Друг детства

Пот струями тек по шее, тяжелое дыхание разрезало тишину спортзала. Ещё один подход. Мышцы просят пощады, отказываясь гнуться. Штанга падает на пол с глухим звоном, а Джон обессилено валится следом. Доктор просил не усердствовать на тренировках, но МакТавиш не мог себя жалеть, пока его товарищи рвут задницы на заданиях без него. Команда Прайса сейчас в Мексике. И дела идут по пизде. Это Джон узнал, когда не смог дозвониться до Лассвелл. Это — что-то из ряда вон выходящее. Он не знал, что сейчас с его командой. Целы ли они, живы? Жив ли Саймон? Этот вопрос назойливой мошкой крутился в голове, превращая мозг в калейдоскоп тревоги и страха. Джон вытер лицо и шею полотенцем, вновь беря телефон в руки. Пальцы сами набрали номер Кейт. Недолгие гудки прервались коротким писком. Лассвел наконец вышла на связь. — Кейт? — Джон, приятно тебя слышать, — голос женщины на том конце уставший и лишенный прежней непоколебимости. — Что случилось? С командой нет связи уже неделю, — тон шотландца выдавал его обеспокоенность. — Много чего случилось… — Лассвелл вздохнула, и в этом вздохе читалась невероятная усталость и разочарование, — Шепард предал нас. — Шепард — что?! — МакТавиш ошарашено выдохнул, уставившись в стену перед собой. В голове отбойным молотом гудели слова о предательстве. — Генерал Шепард предал команду Прайса, он позволил Грейвзу захватить и присвоить мексиканскую военную базу, ещё и упечь в тюрьму Алехандро — майора мексиканской армии, с которым мы сотрудничали. Связи с Прайсом нет, как и с остальными членами команды. В трубке звучало гнетущее молчание, и Соупу понадобилась ровно секунда, чтобы принять решение. — Кейт, я отправляюсь к ним. — Джон, нет, ты ещё слаб и — — Нет, я уже достаточно восстановился. Я не могу отсиживаться, когда Гоуст, — замялся, поправляя, — когда команда в опасности. Возможно их пытают или… черт, я должен помочь. Лассвелл на том конце молчала, раздумывая. Она понимала, что Джон ещё не полностью вернулся в свою форму до болезни, но так же она понимала, что лучше бойца чем Соуп — ей сейчас не найти. — Хорошо… Будь готов к вылету сегодня в шесть часов. Я отправлю тебе координаты и всю информацию, которую имею на данный момент. — Спасибо, Кейт. — Нет, за такое не благодарят, Джон. Прайс меня живьем закопает после того, как увидит тебя на поле боя. Так или иначе… удачи, Соуп. — Спасибо, — звонок оборвался. Шотландец глянул на наручные часы и убедился, что в запасе у него три часа.

***

На взлетной площадке было пусто, только один вертолет издавал гул, готовясь ко взлету. Джон, полностью экипированный, расположился на одном из сидениев, ощущая покалывание в пальцах от нервов. — Сэр, взлетаем? — Он обратился к пилоту, повысив голос, чтобы перебить шум двигателя. — Ждем ещё человека. Джон удивленно вскинул брови, переводя взгляд на входящего в кабину Гаса. — Хотел без меня повеселиться в Мексике? — Улыбаясь во все тридцать два, Кайл плюхнулся на сиденье рядом с шотландцем и скинул рюкзак. — Придурок, — беззлобно фыркнул тот, — ты вообще в состоянии бегать с тяжеленным рюкзаком и пушкой? — Я буду на подхвате, многого от меня не жди, друг. Помогу чем смогу, — тот стал серьезней, чуть нахмурив брови. Джон кивнул, а вертолет наконец оторвался от земли.

