Неудачная смена жанра

Бад Иллис чувствовал себя немного неловко. Он был королем наемников, и за свою жизнь ему довелось участвовать во многих напряжённых переговорах. Он был не из тех людей, которых можно запугать только из-за их статуса. Разумный и логически осторожный, Бад не смог бы добиться успеха или быть довольным собой, если бы не был хотя бы немного дерзок перед лицом власти. Он не был настолько глуп, чтобы нажить себе врага в лице сильного противника, но и не был слишком напуган, чтобы сделать это. Он просто не мог понять, почему, когда он делал все возможное, чтобы уважительно выложить все свои карты на стол и выступить с честными намерениями, кронпринц королевства Роан настроен к нему так враждебно? Это тоже не давало покоя. Бад практически чувствовал запах враждебности, но на лице Альберу была абсолютная маска спокойного, собранного человека, приветствующего выгодные отношения. Серьезно. Что он такого сделал, что так разозлил принца?

–

"Ты знаешь". В голосе наследного принца королевства Роан прозвучали нотки, которые немало нервировали Кейла. "Я тут подумал". Не лучший знак. Кейл вообще советовал воздержаться от этого. Это был редкий момент, когда они были вдвоем. Кейл собирался вскоре вернуться на территорию Хенитьюзов, а еще раньше - на виллу Хенитьюзов в столице. Он уже достаточно задержался во дворце, чтобы чувствовать себя неуютно. Не по своей воле - все были категорически против его перемещения, пока не убедятся, что все его раны действительно зажили, а тут еще вся эта история с уровнем защиты и прочими неприятными решениями, о которых Кейл Хенитьюз не имел права даже пикнуть, потому что, видимо, спасение жизни принца народа означает, что все вокруг начинают сомневаться в твоих способностях к критическому мышлению. В том числе и этот самый принц. Это был странный опыт. К тому же это было немного неудобно, потому что у Кейла действительно были дела. Он уже несколько дней как пропустил запланированную встречу с потенциальным союзником. Хотя, учитывая публичный характер его травм, он был уверен, что его опоздание будет оправдано. Кейл переключил внимание, когда Альберу продолжил свою мысль. "Несколько лет назад ты сказал, что поделишься со мной секретом, если я раскрою свой самый большой секрет". Альберу с раздражающе расчётливым выражением лица постукивал пальцем по тому месту, где под одеждой было спрятано его ожерелье. "Думаю, будет справедливо попросить тебя выполнить это обещание". Кейл нахмурился. Он помнил, как заключил эту глупую сделку, будучи уверенным, что Альберу никогда и ничего ему не откроет. "... Разве это считается, если я уже знал?" спросил Кейл, надувшись и упрямо отводя взгляд. Альберу казалось, что он обманывает его, говоря об этом сейчас, когда он находится в плену у публики. Улыбка Альберу стала немного нервной, когда Кейл взглянул в его сторону. "Конечно. В конце концов, я уверен, что мне известны многие твои секреты, и я никогда не стану сбрасывать со счетов твою храбрость только потому, что это то, что мне уже известно". В его словах прозвучала язвительная нотка. И вообще, с каких это пор Альберу стал известен хоть один его секрет? Нервы запульсировали в его жилах, и он изо всех сил старался не сойти с ума от перспективы того, что Альберу узнает что-то из того, что он хотел бы от него скрыть. Было ясно, что Альберу тоже чего-то добивается. Кейл нахмурился, пытаясь понять, что это за цель. Если бы ему удалось выяснить, какую именно информацию Альберу уже знает и хочет, чтобы он признался, разговор бы легко закончился. Если же он угадает неправильно, вся эта неприятная ситуация может перерасти в еще более неприятную. Это должно быть что-то недавнее, решил Кейл. В конце концов, если бы это было что-то старое, Альберу уже давно бы поднял эту тему. Инцидент, в котором Альберу "раскрыл" свой секрет, произошел по меньшей мере несколько недель назад. Тогда Кейл смог отбросить большинство своих больших секретов. Если не считать неправдоподобности того, что Альберу каким-то образом догадался о его возрастной регрессии, это относилось к категории "старых новостей". Чувства Кейла и его прошлое тоже легко задвигались в этот ящик и сразу же отметались. Было несколько схем, в которых он помогал Роксу, но они тоже были немного старыми. Сомнительно, что Роксу открыл бы эту информацию Кейлу, потому что тот тоже не захотел бы слушать придирки принца. Кое-что, о чем принц вполне мог узнать. Это случилось недавно. Было только одно. "Ты имеешь в виду Бада?" Выражение лица Альберу ни о чем не говорило. Кейл расценил это как удачу. Он вздохнул: встречаться с королем наемников Восточного континента в одиночку, не поставив в известность своих союзников, было немного глупо. Вообще-то он собирался сообщить об этом Роксу, поскольку, как он понял, Бад, похоже, считал, что Кейл и есть Роксу. Или, по крайней мере, ответственен за большую часть разрушений Роксу. Просто подходящее время и место для разговора об этом просто ускользнуло от него, когда он чуть не умер. Кейл вздохнул. "Еще ничего не решено". Он объяснил, взмахнув рукой. "Мы выпили вместе и обсудили будущее. Я не планирую ничего безумного". Как, впрочем, и его донсэн. "Я собирался встретиться с ним еще несколько раз, прежде чем принять решение". Ему показалось, или воздух здесь слегка потрескивает? Лицо Альберу по-прежнему являло собой образ политического совершенства, настолько, что даже Кейлу было трудно его понять, а ведь ничего из сказанного Кейлом не было неправильным. Он решил продолжить. "Если это поможет, думаю, все может получиться. Он кажется надёжным парнем". Если не считать его неспособности следить за тем, как Кейл пьет, это вряд ли можно было поставить ему в вину. "Я думаю, это хорошая идея". Ему показалось, или лицо Альберу застыло? Очевидно, это был не тот ответ, который он искал, но он должен был быть связан с этим. Кейл издал еще один страдальческий вздох. "Если тебе станет легче, ты можешь встретиться с ним вместо меня. Я должен был встретиться с ним несколько дней назад, но дела немного..." Кейл махнул рукой на все и вся, пожав плечами, чтобы сгладить впечатление от того, что он чуть не умер и его побаловали против его воли. "Я сделаю это". Сказал Альберу, его голос был маской дипломатии.

