Чонгук. А Псимин, с тяжёлым с виду букетом, устремляется к лифтам.       — Видали? Псимин вырядился, как на подиум, а в руках — букет. Я думаю, у него появился альфа, — шепчет Чонгук, опасливо озираясь по сторонам. Не хватало ещё разозлить сплетнями самого Псимина.       — Чё?! — слишком ошарашенно выходит из Юнги, который только сейчас открывает рот и начинает думать.       Альфа? У Псимина? Да ну нет! Однако… отсутствие встреч на крыше почти две недели, букет цветов в руках, красивый наряд, блестящие глаза… «Неужели слова Чонгука верны?». Ему становится дурно. Словно из глубин желудка сейчас что-то тёмное и тяжёлое выплеснется наружу. Юнги не может понять своих чувств, но думает о Псимине всю рабочую смену. О том, как у него блестели глаза, какой гладкий кусочек груди дразняще показывался, и как у того может быть альфа? Это… это же противоестественно как-то!       Признаться, Юнги скучно последние дни. Если его рутину скрашивал спарринг и совместные занятия по английскому с Псимином, то сейчас даже внимание омег или гонять мяч с друзьями — мало волнует. А ещё его крайне бесит Намджун, слишком часто переписывающийся с Мажором, раздражает Чонгук, всё время вертящийся вокруг Стукача и не перестающий считать кбжу у каждой еды, и очень злит смех Хосока, смотрящий «Игру Престолов». Что там может быть смешного? Дикость одна, считает Юнги.       Проходит ещё два дня, а его состояние так и не меняется. За исключением того, что теперь он постоянно думает, есть ли у Псимина альфа. Понятия не имеет, почему это его волнует и почему вообще думает об омеге. Но никак не может побороть себя и перестать думать.       Сегодня он снова на работе. Пятница, народу много. Одиннадцать вечера на часах, а некоторые уже умудрились напиться в хлам.       — Юнги, помоги мне дотащить одного пьяного випа до такси. Нехило заплатил, — подмигивает Хосок, улыбаясь до ушей. А его впервые раздражает эта улыбка. Но лучше уж подышать свежим воздухом и немного прийти в себя, чем убирать столики в VIP-кабинах.       Тушка попадается высокая, тяжёлая, заставляющая их хорошенько попыхтеть. Но не лапает и не обзывается, что для них уже сродни чуду. Народ бывает разный и в основном неадекватный. Не без труда усадив клиента в ждущее такси, взгляд Юнги внезапно цепляется за что-то блестящее прямо через дорогу. Прищурившись, у него челюсть падает на асфальт, по которому проезжает такси с пьяным випом.       Псимин стоит в белой блестящей рубашке, улыбается так широко, выходя из ресторана напротив. Непринуждённо болтает с каким-то высоким парнем, который тянет ручищи к его голой спине. «Голой? Что за странная рубашка такая?», — всё удивляется Юнги. Однако картина, где чужая ладонь замирает в считанных миллиметрах от прикосновения к открытой спине Псимина так, словно стремится полапать, становится неким рычагом. Накопленное за недели молчаливое раздражение рвётся наружу, и сдерживать их дольше он уже не может. Юнги в эту секунду желает лишь одного: сломать этому шпале руку в двух местах. Он вскипает и даже не замечает, как переходит дорогу в неположенном месте. Замахивается. Удар. Высокий альфа падает на асфальт под вскрик Псимина.       — Ты что делаешь, идиот?! — Чимин даже не успевает ничего понять, как Юнчон вырубается у него на глазах. — Ты… ты…       — Он приставал к тебе, — холодно произносит Юнги сквозь зубы, захотев ещё раз ударить эту неженку.       — Я этого и добивался, придурок! — Чимин спешит проверить пульс у Юнчона.       — Что?! Ты добивался… Чего?! — уж этого Юнги понять просто не может и не желает. Он не ослышался?       — Уходи. Живо, уходи, — заметив идущего к нему полицейского и кипя от злости, цедит Чимин. — С тобой я позже разберусь.

