Класс Превосходства: Альтернативная Версия — Возрождение

21 января, пятница. 21:00. Мы все по очереди заходили в баню и выходили оттуда в разное время. Однако позже нам всё равно предстояло оказаться в одном месте. В мгновение ока до отбоя в 22:00 остался всего час. В нашей общей комнате царила удивительно непринуждённая атмосфера. В конце концов, у учеников из нашей группы не было враждебного или проблемного отношения. Ишизаки и Коенджи были единственными исключениями. А с такими людьми, как Шибата и Окитани, которые всегда готовы завязать разговор, было естественно, что большинство из нас участвовало в оживленных беседах. — Мы точно выиграем эстафету. У нас есть Шибата и Аянокоджи. Цукасаки показал хорошие результаты во время спортивного фестиваля, Хашимото входит в теннисный клуб, а Сонода, как и Шибата, — в футбольный. Мы определенно сильны! — восторженно болтал Окитани. — Потише, Окитани. Еще ничего не решено. И эстафета — не единственное, в чем мы должны преуспеть, — сказал Хашимото. — Ну, мне немного стыдно, что я буду обузой в эстафете на длинную дистанцию, но я могу заверить всех, что смогу хорошо справиться с письменными экзаменами, — продолжил Санада. — Ха-ха. Эй, по крайней мере, у тебя есть что-то, в чём ты хорош, — рассмеялся Токито. — А как насчёт тебя, Ишизаки? — спросил Цукасаки у молчаливого мальчика в другом углу комнаты. — Ты тоже довольно спортивный, да? То же самое с Альбертом. Если все пойдет хорошо, мы действительно можем занять первое место в эстафете. Ребята из класса А хороши. Я не уверен чтобы заставить кого-то вроде Ишизаки присоединиться к разговору. — Кому какое дело? В конце концов, это всего лишь бег. Конечно, Ишизаки не поддался. Он не собирался вести себя дружелюбно с учениками класса А только потому, что они задали ему вопрос. Цукасаки слегка толкнул ногой своего соседа по койке, чтобы привлечь его внимание. — Что? — спросил Сонода с легким раздраженным стоном. — Я же не нянька Ишизаки, понимаешь? Пусть спит, если хочет. Это лучше, чем разнимать его драки с Коенджи. — Ну, тут ты прав, — Цукасаки пожал плечами. — Хватит уже про школу, чувак. Я не хочу больше об этом думать, — сказал Морияма, прежде чем ухмыльнуться. — Давай лучше поговорим о чем-нибудь веселом. Скажи, Цукасаки. Сколько у тебя было девушек? — Ого, какой разворот, — сказал Цукасаки. — Прежде чем я что-то скажу, ты должен сначала назвать свою цифру. — Конечно же, ноль, — Морияма рассмеялся вместе с Шибатой и остальными. — Так вот почему ты был так уверен, допрашивая меня, а? У тебя нет ничего, чем мы могли бы тебя прижать? Хорошо сыграно, Морияма, — Цукасаки присоединился к смеху. В некоторых ситуациях над тобой бы посмеялись, если бы ты сказал, что у тебя никогда не было девушки, но в конце концов все дело в подаче. Поскольку Морияма был достаточно уверен в себе, чтобы пошутить над собой, все рассмеялись, веселясь вместе с ним, а не над ним. — Выкладывай карты, чувак. Покажи нам истинную силу одного из «тройки красавцев» класса А, — сказал Окитани. Теперь, когда я об этом подумал, если бы Сатонака был здесь, то мы бы завершили трио в нашей группе. Цукасаки бросил взгляд на Хашимото, прежде чем вздохнуть. — Одна, — просто ответил он. — Ты шутишь? — Шибата не мог поверить своим ушам. — Ха-ха, к сожалению, нет, — сказал Хашимото. — В отличие от меня, Тайга — довольно чистый по душе парень. Какая жалость, что у него такое красивое лицо. — Эй, я бы сказал, что это лучше, чем такой плейбой, как ты, Йоши. — О, э-э, а как насчет тебя, Аянокоджи? Ты тоже популярен, да? Все говорят, что ты ухаживаешь за Хонами и все такое, — Токито переключил внимание на меня. К сожалению, его манера говорить была слишком натренированной, чтобы звучать естественно. Похоже, Морияма и Токито заранее спланировали этот разговор. Вероятно, они не