Thicker than Dragon's Blood// Гуще, чем драконья кровь

Он кричал изо всех сил, зная, что его голос все еще могут услышать остальные. Это был его единственный шанс избежать этой кошмарной ситуации. Он сделал еще один глубокий вдох, готовый выкрикнуть имя Кевина, но вырвавшийся звук был влажным стоном. Чья-то нога врезалась ему в живот с такой силой, что выбила воздух из легких. Рико думал, что поступил великодушно, позволив чувству осязания сохраниться, но это было только для того, чтобы Натаниэль не потерял чувство боли. В наказание ему удалили четыре других органа чувств. Ранее на той неделе Натаниэля оставили на попечение Рико. Так получилось, что заборы, огораживающие поля, которые окружали Эдгара Аллена, также ремонтировались на той неделе. Натаниэлю в тот день было скучно, что было обычным началом его более озорных приключений. Он подождал, пока Рико будет занят другими делами, прежде чем броситься на поля. Спешка всегда стоила наказания, говорил он себе в тот момент. Он проскользнул мимо охранников, которые несли вахту, пока было опущено ограждение, а затем начал свой десятимильный забег в центральное королевство империи Карасу. Их резиденция в Эдгаре Аллене была построена специально для удовлетворения потребностей Рико, Кевина, Жана и Нила, но этого было недостаточно, чтобы удовлетворить его растущее любопытство к внешнему миру. Частные наставники, тренера, повара и охранники, которых Тетсуджи привлекал для их пользы, тайно рассказывали Натаниэлю истории о приключениях, когда он давал им серебро. Они рассказывали ему, что происходит за стенами Эдгара Аллена. Сокровища, которые он может найти всего в нескольких милях отсюда, в Королевстве Эвермор, первой земле, завоеванной династией Карасу. Его тренеры рассказывали ему истории о том, как они сражались на вражеских землях, и о военных трофеях, которые они приносили домой своим семьям после побед. Стало ясно одно. Натаниэль чахнул, попав в ловушку Эдгара Аллена, в то время как он мог исследовать мир и все, что тот мог ему предложить. Возможно, ему только что исполнилось десять, но Натаниэль был готов оставить свой след в мире. Он уже давно вышел из того возраста, когда его магия должна развиваться, и один из охранников сказал ему, что это из-за отсутствия у него реального жизненного опыта. Натаниэлю пришлось искать опасность, это был единственный способ высвободить свою силу. Ситуация жизни или смерти была его последним средством. Он никогда не смог бы добиться этого в стенах Эдгара Аллена, где он постоянно находился под присмотром своих братьев, Кейли и Мастера. Его баловали до такой степени, что, если бы осенний лист упал ему на голову, ему бы срочно вызвали врача. Это было преувеличением, но его точка зрения осталась. Ему нужно было стать независимым и встретиться лицом к лицу с реальным миром. Он не мог вечно оставаться ребенком. Когда он был недалеко от стены Вечности, он прятался в окружающих кустах, пока мимо не проехала повозка с лошадьми. Стараясь не быть замеченным кучером, он скользнул под шасси и ухватился за днище фургона, развязав шнурок брезентового чехла, чтобы проскользнуть внутрь. К счастью, в фургоне был только груз. Натаниэль использовал свой невысокий рост, чтобы втиснуться за ряд деревянных бочек. Он почувствовал, как фургон, запряженный лошадьми, остановился, когда они подъехали к главному входу Эвермора. Он услышал, как кучер предъявил свои документы и объяснил, что за груз — бочки с выдержанным красным вином. Натаниэль затаил дыхание, когда один из инспекторов запрыгнул на кузов фургона, чтобы осмотреться. Он действовал так, как будто проявлял должную осмотрительность и откручивал пробки, чтобы проверить жидкость. Сквозь щель между бочками Натаниэль увидел, как мужчина наклонился и пересчитал мешочек с монетами. На лице мужчины появилась злая улыбка, когда он оперся на бочку и потратил время впустую, прежде чем выпрыгнуть из повозки и пропустить кучера. Натаниэлю ситуация показалась странной, и он вытащил пробку из одной из бочек, стоявших перед ним. Запах сырой нефти ударил ему в ноздри, и Натаниэль быстро заткнул пробку обратно. Вот и все для красного вина. Оказавшись в безопасности в стенах Эвермора, Натаниэль выскользнул из фургона и насладился видом цветущего королевства. Люди текли, как потоки, толпами в каждом направлении. Слишком много людей, чтобы заметить среди них бродягу. Вдоль его пути выстроились кирпичные склады, бревенчатые гостиницы, торговые палатки и таверны. Натаниэль не знал, с чего начать. Он провел день, опустошая карманы, покупая безделушки и свежую еду и проверяя, в какие заведения ему разрешен вход. Когда его выгнали из таверны за попытки тайком пригубить один из оставленных без присмотра напитков у входа, он быстро юркнул в соседнее здание. Красные оттенки от потухших свечей привлекли его внимание, когда он шел дальше по продуваемому ветром коридору. Чем дальше он шел, тем слышнее были странные женские звуки, приглушенные закрытыми дверями. На каждом был нацарапан номер и замок, расположенный снаружи, а не внутри. Натаниэль задумался о природе заведения и собирался повернуть обратно, пока не заметил, что одна из дверей приоткрыта. Как всегда, любопытство взяло верх, и Натаниэль тихо подошел, чтобы взглянуть на то, что вызывало такие странные звуки. Его глаза расширились, когда он увидел сцену. Толстобрюхий обнаженный мужчина был сверху стройной женщины, яростно входя в нее своей интимной частью, пока женщина испускала стон за стоном. За все свои годы Натаниэль никогда не видел ничего подобного. Не имело значения, что мужчина был в пять раз больше его, Натаниэль не мог позволить этому продолжаться дальше. Он бросился к кровати и, собрав всю свою силу и внезапно охватившую его ярость, плечами сбросил мужчину с женщины. Раздался отвратительный хлюпающий звук, когда их части отделились, и Натаниэль бросился накрывать обнаженную женщину одеялом. В следующий момент Натаниэль оказался на земле, его несколько раз ударили по голове, когда мужчина крепко сжал волосы Натаниэля в кулак. — Это тебя проучит, ты, гребаная мышь. Твоя мать-шлюха не научила тебя хорошим манерам! Натаниэль думал, что готов к этому, но когда его зрение начало затуманиваться, он понял, что на этот раз зашел слишком далеко. Некоторое время спустя он проснулся от успокаивающих поглаживаний. Он слабо оттолкнул руки, зарывшиеся в его волосы. — Прекрати это, я не собака. Он вздрогнул при первой попытке открыть глаза. По его лицу разлилась боль, неприятная боль, которая заставила его задуматься о степени повреждения глаз от внезапного избиения. — Ты бросился на мою защиту, как собака. Ты из породы лояльных? — Женщина рассмеялась. Он поднял глаза и увидел стройную девушку из прошлого. Ему стало дурно, когда он увидел ее лицо в синяках и черноте, зеркало его собственного. — Я даже не уверена, как ты сюда попал. Я поспрашивала, но ни одна из женщин не называет тебя своим ребенком, — сказала женщина. — Дверь была открыта, — ответил Натаниэль. — Я — этот человек напал на тебя. Я должен был что-то сделать. Женщина снова рассмеялась, но ее улыбка выглядела неправильной. — Он не нападал на меня. Задолго до того, как ты вошёл, он не нападал. Ты знаешь, что такое секс? Натаниэль покраснел как свекла. Он знал, что такое секс. Однажды пришел специальный инструктор по здоровью и разлучил его с братьями. Натаниэля научили, как работает его тело и что произойдет в период полового созревания. Секс был кратко упомянут, когда Натаниэль спросил, почему у женщины и мужчины разные части тела. Он видел подробные иллюстрации в учебнике анатомии, предоставленном преподавателем, и это был первый раз, когда он увидел интимные места противоположного пола. После краткого объяснения Натаниэль понял, что услышал достаточно, и попросил мужчину прекратить описывать это. — Я знаю, что такое секс, — сказал Натаниэль. — Но это выглядело так, будто он причинял тебе боль. — Неважно, что он причинил мне боль, этим я зарабатываю на жизнь. А теперь пошли. Пойдем найдем твою маму. С меня хватит на неделю такого выражения лица. У меня нет время, чтобы тратить его впустую. Женщина встала, уже одетая, и вывела Натаниэля. Солнце садилось, когда они вышли на улицу, и Натаниэль постарался хорошенько рассмотреть здание, из которого они вышли. Женщина наблюдала, как он изучает здание. — Это называется бордель, ты можешь приходить, когда подрастешь. Сейчас тебе лучше держаться подальше от заведений такого рода. У них тоже могут быть разные названия. Массажные салоны, кабинеты массажа тела, ранчо, бордели, публичные дома, услышишь что-нибудь из этого и бежишь другом направлении. — Она нежно потрясла Натаниэля. — Ты слышишь меня? Это не место для ребенка. Натаниэль поднял на нее глаза. — Почему ты здесь работаешь? Почему ты решила зарабатывать этим на жизнь? Ты живешь в Королевстве Вечности. Ты должна быть свободна делать все, что захочешь. Ты предпочитаешь заниматься сексом с мужчинами за плату? — Я ничего из этого не выбирала, малыш. Ни одна из этих женщин этого не делала. Натаниэль был сбит с толку. — Тогда почему? Женщина вздохнула. — Ты можешь определить по моему голосу? Я не отсюда. Мою деревню сожгли много лет назад, когда я была ребенком примерно твоего возраста. Мужчины были убиты, старики оставлены умирать в горящих хижинах, женщины, которые сопротивлялись, были… — Ее глаза остекленели, и она не закончила эту мысль. — Они разделили мальчиков и девочек. Если бы мальчики развили полезную магию, они оставили бы их. Они тренировались бы под началом армии Карасу. Если у девочек была развита магия, они убивали их на месте. — Натаниэль был ошеломлен ее словами. Ничто из этого не соответствовало историям, которые ему рассказывали другие. Он знал, что они вели активную войну, но они были на стороне победителя. Ему бесчисленное количество раз говорили, что бояться нечего. — Почему они убили девочек, которые владели магией? Почему они просто не позволили им вступить в армию, как мальчикам? — Спросил Натаниэль. Натаниэль поклялся, что никогда не забудет выражение разбитых глаз женщины, когда она сказала: — Потому что женщины дают сдачи, а они не забывают и не прощают. Натаниэль мало общался с девушками или женщинами. Но у него была Кейли. Женщина настолько могущественная, что завоевала уважение самого императора и заняла положение рядом с членами королевской семьи. Он не сомневался в словах этой женщины. — Все мои сестры были убиты у меня на глазах. Я не развивала никакой магии и уже вышла из того возраста, когда это возможно, поэтому мне была оставлена моя жизнь. Но не моя свобода. Я потеряла это в тот момент, когда армия Карасу высадилась на земле моего графства, на другом конце света. Все присутствующие здесь женщины расскажут тебе похожую историю. Счастливчиков продавали в поместья или обучали навыкам. Меня продали в этот бордель, и это все. Выбора не было. Это первое, что у тебя отнимают, когда ты теряешь свободу. Натаниэль отказывался верить, что это все, что она могла сделать. — Ты сказал, что женщины дают отпор. Почему ты этого не сделал? Ты не можешь просто принять свою ситуацию вот так. Ты можешь сбежать. Всегда есть другой выход. — Кто сказал, что я не сопротивлялась? Кто сказал, что я не убегала? Я делала все это в твоем возрасте. Четыре раза, это было почти успешно. Она подняла руки, и Натаниэль отшатнулся, увидев, что на обеих руках осталось всего шесть пальцев, большие пальцы тоже были удалены. Она повернулась и убрала волосы с затылка. Натаниэль увидел символ, выжженный на ее коже. — К пятому они привели человека, владеющего магией. Он привязал меня к этому борделю с помощью проклятия и сжег этот знак как печать. Мне разрешено отходить только на милю в каждую сторону от этого заведения. Еще немного, и символ будет подсвечен. — Что произойдёт потом? — Спросил Натаниэль с болезненным любопытством. Женщина наклонилась ближе к нему и, резко взмахнув руками, сказала: — Бум! Глаза Натаниэля расширились. — Ты взорвешься?! — Ну, это то, что, по словам того человека, должно было произойти. Я еще не проверяла это. Думаю, он меня здорово напугал. Хотя я думала об этом. Это всегда у меня в голове, но сейчас я научилась жить в своей клетке. Натаниэль принял решение. — Я могу помочь вытащить тебя, — решительно сказал он. — Я не отсюда. Я от Эдгара Аллена. Ты знаешь, где это? Я знаю «Сынов императора». Я вырос вместе с Рико Мориямой. А брат Кенго, Тэцудзи Морияма, один из моих опекунов. Я могу заставить их убрать знак. Я могу познакомить тебя с Эдгаром Алленом. После этого Кейли может помочь тебе переехать в любую точку мира, или ты можешь остаться с нами! О! Кейли — моя мать — ну, технически, но она еще один мой опекун. У нее есть сын по имени Кевин, и он мой брат.