tails and needles

      то, что дело пахнет жареным, юнхо понял, как только увидел своих друзей на входе в университет. обычно теплолюбивый есан всегда тащил уена подальше от холода и старался зарыться куда-нибудь, где совсем рядом находилась бы батарея и уже там они обычно вдвоем дожидались чона, но теперь он молчаливо и угрюмо стоял на самом крыльце и пялился. и точно так же пялился и уен тоже. у чона волосы на затылке встали дыбом от этих взглядов, но он упорно шагал к парням и даже не сбился с шага, хотя очень хотелось развернуться и уйти. ему точно сейчас за что-то влетит, вот только за что – не понятно. затылок заныл. чон еще даже не получил по шее, но фантомное ощущение шлепка ладони о кожу уже начало зудеть и гореть под волосами. у его друзей хорошо поставленные удары и это проверено не один раз.       - привет, - вяло кивает хо, останавливаясь ближе к есану. он поадекватнее ена будет и, чуть что, точно сможет утихомирить обоих чонов сразу.       - ну, привет, - хмыкает уен, - как выходные?       юнхо задирает бровь почти до самой линии роста волос и призадумывается. он ничего противозаконного в выходные не делал, так в чем же проблема?       - хорошо выходные, - наконец кивает он, - а ваши? – парень неловко переминается с ноги на ногу и делает шаг в направлении входа в университет, но его перехватывает за запястье рука уена и тот ядовито бросает:       - у нас скучно, мы же не пили вместе с одним из шайки отморозков.       юнхо просто примораживает к месту. как они узнали? да, он до сих пор не сказал своим лучшим друзьям, что он иногда зависает с минги. не рассказывал, что побывал на месте его работы и, тем более то, что ги оказался достаточно милым парнем, который только для виду колется иголками, но и это потому, что он боится, что ему сделают больно. да и разве поверили бы его друзья ему так просто? точно бы пришли к выводу, что сон его чем-то шантажирует и что у него точно какой-то корыстный интерес. хотя, отрицать то, что с самого начала так и было – нельзя. он и сейчас приходит к хо, будто просто, чтобы переночевать, но чон думает – уверен! – что минги к нему прикипел.       - вы откуда знаете? – выдыхает юнхо полностью дезориентированный и непонимающий, как ему выпутаться из этой ситуации так, чтобы и с друзьями не поругаться, и чтобы минги не обидеть. он не хочет говорить о соне плохо даже тогда, когда тот этого не слышит. он просто такого не заслуживает.       - двадцать первый век на дворе, друг мой, - шипит уен, почти, как самая настоящая змея, - все можно найти в соцсетях.       - но мы ничего не выкладывали, - хмурится хо и понимает, что начинает злиться. ему не нравится этот допрос и это несправедливое отношение, но парень пытается себя одернуть: друзья не знают минги так, как его знает он.       - ты – нет, а вот кое-кто – да, - скрещивает руки на груди ен. есан повторяет его действие, но продолжает молчать. все выглядит так, будто он злится просто за компанию, а не понимает в чем, собственно, дело. ничего в этом удивительного нет, уен всегда был заводилой среди них троих и очень часто хо и есан просто поддавались его влиянию и перенимали его эмоции и настроение.       - ты можешь по-человечески сказать? хватит этих ребусов, просто выложи уже все, на что ты злишься и позволь мне пойти на занятия, - рычит хо. раздражение поднимается горячей, просто огненной, лавой вверх и готовится вот-вот выплеснуться прямо нехорошими словами, за которые ему точно позже станет стыдно.       - ты тусовался с минги в тот же момент, когда свято нас уверял в том, что не имеешь с той шайкой ничего общего. как ты можешь еще злиться на меня после такого? – уен поджимает губы и хмурит свои брови, пока юнхо чувствует укол вины за то, что он совсем ничего не рассказывал друзьям и продолжал утаивать всю правду так, будто он совершает что-то противозаконное. а теперь он еще и злится на них, хотя они в чем-то очень даже правы.       - простите, - вздыхает наконец чон. он трет лицо ладонями и взъерошивает свои волосы так, что они теперь больше похожи на воронье гнездо.       он должен все рассказать людям, с которыми он знаком уже кучу лет и от которых раньше у него не было секретов. никогда не было до того самого момента, пока его не закрутил водоворот под именем сон минги и пока он не утонул во всех секретах этого парня.       - я на самом деле тусовался с минги и я не могу рассказать вам всей картины потому, что почти все, что у нас с ним произошло не мой секрет, - уен и есан одновременно подбираются, полностью обращаясь в слух и внимая каждому слову, что слетает с губ юнхо. они молчат и не перебивают, хотя брови так же синхронно изгибают, - он… он хороший парень и все, что вы раньше о нем слышали не больше, чем злые слухи. наше общение началось с небольшого шантажа, но почти сразу я понял, что он совсем не такой, каким хочет показаться, - хо переводит дыхание, потому что весь монолог он протараторил просто на одном выдохе, сдувает челку, лезущую в глаза и несмело улыбается, - и наше общение плавно перетекло, если не в категорию друзей, то в категорию очень хороших знакомых. он сам очень… ранимый.       - не могу поверить в то, что ты только что сказал, - почти шепчет ен. ну правда, они столько лет считали минги отбросом общества, поэтому теперь у него никак не укладывается в голове все то, что вещает юнхо, - просто не может такого быть.       - я рассказал правду. да, это не все. но я не могу сказать, пока минги не решит рассказать все сам. это не мой секрет.       - вспомнишь солнце, - кивает кан в сторону ворот, и юнхо с уеном синхронно поворачиваются, видя, как по дорожке шагает минги со своими подручными. хо мысленно поправляет себя – не подручными, друзьями. теперь он отлично это знает.       сон улыбается, пока ему что-то вещает сан. они вместе смеются, толкаются, а вот хонджун, напротив, слишком задумчив. он только неловко кивает, если обращаются к нему и давит какую-то слишком вымученную улыбку. его что-то тревожит и юнхо хочется знать что потому, что он почти на сто процентов уверен, что его терзания касаются минги. он не может объяснить свои чувства, но у него словно срабатывает странное чутье в отношении сона. его хочется… оберегать. а зная, что в его жизни слишком много боли и страданий, его хочется не просто оберегать, а спрятать ото всех и окружить заботой. чон фыркает себе под нос, не замечая, как на него смотрит есан. испытующе и, кажется, что-то понимающе.       юнхо сам не замечает, как пристально следит за компанией. он считывает все эмоции, что играют на лице парня и, не без удовольствия, замечает, что он отлично знает это лицо. он видел его вблизи много раз и он может сказать сколько родинок на этих щеках и какого цвета шрам над бровью, который он сам же обрабатывал. это все похоже на какую-то одержимость, иначе он не может объяснить это волнение в груди и горячее чувство в животе. ему приятно видеть, что у сона хорошее настроение, приятно то, что минги прямо от него утром ушел на пары, ведь провел все выходные в его квартире. правда, они почти не разговаривали, потому что чонхо оккупировал парня и не отпускал от себя ни на шаг. он даже заставил ги скачать себе инстаграм и сделать с ним чуть меньше тысячи селфи, чтобы выбрать то, где сам чонхо выглядит хорошо, и выложить в сторис. ги после этого еще полдня не прикасался к телефону потому, что тот без конца вибрировал, а на экране постоянно всплывали уведомления о подписках. как люди вообще узнали, что у него появилась страничка в соцсети? конечно, юнхо тоже подписался и даже добавил в избранное, чтобы видеть все обновления, хотя он был уверен, что без помощи младшего брата, минги не откроет инстаграм вообще никогда.       - покажи-ка мне фотографии, - поворачивается к другу чон. он уверен, что это чонхо запостил фотографии и он точно его прикопает за то, что это было сделано без разрешения.       уен с готовностью порхает пальцами по сенсорному экрану, заходит в приложение, а после тычет экраном прямо другу в нос. хо сводит глаза к переносице, чтобы хоть что-то рассмотреть, но, когда у него ничего не выходит, то хватает уена за руку и отводит ее чуть дальше. да, все так, как он и думал. чонхо опубликовал просто кучу фотографий с их вечера. и те фото, которые были сделаны, когда они были вдвоем, и те, которые точно были сняты уже после прихода минги, потому что на них видно нового маленького жильца квартиры хо. юнхо громко сглатывает, когда перелистывает слайд и видит то, чего он не помнит. вот поэтому он и не любит пить. он никогда не помнит, что происходило в тот момент, когда он был под алкоголем. и теперь он точно не понимает, как так вышло, что его запечатлели в тот момент, когда он, с  дико мечтательным выражением лица, прижимается губами ко лбу смущенного минги. вот черт!       - а… - хо захлопывает рот, потому что не понимает, что может еще сказать на это, и поджимает губы. он не будет оправдываться. нет смысла. но вот обстоятельства того, как это произошло все же его очень волнуют.       - что? нечего сказать? – язвит уен, видя, как его друг рассматривает его общую с соном фотографию. хо уже собирается съязвить в ответ, когда его спасает есан. парень все это время тихонько стоял рядом и только стрелял глазами на друзей и на компанию минги, будто бы совсем не участвуя в разговоре, но теперь словно ожил.       - ну-ка, дай сюда, - хмыкает кан, вырывая из узких ладоней смартфон и остервенело начиная листать сделанные снимки. он просматривает те, что только что смотрел юнхо, выходит на страничку профиля и пролистывает миниатюры уже там.       - что такое? – ен прижимается щекой к щеке есана и пялится в свой же телефон, словно пытаясь там найти что-то новое, а не то, что он раньше уже видел и сам.       - пытаюсь понять кто это, - бубнит под нос кан, не отрывая взгляда от экрана. чон уверяется в своем предположении, что уен просто настрополил есана и даже не показывал ему вообще из-за чего и происходит вся эта ситуация с выяснением отношений. чон даже поджимает губы, чтобы не улыбаться так явно и открыто.       - в каком смысле – кто? – удивленно икает уен, и прижимается щекой к кану еще крепче, - ты не узнаешь?       - неа, - мычит есан все дальше пролистывая ленту фотографий, которые так и кричат о том, как весело живет тот, кто их сделал, - выглядит знакомо, но не могу вспомнить.       - это мой брат, - вставляет свои пять копеек юнхо, и отворачивается от друзей, чтобы посмотреть, где сейчас находится минги. он впивается взглядом в сона, как только находит его. между ним и хонджуном чувствуется напряжение даже на расстоянии и чон не может понять, что происходит, ведь пару минут назад они беззаботно смеялись и ничего не предвещало беды. все трое стоят прямо посреди университетского двора и не обращают внимания на то, что мешают пройти другим студентам. толпа обтекает хмурого минги и виновато выглядящего хонджуна по широкой дуге, на них даже стараются не смотреть, чтобы не навлечь на себя неприятностей. особенно, когда глава банды не в духе.       - чонхо? – есан так громко вскрикивает и удивленно округляет глаза, что мимо проходящие студенты недовольно на него оборачиваются и цыкают. уен в ответ шикает на них и сощуривает глаза. он все еще прижимается щекой к лицу кана и даже не думает отстраняться. есана это тоже не смущает и он просто глупо хлопает глазами, еще усерднее впиваясь взглядом в фотографии. он, наконец, видит те самые черты, на которые обратил внимание за те несколько раз, что он видел младшего чона, - он уже так вырос?       - все тот же раздолбай, - хмыкает юнхо, - ни капли не изменился.       кан ничего на это не говорит. он вытягивает из кармана телефон, почти роняет его на каменные ступени университета и, чертыхаясь, вводит пароль, чтобы разблокировать. уен подозрительно косится на него, но на удивление ничего не говорит. только как-то понятливо улыбается и треплет по плечу.       ситуация, что происходит недалеко от их компании, кажется, накаляется все сильнее. хонджун быстро жестикулирует руками, что-то громко втолковывает и хмурит свои брови, но юнхо не может разобрать ни слова из-за завывающего ветра и постоянных разговоров рядом с ним. в груди неприятно колет от осознания того, что происходит что-то нехорошее, но он не знает, можно ли ему вообще влезть в это дело или для минги он все еще совершенно посторонний человек.       пока у чона в голове происходят сложные мыслительные процессы, крики становятся громче и теперь голос повышает уже и сам минги. его кулаки сжимаются так, что вздуваются вены на руках, и он сам весь напрягается, как зверь, что готов к прыжку. сан, который не отсвечивал почти все это время, придвигается ближе и кладет ладонь на плечо сона, но тот даже не замечает этого успокаивающего жеста, а распаляется только сильнее и сильнее. сон дергает плечом, намереваясь скинуть удерживающую его руку, но чхве не поддается. он делает еще шаг навстречу, словно собираясь заградить собой хонджуна, но сон поворачивается в сторону сана, что-то ему говорит и легко отодвигает в сторону.       - что там такое? – есан убирает телефон в карман, а чужой возвращает владельцу, не глядя впихивает его куда-то в карман уена, и тоже впивается взглядом в компанию парней посреди двора. кажется, будто атмосфера настолько накалилась, что невооруженным взглядом можно заметить летящие во все стороны искры, - они что-то не поделили?       