Неудачная смена жанра

Кейл уставился на бутылку с вином так, словно она его чем-то обидела. На самом деле в этой жизни он пил не так уж много. Ему по-прежнему нравился вкус алкоголя и слабый кайф, который он обычно испытывал после чрезмерного количества выпитого. Просто сама мысль о выпивке вызывала у него неприятный привкус во рту. Алкоголь, который он использовал в качестве реквизита все эти годы, служил лишь напоминанием о том отвратительном выступлении. По крайней мере, в этой жизни не было никого, кто знал бы о его поведении в прошлом. Возможно, и был. Было очень трудно определить, что Роксу известно, а что нет. Иногда он так подробно рассказывал о планах врагов, что можно было подумать, не с той ли стороны он воевал, а иногда ему не хватало таких базовых знаний о грядущих событиях, что можно было подумать, переживал ли он их вообще. Было ли поведение Кейла одним из таких пробелов? Или Роксу было прекрасно известно о том, что в семье графа есть отброс? Кейл не спрашивал. Чаще всего Кейл даже не хотел этого знать. 29-й день 3-го месяца 781-го года календаря Феликса. Время, когда все началось. По расчетам, именно в это время произошло нападение на деревню Харрис. Конечно, в этой хронологии оно произошло гораздо раньше, но, по крайней мере, в этот раз выживших было много, а если бы нападение повторилось, деревня была бы хорошо защищена. Бутылка с вином ничего не сделала в ответ на взгляд Кейла, а просто стояла перед ним, словно насмехаясь. Через несколько дней его отправят в столицу на празднование дня рождения императора. У него не было причин отказываться, он не сделал ничего, что могло бы дисквалифицировать его как наследника, и, что еще важнее, Кейл ни за что не позволил бы Басену или кому-либо из его братьев и сестер присутствовать там, когда существует такая высокая вероятность опасности. Редика, маг, ответственный за террористическую атаку на столицу, уже много лет сидел в тюрьме. Но не было никаких оснований полагать, что ублюдок Белая Звезда просто не пришлет кого-нибудь другого. Предстоящие переменные напрягали и Роксу, но страх Кейла был более острым. Он видел Белую Звезду. Он был убит в бою этим ублюдком. Он видел, как от его рук погибали люди, которые были ему дороги. С того момента, как он побывал на том проклятом празднике, и до самой смерти вся его жизнь была переплетена с трагедиями и потерями. Поэтому он и оказался здесь. Тактика Белой звезды была жестокой. Теперь, когда наследный принц Альберу приобрел власть и влияние, став занозой в боку всех действий Руки, оставит ли Белая Звезда это без внимания? Напряжение охватило Кейла, когда он взял бутылку и сделал глоток. Все они с избытком подготовились к грядущей войне. Королевство Роан было сильным. У них были могущественные союзники, созданные альянсы, и они заранее знали о планах врагов. Это была идеальная ситуация, в которой можно оказаться, столкнувшись с разрушительной войной, уничтожившей жизни стольких людей. И все это благодаря Роксу. Кейл крепче сжал бутылку и закрыл глаза, чтобы подавить надвигающуюся головную боль. Кейл прекрасно понимал, что за отведенное время ему не удалось бы сделать и половины того, что успел Роксу. Дело было не только в гениальности Роксу как тактика, но и в его готовности прибегнуть к безрассудной тактике, которая сотрясала сам континент под ними. И когда ставки были самыми высокими, Роксу всегда старался быть в центре и в наибольшей опасности. Как мотылек на пламя, глупец бросался на место происшествия, если считал это необходимым. Роксу всегда казалось, что это необходимо, когда жизни людей были в опасности. Но это была война. Кейл не понаслышке знал о ее жестокости. Он знал, что существует цифра, от которой тошнит, известная как «допустимые потери», и что иногда эта цифра необходима для победы или даже просто выживания. У Роксу «допустимые потери» равнялись нулю. Это озадачивало. Роксу явно не был настолько наивен, чтобы верить, будто он сможет пройти через эту войну без потерь, но он все равно боролся за это число, как будто оно было вполне выполнимым. И что самое безумное - в половине случаев ему это удавалось. Благодаря хитроумной тактике или