–

Неужели Кейлу действительно нравятся парни постарше? И если уж на то пошло, то этот безответственный пьяница, который вел неблаговидный бизнес и в данный момент проникал на территорию Королевства Роан, был абсолютным "нет" практически со всех точек зрения. Впрочем, у Альберу не было времени размышлять над этими параноидальными и бредовыми мыслями. Бад Иллис и в самом деле задумал нечто грандиозное и мог оказаться ценным союзником. И вполне возможно, что Кейл встретил его без всяких странных мыслей. Чисто тактические отношения, как и многие другие, и Альберу действительно нужно было найти способ избавиться от навязчивых мыслей о вероятности непрофессиональной связи между Кейлом и этим проклятым ублюдком, потому что эти мысли вряд ли были правдой и тем более не могли помочь им в великой схеме вещей. Не помогало и то, что Бад постоянно подчеркивал, какое большое впечатление произвел на него Кейл. Хвастался тем, как хорошо Кейл переносит алкоголь и как жаждет наладить партнёрские отношения. Казалось, чем больше Альберу волновался, тем чаще Бад вспоминал о своей связи с Кейлом, словно это могло как-то сгладить недовольство Альберу. На самом деле это было не так. Если бы здесь не было Розалин, чтобы не дать разговору уйти далеко от темы, Альберу давно бы вышел из себя. Не помогало и то, что встреча казалась какой-то бессмысленной, несмотря на всю ценную информацию. Роксу Хенитьюз уехал утром, и никто не знал, что он будет делать. Он определенно был в безопасности. По крайней мере, Альберу это было известно. С Чхве Ханом и драконом на его стороне трудно было представить, что что-то может тронуть Роксу. Просто Роксу, как и его брату, было свойственно заставлять людей волноваться за него. А от загадочного «не говори Кейлу, что я уехал» у Альберу до сих пор мурашки по коже. У Альберу было много причин для беспокойства. У него не было времени беспокоиться о таких мелочах, как точная природа отношений Кейла и Бада Иллиса. "Я рад узнать, что ему стало лучше!" Назойливо оптимистичный голос Бада и впрямь задел его за живое и разозлил еще больше. "Пусть знает, что я готов снова сразиться с ним в любой момент, когда он захочет!" Любому, кто не был Альберу Кроссманом, было ясно, что Бад просто пытается выразить добрую волю. Возможно, чтобы выразить свою заботу о Кейле в ненавязчивой форме. Для Альберу, который в последнее время просто не мог смириться со многим. Всего лишь. Всего лишь со многим. Слова были как гвозди на меловой доске. Розалин, почувствовав его волнение, даже если не была уверена в его причине, тактично вмешалась, ответив туманным отказом, оставив окончательное решение вопроса на усмотрение пациента, и перевела разговор на этого ублюдка Белую Звезду и на то, как быстрее всего сделать так, чтобы он перестал существовать как личность. Альберу был благодарен за то, что Розалин была рядом. Был благодарен за все, что она сделала за время, прошедшее с момента их знакомства. Он был очень, очень благодарен Розалин за все, чем она была и могла быть. И в то же время его чертовски раздражало то, что он ведет этот разговор с двумя людьми, которые были связаны с Кейлом за пределами его понимания, на которых он изо всех сил старался не обижаться и которых Кейл, похоже, очень любил. На самом деле Альберу было бы не так уж сложно сбалансировать свои эмоции. Если бы он был здравомыслящим человеком, который должным образом признал или изучил свои чувства к Кейлу Хенитьюзу, он, возможно, смог бы подавить эти эмоции. Но Альберу был идиотом. И он знал, что испытывает к Кейлу сильные чувства. И даже знал, что эти чувства не носят сугубо платонического характера. Он просто никогда не принимал их как следует и не размышлял над ними. Из-за этого ситуации, вызывающие чувство незащищенности, такие как два бесспорно привлекательных человека, проявляющих к Кейлу интерес, который, как казалось всему миру, был взаимным, становились несколько раздутыми. К его чести, он действительно подавлял эти эмоции во имя туманной вещи, известной только как «высшее благо». И если не считать того, что он чувствовал себя все более убийцей, он не делал и не действовал в соответствии со своими иррациональными чувствами. Что ж. По крайней мере, как минимум, эта встреча даст ему преимущество в продолжающейся борьбе. И, что самое приятное, что бы ни делал Роксу, с таким человеком, как Чхве Хан, все было не так уж и плохо. Чхве Хан был хорошим парнем, знающим меру. Он сдерживал хаос Роксу, а когда они вернутся, у Альберу будут хорошие новости для них обоих.