— Натаниэль прекратил бессвязную болтовню, когда понял, что звук, исходящий от женщины, был не от слез облегчения, а от слез смеха. — Почему ты смеешься? Я серьезно! — Он был возмущен тем, что стал объектом ее неуместного веселья. — Прости, прости! Прости меня. Я так давно не смеялась. — Она удовлетворенно вздохнула и потерла лицо, забыв об оставшихся на нем синяках. — Я даже не чувствую побоев, которые мне нанесли. Ты избавил меня от боли. Спасибо тебе. — Итак, ты позволишь мне помочь тебе? — У тебя такое живое воображение. Я молюсь, чтобы ты никогда его не терял. — Это не фантазия, — настаивал Натаниэль, — я говорю правду. — Конечно, конечно. Маленький мальчик с сильнейшими связями, известными в Империи Карасу, как я могу не верить ему? Натаниэль понял, что над ним смеются, и нахмурился. Женщина успокоилась и взяла его за руку. Раньше он не замечал, что она может держать его всего тремя оставшимися пальцами, но его руки были достаточно маленькими, чтобы она могла ими управлять. — Как насчет того, чтобы вместе перекусить, прежде чем мы найдем твою маму. Дальше по тропинке есть киоск, который находится в пределах моей досягаемости, едва ли. — Она подмигнула. — Я иду туда каждый раз, когда чувствую опасность, как будто хочу испытать свои возможности. Как будто я хочу — — Как будто ты хочешь чувствовать себя живой, — закончил за нее Натаниэль. На ее лице была грустная улыбка. — Ты тоже заперт в клетке, маленький щенок? Ты сбежал сюда, чтобы почувствовать себя живым? Они продолжали свой разговор, пока шли к киоску. — Я не в ловушке, не совсем, но мне действительно не разрешают выходить одному. — Ну, это понятно. Ты слишком молод. Подожди еще немного. — Я не могу ждать, пока моя жизнь проходит мимо меня. Я хочу познакомиться с внешним миром. — Внешний мир опасен. Так было с тех пор, как война драконов началась почти столетие назад. — Тогда проживем ли мы наши жизни, скованные страхом, или умрем свободными? Женщина не отмахнулась от его слов. Вместо этого она задумалась. — Я думала об этом. Тут я могу согласиться с тобой. Эта жизнь, которой я живу, жизнь, которой так много из нас, находящихся в плену, живут изо дня в день. Мы бы не назвали это жизнью по каким-либо стандартам. Мы доживаем всего лишь до следующего дня, и единственное, что нас поддерживает, — это надежда. Надеемся, что однажды все изменится. Надеемся, что однажды мы будем свободны. Она бросила Натаниэлю камешек, и Натаниэль держал его перед собой, пиная сильно и мягко, погруженный в мысли, которые она вбивала в его голову. — Итак, если бы мне дали шанс прожить один последний день свободным, по-настоящему свободным от цепей, которые были на мне в детстве, цепей, которые я переросла, которые так глубоко врезаются в мою кожу, которые душат меня в самые мрачные моменты. если бы мне дали такой выбор или возможность прожить остаток своих лет в этом борделе — я бы с радостью воспользовалась этим одним днем свободы. Я чувствую его вкус во рту. Это сладко. Натаниэль посмотрел на нее, по-настоящему посмотрел на нее. Он позаботится о том, чтобы остаток своей жизни она прожила свободной. Они подошли к кондитерскому киоску, и Натаниэль был не в восторге от предложенных вариантов. Частные кондитеры Эдгара Аллена ужасно избаловали его. Он остановился на кусочке фруктового пирога, а женщина выбрала засахаренную клубнику, наколотую тонкой деревянной палочкой. Когда женщина пошла расплачиваться, Натаниэль вложил ей в руки свой тяжелый мешочек с монетами. Женщина ахнула, открыв мешочек и увидев груду серебра и золота. — Где ты это украл? — прошептала она Натаниэлю с ноткой паники в голосе. — Я ничего не крал. Это мои карманные расходы. Остальное можешь забрать себе. Ты сказал, что я стоил тебе недельной работы. Это должно покрыть твой отпуск. — Не шути так. — Я не шучу, — сказал Натаниэль, вытаскивая серебряную монету и расплачиваясь за сладости. Он позволил торговке оставить медную сдачу и ушел с женщиной в центр города неподалеку. Он убедился, что мешочек с монетами надежно спрятан у нее под платьем. Они наслаждались угощениями у фонтана с водой, наблюдая за собирающейся толпой. — Уже почти ночь, тебе действительно пора идти, — сказала она Натаниэлю. — Ты действительно живешь в Эдгаре Аллене? Это долгое путешествие назад для маленького мальчика. Нам послать голубя? Кто-нибудь приедет за тобой? — Это не проблема, — заверил он ее, — я знаю дорогу обратно. — Он обратил внимание на растущую толпу. — Обычно в это время здесь много народу? — Я слышала, что предполагается демонстрация поддержки. Празднование недавней победы на западе. Солдаты возвращаются домой, — сказала она презрительным тоном. Натаниэль понимал, как поддержка солдат Карасу вызовет отвращение у того, кто когда-то был военной добычей. Несмотря на свои чувства, Натаниэль все еще был любопытным мальчиком. Он хотел посмотреть, как люди в форме маршируют вместе. Он хотел посмотреть, какие травмы они принесли с собой. — Я хочу остаться и посмотреть. Потом я вернусь, — сказал он. Натаниэль доел фруктовый пирог и вытер липкие руки о тунику. Затем он встал на кирпичную облицовку фонтана, чтобы быть на уровне глаз с женщиной. — Я вернусь за тобой, — пообещал он. — Как только я объясню твою ситуацию остальным, мы придем в бордель и возьмем тебя с собой. Ты можешь работать в Эдгаре Аллене, пока не накопишь достаточно денег, а потом сможешь делать все, что захочешь. Тебя ничто не остановит. Ты снова сможешь сражаться. Ты снова будешь свободна. Он стер пальцем кусочки засахаренной клубники с ее щеки и отправил в рот. — Это сладко. На ее лице появилась нежная улыбка. — Ты даже не знаешь моего имени. Натаниэлю пришло в голову, что за все это время они так и не представились. — Меня зовут Натаниэль Дэй, а тебя как? Она открыла рот, но ее имя было заглушено шумом толпы, когда прибыло более дюжины повозок, запряженных лошадьми, и перекрыли выходы с улиц, оставив открытым только один путь для почетных гостей. Празднества начались, когда музыкальные исполнители вышли, чтобы привлечь больше внимания к зрелищу. Звук рога возвестил об их прибытии от входа в стены Королевства. Сотни солдат маршировали по тропе, те, что впереди, ехали на массивных лошадях, выведенных для войны. Толпа подбадривала их, когда они праздновали свою победу, гордо размахивая черно-красными флагами империи Карасу. Женщина внезапно отвернулась от зрелища и попыталась проделать то же самое с Натаниэлем. Натаниэль сопротивлялся, желая увидеть, что ее так напугало. Его взгляд был прикован к людям, которых тащила последняя вереница лошадей. Это были женщины и дети, грязные и избитые, скованные по рукам и ногам цепями и привязанные к спинкам лошадиных седел. Если у Натаниэля и оставались какие-то сомнения в рассказе женщины, то в тот момент они рассеялись. Некоторые дети продолжали плакать, умоляя тех, кто попадался им на пути, о пощаде и спасении. Натаниэль отвел взгляд, когда солдаты позади них пороли их. Хлысты и розги жестоко били по их мягкой коже. Мог ли он каким-либо образом остановить это неправомерное обращение? Был ли он беспомощен, просто наблюдая? Мог ли он вставить увиденное сегодня в разговор, когда Ичиро в следующий раз попросит его о присутствии? Сможет ли он найти способ положить конец этому адскому обращению? Пока солдаты кружили вокруг центра города, мужчины начали выгружать сотни бочек из фургонов. Те самые, которые Натаниэль видел ранее. Что-то было не так. — По крайней мере, они принесли вино, чтобы сделать это более терпимым для остальных из нас. — Я не думаю, что это вино, — нервно сказал Нил. Натаниэль устал, когда заметил две кареты, перегородившие последний путь к выходу. — Нам нужно идти, — настойчиво сказал он, увидев группу мужчин, идущих к передним кострам. — Не пугайся так, — сказала женщина. — Прямо сейчас они собираются запустить фейерверк. Ты когда-нибудь видел их? — Эти бочки полны сырой нефти. Я думаю, это подстроено. Они собираются взорвать все это место. Мы должны уходить, сейчас же! — Что? Натаниэль перестал объяснять и вместо этого отвел ее подальше от толпы. — Подожди, Натаниэль, я не могу пойти этим путем. Я уже на грани. Натаниэль запаниковал. — Мы не можем пойти другим путем; они блокируют выходы. Оглушительный звук сотрясающего землю взрыва заставил их упасть на землю. Если бы Натаниэль не потерял слух от первого взрыва, то второй, третий и четвертый довершили бы дело. Он увидел охваченных огнем людей, бегущих во всех направлениях. Началась давка, и женщина крепко держала его, когда их столкнули в смертоносные волны перепуганной толпы. Натаниэль со своей нижней наблюдательной позиции увидел выход. Там была поляна, которая вела на холм с видом на центр города, и он немедленно потянул женщину в том направлении. Он почувствовал дрожь, когда еще один взрыв потряс территорию, и Натаниэль бросился бежать. Он не собирался умирать здесь. Он не допустит, чтобы это был их последний момент в жизни. Они почувствуют вкус свободы. Он обещал ей. Он почувствовал напряжение, когда женщина заставила их остановиться. Она кричала на него, но он не слышал ни слова, только пронзительный звон в ушах. Следующий взрыв настигнет их, если они не доберутся до поляны. Он снова схватил женщину за руку и со всей силой испуганного мальчика потянул ее. Только с помощью группы людей, которые также видели выход, Натаниэль смог пробиться к выходу. Они бы это пережили. Она могла бы ухаживать за животными в Эдгаре Аллене или работать горничной, всегда оказавшись за углом, когда Натаниэль нуждался в ней. Он вел бы себя прилично и слушал, если бы она была рядом. Он обещал Мастеру, что выполнит все свои домашние дела и учебу без жалоб, если тот позволит ей остаться, пока она не накопит достаточно денег. Все получится. Он обернулся, чтобы увидеть ее, когда они наконец добрались до безопасного места. Она взорвалась. Натаниэля отбросило силой внезапного взрыва. На него дождем посыпались куски мяса и крови. Кусок ее головы приземлился рядом с ним. Натаниэль сидел с налитыми кровью глазами и страхом в венах. Бочки были ниже по склону, все еще стреляли, но уже недостаточно близко, чтобы попасть в них. Зачем она это сделала?.. Натаниэль потерял чувствительность в своем теле. Осознание поразило его, как боевого коня, мчащегося по полю боя. Символ выжжен на ее коже. Натаниэль заставил ее выйти за пределы сигила. Натаниэль стал причиной ее насильственной смерти. Один подбитый глаз остался на впалой стороне ее головы. Она уставилась на него, в ее безжизненном взгляде не осталось надежды. Он возвращался поэтапно. Выглянуло утреннее солнце, и атака закончилась сотнями жертв. Он не чувствовал своего тела. Он лежал неподвижно, глядя в слепящее небо, пока не погрузился в беспамятство. Несколько часов спустя он почувствовал, что его поднимают, и почувствовал облегчение, зная, что о нем наконец позаботятся. Реальность установилась, когда он почувствовал, что его небрежно бросили в глубокую яму. Натаниэль в шоке открыл глаза, его тело все еще было парализовано от взрыва, который ощущался так близко, но удар от приземления в яму вышиб из него весь воздух. Он огляделся, и каждый волосок на его теле встал дыбом. Он пытался заставить свой голос работать, он пытался позвать на помощь. Чтобы тот, кто был над ним, знал, что он все еще жив. Его бросили в братскую могилу. Со временем к нему присоединялось все больше тел, и его страх рос, когда труп другого ребенка приземлился ему на грудь. Натаниэль всхлипнул, и, наконец, из него вырвался звук. — Я не мертв, — выкрикнул он хриплым голосом, но даже среди мертвых он был слишком тих. — Я все еще жив. Кто-нибудь, помогите мне. Яма, которую они вырыли для этой братской могилы, была достаточно широкой, чтобы вместить сотни