***

      Чимин возвращается из больницы в клуб к альфам в скверном и мстительном настроении. Хоть здоровью Юнчона ничего не угрожает, его семья теперь ищет напавшего. Богачи такие — из любой мало-мальской мухи надуют слона.       Через заполненный танцпол с дрыгающими телами он легко пробивается к бару, где стоит Намджун. Заметив его, тот весь подбирается и даже бледнеет.       — Где Юнги? — Чимин перекрикивает музыку, из-под ресниц смотря на указывающего дрожащими пальцами на второй этаж альфу.       Быстро вбежав в VIP-зону, он легко находит Юнги, который с пустым подносом выходит из шумной кабинки. Альфа, вздрогнув, замирает. А Чимин не церемонится: подлетает и даёт ему поддых.       — Кто тебя просил?! — Юнги скрючивается, роняя поднос, но успевает заблокировать следующий довольно сильный удар омеги в лицо. — Ты угробил свою жизнь! И весь мой план коту под хвост. Спасибо тебе большое, твою мать!       — Чего? Какой ещё план? — блокируя все его удары, альфа пятится назад. Хоть и живот сильно болит.       — Барбаросса, дебила кусок! — Юнги перехватывает его руки и заносит за спину, не вытерпев подобного отношения.       — Если бы ты нормально поделился своим великим планом, я может, не ударил бы его, — пыхтит он, прижав Псимина к ближайшей стене и почти вплотную касаясь носом его шеи, от которого несёт чем-то шоколадным, пряным и терпким. Умопомрачительно.       — Ах, я ещё и виноват? — Чимин ударяет его затылком прямо в скулу, отчего Юнги отшатывается, выпуская руки омеги из захвата. Чимину самому больно, так как раньше не часто приходилось бить головой. — Я с тобой ещё не закончил! Ходи и оглядывайся, — бурчит он напоследок.       — Психованный! — кричит вслед Юнги, потирая пострадавшую скулу. Ему становится хуже, чем было. Но этот аромат, исходящий от Псимина заставляет прикрыть глаза и ещё раз вспомнить его. Однако внутри грохочет тяжёлое, горькое биение сердца, и он злится, думая, что испортил омеге какой-то план. А что ещё тот говорил?       Чимин на такси приезжает в общагу, с удивлением натыкаясь на стоящую машину Джина у ворот. Его злость немного утихает. Он стучит в окно, дверь моментально открывается, являя сникшего друга.       — Джин, ты что здесь делаешь так поздно? — спрашивает Чимин ровным, без тени раздражения, голосом.       — Беда пришла откуда не ждали, — безжизненно отвечает Джин, потерев лицо и заставляя его нервничать.       — Вставай в очередь, — опираясь боком на дверь машины, бурчит Чимин, вспоминая сегодняшний вечер. А ведь всё было просто прекрасно. Юнчон ластился, как котёнок весь ужин, подарил ему дорогой парфюм и угостил шоколадным парфе. Он даже думает, что переспал бы с ним сегодня. Но этот Юнги… «Откуда он вообще взялся?!», — ругает его в сердцах.       — Красиво выглядишь, — на минуту отвлекаясь от своих проблем, улыбается Джин, цепляясь за новую рубашку друга.       — Сам сшил, нравится? — ухмыляется Чимин, вертясь перед ним. Сегодня даже летняя погода он бы сказал, поэтому пальто не надел поверх лёгкой рубашки.       — Очень. Сделаешь мне такое? — у Джина в глазах застывает восхищение и лёгкая зависть, трогая шершавую блестящую поверхность.       — Конечно, твои мерки у меня есть. Эх… а такое замечательное было свидание… Я скучал по флирту, по вниманию альф, по поцелуям… Знаешь, когда не сводят восхищённого взгляда с тебя, когда касаются так… — тепло улыбается Чимин, прикрыв глаза, но его как-то резко прерывает Джин.       — Да-да. Но я сейчас не хочу говорить об альфах!       — Идём, расскажешь всё в общаге. Сегодня Мякиш, — Чимин тянет весьма раздражённого друга внутрь.       — Придушил бы Намджуна! — как только они заходят в комнату, взрывается Джин. — Я только три часа назад узнал, и то случайно, что я теперь на втором месте по успеваемости! На втором, Чимин! Ты можешь в это поверить?       — Что? Как это? — Чимин, словно оглушённый, оседает на свою кровать. Никогда ещё Джин не был на втором месте.       — Вот так! Видите ли, Намджун впереди меня на целых три балла! Три! А он отставал от меня на тринадцать!       — А как он мог обогнать тебя?       — Наверняка, это было его коварным планом. Соблазнить меня, подсадить на свой прекрасный член и обогнать! — Джин эмоционально расхаживает по комнате, неверяще мотая головой.       Чимин чуть ли не прыскает со смеху. М-да, любит же друг всё приукрашивать. По сравнению с ним, его проблемы выеденного яйца не стоят.       — И вы поссорились? — сдерживаясь, вкрадчиво интересуется он.       — Я доходчиво объяснил ему, кто он и куда может катиться… Поверить не могу. А если бы я не проверил свою успеваемость на сайте? Он так бы и продолжил меня соблазнять, как ни в чём не бывало?       Однако Чимин не успевает и рта раскрыть, как в комнату влетает весь заведённый Тэ.       — О, хорошо, что вы оба здесь. Сейчас я буду жаловаться! Чонгук относится ко мне как к корове! Всё время сует свою зелень во всё подряд. Даже в йогурт. Меня уже тошнит от этого. А сегодня вообще притащил сельдерей. Сельдерей! Я бы ещё понял, если был брокколи, но… я даже не знаю, как описать самую худшую траву в мире!       Чимин и Джин, пряча улыбки, переглядываются. Но это слишком невыполнимая миссия. И они начинают громко ржать, содрогаясь всем телом.       — А чего это вы ржёте, я не понимаю? — дуется Тэ, переведя негодующий хмурый взгляд от одного к другому. — Да хватит вам! — Только спустя пару минут оба успокаиваются. И Джин начинает:       — По-моему, это очень мило. Чонгук так показывает свою заботу. Надеюсь, ты не отругал его?       Тэ задумывается, падая на кровать Чимина:       — Ну, чуть-чуть послал его. И при нём же сожрал сухую лапшу рамён с приправами, и эклер с шоколадом, — сожалеюще вздыхает он. — Ещё и кинул этот же сельдерей ему в лицо… Думаешь, я переборщил?       — Да. Но и ты не виноват. Просто поговорите. Для вас это новый пугающий опыт. Всё можно решить разговорами, — мудро советует Джин, поправляя одежду на себе.       Чимин на это слишком громко закатывает глаза, на что Джин обиженно фыркает:       — Что? Говори, — требует потом, скрещивая руки на груди.       — Думаю, Мишка тоже не виноват в том, что ты теперь на втором месте. Просто тебе нужно учиться лучше, вот и всё.       Джин задето дуется и замолкает. Достаёт из морозилки ведёрко ванильного мороженого, удивляясь, что оно целое. Это с аппетитом-то Тэ! А после двух столовых ложек ему становится легче:       — Знаю. Просто я люблю быть первым, и не люблю уступать, — мягче бурчит Джин.       — Мы знаем.       — Эх. Мне придётся возвращать правило «четвёртый день».       — Что? И ты так резко откажешься от почти ежедневного секса?       — Как всё сложно, — хнычет Джин, отправляя в рот ещё одну ложку мороженого. — Но придётся. Иначе мой мозг так и будет плавать в озере эндорфинов. И я скачусь по учёбе…       А Чимин перекатывает в руках телефон, вполуха слушая друзей, и его резко осеняет, когда видит старое сообщение от Юнги. Хоть он сейчас его люто ненавидит, но от всего сердца хочет помочь ему не загреметь за решётку.       — Эм, Джин. Тут такое дело, можешь одолжить своего адвоката?       — Что? Ты кого-то избил? — Чимин обречённо вздыхает и как на духу всё выпаливает друзьям. — Ха! Значит, бревна в своих глазах не замечаешь? Что ж, Юнги, я считаю, тоже не виноват. Он неправильно понял ситуацию и просто хотел защитить тебя, — ярко улыбается Джин.       — Это вообще не его дело! Он не должен был…       — Вы расстались? — Тэ выпячивает глаза.       — Что?! — Чимину становится не по себе от этого вопроса.       — Значит, нет?       — О чём ты? Я не встречаюсь с Юнги.       — А я не про Юнги, — сдерживая улыбку, Тэ мотает головой.       И тут Чимина коротит. Он запинается буквально на полуслове, краснеет и отводит глаза. А Джин и Тэ лишь хитро переглядываются, даже довольные улыбки не прячут! «Чтоб вас кракен утащил на дно!» — злится Чимин, закатывая глаза, и впервые хочет ударить своих друзей.       — Лучше помоги мне, — ощущая прилив жара во всем теле, лишь бурчит он Джину, показательно отворачиваясь от друзей. Жар не перестаёт бушевать. Кажется, даже мышцы начинают плавиться. Почему так стыдно? Чимин сам не понимает.       Спустя минут десять, Джин заканчивает разговаривать со своим адвокатом:       — Есть только один выход. Так как они из семьи чеболей, у них адвокаты будут гораздо круче моих, поэтому поговори с этим… как там твоего альфу зовут?       — Юнчон.       — Да-да. Попроси его не поднимать шуму. Надави на жалость, засоси его или переспи с ним. По-другому, увы, не получится.       — А если я просто прибью Юнги? — почесав кулаки, бормочет Чимин.       — Срок светит уже тебе, — отвечает Джин, приободряюще поглаживая его плечо. Чимин плашмя падает на кровать, думая, как поступить… Ну вот, зачем Юнги полез? Проблем что ли мало?       В то время, когда друг усиленно думает, Тэ решается написать Чонгуку:       «Прости меня. Ты просто заботился, а я слетел с катушек», — всяко лучше, чем просить прощения лично… Ему просто ссыкотно глаза в глаза, если честно.       Ответ прилетает незамедлительно:       «И ты меня прости. Давай так резко не менять твой рацион? Как показала практика, это большой стресс».       Тэ облегчённо улыбается, умиляясь с понимающего альфы:       «Но я полюбил отварные овощи, их оставлю. А вот зелень терпеть уже не могу».       «Не хочешь прогуляться? Сегодня летняя погода? Я могу отпроситься с работы на час», — Тэ, ярко улыбаясь, жуёт губу, и быстро соглашается, начиная собираться.       — Ты куда? — удивляется Джин. — Ночь на дворе.       — Я помирился с Чонгуком, и мы идём гулять.       — Я теперь хочу к Намджуну, — хнычет Джин. — Решено. Тоже поеду мириться, — а через секунду подлетает к Тэ и тащит его к выходу. — Едем вместе.       Дверь громко захлопывается и Чимин остаётся один. Всё крутит момент, когда Юнги взялся из ниоткуда и ударил его парня. Потом и не состоявшуюся драку в клубе. Как альфа прижал его к стене… И до самой глубокой беспокойной ночи он думает, как защитить этого глупого, самоуверенного индюка.       С утра пораньше Чимин решает прогулять пары, так как сердце не на месте из-за Юнги. Хочет быстро решить все дела с семьёй Юнчона, поэтому приезжает в больницу ни свет ни заря. И сильно поражается тому, как из-за одного удара альфу продержали в больнице целую ночь. Чимин фыркает, называя его неженкой. Вот он — много получал лещей и часто вырубался, и ничего. До сих пор жив-здоров, даже ни разу в больнице не был.       Ожидаемо, его впускают в палату только после тщательного осмотра охраны и позволения Юнчона, что ещё больше бесит Чимина. Подышав немного и успокоившись, он заходит внутрь. Альфа оказывается стоящим возле кровати уже весь в параде, и собирает свои вещи в сумку.       — Привет, — Чимин приподнимается на цыпочки и мягко целует его. Он волнуется. — Ты как?       — Привет, отлично. Хочу домой, — мягко улыбается альфа. Не выглядит злым или обиженным, заставляя Чимина начать разговор.       — Нашли напавшего? — тихо интересуется он.       — Нет. Вроде говорят, выскочил из такси или из здания рядом, — спокойно отвечает альфа, обнимая его.       — Юнчон, есть разговор… в смысле, мы можем поговорить? — кусая губу, рвано дышит Чимин.       — Конечно.       Чимин прикрывает глаза, представляя Юнги, налетевшего на них. Какие у того были дикие глаза, и каким был сильным. Как легко заблокировал его удар в клубе и развернул, словно пушинку. «Вырастил же себе Халка на свою голову!», — пролетает забавная мысль, немного успокаивающая омегу.       — Прости меня, — Чимин сильно сжимает челюсть, обещая за это унижение избить Юнги.       — За что?       — Тебя ударил мой друг, — Юнчон немного отстраняется от него с недоумевающим выражением, а Чимин только прижимается ближе. — Он просто привык меня защищать… у меня были токсичные отношения в прошлом, вот он и подумал, что ты меня домогаешься…       Чимин продолжает врать с три короба, удивляясь тому, как всё легко придумывается. Врун со стажем! А когда он замолкает, в надежде переводит глаза на альфу, который хмуро смотрит прямо в глаза.       — У тебя были токсичные отношения? — только и спрашивает Юнчон.       — Ну… да. Давно, правда… ты не злишься?       — Нет.       — Значит, не будешь выдвигать обвинения?       — Нет, раз он твой друг.       Чимин на радостях его пылко целует, роняя на больничную кровать. Наступает такое облегчение, что обещает несильно бить Юнги в этот раз. А руки Юнчона жадно сжимают его задницу сквозь брюки, и Чимин тихо стонет ему прямо во влажный рот, как слышит звонкое откашливание. Они вмиг отстраняются.       — Мама? — тяжело дышит Юнчон, приподнимаясь с кровати, а Чимин наконец встречается с ней взглядами. И то, как испепеляет его достаточно высокая светлая женщина в теле — совсем ему не нравится. Однако он рад встрече.       — Юнчон, оставь нас, — стальным голосом проговаривает женщина с видимым морщинами вокруг тёмных глаз. Но выглядит весьма сохранённой.       — Мама, не надо. Ёсон, можешь уйти? Пожалуйста. Я тебе потом позвоню, — всё также спокойно просит альфа. Чимин лишь кивает, показательно пылко целуя его. И уходит, ловя пристальный взгляд женщины на себе даже в коридоре. Со спокойной душой наконец покидает больницу. Ведь самое главное он уже сделал — отмазал Юнги от проблем.

***

      Юнчон не объявляется весь день. А Чимин успевает ко второй паре и прилежно учится оставшееся время. Слушает восторженный рассказ Тэ, как здорово погулял с Чонгуком по ночному Чеджу. Как они катались на великах, а альфа угостил его вкусной уличной едой. Радуется за Джина, который берётся за ум и возвращает правило «четвёртого дня», от которого не был против Намджун, с кем друг провёл восхитительную ночь перед долгим ожиданием. И только Юнги, с едва заметным фингалом на скуле, смотрит на него как-то отстранённо, что не нравится Чимину. Раньше он не замечал, какие бывают разные взгляды у Юнги. Даже от отстранённого веет некой теплотой, что ли. Если ему не кажется, конечно. Чимину даже обидно, он его спас от гниения в тюрьме, а тому хоть бы хны.       Вечером, делая домашку, он часто проверяет телефон. И каждый раз огорчается, не увидев сообщений ни от одного из альф. Даже хочет первый написать Юнги и пригласить на крышу, как раньше, но что-то останавливает. Однако внезапно в голову приходит одна идея.       «Верни мне ключ от крыши», — в итоге пишет Чимин, надеясь, что тот вернёт ему при личной встрече.       «Приходи и забери. Я сейчас на крыше», — мгновенно прилетает в ответ.       