Песнь Сирены

Волны прибывали к берегу, ударяясь о бетонный выступ, что оставался неизменным под их натиском, несмотря на всю дюжинную силу океана. Вместе с новыми волнами на берег прибывали обрывки водорослей и редкие полуживые медузы, что приятно ощущались в ладони. Буквально, как желе, и совершенно неподвижны, пока рука, в которой их держали, оставалась таковой. — Итак, - Гарри постучал по твердым страницам детской обучающей книжки, дабы привлечь внимание сирены. Достал он данную литературу на рынке.— Это рыба. Ры-ба, - парень старался по буквам и слогам передавать слова, чтобы их понимание не давалось тяжело. В это же время прямо напротив Гарри Том затаскивал на сушу маленькую рыбку с жёлтым плавником. Её чешуя у хвостика поблесткивала фиолетово-синим оттенком, а глаза имели острый зрачок, напоминавший тот, что был у сирены. Поттер, не глядя, подтолкнул рукой рыбку за спину к небольшой стопке вещей. Образовываться она начала всего меньше часа назад. Пока Гарри усиленно старался объяснить существу основы английского языка, Том проплывал рядом с бетонным выступом, явно красуясь имевшимися у него плавниками и сильными руками, да хвостом. Потом кинул в него, как в первую встречу, рыбу, и Гарри, памятуя о прошлом, не стал её скидывать. Вот только и отсутствие внимания, как оказалось, не было пригодно для Тома. Он сильно стиснул руки до красных отметин и кровавых полос на ногах Гарри, пока Поттер не догадался, что всё дело в рыбе. Он взял её в руку, присмотрелся и убрал за себя. Тогда то водный житель и успокоился, вернувшись к отстранённому и весьма холодному вниманию, смешанным с поразительной поглощенностью в речь Гарри. И вот так и проходила их встреча перед началом работы. Им в принципе удавалось общаться, если это можно было так назвать, либо с самого утра, либо очень поздно вечером. К сожалению, после маленького улова на прошлой подводной вылазке, Малкольм не сильно воспрянул духом отпускать его в повторное плавание и тратить Жабросли, чтобы провести чуть больше времени бок о бок с сиреной. — Смотри, - Гарри придвинулся ближе к воде, будто это могло привлечь внимание совершенно не заинтересованного его словами Тома. — Р-ы-б-а. Ты принес мне одну из них. Это рыба, - он указал пальцем в сторону мокрого создания морей, и это на мгновение заслужило взгляда быстро метнувшихся глаз сирены за его спину. — Да, правильно, смотри на неё! Это рыба, - поддерживал начинания русала парень. Том посмотрел на его лицо пустым взором. А может он и ошибся в том, что он начал понимать. Было тяжело научить взрослого человека другому языку. Трудно научить ребенка какому-либо языку. А что на счёт существа, в способности которого общаться вы, мягко говоря, сомневались бы, если не единственный случай? — Так, - усталый вздох вырвался из рта. Гарри потер переносицу, приподняв очки пальцем, чтобы вытереть под ними скопившийся пот. Послышался всплеск воды. Лёгкий вес на носу Поттера пропал. Он, не осознавая, что только что произошло, открыл глаза. Мир перед ним был мутным, как будто Поттер смотрел через толщи воды. — Мои очки, - недовольно произнёс он и зашарил рукой вокруг. Светло-голубое небо и синее море у горизонта почти сливались. Том перед ним был смазанным бледным пятном. Сирена же с самым задумчивым видом на свете завертела их в руках. Пряди темных кудрей, что начали высыхать за то время, которое всё тело Тома выше бёдер провело на суше, разметались из-за морского бриза. Острым когтем он заскреб по линзе. Сирена осторожно возгрузил очки себе на лицо, подражая человеку. Душки неприятно зацепились за волосы и потянули пряди. Том сощурился, когда перед глазами всё стало размыто. Ужасное приспособление, - решил он. Оно же лишь портило обзор. Насколько же Гарри был глуп, нося их. От них же никакой пользы. Только вред. Он окажет ему услугу, избавившись от них. С достаточно громким всплеском Том бросил очки в океан, куда не забралась бы рука человека, если удержать его на суше некоторое время. Было, конечно, не ясно касательно странных преображений, что на пару мгновений позволили Гарри пробыть в океане пару дней назад. Но опять же. На самом деле довольствоваться