юнхо на секунду переводит взгляд на есана, поджимает губы и снова смотрит на минги. уен тактично молчит и борется с желанием уйти, чтобы не видеть, как знаменитая шайка устраивает разборки между собой. не хочется попасть под горячую руку.       - что-то случилось, - взволнованно говорит чон, - минги слишком дорожит хонджуном, чтобы ни с чего начать ссору.       ен кривит губы. ему совершенно не нравится то, что он совсем не понимает, что происходит. он привык к тому, что он всегда находится в центре всех событий и всегда в курсе всех новостей, а сейчас он совершенно не может вникнуть в ситуацию, потому что в том уравнении, что ему предоставили нет сразу половины переменных.       - ты что делаешь? – уен шипит так, что кану кажется, будто он видит вздыбленные волосы на загривке друга. ен хватает юнхо за предплечье, стараясь остановить, но тот только скидывает мешающую руку, передергивает плечами и уверенным шагом направляется прямо к взбешенному минги, - юнхо! вернись!       чон слышит крики друга, но поворачивать назад не собирается. он уже однажды встретился с кулаком хонджуна нос к носу, так сказать, и он совершенно не хочет, что сон развязал драку и пострадал. даже если физически он сильнее кима, то морально этот конфликт может ранить его действительно безумно больно. у хо в голове даже не возникает мысли о том, что рядом вместе с джуном и ги находится сан, который точно сможет разнять двух друзей и не дать словесной перепалке перерасти в полноценную драку.       - как ты мог? ты не должен был говорить об этом вообще никому! – юнхо замедляет шаг за примерно десяток метров от минги. он слышит его слова и сердце болезненно сжимается от прошившей его мысли – хонджун кому-то рассказал самый большой секрет сона. тот секрет, который сам хо выведал не при самых лучших обстоятельствах, и тот самый секрет, который минги доверчиво рассказал своим лучшим друзьям. надеясь на моральную поддержку, но с условием никому и ничего не рассказывать.       - я сделал это ради тебя же, - выплевывает хонджун. он напряжен, но в то же время так виновато выглядит, как будто боится того, что сон просто откажется от него сразу же после этого скандала.       - будто ты не знаешь, что было раньше, – сон накрывает свое лицо обеими ладонями, и так сильно проводит по лбу и щекам пальцами, что на коже остаются белые полосы, которые почти сразу же наливаются розовым цветом, а кое-где остаются воспаленные царапины от ногтей. от этой картины и от той силы, с которой минги пытается сам себя успокоить, хонджун дергается, словно его ударили.       - в этот раз будет не так! – беспомощно возражает ким.       - все будет так же! нет состава преступления, бытовая ссора, обычный конфликт трудного ребенка с его святым отцом! – сона трясет и его глаза наливаются слезами, краснеют и воспаляются, - у меня нет сил слушать это снова.       к тому моменту, когда юнхо достигает минги, тот уже запрокидывает голову назад, чтобы не дать пролиться соленым каплям. ему настолько обидно, что он не может контролировать свои эмоции, только на задворках сознания бьется мысль о том, что драться с кимом не стоит. но и выяснять почему тот так поступил нет ни малейшего желания. по крайней мере – сейчас. в этот момент сон воспринимает поступок джуна самым настоящим предательством. теперь сонхва знает о том, что переживает ги в своем собственном доме, и осознание этого заставляет его тихо завыть. ему не нужна ничья жалость.       - что у вас тут происходит? – подает голос юнхо и все трое на него сразу же оборачиваются. джун сереет лицом, сан сразу же хмурит брови, а вот сон только дергается, но даже не размыкает губ, чтобы что-то ответить, - стоит отойти куда-нибудь, где можно спокойно поговорить, но не выяснять отношения перед входом.       - а тебе какое дело? – ким подбирается, скрещивает руки на груди и сразу же идет в наступление, - мы сами разберемся, где нам решать наши вопросы.       - хонджун-хен, - вздыхает сан, что до этого не лез в разговор, - он прав. не стоит добавлять к тем слухам, что уже есть, еще и новые.       ги быстро моргает, прогоняя лишнюю влагу из глаз, и весь сжимается, как будто не он тут еще минут назад кричал и кипел от гнева.       - согласен, - сон сплетает свои пальцы в замок и закусывает губу, - думаю, что стоит переместиться куда-нибудь, где будет меньше свидетелей.       чон невольно отступает на шаг назад, когда три пары глаз впиваются в него.

