Сделка

Аластор прятался у себя. Беготня его знатно вымотала. Радио-демон очень хотел перекусить или хотя бы выпить кофе. Кофе можно заварить, если тут где-нибудь завалялась старая пачка заварного, что было очень маловероятно. Пожалуй, больше всего хотелось спать. Либо радио-демон отвык от всего этого, либо он реально стар для подобного дерьма. Аластор поднялся с пола и посмотрел через стекло вышки. На улицах ничего не изменилось. Вдалеке красовался офис Ви. Вокс… — Блять… — Ал невольно выматерился, мигом вспомнив о том, что ему предстоит. Вокс ведь не оставит свою добычу в покое. Он обязательно будет искать её, чтобы разделать. Радио-демон сбежал из Отеля, но, кажется, ему наоборот нужно держаться близ здания и его постояльцев, ведь при них Вокс не посмеет тронуть Аластора. Главное — убедиться, что Вокс уже покинул Отель. Потому что если телеведущий найдёт сбежавшую оленину, то сделает из неё очень хороший суп. Вокс использует возможность контроль души Аластора, а демон не желал подчиняться этому придурку. Он просто хотел вернуть душу. Можно попробовать противостоять ему, но лучше не стоит. Это в крайних мерах… Ал думал вернуться. Там намного безопасней, чем здесь. Спокойно улыбнувшись, радио-демон растворился в воздухе, а его тень поползла в нужном направлении. Мигом оказавшись в своём номере, Аластор понял, что тут пусто. Тихо и незаметно… Так Вокс даже не догадается, что Ал мог вернуться обратно. Наверное… Радио-демон глянул на алое небо, бросая взгляд на балкон, а затем присел на кровать, снимая с себя алое пальто. Отбросив элемент одежды в сторону, демон по щелчку пальца переоделся в пижаму. В буквальном смысле по щелчку… Пижама почти не имела отличий от повседневной одежды. Брюки стали более лёгкого цвета, а рубашка теперь без рисунка и более свободная. Аластор сильно рискует, если готовится ко сну. Он понимал это. Сейчас уже почти что глубокий вечер и у всех будет отбой. Но где гарантия, что Вокс не заявится сюда ночью? Ну, наверное он не такой одержимый придурок… Хотя его одержимость Аластором трудно не заметить. Раньше он делал всё, чтобы тот его заметил, даже когда они враждовали. Да и сейчас… Аластор лёг с этими мыслями и уснул, не думая показывать кому-то, что он здесь. Да, в душе ещё сидело паршивое ощущение страха, но демон пытался себя утешать. Воксу тут делать нечего…

***

Что-то вывело из сна. Аластор открыл глаза, недовольно мыча. Старомодные часы показывали два часа ночи по-адскому. Радио-демон тяжело выдохнул и поднялся с кровати. Появилось жгучее желание выпить кофе. Аластор встал с кровати, накидывая на пижаму своё алое пальто и беря со столика любимую кружку. Должно быть, на кухне кофе завались, ведь Аластор никогда не отказывает себе в удовольствии. С помощью тени переместившись на кухню, чтобы не быть замеченным и сделать всё тихо, радио-демон стал искать пакетики с кофе. Из кофемашины оно получилось бы куда лучше, но сейчас совсем не время. А вот перемещение с помощью тени расходовало у Ала силы. Демон нашёл пакетик, высыпал его содержимое в кружку, взял стакан с водой, которую подогрел с помощью собственного огня с ладони, а затем залил порошок кипятком. Осталось найти молоко и разбавить им. Аластор так и сделал. Выйдя в гостиную, радио-демон присел на коврик, что был на полу у всё ещё горящего камина. Приятное тепло, огонёк… Аластору нравилось это. Демон неторопливо отпивал из кружки любимый напиток, греясь у огня. На лице не было улыбки. Только наедине с собой Ал мог не улыбаться. Мог не притворяться, а быть тем, кем хотелось. Не доказывая кому-то, что улыбка — часть твоей одежды. Кружка по-тихоньку пустела, а радио-демон что-то напевал себе под