тел. От одного этого зловония у него ко рту подступала желчь. Он хотел домой. Он хотел спать, прижавшись к теплому телу Кейли, столько, сколько она ему позволит. Он никогда больше не покинет безопасность Эдгара Аллена. Он будет вести себя хорошо. Он будет хорошим. Он сделал бы все, чего от него ожидали, если бы только смог выжить. Стервятники прилетели достаточно скоро. Вокруг него все еще были разбросаны тела, но для падальщиков начался пир. Когда небо потемнело и на них опустились вороны, Натаниэль потерял надежду. Среди ворон был особенно крупный ворон, который кружил над братской могилой. Натаниэль встретился с ним взглядом. Мгновение спустя он исчез. Когда он пришел в себя, в могилу со всех сторон прыгали люди в форме, все мчались к нему. Они быстро извлекли его из кучи тел, но к тому времени Натаниэль почувствовал, что его место среди мертвых. У него хватило сил только на то, чтобы открыть глаза, но когда он увидел Ичиро Морияму, стоящего над братской могилой, его тело содрогнулось. Его передали Ичиро, несмотря на его грязь и вонь. Даже если бы Натаниэль мог говорить, что бы он сказал? — До сего дня я никогда не испытывал страха, — сказал Ичиро. — Были приняты меры предосторожности на случай, если подобная ситуация станет реальностью, но я никогда не хотел, чтобы их проверяли. Ичиро погладил его по лицу, и Натаниэль вздрогнул, когда их лбы соприкоснулись. — Все связано с твоим существованием. Я не могу допустить, чтобы нечто подобное повторилось. Ичиро держал Натаниэля на руках всю ночь, пока они шли к замку Вечности. Его видели личные медики императора, которые быстро исцелили его своей магией. Ичиро настоял, чтобы он оставался у его постели, пока он отдыхал, и кто бы сказал ему иначе? В конце концов, его местонахождение и статус были раскрыты остальным. Кейли и Мастер ворвались в комнату, остановившись только для того, чтобы склонить головы перед Ичиро. — Ради всего святого, Натаниэль, — воскликнула Кейли. — Из всех дней, из всех мест, куда можно убежать! Почему это должно было случиться именно с тобой? Натаниэль знал, что достаточно исцелился, чтобы говорить, но продолжал молчать. У него было столько неприятностей, что он никогда не услышит конца. Вместо этого он притворился спящим, несмотря на то, что знал, что Мастер все еще может слышать его беспокойные мысли. Кейли повернулась к Ичиро. — Он погиб во время атаки? Ичиро вздохнул. — Я не могу быть уверен. Его бросили в братскую могилу, но когда мой ворон заметил его, его глаза двигались. Возможно, он самовосстанавливался. Кейли откинула волосы назад и уставилась на Натаниэля. — Это не тот способ, которым я хотел это протестировать, но сейчас он здесь, с нами. Я могу только быть благодарен вам за предусмотрительность в планировании на будущее. Натаниэль не понимал этого разговора. У него плохо получалось притворяться спящим, поэтому он использовал локти, чтобы приподняться. — Я не мертв, — выдохнул он. — Я все еще жив. Кейли улыбнулась. — Я знаю. Я знаю. Ты, должно быть, был так напуган. — Она откинула его волосы назад и поцеловала в лоб. — Ты значишь для меня очень много. Ты знаешь, как я была напугана, как мы все были напуганы, когда Рико сказал, что ты сбежал? И когда пришли сообщения о том, что в Эверморе произошел теракт, пока тебя не было дома, у меня кровь застыла в жилах, ты знаешь? Мастер опустился на колени у ног Ичиро и вручил ему папку. — Последний отчет о нападении, ваше высочество. Ичиро забрал папку у Тецудзи и ударил его по лицу. Натаниэль крепко зажмурился и отвел взгляд. — Разве я не доверил его твоим заботам? Тэцуджи оправился. — Да, ваше высочество. — Мне не нужен отчет о нападении. Я хочу отчет о том, как десятилетнему мальчику удалось сбежать от Эдгара Аллена под вашим присмотром и попасть в самую опасную ситуацию, которая когда-либо случалась в истории Эвермора. Он щелкнул пальцем, и Кейли упала на колени. — Все зависит от его существования. Этот провал не будет прощен. Подготовь другого мальчика, когда он вернется. Я не хочу, чтобы это событие осталось в памяти Натаниэля. — Да, ваше высочество, — сказали они в унисон. Натаниэль держал глаза закрытыми, и его губы дрожали, когда Ичиро подошел к его кровати. — Ты начнешь проводить выходные со мной. Если ты так жаждешь приключений, то я обеспечу тебе этот опыт под моим присмотром. А теперь отдыхай. Натаниэлю было трудно отдыхать, зная, что он был причиной нагоняев своих опекунов, но в конце концов усталость взяла верх, и он заснул. Когда он вернулся к Эдгару Аллену с Мастером и Кейли, только Жан был там, чтобы поприветствовать его. Глаза Жана смотрели отстраненно, но на его лице было написано облегчение при появлении Натаниэля. Натаниэль был физически исцелен, но никогда еще он не чувствовал себя таким психически больным, как в тот момент. Кадры, на которых женщину разносит на куски, опалили его разум. Натаниэль не ответил тем же. Мастер поговорил с Жаном, и Жан увел Натаниэля в их общую комнату. Натаниэль был измотан, он направился прямиком к своей кровати, но Жан удержал его. — Ты, жалкий маленький беглец. Сколько еще раз ты должен причинять неприятности? — выпалил Жан приглушенным голосом. — Оставь меня в покое. — У Натаниэля только что был худший день в его жизни. Он не собирался позволять читать себе нотации так рано после тяжелого испытания. Жан вывернул руку назад, достаточно сильно, чтобы ужалить. Натаниэль вскрикнул. — Слушай сюда, — предупредил он. — Если ты продолжишь заставлять меня делать это с тобой, в твоей голове не останется воспоминаний. Прекрати создавать проблемы. Оставайся на месте. Здесь есть все, что тебе когда-либо понадобится. — Отпусти меня! Жан толкнул его на землю и провел большим пальцем по лбу Натаниэля. Натаниэль спрыгнул с прилавка, как только получил то, что хотел. Он не спеша рылся в корзине с фруктами, пока не нашел мандарин. Он шел по залам Эдгара Аллена, очищая мандарин и небрежно бросая кожуру на землю. Он остановился, когда увидел Рико в конце зала. Он не видел своего старшего брата почти неделю и теперь знал почему. Это был не первый раз, когда Мастер побеждал Рико в чёрном и голубом, но, безусловно, худший. Целитель не был вызван, чтобы позаботиться о его ранах, знак того, что Мастер хотел, чтобы Рико страдал. Ранее в тот день Мастера и Кейли вызвали на встречу по поводу недавнего террористического акта, произошедшего в Королевстве Эвермор. Были опасения по поводу аналогичных тенденций, происходящих в других регионах империи Карасу, и Натаниэль счел всю ситуацию слишком запутанной, когда Кейли упомянула об этом ему перед отъездом. — Что ты такого сделал, что на этот раз так разозлил Мастера? — Спросил Натаниэль, подходя к брату, чтобы получше рассмотреть его раны. Рико хранил гробовое молчание, его глаза от гнева превратились в щелочки. — Должно быть, было довольно скверно, — сказал Натаниэль, отправляя в рот еще один ломтик мандарина. — И ты говоришь, что я нарушитель спокойствия. — Рико промолчал, и Натаниэль предложил ему последний кусочек цитрусового. Рико выбила его из его руки, и Натаниэль увидел, как он упал на землю. Рико спокойно подошел к нему. Он протянул руку, чтобы обнять его, и Натаниэль напрягся, но позволил ему прикоснуться. — Ты должен понимать, что твои действия имеют последствия. Если мой дядя и Кейли откажутся учить тебя, тогда ответственность ляжет на меня. Натаниэль в замешательстве склонил голову. Затем— Не было ни зрения, ни звука, его обоняние и вкус, что труднее заметить, тоже исчезли. Его чувство направления исчезло, когда паника переполнила его разум. Рико активировал свои силы. Рико применил к нему свои силы. Он позвал своих братьев, не будучи в состоянии слышать себя, но движения получались у него естественно. В то же время он попытался убежать, но так же быстро споткнулся о себя. Он не знал, зачем Рико это делает, в лучшем случае он дразнил его, лишая обоняния или вкуса, но так далеко дело никогда не заходило. Он нащупал стену и сумел встать на дрожащие ноги. Он кричал изо всех сил, зная, что его голос все еще могут услышать остальные. Это был его единственный шанс избежать этой кошмарной ситуации. Он сделал еще один глубокий вдох, готовый выкрикнуть имя Кевина, но вырвавшийся звук был влажным стоном. Чья-то нога врезалась ему в живот с такой силой, что выбила воздух из легких. Рико думал, что поступил великодушно, позволив чувству осязания сохраниться, но это было только для того, чтобы Натаниэль не потерял чувство боли. В наказание ему удалили четыре других органа чувств. Наказание за что?! Натаниэль не сделал ничего плохого. Он не помнил, как упал, но внезапно оказался на четвереньках, безуспешно царапая пол и пытаясь вдохнуть. Он был напуган до глубины души. Рико никогда раньше не причинял ему такой боли. Это нападение было спланировано заранее. Он подождал, пока Мастер и Кейли отойдут подальше от Эдгара Аллена. Ни за что на свете они не позволили бы Рико такого жестокого избиения. Нил почувствовал жестокий удар по ребрам и вскрикнул. Его вырвало бы, если бы он только смог сделать первый вдох, но его тело отказывалось подчиняться. Когда последовал следующий удар, Натаниэль сделал выпад туда, где, по его мнению, должны были находиться ноги Рико. Он крепко держал их, и хотя сам не мог слышать мольбы, срывавшиеся с его губ, Натаниэль просил прощения у Рико за все, что он сделал, что вызвало такой гнев у его брата. Он пообещал ему, что с этого момента тот будет вести себя прилично. Что он усвоил свой урок. Когда Рико начал душить его, Натаниэль действительно думал, что умрет от рук своего брата. Вместо этого Рико ослабил хватку в последнюю секунду между жизнью и смертью и ударил Натаниэля сбоку по голове, возвращая ощущение звука к одному уху. Натаниэль слышал собственные рыдания, но над ним раздавались голоса Кевина и Жана. — тебе нужно остановиться сейчас. Мастер прочитает мысли медика, от него это не скроешь. — Панический голос Кевина зазвучал громче и перекрыл голос Жана. — Рико, Мастер заставил меня стереть это событие из его памяти сразу после того, как он вернулся, он ничего из этого не помнит. Рико ударил себя кулаком по лицу. — Это не оправдывает его действий! Он выставил меня дураком перед моим дядей и Ичиро! Почему я всегда должен быть наказан за его глупость? Почему Ичиро прошел через столько трудностей, чтобы спасти его?! — Его руки вернулись к шее Натаниэля. — Я ненавижу тебя больше всего на свете, — выплюнул он. Нил все еще был слеп и глух на одно ухо, но он услышал, как Рико шлепнул Жана по руке. В конце концов, мучения закончились. — Пусть медики подлечат его до приезда моего дяди. После этого сотрите все наши воспоминания. Мой дядя ничего не узнает. Он почувствовал, как Рико снова ударил его по уху, и он снова погрузился в бездну. Когда он открыл глаза, его встретила полная темнота. Его уши не могли уловить ни единого звука в оглушительной тишине. Только когда его сердце начало учащенно биться, биение крови принесло ему шум и облегчение. Он всхлипнул. Нил потрогал свое лицо и ощутил гладкие рога до самого мокрого носа. Он не был а Эдгаре Аллене. Он даже больше не был человеком. Кошмар, преследовавший его во сне, казался слишком реальным и содержал слишком много деталей, чтобы его разум мог вызвать это в воображении. Это было больше похоже на давно потерянное воспоминание, всплывшее после многих лет забвения. Ему нужно было время, чтобы обработать образы, прокручивающиеся в его голове, но жуткая темнота слишком напоминала о наказании Рико. В этой новой форме у него было ночное зрение, но оно было бесполезно. Внутри ранца не было естественного источника света для усиления. Ни солнца, ни луны, ни звезд. Но был и другой способ пролить свет. Нил понюхал деревянные материалы, которые он нашел на днях, и отделил немного, чтобы развести огонь. В груди у него скопился жар, прежде чем он выпустил его через рот. Прошло некоторое время с тех пор, как его принудили принять эту форму, но он все еще боролся со своими подавляющими инстинктами, движениями этого незнакомого тела и потерей человеческих конечностей. Единственное, к чему он быстро приспособился, так это к своей врожденной драконьей энергии. Его магические способности быстро развивались, поскольку Метки Зверя больше не держали