–

Возможно, им не нужно было взрывать остров. Им также не нужно было лично выслеживать каждого ассасина, хоть немного умеющего обращаться с арбалетом. Им определенно не нужно было брать пленных в таком... искалеченном состоянии. Многое можно было бы сделать более умеренно. Но в данный момент Роксу было не до умеренности. Ведь ему также не нужно было планировать многостороннее наступление, в ходе которого по большинству баз Руки на Западном континенте наносились бы беспощадные удары. Помогало то, что у него почти везде были союзники. Королевство Виппер, Империя Могору, Королевство Каро, Королевство Брек, Джунгли, Северный Альянс и множество других людей, которых Роксу просто приобрёл за последние десять лет жизни под именем Роксу Хенитьюз. Пытаясь добиться своей скорой отставки, он собрал немало надёжных союзников. Конечно, большинство не знало его ни в лицо, ни по имени, а те немногие, кто с ним встречался, не знали, что он стоит за многими крупными инцидентами, потрясшими континент. Поэтому иметь кронпринца в качестве близкого друга было очень удобно. Роксу не чувствовал за собой никакой вины, используя имя главного героя для прикрытия. Однако гулкие взрывы действительно были чересчур мощными. Роксу вздрогнул, вспомнив, как страшны были его спутники. Удивительно, насколько ему не хватало самосознания, ведь именно он отдал приказ о начале операции. Цель Роксу была довольно проста. Он не собирался просто атаковать эти базы, хотя это и было дополнительным бонусом к его махинациям и доставляло глубокое удовлетворение. Нет, он был здесь, чтобы выкурить крыс. Они очень хорошо прятались и зализывали раны, планируя следующее нападение. Настолько хорошо, что это вызвало у Роксу подозрения. Насколько ему было известно, они уже должны были уничтожить основные силовые структуры, поддерживающие Белую звезду. Или, по крайней мере, все силовые структуры, которые были созданы в романе, и еще несколько, на которые Роксу довелось наткнуться за эти годы. Это означало, что оставшиеся должны были с трудом поддерживать раненого лидера, только что понесшего крупную потерю после целого ряда крупных поражений. И все же попытка убийства не была похожа на отчаянную попытку последнего рывка. Это было похоже на просчитанные начальные ходы шахматного матча. Это означало, что он не мог дать им времени сделать следующий ход, а при оборонительной игре лучший ход - это хорошее нападение. Особенно если вы хотите заставить противника раскрыть свою руку. Он и не подозревал, насколько успешным окажется этот ход. Тьма, не похожая на ночное небо, опустилась на территорию, с которой командовал Роксу. Она поглощала остров и высасывала даже малейший намек на свет. Это не было похоже на тьму ауры Чхве Хана. Эта тьма была более полной. Всеобъемлющей и абсолютной. Если долго всматриваться в бездну, она отзовется. В этот момент Роксу пришло в голову, что, хотя он тщательно спланировал эту операцию, всегда есть вероятность того, что наблюдатель станет наблюдаемым. "Это действительно всего лишь ребенок". Веселый голос пожилого мужчины прорезал воздух, когда резкий свет почти ослепил Роксу в темноте. "Это должно быть очень просто". Ответил другой старик, которого Роксу удалось разглядеть. Немощный старик держал в руках легкое копье и следил за Роксу, пытаясь уловить любое движение. Это, безусловно, осложняло дело. Роксу едва хватило