простому упорству ему это действительно удавалось. Роксу Хенитьюз действительно не признавал понятия «допустимые потери». Люди, дома, средства к существованию. Он защищал их всех. Но за это всегда приходилось платить. Кейл отпил еще и уставился на стену в своем кабинете, жалобно стиснув зубы от нахлынувших воспоминаний, которые присоединились к другим преследующим его кошмарам. Роксу, утверждавший на весь мир, что он корыстный ублюдок, который никогда не умрет за правое дело и предпочтет жить трусливо, соглашался на такую цену, даже если она разрывала его тело на части. Не раз и не два Кейлу приходилось спасать его шею или удерживать от риска. Не раз и не два у него не было другого выхода, кроме как позволить Роксу поставить на кон свою жизнь. «...бездельник, черт возьми». Кейл зашипел, желая швырнуть бутылку в стену. Просто ради старых добрых времен. Просто чтобы снять это всепоглощающее напряжение внутри него. Питье не помогало. Дело было не только в том, что он не мог напиться до такой степени. Его проблемы были не из тех, с которыми поможет справиться алкоголь. Когда еще его проблемы были такими простыми? Он криво усмехнулся и закрыл глаза. Звук коммуникационной сферы заставил его переключиться, и после того, как маг ответил ему, он оказался перед ярко-голубыми глазами кронпринца. Кейл оскалился. А тут еще этот засранец. «Какого черта ты рассказал этому ублюдку Чхве Хану о Роксу?» Кейл не стал дожидаться ответа на вопрос Альберу, перейдя сразу к сути, которая была для него важна. Альберу вздрогнул, выглядя немного виноватым, но, по мнению Кейла, недостаточно извиняющимся.       • «Я не знал, что они знакомы». «Значит, ты просто говоришь о Роксу с любым засранцем?» Альберу нахмурился: в данный момент Кейл даже не пытался соблюдать этикет, и это немного беспокоило его, но более насущной проблемой было его отношение к Чхве Хану.       • «Он не просто человек, и ты это знаешь. Чхве Хан - ценный союзник и человек, которого я считаю своим другом. Почему ты так злишься? Он не причинил никакого вреда Роксу, иначе ты бы с этого и начал» «Другом» Альберу не мог назвать никого, кроме Розалин, в своей прошлой жизни. Кейл сжал кулаки. Он знал, что Альберу не был доверчивым человеком, и их отношения были плохими, но его раздражало, что этот подозрительный мастер меча, появившийся из ниоткуда, сумел так сблизиться с Альберу, как будто это было простое дело.       • «...Ты пьян?» Альберу наконец-то заметил, что красный цвет на лице Кейла не от гнева. Кейл выпил еще, чтобы заглушить желаемый ответ. Разозлиться на Альберу за то, что он притворяется, будто не знает о толерантности Кейла, потому что Боб определенно знал. Это было бы несправедливо. Альберу действительно не знал. «А как же?!» Кейл зашипел, в его глазах появился злобный блеск, когда он принял облик отброса. «Мы все сейчас делаем то, что хотим, не так ли?»       • «Кейл, ты же знаешь, я бы не стал подвергать Роксу опасности...» «А я?!» Кейл был зол. Он был напуган. Он был напуган до чертиков. Он не знал, можно ли доверять Чхве Хану. Он не знал, что задумал Роксу. Он не знал, сможет ли защитить людей, которых любил, и он был в ужасе. «Ты никогда не рассказывал мне о себе, но этому ублюдку ты расскажешь все о Роксу!» Он ревновал. Даже не просто в романтическом смысле, а на более глубоком уровне, которого он не понимал. Он был напуган и зол, и ему было все равно, считает ли Альберу его ублюдком, потому что какое это имело значение? Его глаза запотевали от жгучих слез разочарования, и ему было все равно. Обида ушла, уступив место подавляемым эмоциям, бушевавшим внутри него.       • «Подожди секунду». Альберу повесил трубку. Кейл открыто, громко, экспансивно рассмеялся. Конечно. Чего он ожидал от его королевского высочества кронпринца? Чего он мог ожидать, кроме такого результата? Никто не хотел иметь дело с пьяным отбросом, устраивающим истерику. Именно поэтому Кейл выбрал такую личину в своей прошлой жизни. Он знал это. Он знал это...! Почему же так больно, что Альберу сделал именно то, чего следовало ожидать? «...черт...» Смех Кейла затих, когда он сгорбился над своим столом, чувствуя себя несчастным. «...