Айдиоты

      Когда Юджин вошёл в небольшую комнату отдыха, его встретила странная картина. На диванах друг напротив друга уже сидело два человека. Они тихо переговаривались и выглядели достаточно дружными на первый взгляд. Первым, кто бросился в глаза, — парень с красными волосами. Он был таким ярким по сравнению с приглушёнными тонами интерьера комнаты, что невозможно было не заметить. Вопреки вызывающему цвету волос, одет сдержанно и стильно. Песочного цвета брюки три четверти с высокой талией. На поясе несколько тонких цепочек-украшений. Кремового цвета рубашка с запахом на правую сторону и подвернутыми манжетами до локтя. Увешанные кожаными браслетами руки были красивыми и изящными, когда он то и дело жестикулировал в такт словам. Войдя в комнату, Хан Юджин прервал разговор, и всё внимание переключилось на него.       И хотя Юджин часто видел красивых людей, но в этом пареньке был чудовищный шарм. То, как он едва заметно усмехался, как прищуривались его по-лисьи хитрые глаза с чуть приподнятыми вверх внешними уголками век. В уверенном, но не презрительном и не надменном выражении лица было всё, что необходимо для айдола. Утончённые, но не мягкие черты без мускулинной грубости. От него веяло человеком другой эпохи. Будто средневековый аристократ сошёл с полотен картин. Это была не кричащая и не вульгарная красота, а такая, что западала в сердце и хотелось смотреть на этого интересного человека чуть дольше. — Я не помешал? — неловко улыбнувшись под пронзительным взглядом красно-карих глаз, спросил Хан Юджин. — Нет, присаживайся, ещё не все собрались, — ответил ему другой парень с угольно-чёрными волосами и глазами. Из-за такого насыщенного оттенка и без того бледная кожа выглядела немного болезненно. Будто он страдал от слабости и плохого самочувствия. Как человеку с комплексом младшего брата, Юджину очень хотелось его пожалеть и позаботиться. — Добро пожаловать в семью, — вторил доброжелательно первый незнакомец. — Давайте представимся, раз уж собрались. Меня зовут Ким Роксу, сценическое имя со времён трейни — «Кейл». Лучше обращаться по нему, так быстрее привыкнуть. — Я — Ким Докча, у меня нет сценического имени, так как раньше я не был в развлекательных кругах, — так же уверенно представился второй. — О, я — Хан Юджин, у меня тоже нет сценического имени, я больше зооблогер в интернете…       Повисла краткая тишина. Было в этом что-то странное. Среди троих членов новоявленной группы был лишь один участник, который что-то понимал в том, как быть айдолом и тренировался? Юджин неуверенно нахмурился, ещё раз оглядев людей перед ним. Кейл вёл себя сдержанно и лаконично, аура вокруг него дружелюбная и мягкая. Однако чувство, что Юджина пытаются обмануть этим уютом, было слишком настораживающим. Ким Докча был, к слову, тоже симпатичным молодым человеком, но несколько… простоватым? Даже его образ из белой классической рубашки и чёрных брюк был слишком… нормальным. Хоть его лицо и было выразительным, но не настолько, чтобы остаться в памяти. Он немного терялся на фоне Кейла, но удивительным образом дополнял его, если поставить рядом. — Я уже знаю, что ты хочешь спросить, — перекинув ногу на ногу, Кейл усмехнулся. — Остальные члены группы тоже специфичные и не совсем из развлекательного круга. — О, — просто пробормотал Хан Юджин, чувствуя себя необычно. — То есть вы единственный, кто разбирается в профессии айдола? Это нормально? — Можно на «ты», всё-таки не чужие уже, — хмыкнул Кейл, задумавшись. — На самом деле подписать контракт уже не так просто, что говорить о дебюте в бойз-бэнде. Обычно за этим следует тщательный отбор, тренировки и кастинги, где только лучшие трейни, пройдя все адовые этапы, получают возможность подписать контракт и готовиться к дебюту. Однако даже это не гарантирует, что ты когда-нибудь выйдешь на сцену. — Пройдя плечом к плечу сумасшедшие и нещадные тренировки, между участниками образуется не только соперничество, но и глубокие узы товарищества. Мы же просто получили приглашение встретиться с наспех собранной командой непрофессионалов, знаешь же, что это значит? — Ким Докча тоже усмехнулся, закинув руку на спинку дивана. Когда их взгляды с Кейлом пересеклись, они пришли к молчаливому взаимопониманию. Оба чувствовали, что отлично сработаются. — Что мы — это эксперимент компании, — не удержался от весёлой улыбки Юджин. — Они собираются устроить нам ускоренный курс молодого айдола? — Не думаю, — Кейл пожал плечами и посмотрел в сторону двери. — Скорее, они просто воспользовались возможностью, которую мы им предоставили. Сколько из нас действительно хотели стать айдол-группой? — То есть?..       