нос. После чашки кофе он точно не сможет заснуть, поэтому Ал щёлкнул пальцами, и пижама мигом сменилась прежним повседневным обликом. Внезапно, откуда-то послышался скрип. Аластор инстинктивно обернулся, навострив ушки. Никого не было… Может кто-то проснулся? Радио-демон тихонько встал и направился к лестнице, как вдруг остановился, услышав какой-то разговор. Он доносился со второго этажа. — Вал, ну я откуда знаю, где он? Ты спроси у своего дружка… В Отеле пока не появлялся, по крайней мере я не видел. Он как убежал, так всё. — это был голос Энджела. — Ладно, как узнаю, так сообщу. — он с кем-то говорил по телефону. Аластор вслушивался. Это же про него… Попятившись назад, радио-демон напрочь забылся и выронил кружку, мигом выходя из ступора. Беседа сразу же прекратилась. — Подожди, щас до низа схожу… Там чё-то упало… Если опять ты, Ниффти, то я тебе не завидую! — Энджел говорил так, будто бы флиртовал. Шаги послышались в сторону Аластора. Радио-демон быстро метнулся ко второй лестнице, напрочь забывая про кружку, и побежал на самый верхний этаж. Энджел спустился вниз, оглядывая гостиную. Заметив лежащую на полу кружку с изображением оленьих рогов, было не трудно догадаться, кто владелец. Энджел самодовольно хмыкнул и поднёс телефон ближе. — Кажется, наш клубничный папочка только что тут был. — Даст ухмыльнулся, а из трубки донёсся смешок Валентино. — Умница, Энтони. — сказал мотылёк.

***

Аластор же уже не знал, куда деваться. В Отеле теперь точно нельзя оставаться, а куда тогда идти? Смириться со своей обречённостью? Вокс ради него даже Вала и Энджела подключил, одержимый кусок дерьма. Ал захлопнул дверь в свой номер и попытался отдышаться. Глупый! Как можно было так проебаться? Ладно, дело дрянь… Демон стоял во тьме комнаты, слыша лишь биение собственного сердца. Надо срочно валить… Зачем он затеял всё это? Шторы слегка колыхаются от ветерка. Аластор вздрагивает, оборачиваясь на скрип балконной двери. Ветер… Это просто ветер. Алоглазый попятился назад, к двери номера, как вдруг на что-то наткнулся. Вздрогнув от неожиданности, демон уж хотел было отбежать в сторону, как вдруг плечи сковала хищная хватка, а на макушке стало чувствоваться чужое дыхание. — Ты думал, что сможешь вот так просто убежать? Глупенький… — шептал знакомый голос. — Жалко видеть, как глупенькое думает, что оно ещё и хитренькое… — руки говорящего медленно сомкнулись на талии радио-демона. Аластор пискнул, пытаясь вырваться из хватки. Он понял, что это Вокс. Никто больше… Кажется, телеведущий даже не применял силу. Неужели Ал действительно ослаб за семь лет отсутствия? — Вокс… Ты… Ты меня неправильно понял сегодня вечером… Я… Я просто не хотел этого прямо во время работы. Я… — испуганно залепетал Аластор. Демон инстинктивно прижал ушки, пытаясь найти какое-то объяснение. — Чшш… Не оправдывайся, оленёнок. Хорошие мальчики не оправдываются. — Вокс медленно развернул демона к себе, не отрывая рук от его талии и прислоняя указательный палец к губам бывшего. А бывшего ли? Так считает лишь Аластор, а Вокс всерьёз думает, что между ними может что-то быть… Аластор отвёл взгляд в пол, чувствуя весь некомфорт в темноте комнаты. Он видел, как ярко сиял монитор Вокса, видел его ухмылку и жадный взгляд. Может быть это и есть шанс на возвращение души? Может стоит перетерпеть одну ночь ради вечной свободы? Аластор подумал и мысленно согласился, хотя тело всё ещё было против. Радио-демон поднял взгляд на Вокса, делая щенячий взгляд. — Может тогда включим свет? — спросил он, пытаясь сделать вид, что ему действительно приятна компания телеведущего. Всего лишь одна ночь… Аластор сделает всё, что вытребовать свою душу обратно. Он больше