С любовью, Джеймс

Основное шоссе перекрывают на неопределённый срок из-за крупной аварии. Единственный короткий путь объезда лежит через знаменитую улицу «Крылья бабочки». Тони злится, не желая окунаться во всю ту грязь и дурные воспоминания. Снова. Но другого выхода нет. Он медленно проезжает мимо очередного перекрёстка, останавливается на красный и замечает в самом тёмном углу старого здания дрожащего парня. Он стоит, кутаясь в непонятного вида серый свитер, дует на руки и жалобно озирается по сторонам. Тони смеётся. Вот же недоразумение! И он надеется кого-то подцепить? С таким видом? Серьёзно? Тони уговаривает себя ехать дальше. Это не его дело, и снимать никого он не собирается. Загорается зелёный, автомобиль трогается с места, но так медленно, что сзади сигналит раздражённый водитель. — Да пошёл ты! Тони ещё раз смотрит в зеркало бокового вида на запуганное недоразумение, и что-то во взгляде бедняги цепляет его, как голодную рыбу на крючок. Тело действует, словно подчиняясь каким-то инстинктам, — взвизгивают шины, и он останавливается, опуская стекло. — Сколько? — интересуется Тони. У парня, стоящего перед ним, такие голодные и перепуганные глаза, что становится жалко. И дрожит он то ли от страха, то ли от голода, словно потерянный щенок. — С-сто. Тони усмехается. Ничего себе аппетиты. Похоже, он вообще не в курсе местных расценок и говорит первое, что приходит на ум. И уж тем более не знает, что с таким милым личиком ему лучше убраться отсюда, пока не появились местные банды и завсегдатаи. — Э-это за час. «Отлично. Недоразумение ещё и заикается, — думает он. — Кажется, он действительно впервые вышел на панель. И вид у него будто ел последний раз неделю назад. Боже, и когда я стал таким добреньким?» — Садись. Джей усаживается на пассажирское сиденье и пристёгивается. Тони окидывает взглядом его фигуру, и тот пугается и трясётся ещё сильнее. Хорошо хоть, зубы не стучат в ритм звучащей по радио музыке. — Замёрз? Он отрицательно качает головой, но Тони всё равно включает печку и направляет панель на пассажира. Примерно через сорок минут они приезжают в Северный район. Тони ведёт его к своей квартире. Не дворец, конечно, но и не трущобы Южного, откуда он вывозит «Итана». Парень своё имя не говорит, желая оставаться инкогнито. И Тони ни в коем случае не осуждает. Но и называть тогда будет, как захочет сам. — Перекусим? Я такой себе повар, но пару сэндвичей приготовить сумею. И яичницу. — А можно? — он смотрит на Тони с надеждой и благодарностью. Ну точно милый щеночек. — Если предлагаю, то конечно. — Спасибо, — Джей немного смущается и забирается на высокий стул около барной стойки. Тони подходит к холодильнику, вытаскивает яйца, тосты и немного бекона. Разогревает сковороду и закидывает туда продукты. По кухне разносится запах свежей еды, и в животе у его гостя громко урчит. — Пристрелите меня, — шепчет он. — Настолько сильно проголодался? Джей жутко краснеет и опускает голову. Тони задерживает взгляд на его красивых длинных ресницах и губах. И волосы, выкрашенные в ярко-красный цвет, выглядят очень необычно и броско. «Красивый. Даже очень. И как же ты попал на улицу?» — Слушай, Итан. Давай ты не будешь меня бояться? В машине ты вёл себя более дерзко. — П-прости. Мне стоит раздеться? Прямо сейчас? Мне п-принять душ? Подготовить с-себя? — последняя фраза звучит почти шёпотом. — Для начала мы поужинаем. И если ты нервничаешь, прежде чем говорить, сделай глубокий вдох. — Тебя раздражает моё заикание? Тогда я лучше совсем буду молчать. Как же стыдно, — он проводит рукой по лицу. — Тебе совершенно нечего стыдиться. Я просто стараюсь тебе помочь. Ты слышал, что правильное