Следи внимательно

      Антон лениво брёл по коридорам университета, держа в руках папку с чертежами. После двух бессонных ночей глаза слипались, а в голове гудело. Он даже не пытался скрыть своё равнодушие к происходящему – всё равно никому нет дела до его настроения. Чертежи, которые он с таким трудом дорисовывал последние дни, казались ему теперь просто набором линий на бумаге. Никакого творческого вдохновения, никакой гордости за работу – только усталость и желание поскорее всё это закончить.       В аудитории, где шла сдача проектов, царила привычная суета: кто-то нервно перелистывал листы, кто-то записывал последние исправления, а кто-то, как и Антон, просто ждал своей очереди с безразличным выражением лица. Профессор, взглянув на его работы, удивлённо поднял брови: – Антон, вы уверены, что это всё? Кажется, здесь не хватает нескольких обязательных элементов…       Антон пожал плечами. – Ну, вот что нарисовал. Времени не было возиться.       Преподаватель вздохнул, но, видя его измученный вид, решил не устраивать допрос с пристрастием. Он понимал, что студенты на четвертом курсе уже работают, а некоторые вообще уже имеют свою семью. – Ладно, давайте хотя бы то, что есть. Но имейте в виду – это не уровень. – Мужчина взял его зачетку, выводя кривыми буквами «зачет» напротив обоих его предметов.       Антон равнодушно кивнул, забрал папку и направился к выходу. В голове билась только одна мысль: «Главное – закрыть сессию, а дальше похуй». На улице он с наслаждением вдохнул свежий воздух. Свобода от учебы казалась ему сейчас самым большим счастьем. Главное, что эти два безумных дня возни с рисунками позади, и можно наконец-то выспаться, хотя это вообще не гарант его сна.       Вечер опускался на двор медленно и незаметно, окрашивая всё вокруг в тёплые закатные тона. Антон возвращался домой, наслаждаясь покоем и музыкой в наушниках.

