С любовью, Джеймс

Друзья Тони считают его везунчиком, ведь он уже много лет является акционером крупной строительной компании. И даже со сменой руководства дела идут настолько хорошо, что бумаги с каждым годом лишь растут в цене. После тюрьмы Тони не нужно идти обивать пороги работодателей в надежде получить хоть какую-то, даже самую простую работёнку, поскольку с его послужным списком подобрать подходящее место — как искать воду среди засушливой пустыни. Однако живёт Тони довольно скромно. Он не возвращается в свой старый загородный особняк, где всё напоминает о нём, о человеке, которого больше нет, и о счастливых днях, прожитых вместе. Да и за время, проведённое в клетке, Тони привык к более простым условиям. Прошлая напускная мишура становится ему совершенно чужда. И вроде жизнь входит в прежнюю колею, будто не было тех нескольких лет за решёткой. Он встречается с друзьями, отдыхает и даже иногда выбирается из дома, развлекаясь в местных барах. Но странное чувство, что чего-то не хватает, грызёт изнутри. Словно Тони делает всё автоматически: улыбается, принимает пищу, открывает по утрам глаза. Ничто не приносит удовлетворения и счастья. Даже секс становится обыденной разрядкой. Как и обещал, он изо всех сил старается найти смысл своего существования, но не выходит. Тони ощущает, что ответ есть и где-то рядом, но будто не видит и не слышит его. От знакомства с Джеем до этого дня проходит неделя, а образ милого парня с ярко-красными волосами до сих пор будоражит мысли. Тони замечает за собой, что частенько среди прохожих выискивает взглядом знакомый силуэт. Вот как сейчас, идя по улице и озираясь вокруг. Тони преследует навязчивая идея и тлеющая надежда заметить в толпе Джея. Его новое маленькое развлечение прерывает настойчивый входящий звонок с неизвестного номера. Звонившим оказывается владелец конкурирующей строительной фирмы. Тони ещё тогда, много лет назад, недолюбливал этого довольно скользкого человека. В итоге не самого приятного разговора они договариваются встретиться в кафе неподалёку. Конечно же, Тони соглашается. Да и как отказать, когда давно утраченное любопытство и предвкушение подстёгивает узнать, что же тому типу нужно. Тони заходит внутрь довольно милого заведения, садится за столик. Интерьер выполнен в старом стиле с добротной деревянной мебелью. Вокруг витает приятный аромат хорошо прожаренного сочного мяса и пива. Тони нравятся такие аутентичные заведения. Здесь он чувствует себя комфортно. Он замечает, как на него смотрят две привлекательные женщины. Тони лучезарно улыбается. Всегда приятно, когда на тебя обращают внимание. Хоть он им и так не обделён. — Здравствуй, Тони, — к нему подходит мужчина и угрожающе скалится. — Привет, Брюс, — кивает он, мгновенно принимая серьёзный вид. — Зачем звонил? — Весь облик Тони источает опасность: потёртые чёрные джинсы, кожаная куртка и хмурый взгляд. Брюс садится напротив. — Перейду сразу к делу. Мне нужны бумаги. — Какие? — напрягается Тони, но виду не подаёт и непринуждённым жестом подзывает официанта. В мгновение ока возле их столика появляется юноша. На нём классические брюки, белая рубашка и зелёный жилет. — Здравствуйте. Вы готовы сделать заказ? Или помочь вам с выбором? Могу порекомендовать, — Тони оборачивается на голос и встречается с широко распахнутыми глазами Джея, — отличный с-стейк. Джей дёргается к выходу, но вовремя вспоминает, что находится на рабочем месте, и тут же натягивает на лицо вежливую беззаботную улыбку. Будто он не узнаёт своего новоиспечённого и чертовски привлекательного знакомого. — Стейк так стейк. Прожарка с кровью, пожалуйста. — Тони удивляется не меньше, но продолжает вести себя непринуждённо. Второй раз они случайно сталкиваются в многомиллионном городе. Как такое возможно? Словно невидимая нить ведёт их друг к другу. Основное блюдо подаётся достаточно быстро. Джей очень волнуется, находясь рядом с Тони. Даже чуть тарелку не роняет, так сильно трясутся руки. — Ваш з-заказ, — с тяжестью проговаривает Джей. — Спасибо, дорогой, — поддразнивает Тони и подмигивает. Джей слегка краснеет. — Давно ли начали принимать на работу ущербных? — недовольно