Завтра ведьма подарит ему мёртвые цветы

Как расследуют преступления? Алгоритм достаточно простой. Кто-то сообщает о происшествии в органы правоохранительной власти. Уполномоченные работники начинают расследовать дело: пишут документы, собирают улики, опрашивают свидетелей, определяют подозреваемых. Место преступления при этом оцепляется. В итоге кого-то объявляют виновным; или же дело уходит в долгий ящик, чтобы кто-то через много-много лет взглянул на бумаги из интереса и попытался что-то сделать. Алгоритм примерный, всё же с преступлениями я сталкивалась только смотря тру-крайм подкасты на видео-хостингах. Тем не менее, происходящее в одном злосчастном коридоре Хогвартса вполне подходило под него. Заградительные ленты яркими полосами перекрывали вход в этот коридор со всех возможных сторон; рядом с этими же лентами всегда наблюдался хотя бы один мужчина из аврората — каждый как на подбор высоченный, хмурый и в форменном плаще. Женщин среди них было немного, и в основном те сидели на корточках, рассматривая пол и стены или диктовали длинные тексты самопишущему перу. Учеников каждый из работников вежливо спроваживал прочь от ограждения, а самых настойчивых сдавал Филчу или деканам, чему те были в какой-то степени даже рады. Впрочем, издалека посмотреть на их работу было можно, чем я и пользовалась, скорректировав все свои маршруты перемещения по замку таким образом, чтобы как минимум раз в день иметь возможность посмотреть на коридор. Нет, так-то всем было чётко сказана дата, когда оцепление снимут. Но вдруг это случится на день раньше? Вот я и бродила рядом. Не только я, к слову: где-то неподалёку от оградительных лент часто мелькали гриффиндорские красные шарфы, вон тот парниша с пуффендуя заглядывался на авроров, а семикурсники со слизерина с извечно надменными лицами стабильно появлялись, чтобы глянуть на работу местной полиции. В середине ноября авроры наконец ушли. Естественно, что в коридор ломанулись все, кому было любопытно; а это… дохрена народу, я так скажу. Подростки спрашивали портреты, но те в основном описывали преинтереснейшую погоню за василиском; меня же живые картины шутливо приветствовали со всеми почестями, что действительно смущало. Сам же коридор был стерильно чист. Если честно, я не особо понимала, что конкретно хочу найти. Царапины на полу? Они могли возникнуть и из-за школьников, а я не следопыт, чтобы разобрать, какое углубление на камне оставили дети, втихаря использующие заклинания, а какое — огромная змея. Да и каковы шансы, что пол после монстра не починили? Чешуя? Ну такого я за несколько дней обыска коридора так и не нашла. Скорее всего, если тут и остались чешуйки, то их уже присвоили невыразимцы. Не зря же тут куча посторонних людей копалась чуть ли не полтора месяца? В общем, ходила я по этому коридору, никого не трогала. Внимание лишнее к себе не привлекала. Порой протискивалась сквозь столпотворение из болтающих школьников. А потом на моём пути возник какой-то пацан. — Приветики! — заулыбался он. Высоченный блондин, худой и бледный… а это случаем не тот же парень, которому я первого сентября сумку вернула? — Привет… э-э… — а звать-то его как? Мой намёк на незнание его имени, по всей видимости, не поняли: парниша начал какой-то супер-неловкий монолог об этом коридоре. Не, ну голос-то у него вполне приятный, так что послушать можно; впрочем я всё равно не понимаю, чего от меня требуется этому окаянному. Монолог тем временем закончился, и когтевранец уставился на меня с каким-то напряжённым выжиданием. Блин, а о чём он вообще говорил-то? — Тебя как вообще зовут? — наконец я прервала тишину. Вопрос заставил его лицо принять очень глупый и смешной вид, словно он ожидал совсем не этого. А затем ему стало неловко — парень как-то быстро покраснел скулами и скосил взгляд в сторону. — Лукас. А… Гарсия по фамилии, — его голос дал петуха, но я не могла понять, отчего парнишка так