Three points where two lines meet

Toe to toe, back to back, let's go, my love it's very late

'Til morning comes, let's tessellate

      Но его умиротворение нарушил вид соседки Иры, сидящей на лавочке у подъезда. Она плакала, закрыв лицо руками. Её плечи вздрагивали от беззвучных рыданий, а очки лежали неподалеку от нее самой. Антон замер на мгновение, рассматривая девушку. В его душе боролись противоречивые чувства: с одной стороны, нежелание вмешиваться в чужие проблемы, с другой – смутное чувство ответственности и память о прошлых встречах с Ирой, когда он уже помогал ей. Её беспомощность тогда, её искренняя благодарность – всё это неожиданно всплыло в памяти. И он сделал первый шаг в сторону лавки, сам того не замечая.       Шастун медленно подошёл и сел рядом. Ира подняла заплаканные глаза. В карих, едва темных радужках читалась какая-то ужасная боль, невольно сжимающая сердце Антона. Он поёжился, снимая один наушник и оглядываясь по сторонам. — Чего ревёшь? – Спросил Шастун, понимая, что прозвучало через чур грубо.       Ира сделала несколько вдохов ртом, будто рыба, выброшенная на сухой песок, и невнятно пробормотала: — Бабушка... умерла...       Антон выдохнул. Он не сталкивался со смертью близких, потому что отдалялся от них все дальше и не считал, что привязан к кому-то из них. Единственным из-за кого Шастун точно бы ревел, словно девчонка были мама и Оксана – его сводная сестра. Каждое слово из уст Иры выходило с таким трудом, что Антону казалось, словно его сейчас вырвет. Выяснилось, что бабушка была единственным родным человеком, который заменял Кузнецовой мать. Её голос дрожал, а слова застревали в горле. Шастун слушал, чувствуя, как внутри растёт тревога. Оказалось, что на Иру навалилось всё сразу: помимо потери близкого человека, задержали зарплату за практику, и теперь она не могла заплатить за квартиру.       В голове Антона вихрем проносились мысли. Он не любил людей, всегда мечтал о жизни в одиночестве, но сейчас, глядя на эту хрупкую девушку, не смог остаться равнодушным. Неожиданно для себя он выдал: — Давай жить со мной?       Ира подняла голову на него, всхлипывая в очередной раз и вытирая тыльной стороной ладони нос. — Чего? – Она потупила взгляд, непонимающе глядя на парня. — Ну, вместе будем снимать квартиру. – Пояснил он. — У меня двухкомнатная, как раз, мешать не будешь. Платить напополам.       Кузнецова накинулась на Антона с объятиями, крепко сжимая его худые плечи. Да так сильно, что Шастун не ожидал и подпрыгнул на своем месте. Он неловко похлопал её по спине, чувствуя себя не в своей тарелке. «Зачем я это сделал?» – думал высокий, но отступать уже было поздно. — У меня, правда, сейчас нет денег, – стушевалась она, опуская глаза вниз. — Но я всё отдам! – Тут же сказала Ира. — Хорошо-хорошо, верю. – Закивал Антон. — Пошли.       Больше не желая привлекать внимание соседей и проходящих мимо людей, Шастун потянул девушку за руку в подъезд. Ира покидала вещи в чемодан, сумки и коробки, вынося их в коридор. Антон помог перенести все в квартиру, занося сразу во вторую пустующую комнату.       В его квартире, обычно такой серой, неуютной и пугающей, теперь царил сущий беспорядок. Вещи Иры постепенно заполняли пространство, а её присутствие наполняло дом непривычными звуками и запахами. Антон ловил себя на том, что не так уж это и плохо – делить своё одиночество с кем-то, кто так нуждается в помощи. Атмосфера в квартире изменилась, но к лучшему или худшему Шастун пока не понимал. Вместо привычного спокойствия появились новые оттенки: запах её духов, беспорядок на кухне после приготовления ужина, негромкая музыка, доносящаяся из её комнаты. И что-то неуловимо тёплое, что Антон не мог объяснить словами, но что делало его дом теперь по-особенному уютным, спасающим от одиночества прокуренного жилья.       Утром Шастуна разбудил звук открывающейся входной двери. В голове пронеслась мысль, что это Ира, ведь теперь он живет не один, но тяжелые шаги явно были не похожи на женские. «Твою мать, кого там принесло?» – подумал он, нехотя поднимаясь с кровати и выдвигая ящик из тумбочки, взяв в руки пистолет. Илья обычно звонил в звонок, поэтому версий того, кто бы это мог быть, у Антона не было. Он медленно и тихо открыл дверь в коридор, и увидев перед собой большой высокий силуэт, резко направил пистолет в его сторону. — Полегче. – Отозвался знакомый голос.       Это был Макаров. «Ну, и зачем так пугать?», – Шастун выдохнул утреннее напряжение, сковавшее его тело, и опустил пистолет вниз. – Ты обычно звонишь в звонок. – Пояснил парень, показывая в сторону двери. — Чего тебе? – Больше из уважения, нежели из интереса, спросил Антон, уходя на кухню. – Да так, зашёл проверить, как ты тут, – ответил Илья, следуя за ним.       Антон закатил глаза. Сколько можно было за ним следить? Он не маленький, умеет справляться с проблемами сам. Вон, даже иногда применяет пистолет, который ему сам Илья и дал. Правда, пока в запугивающих целях, например, когда шел покупать шмаль, или хотел прогуляться ночью. Макаров, не обращая внимания на обычное негостеприимное настроение парня, начал осматриваться. Его взгляд зацепился за аромопалочки стоящие в милой вазе на подоконнике. – Это что за хрень? – Спросил он, поднимая их и оглядывая странным взглядом. – Аромодиффузор, – отмахнулся Антон, выпивая стакан воды. – Это для атмосферы и выветривания сигарет. Бросаю. – Саркастично ответил парень в излюбленной манере. – А запах женских духов в коридоре – тоже для выветривания запаха сигарет? – Усмехнулся Илья, продолжая разглядывать кухню в поисках незнакомых предметов. – Ага, – пробубнил Шастун, выкладывая пистолет из кармана халата на столешницу. — Чай, кофе, уходишь уже? – Как всегда гостеприимно, спасибо, Антош. – Закатил глаза Макаров. — Просто интересно, кто у тебя тут появился. – А вот это точно не твоё дело, – процедил Антон. – И вообще, ты так и не ответил – какого хрена ты без приглашения врываешься? — Серьезно? Я раз шесть на этот звонок нажал, ты не вышел. – Пояснил Илья. — Я уж подумал, вдруг ты тут откинулся в своей берлоге холостяцкой, а оно вот как. – Хмыкнул телохранитель, задевая кончиками пальцев аромопалочки. — Прекращай, – предупредил его Шастун, давая понять, что этот диалог ему не нравится.       Макаров поднял руки вверх и ухмыльнулся. Дверь второй комнаты открылась, и в коридор вышла девушка с пучком на голове. — Еще и в другой комнате? – Удивился Илья. — А ты не промах. – Хихикнул он.       Антон недовольно шикнул, оборачиваясь на Иру. Она неловко поздоровалась и скрылась в ванной. — Это моя подруга, живёт тут, пока на свою хату не съедет. – Быстро пояснил Шастун, чтобы больше не слышать эти глупые шутки. — Саше не рассказывай только.       Илья положительно кивнул голой, улыбаясь. — Хо-ро-шо, – протянул он. — От подруги до жены не далеко, смотри в оба, Антоша, – присвистнул он, и пригнулся, едва не получая подзатыльник от парня. — Всё-всё, я понял! – Хихикнул Макаров. — Ну, если у тебя все хорошо, то я пошёл.       Антон кивнул, и Илья вышел из квартиры, захлопывая за собой дверь. «Ну, сколько можно уже?», – подумал Шастун, нервно потрясывая ногой. Он не любил, когда в его личное пространство лезли посторонние, особенно со стороны Суркова. Осознание того, что тебя готовили, словно улитку перед едой, угнетало и вызывало внутри эмоции гнева. Дверь из ванной открылась и на секунду оттуда показалась светлая макушка. — Я могу выйти? – Сонным голосом спросила Ира. — Да, да, – выйдя из своих мыслей, сказал Шастун. – Прости, что не предупредил о гостях.       Она вышла в коридор, шагая босыми ногами по плитке. На ней была надета помятая пижама, а волосы, до этого болтавшиеся в пучке, теперь ровно лежали за ушами. Кузнецова зевнула, подходя к чайнику и включила плиту. — Это твой друг? – Спросила она, пытаясь понять, нужно ли ей вообще это знать, и расскажет ли об этом Антон. — Телохранитель моего отца. – Пояснил он. — Следит за мной.       Она удивлённо обернулась на него, выпучивая глаза. — Телохранитель? – Переспросила Ира. — Ты типо какой-то крутой парень? Зачем за тобой следить?       Шастун отрицательно замотал головой. Он встал со стула и подошел к окну, смотря вниз. Машины Ильи уже не было. Кузнецова оглянулась. Завидев на столе пистолет, она испуганно сделала шаг назад, упираясь ягодицами в столешницу. — Скорее, мой отец крутой парень, – чуть улыбаясь, ответил Антон. — Я лишь аксессуар на его сумке. — Пи... пистолет... Твой? – Пробубнила она, всё ещё прожигая взглядом оружие.       Шастун обернулся на растерянную девушку, замечая ствол на столе и мысленно ударяя себя по лбу. — Да, мой. – Признался Антон. — Не хотел тебя пугать. Мне его Илья оставил для защиты. — Защиты от кого? – Ира нервно проглотила комок в горле, продолжая смотреть то на оружие, то на Шастуна. — От тех, кто меня когда-то хотел убить.       Уловить грустный тон в его словах не составило труда. Ира опустила голову вниз, закусывая губу и жалея о том, что вообще начала этот диалог. Как она могла подумать о том, что Антон может быть убийцей или человеком, который сможет ей навредить? Да, она знала его всего недели две, но что-то внутри подсказывало Кузнецовой, что Шастуну можно доверять. — Прости... – Не громко сказала она, но тут же была перебита парнем. — Пустяки. Завтракать будешь? – Меняя тему, спросил он, и Кузнецова положительно кивнула.