его присутствием он мог бы только здесь. Гарри подобрался на месте. Всплеск уже насторожил его после потери очков, а тут ещё и сирена притихла. Он поспешил достать палочку, которая всё больше тосковала без магии из-за указаний Малкольма. В этой ситуации без неё обойтись было нельзя. —Akcio очки. После сказанных слов он вытянул руку, и очки, чуть погодя, плавно легли в ладонь. Они были мокрыми, а значит, всплеск вероятнее всего послышался из-за их удара о поверхность воды. Гарри надел очки на себя и протер линзы с помощью рукава рубашки, что прикрывала кожу от солнца, дабы вновь не заработать слишком сильный загара, приносящий боль и зуд. Он и так потратил достаточно мази. — И зачем ты это сделал? - недовольным, но одновременно обречённым тоном спросил волшебник сирену. Том, как находился в воде на расстоянии метра, так и продолжал это делать. Лицо у него было холодным, безэмоциональным, точно выражало температуру тела русалки. Но всё равно Том оставался ужасно красивым, и таинственность, скрытая вуалью жизни под водой, лишь усиливала её в разы. И вновь скорость движений морского существа обошла его внимание. Хотя казалось бы, куда ушла сноровка ловца? Разве не проще заметить длинную руку с темными когтями, прикреплённую к телу, чем шустрый снитч? Вряд ли. Однако палочка из мокрой ладони Гарри переместилась в руки сирены. Он не церемонился с ней так долго, как с очками. Лишь один раз повертел между пальцами, словно управлялся с подобными вещами, как мастер своего дела, и вытянул палочку по направлению к Поттеру. Том совершил движение руки точь в точь, как Гарри пару мгновений назад. — Akcio очки, - Идеальным голосом без толики акцента произнес сирена. И Гарри ждал, что что-нибудь произойдёт, как и сам Том. Он скосил глаза на переносицу, не двигаясь. Но, увы, очки остались на месте. Гарри поспешил забрать палочку из рук Тома, пока он и её не решил потопить в море. Волшебную палочку Гарри вряд ли вернёт себе, только если с помощью невербального или тяжёлыми пантомимами через сирену, что нырнет за ними. Но всё же. — Не делай так, - раздражённо произнёс Гарри. Палочку он спрятал в кармане укороченных брюк, да отодвинулся от сирены. Больно активным Том стал за пару минут. Да, и заклинание он легко повторил, хотя всё это время не подавал признаков того, что понимает часть произносимого Гарри. Том какое-то время понаблюдал за его действиями с невозмутимым лицом, а после нырнул в воду. Тень его кудрей разметалась под волной, что принесла с собой лёгкий ветерок, и пропала. Поттер поднялся, понимая, что на этом их утренняя встреча окончена, да оглянулся на кучку из рыб, кораллов и жемчужин. И что ему делать с ней? С усталым вздохом он накидал вещи на твердую обложку книжки и, используя её, как поднос, побрёл на песчаный берег. Далее день проходил, как все его дни на работе. Получение задания от Малкольма и собственно поиски каких-нибудь водорослей по океану. Солнце печёт, чайки кричат, летая по небу, пока голени омывает морская солёная вода. Лишь на обед Гарри вырвался на волю, сбежав в общежитие. Он быстро сообразил себе обед из классического английского завтрака, который сегодня пропустил ради ранней прогулки до океана. И так же быстро проглотил его в пару укусов, запив горячим черным чаем, что ошпарил язык. Уже в своей комнате, где он залез в одну из сумок, Гарри достал чистый пергамент и бутылочку чернил, чудом не протекшая в чемодане, да перо. Поттер сел за косой деревянный стол, скрипнув стулом, и открыл бутылек. Расстелив перед собой бумагу, да обмакнув кончик в чернила, он начал писать: Дорогая Гермиона. Спешу сообщить тебе, что дела у меня идут хорошо, надеюсь на то, что и у тебя также. Как продвигается кампания в министерстве? Уже поговорила с Роном? И что решила насчёт жилья? Знай, предложение Сириуса о временном жилье на Гриммо в силе. Он даже научился подкупать Вальбургу. Да и большую часть дней проводит где-то вне дома между встречами с Целителем Разума и Люпином. Не желая сообщать, что старый пёс на самом деле отрывался во всех известных и не известных ему барах, Гарри перешёл к тому, из-за чего изначально и затеял написание письма. Не