времени, чтобы защититься от копья: все его тело покачнулось, а затем отбросило на несколько футов в сторону. Его не задело, но он не смог противостоять ударной волне. Пока его тело катилось по земле, он старался держать щит наготове. Как оказалось, это было мудро, потому что вскоре после удара последовали еще стрелы света. Они били в его щит одна за другой, не давая ему времени на то, чтобы восстановить равновесие. Удар о валун помог, насколько это вообще возможно. Роксу прижало к валуну, и он, шатаясь, поднялся на ноги, держа щит и харкая кровью. Его тело было каким-то неестественно вялым, и даже сам щит казался каким-то странным под окружающим их покровом тьмы. Хорошо, что он был один. Какая странная мысль пришла ему в голову в сложившихся обстоятельствах. У него было так много могущественных спутников, которые, как он должен был надеяться, поспешат на его сторону. Однако в этой паре было что-то очень тревожное. Они выглядели как немощные старики, но двигались без колебаний, а опыт и сила делали их непосильным противником для сравнительно слабого Роксу. Хорошо, что он был один. У него не было никаких данных об этих двоих, и он не хотел, чтобы кто-то пострадал из-за его безрассудного плана. Это давало ему уникальную возможность собрать о них информацию, прячась за щитом. Роксу, будь он в здравом уме, такая логика могла бы не понравиться. Но что-то в наблюдении за тем, как Кейл падает, вновь пробудило в нем старую и плохо залатанную травму. Если бы у него было больше данных о монстре без рейтинга, Чхве Чон Су и лидеру команды Ли Су Хёку не пришлось бы так умирать. Он не хотел, чтобы кто-то из его союзников пал из-за недостатка информации. Он не хотел, чтобы кто-то из них пал. Не хотел терять никого. Тот, кто скрывался во тьме, разразился веселым смехом, словно веселый старик, не желающий причинить вреда. "Он действительно круче, чем кажется. Так и хочется схватиться с ним в честном бою!" Роксу верилось в эти слова примерно так же, как в чушь Кейла «Я не дружу с Альберу.» "Он долго не протянет". Слабый на вид человек с копьями заверил, и Роксу с уверенностью понял, что он прав. Щит был силен, а Роксу - нет. Его фундамент яростно сотрясался при каждом ударе копья, и бегство вряд ли было возможно, когда он был прижат к валуну, а его тело было потрепано еще до того, как началась настоящая битва. О том, каким человеком был Роксу, многое говорило то, что даже в таких обстоятельствах он оставался совершенно спокойным. В его голове бушевали страх, гнев и возможные тактические приемы, заставляя все внутри бушевать хаосом. Но взгляд его был ровным и немного нервным. По правде говоря, глядя в эти глаза, немощный старик хотел покончить с этим как можно скорее. Ему повезло, что наконец-то подоспела подмога. Меч бедствий был желанным светом в этой кромешной тьме, а его обладатель - не менее желанным. Роксу пришло в голову, что, вполне возможно, никто даже не подозревает о его беде. Лишь немногие знали, что Роксу был здесь, а тех, кто знал, поблизости не было. Он успешно выкурил крыс. Только не в самом лучшем тактическом положении. Он не имел ни малейшего представления, почему они решили, что он - приоритетная цель, но это означало, что, по крайней мере, остальные должны быть в безопасности. Оставалось только придумать, как пережить это. В идеале - в таком состоянии, чтобы не навлечь на себя лишних неприятностей.