***

Мексика встретила не теплыми распростертыми объятиями, а холодным дождем и мерзкой духотой. В лесу, где их высадили, темно было, хоть глаз выколи. Они двигались бесшумно. Кайл был начеку, осматривая местность, в то время как Джон возился с рацией. Он пытался найти частоту, на которой сможет связаться с членами команды, но из динамика только и лилось тихое шипение. Он сумел выйти на частоту Теней. Те обсуждали оккупацию города и, от чего сердце МакТавиша неприятно сжалось, «большого парня с жуткой маской». Сомнений и не могло быть, что речь шла о Гоусте. Тени разыскивают его. Джон продолжал выкручивать колесико на приборе, вслушиваясь в шипение. И вдруг, на одной из волн, шипение стало едва слышным, а где-то на грани слышимости звучал тихий отборный мат с до боли знакомым МакТавишу акцентом. — Гоуст, это Соуп, как слышно? Громко бьющееся сердце, казалось, заглушало шелест дождя и мокрой травы под ногами. Оно сжалось, принимая оборонительную позицию, но в следующее мгновение сделало такой кульбит, что Джону, вероятно, грозил сердечный приступ. — Джонни? — Голос исказился недоверием и волнением. Джон выдохнул облегченно. — Саймон, где ты? — Джонни, какого черта ты здесь делаешь? — Саймон говорил тихо, но тон был серьезен. Он не верил своим ушам. На мгновение Райли показалось, что голос в его ухе — не смешная шутка собственного мозга, страдающего от кровопотери. — Лассвелл мне все рассказала. Сейчас важно не это. Где ты? Что с командой? — Ветви мокрых деревьев били в лицо, но Джон сосредоточил все своё внимание на тихом шепоте в ухе. — Я… в городе, он кишит Тенями. Я устроил снайперское гнездо в церкви и не могу прорваться из города. Их слишком много, а я… не в лучшем состоянии, — голос лейтенанта был тихим и ослабшим, будто он держался из последних сил. — Саймон, ты ранен? — Беспокойство неприкрыто сочилось в голосе. Сердце неровно трепыхалось в груди, пока он спешно продирался сквозь влажные заросли леса. — Да. Джонни, не вздумай совать сюда свою шотландскую зад- — Эл-ти, помолчи. Мы с Гасом уже рядом. Я вижу башню церкви, — Соуп сощурил веки, вглядываясь в темноту, чтобы оценить обстановку. А обстановка была хуевая. На выезде из города стояли патрули Грейвза, не менее трех машин и дюжины бойцов вооруженных до зубов. Джон беззвучно выругался. — Джонни, — голос мужчины был серьезным и обеспокоенным. — Я не смогу отсюда выбраться. Уходите и найдите остальных. — Блять, Саймон, хватит нести эту чушь, — шотландец раздраженно шикнул, скрывая за своей реакцией страшную тревогу за Райли. — Мы уберем посты охраны, а ты раздобудь тачку. Подхватишь нас у ворот, все ясно? Джон оглядел еще раз сосредоточение Теней, прикидывая план действий. — Хорошо. — Не подъезжай к воротам, пока не услышишь взрыв, — Джон уже понял, что без взрывчатки не обойтись. — Принято, — голос на том конце был сбивчивым — Гоуст приступил к исполнению плана. — Гас, — сержант махнул, привлекая внимание Кайла. — Установи взрывчатку с этой стороны, я проберусь через дорогу и постараюсь заложить тротил под их авто. Остальной план действий ты слышал. Все ясно? — Так точно, — Гэррик кивнул, доставая из рюкзака взрывчатку. Джон кивнул уже сам себе, прикидывая, как незаметно перейти освещенную дорогу. Ответом стали увесистые камни под ногами. Всё ещё не особо сильными руками подхватив их, МакТавиш приложил все свои усилия и кинул их в бетонную стену ограждения. План сработал: все до одной Тени обернулись на источник шума, упуская из виду дорогу. Джон шмыгнул через гравийку, ныряя в кусты. Он быстро разобрался со взрывчаткой, сложив ее под колесами припаркованных у обочины автомобилей. МакТавиш отступил обратно в тень, щелкая кнопку коммуникатора. — Гас? — Все готово, жду не дождусь фейерверка, — сержант сохранял задор и оптимизм, что определенно нравилось Соупу. — Тогда на счет три, — Джон в предвкушении сжал контроллер, кладя палец на кнопку. Прогремел мощный взрыв. Джон, предусмотрительно прильнувший к земле, ощутил ударную волну, едва не задохнувшись потоком пыли. — Гоуст, как слышно? — Шотландец медленно встал, продвигаясь к дороге. Нужно было убедиться, что ничто не помешает их выезду из этого