хотели показаться бестактными, сразу обратившись ко мне, поэтому сначала начали шутить с Цукасаки. Я не могу разглядеть лицо Шибаты с того места, где сижу, но не думаю, что он в этом участвует. Интересно, не спрашивали ли эти двое меня ради своего друга? Как бы то ни было, парни с нетерпением ждали моего ответа. Я не мог видеть Хашимото, так как он лежал на кровати над мной, но сомневаюсь, что он испытывал то же самое, ведь он уже знал правду. — Извините, но это всего лишь слухи. Я даже не знаю, как они зародились, — ответил я. — О, правда? Должен признать, сначала я тоже верил этим слухам. Даже будучи учеником из совершенно другого класса, я вижу, что ты довольно близок с Ичиносе-сан, — сказал Санада. — Я честно думал, что ты встречаешься с Сакаянаги, — встрял Сонода. — Она тоже фигурирует в слухах, верно? И я видел, как ты раньше шел с ней в столовую. — Ну-ну-ну… похоже, настоящим плей-боем оказался тот, кто выглядит невинно, — хмыкнул Хашимото. — Хищник, притворяющийся травоядным… — Окитани, мой предполагаемый союзник, перешел на сторону врага. — Да ладно вам, — вздохнул я с досадой. Не успел я высказать свои претензии, как в дверь тихо постучали. — Хм? Учитель? — громко задумался Окитани. Цукасаки встал и пошёл открывать. Оказалось, что за дверью стоял человек, от которого мы ни за что не ожидали увидеть здесь в такое время. — Похоже, вы весело болтаете. Надеюсь, я не испортил вам настроение. — Нагумо-семпай…? Чем можем помочь? — спросил Цукасаки. — Я зашел проведать вас, раз мы в одной группе. Можно войти? Ни один первокурсник не осмелился сказать «нет», услышав это. Хашимото сразу же дал согласие и пригласил Нагумо в комнату. Однако Нагумо пришел не один. Его сопровождал вице-президент Кирияма, а также двое третьекурсников. Один из них, Цунода, был из класса 3-B, а другой, Амано, — из класса 3-C. Войдя в комнату, Нагумо медленно оглядел окружающее пространство. — Как чисто. Похоже, наши младшие товарищи — ответственные ребята, — Нагумо с улыбкой повернулся к Амано. — Это самое необходимое, — без особого энтузиазма ответил Амано. — И что? Как ты собираешься «укреплять наши связи», затащив нас в комнату первокурсников? Наши товарищи по группе не могли вмешаться. — Это просто развлечение, семпай. У нас здесь нет ни телевизоров, ни компьютеров, ни телефонов. Честно говоря, в этом месте нет ничего, даже отдаленно напоминающего развлечения. Но это не значит, что нам совсем нечем заняться, — ответил Нагумо, доставая из кармана своей майки маленькую коробку. — Карты? — Вы, наверное, думаете, что это немного по-детски, но игра в карты не имеет ничего общего с возрастом. И, что еще важнее, это неотъемлемая часть таких мест, как это. Нагумо непринужденно сел на свободное место. Затем он снял виниловую ленту с запечатанной коробки и открыл ее. — Пожалуйста, садитесь и вы, семпай, — Нагумо повернулся к Окитани и Цукасаки, которые встали с кровати, чтобы занять свои места. — Извините, первокурсники, но так как на полу не так много места, на этот раз, пожалуйста, оставайтесь на своих кроватях. — Я не буду в это играть, — отказался Цунода и отвернулся. — Пожалуйста, не говори так. Возможно, мы сможем поговорить о вещах, которые нигде больше не обсуждаем, — президент ученического совета убедил его с улыбкой. После короткого раздумья Цунода с покорностью занял свое место. Вслед за ним Амано тоже сел. — Чтобы оживить игру, я думаю, нам стоит сделать на нее ставку. Я жду хороших идей. Мои одногруппники, и без того нервничавшие из-за того, что имели дело со старшекурсником, не смогли сразу предложить никаких идей. Вероятно, в основном потому, что они не знали, что следует, а что не следует говорить президенту ученического совета. Даже Хашимото и Цукасаки, которые, безусловно, привыкли общаться с людьми, выглядели немного