дыхание очень важно? Джей кивает и делает, как говорит Тони. — Спасибо. — И не нужно меня благодарить. — Извини. — И этого тоже делать не нужно. Джей хихикает и снова краснеет. Тони быстро приготавливает две порции яичницы-глазуньи и тосты с беконом. Едят они молча. Джей лишь изредка поглядывает на Тони, подмечая мелкие детали в его поведении. В остальное же время он жадно запихивает хлеб себе в рот. Затем вспоминает о манерах поведения за столом и снова густо краснеет, как томаты на его тарелке. Всё же догадка Тони, что Джей питается раз в пятилетку, абсолютно верна. — Не торопись. Если захочешь ещё, я приготовлю. Без проблем. — Большое спасибо, — проговаривает он с набитым ртом. — Но если я буду всё время есть, то не останется времени на трах. — И Джей уже вовсе не против хотя бы раз побыть с настолько привлекательным и добрым мужчиной. — Кстати, об этом… — О нет, только не говори, что ты и правда извращенец или хочешь меня убить, — он давится, Тони мягко хлопает его по спине. — Это же не было моим последним ужином? Просто если да, то я хотел бы что-то более изысканное, чем… — Чем что? — Тони подаётся вперёд и ехидно ухмыляется. — Договаривай. — Чем тосты. — Если не хочешь, отдавай. — Нет! — восклицает Джей и цепляется за тарелку. — Всё очень вкусно, но… Это же совершенно обычная еда. На последний ужин точно не тянет. — Хорошо. И чего бы тебе такого хотелось попробовать? — Устрицы. Я никогда не ел устриц. И хочу пиццу с двойной порцией пепперони. А ещё иногда я прохожу мимо одного китайского ресторанчика, и оттуда всегда доносится такой божественный аромат не пойми чего, и я бы очень хотел и это попробовать тоже. Джей вздыхает и мечтательно закатывает глаза. — Ты забавный. А вдруг то блюдо окажется какими-нибудь бычьими яйцами или потрохами? Всё равно захочешь? — Бычьи яйца? Серьёзно? — Джей смеётся, а после смущённо прикрывает рот рукой. — Кто такое вообще ест? — В некоторых странах это деликатес. Ты не слышал о таком? — Нет, — он всё ещё искренне улыбается. — Хорошо, — Тони хлопает в ладоши. — В следующий раз, так и быть, попробуем твою фигню под названием «Не пойми чего». Он замирает. Какой ещё следующий раз? О чём речь? Тони даже не знает настоящего имени этого «Итана». И знакомы они всего час, не считая времени в дороге. В конце концов он его снял. — Значит, ты всё-таки не серийный убийца? — Джей, конечно же, понимает, что Тони говорит не подумав, и быстро переводит тему. — Я вообще не собираюсь тебя трогать. — Именно так бы и сказал маньяк. — Нет, спасибо. В тюрьму я больше не хочу. Тебе не о чем волноваться. — В т-тюрьму? — переспрашивает Джей и резко садится прямо, как натянутая струна. — Я отбывал срок за мошенничество в особо крупном размере. — Тогда это многое объясняет. — Новость немного озадачивает его, но не пугает. — И что же? — с любопытством спрашивает Тони, придвигаясь ближе. «Чёрт, а он действительно красивый и милый». — То, что ты снял меня. Тебе не хочется заморачиваться с поиском и ухаживаниями. И так как у тебя давно не было секса, нужно здесь и сейчас. Тебе нужен кто-то вы-выносливый. — Как ты? — подмигивает Тони. — Ага, — кивает Джей. — Для того, кто вышел на панель первый раз, ты слишком осведомлён. — Что за бред? Я же сказал, что опытный. Почему ты мне не веришь? — Меньше болтай, больше ешь. Опытный он… Сколько тебе лет? Восемнадцать хотя бы есть? — хмыкает Тони, наливая в кружки две порции кофе. — Мне двадцать два. Тони смеётся и чувствует странное тепло, растекающееся по телу, когда они просто сидят вот так рядом, беззаботно едят и болтают. Ему комфортно. И это не очень хороший знак. Он не привязывается к людям. Особенно к симпатичным незнакомцам.