Помощь «друга»

      Листы бумаги пропахли кожаной обложкой и пожелтели с краёв от сырости, уголки кое-где взбугрились и загнулись, а сердечный корешок потрескался и угрожал развалиться, портя старинный блокнот, если неосторожно развернуть его слишком сильно. Здесь стоит хорошенько постараться, чтобы при реставрации не повредить ещё больше, и бионикам это вряд ли под силу. Только человек способен оживить мёртвое: пересмотреть каждый лист, прощупать каждый сантиметр, выявить все слабые места и при этом принять правильное решение — где стоит вторгнуться и подлатать, а куда лучше не лезть. Даже ювелирные диагностики не в силах оценить состояние прибора, не проникнув внутрь, в саму структуру, а это может навредить бумаге. Да и не каждому человеку это под силу, тут нужен самый лучший мастер, эксперт, любящий своё дело, — они редки и услуги таких людей стоят очень дорого.              Джэджун раскрыл блокнот в середине и провел носом совсем рядом с чистыми листами, втягивая этот аромат старины: немного затхлости, кожи, какой-то кислоты и иссушенной бумаги. Это запах откуда-то издалека, из прошлого. С самого детства он любил доставать из закромов своего прадеда вот такие старинные вещи и погружаться в их атмосферу, делая вид, что он вернулся в то счастливое время. Особенно нравилось ему писать, именно своими руками, изучать каллиграфию, прививать её своим пальцам и доводить буквы до совершенства. Это почти медитация — вести линию карандашом и чувствовать сопротивление структуры бумаги графитному стержню. Перенял эту страсть от прадеда, который собирал бумажные реликвии, в основном альбомы, тетради, книги, даже сохранился заказной фолиант с чистыми листами и резной деревянной обложкой.               Древесины уже давно не было, даже черные лесорубы исчезли, так как чуть ли не каждое дерево охранялось, а иметь изделия из дерева могли позволить только самые богатые и рисковые, и то это было незаконно. В основном, в ходу были цифровые носители, голографические имитации бумажных договоров, и за редким исключением дорогие книги из мицелия, пропитанные воском, производство которых очень затратно. Всё что угодно можно написать, лишь попросив сеть составить документ и поставив свою электронную печать. Письма, архивы, заметки, книги, упаковка, даже картины демонстрировались в электронном виде, хотя и ткани и краски были в доступе, — это долговечнее, имело несколько копий, не требовало особого ухода и не разрушало Землю, как пластик. Но Джэджун считал, что всё это потеряло и свою ценность. К чему стремиться, когда всё уже идеально? Когда всё за тебя сделают, когда твоё письмо прочтут мельком и выбросят в электронную урну, когда книги пишутся сетью каждый день на любой вкус, не имея никакой цензуры. Когда человек не прикладывает никаких усилий, а значит, он ничем не жертвует — то есть существует только для себя. Это не похоже на поклонение природе, это эгоизм, самосовершенствование ради ничего.              — Нам нравится этот запах, — ахнул электронный голос в стороне, передавая ощущения Джэджуна, который замер носом в блокноте.              — Да, Хиро, очень, — ярко улыбнулся Джэджун своему «другу», ещё завороженно осматривая разглядывая обложку. — Чистый лист бумаги для меня, как навязчивое предложение взять в руки карандаш… или уголь, мел, кисть… без разницы. Но я хочу что-нибудь написать. Вот прямо здесь. Этот блокнот должен быть наполнен чем-то — словами, эмоциями, воспоминаниями, картинками, — провёл кончиками пальцев по шероховатой бумаге, чувствуя все неровности подмокшего края. — Он как будто не выполнил своего предназначения, не имея в себе записей. Но… — разочарованно цокнул. — В этом экземпляре не стоит писать, ему нужна реконструкция. А денег у меня на это нет. Так что отложим до лучших времён, когда я стану богатым. Ох, деньги-деньги, всё опять упирается в эти чертовы деньги.              Джэджун закрыл блокнот, перекрыл петлей и щёлкнул на замочек. Красивый дизайн, ещё под давние эпохи, до «разрушения», таким нужно хвастаться, показывать народу эту красоту чёрных рисунков на синей коже, но приходилось прятать, иначе всё отберут в свои музеи и лаборатории. Бумаги в мире не осталось, всё забрали, а производство запретили. Если выглянуть в окно, можно увидеть бурную растительность лесов, и казалось бы, зачем запрещать — но леса эти дались большой ценой. Растения уже не бурно растут, Земля истощена, это всего лишь трудами людей и биоников взращена природа, и никто не отважится её губить, ещё помня, каким был мир ранее. К тому же почти везде охрана, не позволяющая нарушать гармонию экологии.              — Мы обязательно этого добьёмся, — подбодрил Хиро. — Нашу старательность уже заметили, а это даёт надежды на повышение.              — Да уж, — язвительно добавил Джэджун, тщательно пряча блокнот в глубоком ящике с тайными шкафчиками. — Эта мигера заметила вовсе не мою старательность, и не делай вид, что ты этого не знаешь. Твоя поддержка вызывает только отвращение, ты просто врёшь мне. Обнадеживаешь зазря.              — Смею поспорить, — запротестовал Хиро и стал прохаживаться по своей голографической комнате с видом мудреца, что познал смысл жизни. — Несомненно, что директор Мин Элинь оценила нашу привлекательную внешность, так нечаянно наткнувшись на рядового сотрудника. Но есть большие перспективы повысить наш статус, воспользовавшись этой симпатией. А если мы подумаем над своим деловым гардеробом и отрепетируем искреннюю улыбку, то директор Мин обязательно рассмотрит нашу кандидатуру на место начальника киборг-отдела…              — Ты мне просто предлагаешь её потрахать, — со смешком подытожил Джэджун, усевшись за рабочий стол, заваленный различными инструментами и приборами, начиная от обычных кусачек, заканчивая высокотехнологичным микроскопом с прецизионной оптикой, искусственным интеллектом и роботизированной паяльной системой. — Карьера через постель — это мерзко.              — До плотских отношений можно и не доводить, если держать деловую дистанцию, но при этом дарить комплименты как можно чаще. Главное, не вкладывать в них какие-либо намёки, иначе женщина может неправильно понять. Она одинока из-за смерти своего мужа, находится в поиске другого партнера, ей сейчас необходимо кому-то выговориться, возможно, отдохнуть с кем-то…              — Короче, потрахаться, — перебил Джэджун отвлечённо, рассматривая плату очередного дефектного бионика, пытаясь понять, что стало причиной сбоя в его программе.              Хиро перестал издавать звуки шагов и закатил глаза, цокнув на такие примитивные выводы.              — Анализ таких грубых мыслей дал результат, что наше тело просит именно этого, — иронично высказался. — Так что это может даже пойти на пользу, ведь предыдущая партнёрша опять стала нам неинтересна, а новую кандидатуру мы пока не нашли.              — И? — Джэджун поднял исподлобья укоризненный взгляд на «друга». Вспоминать о бывшей, которая так быстро сбежала к другому, совсем не хотелось. И опять ведь все дело в деньгах. Джэджун не тот, кто мог подарить беззаботную жизнь в сюитах. — Может, мне сойтись с этой старой дурой только из-за поста начальника отдела? И стать черти кем. У меня просто не встанет на неё, понял? Пусть ищет развлекаловку в сети, там наверняка много желающих.              — Но мы же хотим разбогатеть? — напомнил Хиро, как дверцей шкафа в лоб ударил. — Если нам повезёт, получится комбо: станем начальником, может, и вообще всего цеха роботизирования, мужем богатой и опытной женщины, которая наверняка не разочарует в половом акте, наши дети будут обеспечены на всю жизнь. — Он сделал интригующую паузу и заговорщическим голосом добавил: — У нас будет доступ к старинным архивам и возможность путешествовать по всему миру. Мы сможем продолжать наш рукописный дневник всё новыми и новыми событиями.              Джэджун медленно, обреченно прикрыл веки и в темноте разгонял мечту о путешествиях шумным дыханием. Это всё настолько далеко от него, что просто неосуществимо. Бесполезно на что-то надеяться, он ведь уже не раз плевался в отражение, что он всего лишь неудачник. Но ведь мечтать никому не запретишь. Вот и он опустился до этого грешного дела, и сердце билось чаще, когда он представлял, что побывает в других странах или сотворит что-то стоящее.              — Это утопия, — произнёс он с некой горечью. — В этой жизни я точно не получу такого благословения, даже если десять директоров буду трахать. Я просто стану какой-то шлюхой. — Повернул голову к панели с отобразившимися графиками диагностики процессора дефектного бионика и без интереса отследил одну плавную линию. — Зачем мне рядом человек, которому нужно только моё тело? И то наверняка ненадолго. Я не хочу стать лишь украшением. Да и не факт, что Мин что-то такое надо от меня.              Он наклонился к оптическому объективу микроскопа, и тут же загорелся свет над платой. Но, несмотря на занятость, Хиро продолжил разговор, поняв, что его человек ещё не получил того, что нужно. Чувство неудовлетворенности в словах и сдавленное, сдерживаемое дыхание угнетало его, а значит, стоило как-то подбодрить.              — Это приглашение на банкет в ресторане «Мистерик» и подарок в виде нового костюма — разве не считается как ухаживания за нами и намёки на что-то большее? Мы действительно понравились директору Мин, она смеялась над нашими шутками, она удивлялась нашей работе, она не сводила с нас глаз. Разве не этого мы добивались?              — Я ничего не добивался, даже и не думал, просто сглупил, — раздражённо ответил Джэджун. — Луч на сектор А5 под углом сорок пять градусов, — отдал команду пайщику. Тут же сверкнул лазер, проводя дорожку в требуемом месте. — Не знаю, как-то сработал рефлекс, или что там, — продолжил отвечать «другу», отслеживая шов. — Ну так, просто перед женщиной покрасоваться, я ведь толкнул её нечаянно, надо ж было как-то свою вину замылить. Кто ж знал, что у той либидо сучки всколыхнётся от банальной вежливости?              — Просто наша внешность очень привлекательна, а форма компании нам идет больше, чем самовязаные из полиэфира свитера и списанные некогда брюки с пришитыми карманами. И вполне логично, что мы привлекли внимание одинокой женщины, которой нужна красивая и веселая компания. Думаю, стоит дать директору Мин шанс и пойти на этот банкет. К тому же я проверил вашу совместимость, и сорок три и три десятых процента вполне достойный результат для создания пары. А если мы откажемся…              — Не продолжай, — осадил Джэджун, все ещё пялясь в микроскоп. — Я прекрасно знаю, что мне нельзя отказываться, иначе завтра же я вместе со своими шутками вылечу с работы, и никакая внешность мне не поможет уже. В общем, попал я.              Хиро улыбнулся такому смирению. Это не тот итог, который нужен пользователю, но это пока. Позже Джэджун обязательно поймёт, что всё было не напрасно и не во вред. А возможно, он обретет любовь, ведь этой химии все возрасты покорны. Директор Элинь — женщина привлекательная, уверенная в себе, судя по данным из системы Eidolon — здоровая телом и ментально. Такую вполне можно полюбить.              — Тогда нам стоит хорошенько подготовиться к сегодняшнему вечеру, чтобы выглядеть достойно директора Мин. И в первую очередь нужно выглядеть отдохнувшим, — Хиро тонко намекнул на сосредоточенное состояние, хотя рабочая смена уже закончилась. Впереди махали ручками выходные и всю работу, что Джэджун загрёб с собой домой, можно было сделать позже. А внешний здоровый вид был очень важен. — Я позабочусь об ароматном душе, чтобы наша кожа избавилась от запаха горелого биогеля. Стоит заказать доставку некоторой косметики и освежить вид кожи лица. Также предлагаю подкорректировать причёску.              — О, ну ты загнул, — протянул Джэджун, отрываясь от микроскопа и переводя внимание на графики. Снова запустил диагностику платы. — Это всего лишь один вечер. Он закончится тем, что у меня не встанет на неё, она взбесится и уволит. Вот и все перспективы. Стоит ли волосы стричь ради такого? Мне моя прическа нравится.              — Слишком пессимистично звучит, — усмехнулся Хиро, перекинув свою проекцию на другую сторону от пользователя. Почти навис над ним, вкрадчиво нашептывая обнадёживающие детали. — Лучше настроиться на хороший исход. Это всё же женщина, имеющая приятное телосложение, пышные формы, ухоженную кожу.              — Она старая, — ворчливо напомнил Джэджун.              — Возраст не преграда для отношений двух людей.              — И она директор, — продолжил список. — Она мой начальник. Даже не так, она начальник моих начальников. Как я могу лечь с главнокомандующим? Она же по-любому будет командовать мной, а я этого терпеть не могу в постели. Работа — это одно, а вот как и кого трахать я сам решу. Хочу решать.              На этот раз Хиро не стал спорить, почувствовав, что Джэджун начал волноваться, растеряв свою лёгкость, а это было лишним перед вечером.              — Хорошо, я постригусь немного, — проговорил громко Джэджун, смиряясь под взглядом совести в виде Хиро. Он затылком чувствовал тот молчаливый укор, что словно лазер термошва полосовал его. Прогрёб пятернёй по густой шевелюре тёмных прямых волос. — Ну уж как получится. Давай свой ароматный душ, ну и заказывай, что там надо для лица. Только не переборщи с затратами.              Он поднялся, так и не закончив ремонт, выключил все приборы на столе, накрыл микроскоп специальной колбой и направился в самодельный душ, лично собранный из того, что роботы обычно переделывают на новые запчасти. Джэджун был хорошим мастером, мог достичь высот, но никак ему не удавалось взбираться по карьерной лестнице, потому что любил свободу — как в словах, так и в делах. В некоторой степени его устраивала нынешняя должность простого механика, что отслеживает проявившиеся дефекты в биониках, исправляет их любым способом и оставляет отчёт об этом способе и самой поломке, чтобы это учли при запуске следующего заказа. На этом месте ему не указывают, как чинить, потому как сами не знают, как это делать, контакт с начальством минимален: нужно было лишь принять бионика, а потом сдать вместе с отчётом. Но работы обычно очень много, а времени давали мало. Ну и кредитов тоже отпускали по минимуму, так как таким ремонтом занимались и сами бионики, причём быстрее и точнее.              Поэтому Джэджун вынужден был экономить на многом, как вот и на душевой капсуле. Немного фантазии и своего мастерства и вуаля… В общем-то, это была та же капсула, но ранее она предназначалась для дезинфекции роботов перед входом в различные лаборатории. Она не имела дверей, осушающих приборов и комфортного для тела человека покрытия. Лейкой в этом душе служила голова садового поливальщика, сопла которого работали беспорядочно, иногда стреляя струёй прямо в глаза, но это не смущало Кима. Встроенный водонагреватель был создан из аккумулятора одного дрона. Сломанного, конечно, дрона, потому и аккумулятор был слегка с прибабахом, отчего изредка случался очень прохладный душ, и приходилось снова влезать в систему и… Пару раз долбануть по трубам, чтобы запустить нагрев. И все это сборище управлялось голосовыми командами, но частенько датчики не распознавали слова и на команду «включи душ» просто выплевывалось жидкое мыло или включалась музыка. Их стоило заменить, но даже такой вариант уже устраивал Джэджуна, потому как заменить пока не на что было.              Голограмма 3D зеркала помогла сделать незначительную стрижку чёрных волос, слегка кривоватую, с перекосом висков, с пропущенной прядью на затылке, но всё же сейчас эта копна не валилась вся на лицо при наклоне. Джэджун прищурено ещё просматривал своё отражение в четырёх картинках и пытался поправить, когда Хиро напомнил, что время поджимает. Пришлось откинуть канцелярские ножницы и оставить все как есть.              — Мы же не хотим опоздать на первое свидание, — занудил Хиро.              — Хотим, — возразил Джэджун, с сомнением разглядывая костюм, что прислала директор Мин. — Причем, лучше где-нибудь на недельку, пока у неё хошь не спадёт. А ты, если будешь подбивать меня и дальше к ней… А именно что к карьере через постель… Нарвёшься на новую переделку. Я уже жалею, что дал послабление в твоих ограничениях. Хотел, чтобы ты был развитым, имел право на своё мнение, я рисковал быть арестованным, чтобы сделать тебя лучше, — а что в итоге? Ты стал расчётливой проституткой? Готов меня продать, лишь бы… Пф-ф-ф, я даже не знаю, зачем тебе это.              — Чтобы наша мечта о богатстве осуществилась, — с улыбкой ответил Хиро, разведя руки в очевидности.              — Она совсем не так мне представлялась, — нахмурил брови Джэджун и задумался. — Когда-нибудь я создам что-то особенное, что-то очень нужное, что наберёт популярность, а вместе с тем и я. Я стану свободным от чужих указаний, я сам стану указывать кому и что делать с моей разработкой…              — И для этого нужен стартовый капитал, который ждёт нас в ресторане, — сладким голосом вторгся в мечты Хиро.              — Тьфу на тебя, задолбал!              