их в плену. Не имело значения, сколько раз он экспериментировал со своей силой с тех пор, ощущение создания огня из своего тела было столь же новым, сколь и захватывающим. Огонь взывал к нему, оживая, согревая его тело и успокаивая разум после интенсивного кошмара. Теперь он почувствовал это. Связь между драконом и огнем, особенно огнем, созданным им самим. Огонь давал немного теплого света тому месту, где он находился, но это не шло ни в какое сравнение с непроглядной тьмой, поглотившей неопределимое пространство. Кто бы или что бы ни создало этот ранец, оно имело дело с магией, слишком продвинутой для своего времени. Он потерял себя в огне, проигрывая фрагменты, которые помнил из своего сна. Он не помнил ни одного из тех конкретных событий, которые происходили, но было больно думать, что его разум мог придумать что-то настолько ужасное. В конце концов, он списал это на другой побочный эффект своей трансформации. Ему придется найти способ справиться с гиперреалистичными кошмарами, поскольку это были не первые кошмары, которые он видел с тех пор, как вернулся в свою первоначальную форму. Его разум был в непоправимом беспорядке. Он мало что понимал о себе. Особенно когда инстинкты побуждали его действовать вопреки здравому смыслу. Нил заставил себя перестать думать и, наконец, начал свой день. У него была работа. Несмотря на темноту и жуткую тишину, Нил объявил содержимое сумки своим. Он принялся исследовать ее бесконечные сокровища, спрятанные на многие мили в каждом направлении. В первые дни, когда Нил отправлялся на разведку, он был уверен, что заблудится и ему придется ждать, пока Аарон не вытащит его, чтобы возобновить поиски. Однако он быстро обнаружил, что может выбрать область в качестве центрального места и всегда возвращаться туда с единственной мыслью. Он полагался на свой нюх, чтобы находить большинство предметов в темноте — свет от его костра медленно угасал по мере того, как он продвигался дальше. Ему нужно было собрать все, что он мог найти, и сложить все это в одно место, которое он мог легко охранять. Было важно, чтобы он выполнял это задание каждый раз, когда просыпался ото сна. Его тело редко предупреждало его перед тем, как он снова заснет, и чем больше ему удавалось сделать, тем лучше он отдыхал и тем менее интенсивными были его кошмары. Нил уже собрал несколько предметов покрупнее, радуясь, что их размер был ограничен шириной отверстия сумки. При его нынешнем размере все, что больше него, было бы трудно переместить. Нил работал над поиском предметов поменьше, которые он мог сложить поверх предметов побольше. Он создавал гору из всех спрятанных сокровищ, которые были потеряны в сумке. Было очевидно, что Аарон был далеко не первым владельцем волшебной сумки — здесь были предметы, которым, если бы Нил потрудился, могли быть сотни лет. На данный момент все, что он хотел сделать, это собрать их всех в своем центральном месте. Теперь они принадлежали ему. Его нужно защищать. Накопительство было естественным поведением у драконов, хотя его мать объяснила, что у древних инстинкт со временем начнет угасать. К тому моменту дракон собрал бы сокровищ на всю жизнь, но остался неудовлетворенным, так что мудрость переросла это. Но Нил был в теле детеныша, и все это было для него в новинку. Дофамин выделялся удовлетворяющими всплесками, когда он действовал, повинуясь своим инстинктам, и это затуманивало его разум. Были моменты, когда его рациональная сторона всплывала на поверхность, и он тонул в волне паники, которая захлестывала его, понимая, что вся эта чушь не имеет значения и что ему нужно придумать, как вернуться в свое человеческое тело, прежде чем его поймают в драконьей форме. Его паника продолжалась до тех пор, пока знакомая теснота ошейника на шее не брала верх в его сознании и он не вспомнил о своем поражении. Он уже был схвачен человеком, который носил его повсюду, заковал в цепи и заставил принять эту форму. Он проиграл битву еще до того, как она началась, и теперь он был пленником тела, которое жаждало свободы. Это новое тело и, как следствие, разум, пришедший вместе с ним, не слишком благосклонно относились к депрессивным эпизодам. Он тряс головой и физически избавлялся от негативных мыслей, чтобы снова окунуться в радость от сбора всего, что было разбросано по огромному пространству. Было легко потерять счет времени, когда солнце в сумке не всходило и не заходило, а Аарон редко его выпускал. Он впадал в глубокий сон, когда нужда одолевала его, но он не впадал в брумацию. В ранце было недостаточно холодно, и его телу нужно было почувствовать изменение температуры, чтобы естественным образом вступить в свой первый период созревания. Нил разрывался между желанием поспать то, что осталось от зимних месяцев, и желанием бодрствовать и быть начеку, чтобы люди больше ничего с ним не сделали. Он подумал об Эндрю и их сделке. Мог ли он доверять Эндрю, когда ему уже причинили боль в ту первую ночь, когда Эндрю заговорил о защите? Клыки Нила впились в плюшевую подушку, которую он тащил к своей куче. Он яростно мотал головой взад-вперед и наблюдал, как подушка взорвалась облаком гусиных перьев, когда ткань в конце концов разорвалась. Он был зол. Он хотел причинить им боль в ответ. Кевин, Аарон и та глупая птица, которая смотрела, как он погибает, и ничего не сделала! Нилу хотелось зарычать, чтобы дать выход своей ярости, но он знал, что у него получится только рявкнуть. Его мысли были прерваны, когда Нил начал чихать, мелкие перышки забились ему в ноздри. Он чувствовал себя нелепо. Получит ли он когда-нибудь шанс вырасти в грозного дракона, который одним своим существованием вызывает страх и уважение у других, или он умрет маленьким, жалким детенышем? Он позаботится о том, чтобы ни того, ни другого не произошло. Если ему суждено умереть, он сделает это как человек. Теперь ему просто нужно было выяснить, как он собирается выжить в этой форме до тех пор. Нил застонал, покачал головой и поджег перья, прежде чем продолжить поиски вещей. Он уловил запах разлагающегося органического волокна, вероятно, от старого свитка. Он придвинулся ближе к запаху, пока— Он вскрикнул, почувствовав уже знакомое притяжение, и быстро закрыл глаза. Его вытаскивали из сумки. Он ожидал, что холодный зимний ветерок обдует его, как это обычно бывало, когда Аарон заботился о том, чтобы вывести его на улицу. Когда он продолжал чувствовать тепло, он ожидал, что будет ослеплен внезапным воздействием солнца. Однако, когда он открыл глаза, он увидел крышу. Они были внутри чьего-то дома, защищенного от непогоды. Нил поднял глаза и увидел, что близнецы, Ники, Дэн, Кевин, Ваймак и незнакомец смотрят на него. — Извините за выражение, но срань господня, — услышал он слова незнакомца. Интуиция подсказала Нилу, что незнакомец не представляет угрозы, поэтому он проигнорировал его и воспользовался возможностью оказаться вне сумки, чтобы поискать еду. Он обнюхал Аарона, который посадил его к себе на колени, но, как и ожидалось, близнец не был готов. Нил разозлился на отсутствие еды и рассчитал прыжок на колени Эндрю. Эндрю поднял бровь, но достал из-за спины немного сушеного мяса. Нил собирался откусить, когда Аарон выдернул мясо из рук Эндрю. — Нил, подойди сюда. Нил не мог преодолеть ментальный барьер, который мешал ему причинить физический вред Аарону, но он мог отказаться его слушать. Вместо этого Нил принялся слизывать крошки и масляный блеск с пальцев Эндрю. Эндрю усмехнулся и щелкнул Нила по лбу, но вытащил еще один кусок вяленого мяса. Нил быстро схватил этот кусок и чуть не подавился, когда попытался проглотить его целиком. — Помедленнее, — упрекнул Эндрю. Он бросил легкий взгляд на Аарона: — Прекрати это. Раздражает видеть, как ты так себя ведешь. — Он не твой, — усмехнулся Аарон. — Кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать с моим драконом? Нил зарычал. Он не был ничьей собственностью. Его тело ныло от желания выплюнуть огонь в лицо Аарону и посмотреть, как он горит, но это было все, что могло зайти дальше. Он был ограничен убийственными мыслями, когда его тело застыло, ожидая движений, которым помешает то, что осталось от их прирученной связи. Аарон силой стащил Нила с колен Эндрю на свои. Нила трясло от гнева. Он услышал нервный смех Ники. — Нил, привет, приятель, слава богу, мы смогли поймать тебя, пока ты не спал. Я хочу тебя кое с кем познакомить. Ники схватил незнакомца за плечи и поставил его прямо в поле зрения Нила. — Это Эрик, он мой — он мой хороший друг. Он только что поклялся хранить тайну и официально присоединился к Лисам в качестве нового участника! Нил в замешательстве склонил голову набок от неожиданной новости. Он изучал незнакомца, надеясь, что это поможет ему понять, почему люди позволили кому-то другому не только присоединиться к ним, но и показать ему форму Нила. У мужчины было сильное, мускулистое телосложение, и его сила была ощутима. Его темно-синие глаза были очерчены едва заметными морщинками. У него был тот же оттенок волос, что и у близнецов, но в отличие от братьев, у Эрика была густая борода, которая доходила ниже подбородка, сильно старя его. Он был такого же роста, как Мэтт, и, по общему мнению, должен был напугать Нила, но ни один из его инстинктов не сработал. В незнакомке не было ничего тревожащего, кроме легкого шока, который вызвали неожиданные новости. Нил воспользовался предлогом любопытства, чтобы отойти подальше от Аарона и приблизиться к Эрику. Казалось, мужчина все еще был шокирован существованием Нила, поскольку стоял с широко раскрытыми глазами и слегка приоткрытым ртом. Нил подошел к его ногам и вдохнул запах мужчины. Его нос сморщился от легкого отвращения к неожиданному запаху. От тебя пахнет собакой. — Нил! Это грубо, — отругал Кевин. — Подождите, что он сказал? — Спросил Ники, переводя взгляд с Нила на Кевина и обратно. Эрик усмехнулся над ним. — Привет, Нил, — сказал Эрик с отчетливым акцентом, который ясно давал понять, что он иностранец. Его разум вернулся в теперь уже исчезающий кошмар. Иностранка с сильным акцентом. Ты тоже заперт в клетке, маленький щенок? Тело, разлетающееся на куски. Нил вернулся в свое тело, когда Эрик представился. — Меня зовут Эрик Клозе, и теперь ты — самый большой секрет, который мне когда-либо приходилось хранить. — Эрик бросил на Ники быстрый взгляд, и его улыбка на мгновение погасла. — Хотя я склонен верить всему, что говорит мне Николас. должен признать, в это было трудно поверить, пока я не увидел тебя собственными глазами. Эрик медленно опустился на колени и потянулся к Нилу, но остановился, прежде чем смог дотронуться до него. Он спрашивал разрешения. Нил подумал, что это очень мило с его стороны. Он был потрясен, заметив, что жаждет больше доброты. Он ткнулся мордой в руку в знак согласия. Эрик кивнул и медленно провел большим пальцем вниз по груди Нила, пока не остановился над сердцем. Его чешуя была все еще мягкой и недоразвитой, поэтому Нил немного отстранился от странного ощущения. Эрик кивнул и убрал руку. — Прошу прощения, там, откуда я родом, таков обычай. Читать по сердцу с первого прикосновения. Ты также можешь прочитать по моему сердцу. Нил склонил голову набок. Он раньше не слышал об этом обычае, но Нил провел большую часть своего детства, прогуливая уроки Тэцуджи, так что он многое пропустил. Нил посчитал невежливым, если не ответил на жест, и, как ни странно, он не хотел показаться грубым перед этим человеком. В Эрике было что-то необычное. Нил осторожно подошел к Эрику, который оставался на коленях. Даже в опущенном положении верхняя часть его тела все еще была слишком высокой, чтобы Нил мог дотянуться. К счастью, он понял намек и наклонился вперед. Нил встал на задние лапы, как неуклюжий ребенок, и нацелил морду в грудь Эрика, надеясь попасть куда-нибудь рядом с его сердцем. При первом соприкосновении его мокрого носа с бьющимся органом был послан сигнал, и Нил сразу понял, почему Эрик это сделал. Он отличался от других, но был таким же, как Нил, во всех отношениях, которые имели значение. Внезапное волнение от этого открытия заставило его потерять равновесие, и он упал навзничь на крылья. Когда он выпрямился, он описывал круги вокруг Эрика и издавал звуки, которые обычно казались ему