Я действительно отброс...» «Нет, не отброс. Но ты идиот». Кейл растерянно смотрел на ворчливого принца, стоявшего перед его столом и отбрасывавшего в сторону разорванный свиток телепортации. Он был так удивлен, что не смог отреагировать иначе, чем просто вытаращиться. Альберу щелкнул языком и подошел к нему, вырывая бутылку из его рук. «Я ждал удобного случая, чтобы заявиться в твой кабинет без приглашения, как ты в мой, но не ожидал такой ситуации. Что ты делаешь, напиваясь в одиночку?» «...Я не пьян». Кейл запротестовал, но позволил Альберу забрать бутылку. «Конечно.» Альберу наклонился и смахнул слезу, скатившуюся по щеке Кейла. Что так вывело Кейла из себя? Обычно Кейл слишком заботился о своей семье, но это было нечто большее. «Хорошо. Расскажи мне, что случилось». Альберу сел напротив него, элегантно сложив руки на коленях, и стал похож на принца, каким его хотели видеть все. От этого в животе Кейла что-то забурлило. «Какого черта я должен рассказывать тебе всякую ерунду?» Он отвел взгляд от совершенства, и внутри у него все сжалось от ужаса. Его подташнивало. Ложь и фасад Альберу были всем, что Кейл мог знать. Это была черта, проведенная между ними. «Потому что ты мне небезразличен». Кейл отвернулся, и гнев разом нахлынул на него. «Чушь собачья» Будь то эта жизнь или предыдущая, Альберу держал его на расстоянии. И это было прекрасно - Кейлу больше ничего от него не было нужно. Он не хотел этого ублюдка. Он просто ненавидел, когда в такие моменты тот делал вид, что ему не все равно. Как будто Кейл имеет для него значение. Лицо Альберу погрузилось в глубокую хмурость. «Это из-за меня?» Он не хотел поднимать эту тему, но то, что грызло Кейла изнутри, явно требовало решения. «Не все связано с вами, ваше высочество.» Кейл зашипел, чувствуя, как его охватывает ужас. Дело действительно было не в Альберу. По крайней мере, не только об Альберу. Альберу был одним из тех, кого он так боялся потерять в грядущих сражениях. К тому же Альберу предстояло встретить женщину, на которой он женится. Это не могло не ранить. «Тогда в чем же дело?» Альберу все еще хмурился, внешне оставаясь спокойным и уравновешенным. У него действительно было такое непоколебимое самообладание. Кейл мог бы рассмеяться. Он окинул Альберу ядовитым взглядом. «Я расскажу тебе свои секреты, если ты расскажешь мне свои». Это не было обоснованной просьбой. Он знал Альберу. Кронпринца. Будущего короля. Солнце королевства Роан. Он не был человеком, который раскрыл бы свои слабости. Особенно перед таким человеком, как Кейл. Он знал это настолько хорошо, что был полностью уверен: язвительные переговоры полностью прекратят этот разговор. Глаза Кейла расширились, когда он увидел, что Альберу поднимает руку, чтобы расстегнуть ожерелье. Его рука в панике вырвалась и схватила руку Альберу, чтобы остановить его. «Не надо...» Ясные голубые глаза Альберу впились в него странным взглядом. «Ты знаешь». Это было подтверждением подозрений, которые Альберу давно вынашивал. Кейл в панике и растерянности смотрел на Альберу, и сердце его колотилось, когда он пытался понять, почему Альберу вообще решил открыть ему это. «Я-» Кейл растерялся. Он был уже слишком близко к Альберу, когда тот перепрыгнул через стол, чтобы остановить его, но взгляд его застыл на месте. «Ты знал об этом еще до нашей встречи, не так ли?» Это был не вопрос, не совсем вопрос. Альберу был не настолько глуп, чтобы упустить все подсказки. С самого начала Кейл и Роксу знали о нем то, что не должен был знать никто другой. «Почему тебе так важно, чтобы я рассказал тебе?» Кейл отпустил руку Альберу, опустился в кресло и спрятал лицо в ладонях. «Это не так». Ужасно. Альберу продолжил. «Почему ты остановил меня, если хотел, чтобы я тебе рассказал?» «Я не хочу». Он отрицал, чувствуя себя жалким. Он не хотел, чтобы Альберу так говорил. Чтобы его вот так обхаживали, изводили и заставляли. Не то чтобы он хотел, чтобы Альберу раскрыл свое наследие. Наследие Альберу мало что значило для Кейла, кроме некоторых незначительных эстетических деталей. Ему нужно было доверие Альберу. Он хотел, чтобы Альберу захотел открыть ему такую вещь. Чтобы... ...