Договорить Хан Юджин не смог, так как дверь открылась. Первым вошёл высокий и голубоглазый блондин. Очаровательно улыбаясь с ямочками на щеках, он вежливо склонил голову в поклоне, приветствуя всех, и прошёл прямо к Кейлу. Его длинные ноги в пару секунд пересекли комнату по диагонали. Он протянул сидевшему Ким Роксу айс-латте со льдом и сел рядом, отпивая из собственного стаканчика. На нём была простая белая рубашка с закатанными рукавами, расстёгнутые верхние пуговицы, откуда выглядывал кулон на тонкой цепочке. Классические брюки с идеально выглаженными стрелками, о которые можно и порезаться. Парень выглядел молодо, но очень рассудительно. Мягкая аура, когда он улыбался, в купе с выдающейся красивой внешностью создавала образ живого воплощения принца из детских сказок. Сидя бок о бок с Кейлом, они настолько гармонично смотрелись, будто были созданы для того, чтобы быть вместе.       Юджин немного смутился и посмотрел на другого новоприбывшего парня. Тот был кардинально другим. Одетый во всё чёрное, с плотно облегающими накаченные ноги джинсами и грубой косухе с заклёпками. Хмурый и явно раздражённый, он прошёл мимо без каких-либо приветствий и сел рядом с Ким Докча, тут же скрещивая руки на груди. Агрессивная аура, недовольный взгляд на других людей и множественный пирсинг в ушах. Настоящий пример «плохого» парня, с которым страшно заговорить. Однако Ким Докча только беспомощно улыбнулся и без опаски коснулся его головы, поправляя спутавшиеся волосы. Как мать-наседка, давал комментарии: «Снова гнездо на голове», «Выпрямись и не пугай людей» и «Даже если ты зол, ты не можешь бить людей». Юджин подумал, что эти двое тоже хорошо смотрелись вместе, но, в отличие от другой пары, совершенно не походили друг на друга. С лёгким чувством диссонанса Хан Юджин посмотрел на оставшихся людей. Последние три мужчины были в классических костюмах. Они явно не были частью их бойз-бэнда, слишком взрослые для этого. Среди них лишь один знакомый Юджину человек — тот самый жмот, требующий оплаты химчистки пару дней назад. Он был единственным, кто сел на свободное кресло напротив Хана и миролюбиво улыбался. У Юджина мурашки побежали по спине от его хищного взгляда. — Все наконец-то в сборе, — сказал мужчина с синими волосами, доставая блокнот. — Вы очень пунктуальные. — Переходи к делу, у меня скоро стрим, — без всякого уважения отметил новоприбывший. — Давайте для начала познакомимся, — не обращая на него никакого внимания, взгляд жмота неотрывно следил за Юджином. — Меня зовут Сун Хёндже, двадцать четыре года.       Повисла неловкая тишина. Все смотрели на этого наглого мужчину, который врал без какого-либо смущения. Ранее говоривший стример посмотрела на него, как на идиота. Ким Докча усмехнулся, но положил руку на плечо знакомого, сдерживая его от неприятностей. Два мужчины в костюмах позади Хёндже презрительно на него смотрели, но ни подтвердили, ни опровергли информацию. Блондин на это лишь едва заметно улыбнулся, но ничего не сказал. Кейл фыркнул, чуть прищуриваясь. Казалось, ему как раз было, что сказать. — Кейл.       Мягкий и красивый голос незнакомца поразил Юджина. Он наверняка был хорош в пении, учитывая, насколько притягательно звучал его тембр. Однако Кейл лишь закатил глаза на это, но всё-таки промолчал. — Что, больше никто не представится? — делая вид, что не чувствует, как испортилась атмосфера с его прибытием, Сун Хёндже продолжал веселиться. — Я… Хан Юджин, двадцать четыре года, — решив взять огонь неловкости на себя, со спокойной улыбкой представился Юджин. — Веду блог о животных, которых воспитываю. Очень рад с вами познакомиться. — О, на этом…       «... на этом можно и закончить знакомство». — На этом продолжим ваше знакомство, — прервал Хёндже мужчина с синими волосами, зная, что этот дешёвый начальник хотел сказать. — Я Альбер Кроссман, двадцать семь лет, — подыгрывая этой манере представления, весело продолжил Альбер. — Ким Роксу, двадцать пять, можно называть просто «Кейл», — потягивая айс-латте через трубочку, безразлично ответил Кейл. — Я Ким Докча, мне тоже двадцать пять лет, а это… — Он перевёл взгляд на своего компаньона, чувствуя, что тот не собирался ни с кем разговаривать. — Это Ю Джунхёк, пусть он и выглядит как сварливый тысячелетний старец, ему всего двадцать шесть.       