***

      - не буду делать вид, что я рад такой компании в своем доме, но раз делать нечего, то прошу приступить к выяснению отношений сразу и не задерживаться, - юнхо разваливается на своем диване, закидывает ногу на ногу и пристально следит за не очень зваными гостями. минги пристраивается рядом с ним, всего в каких-то десяти сантиметрах, а вот сан и хонджун усаживаются на стулья, что сами притащили с кухни.       на улице самый разгар рабочего дня, а в крошечной квартире чона слишком темно. такая гнетущая атмосфера заставляет ежиться и думать, что, наверное, лучше было бы найти какое-нибудь тихое и уединенное кафе, а не соглашаться со словами сона о том, что у хо пустая квартира. юнхо прикусывает щеку изнутри. он слишком изменился с тех пор, как они с соном открылись друг другу.       - выслушай меня, - подает голос ким. его спина выпрямлена так, будто он проглотил стальной стержень. слова даются сложно, но джун понимает, что раз он заварил эту кашу, то должен разрешить весь конфликт, как можно скорее. парень уверен, что он сделал все правильно. его сердце обливается кровью каждый раз, когда он видит на ги новые синяки, которые тот пытается прикрыть широкими толстовками и отросшими волосами, а когда минги отправляется домой, то чувство тревоги не унимается до тех пор, пока сон не выходит на связь. это все пора давно заканчивать и раз выдалась такая возможность, даже этот малюсенький шанс на спасение друга, то джун просто не мог упустить его.       минги хмыкает. он ничего не говорит, но ким воспринимает это, как согласие.       - хен поможет тебе. он никому ничего не расскажет, только проконсультируется со своим братом, и они решат, что делать дальше, - ким переводит дыхание, прикусывает костяшку на пальце и хмурится, - я не мог промолчать тогда, когда узнал, что у него есть связи в полиции. можно же попытаться, минги.       - я пытался много раз, - тихо шелестит сон в ответ. он перестал злиться, но теперь выглядит так, будто у него закончились абсолютно все силы, а надежды уже просто не осталось, - я просто не хочу разочароваться в очередной раз. этого я не вынесу.       юнхо несмело протягивает руку и хватает ей ладонь ги, несильно сжимая. но даже от такого легкого пожатия сон как-то быстро расслабляется и бросает благодарный взгляд на чона. он даже чуть изгибает губы в улыбке, а хо вспоминает, как в этой самой комнате он поцеловал минги и сказал, что вместе они со всем справятся. ощущение чужих губ фантомно горит на его собственных губах и чон облизывается, отводя взгляд.       - минги, - ким встает со стула. он мнется на месте, а потом так резко падает на колени, что даже сан болезненно морщится от звука, что раздается от столкновения коленей джуна с полом. хонджун сгибается, утыкается лбом прямо рядом с ногами сона и говорит тихо, но твердо, - я знаю, что обещал никому и ничего не рассказывать, но у меня выдалась возможность помочь тебе и я не мог упустить ее. я даже не дам тебе сдачи, если ты ударишь меня за это. я просто хочу, чтобы ты больше не боялся идти домой, а мы с саном не думали о том, что видели тебя в последний раз. если ничего не выйдет и в этот раз тоже, то я возьму всю ответственность на себя.       ги округляет глаза и губы одновременно. эта сцена с джуном у его ног настолько невероятная и неожиданная, что он даже не знает, что ему сказать, но слезы снова наворачиваются от всего, что он услышал. его любят и за него переживают. у него действительно есть друзья, которые готовы сделать все, чтобы ему помочь.       юнхо деликатно отводит глаза, когда минги и хонджун обнимаются, но его тоже притягивают в большой, ласковый ком и обхватывают руками. четверо парней обнимают друг друга в полной тишине, но чону кажется, что он слышит негромкие всхлипы.

