Хозяин сладкого королевства

- Скажи это. Тео устало потер виски и боднул в плечо притихшую за книгой Гермиону. - Я говорила это сотни раз. - Закатила глаза гриффиндорка. - Скажи мне это снова. Тео терся лбом о ее плечо, вынуждая отвлечься от чтения и сказать то, что он так полюбил слышать из ее уст. "Ты - гений." Так сказала Гермиона, узнав, кто сварил сироп из мандрагоры, который не только спас учеников от окаменения на втором курсе, но и оказался эффективным от любого рода парализующих чар. Детское отделение Святого Мунго пришло в восторг. Мадам Помфри и декан Гриффиндора гордились заслугами юного ученика факультета Слизерин. Вот только сам Тео страстно ждал реакции только одного человека. - Ты - гений, Тео. - Гермиона потрепала надоедливую макушку. - Но ты просишь говорить это, когда в чем-то сомневаешься. Может, поделишься? Проект Тео прогрессировал семимильными шагами. Библиотечные перепалки быстро сменились на краткие вылазки за литературой. Отныне сбор двух самых светлых голов Хогвартса проходил в лаборатории слизеринца. Однако, первая неделя третьего курса заставила Тео не покидать рабочий кабинет четвертый день подряд, что не на шутку беспокоило Гермиону, вынуждая подкармливать обедами своего кудрявого спасителя. - Ты же видела "Сладкое королевство". - Тео раздраженно фыркнул, цепляя пальцами подопытный образец леденца цвета лунного камня, который секунду спустя протолкнул в губы гриффиндорки, - мне во век не угнаться за их уровнем. Видишь? Еще на губах леденец показался девушке прохладным, словно настоящий лунный камень, но оказавшись во рту стал раскрываться травянистыми оттенками. Душистый шалфей. Яркий розмарин. Кислинка ежевики. И как гром среди ясного неба - послевкусие неизвестного ингредиента, убившее всю магию лесных нот, что немедленно отразилось на прямолинейном лице Гермионы. - Эссенция аконита. Пытаюсь поймать два снитча разом - повторить карамель из Королевства и интегрировать антидот против ликантропии. Пока что не получилось ни первое, ни второе. Тяжело вздохнув, Тео отвернулся к подопытной партии, помещая особо неудавшиеся образцы в магический стазис. - Ты чрезвычайно требователен к себе, Тео. Но почему ты выбрал ликантропию? Мы лишь коснулись этой темы на ЗОТИ... - Вот именно. Мы коснулись этой темы, как ты верно подметила, на лекции, когда не должны были. Снейп никогда и ничего не делает просто так, и давно приучил Слизерин слышать его между строк. Вот, попробуй эту! Не успев и глазом моргнуть, Гермиона почувствовала новую конфету на губах. Спелая сахарная груша и пряные ноты корицы. Яркий вкус обволакивал горло, оставляя за собой ощущение расслабления напряженных мышц и обновления сил организма, будто после долгого здорового сна. При всей загруженности, от внимательной синевы глаз не ускользнули круги под глазами принцессы Гриффиндора. Заботиться о ней прочно вошло в привычку, и даже сам себе Тео не мог ответить на вопрос "почему". - Ты - гений, Тео! Это божественно... Может потому, что только она могла хвалить его так искренне и сладко. Гермиона довольно причмокнула карамелькой, наблюдая, как лисья улыбка возвращается к поникшему хозяину. Ее отношение к нему изменилось, повернувшись на сто восемьдесят градусов. Гениальность, фатальное упорство, острый интеллект - качества, которые Гермиона боготворила и растила в себе, теперь были отчетливо видны ей и в нем. И это пленило. Заставляло завороженно наблюдать за его работой. И вызывало легкую грусть. Страсть Тео к сладкому была такой же неоспоримой реальностью, как то, что небо голубое, а трава зеленая. И Гермиона отчаянно хотела иметь подобную страсть к чему-то в себе. Любовь к учебе была неоспоримой, но казалась слишком замыленной. Порой гриффиндорка чувствовала, что распыляется на множество неизученных тем, однако каждая из них ощущалась чуждой сердцу. Интересной, но чуждой. А появление маховика времени только усугубило ситуацию, разрывая девушку между учебой, слизеринцем и дружбой Золотого Трио. Было и то, что добавилось к неоспоримой реальности. Сердце хозяйки янтарных глаз тайно замирало, когда ее губ по-хозяйски касались пальцы Нотта с очередной порцией сладости.