Дорогой Ник

– Мой ангел, слышишь ли ты меня? – произнес Зак ДиАнджело, вглядываясь в полутьму коридора. Ответа не последовало, и молодой человек прошёл вперед, включая настенное освещение. Он немного поёжился: здесь, под землей, было ощутимо холоднее, чем на первом этаже дома. – Мой ангел! – повторил Зак, на этот раз погромче. Он осторожно продвигался вглубь длинного коридора, ощущая, как пространство постепенно трансформируется, превращается в нечто иное. Плиточный пол под ногами теперь был твёрдым и мягким одновременно, а воздух вокруг начинал искрить и колыхаться, являя человеческим глазам то, что те не должны уметь видеть. Например, дверь – которая была одновременно деревянной и металлической, старинной и современной. Или прозрачную перегородку вдоль стены слева – за ней виднелось нечто большое и неподвижное. Оно светилось зелёным светом и напоминало мистическое облако. – Зачем ты пришёл, Зак? – раздался строгий голос, отдающийся эхом, и откуда-то возникла фигура в зеленоватом потустороннем сиянии. – Ангел, прости меня! – Зак почтительно склонил голову. – Знаю, мне запрещено спускаться сюда без особой необходимости. Но я давно тебя не видел, и кроме того, у меня есть новости. – Я слушаю, – прозвучал ответ расплывчатой фигуры. Голос был всё таким же нечеловеческим, но властные нотки в нём немного смягчились. – Две новости. Первая: наконец закончены работы над мозаикой, я принес фото итогового результата. Смотри, мой ангел, похоже? Зак показывал призрачной фигуре фотографию на планшете. – Да, – прозвучал удовлетворенный ответ. – Теперь сходство почти точное. А другая новость? Зак улыбнулся. Самые лучшие новости он всегда приберегал на десерт, и его ангелу-хранителю было отлично известно об этом. – Вторая новость: я встретил родственную душу. Она была скинджекером, а теперь живёт среди живых и полностью разделяет наши ценности. Я пригласил её на сегодняшнюю встречу общества. Зак физически ощутил волны воодушевления, исходящие от его ангела-хранителя. Фигура шагнула ближе, даруя ему прилив сил, делясь с ним своей мудростью. Как же он скучал по этим мгновениям. – Замечательная новость, Зак. То, чего мы так ждали. После собрания приводи свою подругу познакомиться со мной. – Спасибо за твоё благословение! – молодой человек счастливо улыбнулся. – Действуя вместе, вы сможете обнаружить больше преступников-скинджекеров. Особенно неуловимых: таких, как Диана Льюис и Алли Джонсон. Найти их и обезвредить – вот что станет нашей миссией в ближайшее время.