°°°

      Офис частного детективного агентства располагался на втором этаже старого бизнес-центра. Два кабинета, объединённые общей приёмной, создавали характерный контраст. В кабинете Димы Позова царил идеальный порядок: на столе – ни пылинки, документы разложены по цветам папок, на полках – книги в алфавитном порядке. Даже ручки на столе выстроены по высоте. Дима методично просматривал отчёты, время от времени поправляя очки и что-то отмечая в ежедневнике.       Совсем другая картина была в кабинете Матвиенко. Повсюду валялись бумаги, пустые кофейные стаканчики, а вид надкусанного старого бутерброда на тарелке, едва ли не доводил Позова до нервного срыва. На столе громоздилась гора папок, из-под которой виднелся монитор компьютера. Серёжа, не обращая внимания на беспорядок, что-то увлечённо набирал на клавиатуре, периодически чертыхаясь и роясь в бумагах. – Опять потерял важный документ? – Не отрываясь от своего занятия, спросил Дима. – Да нет, – отмахнулся тот, – Просто решил, что ему нужно подышать свежим воздухом.       В приёмной зазвонил телефон. Серёжа, как ближе находящийся, схватил трубку: – Детективное агентство. Арсений Сергеевич у нас сейчас не работает… Что значит «когда вернётся»? – Вздохнул Матвиенко, закатывая глаза. — Нет, не знаю, когда выйдет. Если у вас есть дело, то вы можете обратить к нам.       Положив трубку, Серёжа посмотрел на Позова. – Опять звонили насчёт того дела. Клиенты требуют Арса.       Дима что-то неотрывно писал в своем ежедневнике, а после отложил ручку и поднял глаза на товарища. – Надо что-то делать. Такими темпами он скоро весь бизнес развалит. – Знаю, – Серёжа почесал затылок. – Может, его в офис вытащить? – Ага, – хмыкнул Дима, – и что мы ему скажем? «Арсений, выходи из запоя, у нас клиенты ждут»? – Саркастично съязвил он. – Ну… – Матвиенко задумался, – а что тогда?       В кабинете вдруг раздался настойчивый звонок в дверь. Позов даже не успел встать с кресла, как дверь аккуратно приоткрылась. На пороге стоял взволнованный мужчина средних лет в классическом костюме, с дипломатом в руке. – Вы детективы? – Нервно спросил он, переминаясь с ноги на ногу и переводя взгляд с Димы на Серёжу. – Да, типо того, – ответил Матвиенко, и мужчина удивленно и с долей сомнения оглядел его рабочее место, – что у вас случилось? – Спросил он. – У меня друг пропал, – мужчина тяжело опустился на стул. – Знаменитость местная, все его знают. – Этот из новостей что ли? – Спросил Серёжа то ли у клиента, то ли у Димы. — Как давно? – Деловито уточнил Сергей.       Позов приготовился писать, внимательно рассматривая мужчину. На безымянном пальце красовалось золотое кольцо, которое он нервно теребил, поворачивая его вокруг фаланги. Чуть мятая рубашка и выбивающийся галстук из пиджака, явно значили то, что он торопился выйти из дома. – Уже неделю. Жена говорит, что он уехал по делам, но я-то знаю – он бы мне сообщил. Это все она! – Уверенно заявил он. – И почему вы решили, что это его жена? – Спросил Дима, неспешно записывая. – Она на наследство претендует, – мужчина понизил голос, всматриваясь в детектива. – У него состояние немаленькое, а она… она всегда была жадной. – Хорошо, давайте по порядку, – Сергей достал протокол. – Как зовут вашего друга?       Следующие полчаса они выслушивали сбивчивый рассказ о пропавшем артисте, его жене и подозрительном поведении последней. Когда посетитель ушёл, мужчины переглянулись. – Дело пахнет керосином, – протянул Матвиенко, отпивая остывший кофе и нахмурил лицо. – Если это действительно убийство, то шумиха будет страшная. – Согласен, – кивнул Дима. – Начнём с осмотра места жительства. Потом возьмём показания у жены. – И не забудь проверить алиби этой дамы, – добавил он. – Если друг не врёт, она могла организовать всё очень гладко. – Сделаем, – Сергей уже вбивал адрес в навигаторе. – Поеду на осмотр квартиры. – И ещё, – Дима задумался, – надо проверить банковские счета. Если она планировала убийство, могла вывести деньги. – Принято, – Сергей сделал пометку у себя в голове, а Позов выдохнул, махая рукой и понимая, что тот не запомнит и ему все надо сделать самому.       Они вышли из кабинета, готовые к тому, что дело окажется куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Ведь когда в деле замешаны большие деньги и знаменитости, всегда найдётся множество желающих скрыть правду. – Главное – не торопиться с выводами, – наставлял Дима. – Друг может быть просто параноиком. – Но и игнорировать его слова нельзя, – ответил Сергей, залезая в свою тонированную машину. – Если жена действительно замешана, каждая минута на счету.