обеспокоенными. Конечно, Нагумо уже знал, что первокурсники отступят. Никто в нашей группе не был достаточно дерзок, чтобы ответить. Коенджи, безусловно, подходит под это описание, но даже он на этот раз предпочел промолчать. Он просто улыбнулся, лежа на верхней койке. — Мы же уже решили, в каком порядке будем готовить завтрак, верно? Почему бы нам не вернуться к этому как к отправной точке и не сделать ставку на это? Если вы будете проигрывать снова и снова, то в худшем случае вам придется готовить завтрак до самого конца учебного лагеря. С другой стороны, если вы не проиграете, то вам не придется готовить завтрак ни разу. — Это нам нужно обсудить со всей группой, Нагумо, — мягко упрекнул его Амано. — Я уверен, что Амано-семпай сможет заставить остальных третьекурсников принять результаты. Пожалуйста, дайте мне хотя бы в этом вопросе немного свободы. Поскольку он выступает в роли президента ученического совета этой школы, он без колебаний высказывал свои пожелания даже старшекурсникам. С другой стороны, похоже, что третьекурсники не могут вести себя слишком жестко в отношениях с Нагумо. Зная о противостоянии между ним и Манабу Хорикитой, они, вероятно, не хотят замутить воду, неуклюже вмешиваясь. Конечно, это только взгляд с поверхности. — Хм… Ладно, тогда. Давайте сыграем в карты и решим, — Амано кивнул с вздохом. — Вы, первокурсники, тоже согласны, да? Нагумо бросил взгляд на первокурсников. — Лично я не против. А вы, ребята? — Хашимото повернулся к нам, и мы слегка кивнули. Конечно, Коенджи не удосужился ответить. — Ты же не спишь, Коенджи? Мы с тобой ещё как следует не знакомы, но я уверен, что ты знаешь, кто я такой, — сказал Нагумо. Я про себя вздохнул. Разговор между этими двумя может привести к каким-то осложнениям, так что я бы очень хотел, чтобы они вообще не общались. К счастью, любые проблемы, которые из этого возникнут, лягут исключительно на плечи Коенджи. Могу с уверенностью сказать, что я больше не имею отношения к его делам. — Конечно, я знаю тебя, президент ученического совета. Не думаю, что в школе найдется кто-то настолько невежественный, чтобы не знать, кто ты такой. Коенджи открыл глаза и ответил. — В таком случае, ты против того, чтобы сыграть с нами в карты? — спросил Нагумо. Можно было бы просто проигнорировать его, но Нагумо смело обратился к Коенджи. Учитывая репутацию последнего, я не удивлен, что Нагумо знает о нём. — Я ни одобряю, ни осуждаю. Похоже, большинство голосов уже дало тебе ответ. — Дело не в цифрах. Я хочу, чтобы ты сказал мне, что ты думаешь. — Тогда позволь мне ответить. Я не испытываю ни малейшего интереса к этому общению. Согласие или отказ — я даже не задумывался о таких вещах. Это тебя устраивает? Слова Коенджи звучат так, будто они снова вызовут проблемы. Однако Нагумо приятно рассмеялся и неожиданно сказал ему следующее. — Почему бы тебе не вступить в ученический совет, Коенджи? Я бы с удовольствием принял в него такого интересного человека, как ты. Насколько я слышал, ты довольно способен в учебе и спорте. Все в комнате, включая третьекурсников, были шокированы этим. Коенджи был единственным, чье выражение лица не изменилось. — К сожалению, я не заинтересован. — Знай, что ты всегда желанный гость. Если совет вдруг заинтересует тебя, не стесняйся позвонить мне, когда захочешь. Похоже, Нагумо с самого начала не ожидал, что Коенджи согласится. — Ну что ж, давайте сыграем в карты? — Нагумо отвернулся от Коенджи и снова предложил нам это. — А во что именно мы будем играть? — спросил Амано. — Посмотрим… почему бы нам не сыграть в Старую Деву? Проиграл тот, у кого в руках останется джокер. Участвовать будут по два человека из каждого класса. Всего нас шестеро, — объяснил Нагумо. — Участники могут свободно меняться местами, но, пожалуйста, не делайте этого, когда мы будем в середине игры. Мы