Смеющийся человек

Часть 19 

«Чтобы получить что-то, ты должен что-то потерять» — книга «Если все кошки в мире исчезнут» Гэнки Кавамура 

Книга, лежащая на столе закрылась, воссоздавая пустоту внутри меня. Мозг отвергал мысль, что все вокруг лишь плод фантазии, созданный умирающим мозгом, а персонажи в нем лишь лица тех людей, которых когда-то видела.  Опустошенно посмотрев на Бан Чана, с надеждой ожидала, что он скажет что-то опровергающее эту информацию, подбадривающе улыбнувшись. Но реальность оказалась такова, что мужчина лишь поджал губы и забрал книгу обратно, не прерывая тишины в доме.  Феликс сидел на стуле рядом, с беспокойством опустив руку на плечо. Он до конца не понимал происходящего, но его учтивость и попытка успокоить меня очень помогала.  — Но кто же тогда вы, раз в книги о вас ни слова? — прошептала, смотря на руки, что постепенно становились прозрачнее. — Мы лишь созданный тобой персонаж, который когда-то ты придумала в детстве. Помнишь, как мама читала тебе сказки, а ты создавала в голове своих героев? Как рисовала на уроках в школе мою внешность на краю тетрадки? Ты — создатель мира, в котором я живу,— Чан говорил спокойно, пока до меня медленно доходило осознание.  С сомнением глянув на рядом сидящего Феликса начинала вспоминать, как действительно рисовала его заостренное лицо и уши в своей тетради. Как с удовольствием представляла, что напишу свою книгу, предоставив потом фанатам свои наброски внешности героев.  Но по-итогу они остались лишь в моей голове, став попутчиками в личной истории, где я хожу по краю собственной жизни. Они проводники, пытающиеся помочь мне выбраться из их мира, чтобы я вновь смогла жить дальше и написать до конца желанную книгу о приключениях.  Вспомнился и последний день на работе, где печатала свою статью, что чуть позже улетела в стол, так и не опубликовавшись. Тогда я была на грани, уже почти не видела черты между желанием умереть и ответственностью перед другими людьми. Единственное, что интересовало — что бы делали другие люди, оказавшись на моем месте?  «Если бы вы осознано решили закончить эту жизнь, то что бы вы сделали в последнюю минуту?» — гласила последняя строчка статьи.  Оборачиваясь назад могла сказать, что я лишь с виной смогла позвонить матери, которая уже никогда не сможет поднять трубку. Я бежала в пропасть, даже не пытаясь удержаться за живых людей, ждущих и любящих меня.  О чем же я думала, оставив свою любовь там, а сама отправилась в неизвестность, лишь бы не чувствовать боли? Мы бы могли ее преодолеть вместе, создав что-то чистое и искреннее.  Но я все испортила.  — Как мне вернуться обратно? Я должна это сделать,— привстав с места, вытерла непрошенные слёзы жалости с лица и шмыгнула носом.  — Чтобы вернуться, нужно разрушить этот мир. Готова ли ты попрощаться с ним? — Чан встал рядом, протянув руку.  С сомнением ещё раз поразмыслив над собственной целью, через пару секунду пожала чужую руку и уверено кивнула. Феликс не сказал ни слова за весь период, но даже в его глазах я увидела веру в себя.  — Если нужна моя помощь, то я готов ее предоставить,— слегка улыбнулся он, но я лишь отрицательно повела головой.  — Не стоит. Ты итак уже достаточно помог мне, Феликс. Спасибо тебе,— подойдя ближе, обняла стража за плечи, получив в ответ такие же теплые объятья за талию,— Вернись к себе домой и отдохни, ладно? Путь был нелегким, но пора его заканчивать.  Юный страж понимал какую-то часть информации, которая обрушилась на него неожиданно. В нем не кипело отрицание, не бушевала буря гнева. Он словно принял собственную судьбу, которая была лишь плодом чужого воображения.  Так странно видеть перед собой того, кого никогда не существовало. Что он, что Чан или многие другие персонажи — лишь четко выстроенный персонаж в голове автора. А автором была я, увлеченная детской мечтой о создании печатного мира сказок.  Распрощавшись с Феликсом, отпустила его обратно домой. Как Чан сказал ранее — чтобы вернуться в свой мир, мне нужно разрушить этот, навсегда отпустив его.  Все герои, здания и сооружения канут в пустоту, став лишь мутными воспоминанием странного сна. Но эта жертва нужна для жизни в реальном мире, где меня все еще ждут.  — Кажется, тебе нужно нормально попрощаться и с другими. Я позвал Хенджина сюда, дабы вы поговорили. После этого вам нужно отправиться к тому месту, где впервые встретились. Собственное осознание уже начинает разрушать этот мир, поэтому поторопитесь. И главное, не оборачивайся назад, когда будешь проходить темный лес, — Чан похлопал по плечу, скрывшись в другой комнате.  Несмело подойдя к входной двери, дрожащей и полупрозрачной рукой отворила ту. В лесу была тишина, а темнота ночи окутала дом в свои объятья. Свет из дома чутка освещал улицу, помогая разглядеть очертания деревьев.  Подняв взгляд, увидела в небе чужой силуэт, напоминающий мне величественного дракона. Он парил в воздухе извиваясь телом волной, продвигая себя к цели. Вдруг, дракон изменил траекторию движения, став спускаться вниз, опустившись на землю с глухим звуком.  Я заставила себя обернуться, вспомнив, что пришла сюда не только за раскрытием своей истории. Хоть Чан и был фантазией, но меня мучало любопытство о его жизни, где он любил бабушку нынешней Госпожи Ли. Вынув из своего рюкзака прихваченную с собой музыкальную шкатулку, подошла ближе к Чану и вручила в его большие шершавые ладони.  Тот улыбнулся печально, с толикой ностальгии и кивнул мне с благодарностью, которая была наполнена печалью.  — Я искренне любил ее тогда. Но отпустил, как и ты должна отпустить нас.  Внутри меня возрастал огромный комок, который хотел вылиться наружу через слёзы. Мне было обидно за него, за всех живых существ в этом мире. Они были созданы, чтобы в итоге исчезнуть.  — Прощай,— прошептала в ответ, вернувшись к двери из дома, вновь рассматривая величавого дракона на поляне.  Его массивные лапы с длинными когтями, белые усы на широкой морде и ясный голубой взгляд выдавали в нем самого настоящего мистического создания — Морского дракона.  Я подбежала к нему, с восхищением оглядывая Хенджина в обличии прекрасного создания, протянув руки к его спокойному лицу. Обняв, прижалась лбом к его, почувствовав новую волну слез подступающую к глазам. — Хенджин, прости меня. Я такая эгоистка и совсем не думала о твоих чувствах. Сейчас-то наконец понимаю, что смогу пережить все, лишь бы наше будущее было лучше. Дай мне шанс все исправить,— отпрянув от белого дракона, увидела в его глазах понимание и чувства ко мне, в которых так беззаботно купалась в реальной жизни.  Хенджин на самом деле любил меня и ждёт, пока я борюсь с собственными ошибками.  — Полетели домой,— запрыгнув ему на спину, крепко ухватилась за прочные рога на лбу, почувствовав как мы отрываемся от земли.  Внизу оживился тот самый фонарь, провожающий нас до дома Чана. Он попрыгал, словно тоже прощался и махал вслед. Из окна на нас смотрел Чан, с печалью и некой гордостью помахал рукой.  Я со всеми ними даже не успела толком познакомиться, узнать получше. Но кто ещё может знать лучше тех, кого сам же и придумал? Поэтому мне было известно, что им тоже грустно, хоть они и отпускают своего создателя жить дальше.  Поднявшись над лесом, смогла разглядеть его края, что заканчивались далеко за домом мага. Где-то по тропинке следовал Феликс, остановившийся на секунду, чтобы глянуть на ночное небо с яркой луной. В нем он так же увидел улетающий силуэт дракона с девушкой, бесшумно плывущих по воздуху в сторону купален.  Следуя пути, что пролегал над железной дорогой, я могла видеть только воду, простирающуюся под нами гладью. Вдалеке показывался поезд, торопящийся на первый рейс, пока впереди начинался новый день с восходящим солнцем. Мы летели прямо в сторону яркого огня, слушая в ушах свист ветра.   Прерывая его, я прижалась ближе к чешуйчатому телу дракона, начиная говорить слова, не дающие покоя: — Знаешь, Хенджин, я так давно не ощущала подобной свободы. Единственный, кто смог вытянут меня из вереницы одинаковых мыслей, был ты. Ты помог мне снова почувствовать жизнь своим телом, вдохнув в мои губы новые чувства. Я хотела сказать, что…— сглотнув комок в горле, произнесла чуть тише,— …что люблю тебя, Хенджин. И я вернусь, продолжив нашу историю, ведь действительно хочу этого.  В мгновение после сказанного, мир вокруг нас словно пошатнулся и внутри меня странно кольнуло сердце. С опаской посмотрев вокруг, заметила, как пространство выдуманного королевства начинает распадаться на маленькие частицы, оставляя после себя лишь белую пустоту. Лес сзади нас разрушался, проваливаясь в небо маленькими осколками.  