°°°

      На кухне царила рабочая атмосфера. Антон сосредоточенно выводил что-то стилусом на графическом планшете, бурча себе под нос песню из наушников.

I'ma be on tunes 'til God re-furls

You sat me down, I'm still tryna get higher

      Рядом, на противоположном краю стола, расположилась Ира, с энтузиазмом разбирающая своё первое дело, которое ей отдали из детективного агентства, в котором она проходила практику. Тонкие пальцы аккуратно перелистывали страницы, то и дело совершая пометки в блокноте. Изредка поглядывая на Шастуна, она наконец заметила маленькую родинку на кончике его носа и глупую привычку закусывать губу, когда Антон был на чем-то сосредоточен. Зелёные глаза чуть темнее привычного цвета были с интересом направлены в экран устройства. Кузнецова еще раз посмотрела на бумаги. Кажется, узнать причастие жены к пропаже знаменитости будет не так легко, как она думала. Голова девушки опустилась на руки, и она прикрыла от усталости глаза. – Что за дело? – Не отрываясь от своего занятия, спросил Антон, вытаскивая наушник из уха. – Пропажа человека, – ответила Ира. – Клиент утверждает, что его друг пропал неделю назад и ни разу так не позвонил, не написал. Подозревает жену друга в убийстве.       Антон присвистнул, повернув голову на подругу. – Вот это заявление. – Он пододвинулся ближе, молча прося лист с делом, и Кузнецова любезно пододвинула его к парню.       Шастун наклонился, вчитываясь в текст. Его пальцы нервно перебирали листы, а взгляд скользил по строчкам. Внезапно он резко потянулся за следующей страницей, и наушники выскользнули из ушей. В ту же секунду пространство вокруг него начало меняться. На бумаге, которую он держал в руках, появились тонкие светящиеся линии, соединяющие слова в причудливый узор. Они пульсировали и извивались, словно живые. Антон замер, чувствуя, как по спине пробежал холодок, вызывая табун мурашек, и тут же откинул лист обратно на стол. Из-за спины его подруги, которая сосредоточенно изучала карту района, появилась полупрозрачная фигура пожилой женщины. Она смотрела на девушку с тоской и нежностью. – Обними её, пожалуйста, – тихий голос бабушки эхом разнёсся по комнате. – Я так скучаю по ней…       Антон резко обернулся, едва не опрокинув чашку с кофе. Призрак бабушки медленно парил в воздухе, протягивая прозрачные руки к девушке. Она что-то приговаривала, подходя к Шастуну все ближе. – Нет-нет-нет, – забормотал Антон, лихорадочно пытаясь вставить наушники трясущимися руками обратно. – Только не это…       Пальцы не слушались, а тело, кажется, совсем онемело. Наконец, ему удалось вставить один наушник, затем второй. Музыка хлынула в уши, и призрачное видение начало медленно рассеиваться. Линии на бумаге потускнели и исчезли.