не даст Воксу своевольничать. — Всё для тебя, милый… — телеведущий оторвался от радио-демона и включил ночник, что был рядом с кроватью. Аластор ещё сильнее прижал уши и нахмурился. — Прекрати меня так называть! — заявил демон, отводя взгляд в сторону и гневаясь. Сейчас его приятно смущали эти прозвища, а потому это бесило и выводило из себя. Аластор не хотел признавать, что ему приятны слова бывшего. — Ой, оленёнку не нравится? А раньше ты просто обожал эти прозвища… — телеведущий сел на кровать владельца номера; он ухмыльнулся. — Иди ко мне… — Вокс поманил Аластора руками к себе, намекая сесть на коленки. Признаться, Ал просто обожал сидеть с Воксом в обнимку, но это было раньше. Раньше, мать твою! Когда Аластор понял, что он — лишь выгодная партия, то его вера в добро даже в Аду была разрушена. Он полностью отрёкся от любви, хотя он жутко не хотел этого. Аластор посмотрел на Вокса и скрестил руки на груди, недовольно фыркая. — Ты никогда не спрашиваешь, хочу я или нет. Неужели тебе действительно плевать? — сказал радио-демон, медленно подходя к телеведущему. Вокс улыбается и замыкает Ала в с объятия, усаживая на коленки. Аластор лёг на плечо Вокса, сидя у него на коленях, и прижал ушки, закрывая глаза. Это было приятно… Тепло и уютно. Раньше это была уверенность в том, что никто не тронет тебя, что Вокс всегда защитит и придёт на помощь… — Ну почему? Мне не плевать… — начал Вокс, поглаживая одной рукой спинку радио-демона. — Просто я знаю, когда ты действительно хочешь, но всеми силами пытаешься отрицать. — добавил он, спуская свою руку ближе к пятой точке радио-демона. Аластор чувствовал привычный аромат одеколона Вокса, его привычное тепло, его руки… Они всегда нежные, если радио-демон того хочет. Но они могут быть и грубыми… — Ты такой хорошенький… Спустя семь лет стал ещё лучше, сладкий… — телеведущий медленно приблизился к губам Ала, заставляя того распахнуть алые глаза. Радио-демон выдохнул. — Я хочу спать, Вокс. Что насчёт завтра? — Аластор всё же пытался юлить и отходить от темы. Телеведущий же хмыкнул. — Думаю, завтра я буду занят, малыш… А сегодня я весь твой. Или ты весь мой… — прошептал Вокс, второй рукой начиная гладить бугорок в брюках бывшего. ТВ-демон смотрел любовнику прямо в глаза, давая понять, что Аластору никуда не деться от него. Ал заёрзал на коленях Вокса, упираясь руками ему в грудь. Радио-демон чувствовал, как щёки начинают горячеть, а в голову бьёт жар. Мягкие поглаживания заставляют половой орган заметно возбуждаться. — Н-нет… Не надо… — прошептал Аластор, пытаясь слезть с колен бывшего, но тот лишь сильнее прижал демона к себе. Ал от испуга сжался и опустил одно ушко, а затем и второе. Как же Вокса забавляла эта картина… И казалась ему довольно-таки милой. Харизматичный радиоведущий, Оверлорд и убийца-каннибал сейчас испуганно дёргается и сопротивляется. Вокс чувствовал страх любовника. — Ну что же ты так дрожишь, оленёнок? Разве я сделаю тебе больно? Разве я обижу тебя? — телеведущий заглянул в алые глаза, что были наполнены страхом. Аластор жутко боялся дать отпор. Это сделает ситуацию ещё хуже… — Верно. Если ты будешь послушным мальчиком, то я сделаю тебе приятно, сладенький… — прошептал Вокс, примкнув к шейке радио-демона. Аластор запищал, дёргая ногами и ударяя кулаками в грудь Вокса. Всё было тщетно… Хватка ТВ-демона была железной. Аластор попытался закричать или вцепиться в Вокса своими коготками. — Хватит… Прекрати! Помо… — начал Ал, как вдруг грубая рука закрыла ему рот, не давая вымолвить ни слова. В глазах Вокса читались наслаждение и удовлетворение. — Тише, оленёнок… Или хочешь, чтобы кто-то услышал, как самого радиоведущего вот-вот