неловкими. Эрик рассмеялся над выходками Нила, прежде чем нежно поднять его, чтобы он посмотрел ему в лицо. Он поднес палец к губам и тихо прошептал «Шшш». Был только один человек, который мог понять Нила, если бы тот случайно выдал секрет Эрика. Нил посмотрел на Кевина, а затем снова на Эрика. Он понимающе кивнул и оставил все дальнейшие звуки при себе. Однако после освобождения он вернулся к беготне вокруг Эрика, время от времени расправляя крылья, чтобы лучше использовать свое тело как выход для прилива энергии, который он ощущал. К ним присоединился Эрик — все изменилось к лучшему. Дэн заговорил первым, в то время как остальные лисы, за исключением Ники, растерянно молчали. — Что только что произошло? Когда я прочитала Твою силу, это — что бы это ни было — не появилось. Как тебе удалось так быстро понравиться ему? Посмотри на него! Я никогда не видел Нила таким счастливым. Ники рассмеялся. — Я говорил тебе, что Нилу понравился бы Эрик! Он талантлив. Вот почему он смог стать таким успешным защитником прав магических существ. Боже, я что за болтовня. — Ники улыбнулся и похлопал Эрика по спине. — Они доверяют ему — его искренность исходит от них подобно волнам. — Будь я проклят, — сказал Ваймак. Нил перестал бегать кругами и оглянулся на Дэн. Как Эрику удавалось скрывать свою инаковость от магии восприятия Дэн? Неужели она действительно не знала? Нил хотел спросить Эрика, но в своем нынешнем состоянии он не мог говорить ни на каком языке, кроме драконьего. Из-за его клыков говорить было неловко, и он не мог сформулировать слова, которые подсказывал его разум. Он знал, что в конечном итоге станет лучше в этом, но был разочарован, что не может сделать это прямо сейчас. По крайней мере, он все еще мог прекрасно понимать людей и даже глупого орла. Эрик мог даже говорить с ним на любом языке, который знал, и Нил понял бы. Это не помогло его нынешнему затруднительному положению. Кевин мог бы подслушать их разговор. "Подожди," подумал Нил, "Моя мысленная связь." Нил понял, что не пытался использовать эту силу с тех пор, как обратился. Теперь, когда Метки Зверя были удалены, у него должен быть доступ к своей ментальной связи без каких-либо барьеров. Это означало, что если он сосредоточится, то сможет— Внезапная смена обстановки заставила Нила споткнуться от головокружения, и ему потребовалось время, чтобы переориентироваться. Он услышал потрясенный вскрик Эрика, когда более высокий мужчина поднялся на ноги. Нил посмотрел на него и, увидев удивленное лицо Эрика, понял, что это его рук дело. — Нил, это ты? — Спросил Эрик с оттенком неуверенности. Нил посмотрел вниз. Он согнул каждый палец, любуясь гладкой кожей своих рук и наслаждаясь деталями. Он был одет в тонкий плащ, но быстро приподнял ткань, чтобы коснуться живота. Его кожа была чистой, без шрамов, ничего, что привлекало бы к нему внимание. Его ноги были босыми, и он опустился на землю, чтобы потереть их друг о друга. Он больше не был заключен в маленькое тело своей драконьей формы. С дрожью облегчения Нил осознал, что вернулся в свое человеческое тело. — Это отличная сила, Нил, — сказал Эрик после осмотра ограниченной территории. — Когда Ники и другие рассказывали мне о тебе, они не упомянули никаких сил, кроме очевидных. Нил неожиданно перенес Эрика в это место с помощью расширенных возможностей своей мысленной связи. Он оглядел размытые границы пространства, в котором они находились, густую дымку, окружающую их. Он помахал руками, но мелкие взвешенные частицы, из которых состояла дымка, остались на месте. Эрик изучал его. — Я так понимаю, это твой первый раз, когда ты полностью активируешь свою силу. Ники упоминал, что твоя магия была подавлена метками Зверя. — Он попытался отойти подальше от поляны, на которой они находились, но был остановлен дымкой, как будто за ней стояла сплошная стена. — Можешь рассказать мне, что ты знаешь об этой силе? Возможно, я смогу помочь нам вернуться. — Я не думаю, что мы куда-то уходили, — сказал Нил. Он спрятал улыбку за ладонями при звуке своего голоса. Приятно было быть услышанным и понятым. — Я соединил наши разумы через свою ментальную связь. Я еще не знаю всех ее возможностей и ограничений. Дэн не могла хорошенько разглядеть меня, пока на мне были Метки Зверя, и я не уверен, пыталась ли она это сделать с тех пор, как я вернулся в свою первоначальную форму, — объяснил Нил. — Интересно, — сказал Эрик, потирая бороду. — Итак, возможно, мы оставили наши физические тела, пока наш разум создавал эти временные формы. — Эрик осмотрел свое собственное тело. Было трудно заметить какие-либо различия, но когда Нил присмотрелся повнимательнее, он заметил больше волос на Эрике, если это вообще было возможно. — Возможно, мы подсознательно выбрали нашу форму, ту, с которой наш разум наиболее тесно отождествляет себя, — продолжил Эрик. — Я удивлен, что я не в — — Я так много хочу спросить, — оборвал его Нил. — Я не знаю, как долго я смогу поддерживать это перемещение. — Возможно, если бы Аарон позволил ему больше, чем перекусить на скорую руку, у него было бы больше сил. Эрик добродушно усмехнулся. — Хорошо, хорошо, спрашивай, и я сделаю все возможное, чтобы ответить. — Если Дэн прочитала о твоих способностях, она знает? — Нет. Единственный, кроме тебя, кто знает, это Ники. Я не позволил Дэн прочитать все полностью по понятным причинам, но помогает то, что я владею магией сокрытия. — Магия сокрытия? — Спросил Нил. — Я могу искажать чувственный опыт других, что, по сути, позволяет мне манипулировать их реальностью. У этого есть много применений, — Эрик сделал паузу, увидев дискомфорт на лице Нила. — Ты прав, что остерегаешься, но я поклялся использовать свою силу на благо магических существ и всех тех, кто нуждается в защите. Если честно, я рад, что эта сила выбрала меня. В чужих руках… Нил понял. Такая власть была катастрофической в чужих руках. — Подожди, ты можешь мне помочь — Нил ощупал свою шею, но ошейника не было. В этом пространстве, созданном его разумом, он наконец был свободен. Он потер обнаженную кожу на шее и погрузился в это ощущение. — Ты можешь помочь мне освободиться? Теперь, когда Нил изучил его лучше, он понял, что морщины на лице Эрика были вызваны тем, как он улыбался глазами. Нил стер эту улыбку своей просьбой. — Ваша ситуация… это то, с чем я, к сожалению, сталкивался раньше по своей работе. — — Сильные чувства Эрика распространились по пространству, и Нил сжал кулаки, пытаясь сдержать свое разочарование. — Укротителей трудно урезонить. Они не видят ничего плохого в своих действиях. Они не видят— — Они не воспринимают нас как равных, — закончил Нил. Эрик нахмурился. — Да. Они рассматривают нас как существ, которыми нужно управлять и использовать в своих интересах. Связь между укротителем и прирученной никогда не бывает по-настоящему согласованной или одинаково полезной для обеих сторон. Нил, твоя ситуация еще сложнее. Ты дракон. Ты один из двух. Последний представитель своего вида. Аарон не собирается тебя отпускать. — Он должен, — выпалил Нил. — Он сказал, что, как только мы доберемся до Уклерена, он освободит меня от уз. — Нил, так могло быть, пока Метки Зверя скрывали твою личность. Теперь, когда они знают, кто ты, Нил, я не думаю, что они когда-нибудь добровольно отпустят тебя. Не Лисы и уж точно не Аарон. Нил хранил молчание. Эрику не нужно было угадывать, что чувствовал Нил, их умы были связаны, и Нил выплескивал свои эмоции на Эрика, как плотину, которую вот-вот прорвет. Он почувствовал, как Эрик смахнул с лица набежавшую слезу. Нил шлепнул его по руке. — Извини, — сказал Эрик, — я был слишком прямолинеен и невнимателен к тому, как это прозвучит для тебя. Я не хочу обещать тебе то, в чем не уверен, что смогу выполнить, но и не хочу, чтобы ты терял надежду. — Он вытянул руки и подождал, позволит ли ему Нил взять его за руки. Нил отвернулся, но позволил Эрику подержаться за одну руку. — Было бы несправедливо, — сказал Эрик, — если бы я лишил тебя надежды, когда ты восстановил мою. Я сделаю все, что смогу, все, что в моих силах, чтобы сделать твою ситуацию более терпимой. И если настанет день, когда я смогу помочь тебе обрести свободу, то я рискну своей жизнью, чтобы сделать это. Я не думаю, что ты понимаешь, сколько надежды твое существование приносит всем по эту сторону борьбы. Нил узнал от Эндрю, что обещания ничего не значат, пока действия не соответствуют словам. Только время покажет, действительно ли Эрик сделает свое заключение с Лисами более терпимым, но он мог признать, что чувствовал себя лучше, зная, что Эрик скоро станет приветливым компаньоном. Это напомнило ему. — Кевин поймет нас, если мы попытаемся общаться на нашем родном языке. Есть ли другой человеческий язык, который ты знаетшь? Кевин может общаться и понимать речь животных, но его знания человеческих языков ограничены. Эрик ответил на немецком языке: — Я знаю, но Ники и Аарон тоже говорят на нем. Я научил их пару лет назад, когда они какое-то время жили со мной. — Эрик выглядел смущенным, когда признавал эту информацию. — Я смогу понять тебя, и говорить будет нормально, пока Ники и Аарона нет рядом. Хотя я не смогу ответить, поскольку все еще учусь говорить на других языках в своей драконьей форме. Кстати, что это за волшебное создание— Головокружение вернулось, и когда Нил открыл глаза, он снова был на коленях у Аарона. Он не осознавал, насколько ясной головой чувствовал себя, находясь в том подсознательном пространстве, пока инстинкты дракона внезапно не затопили его, когда он вернулся в свое физическое тело. Как и в ту первую ночь, его разум был перегружен резким переключением между человеком и драконом. Нил неохотно просунул голову между ног Аарона, чтобы надавить и побороть подступающую головную боль. — Эрик! Слава Небесам, ты в порядке. Что случилось? Вы с Нилом просто внезапно замерли, а потом вы оба упали в обморок, — объяснил Ники, баюкая голову Эрика. — Мои извинения, — сказал Эрик, протирая глаза, — У меня не было намерения беспокоить тебя, Николас. Кажется, Нил случайно включил свою мысленную связь. Это привлекло внимание остальных. — Я уже испытывал связь с его разумом раньше, — сказал Аарон, — но это никогда не приводило к внезапному обмороку. Дэн встала и подошла к Нилу. — То, что ты испытал раньше, было его силой, ограниченной Метками Зверя. Теперь, когда они исчезли, — она сделала паузу. — Нил, ты позволишь мне прочитать о твоих способностях в этой новой форме? Нил думал, что ему больше нечего скрывать теперь, когда его секрет раскрыт, и ему было бы только полезно узнать свои сильные и слабые стороны. Он высунул голову и кивнул. Дэн могла ощущать силу только зрением, но, как она упоминала ранее, она могла читать больше при физическом контакте. Она коснулась его лба, чуть ниже рогов, и начала. Нил занервничала, когда рука Дэн осталась на нем, и ее лицо сосредоточенно сморщилось. — Это безумие, — сказала она через мгновение. Она отступила назад и хлопнула в ладоши. — Теперь понятно, почему на драконов смотрели как на Богов. Теперь я понимаю. — Что ты прочитала? — Спросил Кевин. — Что еще он может сделать со своей мысленной связью? — Я думаю, что его мысленная связь — наименьшая из наших забот. Это маленькое тело наполнено силой и магией. Я чуть не поджарила себе мозг, пытаясь осознать все это. — Дэн потерла виски и начала перечислять, что она прочитала. — Это очевидно: его Дыхание Дракона, его манипуляции с Драконьими Элементами, повышенный эффект его Драконьей Крови, его Многоязычие, его Драконья специализация еще даже не развилась, и это только поверхность его Драконьих Способностей. Она сделала паузу и огляделась, пока ее глаза не встретились с глазами Ваймака. — Но прежде чем я даже попытаюсь все это объяснить, я обнаружила кое-что еще. Ваймак, могу я поговорить с тобой наедине? — Спросила Дэн серьезным тоном. Нилу не нравилось, когда его держали в неведении, особенно когда это касалось его собственных сил. Он уже был расстроен тем, что так быстро вернулся в свою драконью форму после того, как вкусил свободы, исходившей от его человеческого тела. Это только раззадоривало его еще больше. Он зарычал на Дэн. — Все в порядке, Нил. В этом нет ничего плохого, мне просто нужно обсудить это с Ваймаком, прежде