нервничает. — Хорошо, Лукас, — вздохнув, произнесла я. Подозрительный какой-то пацан. У меня и без него куча переменных, за которыми следить уже сложно, но откуда этот-то взялся? — Тебе нужно что-то? — Мне интересно, — Гарсия чуть понизил голос, — это действительно был василиск? А. Так это ещё один кадр, который просто хотел убедиться в слухах? Все подозрения отошли на задний план, оставив на поверхности небольшое раздражение. Я даже разочаровалась немного: думала, что это какой-то интересный персонаж, о котором в каноне не рассказали, а это оказался ещё один мальчишка из числа многих. — Я не магозоолог, извини, — подняла я руки в жесте признания поражения; к моему — и всеобщему — сожалению, все деканы и директор настоятельно просили не распространяться о том, что это реально был василиск. А детям — будем честны, в Хогвартсе из взрослых были только работники этого заведения и приведения (не все) — было интересно. Так что естественно, что каждый первый заваливал вопросами каждого из свидетелей. Собственно самих свидетелей было немного: я, близняшки Патил, два декана и портреты. Последние говорили что-то вроде «это было преинтереснейшее зрелище, господа!» и добиться от них чего-то конкретного было удивительно сложно; Снейпа спрашивать боялись, а МакГонагалл сухо отвечала, что по просьбе министерства она не может распространять информацию; близняшки Патил… одна из них упала в обморок, так что оставалась только Парвати, но та противно хихикала и из каких-то своих соображений каждый раз переводила тему разговора с василиска на что-то другое. Оставалась я. Меня уже не жалели. Лукас тем временем скуксился и его лицо приобрело странное выражение разочарования. — Совсем ничего не можешь сказать? — со слышимой надеждой в голосе спросил парень. Я тем временем не скрываясь посмотрела на вроде как случайно вставшего в нескольких метрах слизеринца. — Не-а. …Свалить из того коридора в одиночку не вышло, поскольку оказалось, что новый знакомый тоже возвращался в гостиную факультета. Лукас немного напрягал, но я посчитала его неизбежным, но вполне безобидным элементом окружающего мира. Всё же сейчас у меня были и другие заботы. Например, найти заклинание, способное дать моим записям конфиденциальность, или домашка на следующую неделю. Собственно, по приходу в гостиную Лукас молчал совсем недолго. Понаблюдав, как я осматриваю полки с книгами, он поинтересовался: — Ты ищешь что-то конкретное? — Да, — просто кивнула я, — какое-нибудь заклинание, которое может скрыть от посторонних смысл написанного или сам текст, — на его озадаченное выражение лица мне пришлось добавить наскоро придуманное объяснение: — Это девчачьи секреты. — А-а… Да, девчачьи секреты, — неловко повторил за мной блондинчик, а после достал свою волшебную палочку и подозвал к себе книжку с одной из самых высоких полок, до книг на которых своим темпом я бы добиралась ещё кучу времени. — Есть несколько заклинаний с таким эффектом, различаются они небольшими моментами. Их изучают в начале третьего года, — отойдя от книжных полок и сев на небольшой диванчик, Лукас, чуть приосанившись, открыл книжку на одной из страниц и начал свою речь-лекцию. — Самое распространённое из-за своей простоты — секюри, оно запрещает кому-либо, кроме заклинателя, открывать книгу. Это похоже на пароль… «Секюри» меня не особо привлекло, и, по всей видимости, это отразилось на моём лице, так что Лукас спешно полистал странички и предложил другой вариант: — Селарэ литтерис. Визуально шифрует знаки при письме, а написанное может понять только автор. В одной книге под этим заклинанием может писать несколько людей, и оно стало известно из-за польских магов, которые позже оказались оккультистами, — я с подозрением заглянула в текст книги, по которой Лукас явно просто читал вслух. Небольшая заметка автора снизу страницы так и гласила: несколько польских оккультистов использовали это заклинание для сбора знаний, чтобы позже призвать демона. Нихрена