вытрахают? — шептал с оскалом телеведущий. Аластор резко помотал головой в знак отрицания, прижимая ушки. — Вот и умница… — Вокс приподнялся, давая Алу встать на ноги, но мигом стал опускать того на пол. Аластор робко сглотнул, осознавая, что сейчас будет делать. Алоглазый послушно встал на коленки, пока Вокс вновь сел на кровать. — Любишь сладкое? — спросил спокойно телеведущий, медленно расстёгивая ширинку брюк. — Уверен, что любишь. — добавил тот. Пока Вокс освобождал свой агрегат, Аластор заметно напрягся. Он бегал глазами по сторонам, пытаясь найти выход. Но выхода, очевидно, не было. — Бери в ротик… — прошептал с ухмылкой Вокс. Взору Аластора предстал приличных размеров член, с которым алоглазый был уже знаком. Радио-демон поморщился, переводя взгляд на Вокса. — Он вкусный, не переживай. — телеведущий медленно положил свою руку на макушку ушастику и тихонько сжал его алые волосы. Аластор пискнул. — Давай же, оленёнок… — издевательски подбадривал Вокс. Радио-демон зажмурился, положил руки на колени Вокса и тихонько взял в рот. Рвотный рефлекс мигом дал о себе знать. Было жутко противно… Давно этого не было. Мордочка Аластора рефлекторно сморщилась. — Не нравится? — спросил Вокс, убирая с монитора улыбку. — Войди во вкус, сладенький. — добавил он, заставляя своей хваткой Аластора сосать. Демон брезгливо морщился, но был послушным. Он медленно посасывал, пытаясь скрыть свои недовольство и ненависть. — Вот так вот… Умница. — шептал Вокс, издавая стоны удовольствия. — М… Хороший мальчик. — говорил тот. Аластор же пищал, мычал и изредка выдавал мелкие стоны. Хватка Вокса усилилась. Ал стал сосать быстрее, чувствуя, как волосы на макушке подвергаются давлению. — С-сука… Ты потрясающий… М… — шептал телеведущий, довольно скалясь и отводя взгляд к потолку. — Б‐блять… Аластор… — на этих словах Вокс сильнее надавил на Аластора и излился ему в рот. Радио-демон почувствовал, как глотка наполняется горячей жидкостью. Хотелось выплюнуть, стошниться… Но Вокс не позволял. — Всё, до единой капельки… — сказал телеведущий, когда поймал на себе взгляд радио-демона. Алоглазый еле-еле сглотнул, морщась и откашливаясь, вдыхая воздух, которого так не хватало лёгким. Слишком большая цена для души… Пожертвовать собственным достоинством ради души. — Понравилось? — спросил Вокс, не сводя с Аластора глаз. Оленёнок зажмурился, чувствуя прилив тошноты. — Д-да… — соврал он, хотя на самом деле готов был убить Вокса. Телеведущий самодовольно оскалился, закинув ногу на ногу и выдохнув. — Раздевайся. — твёрдо произнёс он. Аластор мигом поднял взгляд на Вокса и нервно сглотнул, прижав ушки. Во рту всё ещё чувстовался противный вкус семени. — Ч-что? — спросил робко Ал, надеясь, что он ослышался. Вокс ухмыльнулся ещё шире. — Раздевайся. Снимай одёжку, милый… Или я могу сам тебя раздеть, если ты хочешь. — ТВ-демон лыбился. Аластор же робко встал с колен и мигом устремился к выходу из номера, как вдруг его что-то перехватило. Дышать стало тяжело, на шее появилось неизвестное препятствие, которое мешало дышать и удерживало на месте. Аластор схватился за шейку и с испугом понял, что это, как только заметил голубую цепь. Вокс хмыкнул и дёрнул за неё, заставляя Аластора вернуться прямиком в объятия ТВ-демона. Аластор закашлялся. Радио-демон готов был заплакать от безысходности, но не мог. Не мог дать себя унизить ещё больше. — Куда же ты всё убегаешь? Ты ещё не понял, что ты и твоё тело — мои. — прошептал телеведущий прямо на ушко Аластору. Алоглазый вздрогнул. По телу пробежала дрожь. То есть Вокс всё-таки применил эту способность, а значит душу отдавать не планирует? — То есть тебе нужно только моё тело? Я… Я тебе