Чимин улыбается, мигом убегая к нему. Юнги оказывается сидящим на полу на сумках, уперев локти в разведённые колени. А он стоит, не шевелясь и изучая его профиль. Так странно. Кажется, что век не общались. Даже ностальгические ощущения проплывают в голове, а в лицо бьёт лёгкий тёплый ветер. Однако и спустя пару минут никто из них так и не может сдвинуться с места. Чимину кажется, что в наступившей тишине не слышно даже шума ночного города внизу. Зато прекрасно доносится громкое сердцебиение. Видимо, его. Но он не собирается тупо стоять и ждать.       — Давай сюда ключ, — Чимин прочищает горло и протягивает ладонь. А Юнги играет желваками, всё ещё не поднимая на него глаз. Если честно, он сам себя не понимает. Почему вдруг ударил совершенно незнакомого человека? Почему ему не понравилось видеть его слишком близко к Псимину?.. — Мог бы хотя бы поблагодарить меня, — вздёрнув подбородок, бурчит Чимин, останавливая поток мыслей альфы.       Юнги наконец зыркает на него каким-то недобрым взглядом:       — И за что?       — За то, что спас твою задницу от тюрьмы. — Юнги фыркает на это, ловко вставая на свои ноги и оказываясь с ним с глазу на глаз. Чимину сразу бросается фингал на белоснежной скуле, успевший расцвести тёмно-синим. В груди начинает ныть. Но тот смотрит на него снизу вверх с холодным бесстрастием, что точно не нравится ему. Чимин собирается с силами. — Альфа, которого ты ударил, из очень состоятельной семьи. И легко мог отправить тебя в места не столь отдалённые.       — Вот как, — хмыкает Юнги, и ни разу не выглядит виноватым, отчего недоумевает Чимин. Глаза того тёмные, как ночное небо, а взгляд тяжёлый. Он не понимает, почему альфа себя так ведёт. Но когда ветер немного сильно дует в лицо Чимину, доносится запах алкоголя.       — Ты пил?       — Это не запрещено, мне уже есть двадцать один, — привычным хрипло-шепелявым голосом прилетает в ответ.       — Верни ключ, — не захотев больше оставаться здесь и разочарованно выдыхая, повторяет Чимин. Начинает жалеть, что вообще пришёл.       С минуту Юнги тупо пялится на него, а потом запускает руку в карман джинс и вытаскивает переливающийся серебром ключ. Чимин не успевает выхватить, как оказывается прижат к стене лицом, а его руки ловко заносятся за спину и крепко удерживаются слишком сильными руками альфы.       — Пусти меня, — брыкается застанный врасплох Чимин. А Юнги дышит ему в шею, пуская крупные мурашки по телу омеги. Сразу увеличивается сердцебиение. Жар начинает приливать во все органы. — Живо отпустил, иначе я за себя не ручаюсь!       Юнги пьянеет ещё больше от запаха Псимина, чем от целой бутылки соджу, выпитой получасом ранее. Такой весь притягательный, пряный и немного терпкий аромат, что хочется укусить, пройтись языком, собрать эти нотки и попробовать. Он так рад снова видеть омегу на крыше. Оказывается, скучал сильнее, чем ему думалось. Не сдержав себя, Юнги приваливается всем телом на брыкающегося Псимина и водит носом по его шее, заставляя тело под собой напряжённо застыть.       Чимин едва дышит, ощущая прохладный нос на своём чувствительном месте. Мурашки не заставляют себя долго ждать, покрывая всё тело. А дыхание спирает. Он совершенно не ожидал, что Юнги прижмёт его к стене, что привалится всем собой и что будет обнюхивать шею. Чимин должен его отпихнуть или ударить, или продолжить брыкаться, но следующее действие альфы напрочь выбивает весь дух из него. Лишает воли, ввергнув в шок. Юнги целует его в шею, заставляя перестать дышать. Сначала невесомо проводит губами по всему изгибу. А потом с тяжёлым дыханием, оставляющим на коже, словно следы пламени, засасывает с протяжным стоном. Чимин же только пялится на бетонную стену бездумным взглядом, испытывая одновременно удовольствие и омерзение.