***

      юнхо даже не удивляется, когда выходит из ванной и находит в гостиной минги. сан и хонджун ушли, пока чон плескался под душем, а вот сон остался и хо не почувствовал ни капли какого-то разочарования или недовольства по этому поводу.       - устал? – спрашивает чон, пока вытирает волосы полотенцем.       - немного, - тихо выдыхает минги. он обнимает свои колени и смотрит куда-то в пустоту. джун дал ему надежду и теперь сону очень страшно от того, что она может разбиться, как и множество раз раньше. он уже столько раз обжигался, когда доверялся и верил, что теперь ему даже больно дышать, когда он думает о том, что может снова остаться ни с чем.       - сходи в душ, я пока постелю тебе здесь, - предлагает хо, но сон отрицательно качает головой и сжимается в еще более компактный комок. юнхо вздыхает. его переполняет чувство легкости рядом с соном и он совершенно не знает, что ему делать с этой воздушностью в груди, которая будто гладит его изнутри чем-то мягким и пушистым. пальцы покалывает от желания прикоснуться и хо не отказывает себе – садится рядом и притягивает ги в свои объятия, - помнишь, что я сказал?       - ты много чего говорил, - бурчит минги куда-то в подмышку хо и не делает никаких попыток освободиться, только расслабляется и растекается жижей, - что именно?       - про то, что мы все сможем. что мы прорвемся.       сон молчит долгие две минуты и тихо шелестит:       - помню.       - я не отказываюсь от своих слов. и ты знаешь, что не только я готов тебе помогать, твои друзья тоже не станут оставаться в стороне, - чон прижимается щекой к волосам ги и чувствует себя прямо там, где он должен быть – на своем месте.       сон хмыкает, но ничего не отвечает, он наощупь находит чужую руку и сжимает ее в своей ладони. им уютно молчать просто вот так сидя рядом, держась друг за друга, даже если в голове только и делают, что проскакивают мысли о том, как нелегко придется в будущем. и неважно, какой будет исход болтливости хонджуна. даже если сонхва сможет помочь разрешить всю эту сложную ситуацию, путанную, как старый шерстяной клубок, то все равно будет очень трудно все закончить. а забыть об этом не получится и вовсе.       - твои царапины стоит обработать, - хо трется щекой о мягкие волосы, - хотя бы просто перекисью.       - какие царапины?       чон проводит пальцами по щеке минги, прямо по тому месту, где остался небольшой порез. он почти незаметен, если не знать, что он там вообще есть, но хо слишком хорошо рассмотрел лицо сона, за весь сегодняшний день.       - ты поцарапался сегодня.       - не переживай, - улыбается ги и прикусывает внутреннюю сторону щеки, - уже завтра там ничего не будет. лучше дай мне ножницы, чтобы я обрезал ногти и больше не раздирал себя и всех находящихся вокруг.       конечно, ножницы ему никто не доверяет. юнхо и сам их не берет, зато вытаскивает откуда-то небольшую пилочку и усаживается на диване, разводя колени в стороны.       - садись, - хлопает чон ладонью между своих бедер, - мне так будет удобнее.       сон даже не задает вопросов. ни почему он должен садиться именно туда, ни почему он не может сам подпилить свои ногти, ни даже почему юнхо о нем так печется. ги просто падает чону между ног и протягивает ладонь, которую хо сразу же обхватывает своими пальцами. ему совершенно не стыдно за облупившийся лак на ногтях, за то, что они некрасивые и неровные. ему просто спокойно и хорошо рядом с чоном и он благодарен ему за то, что юнхо не прогоняет его, а относится к нему дружелюбно и как-то очень трепетно.       уже позже ночью, когда они ложатся спать в одну кровать и даже делят на двоих одно одеяло, ги понимает, что то чувство, которое расцветает у него в груди и не дает ему нормально дышать – безумная симпатия.       чувство влюбленности к человеку, которого он пытался шантажировать, но который оказался очень хорошим при более близком знакомстве. сон тихо слушает, как юнхо дышит во сне, а после приближается, совсем легко касается приоткрытых губ, почти так же, как когда-то к его собственным губам прижимался чон, и сразу же отворачивается. юнхо спит, но огонь смущения заливает щеки и шею так сильно, что ги зарывается под подушку с головой, чтобы его светящееся лицо не осветило всю комнату красным светом.