Ким Докча дружелюбно улыбался, пока некий старец сверлил его взглядом. Казалось, такие отношения для них привычны и комфортны. Хан Юджин уже выстроил некоторую иерархию среди этих разрозненных пар. — Что же, очень приятно с вами познакомиться, я менеджер вашей группы — Бад Иллис, а это, — Иллис указал в сторону хранившего молчание мужчины. — Помощник директора компании — господин Бикрос Молан. Мы рады встрече с вами.       Снова появилась странная неловкость. Никто из присутствующих не особо был рад видеть друг друга. — Кхм, давайте перейдём сразу к делу. Я понимаю ваше недовольство из-за нынешних обстоятельств, ведь только один из вас проходил подготовку, чтобы стать участником бойз-бэнда, — Бад выразительно посмотрел на Кейла, но тот ответил ему лишь безразличной улыбкой. — В силу обстоятельств компания приняла решение объединить вас в одну к-поп группу. — Интересно, насколько помню, чтобы дебютировать группе, нужно несколько лет тренировок и обладать как минимум неплохой вокальной и танцевальной базой. Из нас, — Докча обвёл взглядом всех присутствующих. — Едва ли треть может похвастаться и тем и другим. Мы подавали запрос совсем на другое. — Или же компания преследует свои мотивы, пытаясь воспользоваться нами, а это не совсем приятно, — мягко улыбался Кейл, но эта улыбка не коснулась его глаз. — Я не собираюсь тратить время на кривляния на сцене, — наконец-то раздражённо бросил Ю Джунхёк. — Помимо выступлений, у нас имеется и основное место работы, — подхватил Ким Докча. — Я — разработчик игр, а Ю — прогеймер и стример. У нас нет столько свободного времени, чтобы уделять его на тренировки по девять-десять часов в день. Или вы планируете выпустить некачественный продукт на потеху публики? — Быть айдолом — это не то, ради чего я хотел подписать договор с компанией, всё-таки я больше блогер, — продолжил Юджин. — Это… — глядя на ласковые улыбки говоривших, Бад испытал чувство затяжного кризиса. Бросив умоляющий взгляд в сторону Бикроса, он наткнулся только на бессердечную стену разочарования. — На этот счёт компания продумала особые условия, которые заключаются… — В финансировании, — закончил за него молчавший до этого Альбер и холодно усмехнулся, глядя прямо в глаза Сун Хёндже. — Компания «Сесён» славится своей стабильной поддержкой звёзд разного рода: от певцов до блогеров. Их золотое правило: «Воспитывать таланты, сокрушающие звёзды». И в основном у неё тонкое чутьё на тех, кто в будущем станет популярным. Поэтому каждый и проходит жёсткий этап отбора, где главный критерий — не красивые глазки, а талант. И что же такого талантливого увидел ваш директор в разношёрстной группе парней, которые пришли на «особых условиях»?       Присвистнув, Кейл смотрел на Альбера с такой гордостью, будто кричал всем: «Это мой сын! Это мой мальчик!». Удовольствие от того, как Кроссман метафорично забивал других ногами, было невозможно скрыть в его взгляде. — Не то чтобы непонятно, почему нас собрали вместе, — словно святой голубь мира улыбался Ким Докча, сцепив пальцы в замок на колене. — Всё-таки те, кто посвятил себя жизни трейни, — это люди, имеющие необычно сильную мечту. Будет несправедливо забирать в сформированных группах места у тех, кто посвятил этому жизнь. Однако, придя к вам, мы подписывались на совсем иные условия. И глядя на эту химеру... ах, прошу прощения, на этот бойз-бэнд, который отличает лишь привлекательностью, а не талантом, есть основание считать, что ваш директор просто использует нас и наши спонсорские вложения, не желая работать как следует. — Скорее, здесь вопрос в том, что нас не