Иллюзия

"Если он не ест, то я заставлю его" — Геральт был решительно настроен наконец-то разобраться с этой проблемой. С каждым днем внешний вид Лютика все ухудшался. И сейчас Геральт никак не мог его разбудить. Успокаивал только равномерный стук сердца барда. Раз живой, значит, еще не поздно что-то сделать. Геральту неизвестно, сколько обычный человек может продержаться без еды, но Лютик выглядел так, будто его организм вот-вот откажет. Позвав Лютика еще несколько раз и потрусив того за плечо, Геральт наконец-то добился хоть какой-то реакции: Лютик приоткрыл глаза и, не сфокусировав взгляд на Геральте, сразу их закрыл. Это плохо, очень-очень плохо. Однозначно дело в еде. Ни одно из его эликсиров не может помочь Лютику, а то и хуже сделает. У Геральта завалялась баночка меда, и пока это был единственный вариант, что можно дать Лютику. Так Геральт и сделал. Приподняв голову Лютика, он наклонил ее немного вперед и приподнес баночку меда к полуоткрытым губам Лютика. Наклонив баночку, Геральт дождался, пока из нее вытечет пару капель меда. Похоже, Лютик был относительно в сознании и попытался сглотнуть попавшее в рот вещество. Но буквально через секунду его лицо скривилось, и будто побледнело еще сильнее, он закашлял, и Геральт поспешил повернуть Лютика на бок, чтобы тот не захлебнулся парой капель меда. Что за черт? Дождавшись, когда Лютик успокоится, Геральт вновь положил его на спину. К этому моменту Лютик снова отключился и больше не реагировал на попытки Геральта его разбудить. Ждать больше нельзя, пора вести Лютика к лекарю. Одна такая должна быть неподалеку. Быстро собрав вещи, закинув Лютика поперек лошади, Геральт уселся за ним, придерживая того, чтобы бард не упал. К счастью, дорога была не долгой, и уже к полудню Геральт наконец-то увидел небольшую избу на окраине леса. Оставив лошадь у покосившегося забора, Геральт поспешил взять Лютика на руки. Подбежав к двери, он пару раз ударил её ногой: — Нужна помощь! — через пару секунд он услышал шаги с той стороны двери. Дверь открыла женщина, приближающаяся к преклонному возрасту. Глянув на ношу ведьмака, она подошла ближе и положила ладонь на лоб Лютика. Но через мгновение резко её отдернула и с опаской отошла на шаг назад. — Его я не пущу, забирай своего кровососа, — после этого дверь перед ведьмаком захлопнулась. Геральт перевел взгляд на Лютика в своих руках. Тот все еще был не в сознании. "Кровосос?" Во что Лютик снова вляпался? Как он только успел? Еще неделю назад Лютик точно был обычным человеком и уж точно никаким ни "кровососом". Отойдя от избы к ближайшему дереву, Геральт опустил Лютика на землю. "Придется проверить," — ведьмак достал свой серебряный меч, но никак не мог решиться поднести его к руке Лютика. Раз медальон не реагирует, то и опасности нет. Это же Лютик, какая здесь может быть опасность? С тяжким вздохом Геральт все-таки приложил клинок к голой руке барда. Через мгновение тот закричал и отдернул руку к груди. На руке остался ожог. Геральт инстинктивно отскочил от Лютика на пару шагов и выставил перед собой меч в ожидании нападения. Но нападения так и не последовало. Лютик остался лежать под тем же деревом, так и не открыв глаза. Рана на его руке заживала на глазах. Уже через минуту рука вернулась в прежнее состояние. Опустив меч, Геральт с опаской подошел к Лютику. Медальон все так же был спокоен. Геральт заметил выглянувшую из окна лекарку. "Лучше скорее убраться отсюда." Положив меч в ножны, Геральт снова подхватил Лютика на руки, перекинул его через лошадь и повел ту дальше по дороге, подальше от старой избы. *** Первое, что ощутил Лютик, проснувшись — это вкус крови на языке, которая медленно стекала в горло, приятно обжигая своей теплотой. На губах ощущалось прикосновение чужой руки, из которой как раз и лились капли теплой крови. Открыв глаза, Лютик увидел золотые глаза ведьмака, который склонился над ним. Но Лютик не мог никак сосредоточиться на этом взгляде, все его внимание было приковано к вкусу красной жидкости у него во рту. Лютик прикрыл глаза, а руками обхватил руку ведьмака, чтобы поднести её ближе к своим губам. И ведьмак не сопротивлялся.