I think it’s time i move along, move along

Happily, okay

Gradually

You more like the past to me

      Тяжело дыша, Антон прислонился к спинке стула. Ира испуганно смотрела на него, не зная, что делать и чем помочь. – Всё в порядке? – Спросила она, оглядывая успокаивающегося парня. – Да… Просто… – Антон сглотнул. – Кофе пролил на документы.       Он украдкой взглянул через плечо, проверяя, не вернулась ли старушка. К счастью, пространство было чистым. Антон крепче сжал наушники и постарался сосредоточиться на работе, надеясь, что больше сегодня никаких призраков не появится. «Надо записаться к врачу», – подумал он, снова погружаясь в изучение документов.       Кузнецова глянула на чашку кофе, все еще стоящую на столе. «Не пролил», – подумала она, зацепившись за его слова. Она знала, что у людей бывают панические атаки, но сама такого ни разу не испытывала, не знала, чем помочь и что в такой ситуации делать. Самое главное, что сейчас Антону ничего не грозит, странно, что он вел себя так, будто ничего не случилось и продолжал рисовать. Ира выдохнула, аккуратно пододвигая листы дела к себе.

°°°

      Антон нервно теребил в руках медицинскую карту, сидя в кресле перед кабинетом врача. Он уже несколько раз откладывал этот визит, но постоянные видения начинали пугать его всё больше. Тянуть до последнего, когда его Макаров будет запихивать в психбольницу, желания большого не было. Поэтому он сидел среди белых стен, в ожидании, когда его позовёт врач. – Проходите, – позвал мужчина средних лет в салатовом халате.       Антон вошёл в кабинет и сел напротив врача. В кабинете было уютно, что удивило парня, потому что он представлял себе медицинские учреждения по-другому. Кушетка, открытый шкаф с дверцами из стекла, в котором лежали карты пациентов и какие-то препараты, широкий стол, за которым сидел сам психотерапевт. – Рассказывайте. Что вас беспокоит? – Спросил он, листая его пустую карточку и открывая на нужной ему странице. – Я... я вижу странные вещи, – начал Антон, стараясь говорить спокойно. – Линии, узоры... Иногда людей, которых нет. Слышу звуки. – С каких пор это началось? – Уточнил врач, поднимая голову на него. – Не знаю точно... Может, месяц назад.       Психотерапевт кивнул головой, что-то записывая. — Сейчас видите или слышите что-нибудь странное?       Шастун отрицательно кивнул головой, оглядываясь. Наушники всё ещё болтались в ушах на минимальной громкости. – А когда это усиливается? Есть какие-то факторы, способствующие этим видениям? – Когда я без наушников.       Врач снова кивнул, смотря на гарнитуру и опять наклоняясь, чтобы что-то записать в карточке. — Могу вас попросить сейчас снять наушники, чтобы я более точнее мог понять, что с вами? – Аккуратно спросил психотерапевт, в ожидании глядя на Антона.       Тот неловко и неуверенно потянул за гарнитуру вниз. Уши остались свободными, и Шастун начал оглядываться, в попытках предугадать где появится новый призрак. Но в кабинете, кроме них двоих никого больше не было. Он выдохнул, прикрывая глаза и открывая снова. — Не вижу сейчас ничего. – Понятно. А стрессовые ситуации у вас были в последнее время? – Не могу сказать. – Задумался парень. — Вроде, нет. – Хорошо, – он закончил писать и положил ручку на стол. – Пьёте, курите, употребляете психоактивные препараты? — Алкоголь по праздникам, курю. — Препараты никакие не принимаете? – Подняв одну бровь, спросил врач.       Антон ответил отрицательно, тут же вспоминая, что две недели назад Макаров вытаскивал его из клуба, потому что он обожрался ЛСД. Но психотерапевту это знать не обязательно, потому что наркотики точно никак не влияли на появление его видений. В этом он был уверен. Мужчина надел на руки нитриловые перчатки, включил маленький фонарик и посмотрел в глаза Антона, что-то разглядывая. Затем попросил открыть рот, прощупал шею и осмотрел руки. — Хорошо. – Заверил врач. — Выпишу вам направление на анализы. Нужно будет сдать мочу и кровь.       Мужчина взял распечатанный листок с какой-то таблицей и ручкой отметил нужные анализы. Пододвинув два листа ближе к Шастуну, он поднял голову. — Когда будет удобно, сдайте анализы, потом приходите ко мне на повторный приём.       Антон благодарно кивнул, пожал руку и вышел из кабинета с небольшим облегчением. Его ещё не записали в шизофреники. Это не может не радовать.       Вечер плавно перетекал в ночь. Антон сидел на полу перед телевизором, прислонившись к дивану, на котором уютно устроилась Ира. Она лежала, подложив под голову подушку, и смотрела какой-то сериал. Антон тоже делал вид, что смотрит, хотя в его наушниках играла незатейливая мелодия.