он действительно все еще держался за эти бессмысленные чувства, не так ли? «Кейл.» Нежная рука легла ему на спину, но он не поднял глаз. Когда и почему Альберу переместился, чтобы встать рядом с ним, его не волновало. Ему хотелось вернуть время назад, к тому моменту, когда он потерял самообладание. «Кейл, поговори со мной. Что случилось?» Какое это имело значение? Сейчас он не мог стать еще более ужасным. «...Мне страшно...» Он говорил тихо, его тело сгорбилось и дрожало. Глаза его были зажмурены. «Я не хочу снова никого потерять. Я... я не знаю, как защитить тебя...» Даже в последние минуты жизни, когда он погиб от руки Белой Звезды, спасая жизнь Альберу, это была лишь временная мера. Белая Звезда, несомненно, добился успеха всего через несколько мгновений после смерти Кейла. Его семья. Его отец, Рон, Басен, Лили, Виолан, Роксу. Все, кто погиб в той ужасной войне. Все товарищи, за гибелью которых он наблюдал. «...Я не знаю, как защитить кого-либо...» Он не мог больше сдерживать слезы, и груз, который он носил в сердце, раздавил его. «...Я не могу снова потерять вас всех...» Пустые залы поместья Хенитьюз, которое он больше не мог назвать своим домом. Сожженные города. Разрушения. Это было слишком. Альберу обнимал его, поглаживая по спине, а Кейл беззвучно рыдал в его объятиях. Это было неловкое объятие, но оно начало его успокаивать. «Ты никого не потеряешь». Альберу мягко пообещал, его голос звучал так тревожно, как Кейл еще никогда не слышал. «Ты не один». Эти слова сломали что-то внутри него. Одиночество. Почти двадцать лет он чувствовал себя именно так, именно так он существовал. Он потерял семью, друзей и так и не смог оправиться. Он чувствовал себя чужим в своей семье, когда у него была одна семья, а потом он потерял их всех. Даже после регрессии груз обязанностей и знаний иногда приводил его к тому же ужасному одиночеству. Одиночество завладело его сердцем и скрутило его в отвратительный клубок страданий. Он прижался к Альберу, его плечи сотрясались от рыданий. Это было слишком. Кейл прожил уже около пятидесяти лет и никогда не был склонен к слезам. Даже в юности он плакал очень редко. Не было ничего постыдного в том, чтобы плакать о потерянном. Не стыдно плакать о будущем. Просто Кейл был не из тех, кто легко плачет. Просто все это было слишком. Он уже месяц почти не спал из-за воспоминаний о грядущем. У него не было надежного способа защитить тех, кто был ему дорог. Его сердце было разбито, он ревновал, горевал и боялся. Альберу крепко обнял его, глубокомысленно нахмурившись, когда обычно спокойный мужчина сломался. Всплеск эмоций захлестнул его сердце и пригвоздил к этому моменту. Может, Кейл и был пьян, но видеть его в таком состоянии было все равно нехарактерно и душераздирающе. Кейл даже не плакал во время той первой встречи, когда умолял Альберу использовать Звезду Исцеления. В тот момент в его кабинете, когда горящие красновато-карие глаза впервые нагло уставились на него, требуя помощи. Альберу горько улыбнулся. «Это на тебя не похоже». Кейл икнул, но в этом звуке прозвучала любопытная растерянность. «Ты всегда был из тех, кто требует того, чего хочет». Альберу тихонько захихикал, положив подбородок на волосы Кейла и крепко прижав его к своей груди. «Выдвигай свои требования, молодой господин Кейл. Какими бы они ни были». Он говорил серьезно, действительно говорил. Что бы Кейл ни попросил, он сделает это. Не было ничего, в чем бы он отказал Кейлу прямо сейчас. Не было ничего, в чем бы он хотел отказать Кейлу. Кейл выпустил из рук водянистый смешок, но дрожь унялась. «Лжец». «Я действительно не лгу». И дело было не только в том, что Альберу неравнодушен к братьям Хенитьюз, и даже не в том, что он встревожился, увидев разбитое состояние Кейла. Альберу уже давно знал, что он мало что не сделает для Кейла. «Ты идиот. Ты не должен давать таких обещаний, а что если я позволю Роксу завладеть казной?» «Тогда мне придется стать нищим». Альберу усмехнулся: мысль о том, что Роксу может покуситься на его богатства, была... не за гранью реальности. «Ты поможешь мне, если я стану нищим?» «Нет, абсолютно нет». Руки Кейла были более честными, чем его слова: они все еще цеплялись за Альберу. «Я бы позволил тебе умереть с голоду на обочине дороги». Кейл успокоился, по крайней мере внешне, но беспокойство Альберу ничуть не уменьшилось. «...