фыркает Брюс, принимаясь за еду. — Простите, — холодно произносит Джей. — Я попрошу заменить вам официанта. Он направляется на кухню, а Тони медленно считает до трёх, успокаивая клокочущую внутри ярость. Затем оборачивается и, понимая, что на них никто не обращает внимания, наклоняется к Брюсу. — Ещё одно слово в сторону того паренька, и ты морду свою в зеркале не узнаешь, уяснил? Брюс чувствует, как что-то острое, похожее на нож, упирается ему в колено. Его лицо покрывается красными пятнами, а потом Брюс резко бледнеет, встречаясь с яростными глазами Тони. Заметив, что угрозы верно доходят до адресата, тот продолжает: — Сейчас ты встанешь, извинишься и оставишь щедрые чаевые. А потом пойдёшь со своими бумагами нахрен, потому что я не знаю, где находятся акты о приёме земли. Кивни, если понял. Лоб Брюса покрывается испариной, на толстой шее проступают вены, и он усердно мотает головой, как болванчик. Под пристальным взглядом Тони медленно поднимается и направляется к Джею. А потом и вовсе выходит из кафе, не прощаясь. Тони с чувством выполненного долга, словно супергерой, вырвавший красавицу из лап чудовища, спокойно доедает стейк, расплачивается и идёт на выход. На свежем воздухе довольно прохладно. Пальцы моментально замерзают, а изо рта вылетает пар. Тони устало трёт переносицу. Странное желание подстёгивает к совершению необдуманных поступков. Он смотрит в небольшое окно, из которого открывается вид на помещение кафе. Тони не понимает, с какой же важной целью он выискивает среди прочих официантов Джея. Ему просто надо увидеть, что он в порядке, и всё. Пока Тони увлечённо занимается слежкой, кто-то дотрагивается до его плеча. От неожиданности он вздрагивает и резко оборачивается. — Зачем влез не в своё дело? Я всё видел. — Джей встаёт в уверенную позу и деловито складывает руки на груди. — О, не нужно благодарности, маленький засранец, — язвит Тони, наклоняется ближе к Джею и прищуривается. — Ты преследуешь меня? — Да, конечно, мне же больше заняться нечем. Это моё маленькое хобби по вечерам: вытаскивать малознакомых людей из глупых ситуаций. Расскажешь кому-нибудь, придётся тебя убить. Джей несколько раз ошалело хлопает глазами, а затем звонко смеётся. — Спасибо, что заступился. — Вот так уже лучше. Дует довольно холодный пронизывающий ветер, слегка развевая волосы Джея. И Тони стоило бы на этом попрощаться и просто уйти, но он не двигается с места. Стоит как заворожённый и любуется очаровательной улыбкой. — Ты скоро заканчиваешь? — А что? — Сегодня финал Суперкубка, и я тут подумал, может, присоединишься? С тобой оказалось довольно комфортно смотреть футбол. Джей задумывается. С одной стороны, ему нравится находиться в обществе Тони, несмотря на внезапную вспышку ярости, случившуюся при их первой встрече. Но с другой — он до сих пор испытывает щекочущий под лопатками страх рядом с ним. — Больше позвать, что ли, некого? Никто не хочет дружить с безрассудным сталкером? — Джей склоняет голову набок. — Ты мне сделал комплимент? Как мило. Это явно не комплимент. Но, видимо, его новый друг оказывается совершенно бесстыжим. — Через час. Моя смена заканчивается через час. Джей мысленно ругает себя за длинный язык, который совершенно не слушается хозяина. И дверь под названием «инстинкт самосохранения» захлопывается перед самым носом. — Отлично. Не переживай, я заплачу за твоё время. — Чего? — теряется с ответом Джей и даже оступается. За кого он его принимает? — Тебе это дорого выйдет. Джей решает, что, учитывая обстоятельства их знакомства, Тони неправильно расценивает его намерения. Хоть и звучит это довольно унизительно, он считает, что сам виноват в сложившемся недопонимании. — Сто за час, — подмигивает Тони. — Так и быть, сделаю тебе скидку. По старой дружбе, — он поддерживает беззаботный тон разговора и вовсе переводит всё в шутку. Тони позвал Джея в какой-то степени из жалости к нему. А в какой-то — и из жалости к себе. Тяжело проводить вечера в одиночестве, топя в алкоголе и видеоиграх душевную боль. Ему тоже хочется, пусть и на короткий миг, но ощутить рядом простое тепло. В конце концов он всего лишь обычный человек.