***

Алли откровенно скучала на собрании антискинджекерского общества. Она-то надеялась узнать какие-нибудь мрачные тайны, но в итоге лишь оставила мобильник за дверью зала собраний, подписала пачку документов о неразглашении, соблюдении, и бла-бла-бла, а затем целый час слушала, как группа незнакомых ей людей представляет Заку ДиАнджело отчёты о разных «подозрительных случаях», вроде исчезновения грузовика с детскими игрушками или удачного побега из строго охраняемой тюрьмы. Возможно, какие-то из этих происшествий и правда могли оказаться делом скинджекерских рук. Но собирать крохи информации с такой скрупулёзностью, проверять, анализировать и каталогизировать – неужели этим людям больше нечем заняться? Она оглядела компанию за столом, пытаясь понять, кто они и что ими движет. Зак и Алли были самыми молодыми участниками. Ещё четверым, включая родителей Зака, было уже за пятьдесят. Остальным – в районе сорока лет. Алли не уловила связи между собравшимися, как и не узнала ничьих имён, кроме членов семьи ДиАнджело. Остальные использовали псевдонимы в честь городов, которые «обследовали»: Сиэтл, Нэшвилл, Балтимор… Ну а самой Алли был предложен псевдоним «Нью», поскольку она была новенькой и жила в Нью-Йорке. Бо-о-оже. Это собрание всё больше смахивает на гибрид скучной рабочей планёрки с третьесортной хипповской коммуной. Ехидные комментарии Дианы – вот что хоть немного развлекало Алли сейчас. Она каждый раз едва сдерживалась, чтобы не фыркнуть от смеха. Девчонка-скинджекер успешно пряталась у Алли в голове и оставалась незамеченной теми, кто создал целое тайное общество для «противостояния» таким, как она. Однако им обеим не стоило терять бдительность, недооценивая противника: вдруг у этих людей и правда есть средства, чтобы засечь скинджекинг? В конце концов, многие послесветы действительно пропали. Поэтому сегодня в особняке Алли избегала встречаться взглядом с Заком ДиАнджело. Не стоит рисковать, если существует вероятность, что бывший скинджекер способен распознать, когда в одном теле соседствуют два духа. Ты думаешь о том же, что и я? Надо было нам потренироваться, чтобы узнать наверняка. Я бы вселялась в разные тушки в одном помещении, а ты бы постаралась понять, в ком из них я сейчас. Ерунда! У всех скинджекеров навыки немного различаются. И сейчас Зак может уметь то, что неподвластно мне. А тут ещё и междуворот помогает… Давай-ка помолчи, не отвлекай меня. Тем временем Зак объявил: – Итак, на сегодня мы закончили с отчётами. Всем спасибо, ваши записи будут изучены тщательным образом. Увидимся на следующем собрании, зимой. Берегите себя и помните о безопасности: скинджекеры обычно выбирают жертв из тех людей, которые живут одни или много времени проводят без компании. Ну да, кроме случаев, когда скинджекеры путешествуют группами или парами, что совсем даже не редкость. Вот-вот. Я уже не понимаю, Алли: этот Зак реально такой кретин или прикидывается? – Есть кого-нибудь вопросы? Если нет, то предлагаю на сегодня заверши… – У меня есть вопрос. Это произнёс мужчина, носивший псевдоним «Балтимор». Алли запомнила его, потому что в нём было нечто знакомое – будто они уже встречались. Правда, сам мужчина не выказал ни малейших признаков узнавания. Алли заключила, что здесь одно из двух: либо он напомнил ей кого-то, либо она видела его фото в одной из статей про несчастные случаи. Последний вариант звучал наиболее логично, ведь основатели «Помощи и защиты» притворялись благотворительной организацией. Мужчина встал, и все головы повернулись к нему. У него были усталые, слегка покрасневшие глаза; немало глубоких морщин и даже несколько старых шрамов испещряли лицо азиатского типа; коротко стриженые волосы были почти полностью седыми; жилистые руки немного дрожали. Сердце Алли кольнуло неожиданное сочувствие, которое она тут же подавила. Нельзя забываться. Все эти люди – угроза, их намерения и возможности до конца не изучены, а безобидными они могут казаться лишь до поры до времени. – Я хочу уточнить. Превращаются в демонов-скинджекеров только те дети, которые лежат в коме? Никаких исключений? Демонов? Демонов! Насколько надо поехать крышей, чтобы такое придумать! Это ты ещё не слышала про «криминальные фокусы». Что-что? Тихо, Ди! Я пытаюсь слушать. Зак уже начал отвечать на вопрос «Балтимора». – Одержимость скинджекингом возникает только у тех, кто впал в кому. Никаких исключений. Я смог побороть эту одержимость благодаря неустанным молитвам Всевышнему, однако большинство скинджекеров вовсе не раскаиваются в своих деяниях и не пытаются вернуться в естественное русло жизни. Таких мы ищем различными способами, в первую очередь благодаря вашим наблюдениям. Спасибо всем за отличную работу! Зак с улыбкой обвёл глазами людей, сидящих за полукруглым столом. Алли поспешно отвела взгляд и, чтобы это не показалось подозрительным, посмотрела на «Балтимора». Тот продолжал стоять и явно собирался сказать что-то ещё. Зак смотрел на него с плохо скрываемым неудовольствием, но прерывать не стал. – То есть вы точно знаете, что давно умершие дети не способны контактировать с нашим миром? Ни через одержимость скинджекингом, ни ещё как-то? – Никак не способны, – ответил Зак. Алли! Скажи ему, что это неправда! Любой послесвет может дать почувствовать своё присутствие живым, если пожелает. Этот Зак нагло врёт! Диана, я не могу встревать вот так. Мне нужно показать лояльность. – Однако нас не интересуют мирные духи, только криминальные демоны, – продолжал Зак. – Их мы находим и обезвреживаем. – Борьба со скинджекерской угрозой является нашим долгом перед обществом, – подала голос миссис ДиАнджело, сидевшая по правую руку от сына. – Мы обязаны защитить невинных и ничего не подозревающих людей, которые в любой момент могут стать жертвами криминальных демонов. Алли вспомнила, как пыталась остановить Милоса: не дать ему сбросить груз строительного крана на детскую площадку. А ещё она устроила побег из тюрьмы невиновному парню, чьими руками скинджекеры подожгли школу. – Это правда, – произнесла Алли и кашлянула, прочищая горло. – Мне довелось быть свидетельницей многочисленных преступлений, которые совершили скинджекеры. Взрывы, пожары, отравления, подстроенные автомобильные аварии и другие происшествия… Теперь все присутствующие повернули головы к ней и слушали так внимательно, что Алли стало не по себе. Ещё и мозаика эта на стене: рыжая девчонка будто тоже собиралась повернуть голову и уставиться на Алли. – Подстроенные аварии? – переспросил «Балтимор». – А вам известно что-нибудь про автокатастрофу на шоссе возле национального парка Блэк Рок Маунтин, недалеко от Корнуолла? Столкнулись чёрный «мерседес» и белая «тойота». Тринадцать лет назад, в июле. Он смотрел на неё так, словно от ответа зависела его жизнь. Алли, в свою очередь, воззрилась на него. С чего он взял, что она достаточно старая и знает о таком далёком событии? И откуда ему самому известно про автокатастрофу? Кто же он всё-таки такой? Ещё немного, и она точно вспомнит… Алли! Зак встал и идёт к тебе! Я счищаюсь! Громкий испуганный крик Дианы внутри сознания Алли вывел ту из оцепенения, вызванного попыткой вспомнить, откуда ей знакомо лицо «Балтимора» со всеми морщинами и шрамами. Ещё миг – и Диана исчезла в Междумире, Алли не успела её остановить. Возможно, и не надо было: Зак ДиАнджело уже стоял рядом, положив ладонь на спинку стула. На секунду их с Алли взгляды пересеклись, и та была рада, что Дианы у неё внутри больше нет. – Послушайте, Балтимор, – обратился к нему Зак, – не надо наседать на Нью, она вовсе не медиум и не может знать обо всём. И вообще, давайте не будем нагружать её вопросами в первый же день. Предлагаю закончить на сегодня и встретиться вновь через четыре месяца. – Я хочу покинуть общество, – сказал «Балтимор». За столом воцарилось потрясённое молчание.