Ты действительно не собираешься ни о чем просить, Кейл?» «О чем я могу просить его высочество?» Альберу не обратил внимания на то, как болезненно сжалось его сердце от этих слов. Кейл по-прежнему не хотел открываться. По-прежнему не хочет делиться с ним тем бременем, которое его гнетет. И даже не попросит о чем-то мелком и эгоистичном. Альберу закрыл глаза, прислушиваясь к дыханию Кейла и позволяя миру успокоиться, прежде чем заговорить. «Пригласи меня в следующий раз, когда решишь выпить». Наконец он отстранился от объятий и с обеспокоенной улыбкой посмотрел на красное и опухшее лицо Кейла. «Мне кажется, ты не очень хорошо справляешься с алкоголем». Альберу провел рукой по щеке Кейла, вытирая очередную слезинку, которая некстати появилась на его лице. На мгновение он задумался, не остаться ли ему здесь. Прямо здесь, прямо сейчас. Заставить Кейла рассказать ему все, что он скрывал, и утешить его, пока он наконец не обретет покой. Но он не мог. Слишком много нужно было сделать. Слишком многое нужно было подготовить. Слишком много важных дел, выстроившихся в ряд и требующих его немедленного внимания. Он даже не успел поговорить с Кейлом о том, о чем изначально просил. Красновато-карие глаза Кейла смотрели на него с непередаваемым чувством. Его лицо покраснело от алкоголя и слез, рот был насуплен, а брови сведены вместе. На мгновение, на секунду, на этот раз в тихом кабинете остались только они двое. «Уже поздно...» сказал он наконец, убирая руку и отводя взгляд. «Тебе пора спать». Кейл кивнул, его обычное ворчание о том, что Альберу пора спать, заметно отсутствовало. «Я должен вернуться во дворец». Кейл снова кивнул и встал с кресла. Он выглядел меньше, чем Альберу когда-либо доводилось его видеть. Не столько из-за размера, сколько из-за его присутствия. Кейлу Хенитьюзу всегда удавалось занимать много места в комнате. Он был в центре внимания и знал это. Сейчас Кейл, стоящий рядом с ним, выглядел нерешительным и маленьким. «Увидимся на торжествах, ваше высочество». Альберу кивнул, опасаясь оставлять Кейла одного в таком состоянии. Возможно, он позовет Роксу и проследит, чтобы тот оттащил Кейла в постель. «Тогда до встречи». Альберу ответил, в его сердце образовалась пустота при мысли об уходе. У него действительно не было времени даже на этот короткий визит. Теперь, когда Кейл успокоился, уклоняться от своих обязанностей было просто немыслимо. Но это не означало, что ощущение пустоты не преследовало Альберу до самого дворца, где он сидел в собственном кабинете и размышлял обо всем, что узнал. «...Я не могу снова потерять вас всех...» Это предложение не должно было иметь для Альберу никакого смысла. Насколько ему было известно, Кейл никогда не терял никого, кроме своей матери. Но, похоже, речь шла не об этом. А вот для Альберу это предложение имело большой смысл. Все эти знания, которых у Кейла не должно быть, странная зрелость, не соответствующая его физическому возрасту, чрезмерная забота о семье и его удивительная способность предсказывать, что задумал враг. Пожалуй, это было единственное объяснение, которое имело хоть какой-то смысл. Но Альберу все еще было трудно понять, что происходит. О регрессии времени он никогда не задумывался и даже не слышал о ней. Вероятно, тщательно хранимый секрет Кейла и Роксу Хенитьюз был чем-то сродни этому. Однако это заставило его задуматься. Если в будущем Кейл знал о наследии Альберу, то как это произошло? Какие у них были отношения? ...и что означают все эти странные реакции Кейла по отношению к нему? «Хааа... это сводит меня с ума». Альберу отбросил мысли и чувства, не терпящие отлагательств, и вернулся к делам, которые требовали его немедленного внимания. Именно поэтому из него получился бы отличный лидер и великий король. Он никогда не позволял важным вещам ускользать от его внимания. Однако, когда его мысли устремились к человеку, которого он оставил заниматься этими делами, он не мог отделаться от ощущения, что поступил именно так.