Зеркало

— Так ты, выходит, ведьма? — заинтересованно спросил ребёнок. — Ведьма, — кивнула женщина, рассматривая пустой котел. «Как, черт подери, это возможно? — только и думала колдунья. — Это испытание? Испытание от дьявола?» — Классно, — радостно произнес мальчик. — Моя мама — ведьма. У Аментии от такого заявления аж челюсть чуть не отпала. Что этот неслух себе позволяет?! — Что ты... — воскликнула колдунья. — Я не... я не твоя мать, чёрт возьми! — Но, — нахмурился Арчи, — теперь я твой. Значит, и ты моя. Моя мама. Женщина скрестила руки на груди: — Я не твоя мать, — повторила она строже. — Ты просто мой... — Кто? — поинтересовался мальчишка. Колдунья зажмурилась. Что этому негодяю от неё нужно? Почему из тысячи ведьм дьявол выбрал именно её? — Знаешь, мам, — отвлёк от размышлений парнишка. — У тебя здесь мило. Только... убраться бы не мешало. Метла есть? Ребёнок потопал к печи, по-хозяйски рассматривая всё, что было в доме. — Аментия, — рыкнула женщина. — Меня зовут Аментия. — А меня Арчи, — мальчик, подойдя, протянул руку для пожатия, его глаза искрились озорством. — А не «неслух». Ведьма зарычала со нескрываемой злостью глядя на паршивца, а мальчишка захихикал. — Ты забавная, когда злишься, — заметил он, огядевшись. — Так, а где я буду спать? — На печи, — буркнула женщина, выйдя из дома. Колдунья села пень и зажмурилась в попытке успокоиться. Что вообще происходит? На кой ей ребёнок? Она сошла с ума? На колени залез пушистый спутник, тихонько замурлыкав. — О, Либертас, — Аментия потрепала питомца по голове, отчего тот довольно заурчал, растянувшись на ведьме, — кажется, дьявол меня ненавидит. Звереныш обнажил зубы в оскале, заглядывая своими жёлтыми глазками в тёмную душу хозяйки. Кажется, она даже начала успокаиваться, забывая о переживаниях, пока... — Кошечка! — завопил мальчишка. — Кошечка! Хочу кошечку, дай погладить! Ребёнок ураганом пронёсся возле ведьмы, хватая животное в свои руки. Кот немедля зашипел, оцарапав парнишке руку. — Ай, — захныкал Арчи, обиженно глядя на Либертаса. — Ты плохая кошечка. — Во-первых, несл... — Аментия запнулась, — Арчи, это не кошка, а кот. Во-вторых, он своевольный и не потерпит, чтобы его кто-то хватал. Подтверждая слова хозяйки, животное зашипело. Мальчик нахмурился, но кивнул, всё еще держась за руку. Колдунья снова потрепала питомца по голове и, встав, повела негодяя за собой. Ребёнок же, кажется, совсем забыл о руке и уже вовсю засыпал ведьму вопросами: — А ты умеешь летать на метле? Нет? А почему? Кот проводил их сочувствующим взглядом и ушёл восвояси. — А ты не боишься, что тебя сожгут на костре? — не унимался паршивец. — Нет, — отрезала женщина, заводя мальчика в дом. Арчи продолжал свои расспросы, пока ведьма искала свои запасы мазей. Наконец флакон был найден, а потому колдунья усадила мальчишку на свою кровать и ухватила за запястье, рассматривая ровную красную линию. Несколько капелек крови уже успели окрасить рубашку мальчугана в алый цвет. — А это правда, что ты не можешь утон... Ай-яй-яй! — завизжал ребёнок, когда колдунья начала втирать ему в руку мазь. — Больно, тётушка-ведьма! — Прекрати надрывать свою глотку и мои уши, неслух, — нахмурившись, потребовала Аментия. — Извини, — понурился мальчик, — но мне правда больно. — Не больнее, чем помереть от заражения, — отмахнулась колдунья. — Иди и застирай, а я подумаю, во что тебя одеть. Парнишка вздохнул и, кивнув, вышел из дома ведьмы. Колдунья же пошла прямиком на чердак в поисках чего-нибудь подходящего для маленького паршивца, свалившегося ей на голову. Найдя кое-какую ткань, женщина принялась за работу. — Ты шьёшь! — восторженно заявил Арчи. — При помощи магии! Аментия обернулась к ребёнку и, кивнув, вернулась к шитью. Игла сама по безмолвному приказу проделывала новые и новые швы, скрепляя отдельные детали в единое изделие. Вывернув сорочку на «лицевую» сторону, ведьма приложила её к мальчишке. — Должно быть впору, — хмыкнула она, протягивая ребёнку одежду. — Одевайся. Мальчик кивнул, и выпирающие рёбра скрылись за тканью. Колдунья поморщилась, уж слишком костлявым был её... этот неслух. — Красиво, — оглядев себя, сказал парнишка. — Спасибо. — Есть, небось, хочешь? — разведя огонь под котлом, предположила ведьма. — Хочу, — пара зелёных глаз загорелось в предвкушении. — А что есть будем? — Кашу, — хмыкнула женщина. Мальчишка нахмурился, но ненадолго: — А ты в нем и зелья варишь? — заглядывая в котел, поинтересовался Арчи. Колдунья молча кивнула. — Класс! А покажешь мне? Ведьма уже вовсю молилась дьяволу, чтобы каша наконец приготовилась, а это исчадие ада замолчало. Желательно навсегда. Стоило ребёнку дожевать, как Аментия, не давая ему возможности что-то сказать, произнесла: — Уже слишком поздно. Тебе пора спать, неслух. — Меня зовут Арчи, — надулся парнишка, забираясь в постель. — Посиди со мной. — Что? — растерялась колдунья. — Зачем? — Мне страшно засыпать одному, — заявил мальчик, закутываясь в одеяло. — Побудь со мной, пока я не усну. Нет, паршивец не просил, он ставил перед фактом. Пока ведьма пыталась осмыслить происходящее, ребёнок уже схватил её за руку и, положив на свою макушку, имитировал поглаживания. — Ты на самом деле хорошая, тетушка-ведьма, — тихо пролепетал мальчишка. — Ты мне нравишься.