с друзьями уже играли в Старую Деву кучу раз. На данный момент я уверен в том, что хорошо знаком с этой игрой. Нагумо начал тасовать карты. И как только он закончил, он передал их третьекурсникам. Цукасаки и Хашимото были первыми участниками от первокурсников. Чтобы убедиться, что никто не жульничает, Нагумо передал карты и им. И вот так началась игра. Если мы не проиграем больше двух раундов, все должно быть в порядке. Лично я не хотел бы просыпаться раньше, чем нужно. — Играть в карты в тишине не очень весело, так что давайте поболтаем, — сказал Нагумо. — В первом раунде я буду раздавать карты, но начиная со второго раунда, проигравший должен будет тасовать и раздавать карты. Все кивнули в ответ на его слова. — Первокурсники, которые не играют, — чувствуйте себя как дома, как и раньше. Если вы будете постоянно нервничать в присутствии старшекурсников, это повлияет на вас завтра. Даже если он так и сказал, мы ни за что не сможем расслабиться и отдохнуть, как делали некоторое время назад. Коенджи, возможно, был достаточно бесстыдным, чтобы продолжать спать, но остальные не были достаточно смелыми, чтобы поступить так же. — Пока идет этот раунд, я воспользуюсь случаем, чтобы поговорить о текущем состоянии нашей группы. Ты Хашимото, верно? Ты лидер этой малой группы, — обратился Нагумо к Хашимото, не отрывая глаз от карт. — Да, это я. Хашимото просто ответил с улыбкой, не вдаваясь в подробности. — Как ты, наверное, помнишь, я бросил вызов Хориките-сенпаю после того, как мы сформировали группы. Конечно, я намерен победить его, но это не меняет того факта, что наша группа находится в крайне невыгодном положении по сравнению с участниками второго курса. Кирияма и я, безусловно, наберем хорошие очки, но за остальных я поручиться не могу. — Ты сам на это напросился, собрав такую разношёрстную группу, — сказал Амано. — Но сейчас уже поздно сожалеть о своём выборе. Мы из 3-C тоже стараемся изо всех сил, будучи единственной малой группой, сформированной по классу, в большой группе. — Конечно, я не сомневаюсь в усилиях Амано-семпая и 3-C. Но если честно, идеальным противостоянием было бы 3-B против 3-A. Увы, Ишикура-семпай и остальные из 3-B были выбраны другой группой первокурсников, прежде чем Хашимото успел это сделать. Классам с более высоким рейтингом, очевидно, будет больше спроса, и, к несчастью для нас, Хашимото не был самым удачливым во время игры в камень-ножницы-бумага. — Ты недоволен нами? — спросил Амано серьезным тоном. — Ты шутишь, семпай. Я просто говорю о своих предпочтениях. У нас ведь ещё есть семпай Цунода из 3-B класса, который может поделиться фактами о своём классе, — улыбнулся Нагумо, обращаясь к Цуноде. — Если позволишь, скажи, насколько велик разрыв между твоим классом и 3-А? — Чуть больше 300 баллов, — ответил он отрывисто. — Понятно… третий семестр только начался, так что у 3-B еще есть несколько шансов обойти класс Хорикиты-семпая. На самом деле, даже 3-C может переломить ситуацию в зависимости от того, что будет в следующих специальных экзаменах. Честно говоря, все еще в игре, даже на таком позднем этапе. Ты не согласен, Амано-семпай? — Будет тяжело. Даже если Хорикита — наш противник, третьекурсники испытывают огромное уважение к его талантам. Хотя Фуджимаки и Сайто идут за ним, именно Хорикита держит весь класс вместе, — ответил Амано. — Тем не менее… даже если мы сейчас класс С, я не сомневаюсь в наших шансах. Цунода внезапно откинулся на спинку стула, скрестив руки и вздохнув. — В классе А есть гении, такие как Хорикита и Сайто, и образцовые ученики, как Фуджимаки. В нашем классе B есть Ишикура, Каваучи и такой интриган, как Икари. В классе Амано есть он сам и эта чудовищная женщина, Аясе. Только класс D находится в плохом состоянии, так как они начали разваливаться после того, как исключили