How do you get out of bed in the morning

How do you wait to carry the day

Yeah i sing for pleasure

– Слушай, – вдруг сказала Ира, поворачивая голову, – а почему ты всегда в наушниках? Даже сейчас, когда мы дома вдвоём.       Антон вздрогнул и не спешил оборачиваться на девушку. – Да так, – пожал он плечами, – привычка. – Привычка? – Ира приподнялась на локтях. – Антон, я же видела, как ты испуганно смотрел куда-то за мной, как тряслись твои руки, ошарашенные глаза, а потом ты надел наушники – и всё закончилось.       Он молчал, нервно теребя провод наушников. Метаясь от одного демона на плече к другому, Шастун не знал, как будет правильнее: солгать Кузнецовой, стать грубияном, но не сумасшедшим; или рассказать правду, и снова остаться одиноким. Хотя последний вариант может запечь Антона в психбольницу, и тогда весело уже так не будет. Смятение явно стало заметным. Прожигающий спину взгляд Иры, казалось, сейчас сожжёт парня насквозь. – Ладно, – вздохнула Ира. – Можешь не говорить, если не хочешь. Просто... сейчас из близких людей у меня есть только ты, и теперь я волнуюсь за тебя.       Антон глубоко вздохнул. — Я и сам не знаю, что со мной. – Поджав нижнюю губу, сказал он. — Прости.

My body is bitter cold

My mind is overthrown

Since the world is full of roles that we play

And as long as we do there’s no time to regret

— Я пойду спать. Спокойной ночи. – Отрезал он, встал с пола и неспешно дошел до своей комнаты, захлопывая дверь.

°°°

      Матвиенко припарковал машину у высоких кованых ворот. Дом знаменитости впечатлял: трёхэтажный особняк в стиле неоклассицизма, окружённый ухоженным садом с фонтаном. Охрана у ворот проверила его документы и после короткого звонка внутрь пропустила детектива на территорию.       Внутри дома царила атмосфера показного богатства: мраморные полы, антикварная мебель, картины на стенах, явно купленные для статуса, а не из любви к искусству. Сергей отметил, что домработница и садовник, которых он встретил по пути, выглядели напряжёнными и старались не смотреть ему в глаза. Хозяйка дома встретила его в гостиной, обставленной в стиле «всё лучшее сразу». Она явно нервничала, но старалась держаться достойно. – Чем обязана? – Спросила она, демонстративно посмотрев на дорогие часы. – Мне нужно уточнить ваше алиби на ночь исчезновения вашего мужа, – прямо сказал Сергей. – Какое ещё алиби? – Возмутилась она. – Я была дома, спала! – Кто это может подтвердить? – Продолжил детектив. – Никто! – отрезала она. – Я имею право на личную жизнь!       В этот момент в гостиную вошёл молодой человек лет двадцати. На нем были надеты широкие джинсы, толстовка и кеды, в которых он выхаживал по дому. Черты лица были схожи с матерью и пропавшим, поэтому Матвиенко сразу понял, что это их сын. Он бросил на мать недовольный взгляд. – Мам, может, хватит? – Спросил он. – Или ты думаешь, что я не знаю про твои похождения?       Хозяйка побледнела. – Что ты несёшь? – Я знаю про твоего любовника, – процедил сын. – И про то, что ты всегда хотела избавиться от отца.       Сергей воспользовался моментом и тут же потянул за хвостик веревочки, свисающий прямо ему в руки. – Расскажите подробнее. – У отца был друг, – начал сын. – Они вместе начинали бизнес, но потом разругались. Этот друг всегда мечтал насолить отцу. – Как его зовут? – Спросил детектив. – Дмитрий Волков, – ответил молодой человек. – Он до сих пор злится из-за того, что отец выкупил его долю. – А что насчёт вашей матери? – Уточнил Сергей, переводя взгляд на женщину, остро смотрящую на сына. – Она встречалась с ним последние полгода, – признался он. – Я нашёл их переписку в её телефоне.       Хозяйка дома пошатнулась и опустилась в кресло. – Это ложь! – Прошептала она. – Не надо, мам, – устало сказал сын. – Я знаю про все твои секреты. И про то, что ты хотела получить наследство отца, тоже знаю.       Сергей сделал пометку в блокноте, помечая в голове, что эту даму нужно взять на мушку. Слишком она подозрительная, да еще и отвечать на вопросы не хочет. – Благодарю за информацию. Мне нужно будет проверить эти данные.       Атмосфера в доме накалилась до предела. Матвиенко понимал, что здесь творится настоящая драма, и пропажа главы семейства – лишь вершина айсберга семейных тайн и предательств. – Я вернусь с ордером на обыск, раз вы не хотите говорить по-хорошему, – предупредил он. – И надеюсь, к тому времени вы вспомните, кто может подтвердить ваше алиби.       С этими словами он направился к выходу, оставляя за спиной напряжённое молчание и, возможно, признание в том, что дело куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Сергей сел в машину и захлопнув дверь, набрал знакомый номер. Послышались гудки. — Ало, Дим, ну жена точно не чистая, – сказал Матвиенко. — Алиби у нее нет, отвечать на вопросы по-хорошему не хочет, так еще и выяснилось, что у пропавшего был бизнес-партнер, с которым она ему изменила. В общем, целый мешок. – Позов буркнул, что это все нужно обязательно проверить и допросить Волкова, а пока поставить кого-нибудь следить за женой, чтобы она с дуру чего-нибудь не наделала, пряча от них улики.       Они попрощались. Сергей задумчиво постучал краем смартфона по приборной панели и вдруг набрал номер. — Арс, есть дело. Тебе понравится. – Заверил его Матвиенко и завел мотор автомобиля, выдвигаясь в сторону дома друга.