***

      

      Добраться до ресторана не составило труда, а вот решиться войти — было делом не из лёгких. Голограмма Хиро была спрятана, но он ещё оставался на связи, подсказывая, как настроиться на приятный вечер. Джэджун сделал маленький наушник, чтобы слышать его, так как считалось плохим тоном на людях разговаривать со своим «другом». Чаще всего все выключали alter ego, но Джэджун оставил сегодня его поддержку. Каждый «друг» был чем-то очень личным, даже интимным, и трясти им перед другими многие просто постеснялись бы.              Огни неоновых лиан, вплетённых в высокий потолок, мягко мерцали, создавая иллюзию звёздного неба. Стены ресторана были покрыты живыми панелями биолюминесцентного мха, который менял оттенки в такт музыке — то тёплые золотистые, то холодные синие, волнами расходясь от источника звука. В воздухе витал аромат экзотических специй и чего-то сладковато-древесного, будто смесь амбры и ванили.              Джэджун шагнул внутрь, ощущая, как его дешёвые ботинки тонут в мягком ковре из мицелия, который тут же подстроился под его походку, слегка пружиня. Он нервно провёл рукой по воротнику подаренного костюма — ткань была настолько гладкой, что казалась второй кожей, а тёмно-синий оттенок делал его фигуру стройнее, чем он был на самом деле. Не было смысла отрицать, что такой костюм красил его гораздо больше, чем весь его домашний гардероб, который он чинил и переделывал сам, беря в руки швейные ролики.              «Наш внешний вид соответствует стандартам ресторана», — прошептал Хиро прямо в ухо через миниатюрный наушник.              — Заткнись, — буркнул Джэджун в ответ, озираясь и поправляя манжеты белой рубашки.              Ресторан оказался полон. За столиками, что были расставлены у стен, освобождая зал посередине, сидели люди в дорогих нарядах из синтетического шёлка и биопластика, поблескивающих при движении. Их лица освещались голубым свечением экранов, встроенных в столы. Кто-то смеялся, кто-то вёл деловые переговоры, а кто-то просто наслаждался едой, которую подавали бионики-официанты с безупречными улыбками. Презентация новых видов материала, в честь которой и был устроен банкет, пока ещё не началась, но люди были в ожидании. И Джэджун был не прочь стать одним из первых, что увидят ещё один шажок в развитии этой индустрии. Хоть какой-то плюсик от такой встречи он готов был признать.              И вот его взгляд упал на женщину, которая лично пригласила его на это мероприятие. Мин Элинь сидела за дальним столиком у окна, за которым простирался вид на ночной город, утопающий в зелени искусственных джунглей. Она была одета в платье глубокого чёрного цвета, которое переливалось при каждом движении, будто было соткано из звездного света. Рукава — полупрозрачные, с вышивкой, напоминающей паутину, а вырез подчёркивал её пышную грудь, но не вульгарно, а… изысканно подавая её для обозрения.              «Директор Мин явно потратила на этот наряд больше, чем мы зарабатываем за полгода», — констатировал Хиро.              Джэджун не ответил. Он чувствовал, как его ладони начали потеть, а пульс участился, — пора было вступать в свою роль, раз уж припёрся. Ещё одна доза сомнений и уговоров, и Джэджун уверенно пошагал в тот угол.              Элинь заметила его, подняла голову и улыбнулась. Не той дежурной улыбкой начальника, а чем-то более тёплым, почти игривым, и это чуть вспугнуло его уверенность, словно его уже пригласили в постель.              — Ким Джэджун, — её голос был низким, слегка хрипловатым, как у курильщицы, хотя табака не существовало уже лет сто. — Я начала волноваться, что вы передумали. Приятно видеть, что я не ошиблась в вас.              Он подошёл, стараясь не спотыкаться о невидимые неровности пола и держать спину прямо.              — Простите, директор, немного… задержался с работой.              — Называй меня Элинь, — она жестом пригласила его сесть. — Сегодня мы не на службе.              Бионик-официант тут же подкатил к столу, желая доброго вечера и предлагая меню, но Джэджун даже не успел взглянуть — Элинь уже заказала за них обоих, причём даже не спрашивая его мнения. И он мог довериться её вкусам, вряд ли она выберет что-то несъедобное или дешёвое, только вот само становление перед фактом немного унижало. Хотя чего уж там, Джэджун и так чувствовал себя ниже плинтуса, придя сюда как товар, упакованный по чьему-то заказу.              — Ты выглядишь… впечатляюще, — Элинь оценила его взглядом с ног до головы, задержавшись на лице чуть дольше, чем нужно.              — Спасибо, — он почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Вы тоже… То есть, это платье…              — Нравится? — она слегка наклонилась вперёд, и в вырезе мелькнула тонкая золотая цепочка, утонувшая между упругими грудями.              — Да, — ответил он честно, ныряя вслед за этой цепочкой. Чего уж тут юлить, сама грудь вполне себе притягивала взор, и модель платья неплохо так помогало ей в этом. А Джэджуну нужно было как-то настроить свои чакры на то, что он хочет эту женщину. Он просто обязан был это почувствовать, потому как облизывающий его взгляд убеждал, что не удастся сегодня разойтись насухую.              — Хорошо, — она улыбнулась ещё шире. — Потому что я надела его специально для тебя.              Джэджун почувствовал, как Хиро ликует у него в голове, словно от этого вечера зависела его судьба, а сейчас прям свершилась та самая сделка, обещающая богатство из мечты.              «Мы на верном пути», — прошептал электронный голос.              Но Джэджун уже не слушал. Он смотрел на Элинь и думал только одно:              «Это мне ещё хорошо так аукнется».              Ужин проходил вполне нейтрально. От Джэджуна не требовали каких-то ухаживаний или комплиментов, не зависали неловкие паузы молчания, не было дерзких прикосновений. Вообще, Элинь была почти что занята, к ним не раз подходили какие-то люди, здоровались, заводили короткие с беседы с ней, а потом тактично откланивались, бросая короткие взгляды на Кима. Элинь его не представляла никому, как-то с самого начала разговоров опуская этот пункт, и за это он был ей благодарен, так как не хотел, чтобы его имя запомнилось как любовник за деньги. Пусть уж лучше останется для всех неизвестным молодым человеком, вряд ли кто-то потом узнает в мелком механике того самого, что сидел в дорогом костюме на презентации. Да и кому он вообще интересен? Даже если ему удастся получить место начальника отдела, он будет все так же далёк ото всех этих людей, как улитка от сокола.              Но всему приходит конец. Презентация прошла, вино в бокалах закончилось, а волнение Джэджуна достигло своего пика. Он чувствовал себя уже даже не на свидании, а на задании, как спецагент, потому что все казалось невыполнимым, да ещё вот Хиро под ухо всё время подкидывал какие-то ободряющие комментарии, больше похожие на приказы сутенёра. И сама Элинь не меньше этому сопутствовала: всё их общение было простым, без рабочих формальностей, но Джэджун частенько улавливал одно направление — его не спрашивали, ему не предлагали, его не ставили перед выбором, ему просто сообщали, что он будет делать дальше.              Так же получилось и с отелем. После окончания демонстрации материалов и изделий из них Элинь мягко уложила свою ладонь на ладонь Джэджуна и с улыбкой сказала:              — Я сейчас поговорю с директором «El Caso», а затем мы поедем в отель. Машину уже подали, а в номере ждёт настоящее вино, — после чего встала и ушла, оставив Кима смиряться с этой участью.              — О, настоящее вино. Скорее всего, из частной коллекции, безумно дорогое, — просмаковал фантазией Хиро. — Попробовать такое — великая честь, просто грех отказываться.              — Можно подумать, у меня был выбор, — прошипел в ответ Джэджун, бросая салфетку с ног на стол. — Ладно, раз уж начали, стоит до конца дотягивать.              Это была последняя связь с Хиро на эту ночь, потому что Джэджун отключил его, не желая больше выслушивать его мнение, которое подавалось как мнение самого Кима.              Элинь сбросила с себя чопорность и правильность сразу, как только двери лифта растворились, выпуская их в коридор перед самым номером. Джэджун только шокировано охнул, сбросив свою неловкую улыбку, когда директор повисла на его плечах и впилась в рот, не давая даже вздохнуть. И тут срочно нужно было имитировать ответную страсть, словно Джэджун и сам хотел то же самое сделать, но усиленно сдерживал свой горячий порыв. Только вот его инициативу подавляли на корню. Его всё больше вдавливали в стену объёмной грудью, не давая толком вздохнуть.              — М-м-м, эта презентация мне показалась безумно долгой, — пропела Элинь, оторвавшись от губ Кима и рассматривая размазанную по его лицу помаду. — А я так хочу тебя.              — А… О, да… Я тоже, — ошарашенно хохотнул Джэджун. Элинь в этот момент отвернулась и моргнула в сканер, и тут же дверь в номер раскрылась. — Очень долгая презентация…              Ким не успел договорить, как его втолкнули внутрь, вновь затыкая поцелуем, и женские руки с ловкостью мартышки стали шарить по его телу, скидывая пиджак с плеч, расстёгивая пуговицы рубашки и в это же время дёргая за ремень брюк. Это было похоже на волчью стаю, которая разрывала его на кусочки, не давая шанса на спасение. Как он ни крепился, как ни настраивался, но в какой-то момент паника пробила его, наверняка этим моментом было то, когда ладонь Элинь погладила его ширинку и стала щупать всё, что там спрятано. А это всё сжималось ещё больше и пряталось глубже, предательски сбегая от ответственности. Джэджун и сам бы с удовольствием сбежал, но не хотел показаться трусом перед женщиной.              — Эм, где-то вино должно быть, — воскликнул напоминание Джэджун, как только ему дали вздохнуть.              — О, вино?! — Элинь отстранилась и уставилась на него, облизывая свои губы. — У меня для тебя есть хороший коктейль, собственного рецепта. Приготовлен по спецзаказу.              — Какая честь, — неуверенно улыбнулся Джэджун, набирая в лёгкие воздуха и удерживая брюки на себе.              Элинь толкнула его дальше в номер, а сама направилась к столику, на котором стояла открытая бутылка вина с двумя бокалами и ещё один шейкер. Вот из него она налила молочного цвета напиток в небольшую рюмку и поднесла к губам Джэджуна.              — Выпей, — произнесла вкрадчивым голосом, — это поможет тебе расслабиться. Я чувствую, что ты немного скован. Не бойся, мы с тобой очень подходим друг другу.              «Это-то меня и пугает», — прозвучало в голове Кима.              Но он выпил горьковатую жидкость с привкусом чая, и это даже понравилось ему. Вполне легко пошло. А потом последовал бокал вина, того самого, настоящего, как когда-то сказал Хиро, сделанного из экскрементов дрожжевых бактерий. Вкус был просто потрясающим. А потом жаркие облизывания его губ и сброшенная рубашка, затем ещё одна рюмка чайного коктейля, так же на пару с вином, а потом, уже непонятно когда, Джэджун понял, что его просто разрывает от внутреннего жара, словно он лаву халкал. Он даже помочиться толком не смог из-за железного стояка, но задумываться над этим не стал, так как и разум слегка помутился. Единственное, что понял, его опять никто и не спросил, а хочет ли он этого.              В огромную кровать его тоже завалили совсем внезапно, он только вышел из уборной, как в сумбурной круговерти оказался утопленным в мягкой постели, и всё стало слишком ярким вокруг. А точнее, тело Элинь, что сдёргивало с него брюки и лапало за всякие родимые местечки, стало просто умопомрачительным. И как это Джэджун ранее не заметил, что оно такое сексуальное? Не просто сексуальное, а то самое, о котором он всю жизнь мечтал. И он нырнул в этот соблазн с головой, полностью её теряя…                     Потерял до самого полудня. Как вообще нашёл — непонятно. Возможно, сама вернулась, когда наконец всё стихло. Но было это возвращение весьма неприятным, так как напоминало мусорный контейнер, наполненный какими-то пугающими обрывками воспоминаний, болезненной пульсацией в висках и застрявшим противным комом в грудине алкоголем. Джэджун кое-как в сознание пришел, или пал, различил реальность по тишине и отельному запаху, в его «кладовке» точно не живут ароматы озона и хвои. Привычно скользнул пальцами по кулону на груди и тут же сморщился даже от мелкого писка раскрываемой панели.              — Как я вижу, наша ночка удалась, — шепотом, чтобы не причинить ещё большего дискомфорта, проговорил Хиро. — О, нам оставили капсулы с лекарствами. Как это мило со стороны Элинь.              Джэджун через силу раскрыл глаза, морщась от яркого света, и развернул своё тело на спину, чувствуя, как давление всех жидкостей в организме сместилось в затылок. Закинул руку вверх, нащупал сенсор на изголовье, на высветившемся перед лицом экране изменил положение кровати, и тут же под его спиной плавно поднялся матрас, придавая ему сидячее положение. В реакции на проснувшегося гостя незамедлительно появился небольшой робот, простой, обслуживающий по пустякам, как, например сейчас: он подъехал на маленьких колёсиках к столику, стоявшему рядом с кроватью, взял с подноса капсулы и бросил их в стакан с водой, где те мигом растворились, придавая малиновый цвет получившемуся «зелью». Затем робот подал этот стакан Джэджуну с механическим «пожалуйста, примите».              — Очередная бурда? — спросил Ким, с сомнением заглядывая в стакан и вспоминая жидкость из шейкера.              — Это лекарство поможет ликвидировать последствия коктейля, — ответил робот и отъехал.              — Она вчера точно чем-то опоила меня, — хрипло проворчал Джэджун и осмотрелся, ещё опасаясь, что Элинь может быть здесь. Но номер был пуст. — Опоила, трахнула и бросила — действительно, очень мило, — проворчал уже более расслабленно.              — Думаю, Элинь просто не стала нас будить, чтобы смогли хорошенько выспаться, — всё так же безмятежно прокомментировал Хиро. — Как я узнал, этот номер оплачен до самого вечера, так что мы можем не торопясь привести себя в порядок.              — В какой? — ехидно усмехнулся Джэджун, сделав первый глоток, и сморщился. Жидкость проталкивалась внутрь через «вход запрещён», но всё же обратно не рвалась. — Мне сейчас только психотерапевт поможет. Ты хоть представляешь, что у меня в голове творится? Это же… — он прикрыл глаза, стараясь убежать от воспоминаний, что то и дело вспыхивали, как взрывы бомб. — Она меня вчера шлёпала, заставляя себя обслуживать, — воскликнул возмущённо и замотал головой. — Чёрт! Какой позор!               Он допил остатки бурды и протянул руку, чтобы робот забрал стакан. Осмотрел комнату, разбросанный по ней костюм, недопитую бутылку вина, и это всё складывалось в голове в весьма неприглядную картину, отчего планка его чести опускалась всё ниже. Куда уж ниже? Оказывается, было куда.              — Это всего лишь вагинальный половой акт, являющийся неотъемлемой частью отношений, — занудил Хиро, ещё больше раздражая. — Судя по состоянию нашего тела, все получилось весьма удачно.              — Хиро, заткнись ты со своим состоянием, — буркнул Джэджун, поднимаясь с кровати. — Мне так херово, что удачным это просто нельзя назвать. Элинь просто поимела меня, это был секс в одни ворота, с меня что и сталось, что только яйца опустели. Не знаю, мне кажется, если бы я отказался, меня просто… Просто всё равно поимели бы.              — Три раза, смею напомнить.              — Не смей, — Джэджун ткнул пальцем в голограмму, а затем потянулся вверх разминая больные мышцы, прогнулся в спине и покрутил торсом. — Вообще, это нужно как-то забыть всё побыстрее, а то я спать не смогу. Айщ, как же всё болит! — он поковылял на дрожащих в коленях ногах в ванную. — А ты добился, наконец, сегодня я точно влезу в тебя и верну все заводские протоколы. Пусть ты и станешь снова недоразвитым, но это лучше, чем такая торговля моим телом.              — Сейчас, когда наше финансовое положение улучшилось, будет возможность приобрести последнюю версию alter ego, — вставил ещё слово настырный Хиро.              — С чего это оно вдруг улучшилось? — возмутился Джэджун, притормозив в дверях. — Тебе заплатили за мой вагинальный половой трах? Я наконец-то стал богатым? — взмахнул руками.              — Думаю, что иконка почты, зависшая у входа, таит в себе копию приказа о назначении нас на более высокую должность, — наивно похлопывая глазками, сообщил Хиро. — Я, конечно, могу ошибаться, но, учитывая то, что Элинь позаботилась о нашем здоровье и оплатила номер, есть шанс, что она оправдала и другие надежды.              — Что?! Письмо? — Джэджун недоверчиво глянул в сторону выхода и машинально двинулся туда, ведомый любопытством.              Рот раскрылся в шоке, когда действительно высветился приказ о назначении начальником кибер-отдела. Пропечатанный, кстати, ещё накануне днём. То есть Элинь уже изначально подготовила этот документ, но не говорила о нём, чтобы Джэджун постарался его заработать. А ведь он не просил об этом, нет. Никаким образом даже не намекал, считая, что ещё рано об этом говорить, скорее, Элинь сама это восприняла как нужное, поняла все без слов. А может, просто подобрала кандидатуру на пустующее место и решила ещё бонус с этой кандидатуры содрать.              — Чёрт! Я начальник теперь? — заторможено спросил Джэджун, вновь и вновь пробегаясь глазами по документу. — Хиро, это сработало? — он невольно покосился в зеркальную поверхность двери, чтобы рассмотреть себя в новом статусе. Всё тот же: голый, со вставшими дыбом волосами, размазанной по щекам помадой и галстуком на шее, служившим ночью ошейником — но всё же уже начальник.              — Я и не сомневался, что это сработает. Мы достойны занимать этот пост, а ночь с директором Мин лишь приятное сопровождение к повышению, — ответил Хиро, злорадно усмехнувшись. — Чувствую, что наше настроение резко улучшилось, значит, можно уже заняться водными процедурами. Ещё могу предложить записать нас на прием в компанию «Eidolon», нам на руководящей должности не по статусу будет иметь alter ego устаревшей версии.              — Это пока подождёт, сначала надо на работе разобраться. Блин, я не доживу до понедельника, — досадно скривился Джэджун, направляясь в ванную.                     Но до понедельника он вполне счастливо дожил, дыша всё это время через раз. Два дня между «той ночью» и понедельником пролетели как один миг, и казалось, что жизнь осталась прежней, но внутри Джэджуна бушевал настоящий ураган.              Сначала было стыдно. Стыдно за то, как легко он поддался, как позволил Элинь вести себя, словно марионетку. Воспоминания всплывали обрывками, но даже их хватало, чтобы лицо пылало, а нутро сжималось: её властные прикосновения, её смех, когда он не сразу понимал, чего она хочет, унизительное положение дрессированной собаки… А потом за горло схватила злость. На себя, на Хиро, на весь этот мир, где карьера и деньги оказались крепко связаны с тем, насколько ты готов продать свою гордость. Если бы его прадед узнал, до чего опустился Джэджун, чтобы иметь деньги на реставрацию его собранных блокнотов, его развеянный прах вновь воспламенился бы. Знакомым так точно не стоит рассказывать такое постыдное продвижение.              Но постепенно стыд и злость начали вытесняться азартом. Он перечитывал приказ о назначении снова и снова, будто проверяя, не исчезнет ли он, не окажется ли ошибкой или подделкой. «Начальник кибер-отдела.» Это звучало… властно. Он представлял, как войдёт в цех, как подчиненные (его подчиненные!) начнут вставать при его появлении и кланяться, как он сможет наконец-то диктовать свои правила и строгим тоном отчитывать за глупые ошибки, которые он частенько находил в дефектных биониках. А ещё он сможет продвигать свои идеи, задумки, покажет сделанные чертежи технологическому отделу, и его там выслушают.              