чертового места. — Слышу. Готовьтесь, я на подходе. МакТавиш увидел спешащего к нему Кайла и расслабленно выдохнул. Дело осталось за малым: дождаться лейтенанта и свалить к чертовой матери. В этот же момент послышался рев двигателя, Соуп повернулся на звук, видя гражданский пикап, несущийся к ним. — Гас, вперед! — Джон подлетел к подъехавшему автомобилю и помог другу завалиться на заднее сидение. Гэррик тяжело дышал, болезнь сказывалась на нем. Стоило шотландцу сесть рядом с лейтенантом, на них посыпался град пуль. — Твою мать! Гоуст, газуй! — Воскликнул, перекидывая винтовку через сидение, целясь сквозь уже разбитое заднее окно. Погоня. Внедорожник с пулеметной установкой мастерски лавировал точно за ними, решетя их хиленький пикап. — Джонни, убери стрелка! — Гоуст вжал педаль газа в пол, стараясь оторваться от преследователей. — Сукины дети, — шипел Джон, перезаряжаясь. Краем глаза он видел, как одна из пуль едва не прошила голову Саймона. Сердце стучало в ушах, пока он целился в голову автоматчика, а неровности на дороге лишь усложняли задачу. Соуп стиснул зубы, спуская курок. Стрелок пошатнулся и в следующее мгновение мертвым грузом свалился с несущейся на большой скорости машины. Град пуль прекратился, но Джон уже видел, как одна из Теней на соседнем сидении от водителя наводит на них пулемет. Первый выстрел МакТавиша пришелся мимо, второй — прямо в голову ублюдку. Следом пулю в лоб получил и водитель, от чего машину тут же увело в кювет. — Молодец, Джонни, — прохрипел Райли под боком, а Джон обеспокоено осмотрел того. В глаза тут же бросилась обильно кровоточащая рана на руке, которую Гоуст наспех перевязал какой-то тряпкой. — Пулевое? — Так точно, — голос Гоуста звучал до ужаса уставшим. Его веки слипались, и Джон начал беспокоиться, как бы тот не потерял сознание за рулем. — Саймон, останови машину. Ты сейчас отрубишься, — положил руку на плечо мужчины и тот сдался, сворачивая на обочину. — Гас, садись за руль. Тот кивнул, освобождая место для лейтенанта. Саймон с тихим шипением завалился на сидение, а Джон сел рядом. — Езжай до развилки, там нам налево. Через два километра будет постройка, эти координаты оставил Алехандро, — Саймон дал указания Гэррику, и тот кивнул, выезжая на дорогу. Джон взял свой рюкзак и выудил аптечку, ища необходимые медикаменты. Он аккуратно, стараясь не потревожить рану, снял повязку, насквозь пропитанную кровью. На ходу было бы неразумным пытаться вытащить из руки лейтенанта пулю, поэтому шотландец только вкалывает анестетик, чтобы в ближайший час изъять пулю и зашить рану без невыносимой боли для Райли. Гоуст обессилено роняет голову на плечо Джона, а тот тихо выдыхает, слабо прижимая к себе того за плечи. Похоже, Саймону было действительно очень плохо, потому что едва слышные болезненные стоны сопровождали их до конца поездки. — Подожди здесь, — МакТавиш укладывает голову лейтенанта на подголовник сидения. — Нет, я в норме… — Гоуст порывается встать, но тут же хрипло стонет, жмурясь. — Саймон, не спорь. — Сержант выходит из авто, переглядываясь с Гасом, что с нескрытым любопытством наблюдал за ними. Джон, игнорируя взгляд друга, кивает тому на деревянную дверь. Однако, подойдя ближе, Соуп видит неприметные для многих картонные и деревянные листы перед дверью. — Нажимная пластина, — Озвучивает мысли Джона Кайл. Шотландец кивает и замечает оконный проем, указывая Гасу на него. МакТавиш бесшумно проскальзывает к нему, а Гэррик прыгает внутрь, осматриваясь. Джон вглядывается в темноту и вдруг видит красную точку лазера на голове своего друга. — Не двигайся! — Острый метательный нож через мгновение опускается с руки Соупа в деревянную балку, за которой тут же спрятался человек. — Кто здесь?! — Ты и есть Алехандро? — Соуп решил, что это именно он. Незнакомец вынырнул из своего укрытия, недоверчиво держа нежданных гостей на мушке. — Вы ещё кто? — Мужчина держит парней на мушке, хмурясь. — Мы с Гоустом, Алехандро дал ему эти координаты, — лицо незнакомца вытянулось при упоминании знакомых ему людей. — А где Гоуст? — Он в машине, его подстрелили. — Ох, давайте занесем его внутрь, — мужчина спрятал ружье, отходя к двери.

