В любви и с болью

— Мне намного легче сейчас… Руки Хенджина покрытые мелкими мурашками свисали через перила, пока прохладный осенний ветер качал его белесые пряди. Телефон зажат между плечом и ухом, а неловкие дрожащие пальцы держат небольшую книжку. Агата Кристи помогала парню развеяться, отвлечься, задуматься о чем то другом. На том конце трубки звучал обеспокоенный голос знакомого, Хенджин долго не выходил на связь, стараясь разложить свои чувства по пыльным полочкам и это волновало. Он влюблен, беспечно и намертво, без возможности отступить. Такую очевидную вещь оказалось очень тяжело принять. — И что ты будешь делать? – уставший, севший голос не хотел слишком сильно тревожить влюбленную до беспамятства душу. — Ничего? – с неким вопросом ответил Хенджин, откладывая книгу на металлический отлив. — На самом деле… я кое о чем должен упомянуть… Чан, судя по паузе, немного замялся. Он размышлял, стоит ли сейчас лезть в чужие отношения. — Он как то между словом бросил, что без тебя в универе совсем скучно. Глаза Хенджина неосознанно расширились от таких подробностей, ситуация никак не вязалась с его восприятием, ощущением. Он искренне верил, что Чанбину не так важно есть Хенджин или нет. Очевидно, парень заблудился в своих выводах, ответ был неверным, придется пересчитывать уравнение сначала. — Я как раз планировал завтра прийти… Нижняя губа под рядом ровных зубов оказалась немного пожевана, по привычке. Хенджин хотел опять поверить что под высокой, сочно зеленой травой в этом дворе никаких граблей не лежит, придётся опять рискнуть.