неинтересен? — спрашивал Аластор, избегая зрительного контакта с Воксом. Телеведущий ухмыльнулся. — Оленёнок, ты прекрасен весь… И телом, и умом, и харизмой. Ты весь мой… Только мой. Таковы условия сделки. Ты же сам когда-то отдал мне свою душу. «Я хочу принадлежать тебе…» Не помнишь? Твои ведь слова, малыш… — Вокс убрал цепь и тихонько обнял Аластора, касаясь руками его талии и перебираясь на ширинку брюк. Ал судорожно вздохнул. — Не сопротивляйся… — прошептал Вокс, расстёгивая ширинку брюк радио-демона. Алоглазый зажмурился. Было страшно… Он не хотел. Он просто хотел свою душу. Зачем он вернулся? Если так, то уже всё равно. Аластор резко пнул ногой Воксу в рандомное место, надеясь убежать, но телеведущему было плевать. Он не ослабил хватку, а лишь усилил её. — Не сопротивляйся, дрянь… — Вокс схватил Аластора за шею и грубо кинул его на кровать, заставляя вскрикнуть. Телеведущий накинулся на Аластора, залезая сверху. Он хищно оскалился, когда заметил в алых глазах еле заметные слёзы. — Ты сам напросился… Я хотел быть нежным, но ты не понимаешь. Непослушная сучка… — Вокс хищно впился в плечи радио-демона, заставляя того вздрогнуть и пискнуть. — Я накажу тебя за непослушание. — добавил он, переходя на рык. Аластор стал извиваться и пытаться оттолкнуть Вокса, но напор ТВ-демона превышал все возможности алоглазого любителя кофе. — Вокс, отпусти… Не надо… Пожалуйста… — взмолил Ал, надеясь на жалость. Но сейчас это не работало. В глазах радио-демона появились слёзы, хотя он всеми силами пытался всё это скрыть. — Ты уже плачешь? Я ничего ещё не сделал, оленёнок… — хищно протянул Вокс, впиваясь клыками в ушко радио-демона. Аластор хотел вскрикнуть, как вдруг почувствовал чужую ладонь на губах, что мешала кричать и что-либо говорить. Хотел вернуть душу назад — получай. — П-пожалуйста… М… От... М… Пусти… Мгх… — мычал демон. Ал чувствовал, как руки Вокса стали медленно расстёгивать алое пальто. В итоге с пальто было покончено, а брюки стали медленно покидать тело радио-демона. Он тщетно дрыгал ногами и вот-вот уже плакал. Теперь тело Аластора полностью во власти Вокса. — Остановись… Я убью тебя, когда выберусь. Убью… — шептал демон, пытаясь сдерживать слёзы. Вокс же игнорировал его. Он отбросил брюки оленёнка в сторону. Самому же раздеваться нужды не было. То, что нужно — уже расстёгнуто. Он быстро выебет эту шлюху и даст ей понять, что принадлежит шлюшка только ему. — Вокс! Нет! — хрипло кричал Аластор, почувствовав, как нижнее бельё также медленно покидает его тело. Сейчас он остался лишь в рубашке и в расстёгнутом пальто. Грудная клетка вздымалась вверх и вниз, а сердце стучало, словно ненормальное. Телеведущий оскалился, заглянув в алые глаза. Убедившись, что жертва достаточно напугана, Вокс грубо и резко вошёл в Аластора, выбивая из него сдавленный стон. — Хочешь, чтобы услышали? — спросил он, делая первый грубый и резкий толчок внутри радио-демона. Ал резко замотал головой, инстинктивно прижав ушки. Было невыносимо больно… Аластор никогда не обходился без растяжки. А тут… — Ты же всегда меня растягивал… Мне больно… — пищал радио-демон, пытаясь принять в себя чужой член. Вокс ухмыльнулся, делая ещё один грубый толчок. Он взял жертву за запястья и прижал руки Ала к кровати, положив их по обеим сторонам от него. — Это и есть наказание за непослушание… Ты сам захотел этого, оленёнок. — Вокс входил грубо и резко, начиная с медленного темпа. Аластор чувствовал, как вся промежность ноет и болит. Ему хотелось убежать или сдохнуть прямо на месте. Лишь бы не унижаться, не молить и не плакать… Вокс сделал очередной грубый толчок, выбивая из Аластора писк. Телеведущий смотрел прямо в алые глаза и