ж себе… Вопросов к этому миру становится всё больше и больше… Но, судя по описанию в книжке, это «селарэ литтерис» было похоже на запароленный гугл-диск, к которому можно выдать доступ кому-то ещё. «Кто-то ещё». Это словосочетание вызывало некое странное чувство, которое сложно было объяснить в двух словах. Буду честной, вариант не раскрывать факт своего попаданчества был достаточно соблазнительным: я одна такая особенная, никто не знает того, что знаю я, и всё в таком духе; с другой же стороны, холодная рациональная мысль, что я никогда не являлась самой умной в мире, существовала в моей голове столько, сколько я себя помню. Каков шанс, что мне когда-нибудь потребуется свежий взгляд со стороны? Не нулевой. Не факт, что про попадание в тушку Риетты я кому-то расскажу, но всегда можно отбрехаться регрессией или разговорами с богом, верно? Лукас тем временем начал было листать снова книгу, но я обратила на себя его внимание и сообщила, что селаре литтерис вполне подходит. Книжку я заколдовала прямо там же, под инструкцию парнишки, который, стоило мне направиться в сторону девичьих спален, исчез, будто дымка. Странненький пацан, конечно. Но не мне судить. По пути в комнату я так ни с кем и не пересеклась, но из-за двери, куда поселили трёх первокурсниц — набор на когтевран в этом году, как обычно, был безумно мал — доносились голоса девочек. Не особо вслушиваясь, я прошла мимо, зайдя в свою комнату, не сдержав немного пакостливой улыбки. Про общежития я всё же была наслышана в прошлой жизни, так что делить комнату с кем-то ещё не особо хотела. Собственно, именно поэтому, когда в прошлом году предложили комнаты на выбор — большая, действительно большая по моим меркам комната на трёх человек или небольшая комната, чуть меньше маленькой спальни в доме на Тисовой улице, на одного человека, — я сразу же заняла последнюю. На меня тогда косо посмотрели; как я позже выяснила, в Англии общежития не так уж и ужасны наяву и в глазах общества, а отношение к личному пространству здесь всё же несколько другое. Тем не менее, за свою личную комнату я в любом случае готова была бороться до последнего. Дверь тихо закрылась, и это ознаменовалось едва слышимым щелчком. В Хогвартсе засовы и замки существовали только на складах и туалетных кабинках, что по началу меня изрядно напрягало, хоть по сути не играло никакой роли. Никто из девочек не стал врываться ко мне без спроса, так что я перестала об этом думать ещё после первого Рождества здесь. В общем, я добилась поставленной цели. У меня была тетрадка, к тексту в которой был доступ только у меня, свободное время и намерение что-то выяснить. Хоть мозг и ступорился, отказываясь что-либо думать, первым делом я записала всё, что успела узнать за год с лишним. Во-первых, это точно не канонный мир. Вообще не он, вот прям никак. Слишком много различий, не говоря уже о Риетте Поттер как о персонаже. Имело ли для меня смысл пытаться соблюдать проторенную дорожку канона, если мир в этом плане явно давал сбои? По моему мнению лучшей тактикой было держать в уме канонные события, но действовать больше по ситуации. В конце концов, я же не собираюсь разыгрывать представление, семь лет своей жизни притворяясь другим человеком и выдавая фальшивые реакции другим людям? Ве-ерно, не собираюсь. Во-вторых, мир явно был не просто «не канонным». Тут от «поттерианы» была взята явно лишь основная идея. Магия в людях была вписана по-своему — через дополнительные органы у магов и уровень проводимости магических энергий через физическое тело, и такого не было у Роулинг. Ладно, что уж тут перечислять мелочёвку, давайте сразу расскажу самое шокирующее: магический и обычный миры были вообще двумя отдельными мирами, которые с какого-то чёрта пересекались в некоторых местах. Как бы это объяснить… э… ну, знаете, две плоскости, которые пересекаются? Та тема из геометрии за восьмой или девятый класс, когда учитель пытается нарисовать два