Шокировано вдохнув, перевела взор на свои руки, что уже полностью стали почти что прозрачными. Ноги тоже теряли свои четкие очертания, но Хенджин подо мной остался таким же прекрасным, с переливающимися на несуществующем солнце чешуйками.  Поняв происходящее без каких либо слов, он полетел ещё быстрее, словно получил больше энергии от моих слов и признаний.  Несмотря на собственное постепенно исчезновение, я чувствовала внутри переполняющую энергию, которая стремилась жить. Несмотря на ужасы, пережитые в реальности, мое рвение к любви и жизни было куда сильнее. Сильнее всех преград.  Вода постепенно показывала свои границы, а купальни вновь предстали предо мной, красным деревом издалека приглашая к себе посетителей. Разрушение ещё не дошло до этого место, хоть и стремительно следовало в нашу сторону.  Фонари еще не успели погаснуть после долгой ночи, а работяги спокойно спали на своих расстеленных матрасах, не подозревая о происходящем. Для них новый день будет таким же как и предыдущий, наполненный трудом, разговорами с коллегами и вкусным ужином после.  Приближалась к месту, где провела так много времени, я начинала вспоминать всех тех, с кем имела там дело. Как нимфы переодически помогали в нужные моменты, как Уён множество раз вытягивал из кучи негативных мыслей своими шуточками и пристрастием к местным настойкам, как Чонин и Минхо бдели за порядком, изредка сами не против опрокинуть несколько рюмок. Они были такими живыми здесь, что я с трудом могла их вспомнить в своей реальности. Там они являлись обычными людьми, в одной или иной степени влияющие на мою жизнь.  Девочки нимфы — те самые подружки из школы, к несчастью слишком рано покинувшие меня. Я помню, что они писали мне, но я была так окутана болью со стороны издевающихся, что даже не могла сложить в голове ответ для них. Постепенно наше общение угасло и они ушли из моей жизни окончательно. Но я все так же с трепетом вспоминала их, как яркий луч света среди темного леса.  Чонин, Уён, Минхо, тетя Чо, Чанбин, Чхве Сан — коллеги из той самой редакции, в которой сама же и работала. Это были люди, помогающие и встречающие меня с улыбкой на работе. Они не отличались геройством, излишним вниманием, но каждый пытался помочь.  Пак Сонхва, Кан Ёсан — учителя, верящие в меня до последнего. Если первый хвалил мои работы в написании, то второй хоть как-то пытался договориться с директором, чтобы надо мной больше не издевались. Он был первым человеком, который созвал родителей, дабы поднять тему издевательств в нашей школе. К сожалению, никто не стал слушать молодого учителя, а вскоре его и вовсе уволили.  Хван Хенджин — в прошлом был учеником той же школы, в последствии стал самым близким, что смог вытянуть меня из глубины мыслей. Мы не смогли сблизиться в учебные годы, но стали спасением друг для друга в настоящем.  Он чуток, правдив и силен духом. Именно поэтому в этой истории Хван является мудрым драконом, спасающий заблудшие человеческие души.  Спустя время, наша пара остановилась на мостике, который вел от палаток к купальням. Я быстро слезла с дракона, а он стал перевоплощаться в человека, отбрасывая чешуйки, как улетающие на ветру лепестки цветов. Через пару мгновений передо мной стоял стройный парень в своей обычной одежде, но с таким осознанным и теплым взглядом, что я не смогла удержаться и упала ему в объятья.  Теплые руки сомкнулись за моей спиной, прижав к себе и я откупалась в его плечо, вдыхая знакомый аромат. Он и в реальности пах свежестью порошка с маленькой ноткой аромата полевых ромашек.  — Так это была ты, Хесон,— тихо прошелестели над головой,— Все это время я ждал тебя, вспоминая юную девочку, которая так же пришла сюда из леса. Как же я мог так ошибиться и не видеть, что ты уже была рядом.  После слов руки сжали ещё сильнее, а чужая грудь слегка содрогнулась от глубокого вздоха.  Стоя вот так на мосту, ощущали порывы ласкового теплого ветра, который теребил нашу одежду и волосы. Я хотела оставить этот момент в памяти навсегда, потому что наконец-то чувствовала себя полноценно и понятно. Больше не было душащих вопросов в голове и секретов, ведь ответом на все оказалась любовь. И ради этой любви мы должны идти дальше.  — Нам стоит поторопиться,— отпрянув от друг друга, я посмотрела назад, замечая как здание купален начало тоже постепенно исчезать.  Кивнув парню, схватила его за руку и уже вместе на своих двоих побежали через закрытые торговые лавки к нужному месту. Трава под ногами блестела от прошедшего за ночь дождя, из-за чего мы переодически поскальзывались на мокрой земле. Сзади нас мир разрушался улетая мелкими осколками куда-то вверх, но мы крепко держались за друг друга, не давая упасть в пропасть. Чувствуя силу внутри парня, я сама насыщалась ею и ободряюще улыбнулась ему, стоило месту нашей встречи показать себя совсем близко.  Когда-то встретивший меня здесь цветок ликориса рос на том же месте, красными тонкими лепестками чутка покачиваясь на ветру. Он олицетворял грань между жизнью и смертью, встречая души первым на пути к новому. Цветок-спутник и тот, кто пугал многих, ведь предвещал собой саму смерть.  Я же смерти так сильно не боялась, только знала, что мне ещё рано оставаться у нее на совсем, а сейчас и вовсе задержалась в гостях.  — Хесон, — позвал юный дракон сборку, когда моя полупрозрачная рука стала постепенно выпадать из его и я сделал пару шагов ближе к лесу,— Я слышал тебя, когда мы летели. И знаешь… знаешь, мои чувства к тебе абсолютно такие же. Я люблю тебя, поэтому буду ждать в любых мирах, будь это жизнь или смерть.  Не удержавшись, я вновь прильнула к нему, сквозь слёзы подарив прощальный поцелуй в губы Хенджина. Они были мягкими и теплыми, с нежностью отвечающие на порыв.  Приоткрыв дрожащие веки, стала плавно отступать назад спиной, до последнего не желая отворачиваться от уже разрушенного мной же мира. Он разлетался как пазл с многомиллионными частичками, унося за собой чужие чувства, мечты и сны. Когда же исчезновение затронуло и Хвана, его плечи стали тоже исчезать, но он до последнего улыбался мне. — Мне не больно, Хесон. Иди же,— видя мой обеспокоенный взгляд, поспешил переубедить он.  — И ты прощай, Хенджин,— произнесла почти только губами, делая резкий разворот к лесу.  В этот раз меня пропустило без каких-либо проблем, давая полную воль окунуться в шелест стоящих близко к друг другу деревьев. Лишь шаг вглубь и я снова слышала лишь собственное сбитое дыхание, ветер между стволов многолетних мудрецов и еле заметную дорожку, где были видны мои давно забытые следы. Здесь словно прошло совсем немного времени, когда же в купальнях прошли по меньше мере месяц или два. Я потеряла счет в каждодневной рутине, но точно знала, что была там довольно долго.  Помня нарекания Бан Чана не оборачиваться назад, я с трудом выполняла его, борясь с желанием каждые пять минут ослушаться. Сверкающая резинка на волосах с фиолетовыми нитками блеснула на промелькнувшем солнце между ветвей, но я не заметила этого, стремясь быстрее преодолеть темный лес. Он пугал и завораживал, отталкивал и затягивал внутрь себя заблудших. Мне вдруг стало интересно, все ли ушедшие души проходят через него, прежде чем покинуть мир окончательно?  Стряхнув ненужные мысли, ещё быстрее ринусь вперед, пробегая и по траве, и по падающему непонятно откуда снегу, и по сочной зеленой траве.  Когда лес стал заканчиваться и показался мой одиноко стоящий дом напротив, не могла поверить глазам. Он стоял в ночи как самый реальный дом, с выключенным внутри светом. Звуки вокруг обновились, послышалось пение вдалеке птиц и стрекот цикад.  Глухо дыша ртом, глазела на него как на искусную картину маслом, созданную художником. Мое родное место пустовало без владелицы, казавшимся таким одиноким среди растущей вокруг зелени. Окна на кухню отковали вид на стол и подоконник, где вновь ползали любопытные божьи коровки.  Возобновив шаг, потянулась рукой к ручке двери, мягко нажав на нее. На пару секунд остановилась, чуть повернув голову вбок, желая все же посмотреть назад на загадочный лес в последний раз, но вовремя вспомнила слова Чана.  Нельзя.  В этот раз резинка на волосах блеснула от яркого света луны в ночном небе, а мое тело пропало в белом свете дома, что ждал меня за дверью. Яркий свет заставил зажмуриться, в ушах послышался неприятный оглушающий писк, а тело стало стремительно наполняться усталостью.  Окончательно теряя сознание уже внутри дома, пообещала себе запомнить навсегда тот мир, который доказал в очередной раз важность нашей жизни.