Арисаву, — пояснил он. — Очевидно, у класса A немного больше хороших учеников, но экзамены доказали, что мы можем выровнять шансы. Нагумо позабавил внезапный порыв Цуноды заговорить. Амано, тем временем, вздохнул еще раз. — Арисава и Икари уже успели устранить некоторых из тех «лучших» учеников, — сказал он. — Если что, то класс Хорикиты сейчас находится в самом нестабильном состоянии. Они до сих пор не оправились от исключения Игараши в первом семестре. Вот почему я считаю, что у класса B — и даже у класса C — есть шанс. Я мысленно отметил все имена, которые они только что упомянули. Конечно, я почти никого из них не знал, но это пролило свет на то, как третьекурсники сражались в последние три года. Меня особенно заинтриговал ученик по имени Игараши, так как я слышал о нём раньше. — Кстати, ходят слухи, что тебя тогда видели с Арисавой, Нагумо. Расскажи нам. Ты причастен к исключению Игараши? — спросил Амано. — Я предпочел бы ничего не говорить, но это правда, что я общался с Арисавой-семпаем еще в мае. К сожалению, его больше нет, чтобы подтвердить твои подозрения, — он пожал плечами, сразу же возвращая тему к исходному направлению. — В любом случае, судя по тому, что я слышал, класс 3-А наверняка потерпит поражение, если Хорикита-семпай будет исключен из уравнения. Это правда? Амано презрительно фыркнул, видя, как Нагумо бесстыдно уклоняется от его вопроса. — Фуджимаки — неплохой лидер, но он не идет ни в какое сравнение с Ишикурой. И хотя Сайто — гениальная ученица, она не так искусна в том, чтобы справляться с интригами Икари, а Аясе в некоторых аспектах превосходит её. Если Хорикиту исключат, класс А, возможно, не сможет удержать своё преимущество, — Цунода бросил на Нагумо глубокий, вопрошающий взгляд, убирая свои карты. — Почему ты спрашиваешь? У тебя есть план, как его исключить? Поэтому ты так уверен, что победишь его на этом экзамене? Никто из нас, первокурсников, не мог себе позволить издавать лишние звуки. Их разговор был слишком серьезным для таких новичков, как мы. Раунд затягивался, так как игра останавливалась всякий раз, когда кто-то из старшекурсников начинал говорить. — Ха-ха, ты гораздо опытнее меня, семпай. Ты же знаешь, что у меня нет никаких шансов сделать это на этом конкретном экзамене. — Тогда что ты планируешь? Конечно, мы, возможно, сможем победить, но ты же не надеешься, что все в нашей группе объединятся, чтобы пройти этот учебный лагерь как хорошие ученики, правда? — настаивал Цунода. — Ну… — после всего этого времени Нагумо наконец обратил свой взгляд на меня. — Даже если у меня и был план, я не могу просто так о нем говорить. В конце концов, маленький помощник Хорикиты-сенпая с нами. Правда, Аянокоджи? Амано, Цунода и Кирияма все посмотрели на меня. Здорово, что я устроил встречу Эйты с Кириямой. Если бы я сам пошел и представился как главный помощник Манабу Хорикиты, чья работа зависела от секретности, я мог только представить, как Кирияма отреагировал бы на слова Нагумо. Очевидно, я знал, что он до сих пор не догадался, что именно я возглавлю наступление на него в ближайшем будущем. Вероятно, он просто имел в виду тот факт, что я был тесно связан с Манабу Хорикитой как представитель Сузуне Хорикиты. — Аянокоджи? Разве это не ты соревновался с Нагумо и Хорикитой на спортивном фестивале? Я знал, что это странно, но, похоже, у вас действительно есть особая связь, — сказал мне Амано. — Насколько я знаю, похоже, что младшая сестра Хорикиты должна была бежать последней. Однако она получила травму перед эстафетой, поэтому назначила Аянокоджи своей заменой, — пояснил Цунода. Несмотря на то, что он не упоминал о себе ранее, похоже, что Цунода тоже был одним из главных игроков класса 3-B. В конце концов, он был в курсе всех подробностей. Было бы интересно узнать, сколько он знает. — Другими