могла бы ты воспользоваться своим доступом в библиотеку при министерстве, чтобы найти информацию о сиренах. Всё, что с ними связано. Истории, мифы, анатомия и тд. Мне бы пригодилось каждая книга. Здесь, к сожалению - да я сам удивлен, что это пишу - нашёл мало книг. Единственная более менее информация на эту тему нашлась в устах двух пьяниц. И верить лишь ей сомнительно. Поэтому буду очень признателен, если что-нибудь подыщешь. С пожеланиями всего наилучшего и достижения свободы домовых эльфов, Гарри. Вот только дописав письмо и положив его в конверт, Гарри осознал, что Буклю - свою любимую сову-старушку - оставил у Уизли, где та завела роман с какой-то лесной птицей и щипалась от слов о том, что влажный климат распушит её перья. И относить его было некому. Но, конечно, были и другие способы доносить информацию. Камин, чары и Патронус. Поттер вынул письмо обратно, разгладил по краям и, наколдовав Патронус - косулю, продиктовал ему слово в слово содержимое письма. После чего отправил со спокойной душой к Гермионе. Одно из дел на день было завершено, а следовательно стоило вернуться к Лагену на берег, пока тот не разворчался из-за его отсутствия. День пролетел так же быстро, как и утро. Время отразилось лишь загаром, что новым слоем лёг на его медленно смуглеющую кожу. Во время сдачи результатов сегодняшней работы ввиде пары вёдер противно пахнущих водорослей Гарри чуть ли не потряхивало от ожидания встречи через пару минут. Покажет, что сделал Лагену и пойдёт обратно к морю, где его наверняка ждал бы русал. — Ты чего такой счастливый? - спросил Малкольм недовольно. Сам он явно устал. Человеком он являлся таким, что активность его вся заканчивалась после пяти часов вечера. Стоит этой цифре миновать циферблат, и тот желал отправиться домой в постель, предварительно осушив бутылку крепкого рома. — Так работу же закончил. Повод для радости огромнейший, - Гарри округлил глаза, словно удивился вопросу Малкольма. Мистер Лаген поднял одну бровь. — Ну-ну, - проворчал он и спрятал руки в рукавах, когда скрестил их на груди. — Имей ввиду, ходишь по девкам - не говори, где живёшь. Драм в общежитии я не потерплю. И в то время, как Гарри поперхнулся при возникшем образе девицы - Тома, начальник ушёл, прихватив с собой ведра. Бросив речи Малкольма и мысли последующие после них, Поттер ушёл с места в тени деревьев и побрёл туда, где большего всего желал быть в данный момент. Где ждала его личная тайна, являющаяся проходом в новый мир. Впереди вдали на выступе виднелось странное пятно. Он не мог до конца понять, что это, пока подходил. Солнце потихоньку опускалось за горизонт, и освещение было не самое лучшее, а также и его проблемы со зрением не делали задачу разглядеть, чем это являлось, из далека легче. Лишь приблизившись к краю, Гарри наткнулся на ужасное зрелище. Его сердце замерло, как будто время остановилось в этом мгновении. Мертвое обезображенное тело существа с рыбьим хвостом находилось на том самом бетонном выступе, на котором они обычно встречались с Томом. Волосы её были длинными, чёрными, словно водоросли. Они плавно стелились по каменной поверхности, отражая последние лучи заката, однако спутанными и мокрыми из-за чего полностью закрывали её лицо и большую часть обнаженной груди с плечами. Кожа бледна и испещрена кровью с открытыми ранами. Они были оставлены будто острым кинжалом и рваными по краям, будто в неё вцепились серпом и тянули, пока кожа на лопнула. Парень с трудом мог осознать, что именно произошло. Паника заполнила его грудь, как холодная волна. Он посмотрел вокруг, но океан продолжал повторять заученные строчки, увековеченные вечностью. Деревья стояли в дали, как живые свидетели, застывшие в немом ужасе. Не в силах отвести взгляд, Поттер ощущал, как холодный пот стекает по его спине. Ноги, казалось, не слушались его, и он осознал, как земля под ним начинает ускользать. Что здесь могло произойти? Этот вопрос, а также беспокойство за Тома - вот что заполонило его голову в одно мгновение. Озноб охватил его, несмотря на жаркую погоду. И его мысли будто были услышаны. Над водой всплыла голова Тома. Его волосы обтекли по сторонам, пока