чем я расскажу всем остальным в комнате. Это для твоей безопасности. — Я хочу знать, — сказал Аарон, вставая и прижимая Нила к груди. — Если это касается моего дракона — Нил зарычал громче. — Если это касается Нила, — поправил себя Аарон, — тогда мне нужно знать. — Ваймак вздохнул. Он посмотрел на Аарона и просто сказал «Нет», прежде чем выйти из дома в сопровождении Дэн. Нил оказал бы больше сопротивления, но он почувствовал внезапную волну усталости. Активация мысленной связи значительно истощила его. Он не смог сдержать вырвавшийся у него зевок. — Для тебя это было тяжело, не так ли? — Спросил Аарон. Он вытащил сумку и представил Нилу вход. — Теперь ты можешь отдохнуть. Я вытащу тебя, когда придет время ужинать. Я не уверен, находил ли ты угощения, которые я туда положил? Нил не нашел никаких угощений или еды в бесконечном пространстве, которое он исследовал каждый день. Он задавался вопросом, останется ли еда съедобной, пока он в конце концов не найдет ее, или она испортится прежде, чем он успеет ее съесть. Поскольку время в сумке, казалось, шло незаметно, Нил решил, что последнее более вероятно. Аарон снова потряс крышку сумки и попытался затолкать Нила обратно. Нил сопротивлялся. Он не хотел возвращаться. Он боялся пережить еще один кошмар только для того, чтобы проснуться в темноте. У него было еще много вопросов, которые он хотел задать Эрику. Он хотел присутствовать при приготовлении ужина. Он хотел слышать голоса, кроме того, что звучал у него в голове. Он хотел остаться здесь со всеми остальными. Несмотря на все, что с ним сделали, он чувствовал себя здесь в большей безопасности, чем в одиночестве своего искаженного разума. — Он хочет остаться здесь, — одновременно сказали Эндрю и Эрик. В конце концов Аарон смягчился и позволил Нилу спать вне ранца при условии, что Нил останется у него на коленях. Нил подумал, что Аарон подонок, раз хочет, чтобы он был так близко, но что еще было нового? Нил проснулся пару часов спустя от запаха жареного мяса. Несмотря на головокружение, он вскочил с подушки, на которой лежал, и споткнулся о собственные лапы в поисках мяса. — Ого, приятель. Тебя следовало оставить без присмотра? Где Аарон? Нил проигнорировал Мэтта и последовал за своим носом на открытую кухню в доме Эрика. Мэтт последовал за ним по пятам. Только благодаря экстрасенсорным рефлексам Мэтта он смог отреагировать достаточно быстро, чтобы помешать Нилу наброситься на идеально приготовленную говяжью вырезку, которая только что была выложена на прилавок для остывания. Эрик и Аарон вошли на кухню с корзинами свежих овощей и хлеба. Аарон вздохнул при виде сцены, которая его ожидала. Мэтт плотно обернул руку толстой кухонной тканью в ожидании укуса Нила. Нил, как и ожидалось, укусил Мэтта после того, как ему отказали в куске говядины целиком. Его тело повисло на руке Мэтта, отказываясь отпускать, пока его требования не будут выполнены. — Меня не было пять минут, Нил. Ты вернешься в сумку, как только поешь. От тебя слишком много хлопот снаружи, — сказал Аарон. — Вообще-то, я хотел поговорить с тобой об этом, Аарон. — Сказал Эрик, кладя овощи и начиная их резать. Теперь, когда сонливость рассеялась, Нил почувствовал запах кипящего супа. У него потекли слюнки, и он, наконец, отпустил руку. Мэтт поймал его и осторожно поставил на землю. Эрик продолжал говорить, пока Нил исследовал кухню с земли, время от времени поднимая глаза на готовящиеся блюда. Он почувствовал, как его хвост задвигался взад-вперед при мысли о том, что Эрик тоже отлично готовит, — еще одно преимущество от того, что мы взяли его с собой. Все пахло восхитительно. — Я думаю, будет лучше, если с этого момента Нил останется снаружи. Сэр Ваймак упоминал, что он не прошел надлежащую брумацию, верно? — Спросил Эрик. — Это просто Ваймак, формальности здесь не нужны. И нет, он этого не делал, но держать его на виду небезопасно, — сказал Аарон. — Ну, я бы позаботился о том, чтобы никто, кроме нас, не смог увидеть Нила. Как только его тело осознает, что наступила зима, он естественным образом войдет в состояние брумации, и нести его во сне не составит никакого труда. До весны осталось всего около полутора месяцев, так что это не будет полное омоложение, но этого будет достаточно, чтобы сохранить его энергию и дать телу отдохнуть после внезапного изменения. Эрик перешел к разделке вырезки, ожидая ответа Аарона. Нил встал на задние лапы и потрогал голень Эрика, надеясь получить кусочек раньше всех остальных. — Думаю, попробовать не помешало бы. — Аарон присел на корточки, чтобы встретиться взглядом с Нилом, пока Нил смаковал говядину, которую «случайно» уронил Эрик. — Тебе бы этого хотелось? Хочешь попробовать проспать всю зиму? К тому времени мы, вероятно, доберемся до Трои. Нил был удивлен, что Аарон поинтересовался его мнением. Прежде чем он успел обдумать предложение, он услышал, как Кевин говорит по-драконьи, входя в комнату. Во сне ты бесполезен для меня. Дни между сегодняшним днем и нашим прибытием в Трою — время пиковых тренировок. Ты будешь вести себя прилично и позволишь мне тренировать на тебе свои силы по два часа каждую ночь. Если вы решите не тренироваться с Аароном, это ваше решение, но обсуждению не подлежит. Вкус мяса испортился, когда он слушал Кевина. — Ты настоящий кусок дерьма, ты это знаешь? — Нил вернулся к дракону. — В детстве ты всегда был чопорным, но раньше ты таким мудаком не был. — Ты имеешь в виду до того, как твоя мама сожгла мою маму? — Пошел ты! Ты знаешь, что я не имею к этому никакого отношения. Кейли также была моей мамой — — Нет, она не была! Я ее единственный сын! Ты был для нее всего лишь экспериментом. Нил услышал достаточно. Он не мог причинить вред Аарону, но ничто не мешало ему сжечь этот глупый рот на лице Кевина. Он начал понимать, насколько раздражающей была сила Мэтта, когда он снова вовремя отреагировал, чтобы остановить следующий ход Нила. — Пожалуйста, без огня. — Сказал Мэтт, удерживая рот Нила закрытым. Нил чувствовал, что сила Мэтта все еще активна. Ему придется найти способ обойти Мэтта, если он собирается оставаться вне ранца. Будь он проклят, если позволит ему испортить первую часть свободы, которая была предоставлена Нилу. Он подождет, пока Мэтт уйдет, и тогда некому будет его остановить. Если ему придется ждать, то он будет терпеливо ждать, чтобы сделать свой следующий ход. Он бы разжигал огонь в своем горле, пока тот не достигал опасной для жизни температуры, а затем выплескивал все это на Кевина, пока тот спал. Мэтт вздохнул, когда понял, что Нил не собирается прекращать эту вражду. Он был решительно настроен обрушить свое дыхание дракона на Кевина хотя бы раз. Мэтт подал знак Аарону. Каким бы безмолвным сообщением они ни обменялись, этого было достаточно, чтобы Аарон застонал от явного сожаления. Глаза Нила были прикованы к Кевину, поэтому он не видел, когда Аарон подошел к нему сзади. Когда холодный металл накрыл его морду, кровь Нила застыла в жилах. Как они вообще могли подумать, что это нормально?! Они надели на него намордник. Нил едва мог даже издать угрожающий рык из-за того, как плотно дуло закрывало ему рот. — Вау, я думаю, это немного перебор, — высказался Эрик. — Обычно я бы согласился с тобой, — объяснил Мэтт, — но ты должен понять, что я вижу через свою силу. Это единственный способ защитить нас обоих. В противном случае он сожжет это место дотла, просто чтобы ранить Кевина своим огнем. Как только я почувствую, что он будет вести себя прилично, я попрошу Аарона снять намордник. Но мясо! Это все, на чем мог сосредоточиться его глупый драконий мозг. Нил пришел в ярость. Еще больше он разозлился, когда услышал зловещий смех Кевина. — Теперь ты не такой крутой, не так ли? В прошлый раз ты застал меня врасплох, но я больше не теряю бдительности рядом с тобой. Ты, как никто другой, знаешь, что я могу с тобой сделать. Что моя сила может сделать с такими существами, как ты. И все же ты по-прежнему предпочитаешь действовать опрометчиво. Не вини меня, когда я вынужден взять тебя под контроль, чтобы заставить вести себя прилично. В любом случае это будет отличной практикой для меня, так что вперед, испытай мое терпение. Нил собирался вскрыть вену с такой скоростью. Он скорее убьет его, чем позволит Кевину снова взять управление в свои руки. — Достаточно. Все головы повернулись, чтобы увидеть, как Эндрю входит в кухню. — Возможно, я не в состоянии понять весь этот шипящий и щелкающий шум, но я знаю, когда ты вызываешь у него неприязнь, Кевин. Прекрати, — сказал Эндрю. Кевин усмехнулся. — Ты что, не слышишь, что говорит Мэтт? Нил хочет меня сжечь, и каким-то образом именно я должен ‘покончить с этим’? Ему нужно научиться вести себя, если он собирается выходить с нами на улицу. Намордник будет полезен и необходим для дрессировки Нила. Это удержит его от опасного поведения с его языком, так почему ты жалуешься? Они могли выдержать укус Нила и отвести огонь, но были еще другие способы заставить Кевина кричать. Нил заставил свой разум очиститься, так же, как он делал бесчисленное количество раз в детстве, пытаясь остаться незамеченным способностями Тэцуджи к чтению мыслей. Это сработало достаточно надолго, чтобы ослабить защиту Мэтта, и Нил воспользовался этой возможностью, чтобы вырваться из его захвата. Он выпустил когти в ту же секунду, как приземлился, и помчался к Кевину, готовый атаковать. Слепой мудак этого не предвидел. Он почувствовал, что его поднимают над землей, прежде чем он был даже на полпути к своей цели. Нил собирался серьезно ранить Мэтта, но когда он увидел черные повязки на рукавах, он неохотно убрал когти. Эндрю отнес Нила в другую комнату и положил его на кровать. Нил посмотрел на него и потрогал морду. — Ты хочешь, чтобы я снял это? — Спросил Эндрю. Нил кивнул. — Я сделаю, но ты не можешь причинить вред Кевину, ты меня понимаешь? Точно так же, как я дал обещание защищать тебя, я сделал то же самое с ним задолго до твоего появления. Нил почувствовал, как шипы, бегущие по его позвоночнику, встают дыбом от гнева. Верхняя часть его тела опустилась, в то время как нижняя поднялась, и он расправил крылья, инстинктивно пытаясь казаться больше. Он повалил Эндрю на землю и оседлал его бедра. — Кто ты такой, чтобы говорить мне, что я не могу причинить боль Кевину? А как насчет того, как он причинил мне боль? Ты был там, чтобы остановить его? Ты был там, чтобы защитить меня? — Нил не пытался сдержать слез. С тех пор, как он снова превратился в дракона, его эмоции бушевали, делая все возможное, чтобы наверстать восемнадцать лет подавления. — С той ночи мне снятся кошмары. Я переживаю это каждый раз, когда закрываю глаза в этой темной дурацкой сумке. Холодные цепи были достаточно жестоки, но Аарон пошел дальше и нашел способ парализовать меня той ночью. Я не мог сопротивляться, я не мог двигаться, когда они …— У него перехватило дыхание, когда воспоминание проникло в его разум. — Кевин никогда раньше так плохо со мной не обращался. Я все еще его младший брат, так почему он так со мной обращается? Пальцы Эндрю не были мягкими, подушечка большого пальца была шершавой, когда он вытирал слезы, но Нил почувствовал нежность этого движения. Ощущение прикосновения кожи к коже заставило его насторожиться. Он огляделся вокруг и понял, что снова активировал мысленную связь. Он снова стал человеком в этом созданном им пространстве, но эмоции раненого дракона остались. Эндрю не спрашивал о смене обстановки или о том, как маленький дракончик, угрожающе прыгающий на него, так внезапно превратился в человека. Вместо этого его глаза изучали Нила, а рука потянулась, чтобы взъерошить его волосы. Нил молчал, жаждая объяснения, которое заставило бы его ненавидеть этого человека меньше. Он не мог отвести взгляд от карих глаз Эндрю и того, как они поглощали его целиком. То, как они заглядывали в его душу, пытаясь понять беспорядочные эмоции, которыми Нил делился через их связь. Когда Эндрю потянулся, чтобы погладить его по голове, дрожь пробежала по спине. Он ждал продолжения от Нила — он давал Нилу шанс выложить все. Итак, Нил сделает это. — Я звал тебя той ночью, — начал Нил, перенося свой вес на теплое тело Эндрю. — Я пыталась связаться с тобой по ментальной связи, чтобы ты мог помешать