Неудачная смена жанра

У Чхве Хана была проблема. У Чхве Хана было много проблем, перечислять которые было бы утомительно, чем просто решить их. Да и времени на это, честно говоря, не было. Его хаотичная и совсем не спокойная неделя начиналась так оптимистично. У Раона наконец-то появилось имя, и он был в восторге от него. Чхве Хан тоже был доволен именем. Раон Миру. Счастливый дракон. Чхве Хан сжал кулаки, присел в тени и стал наблюдать за появлением и исчезновением людей в плащах на острове Хаис 5. Все его тело вибрировало от желания прикончить их всех. Убийственное намерение, исходившее от его напарника по этому заданию, Рона Молана, давало Чхве Хану понять, что пожилой человек чувствует то же самое. К сожалению, сегодняшнее задание было нацелено прежде всего на получение информации. Срезать ветку для Руки было бессмысленно. Нужно было выкопать корень и сжечь останки. Это задание требовало ума, хитрости и концентрации. Жаль, что мысли Чхве Хана были хаотичными. Они были хаотичны уже около недели. Счастливый дракон. Имя, которое Роксу выбрал для Раона, по-корейски звучало как «Счастливый дракон». Эти слова не были общеупотребительными, и Чхве Хан может быть мог бы счесть это совпадением, но уже не считал многое совпадением. Чхве Хан не был глупым человеком. Иногда он не мог быстро сообразить, что к чему, или позволял своим чувствам мешать ему думать о невозможном, но на самом деле он был довольно умным и интуитивным. Он с самого начала знал, что они похожи. Однако он отбрасывал все случайные сходства. Притворялся, что не видит ответа прямо перед собой. Он до сих пор видел стальное выражение лица Роксу Хенитьюза в момент нападения на гостиницу. То, как он сразу же начал действовать. Странно знакомая тактика, слетавшая с его губ. У Чхве Хана не было времени на раздумья. Этот ублюдок пытался сжечь Роксу-нима заживо. Чхве Хан мало что мог сделать в ответ на такой проступок, кроме как убить ублюдка. К сожалению, он промахнулся и отрубил только руку. Чхве Хан все еще чувствовал угрызения совести из-за того, что не смог разрубить ублюдка на две части. Чхве Хан не был склонен к убийствам. На самом деле, большинство своих миссий он выполнял, не убивая даже самых ужасных людей. Он задерживал их и отдавал на волю закона или допроса. Но он не был настолько наивен, чтобы думать, что ему не понадобится окровавить свой меч. Не в том случае, когда перед ним одно за другим выстраиваются злодеяния. И в его голове роились безумные мысли. "Простите, Роксу-ним." Раон кружил по площади в поисках следов мана-бомбы. Роксу попросил Чхве Хана присоединиться к нему, но и Раон, и Чхве Хан решительно отказались. Вряд ли им хотелось, чтобы он вот так просто оказался на виду, даже если бы он был замаскирован: его волосы были окрашены магией Раона, а черная одежда не бросалась в глаза. Они никак не могли оставить его без охраны. Сейчас этим занимался Чхве Хан. Но в голове у него царил хаос. "Хм?" Роксу задумчиво нахмурился, осматривая площадь. Чхве Хан вдруг почувствовал, как слова замирают у него на языке. Он был уверен. После инцидента в гостинице он был абсолютно уверен. И дело было не только в накопившихся со временем доказательствах, сходстве и даже не в чисто корейском имени Раона. Увидев лицо Роксу, охваченное пламенем и отдающее приказы так, словно это было