овала, которые репрезентуют эти самые плоскости…? Только если в задачках по геометрии эти плоскости были плоскими, то здесь каждый из двух миров был похож на смятую бумажку. Это могло бы быть круто, ведь мне прям реально было бы интересно путешествовать по фентези-миру, если бы не тот факт, что проходить «вглубь» магического мира в последние пять с лишним сотен лет можно только избранным, то есть только в том случае, если за тебя поручается кто-то из тех, кто там живёт. Причина такого решения заключалась в том, что кого-то из аристократии там попытались убить, что явно наталкивает на мысль, что попытались убить там явно кого-то супер-важного, что жителям «обычного» мира объявили бойкот, который длится вот уже шестое столетие. Тем не менее, мало кто интересовался этим моментом. Для меня это было очень странным явлением: ребя-я-ят, магия! У нас тут фактически фентези-мир под боком, а там эльфы, драконы и ещё куча всякого, до чего только можно додуматься… разве не странно, что этим никто вообще не интересуется? Это даже не какая-то секретная информация, я прочла об этом в довольно старой, но находящейся посередине раздела с научными изданиями разных лет книжонке. Точно не розыгрыш — спросила у семикурсников, а там один как раз писал небольшую исследовательскую работу по этой теме, так что мне не просто рассказали — мне показали. Хогвартс, находясь на сдвоенном магическом источнике, представлял собой одну из таких «параллельных стыковочных точек», в которой в «маггловском» мире расположились живописные руины старого замка. Сюда даже экскурсии летом ходят, как выяснилось, и этот же старшекурсник был на двух, затащив на последнюю ещё троих приятелей с факультета. В «волшебном» мире же тут был сам Хогвартс. Естественно, я задалась вопросом, как поезд вообще проходит из обычного в магический мир, если это техника? Она ж конфликтует с магией, нет? Мне пообещали объяснить всё в подробностях в конце учебного года и отослали, пока я не до конца выела парням мозги своими вопросами. Я запомнила, записала в блокноте и свалила. Ладно, хватит отступлений и опустим то, что я в глубокой печали от того, что меня не хотят допустить до фентези-мира, в конце концов жизнь и мир не заканчивается Британией. Пусть после Хогвартса я могу спокойно устроиться куда-нибудь в Министерство — очень странно, что с документом о среднем образовании принимают в правительские организации… — однако меня интересовала конкретно магия. Так что мне, наверное, стоит узнать о возможности получить высшее образование. Или специализацию. Везде эти две вещи то обозначают одно и то же, то разные вещи, что меня путает. Собственно, Британия, где происходили события Поттерианы, была не особо большой страной. Да, тут были значимые для магического мира достопримечательности, тот же Стоунхендж, здесь любят собираться сливки магической аристократии, но должна ли я ограничивать себя границами одной страны? Нет. Я подумала, что когда-нибудь поеду в путешествие в этом мире. Приятное чувство разлилось в груди, отразившись на лице улыбкой. Хотелось глянуть на эйфелеву башню, погулять по пустыне и посмотреть хоть раз на пингвинов в их естественной среде обитания. А, точно, ещё магические животные… тоже интересно, но к кому-то опасному я лезть не хотела. Посмотрю на каких-нибудь пушистиков в их естественной среде обитания — это для меня уже будет успехом. В-третьих… тут мои мысли вернулись к факту моего попаданчества. Над вопросом «почему это случилось?» я задумываться не хотела — много чего могла придумать с моим-то умением тревожиться и накручивать себя по малейшим поводам. Это могло быть случайностью, могло быть идеей какого-то заскучавшего бога или ещё чем-то, но если я попала сюда — значит это случилось и мне теперь надо жить в нынешних обстоятельствах. Другое дело — вопрос «как мне теперь быть?», но не в плане поведения, об этом уже сказано в первом пункте. После всего того, что я уже успела