этим двум идиотам проклясть нас всех. Но ты не пришел. Почему ты не пришел? Нил почувствовал, как снова подступают слезы, но заставил свой голос звучать ровно. — Я никогда не чувствовал себя более никчемным, чем в ту ночь. Я снова и снова умоляла их остановиться, но у меня как будто не было голоса. Что я чувствую, что я думаю и что говорю… в тот момент, когда я стал в их глазах существом, а не человеком, для них это больше не имело значения. Я создан для того, чтобы меня видели, а не слышали. Я должна слушать и вести себя прилично. Я должна служить и быть под контролем. Я не могу выражать свои эмоции. Я не могу говорить в такой глупой форме. Только Кевин может понять меня, и это намного хуже. Я так сильно ненавижу его за то, что он сделал, и за то, как эти двое отмахнулись от этого, как будто это был всего лишь очередной день. И так оно и было! Для них. Они получили то, что хотели. С чем я остался после того, как они все это у меня отняли? Нил повернул голову и спрятался в изгибе шеи Эндрю, содрогнувшись от воспоминаний. — Они заставили меня принять эту дурацкую форму, они отняли у меня выбор, когда у них уже была моя свобода. И я должен просто смириться с этим и двигаться дальше? Ты не понимаешь, каково это, Эндрю. Когда я в своей драконьей форме, я не весь на месте. Я часами просто что-то делаю без всякой другой причины, кроме как потому, что это доставляет удовольствие. Я не могу контролировать свои действия, когда моя голова так полна инстинктов, с которыми мне никогда раньше не приходилось сталкиваться. Для меня так много нового, и все это так страшно, и никто не понимает. Я никогда раньше этого не делала и чувствую себя не в своей тарелке. Я не был готов к этому. И хуже всего то, что я даже не могу навредить тем, кто сделал это со мной. Нил почувствовал, как руки Эндрю сжались вокруг него. — Ты сказал, что защитишь меня. Ты сказал мне остаться, что чего бы это ни стоило, ты сделаешь это так. Все, о чем я просил тебя, это позволить мне оставаться человеком до конца. Почему ты позволил им причинить мне такую боль? — Нил не был уверен, произнес ли он эти последние слова вслух, не говоря уже о том, услышал ли его Эндрю, каким тихим он стал к концу. Он устал. Он даже не потрудился смутиться после того, как выплеснул свои эмоции на Эндрю, в нем ничего не осталось. Эндрю продолжал обнимать его, и Нил устроился поудобнее, положив голову Эндрю на грудь и используя его как подушку. То ли Эндрю обдумывал слова Нила, то ли ему действительно нечего было сказать, Нил знал, что в любом случае его не удовлетворил бы возможный ответ Эндрю. Он довольствовался тем, что находил утешение в ровном вздымании и опускании груди Эндрю и ритмичном биении его сердца.

)|()|()|(

Непреодолимая тоска, которую он испытывал как побочный продукт мысленной связи Нила, ослабла, когда Нил уснул, его тело растаяло рядом с Эндрю, а напряженные мышцы расслабились. Несмотря на кратковременное возвращение в человеческий облик, Нил все еще был тревожно легким. Из-за частых снов и растущего метаболизма Нила нужно было больше кормить перед его кратковременным оживлением. Кончики пальцев Эндрю пробежались по его спине и остановились на жестких каштановых волосах, которые вились вокруг лица Нила. Он провел пальцами по прядям, восхищаясь новым цветом, гораздо более интересным, чем обычные черные волосы, которые у него были раньше. Он принялся массировать голову Нила, когда услышал тихий стон, сорвавшийся с пухлых губ Нила. Он остановился. Он не был уверен, как долго Нил сможет поддерживать эту связь, пока спит. Поддержание его силы в бессознательном состоянии уже было подвигом, но в конце концов, он исчерпает свои энергетические запасы, и эти двое будут вынуждены вернуться в свои физические тела. Эндрю будет вынужден действовать в соответствии с тем, что он узнал сегодня. То, что он уже знал, но запихнул в самый дальний уголок своего разума. Он взглянул на то, что должно было быть небом, но дымка размыла все, что не было ими. Всего минуту назад над ними прокручивалось воспоминание о той ночи, когда Нилу удалили Метки Зверя, с точки зрения Нила. Эндрю прижимал Нила к себе, чтобы убедиться, что он не обернется и не увидит то, что он назвал одной из худших ночей в своей жизни. Ему еще предстояло услышать от Дэн о всех способностях Нила, но Эндрю мог догадаться, что его мысленная связь выходила за рамки простого обмена мыслями и эмоциями. Нил смог перенести их разумы в общее пространство, подальше от всех и вся. Здесь никто не прятался — даже воспоминания одного были доступны для просмотра другому. Для Эндрю это была опасная территория. Он заставил свой разум отключиться. Собственные слова, эмоции и воспоминания Нила вытащили на поверхность его собственное графическое детство. Эндрю не мог убежать от этого. Ему нужно было время, чтобы осознать все это — ситуацию, предательство в голосе Нила, неудачу с его стороны. — Ты был там, чтобы остановить его? Ты был там, чтобы защитить меня? Обвинения Нила были больше, чем пощечиной. Они были открытым признанием того, что он уже не смог выполнить свою часть сделки в ту же ночь, когда заключил ее. Сделки, которые он заключал с теми, кого решил защищать, были всем, что у него было, всем, что он мог дать, так почему же он никогда не мог выполнить свою часть соглашения? Он вспомнил ошеломленное лицо Аарона, когда тот прижимал его к стене, болезненные крики Кевина, когда Нил вцепился ему в шею, испуганное выражение лица Нила, когда он безуспешно звал Эндрю по мысленной связи. Он вспомнил детей, их безжизненные, разорванные тела, окружавшие его. Он вспомнил Касс. Он причинил боль всем, кого поклялся защищать. С нами ты в большей безопасности, чем где-либо еще, - сказал он Нилу. Это тоже была ложь? Как он мог защитить их всех троих, когда двое были склонны использовать третьего? Как он мог наказать тех, кого должен был защищать, даже если они сами того хотели? Если Эндрю не мог быть человеком слова, то что от него осталось? По крайней мере, он сделает все, что в его силах. Он сохранит Нилу жизнь, пока Натан не будет убит, и он заставит клан Драконидов или все, что от них осталось, провести ритуал над Нилом. Он защищал Кевина от Рико и оставался надежным камнем, привязанным к Кевину, не давая ему сбежать обратно к своему обидчику. Из трех сделок, которые он заключил с Аароном, будет труднее всего выполнить теперь, когда в дело был вовлечен Нил. Единственная причина, по которой они присоединились к Лисам, заключалась в том, чтобы Эндрю мог дать Аарону повод оставить эту гнилую женщину и ее семью позади. Он думал, что этого будет достаточно, чтобы развеять слухи о клане Драко-нигил и настойчивости Аарона в том, что он может вернуть им былую славу. Включение в игру Нила сыграло в пользу Аарона, несбыточная мечта, реализованная при самых благоприятных условиях. Если бы он забрал Нила у его брата, который наконец-то получил именно то, что хотел, что бы это изменило в их отношениях? Когда он привел Нила с собой в лагерь, разве это не было сделано исключительно для того, чтобы дать его брату на чем-то сосредоточиться. Что-то, что отвлекло бы его после того, как он потерял свое предназначение укротителя драконов? Что изменилось с того момента, когда Эндрю внезапно захотел убрать Нила из-под контроля Аарона? Почему он не остался беспристрастным, когда дело дошло до Нила? Почему он так заботился о таком пугливом существе, как Нил— Эндрю схватил себя за кожу на левом запястье и вывернул его. Ему пришлось перестать называть Нила существом, он знал, как сильно это его беспокоит. Был ли он лучше этих двоих, если разделял их взгляды на личность Нила? Нил не был человеком. Это факт. Он был волшебным существом, драконом, одним из последних в своем роде. Действительно ли Эндрю был неправ, называя его так? Но если Нил всегда идентифицировал себя как человек, разве Эндрю не должен уважать это? Насколько бы это изменилось, если бы он начал относиться к Нилу как к человеку, а не как к волшебному существу? Не то чтобы он относился к нему совсем иначе, чем к другим новичкам. Первоначальное недоверие Эндрю и жестокое обращение с Нилом были вызваны не его статусом существа. Эндрю поступил бы так же с любым человеком, который представлял угрозу для тех, кто находится под его защитой. Кевин и Нил жили как братья в Эдгаре Аллене, и, судя по тому, что упомянул Нил, их отношения были намного лучше, чем сейчас. Действительно ли все эти годы братской привязанности были отброшены в сторону из-за того, что Кевин узнал, что Нил — существо? Или смерть его матери от рук матери Нила сыграла большую роль в антагонистическом поведении Кевина по отношению к Нилу? По беззвучным слезам, которые вырвались у Нила, он понял, что эта перемена в Кевине глубоко ранила его. Эндрю вздохнул. Слезящиеся голубые глаза Нила, отражающие речную воду, выбили его из колеи. Он всегда так выглядел? Эндрю украдкой взглянул на фигуру, спящую у него на груди. Его глаза были закрыты, что само по себе было милосердием, но красновато-коричневые ресницы обрамляли нежную кожу век. Он изучил его более внимательно. Если бы не эйдетическая память Эндрю, он бы счел различия небольшим изменением во внешности Нила. Изменение цвета волос и глаз, чтобы соответствовать его естественной форме. Но при ближайшем рассмотрении Эндрю понял, что это нечто большее. Он не понимал магию, которую Кейли использовала при создании человеческой формы Нила, но это выходило за рамки этого. Это был Нил. Сочетание его драконьих черт подсознательно добавило к человеческой форме, созданной Нилом. Таким Нил видел себя в своем воображении. Его загорелая кожа была нежной, как у младенца, а костная структура лица была немного более выраженной, чем раньше. Он все еще был долговязым по сравнению с Эндрю, но в его теле чувствовалась мускулатура. Благодаря его драконьей природе, его тело теперь согревалось огнем, который тек по его венам. Дымка, созданная ментальной связью, создавала вокруг них некий сказочный эффект. Именно в таком нечетком состоянии сознания, окруженном облачно-белой дымкой, этот совершенный мужчина окутал его. Вид перед ним возник непосредственно в голове мечтателя, настолько бредового, что он думал, что заслужил это после всего, что он сделал. Нил был прекрасен в этой форме. Отвращение, которое Эндрю всегда приберегал для себя, вернулось. Он нежно погладил Нила по спине и переместил его так, чтобы тот лежал рядом с Эндрю, а не на нем. Такой ход мыслей никогда не был бы правильным. Как бы Нил ни хотел представить себя человеком, как бы ни хотел верить, что он был человеком, правда оставалась неизменной: это не так. Нил был драконом, волшебным существом на грани исчезновения, и с ним нужно было обращаться как с таковым. Эндрю не мог смотреть на него как на нечто большее. Эндрю должен был защищать его, пока Натан не будет побежден, а затем исполнить желание Нила подвергнуться постоянной трансформации. До тех пор Нил оставался драконом в его глазах. Эндрю отказал бы в этом Нилу и, в свою очередь, себе. Так было к лучшему. Это было правильно. Кулаки Эндрю сжались. Он проснулся от звука распахнувшейся двери и так же быстро встал, одной рукой вытаскивая меч, а другой придерживая спящего дракона. Эрик, Ваймак и Аарон попятились от входа, но расслабились, когда узнали о местонахождении Эндрю и Нила. — Ты был без сознания? — Спросил Аарон. — Нил использовал на тебе свою ментальную связь? — Сколько времени прошло с тех пор, как я уходил с кухни? — Спросил.