собираются поддерживать и финансировать вообще, — иронично улыбнулся Кроссман, поправляя растрёпанную чёлку. Чуть вьющиеся на концах светлые волосы выглядели и без того привлекательно, цепляя взгляды. — Здесь присутствует трейни, который пользуется популярностью и готовился ранее к дебюту. Популярный прогеймер, выигравший недавно международный чемпионат со своей командой. Разработчик из лидирующей на рынке IT-компании и достаточно известный веб-новеллист. И, конечно же, милый лайф-блогер, который ведёт успешный канал про животных. Используя их популярность, вы собираетесь вытянуть посредственную и бесталанную группу в топы? — А говорят, что блондинки тупые, — усмехнулся Ю Джунхёк, неотрывно прожигая тёмным взглядом спокойное лицо Альбера. — А у прогеймеров пивное пузо и не стоит, но, как вижу, вы тоже в отличной форме? — не удержался Кейл, откровенно веселясь над несчастьем других.       Не стерпев, Ким Докча прыснул со смеху, едва не пролив слёзы. Вытянувшееся от недоумения лицо Ю Джунхёка было лучшим, что он видел за последнее время. И хотя Кроссман за один день собрал на них всех информацию, это не вызывало отторжения у других. Скорее, в их глазах Альбер был человеком, с которым не следовало шутить и делать своим врагом. — А ты? — Юджин озадаченно посмотрел на Кроссмана, который перечислил заслуги всех, кроме своих. — Я не публичная личность, скорее, моя зона увлечений — это бизнес, — с таким выдающимся и слепящим от красоты лицом, говоря эти слова, Альбер напрашивался на побои. — Тогда зачем ты пришёл сюда? — Это было слишком любопытно, и даже Ким Докча не удержался от вопроса. — У него есть ум, красный диплом Гарварда и отвратительный характер, — вклинился Кейл, снова неряшливо растрепав недавно поправленную чёлку рукой. — Он просто рождён для того, чтобы бесить людей. — Кейл, — беспомощно улыбаясь, Альбер отвёл его руку от своих волос и крепко сжал ладонь, удерживая. — Ваш отец наверняка гордится таким умным сыном, — вдруг сказал Хёндже, откинувшись на спинку кресла в доминирующей манере. Улыбка Кроссмана дрогнула, и он посмотрел на Сун Хёндже со скупой иронией. — Вам лучше знать, мистер Сун, люди вашего возраста склонны поучать молодёжь, — Альбер вбросил ответную шпильку. — Я не самый возрастной в нашей группе, твои слова разбивают мне сердце, малыш Беру, — оскалился Сун Хёндже.       Наступила очередная неловкая пауза. Иллис тревожно смотрел на спину своего директора, не зная, как быть. В свою очередь, Бикрос просто глядел в окно, размышляя, что он вообще делал в этой комнате с интеллектуальными идиотами. Ему хотелось простого и человеческого: пойти домой и приготовить ризотто с морепродуктами, а не следить за каламбурами великовозрастных детей. — Простите, но вы все знакомы друг с другом? — Юджин чувствовал себя очень смущённым, словно он единственный в комнате не понимал, что происходит. — Отчасти да и нет, — бросил Кейл, взяв на себя труд объяснить Хану происходящее. — Я и Альбер познакомились на нейтральной территории. Об остальных лишь наслышаны. — Мы с Ю коллеги по работе, он бета-тестировщик игр, которые я создаю, — вклинился Ким Докча, поддерживая дружелюбный настрой Ким Роксу, принимая оливковую ветвь. — До того, как прийти сюда, я посмотрел пару выступлений Кейла. Ты очень выдающийся танцор. — Спасибо, твои новеллы я тоже читал. Особенно мне нравится «Рождение героя» и «Три способа выжить». Поражаюсь твоей работоспособности, — в ответ похвалил Кейл. — Давайте вернёмся к работе, — наконец устав от пустых разговоров, вклинился Молан. — Бад, раздай договоры. Вы уже видели их в электронном формате. Поэтому я поясню. Господин Кроссман прав. Компания не планирует вкладываться в ваше продвижение наравне с обычными нашими подопечными, но и не отказывается от вас полностью. Ваши «особые условия» — это финансовые вложения и спонсорство в компанию.       