С любовью, Джеймс

Джей просыпается от шума в коридоре: что-то громко звякает и падает на пол. Он вскакивает с уютного дивана, так и не решившись идти спать в комнату, и включает свет. — Слишком ярко, — хрипит Тони и на подкосившихся ногах подходит к Джею. — Ты? Джеймс, это ты? В его голосе звучат умоляющие ноты. Но взгляд полностью расфокусирован. Сердце пропускает болезненный удар. — Наверное, я не тот, кого ты ждёшь, — слышит он грустный ответ. Тони выглядит ужасно: покрасневшие глаза, растрёпанные волосы и синяк на скуле. И о последнем Джей точно знать не желает. — Да или нет? — В какой-то степени. — Что за чушь? Голова болит. Я спать, — неуверенной поступью, держась за стену, Тони шагает к спальне. — Если ты не он, то уходи. Мне проблемы не нужны. Мы с ним только начали встречаться. И он очень хороший, понятно? — Что? — выкрикивает Джей и нагоняет его. — Слишком громко. — Неужели ты меня имел в виду? Тони разворачивается и широко улыбается. — Привет, — протягивает он. — Ты вернулся. Если встретишь в гостиной какого-то парня, я его не знаю и хотел прогнать, клянусь. Джей прыскает от смеха. — Клянёшься моим честным именем? — Прости. Я немного не в форме. Мне нужно было подумать, и я выпил. Я давно этого не делал. Хотя нет, я пил, когда ты меня бросил, а вообще… — Помолчи, и пойдём умоем тебя, а после ляжем спать, — ласково отвечает Джей, отводя в сторону светлые пряди волос. — Утром поговорим. Просыпается Тони от жуткой головной боли. Он не переносит алкоголь в больших количествах. Но вчера так хотелось забыться, хотя бы на миг. Окунуться в воспоминания и вернуться на десять лет назад. И судя по его нынешнему состоянию, то желание оказалось плохой идеей. Джея рядом нет, но Тони слышит, как шумит вода и гремит посуда, поэтому спокойно поднимается и бредёт в ванную. Становится под прохладный душ, затем чистит зубы и немного приходит в себя. В комнате плотно задёрнуты чёрные шторы, даже слабый луч утреннего света не просачивается сквозь тёмную пелену, и он не сразу замечает лежащего на кровати Джея. — Вода и аспирин на тумбочке. — Спасибо, милый. Ты просто прелесть, знал об этом? — Н-нет, — хмыкает он. Тони закидывает таблетку в рот, жадно глотает воду и падает рядом с Джеем. Аккуратно целует его, придвигая ближе, и гладит по спине. — Откуда синяк? — Ударился о дверь, — Тони морщится. — Серьёзно? — Джей удивлённо приподнимает бровь. — Я же обещал держать свой темперамент под контролем. Твоё слово — закон. Тони запускает руку в пижамные штаны Джея, сминая его ягодицы. Они лениво целуются, сполна наслаждаясь обществом друг друга. И утро было бы идеальным, если бы их не ждал серьёзный разговор, поскольку Джей считает, что Тони обязательно нужно выговориться. Оторвать старый пластырь с давно засохшей раны. — Расскажи мне, — произносит Джей, отрываясь от губ Тони. — Расскажи, что случилось. — Я навещал Джеймса, — с осторожностью начинает он и прочищает горло. — Могу ли я узнать твою историю? — Уверен, что хочешь? — У-уверен. Тони приподнимается и отрешённо смотрит в стену. Словно ныряя в водоворот давно прошедших дней. — Мы познакомились, когда мне только-только исполнилось семнадцать. — Боже. Ты же был совсем ещё ребёнок, — ошарашенно произносит Джей. — Полегче, милый. Меня никто не совращал, если ты подумал именно об этом. Прошло много лет до того, как мы впервые трахнулись. Он изо всех сил сопротивлялся моему напору. Не говоря уже о том, что Джеймс был женат. А я поступил как законченный эгоист, потому что с первого взгляда захотел его. Ты меня осуждаешь? — Нет, — мотает головой Джей. — Я не имею права тебя судить. Ведь я никогда не примерял на себя твой костюм. Продолжай. Выговорись. — Он всегда считал, что испоганил мне жизнь. Но это я испортил его. Или мы оба отравляли друг друга и заодно окружающих нас людей. Я не хочу, чтобы то же самое произошло и с тобой. Ты светлый человек. — Ты с-считаешь меня лучше, чем я есть на самом деле. — Хватит, Джей. Как объяснить, насколько ты замечательный? Почему ты не видишь этого? — Я н-не знаю. — В тюрьме я убил человека. Сравнится с твоими проступками? Тело Джея напрягается и будто каменеет. Одно дело строить догадки, и совершенно другое — слышать подтверждение самым страшным опасениям из первых уст. — Я д-догадывался, что ты способен на такое. Это была самозащита? — Нет. Я убил его, потому что считал причастным к смерти Джеймса. Я жаждал отомстить, а после просто покончить со всем этим дерьмом под названием жизнь. Но потом появился Итан. Тот парень, которого мы видели. Он был таким сломленным, но в то же время сильным. Во мне впервые за много лет проснулось желание вспомнить, что значит чувствовать и любить. Своим примером Итан вдохновил меня. — Должен ли я его поблагодарить? — Джей сжимает руку Тони. — Ты? Нет. А я — да. — Расскажи про вас с Джеймсом. У тебя были другие? — Другие мужчины? Да. И много. У нас были дерьмовые отношения, Джей. Совершенно нечем гордиться. Но мое сердце и душа принадлежали только ему одному. Я любил этого человека сильнее всех на свете. Он был для меня всем миром. А потом этот мир исчез, оставив после себя лишь буквы на могильной плите. Последние слова, будто замершая пуля, повисают в воздухе возле самого уязвимого органа. Через дрожащую руку Тони Джей ощущает, насколько сильное влияние всё ещё имеет на него случившееся. И с какой тяжестью он отпускает прошлое, цепляясь кончиками пальцев за рассеивающуюся дымку. — Но… Встретив тебя, я готов двигаться дальше. И вопрос заключается вот в чём: примешь ли ты меня настоящего? Джей молчит. Для себя он давно всё решил, даже если и не знает, поспешен ли этот выбор и к чему в конечном итоге приведёт: к безграничному счастью или удушающей боли. Мысли, как снежная лавина, комом накапливаются в голове, и стоит лишь подать голос, как она сойдёт и похоронит их под своим пуховым саваном без шанса вырваться из плена. — Ясно, — Тони улыбается и нежно проводит ладонью по нахмуренным бровям Джея. Разглаживает небольшую складку на переносице и целует в лоб. — Н-нет! — выкрикивает Джей. — Ничего тебе не ясно! Не делай поспешных выводов. Я всё решил в тот день, когда впервые поцеловал тебя. Ты мне нравишься, Тони. Даже больше, чем просто н-нравишься. Пожалуйста, не сомневайся во мне. И Тони думает, что, возможно, именно сейчас он заново отстраивает свою новую жизнь, закладывая прочный фундамент доверия, чего не было даже в отношениях с Джеймсом.