самым естественным делом на свете. Он защищал людей из гостиницы. Смотрел на него с таким явным доверием и верой. Чхве Хан знал. Но все было не так просто. Сколько сил Ким Рок Су потратил на то, чтобы сохранить свою личность в тайне? Сколько лжи накопилось между ними? Что здесь правда, и где ложь? Чхве Хану лучше было не верить в то, что Ким Рок Су плохой или даже жестокий человек. Он лгал, потому что считал это необходимым для безопасности окружающих. Он бы не стал врать Чхве Хан и Раону все это время без причины. Но оставался вакуум недоверия, а главное - что делать с такой важной информацией. Он даже не совсем понимал, что это за информация. Он был уверен, что Роксу Хенитьюзу не исполнилось и сорока, по крайней мере физически. И он знал, что мальчик стареет, в отличие от него. Но он также был уверен, что человек, с которым он разговаривал все это время, был взрослым. Не просто повзрослевший ребенок или гений. Есть вещи, которые постигаются только со временем и опытом. Некоторые умственные способности, о которых ребенок еще не догадывается. Он хотел знать правду. Ему нужно было знать ее. Но раскрывать секрет Ким Рок Су или узнавать его таким образом было неправильно. "...Что вы думаете о Ким Рок Су?" Чхве Хан было искренне любопытно. Что думает Роксу-ним о его второй личности? Как он относится к тем предварительным отношениям, которые сложились между ним и Чхве Ханом? Наступила неловкая пауза, пока Роксу обдумывал вопрос. Любой близкий человек мог бы понять, что Роксу нервничает, но Чхве Хан все еще не выучил все его повадки и считал, что он выглядит довольно серьезным. "Тот парень?" Роксу пожал плечами. "Как по мне, он какой-то подозрительный." Чхве Хан почувствовал себя оскорбленным. Что бы он ни ожидал услышать от Роксу, это было не это... Почему же? Чхве Хан нахмурился. Количество раз, когда Ким Рок Су пытался отговорить их от доверия, симпатии, дружбы, было столь же велико, как и количество раз, когда Ким Рок Су показывал, как искренне он заботится о них. Вот такой вот противоречивый панк. Чхве Хан нахмурился. "Какой ответ в духе Ким Рок Су". Он сказал это жестко, на его лице читалось раздражение. Он ненавидел то, как мягко Ким Рок Су пытался оттолкнуть его. Ненавидел, что этот человек, похоже, действительно верил в то, что говорил о себе в негативном ключе. Ненавидел, как внутри него бушуют хаотичные эмоции. "Правда? Он молодец". Роксу ответил беззаботно, как будто его не интересовала ни тема, ни человек. Однако на этот раз Чхве Хан уловил слабое дрожание в его взгляде. Роксу-ним действительно отчаянно пытался сохранить все в тайне. Ему было неприятно, что ему не доверяют этот секрет. Он чувствовал себя немного преданным и очень раздраженным. Ему хотелось выпытать у него правду и получить объяснение всему, что происходило до сих пор. Он хотел, чтобы Роксу Хенитьюз, нет, Ким Рок Су, действительно впустил его к себе. Но он не мог этого сделать. Какое значение будет иметь то, что он выложит всю правду? Сможет ли он заслужить доверие Ким Рок Су, если вот так его нарушит? Как он сможет убедить Роксу-нима открыться? "Ты все еще общаешься с тем парнем?" спросил Роксу по прошествии некоторого времени. Чхве Хан был удивлен, что именно он поднял эту тему. "...