Потом его взгляд остановился на спине Сун Хёндже и медленно переключился на озадаченного Юджина. — Конечно, не у всех. — Сделал он ремарку. — Решение принял директор, исходя из ваших запросов. Господин Кроссман хотел стать музыкантом, а господин Ким Роксу — дебютировать в составе бэнда или просто айдолом. Господина Ю Джунхёка продала... отправила его компания из-за невыполненных рекламных обязательств в качестве неустойки. Зачем здесь господин Ким Докча, мы не совсем понимаем, так как вы писатель, но вы шли обязательным условием от господина Ю. — Так вот почему меня вызвали на ковёр начальника отдела! — И хотя Ким Докча улыбался, когда смотрел на Ю Джунхёка, тот неловко передёрнул плечами, чувствуя, что дома его ждало что-то пострашнее продажи. — Господин Юджин же хотел подписать договор, чтобы иметь возможность развить свой канал. Это не совсем в наших интересах, но знакомый директора поручился за вас, и мы приняли запрос. Исходя из всего, нам просто нецелесообразно заниматься вашим развитием по отдельности, учитывая, что вы не планируете задерживаться в индустрии развлечений. Поэтому условия ваших контрактов изменены. Мы подписываем с вами соглашение не на стандартные пять-семь лет, а всего на два года, в течение которых компания «Сесён» обязуется предоставить все условия для развития и тренировок, но не заниматься вашим активным продвижением. Это вы будете делать сами. — Какие вздорные условия, — фыркнул Кейл, поигрывая кубиками льда в стакане. — Ваш директор теряет хватку, — вторил ему Альбер, закинув руку на спинку дивана со стороны Ким Роксу. — Компания предоставляет нам место, но что по поводу учителей вокала и хореографии? — добавил Ким Докча. — Мне плевать, давайте быстрее покончим с этим, — Ю Джунхёк был неумолим. — Послушайте, — вздохнул Бад, сожалея, что они просто не набрали смазливые личики, а вскрыли шкатулку Пандоры с чёртовыми гениями. — Ладно, всё равно на ваше продвижение, мы справимся сами, — в итоге сказал Альбер, беря свой договор и переворачивая чистой стороной. Чёрной ручкой, лежащей рядом, начал набрасывать свои условия. — Добавьте пункт, что все рекламные доходы, которые придут исключительно от нас, в полной мере выплачиваются команде. Вы отказываетесь от своего процента, предоставив лишь своё имя. Всё остальное мы сделаем сами. — О, ты решил обворовать компанию? — восхитился Кейл. — Я не могу позволить обидеть своего партнёра, когда он начнёт продавать нас втридорога, — Альбер усмехнулся, прекрасно понимая, насколько в этом талантлив Ким Роксу. — К тому же буферный период на создание контента и репетиции до официального дебюта — восемь месяцев. Через это время компания «Сесён» сделает официальное объявление в своих социальных сетях. — Здесь какой-то странный пункт, — включился в разговор Юджин, и Бад напрягся. — Что значит «сторона обязуется не вступать в отношения в течение пяти лет»? А если уже встречаешься с кем-то?       Видя взаимодействие между остальными участниками, Хан Юджин чувствовал, что там далеко не «просто дружба». Четыре человека в комнате задумались над условием, даже ручка Альбера замерла над листом бумаги. — Значит, расстанься с ним, — Сун Хёндже больше не улыбался, смотря на Юджина пронизывающим до глубины души взглядом. — Контракт заключаем на два года, а обязуемся не встречаться пять? Интересные мысли у вашего директора, — усмехнулся Альбер, продолжая что-то записывать. — Отношения между участниками группы же не запрещены? — Кейл посмотрел на Сун Хёндже с недовольством и лёгким презрением. Этот старый лис пытался отведать лебяжьего мяса за их счёт, так ещё и выдвигал такие смехотворные условия. Ему было всё равно, станут они популярными или нет. Его единственная цель — дебютировать. Не больше и не меньше. — … — в этот раз Альбер его не окликнул, молчаливо соглашаясь.       Ю Джунхёк, сидевший рядом с Ким Докча, тоже ничего не сказал, даже его агрессивность немного поутихла. Собравшиеся люди, за исключением раздражающего Сун Хёндже, пришлись ему по нраву. Всегда приятно работать с осознанными и адекватными людьми, чем со сборищем тупоголовых кокеток. Ким Докча и вовсе не имел мнения, он здесь не по своей воле, а по капризу одного своенравного прогеймера, о котором вынужден заботиться. Слава его мало волновала. Он использовал это как возможность собрать материал для нового романа. — Не уверен, — сказал Бад, косясь на спину своего босса. — Но лучше воздержаться. — Вы не уверены, но настаиваете, интересное у вас мышление, — не