°°°

— Здравствуйте, Антон Андреевич. Проходите. – Дружелюбно отозвался психотерапевт, пропуская парня в свой кабинет.       Шастун зашёл внутрь, опускаясь на стул с мягкой спинкой и внимательно посмотрел на врача. Он был здесь в прошлый раз три дня назад, но в кабинете ничего не изменилось, всё, даже карты пациентов, уложенные ровной стопкой на стеллаже, оставались на своём месте. — По результатам показатели в крови и моче в пределах нормы. Поэтому причина явно в чем-то другом. – Врач положил бумаги на стол. — Последнее время не ударялись головой, сотрясение или обычные ушибы?       Антон посмотрел на врача, отрицательно кивнув. — Нет, вроде. — Понял. Давайте тогда, чтобы исключить и это, сделаем МРТ головного мозга.       Психотерапевт подписал небольшой листок, поставил с громким хлопком печать и вручил его парню. Ходить по врачам Антону не нравилось. Но лучше сейчас понять, что творится в его голове. По крайней мере, он надеялся это понять. Такие исследования, как флюрография или МРТ были чем-то пугающим. Странная классическая музыка, которая играла в прошлый раз, когда Шастун делал снимок зубов и практически упал в обморок от панической атаки, всё ещё кажется, играла в его голове. После того случая, он больше не делал ничего подобного.       Через час Шастун уже лежал на выдвижном столе аппарата МРТ. Было волнительно. Наушники взять с собой не разрешили, поэтому стараясь не думать о худшем, он быстро лёг и сказал, что готов к сканированию. Глаза открывать было страшно, поэтому Антон пытался сфокусироваться на воспоминаниях. Его родители, маленький он, качающийся на качелей в деревне у бабушки, пушистые коты, ловко запрыгивающие на высокий деревянный забор, пахучие цветы. — Можете вставать. – Перебил его мысли женский голос.       Он встал, наконец открывая веки и оглядываясь вокруг. В углу кто-то стоял. — Я боюсь оставаться один. Боюсь! Слышишь? – Шептал несуществующий, а помещение эхом разносило слова, набатом отдавая в черепной коробке.       Шастун быстро натянул кеды на ступни и вышел вслед за медсестрой. «Нет, нет, нет», – думал он у себя в голове, не собираясь даже поворачиваться в его сторону. На стуле рядом с её столом лежали его вещи. Парень тут же воткнул наушники, включая музыку и тяжело выдыхая. Медсестра ожидающе посмотрела на него. Он потупил пару секунд и вытащил один наушник из уха, вопросительно оглядывая её. — Результаты МРТ уже у вашего врача, можете подниматься в кабинет. – Оповестила его девушка в халате, улыбаясь.       Антон благодарно кивнул и вышел из помещения, направляясь по длинным коридорам обратно к психотерапевту. «Когда же это закончится?», – пронеслось в его голове, но он тут же понял, что это только начало.       