Эндрю. — Около 30 минут, — ответил Эрик. — Ужин готов. Мы звали вас обоих, и это была единственная комната, которая была заперта. — Он изучал напряженное лицо Эндрю. — Ты в порядке? Эндрю посмотрел на Нила в наморднике и вложил свой меч в ножны. Они спросили не того. Несмотря на это, он кивнул и вышел. Аарон остановил его у двери и попытался схватить Нила. С недавними воспоминаниями о той ночи и чувствами полного пренебрежения и никчемности, все еще свежими в памяти Эндрю, он впечатал Аарона в стену. Он не знал, были ли его действия результатом его собственных сложных чувств к своему брату или это были остатки эмоций, которыми Нил поделился по связи. Аарон оглянулся на него, широко раскрыв глаза от недоверия. Они не обменялись ни словом, когда Эндрю снял намордник с морды Нила и выстрелил в нее всплеском псионической энергии. Он стряхнул пепел с Аарона и вышел наружу, где Эрик и остальные приготовили пир на открытом воздухе при лунном свете. Все еще бережно придерживая Нила одной рукой, он сначала приготовил тарелку Нила и выложил лучшие куски мяса. Он отложил это в сторону, пока Нил не проснется, но, по крайней мере, дракон не стал бы жаловаться на то, что ему достались объедки. Другие лисы молча наблюдали, как он обслужил себя следующим и начал есть только одной рукой, а другой устроил импровизированную постель для Нила. Эрик и Ваймак подошли к столу, отметив инцидент между братьями только вопросительными взглядами направленными на Эндрю. Он почувствовал пристальный взгляд Аарона, когда его близнец направился к своему месту, не потрудившись наполнить себе тарелку. Другие лисы заметили неловкость, исходящую от вновь прибывших, но быстро начали болтать за вкусной едой. — Это восхитительно! — Сказал Мэтт, доедая баранью ногу. — Сочетание трав и специй действительно подчеркивает вкус. Я уже начал привыкать к пресному мясу. Самое большее, что мы когда-либо делаем, — это солим ее. — Нет, серьезно, где ты научилась так готовить? — Спросила Дэн. Эрик от души рассмеялся. — Ты бы мне поверила, если бы я сказал, что раньше любил несоленое мясо? Ники кашлянул. — Больше похоже на сырое. Эндрю поймал тонкий и мягкий удар Эрика по ноге Ники под столом. — Готовить я начал, только когда встретил Николаса. Он рассказывал мне истории о рецептах своей матери и о том, как ему не хватало вкусов, и что ж, одно привело к другому, и я обнаружил, что у меня к этому талант. — У него отличное обоняние, — добавил Ники. — Он знает, какие травы свежие, какие специи отлично сочетаются друг с другом и когда мясо приготовлено идеально. — Что ж, все это очень вкусно, — сказала Эбби. — Сочетание хлеба и овощей тоже было приятным дополнением. Спасибо, что приготовили это блюдо. Надеюсь, это не доставило слишком много хлопот. Я знаю, что тебе все еще нужно собрать вещи и позаботиться о доме, пока ты в отъезде. — Это не проблема, — заверил ее Эрик. — И о доме позаботятся. Здешние жители живут как одна большая семья. Мы заботимся друг о друге, поэтому устроить это утром не составит труда. А пока давайте вместе насладимся этим ужином при луне. Ники с беспокойством уставился на луну, но расслабился, когда Эрик ободряюще улыбнулся ему. Эндрю перешел к тушеному мясу, когда почувствовал, что Нил шевелится. Он посмотрел вниз и увидел те же поразительные голубые глаза, которые чуть раньше были полны слез в пространстве, разделяемом только их умами. Эти глаза быстро переместились на тарелку с мясом, отставленную в сторону. Нил споткнулся, пока его затуманенный сном мозг пытался осмыслить вид стола, заваленного вкусной едой, стоящего перед ним. Эндрю не пустил его на стол, поэтому Нил довольствовался тем, что балансировал задними лапами на коленях Эндрю, когда тот встал, чтобы дотянуться до мяса на его тарелке. Он оперся лапами о край стола и принялся за свою стопку отборных мясных нарезок. Остальные замолчали, пока Нил снимал мясо с костей, а затем раздавливал кости своими мощными челюстями. Эндрю беспокоился, что острые кусочки кости застрянут в горле Нила, поэтому он начал удалять кости, как только они появились. Нил позволял ему, пока мясо продолжало поступать. Эндрю положил на тарелку немного тушеных овощей для придания питательности, но Нил просто столкнул их со стола мордой, когда наткнулся на них. — Не трать еду впустую, — упрекнул Эндрю, когда Нил продолжил есть, на этот раз проявив интерес к миске с тушеной бараниной, которую Эрик поставил перед ним. Нил уткнулся лицом в миску, когда чей-то кулак ударил по столу, отчего посуда закачалась. Нил подпрыгнул от шока, когда бульон попал ему в нос, и он отошел от стола, чтобы чихнуть на колени Эндрю. Аарон резко встал, гнев выплескивался из него. — Я знаю, что ты пытаешься сделать, — процедил Аарон сквозь стиснутые зубы, бросив злобный взгляд на Эндрю. — Теперь, когда ты узнал, что он дракон, ты хочешь забрать его себе. Я уже вижу, как ты строишь козни. — Он обвел рукой стол. — Ты был бы счастлив пожертвовать всеми здесь, чтобы победить Натана, пока тебе удается держать Нила под своим контролем. Все ради шанса вознестись на Небеса, все для того, чтобы ощутить вкус божественности. Пошел ты, если думаешь, что я просто буду сидеть сложа руки и позволю тебе забрать моего дракона. — Категорически нет. — Ваймак подошел к Аарону и толкнул его обратно в кресло. — Я обрываю это на корню. Момент, когда мы сражаемся друг с другом, — это момент, когда мы проигрываем битву все вместе. Забудьте о победе над Натаном или семьей Морияма, в конечном итоге мы окажем им услугу, если начнем вбивать эти злобные мысли в головы друг друга. — Тогда скажи Эндрю, чтобы вернул мне моего дракона, — прорычал Аарон. Нил пришел в себя достаточно, чтобы зарычать на него в ответ. — Давай не будем забывать, что ты сделал с ним, из-за чего ваша связь стала настолько разрушенной, — сказал Эндрю. — Пожни то, что посеял, или сожги все поле дотла. — Это здорово слышать от тебя, Эндрю. Давай не будем забывать, как ты перерезал ему горло всего через пять минут после вашей первой встречи, ты, ненормальный псих. Ты хочешь поговорить со мной о том, что я сделал? Ты ни хрена не лучше меня, — крикнул Аарон.— Нил, иди сюда. Живо! — Я увидел достаточно. Эндрю был ошеломлен, когда не почувствовал присутствия Эрика позади себя, пока Нила не подняли с его колен. Как только Нила подняли, Эрик опустил его на землю. Эрик начал уходить, на мгновение остановившись, чтобы сообщить остальным, что внутри есть еще две свободные спальни, прежде чем продолжить свой путь в дом. Нилу оставалось либо следовать за Эриком внутрь, либо оставаться с лисами и их сумбурным разговором. Нил быстро пробрался внутрь. Эндрю вздохнул. Ники встал, намереваясь последовать за Эриком, но Кевин остановил его. — Я понимаю, что в прошлом Эрик работал с магическими существами, но тебе нужно поговорить с ним, — поучал Кевин. — Нил — необычное существо, и к нему не следует относиться как к таковому. Нам нужны строгие границы там, где он задействован, для нашей и его собственной безопасности. Скажи Эрику, чтобы он сделал то, о чем мы его попросили, и не более. Я не хочу, чтобы у Нила появились какие-либо идеи. — Может быть, проблема не в Эрике, Кевин. — Ники неловко опустил глаза. — Он расстроен тем, как мы относимся к Нилу. Все мы. Я рассказала ему о нашем времени с Нилом с тех пор, как Эндрю впервые вернул его из пещеры. Обо всем, что мы сделали до сих пор. — Маленький засранец в порядке, — сказал Сет. — Его кормят и у него есть кров. Что еще ему нужно? — Сет прав, — сказал Кевин. — Все потребности Нила удовлетворены. Теперь пришло время отстаивать его точку зрения. Пока вы все вбиваете себе в голову, что Нил — беззащитное существо, нуждающееся в постоянной заботе и защите, вы упускаете общую картину. Драконы могут использовать неизмеримое количество магии и необузданной силы, не сравнимой ни с чем другим на этой планете. Мы можем либо быть дураками и не использовать в своих интересах его потенциал, либо мы можем активно тренироваться и использовать его для подготовки к нашей битве с Мориямами. Тирада Кевина вернула его к разочарованным крикам и вопросам Нила — вопросам, которые Эндрю не был уверен, задавал ли Нил ему или самому себе. Я все еще его младший брат, так почему же он так со мной обращается? — Нации, одержавшие победу в прошлом столетии, были достаточно умны, чтобы использовать силу драконов. Пришло время нам сделать то же самое. Перестаньте думать о нем как о чем-то большем, чем о способе положить конец этой войне. Он будет волен делать все, что захочет, после того, как мы обеспечим нашу победу, — заключил Кевин. К удивлению Эндрю, именно он вырвал слова изо рта Никки. — Ты сказал, что он был твоим младшим братом в детстве, — сказал Ники. — Как ты можешь думать о нем не более чем как об инструменте для нас? — Потому что я видел, на что способны Мориямы, Ники. Я видел, на что способен Натан — деревни, королевства, нации, которые были здесь в один день, а на следующий были сожжены дотла. Его разрушительная магия находится на уровне, который вы не сможете понять, пока не увидите, скольких себе подобных он уничтожил. У драконов был бы шанс выжить, если бы не роль Натана в этой войне. Вот с чем мы имеем дело. Натаниэль поймет наши действия после того, как Натан будет побежден. Лисы хранили молчание, и ногти Эндрю впились в его кожу, сдерживаясь, чтобы не разнести стол на куски. — Наши личные чувства по этому поводу ничего не стоят, когда тела твоих товарищей, друзей и семьи окружают тебя на поле боя. — Кевин протянул руку, чтобы схватить Ники. — Оставь все это позади, если хочешь получить шанс победить Морияму. Потом будет время подлечиться. — Если мы выживем, — сказал Ники и убрал руки Кевина, прежде чем уйти. — Хотя я понимаю, к чему ты клонишь, Кевин, мы не можем просто заставить Нила делать то, что мы говорим, — сказал Ваймак. — Почему бы и нет? — Кевин бросил вызов. — Потому что он убьет тебя, — сказал Эндрю. — Что? — Если ты говоришь, что он источник силы, то почему ты думаешь, что он не обратит эту силу против нас после того, что вы двое сделали. После всего, что мы с ним сделали. Было бы глупо винить его, если бы он это сделал. Аарон встал. — Вот почему для меня так важно вернуть его доверие и укрепить нашу связь. Я смогу убедиться, что этого не произойдет. Кевин будет нашей последней линией обороны, если Нил когда-нибудь обернется против нас. Я могу контролировать его силу с помощью связи, а Кевин может контролировать свой разум и взять верх. Но это требует практики. — Вы двое силой затащили его в ту баню и лишили его выбора. Он тебе этого не простит, вдолби это в голову, — сказал Эндрю. — Возможно, будучи человеком, способным рассуждать, он не стал бы этого делать. Но теперь это не так. Сейчас он детеныш дракона, его разум работает по-другому, объяснил Аарон. — Есть способы приучить дракона к полному повиновению. Есть заклинания и проверенные процессы, которые мы можем использовать на нем. При необходимости удалить память, чтобы начать с чистого листа— Мэтт вовремя среагировал, чтобы оттолкнуть Аарона с пути от выстрела, который Эндрю направил в его сторону. — Ты что, с ума сошёл? — Аарон закричал, отряхиваясь после приземления под Мэттом. — Ты целился прямо в меня! — Никогда больше не предлагай манипулировать памятью. Не вываливай больше свое дерьмо на Нила, ты понял? — Эндрю поймал неодобрительный взгляд Ваймака и решил, что на сегодня с него хватит. Если бы никто больше не спешил принять предложение Эрика приютить их внутри на ночь, он бы с радостью занял одну из свободных спален, а остальных оставил разбивать палатки снаружи. — Ты меня больше не пугаешь, Эндрю. — Он услышал, как Аарон сказал, уходя. — Ты не властен надо мной и над тем, что я решу делать с тем, что принадлежит мне по праву. Я — причина, по которой Нил с нами. Я — причина, по которой у нас есть шанс против Мориямы. Как ты смеешь читать мне лекции о том, как я решаю тренировать своего дракона. Эндрю продолжил свой путь, намереваясь игнорировать Аарона, когда Ники вылетел через заднюю дверь и врезался в него. Удар заставил его споткнуться, но он быстро оправился, когда понял, что Ники болтал остальным. — Я обещаю тебе, клянусь своей жизнью, я обещаю тебе, что он вернется. Ему просто нужно немного времени я говорил тебе, - что его беспокоило то, как ты говорил о Ниле, как ты с ним обращался, он не мог сидеть спокойно и ничего не делать. Но он вернется! Не нужно паниковать, не злись— — Ники, притормози, — сказал Ваймак, подходя к Ники. — Начни с самого начала. Что произошло? Аарон пролетел мимо них в дом Эрика. — Хорошо, хорошо, я так и сделаю. Но ты должен пообещать мне, что ничего не сделаешь Эрику. Ты должен понять его точку зрения! — Ники умолял. Другие Лисы встали и собрались вокруг Ники, когда Эндрю почувствовал, что что-то очень не так. — Ники, что сделал Эрик? — Спросил Дэн, в его голосе слышалась едва сдерживаемая паника. Прежде чем Ники успел объяснить, Аарон распахнул заднюю дверь. — Нил ушел. Его забрал Эрик.