Он - человек, которому я доверяю больше всего в этом мире". Голос Чхве Хана был тверд и решителен. Это было правдой. Даже сейчас. Даже в окружении причин сомневаться в нем. Даже зная, что Ким Рок Су лгал ему на протяжении многих лет. Непоколебимое доверие внутри него было не так-то просто разрушить. Это было доверие, которое сформировалось, когда он знал, что Ким Рок Су - скрытный, манипулирующий и подозрительный человек. Доверие, которое проросло из бетона. И то, что Ким Рок Су был именно таким подозрительным лживым ублюдком, каким его всегда знал Чхве Хан, не могло ослабить это доверие. Кроме того, среди всех, кого он знал, Ким Рок Су был тем самым ребенком, который защищал Раона, как яйцо. Он боролся за его жизнь и ни разу не бросил его. Ким Рок Су был тем, кто привел Раона в его жизнь, и тем, кто первым спас его, даже в крошечном и хрупком теле. Как Чхве Хан мог сомневаться в этом человеке? Глубокая привязанность, укоренившаяся в его сердце за последние несколько лет, оказалась не такой уж и слабой. Он был разочарован и жаден, но он доверял Ким Рок Су. Он доверял Роксу Хенитьюзу. "...ох..." Роксу отвел взгляд, возможно, в смущении. Возможно, чтобы скрыть свою реакцию. "Не знал, что вы близки." От таких слов Чхве Хану захотелось выдрать себе волосы. Как получилось, что этот человек может быть таким умным и таким невероятно глупым? "Возможно, он не считает нас таковыми". Чхве Хан ответил жестко. "А я считаю." Больше они на эту тему не говорили. До возвращения Раона и до самого прибытия на площадь они оставались в напряженном молчании, за исключением самых необходимых вещей. Там он увидел, как стоическое выражение лица Роксу изменилось. Чхве Хан крепче сжал меч. Воспоминания о той сцене до сих пор хранились в его памяти. Он мало что знал о Кейле Хенитьюзе, кроме того, что тот был братом Роксу и явно очень заботился о нем. Кроме излишней грубости, у Чхве Хана не было причин его недолюбливать. Хотя Кейл определенно его недолюбливал. Чхве Хан не понимал, почему, но, честно говоря, Кейл так мало значил для него, что он не хотел выяснять причины. По правде говоря, у Чхве Хана не было негативных мыслей по отношению к Кейлу, но не было и благоприятного впечатления. Ему придется пересмотреть это мнение. Альберу Кроссман был человеком, которого Чхве Хан считал другом и ценным союзником. Они легко нашли общий язык, и кронпринц показался ему симпатичным и благородным человеком. Чхве Хан знал, что он будет сражаться, чтобы защитить кронпринца, и заботился о нем гораздо больше, чем о Кейле Хенитьюзе. Но нелегко было смотреть, как Кейл чуть не погиб, защищая его. Наблюдать за тем, как Роксу и принц едва не сломались, когда мужчина истекал кровью. Чхве Хан надеялся, что организация, стоящая за этим гнусным заговором, понесет лишь самое жестокое возмездие. Он не мог выкинуть из головы выражение лица Роксу. На мгновение он действительно стал похож на ребенка. Роксу держал себя со свойственной его возрасту зрелостью и говорил с властностью лидера. Даже будучи ребенком, он не проявлял абсолютно никакого страха перед вивернами, ограми и верной смертью. И на один ужасный миг он стал похож на испуганного и сломленного ребенка. На сломленного человека, на глазах которого пал его любимый брат. Ублюдкам, которые сломали его, даже на мгновение, даже на секунду, этим особенно отвратительным ублюдкам. Чхве Хан не проявил бы ни малейшего милосердия.