°°°

      Сергей прибыл в офис Дмитрия Волкова. Здание международной штаб-квартиры Social Discovery Group впечатляло футуристическим дизайном и современным оснащением. Широкие коридоры с высокими потолками, три лифта и выделка из чистой плитки даже на стенах. Пахнет неоправданной роскошью. Секретарша провела детектива в просторный кабинет с панорамными окнами, откуда открывался вид на Москва-реку. Волков встретил его с характерным для успешного предпринимателя спокойствием, хотя Матвиенко точно знал, что оно у него не надолго. На нем был налёт серый классический костюм тройка, лакированные синие туфли и такой же галстук. Серёжа мысленно ухмыльнулся, проводя аналогию того, что девушки подбирают под туфли сумочки, а бизнесмены под них галстук. – Чем обязан? Насколько я понимаю, это не светский визит. – Подняв одну бровь и пожимая руку, спросил он.       Детектив кивнул головой. Скрывать смысла не было. – Расследую исчезновение вашего бывшего делового партнера, – прямо начал Сергей. – И что же? – Волков приподнял бровь. – Думаете, я имею к этому какое-то отношение? – У нас есть информация о ваших давних разногласиях с потерпевшим и недавней связи с его супругой, – сказал детектив.       Волков усмехнулся, отводя глаза в окно. – Вы, видимо, не в курсе, что я доктор философских наук и основатель центра исследований сознания? – Нахальным тоном спросил тот, и Матвиенко невольно задумался, что будь здесь Попов, Волков уже лежал лицом на столе. — Я разбираюсь в человеческой психологии куда лучше, чем вы думаете. – Это не ответ на мой вопрос, – твердо настаивал Сергей. – Хорошо, – Волков откинулся в кресле, поднимая брови. – Да, у нас были разногласия. Он обманул меня при продаже доли в бизнесе. Но это было десять лет назад. – Делая акцент на последнем предложении, сказал Дмитрий и повернулся на детектива. – А роман с его женой? – Спросил Матвиенко, прожигая его взглядом. – Это не преступление, – пожал плечами Волков. – Мы действительно встречались, но исключительно по моей инициативе. Она была увлечена идеей уехать со мной на Мальту. – И что помешало? – Поинтересовался Сергей, закидывая ногу на ногу. – Видимо, её привязанность к мужу оказалась сильнее, – ответил Волков, чуть ухмыльнувшись. – Или она просто ждала подходящего момента. – У вас есть алиби на ночь исчезновения? – Спросил Матвиенко, записывая все в блокнот. – Конечно, – кивнул Волков. – Я был на деловой встрече в Лондоне. Могу предоставить все документы и контакты. – Хорошо, буду благодарен, если отправите на электронную почту, – Сергей вытащил из кармана визитку и протянул ее по столу к Волкову. – А что насчет ваших деловых интересов? Вы не пытались как-то навредить бывшему партнеру? – Только финансово, – усмехнулся он. – Я инвестировал в его конкурентов. Но это законный бизнес. – И последний вопрос, – детектив посмотрел в блокнот. – Вы знакомы с философом Дэниэлом Деннетом? – Конечно, – улыбнулся Волков. – Мы вместе участвовали в философской экспедиции к берегам Гренландии. Но это никак не связано с вашим делом. К чему вопрос? – Просто интересно было, – сказал Сергей, вставая. – Я его фанат. – Он улыбнулся, наигранно натягивая уголки губ. — Спасибо за уделенное время. Возможно, мне придется задать еще несколько вопросов. – Обращайтесь, – Волков пожал ему руку. – Только учтите, что я всегда действую в рамках закона.       Выходя из офиса, Сергей понимал, что бизнесмен серьезный противник. Его состояние в восемьсот миллионов долларов, обширные международные связи и острый ум делали его опасным подозреваемым, если он действительно причастен к исчезновению. Но пока что все указывало на то, что Волков просто использовал ситуацию в своих интересах, оставаясь в тени. Возможно, Дмитрий манипулировал женой пропавшего? Тогда все бы встало на круги своя. Волков мстит через жену, чтобы не быть замеченным, съев рыбку и там, и там. — Концепция «веры в веру», разработанная Деннетом, могла бы быть использована Волковым для понимания психологических механизмов и мотивации людей, что могло бы пригодиться в его деловых стратегиях. – Пояснил Матвиенко Попову, который безразлично смотрел в потолок.       Заросшее щетиной лицо было до жути не узнаваемым. Хотелось встряхнуть старого друга, усадить его в кресло и довести хоть до мельчайшей эмоции, которая бы отражала жизнь на лице Арсения. — Ты меня слушаешь, вообще? – Возмущенно спросил Сергей, пихая друга локтем в бок. — Не знал, что ты увлекаешься психологией. – Невнятно пробурчал Арсений. — Дело, конечно, запутанное, но я уверен, что вы с Димкой сами его сможете разгрести. — Так не пойдёт! – Воспротивился Матвиенко, насильно поднимая Попова в сидячее положение. — Арс, послушай... У нас тут такое дело... – начал Сергей. – Мне всё равно, – перебил его Попов, прикрывая глаза и задирая голову выше. – Я завязал с расследованиями.

°°°

— Это антидепрессанты. – Пояснил врач Антону, пододвигая бумагу ближе к нему. — На снимке вижу, что у вас возбуждён отдел мозга, отвечающий за нервную систему. Они помогут стабилизировать ваше состояние, раздражение и тревожность должны уйти. – Это значит, что у меня галлюцинации от стресса? – Тихо спросил Антон. – Давайте пока не будем ставить диагнозы, – мягко ответил врач. – Просто попробуем эти препараты. – А если они не помогут? – Тогда мы скорректируем лечение. – Серьёзно взглянув в зелёные глаза напротив, сказал мужчина. — Но начать нужно с этого. – Хорошо, – вздохнул Антон, кивая и забирая рецепт со стола в карман. – Могут быть побочные эффекты в виде тошноты, головокружений. Приходите через три недели на повторный приём. К этому времени препараты начнут действовать. Если после этого времени будет всё ещё плохо от приёма таблеток, то напишите мне, я выпишу вам другой препарат. – Пояснил психотерапевт. — Старайтесь избегать стрессовых ситуаций. Если станет совсем плохо – вызывайте скорую.       Антон молча кивнул, собираясь уже встать со стула. Всё это немного пугало. Вроде бы этот препарат должен помочь ему, так почему от него столько побочных эффектов? – И ещё, – добавил врач, – постарайтесь наладить режим сна и добавить физическую активность. Это тоже поможет. – Постараюсь, – ответил Шастун, наконец вставая. – До свидания. Жду вас через три недели.       Антон вышел из кабинета, чувствуя себя ещё более неуверенно. Таблетки казались ему чем-то, что может изменить его окончательно. Но и продолжать жить с этими видениями становилось всё сложнее. «Может, это действительно поможет», – подумал он, глядя на рецепт.