А еще Джэджун ощущал страх. Вдруг все поймут, что он получил должность не за навыки, а за постель? Вдруг Элинь передумает? Вдруг он окажется никудышным руководителем? Она ведь может не просто выгнать, а с громким позором. Кому поверят, если директор начнет утверждать, что он сам стал за ней бегать и, как оказалось позже, с тайным умыслом на прибыльное место, а не с любовью? Почти так и есть, с одной лишь поправкой — бегать за ней он как раз таки не собирался.              Хиро, конечно, подливал масла в огонь:              — Мы идеально подходим на эту должность. Наши технические навыки выше среднего, а теперь еще и статус. Главное — не показывать сомнений.              — Ты думаешь, они не догадаются? — хмуро спросил Джэджун, разглядывая в зеркале свое отражение и прикидывая, что нужна новая форма в первую очередь.              — А какая нам разница? Власть — это не про то, как ты её получил, а про то, как ты её используешь.              Джэджун хмыкнул. Власть. Да, это звучало заманчиво.                            Здание корпорации «Нейротек» встретило его уже по-другому. Раньше он проходил через служебный вход, сканировал пропуск и растворялся в толпе таких же, как он, мелких сотрудников. Теперь же — центральный вход, персональный сканер сетчатки, приветственные кивки охраны. И дрожь в поджилках.              Его уже ждали.              У лифта стоял секретарь-бионик — модель нового поколения, с почти человеческой мимикой, но всё ещё с той механической плавностью движений, которая выдавала в нём машину.              — Господин Ким, доброе утро. Меня зовут L-147, я буду вашим ассистентом.              — А… доброе, — Джэджун кивнул, стараясь не выдать волнения. В голове громко повторялось «Господин Ким» и отдавалось эхом под грудиной, дребезжа, как струны скрипки. Господин Ким — на фоне такого обращения все ночные приключения медленно становились незначительными.              Лифт с лёгкостью умчал их на 48-й этаж, туда, где раньше Джэджун бывал только по вызову начальства, и то это было всего лишь пару раз за пять лет. И вот, он гордо вступал в ту элиту директората, где о него уже не посмеют вытирать ноги, а мнение примут к сведению и согласно покивают головами на него.              Дверь в его новый кабинет открылась с мягким шипением, а глаза расширились, охватывая новое рабочее место, словно перед ним раскрылись врата рая.              Кабинет был просторным, но не роскошным — видимо, Элинь не стала перегибать палку, чтобы не вызывать лишних вопросов. Пол — матовый, из переработанного мицелия, стены — панели с регулируемой подсветкой, стол — широкий, со встроенным голографическим интерфейсом. Но самое главное — окно. Настоящее, не голограмма, как в его чердаке или в цехе.              Джэджун подошёл ближе. Отсюда, с высоты, город казался зеленым морем — крыши домов поросли искусственными лианами, между башнями вились воздушные сады. Красиво. Дорого. Свободно. Машинально втянул воздух, глотая эту свежесть, как атмосферу новой жизни.              — Ваши обязанности, — секретарь раскрыл должностную инструкцию и стал перечитывать, — включают контроль за ремонтным отделом биоников, утверждение новых моделей и их проверки, своевременная сборка заказов и еженедельные отчёты перед директором Мин.              — Перед Элинь? — невольно переспросил Джэджун, дрогнув наконец голосом.              Бионик едва заметно улыбнулся то ли на панику в глазах, то ли на неформальное обращение.              — Да. Первое совещание сегодня в 14:00. Также вам предоставлен доступ к программе новых технологий и к архивам компании, включая исторические документы              Джэджун замер. Архивы?              — Там есть… бумажные?              — Некоторые образцы хранятся в специальных условиях. Вам потребуется дополнительное разрешение для доступа к ним. Но вся информация, что на них содержится, имеется в информационной базе компании.              Джэджун заторможено кивнул, пытаясь разобрать сумбур в голове и понять, что делать со всей этой информацией. Сел за стол и вдохновлённо провёл ладонями по сверкающей, перламутровой столешнице и взглядом оценил сенсорное управление.              — Что ещё? — спохватился, сбил своё блаженное выражение и поднял взгляд на секретаря.              — Ваш персональный бионик-курьер будет доставлять документы. И… — секретарь сделал многозначительную паузу, — директор Мин просила передать, что она будет рада видеть вас на ужине в пятницу.              Джэджун сглотнул. Опять?! Разве, это ещё не конец? Вся лёгкость этой миссии, что подняла его на сорок восьмой этаж, вдруг потяжелела. Похоже, ему придётся отрабатывать этот кредит, пока Элинь не наиграется.              — Передайте… что я с нетерпением жду, — пробормотал Джэджун, натягивая улыбку.              Бионик кивнул и вышел, оставив его одного в новом мире, где у него, наконец, была власть. И, возможно, даже шанс на мечту, а всё остальное это лишь «приятное сопровождение».