сирена не зачесал их ладонью назад. Как ни в чем не бывало, словно рядом не находился мертвец-сородич его вида, Том проследовал вперёд, не замечая тела, точно слепые пятна мешали его попросту увидеть. Жаль, что такой проблемы не было у Гарри. И помимо уже привычного запаха рыбы и влажного воздуха в нос впился металлический аромат пролитой крови. — Что случилось? - выдавил он из себя и поддался покосившимся ногам. Упав на пол, колени больно стукнулись о бетон, но Гарри проигнорировал боль. Вместо этого он потянулся к раненному существу. Прикосновение к хладному и влажному телу, напугало его непомерно, однако Поттер продолжил исследовать труп в поисках шеи, где мог бы найти точку пульса. Артерию, что всё ещё качала кровь сирены. Но вместо этого Гарри ощупывал мертвеца, у которого уже точно давно не было и капли жизни в теле, под совершенно пустым и безучастным взглядом Тома. Он прислонился рядом с ним, сложив руки на бетоне, и смотрел, ничего не предпринимая, в то время как Гарри подносил тыльную сторону ладони к ноздрям девушки, ощупывал жабры, подносил голову к её груди, стыдливо отводя глаза от бледно-розовых сосков, когда их мягкость прогиналась под его налегшим телом. Мертва. Мертва и точка. Ни пульса, ни дыхания. Лишь кровь, которую терять погибшая могла без зазрения совести. Ведь на кой она трупу. Стоило этой мысли укорениться в голове, волшебник медленно отстранился и потёр ладони друг о друга, пытаясь избавится от одолевшего его холода. Тогда то Поттер и почувствовал влагу на них, да опустил глаза. Алая кровь забралась под пластины ногтей и покрыла его руки по самое запястье. Каждое движение, каждая попытка убрать следы чужой гибели лишь усугубляла ситуацию, оставляя за собой яркие красные разводы, не желавшие сходить с кожи. Поттер достал палочку и произнёс очищающие чары, занеся её перед собой. И что теперь? Задав себе такой вопрос, Гарри не смог найти на него ответ. Что теперь? Казалось, план действий должен быть прост, оставить всё на решение Тому, ведь он сирена. Он должен знать, что делать, когда находят тело, принадлежавшие их виду. Но мысль, что с ней произойдет, тут же породила другую. Что с ней случилось? Зелёные глаза вернулись к разглядыванию тела. Её же убили. Встретил бы он подобную картину в Хогвартсе, решил бы было, что её разорвал оборотень. Но школа волшебства находилась на расстоянии пары сотен километров, и выводы, к которым он мог бы придти там, здесь не имели той же логики. Худые, костлявые пальцы, что можно было бы назвать их паучьими, с темными когтями на концах аккуратно подняли пряди чёрных волос убиенной и прикрыли ими её лицо и грудь обратно. И руки, обладавшие неестественной белизной, так же как и его, были измазаны кровью. Но Том приплыл сюда позже того момента, когда Гарри трогал тело. И за то время не прикасался к нему. Такие раны, как на ней, как раз могли остаться не от кинжала или лезвия, а от острых когтей хищника. Поттер потянулся к рукам сирены и схватил одну из них. Он перевернул её тыльной стороной к себе. Там, под темными ногтями, собралась не просто кровь, а кусочки плоти. Он мог бы принести её на этот бетонный выступ. Но зачем же Том тогда ковырял её раны, что даже плоть осталась на пальцах. — Это ты сделал? - почти не слышно произнес Гарри, уставившись прямо в темные глаза сирены. Они находились на расстоянии вытянутой руки, и только тело отделяло их друг от друга. Злость скапливалась в венах. Если это было правдой, то казалось ему не чем иным, как предательством. Вот только предательством чего? — Ты её поранил? - громче сказал Поттер, потянувшись вперёд, нависая над существом. Он поднял руки и показал сначала на тело, а потом на Тома. — Ты это сделал? Это ты убил её!? - крикнул Поттер. Сирена не отвечала. Пока улыбка, жуткая улыбка не растянулась на его лице, а веки прищурились. Выглядел он так счастливо, словно было Рождество, и ему подарили подарок, о котором мечтал всю жизнь. А потом произнес, тем глубоким голосом, что вызывал у Гарри мурашки по спине. — Да. И после этих слов всё рухнуло. Не позволив этому укорениться в голове, Гарри встал и ушёл, не желая иметь с этим каких-либо дел.