***

Ник отличался от остальных послесветов, однако и его возможности взаимодействия с живым миром были сильно ограничены. Вот поэтому он так сильно нуждался в Алли: благодаря своим способностям та могла стать мостиком между миром людей и миром духов, а значит, помочь Нику одолеть этот новый, непостижимый, пугающе сильный союз живых с мёртвыми против скинджекеров. Начиная с того момента, как расследование привело Ника и Тао к семейке ДиАнджело в Пенсаколе, Ник мысленно молился всем возможным богам лишь об одном: «Хоть бы это была не Мэри». Но, похоже, мольбам призрачного мальчика боги не внемли. Ник обдумывал разные варианты плана действий, и каждый раз его послесвечение приглушалось из-за тяжёлых, тоскливых мыслей. Многое могло пойти не так. И даже при самом удачном стечении обстоятельств – а Ник себя удачливым никогда не считал – он всё равно должен будет поступить вопреки личным желаниям. Одного ему хотелось избежать любой ценой – встречи Мэри с Дианой. Это была бы слишком большая угроза. Ник не питал иллюзий насчет Мэри: та уничтожит Диану, если догадается о её чувствах к нему, или того хуже – заметит чувства самого Ника к Диане. Однако Алли верно заметила: у них не было ни одного твёрдого доказательства, указывающего на Мэри или иных послесветов. Только догадки и ощущения. Ник решил сосредоточиться на фактах. Что ему известно? Известно, что семья ДиАнджело охотится на скинджекеров: по сути, Зак признался в этом Алли. Сегодня она сможет узнать больше и понять, как можно остановить живых. Ещё Нику было известно, что подземная часть особняка является междуворотом: однажды Тао пробыл там пару минут и заметил ряд странностей, которые укладывались в типичное представление о междувороте как о месте, существующем одновременно в живом мире и Междумире. Ник не мог простить себя за опрометчивую поддержку идеи Тао – вернуться и исследовать подземные коридоры. В тот момент им обоим казалось, что скинджекеру удобнее действовать в одиночку: вселяться в кого-то и идти сквозь междуворот. Но что если они ошиблись? И что если ошибка стоила слишком дорого? Как бы то ни было, докопаться до правды Нику предстояло самостоятельно, пока Алли и Диана добывают сведения в мире живых людей. Особняк, в котором жила семья ДиАнджело, был построен не позже восемнадцатого века: Ник видел планы подобных зданий в книгах, когда был жив. Пройти через основные помещения первого этажа и найти вход в подвал не составило труда. А в стене винного погреба Ник обнаружил деревянную междумирную дверь с небольшим обзорным окошком и, не раздумывая долго, воспользовался этим окошком по назначению. За дверью открывался вид на длинный, едва освещенный коридор, пройти по которому смог бы только послесвет. В общем, всё оказалось так, как ожидалось. Ник полагал, что если основное здание было возведено в восемнадцатом веке, то подземные тоннели появились значительно раньше. Возможно, их проложили ещё испанские поселенцы под какой-нибудь крепостью, чтобы спасаться от мощных ураганов, которыми во все времена было печально знаменито побережье Флориды. Интересно, а в какой момент это место превратилось в междуворот? И на что вообще этот междуворот способен? Ник вздохнул: узнать первое едва ли удастся, а вот второе придётся ощутить на себе. Он нервно поправил лямки рюкзака, набрался решимости и толкнул дверь. Та легко поддалась, словно никогда не бывала заперта. Пока что не ощущалось ничего похожего на междуворот. Ник двигался по старинному коридору, стены которого состояли из каменной кладки. Путь освещался редкими факелами на стенах. А чтобы собственное послесвечение не выдавало присутствия, Ник решил приглушить его – и с этой целью сосредоточился на воспоминаниях о роковой встрече с Мэри в Грейсленде, когда всё его существо обратилось в шоколадную жижу. Помогло безотказно: Ник практически перестал светиться и стал незаметен издали. Но тут он сам увидел кое-что впереди: чьё-то послесвечение, шагах в пятидесяти. Ник замер. Потом осторожно двинулся вперёд, стараясь не издавать ни звука, ни шороха. Вокруг постепенно появлялось всё больше признаков междуворота: воздух двигался, выдавал электрические разряды и переливался разными цветами; тут и там слышалось слабое, призрачное эхо голосов и звон орудий – должно быть, ментальный след ушедших лет, когда эти тоннели ещё использовались живыми людьми. Через несколько шагов коридор начал расширяться, превращаясь в полукруглый зал с арочным входом. Ник прильнул к стене и осторожно заглянул внутрь зала. Первое, что он понял: свечение принадлежало не одному, а трём послесветам. Двое из них как будто не обладали волей и больше напоминали магазинных манекенов, чем призрачных мальчишек. Ну а третий… Третий мальчуган взмахивал руками, словно дирижёр, и управлял «манекенами». Ник сразу узнал этого послесвета, хотя последний раз видел его тринадцать лет назад и уж точно не ожидал увидеть снова. Это был Проныра. Ну что ж, – подумал Ник, – хотя бы не Мэри.