***

— Сай, не засыпай, пожалуйста, — Джон легонько похлопал того по щекам, когда делал последние стежки на его предплечье. — Постараюсь, — Гоуст откинул голову на стену, поправляя подушку под поясницей. Соуп сделал узелок и обрезал нить, накладывая на швы повязку. Висок жгло от чужого взгляда, и шотландцу стоило немалых усилий, чтобы не покрыться румянцем с головы до ног. — Чего смотришь? — Джон кинул короткий взгляд на расслабленного Саймона, но быстро перевел его на аптечку, чтобы сложить всё по местам. — Нравится. МакТавиш замер с бутыльком перекиси в руке. — Вот как. — Джонни, ты злишься на меня? — Хриплый уставший голос тек в уши словно мед, заполняя разум шотландца. — Нет, — выдохнул, щелкая замком белого ящика. Мотнул головой, выдыхая, — нет, на тебя не за что злиться. Джон может поклясться, что Райли под маской улыбнулся. — Джонни, посмотри на меня. МакТавиш по какой-то причине совершенно не мог хоть как-то сопротивляться. И не хотел. Поднял на мужчину свои голубые глаза, затаив дыхание, когда большая ладонь в грубой перчатке легла на его щеку. Джон заглянул в темные глаза Саймона, млея от нежности прикосновения. Райли склонил голову набок, скользя взглядом по лицу шотландца. Сердце МакТавиша сделало крутой кульбит, когда лицо лейтенанта, все ещё скрытое за балаклавой, приблизилось к его собственному. Даже сквозь плотную темную ткань он мог ощутить жар дыхания, опаляющего его губы. От такой интимной близости Джон тяжело сглотнул, чувствуя, как начинают гореть его щеки. — Могу я тебя поцеловать? — От горячего шепота у МакТавиша едва не закружилась голова. Он так давно этого желал, но сейчас все внутри горит и пульсирует, будто протестуя. Нет, не подумайте. Джон целовался прежде. В первые армейские годы за шотландцем прихлестывал один парнишка, настойчиво так. В один из увалов тот пригласил МакТавиша в бар, затягивая в веселую и незамысловатую беседу. Его разум быстро затянулся алкоголем, и в какой-то момент на его талии оказалась чужая ладонь, такая горячая и требовательная, а губы уже плыли в мокром поцелуе. Но шотландец спасовал, когда понял, к чему все идёт. Таким был первый поцелуй и последний поцелуй Джона. — Джонни? — Ласковый шепот выдернул Соупа из транса. Шотландец вдруг осознал, что так и пялился лейтенанту в глаза всё это время, держась за края балаклавы на шее. — Все в порядке? Джон рассеянно кивнул, опуская взгляд, а Саймон внимательно следил за его лицом, ища ответы. — Все хорошо, Джонни, я не настаиваю, если ты не хочешь, — ладонь соскользнула с щеки сержанта, но тот тут же перехватил её, неуверенно сжимая. — Я… я хочу, — Джон наконец поднял взгляд. Сердце ухнуло куда-то в желудок от внимательного взгляда лейтенанта. Сомнения гадким сорняком начали оплетать его душу и мысли. Не бросит ли его Саймон снова? Джон долгие годы страдал, его сердце болезненно сжималось от воспоминаний о белокуром парнишке, когда того уже не было рядом. Шотландец закрыл своё сердце для подобных чувств после того, как Райли бросил его, оставив напоследок родной призрачный образ, который являлся ему из ночи в ночь. — Ты разбил мне сердце, Саймон, — Джон, казалось, даже всхлипнул. Он утер ненавистные слезы, отворачивая голову от испытывающего взгляда мужчины. — И не прошло ни дня, чтобы я не жалел об этом, — голос Райли был тихий, переходящий в шепот. Джон затаил дыхание, потому что чувствовал, как подступающая истерика уже сдавила ему горло, грозясь вырваться наружу безудержным плачем. МакТавиш ненавидел себя за свою эмоциональность. — Докажи, — выпалил, вскинув решительный взгляд к любимому лицу. — Докажи, что не оставишь меня больше. Что тебе действительно жаль. Что я для тебя хоть что-то значу… Шотландец сглотнул, вставая на ноги. Райли замер, не находясь в ответе от замешательства. — Ты нам нужен в хорошей форме, постарайся выспаться. Тихий шорох, после которого скрипнула ветхая дверь. Саймон остался наедине со своими мыслями.

***