Амнезия: Мгновения памяти

      Внезапный стук в палату прерывает разговор ребят, и они устремляют оба своих взора на дверь, из которой через время высовывается голова Чжун Ли.       — Могу зайти? — учтиво спрашивает он, и студенты почти синхронно кивают, после чего мужчина радостный заходит в палату, закрывая за собой дверь, — Итэр, рад, что ты пришел в себя, а то Сяо уже весь извелся, — бормочет он, присаживаясь рядом с подопечным на край кровати и прокашливается, — Наше знакомство задалось как-то не так. Я Чжун Ли – отец… отчим Сяо, — он бросает опасливый взгляд на члена семьи, явно испугавшись, что тот снова как в детстве закатит истерику за то, что он посмел назвать себя его отцом, от чего у Сяо внутри что-то стыдливо сжимается, а потом снова переводит его на блондина.       — Приятно познакомиться, — кивает Сора и озаряется улыбкой, от которой у младшего Ли неосознанно ползут вверх уголки губ: вот оно его солнышко, живое и снова счастливое. Итэру недавно сняли швы, и через пару дней его собираются выписывать, а это значит его скорое возвращение в ту ненавистную для Сяо обстановку. Конечно теперь, когда опекун обо всем знает, Итэр может обитать у них в доме сколько угодно, однако он слишком совестливый для того, чтобы, по его мнению, причинять такие большие неудобства. Студент мрачнеет и погружается в раздумья, уже не вслушиваясь в разговор любимого и опекуна, зная, что они точно поладят, но его тут же вырывают слова Чжун Ли:       — Что ты думаешь на этот счет, Сяо?       — А? Я прослушал что-то важное? Извините.       — Ничего страшного, — машет головой мужчина, после чего повторяет свое предложение записать Итэра к психотерапевту, к которому долго ходил Сяо, когда столкнулся с похожей проблемой. Студент конечно же соглашается, отмечая, что это отличная идея и погружаясь в приятные воспоминания о том мужчине, который слово магией вытягивал его из петли своими бесконечными разговорами и советами.       — Да нахуй он тебе сдался?! — разъяренно взрывается Скарамучча, взмахивая руками.       — Тебе не понять, — шипит Сяо, ничуть не дрогнув ни единым мускулом, — Я люблю его.       — Да чем ж он, блять, тебя цепляет?! — рычит младший, подходя вплотную к Ли.       — Он светлый, невинный, не испорченный всяким дерьмом, которое употребляешь ты и пытаешься притянуть и меня!       — Раньше тебя это не волновало, — щурится Скара, сжимая кулаки до побелевших костяшек.       — Просто, встретив Итэра, я понял, что не хочу тонуть в одной пучине с вами, — глухо отвечает Ли, опуская голову.       Это разговор не выходит из головы Сяо целую неделю. Совесть мучает его, он чувствует, что предает лучшего друга, но он стоит на распутье: любовь и здоровый образ жизни или праздное существование в старой компании, но с людьми, с которыми он провел большую часть своей жизни. Путей соприкосновения будто нет, но потерять кого-то – слишком большая цена.       — Сяо? — Ли вздрагивает и возвращается в реальность.       — Прости, Солнышко, весь день отвлекаюсь, — мягко говорит он, любуясь Итэром. Живым здоровым Итэром. Отныне он каждый день мысленно благодарит опекуна за то, что он предложил в тот самый проклятый день съездить к Итэру, врачей, которые спасли его и психотерапевта, который каждый день держит Сору на связи, не давая погрязнуть в его собственных темных мыслях.       — Что-то случилось? — взволнованно спрашивает младший, отодвигая тетрадку в сторону – они как обычно сидят в доме Ли и пытаются подготовиться к сессии, только сегодня это больше походит на мучения. Сяо вздыхает, вспоминая обещание все всегда рассказывать возлюбленному честно, и прикрывает глаза:       — Да Скара опять воду мутит.       — Что на этот раз? — Сора заботливо накрывает руки Ли своими ладошками и Сяо неосознанно бросает взгляд на его запястья: предплечья так и остались исполосованы свежими уродливыми выпуклыми шрамами, от взгляда на которые Ли становится душевно больно, и он слегка морщится.       — Да как обычно, — размыто отвечает он, — Снова ревнует к тебе и уговаривает пойти на какую-нибудь пьянку.       — Ну, может тебе следует все-таки иногда вырываться со старыми друзьями, — подбадривающе улыбается Итэр, заглядывая в свои любимые янтарные глаза, и Сяо в них просто проваливается, утопая в золоте, — Просто имей голову на плечах и не употребляй ничего лишнего.       — Легко сказать, — усмехается Ли, — Но меня же будет мучать совесть, если я буду развлекаться, зная, что ты сидишь дома.       — Все хорошо, Ся-яо, — тянет Сора и искренне улыбается, слегка подаваясь вперед.       — Спасибо, — у него тоже ползут уголки губ вверх, и он уже не может этого сдержать, оставляя легкий поцелуй на губах Итэра, — Слушай, а ведь скоро Новый год, и мои ребята собираются снять загородный дом и отпраздновать там все вместе. Там и одногруппники будут, и ребята с моей старой школы. Меня тоже звали, может сходишь со мной?       — Я? — тушуется Сора, отводя взгляд, — Я даже не знаю… Я не очень люблю вечеринки и все такое, к тому же я там мало кого знаю…       — Да брось, — подбадривает его Ли, удивляясь самому себе: еще неделю назад он всеми силами отказывался сам, а теперь хочет затащить туда возлюбленного, — Нам обоим стоит развеяться. Я же все время буду с тобой.       — Ну-у, хорошо, — неуверенно кивает Итэр, снова погружаясь в учебу. Сяо остается в том же положении любоваться брюнетом, его ямочками на щеках и мило хмурящимися время от времени бровями, из-за которых на лбу образуются смешные морщинки.       — Милый, — мечтательно зовет он Сору минут через двадцать, уже окончательно теряя надежду сегодня нормально позаниматься, и поднимает со стула кончик белобрысой косы, легка накручивая его на палец.       — Что такое? — Итэр сразу же отрывается, явно не погруженный в информацию, и с интересом наблюдает за действиями возлюбленного.       — А давай после Нового года съедемся, а? Снимем квартиру где-нибудь поближе к центру или к набережной, заведем мне собаку и тебе двух крысок, как ты мечтал? Что думаешь? — Сора удивленно таращится на него несколько минут, а потом мрачно отводит взгляд:       — Но Сяо, у меня же нет денег ни на какую квартиру, даже на комнату в общежитии не хватит.       — Я и не говорю об этом, — Ли берет подбородок Соры и поворачивает его голову обратно на себя, — Я все оплачу, мне хватит денег и на квартиру, и на животных, и на то, чтобы ты был счастлив и ни в чем не нуждался. Я ради тебя пойду на что угодно.       — Но ты же знаешь, что я так не могу, — взмаливается Итэр, слегка вырываясь.       — Но почему? Неужели ты не хочешь жить со мной? — опешивает Сяо отстраняясь.       — Хочу, боже, да я мечтаю жить с тобой, спать на одной кровати, но я не хочу, чтобы ты полностью меня содержал, чтобы все это висело только на тебе, понимаешь? — выпаливает блондин, а после смягчается, — Потерпи еще годик, мы окончим вуз, и я тоже пойду на работу, и мы будем делить весь быт пополам, как только у меня появятся деньги, обещаю тебе!       — Хорошо, — немного грустно отзывается Сяо и выдавливает из себя полуулыбку, обдумывая слова любимого и стараясь себя не накручивать.       — Ну что, как я выгляжу? — Итэр крутится перед Сяо, давая ему осмотреть его со всех сторон, стоя на первом этаже дома Ли перед зеркалом.       — Как всегда безупречен, солнышко, — улыбается тот и притягивает к себе Сору за талию и любуется тем, как это выглядит в отражении, на что второй смущенно покрывается румянцем.       Год вместе с началом сессии быстро подошел к концу, зачетная неделя пролетела вместе с ними так же незаметно, оставив у Итэра пару хвостов, но о них он предпочел не переживать в канун Нового года и полностью отдаться праздничному настроению, ведь им с Сяо предстоит поход на ту самую спланированную его друзьями вечеринку.       Снег мирно кружится и сопровождает их всю дорогу до нужного адреса. Но загородном доме, в отличие от вечерней полупустой улицы, уже несколько часов не выключается музыка, и Сяо без стука вваливается в его дверь, протаскивая за собой смущенного Итэра.       — Эй, а вот и они! — слышится чей-то возглас из толпы и навстречу к ним пробираются Мона и еще несколько их общих одногруппниц, приглашая ребят к новогоднему столу, уставленному салатами, запечённой картошкой и всевозможной выпивкой.       — Помнишь, что тебе алкоголь нельзя? — в самое ухо, перекрикивая музыку, спрашивает Сяо, садясь за стол, на что Итэр подтверждающее кивает, вспоминая, как ему перед выходом оба Ли читали нотацию о пагубном влиянии смеси антидепрессантов и спиртного.       — Эй, ты все-таки решил прийти? — раздается со спины голос, который заставляет вздрогнуть обоих парней. От стены, на которую он стоял облокоченный неизвестно сколько времени, отталкивается Скарамучча и подходит к ним.       — Скара? Да, я решил, что нам стоит развеяться, — кивает Сяо, обмениваясь рукопожатием и многозначительным взглядом с лучшим другом. Они не общались с момента последней ссоры, и эта встреча сейчас означала то-то вроде негласного перемирия, которому оба несказанно рады. Итэру Скарамучча руку так и не жмет, бросая на него презирающий взгляд.       — Ну, если что, я у барной стойки, подкатывайте, как наедитесь, — кивает младший и удаляется, давая наконец Соре выдохнуть.       — Эй, тебе не стоит из-за него так париться, — наклоняется к нему Ли, подкладывая салат, — Он, может, и бывает грубым, но все понимает. Уверен, он тебя не ненавидит.       — Угу, — соглашается Итэр, окончательно расслабляясь и вслушиваясь в ритм музыки.       Примерно через час сидения за столом, Сяо, все же вдоволь наевшись и убедившись, что его любимый тофу никому кроме него не достанется, тащит отпирающегося Итэра к барной стойке. Сора предпочел бы больше найти укромный уголок и просто посидеть о чем-нибудь беседуя, а не у места, около которого наверняка будут скапливаться люди, желающие отведать напитков. К тому же это близко к танцполу, куда Итэр не сунется и под прицелом пушек.       — О-о, кого я вижу, — сразу восклицает и оживляется Скарамучча, спрыгивая с высокого стула, — По бокальчику?       — Можешь мне налить белого сухого, а Итэру не стоит, — кивает Ли, — Ты что, сегодня за бармена?       — Ну, можно и так сказать, — он показывает через плечо пальцем назад на спящего на стойке парня с косичками, в котором Сора узнает весельчака с их самой первой посиделки, — Венти так хотел разливать всем напитки, что сам напился до потери памяти, пришлось заменять.       — Ясно. Ожидаемо от него, — смеется Сяо, принимая рюмку из рук друга, и достает откуда-то из-под стола неоткрытую пачку сока, которую сует Итэру. Так они проводят еще пару часов, переговариваясь ни о чем, и Сора окончательно расслабляется, привыкая к шумной обстановке, пока на Скару не обрушивается со спины Венти:       — Эй, эй, полегче, не перышко! — возмущенно восклицает тот, пытаясь спихнуть пьяницу с плеч, бормочущего что-то нечленораздельное.       — Проснулся, спящая красавица? — подшучивает над ним Сяо, наблюдая за неловкой борьбой.       — Ага... Ик, — кивает парень, прислоняясь к стене над сидениями, которые занимают Сора и Ли, а потом хватается рукой за рот.       — Эй, только не здесь! А ну! — схватывается Сяо, отпихивая от себя Венти, который вот уже готов продемонстрировать свой внутренний мир всему танцполу, — Где тут туалет? — кидает он Скаре, подхватывая пострадавшего под бок и перекидывая одну его руку себе через плечо.       — Вверх по лестнице и направо, — отвечает Скарамучча, стоя из себя незаинтересованный вид.       — Хорошо, Итэр, я отведу его и вернусь, а то он сейчас всех нас заблюёт. Никуда не уходи, — бросает Ли и, не дожидаясь ответа, уходит, волоча с собой Венти. Итэр боязливо поеживается и озирается, сталкиваясь взглядом со Скарой, и тут же ойкает и отводит глаза.       — Эй, косичка, — окликивает его младший, привлекая внимание, и нависает над ним с барной стойки, — Мы, кажется, не поладили. Ну, вернее я, ну… Короче, блять, че я с тобой как с девкой церемонюсь, — неловко бормочет он, что заставляет Сору слегка усмехнуться, — Сяо мне очень дорог, а он к тебе привязался, так что нам так или иначе придется общаться, так что давай там это… Мир что ли?       — Хорошо! — кивает Итэр, радостно пожимая протянутый ему мизинчик на правой руке Скарамуччи.       — Вот и славненько. Кстати, что-то наш принц со своей принцессой задержались, может сходишь поищешь их? А то Сяо мелкий, небось алкаш свалился на пол, а он не может его дотащить, — кивает бармен, возвращаясь на свое место.       — Ага, — кивает Сора и отправляется в указанном ранее направлении. Он почти бегом поднимается по лестнице и доходит до туалета, окликивает Сяо, но ему отвечает лишь капающая в крае вода. Он растеряно выходит в коридор, думая, что они могли разминуться на лестнице и идет прямо, осматриваясь по сторонам, пока не натыкается на комнату с приоткрытой дверью.       Итэр не помнит, как заглядывает в нее, как вылетает из нее со сверхскоростью, как так же быстро вылетает из дома, не обращая внимание на что-то кричащего вслед Скару, на девушку, которую он чуть не сбивает, не помнит, как вызывает такси и уезжает из этого места.       На утро Итэр разлепляет глаза и жалеет о том, что он не умер прошлой ночью. Он садится в постели и берет телефон. На нем тридцать пропущенных и около пятидесяти сообщений от контакта с именем «любимый». Перед глазами встает образ Сяо, целующегося в той комнате с Венти.