словами, младшая сестра Хорикиты — лидер своего класса. Я мог бы и догадаться об этом, — заметил Амано. — Забавно, что младшая сестра Ишикуры тоже учится в этом классе. Он был довольно разочарован тем, что им руководит младшая сестра Хорикиты, а не она, — слегка усмехнулся Цунода, делясь еще одной деталью. — Вау, какое забавное совпадение. К сожалению, похоже, что соперничество между Хорикитой-семпаем и Исикурой-семпаем не продолжится после их выпуска, — сказал Нагумо, прежде чем снова обратиться ко мне. — Итак, как дела у Сузуне, Аянокоджи? — Я бы хотел думать, что у нее все в порядке. Я не разговаривал с ней с начала тренировочного лагеря, — ответил я. — Я слышал, что у Хорикиты и его младшей сестры натянутые отношения. Это поэтому ты с ними общаешься? Ты выступаешь в роли посредника? — спросил Цунода. — Ты недооцениваешь способности этого парня, Цунода. Помнишь, он честно и справедливо обогнал Хорикиту и Нагумо в забеге. Скорее всего, он — одна из главных фигур в своем классе, — сказал Амамо. — Я не думаю, что дело только в одной из этих причин, семпай. Впервые я встретил Аянокоджи и Сузуне перед спортивным фестивалем, когда они наблюдали за нами во время футбольного матча. Возможно, это было сделано из стратегических соображений, но они все равно проводили время вместе в выходные. Можно с уверенностью сказать, что причина, по которой он общается с Хорикитой-семпаем, заключается в том, что он дружит с Сузуне, — Нагумо попытался объяснить ситуацию, обращаясь ко мне. — Кстати о друзьях… ты единственный друг Сузуне в классе, Аянокоджи? — Сначала, возможно, так и было, но в последнее время Хорикита завела больше друзей. — Ха-ха, в этом плане она уже намного лучше своего брата, — пошутил Амано. — Я бы сказал, что в целом она уже лучше его. Помните, она вывела свой класс с последнего места на первое, — сказал Цунода. Некоторые из моих одноклассников не смогли сдержать реакцию, услышав эти слова. Большинство из них знали, что до спортивного фестиваля Хорикита не была единственным лидером 1-C. Окитани, как мой одноклассник, знал об общей динамике моих отношений с классом. Хашимото, который был рядом с Сакаянаги, вероятно, узнал, что я руководил Хорикитой на предыдущих специальных экзаменах, особенно на экзамене на острове, где он встретил меня. Ребята из класса B, скорее всего, тоже задавались вопросами обо мне, поскольку Ичиносе довольно громко рассказывала своим одноклассникам о наших отношениях как о «товарищах-по-лидерству». И, наконец, у Ишизаки есть своё собственное мнение после того, что я сделал с его классом перед Рождеством. Конечно, ввиду разной степени осведомленности, их реакции различались от человека к человеку. К счастью, старшеклассники не обращали внимания на большинство из них. И даже если обращали, как Нагумо, никто не был настолько неосторожен, чтобы смотреть на меня. К тому же те ранние дни уже позади. Даже мои одноклассники были под впечатлением, что каждое решение по классу уже находится в ведении Хорикиты. Для них я просто обычный ученик, который получает хорошие оценки. — Почему бы нам не поговорить о нынешнем 1-А? Вы же только в январе вернули себе место, верно? Как вы себя чувствуете? — неожиданно молчаливый Кирияма спросил Цукасаки и Хашимото. К этому моменту играли друг против друга только Кирияма и Хашимото. Скоро первый раунд закончится. — У нас все отлично, семпай. Как класс, мы просто стараемся изо всех сил не совершать грубых ошибок. Это не изменится даже на этом экзамене, — Хашимото дал крайне обычный ответ. — О, я проиграл. В конце концов, Кирияма победил, и следующим тасовать карты предстояло Хашимото. Тем не менее, я понимаю, почему он решил заговорить именно сейчас. Чем больше мы говорим о 1-C, тем выше вероятность, что всплывет имя Эйты. На месте Кириямы я бы стал обходить эту тему стороной.