сделать, что будет в будущем? Как мне реагировать на всё это? Я верила в существование эффекта бабочки — он фактически уже был здесь приведён в действие моими собственными решениями. Итак. Давайте составим неконкретный — потому что я не могу предвидеть будущее и опираюсь только на основные моменты — план действий и обозначим моменты, которые я должна буду прояснить в обязательном порядке. Сейчас шёл второй год, и, хоть василиск был в каком-то смысле побеждён, я не знала, где находится дневник. И хоть я видела, как Лонгботтом бегает туда-сюда по замку вместе с Роном Уизли, я не могла гарантировать, что злосчастная тетрадка сейчас у Джинни, как это было в каноне. Стоит ли мне вмешиваться? И если да, то как я буду вообще искать эту книженцию, если в пекло мне лезть не хочется вот совсем? Следующий же год обозначится побегом Сириуса Блека и дементорами. Это может обернуться проблемой, потому что патронус у меня всё ещё не получался, как и другие заклинания, которые хоть немного, но работали против этих созданий. Башня когтеврана находилась на ощутимой высоте, и меня пугает мысль, что существует такая вероятность, что дементоры могут пробраться внутрь. Тем не менее, у меня были здравые сомнения, что этих существ вообще пропустит внутрь; тут же в конце концов дети, не допустят же такого? Мне нужно будет подумать над мерами безопасности ближе к делу, в том числе и над тем, чтобы просто прибиться к кому-то, кто может вызывать патронуса, раз я сама на это не способна. Стоит также пересечься с Сириусом, чтобы понять, что он из себя представляет. И хоть я надеюсь на лучшее, маленький червячок сомнения был, и я просто-напросто боялась, что здесь, в этом мире, Сириус окажется не таким же хорошим персонажем, как в каноне. Четвёртый год… в каноне был турнир в это время, и мне кажется, что мои попытки по смене ролей моей и Лонгботтома вполне успешны, так что не думаю, что я попаду туда. Тем не менее, в тот же год будет возрождён психопат, так что… возможно мне придётся подумать об убежище, где я могла бы переждать бойню или хотя бы самые опасные моменты. Нужно будет пнуть Сириуса насчёт проживания на Гриммо, а Дурслей попросить переехать, потому что обычные люди против магов мало что могли сделать, а я как-то не хотела их смерти. Даже если мы почти не общаемся и сосуществуем лишь рядом. Пятый год плохо вспоминался и ассоциировался с неприятным персонажем. Быть может это потому, что каждый раз просмотр этого конкретного фильма приходился на очередной депрессивный период моей жизни? Впрочем, почти в точности ситуация повторялась и с последующими фильмами, так что из всего показанного я помнила лишь последнюю битву, да и то это произошло скорее из-за того, что эпическую сцену я, словно заведённая, пересматривала несколько раз. Что по итогу? Как уже было решено — я действую по ситуации, стараясь сделать так, чтобы мои знания о возможном будущем не сыграли со мной плохую шутку. Знаем, проходили — жанр исекая всегда таким богат: попаданец попадает, пытается исключить свою фигуру из сюжета, а сюжет — вот это сюрприз! — меняется из-за этого исключения. Мне стоит попытаться собрать больше информации и найти кого-нибудь, кто мог бы прикрыть мне спину и обеспечить хотя бы немного безопасного пространства. Возможно это будет Сириус Блэк, так как несмотря ни на что мы друг другу родственники; но даже так стоит смотреть по сторонам, мало ли кого ещё ко мне прибьёт течением судьбы? Я посмотрела на свои сумбурные записи. То ли от переживаний, то ли от нервов строчки получились неровными, с прыгающими по высоте буквами. В любом случае… пока что, полагаю, всё? Обеспечить себе безопасность, обеспечить себе будущее. И не умереть по пути. Не должно быть сложно, если я не буду нарываться на неприятности, верно? Выдыхаю, закрываю книжку. Стоило страницам с лёгким хлопком соприкоснуться, в воздухе послышался тихий и едва заметный звон, на который я едва обратила внимание.