–

У Раона Миру была простая миссия. Он должен был постоянно находиться рядом с Роксу Хенитьюз и следить за тем, чтобы слабый человек оставался в безопасности. Пока что это была довольно легкая миссия, особенно для такого великого и могучего дракона, как Раон, ведь Роксу всегда оставался рядом с братом. Дворец был хорошо защищен, а наследный принц угостил его вкусным печеньем. Розалин тоже была очень мила. Когда она узнала о его присутствии, то отнеслась к нему только с добротой и уважением. Раону все здесь нравилось. Особенно Он и Хонг, которые помогали ему нести караульную службу и играли с ним, когда ему было скучно. Все они просто ждали, когда Кейл проснется. Вообще-то Раон не очень любил Кейла. Он был злым и ворчливым и постоянно огрызался на Чхве Хана. Он определенно казался придурком. Но Кейл пострадал, защищая принца, и Раону нравился Альберу. А слабый человек действительно заботился о Кейле, так что, возможно, он был не так уж плох. Раон подумал, что было бы неплохо, если бы Кейл очнулся. Слабый человек перестанет выглядеть таким грустным, а принц перестанет проделывать дыру в полу, и Раон сможет узнать, что же такого хорошего было в этом Кейле. Он подумал, что это было бы очень трогательно и замечательно. Несмотря на то что Кейл был ему неприятен, ему не нравилось видеть, как он лежит бледный. "Так что ты имел в виду, говоря «я не могу этого обещать»?" Он, Хонг и Раон сгрудились на противоположной стороне кровати, подальше от надвигающегося взрыва. Поначалу они пытались предоставить Кейлу и его близким пространство, но все оказалось гораздо сложнее. Дети в среднем возрасте семи лет уже видели, как кронпринц Альберу накричал на него, а потом удрал с Розалин, и теперь казалось, что Роксу готов свернуть шею своему брату. "Я имел в виду то, что сказал." Дети вздрогнули: это был определенно неправильный ответ. Раон нахмурился. Ему это тоже не нравилось. Слабый человек так расстроился, когда Кейл был ранен, а Кейл даже не пообещал оставаться здоровым? Эгоистичный Кейл был хуже всех. "Если ты или кто-то другой, кто мне дорог, окажется в такой опасности, я не буду стоять в стороне и ничего не делать." Раон по-совиному моргнул, выглядывая из-за хвоста Он. Слабый человек свирепо смотрел на него, а эгоистичный Кейл встретил его взгляд со свойственной ему решимостью. "Ты лицемер' воскликнул Роксу, похоже, не зная, что еще сказать на бесстыдное заявление Кейла. "Я знаю". Кейл горько улыбнулся в ответ. "Я не могу потерять никого из вас, донсэн". "А почему ты думаешь, что я могу потерять тебя?!" Это был нехарактерный для Роксу аргумент, но возмутительная дерзость Кейла просто усугубляла ситуацию. Кейл выглядел так, словно ему дали пощечину. Раон подумал, что это было вполне заслуженно. Эгоистичный Кейл должен был прислушаться к голосу разума. "Это ты настаиваешь на том, что мы братья". У Роксу было странное выражение лица. "Ты дал мне семью". Это были невысказанные слова. Невысказанные слова, которые Роксу не мог или не хотел произнести. Боль, которая была глубже, чем просто этот инцидент. Кейл протянул руку, но Роксу отдернул ее, его лицо застыло в стоицизме, чтобы скрыть истинную боль. "Роксу..." "Ты очень эгоистичный человек, Кейл". Слова Роксу были язвительными. Но в них было и нечто большее. Раон чувствовал, что слабый человек сдерживает слова, которые ему очень хочется сказать. Раскаяние на лице Кейла почти заставило Раона изменить свое негативное мнение о нем. Раон не мог знать, что Роксу раньше не отвергал прикосновений Кейла. Или насколько нехарактерным было для Роксу проявление столь сильных эмоций. Он не знал, что хрупкое доверие их братства было построено на сломленных людях, переполненных травмами. Он просто знал, что тяжело видеть слабого человека в таком состоянии, и ему было больно видеть выражение лица эгоистичного Кейла. "...