унимался Кейл, его глаза недобро блестели, словно он уже карандашом вписал имя Иллиса в свою тетрадь жертв. — Если компания не собирается нести за нас ответственность, как за полноправных подопечных, то и свои необоснованные желания она может оставить при себе, — кивнул на слова Ким Роксу Докча. — Всё-таки мы не ваши послушные цыплята, а полноправные партнёры, которые лишь на словах пользуемся ресурсами «Сесён». — Думаю, на этом можно закончить, — Альбер протянул исписанный от начала до конца листок мелким почерком. От одного вида у Бада Иллиса заболела голова. — Здесь все наши условия и правки, которые вы должны внести в наши договора. Остальные желают ознакомиться и дополнить? — У меня нет возражений, я тебе доверяю, — спокойно сказал Ким Докча, поднимаясь с дивана. — У нас не осталось времени до начала стрима, мы пойдём. — Выпускник Гарварда вселяет уверенность, — кратко бросил Ю Джунхёк, следуя за Ким Докча к выходу. Он едва заметно улыбнулся на прощание, всё-таки эти люди показались ему интересными. — Кейл? — Кроссман протянул ему лист, на который тот даже не взглянул. — Моя блондинка очень осознанная, мне не о чем беспокоиться, — игриво покусывая кончик трубочки, веселился Ким Роксу. — Юджин? — напоследок спросил Альбер, игнорируя насмешку Кейла. — О, нет, мне нечего сказать, — Юджин тоже поднялся и, поклонившись, пошёл к выходу. — Извините, мой Мир очень не любит долго оставаться один. Я пойду первым.       Напрочь игнорируя молчаливого Хёндже, Альбер протянул лист побледневшему Баду. Перед уходом Кроссман галантно подал руку Кейлу, помогая подняться с дивана. — Если на этом всё, ознакомьтесь со всеми правками и отправьте исправленный договор мне на почту. Мой юрист ознакомится с ним, и мы примем решение, — напоследок бросил Альбер, уходя. — Малыш Беру-Беру так вырос, — до этого не встревавший Сун Хёндже наконец-то заговорил, отринув притворство. — Слишком умные люди — это не сексуально. — Это сексуальное домогательство, господин Сун. Вспомните о том, сколько вам лет, и не позорьтесь, — в глазах Альбера промелькнуло раздражение, которое он так долго сдерживал. — Мне всё равно, что вы собираетесь выставить себя на посмешище, но я не позволю вам поставить нас под удар. Вы первый нарушили обязательства, не вините меня за грубость.       Кейл тактично молчал. Он прекрасно осознавал, что Альбер и Хёндже больше, чем просто знакомые, но вынуждены делать вид, что это не так. И хотя ему было весело дразнить Кроссмана, но если дело касалось интересов и состояния Альбера, он занимал чёткую позицию. Ему всё равно, в какой компании дебютировать, Кейл не собирался оставаться в развлекательном кругу и последовал сюда за Кроссманом, потому что так было легче. — Ты сам недалеко ушёл, охотясь за молодой звёздочкой, — насмешливый взгляд Хёндже пробежал по телу Ким Роксу. Прежде чем он успел ещё что-то сказать, Альбер заслонил Кейла собой, не давая тому возможности. — Я прекрасно вижу, ради чего вы это делаете, — презрение и холод сквозили в глазах Кроссмана. — Милашка любит не вас, а свой зоосад, директор Сун. Если вы собираетесь к чему-то принудить этого ребёнка, я затаскаю вас по судам.       Это было последнее, что сказал Альбер, прежде чем взять Кейла за руку и вывести из комнаты. Сун Хёндже даже не поменялся в лице, когда бросил краткое: — Передавай привет отцу, маленький бунтарь...       Ничего не ответив, Кроссман громко хлопнул дверью, уходя. Наблюдая за этой картиной, Бад Иллис покрылся холодным потом. Он не понимал, во что его насильно втянули. Современные дети были настолько страшными? — Директор... — Возьми договор и внеси правки, — склонив голову набок, просто ответил Сун Хёндже. Его мало волновало происходящее, он просто хотел повеселиться на своей охоте. А вот последствия для других его мало волновали. — Директор Сун, у вас встреча в три часа, — монотонный голос Молана развеял затянувшуюся неловкость. — Ты прав, — глядя на часы, он кивнул. — О, и найди мне блог Юджина, я хочу посмотреть на его Мира.       Бад проводил Сун Хёндже и Бикроса взглядом, надрывно рыдая в своём сердце. С таким стрессом он к концу года либо уволится, либо облысеет. Третьего просто не дано.