***

– Это неожиданность, – наконец проговорил Зак ДиАнджело спустя почти минуту напряжённого молчания. – Наше общество существует уже два года, и никто прежде не высказывал желание покинуть его. Но мы будем действовать по правилам, которые вам всем известны. Шаг первый – публичное заявление в присутствии всех членов общества. Это уже сделано. Шаг второй – обсуждение и голосование. Шаг третий – уходящему участнику необходимо побеседовать с ангелом-хранителем нашего общества. Предлагаю вам всем приступить ко второму шагу, а я схожу и договорюсь насчёт третьего. Люди за столом словно ожили: начали перешёптываться, постепенно повышая громкость голосов. «Балтимор» сел на своё место и больше не смотрел на Алли, словно потерял к ней всякий интерес. Зато кое-кто другой не потерял: Алли едва не подпрыгнула, когда рука Зака коснулась её плеча. – Пойдёмте со мной, Александра, – сказал он вполголоса, наклонившись почти к самому уху Алли. Ту едва не передёрнуло от неприязни. – Я познакомлю вас с ангелом. Хотелось это сделать при других обстоятельствах, но что ж… придётся совместить. – Всё нормально, – быстро ответила Алли. – Разберитесь сначала с внутренними делами, а потом перейдём к... знакомствам. Я подожду здесь. Может, даже смогу отговорить его от ухода. – Спасибо. Если вам что-то понадобится, просто обратитесь к моим родителям, – он снова дотронулся до её плеча и ушёл. Алли выдохнула. Причина, почему она отказалась от «заманчивого» предложения Зака, заключалась, разумеется, не только в возможности понаблюдать за участниками общества. Когда её позвали «знакомиться с ангелом», Алли по-настоящему напугалась. Ведь это могло означать только одно: в деле замешаны призраки. Алли очень надеялась, что Диана всё это время крутилась где-то поблизости и слышала слова Зака. Но проверить это было невозможно: на связь она не выходила, и видеть её Алли не могла. Люди из антискинджекерского общества бурно обсуждали решение «Балтимора» об уходе. Алли посидела немного с ними за столом для приличия, но в разговор почти не вслушивалась – было уже не интересно. Все её мысли сейчас занимал недоступный ей Междумир, в котором затерялись незримые для неё Ник и Диана, а также скрывались другие, неизвестные и наверняка опасные, послесветы. Единственный, кто мог ей помочь с этой проблемой, был Стюарт. Алли тихонько встала, приблизилась к родителям Зака и сообщила: – Я пойду предупрежу мужа, что задержусь ещё на собрании. Скоро вернусь. Разумеется, возвращаться она не собиралась. Один из охранников проводил Алли в другое крыло особняка – в гостиную, где она оставила Стюарта и свою сумку. Вот только там уже никого не было. Растерянно озираясь, Алли теребила запястье – так, словно ощущала фантомный браслет смарт-часов, которые могли быть видны на её руке, будь она сейчас междумирным духом.