Мне жаль." Выражение лица Роксу стало еще холоднее. Оно отдалилось от тех эмоций, которые были всего несколько мгновений назад. "Нет." Его слова прозвучали твердо. В нем было столько решимости, что Кейл тоже немного пошатнулся. Дети в среднем возрасте семи лет смотрели на Роксу с опасливым любопытством. "Ты мой хён". Роксу констатировал столь очевидный факт с совершенно нечитаемым выражением лица. "Этого больше не повторится." Если Кейл о чем-то и жалел в своей жизни, так это о том, что заставил Роксу произнести эти слова. Роксу не утверждал ничего подобного. Он просто не делал этого. Он принимал отношения вокруг себя, и если бы кто-то спросил, не все ли ему равно, он бы сделал такой странный вид. "Почему ты спрашиваешь о чем-то настолько очевидном?" Роксу не стал говорить очевидное. Не для того, чтобы успокоить себя. Он был неловким человеком, который признавался в таких отношениях, чтобы успокоить других. Он не чувствовал необходимости говорить о таких вещах. Кейл знал своего младшего брата лучше, чем большинство вещей на этой планете, и он знал, что Роксу говорил, чтобы успокоить себя. Чтобы создать дистанцию и закрыть ее с парадоксальным намерением. Роксу не смог принять ответ Кейла, и, поскольку у него не было другого выбора, кроме как смириться с тем, что он не может контролировать самостоятельность Кейла, он решил изменить весь мир, чтобы обезопасить Кейла. Очень глупый человек. Который всегда пытался взвалить всю тяжесть на себя. Понимал ли Кейл когда-нибудь по-настоящему, что заставляет человека становиться таким? Думал ли он когда-нибудь о том, что, возможно, Роксу тоже был человеком, который потерял все? Конечно, он думал об этом, невозможно было не думать о том, каким был Роксу. Но действительно ли он когда-нибудь понимал всю тяжесть этого? Разве из всех людей в этом мире не он должен быть тем, кто лучше всех может это понять? Возможно, он так и не смог избавиться от старых дурных привычек. Кейл Хенитьюз никогда не был человеком, который легко смиряется с тем, что он важен для тех, кого любит. Именно поэтому он так легко согласился на «мусорное» решение в своей первой жизни. Именно поэтому он мог выбросить свою жизнь из головы в один момент. И вот он критиковал Роксу за одностороннюю привязанность. Они были одинаковы. Братья с одним и тем же роковым недостатком. Кейл и Роксу просто не знали, как по-настоящему любить. Кейл сжал руки на простынях. Как он мог это исправить? Он не мог измениться только потому, что хотел этого. Только потому, что осознал свой роковой недостаток. Только потому, что знал, что это причиняет боль Роксу. Это была часть его сущности, и он знал, что если когда-нибудь встанет выбор между тем, чтобы пожертвовать собой или позволить любимому человеку умереть, он всегда пожертвует собой. Но разве он не был старшим братом...? В обязанности старшего брата входило не только защищать тех, кто младше его. Этот урок он уже давно усвоил с трудом. Ему нужно было подавать правильный пример. Он внушил Роксу, что единственный правильный способ справиться с этим - нести всю тяжесть самостоятельно и страдать в одиночку. Он преподал неправильный урок. "...Я постараюсь..." Зрачки Роксу задрожали, когда он услышал напряженные слова Кейла. Кейл провел рукой по волосам и встретил взгляд Роксу со всей решимостью. "...Я не знаю, как измениться, но ты прав. Я лицемер. Я не хочу терять тебя, потому что это больно. Я эгоистичный ублюдок, который пытался сделать так, чтобы тебе было больно. Прости меня". Он неловко улыбнулся брату, надеясь, что его искренность дойдет до адресата. "Но я постараюсь измениться. Так что не будь таким, как я, донсэн." В дрожащем взгляде Роксу промелькнуло смятение, но Кейл не дал ему времени усомниться в этом. "Не неси это бремя в одиночку. Давай разберемся во всем вместе. Ты мой донсэн." Роксу промолчал, его дрожащий взгляд искал что-то, но в конце концов он отвернулся, его голос был густым от неловких эмоций. "...Не говори ничего такого очевидного." Раон не совсем понимал, из-за чего произошла ссора между братьями, но почувствовал облегчение, когда напряжение спало и они снова смогли подойти к братьям. Он и Хонг игриво отчитывали братьев за их «плохое поведение», а Раон свернулся калачиком на коленях у Роксу. Это был еще не конец, и впереди было еще много проблем, но на мгновение наступило семейное спокойствие. Незаменимая и немыслимая потеря.