скалился, наслаждаясь страхом их владельца. — Пожалуйста, нежнее… Умоляю тебя, Вокс… — шептал Аластор. Он ненавидел себя за то, что шепчет это. Но ему было больно и он не мог по-другому. Он надеялся, что его услышат. — Быстрее, ты говоришь? Хорошо, сладкий… — Вокс ещё больше оскалился и стал входить в дырочку алоглазого быстрее, выбивая из него писк. Аластору стало ещё больнее. Вокс просто тупо издевался над ним. Когда телеведущий успел стать таким жестоким? Или он уже был… Просто Аластору никогда не доводилось его злить. Вокс стал входить часто и грубо, наслаждаясь процессом. Его толчки доставляли Аластору невыносимую боль. — Х-хватит, прошу тебя… — молил радио-демон, пока его руки удерживались насильником. Вокс же не слушал. Ему нравилось издеваться над этим беззащитным существом. Аластору никто не поможет, и Воксу это чертовски нравилось. Толчок за толчком. Всё больнее… — Ах! Мгх! Больно! — болезненно стонал радио-демон. Вокс наконец-то сделал последний толчок, не отрывая взгляда от алых глаз. Он вошёл очень глубоко, с рыком наполняя Аластора своим семенем. Радио-демон задрыгал ногами и прикусил губу, впиваясь в Вокса объятиями и издавая крик боли в его плечо. — С-сучка… Не ожидал, что ты будешь сопротивляться… — сказал с ухмылкой Вокс. Аластор вновь оторвался от Вокса и с тяжёлым выдохом упал на кровать, хлопая глазами. — Я ненавижу тебя. — прошептал Аластор, давая слезам побежать по бледным щекам. Вокс ухмыльнулся. — Значит всё-таки не лжёшь, милый… — сказал с издёвкой тот. Ал закрыл глаза, думая, что это конец, но как бы ни так. У Вокса всегда было море идей. — Но-но! Это не конец, оленёнок… — с ухмылкой произнёс он, покидая узкую дырочку радио-демона и думая. Аластор издавал лишь тихие всхлипы и дрожал, боясь даже ноги вместе свести, ведь получил бы что-то плохое в ответ. И в этот момент Воксу стало… Ну… Жаль это создание? Вокс ведь знал, что Аластор чувствительный в плане секса, что с ним нужно быть осторожным. А тут он ещё и семь лет без этого, так… Воксу нужно было быть нежным. Нужно было показывать не грубость, а любовь к маленькому оленёнку, тогда бы он сам ответил взаимностью и желанием. Вокс смотрел на это запуганное тело, на эти опущенные ушки… Было так неприятно от самого себя. «В конце концов, ты же действительно его любишь… Зачем ты так с ним? Теперь попробуй заполучить его доверие обратно. Пусть он знает, что с тобой он в безопасности. Пусть ему будет хорошо рядом с тобой.» — шептал внутренний голос. Но Вокс уже достаточно натворил, поэтому пути назад нет. Аластор ещё сам к нему прибежит… Радио-демон в это время хотел отползти прочь, как вдруг телеведущий снова схватил его и потащил на себя. — Я не разрешал тебе уходить. — протянул он с оскалом и вновь забрался на Аластора сверху, думая, чем бы ещё развлечься. Заметив прижатые ушки радио-демона, Вокс ухмыльнулся. Он взялся за них руками, моментально выбивая писк. Ушки лишь сильнее прижались к голове хозяина. — Не надо… Не трогай их… Пожалуйста… — шептал обессиленный демон, тяжело дыша. Вокс не остановился. Он аккуратно погладил их, ведь и навредить специально не хотел. И тут же Аластор ахнул. Телеведущий с ухмылкой посмотрел на него. — М, так тебя это возбуждает? Вот с чего надо было начинать… — телеведущий усмехнулся, поглаживая ушки Аластора и пытаясь их выпрямить. Аластор чувствовал, как вновь начинает горячеть. — Что ты делаешь? Остановись! — шептал Ал, чувствуя, как ушки не хотят подчиняться воле Вокса, отдавая головной болью. Нежные прикосновения Вокса заставляли Аластора чувствовать прилив давно забытого чувства. Он не хотел признавать это. — Нравится? — спросил Вокс с улыбкой. Аластор поморщился. — Н-неи… А-а! — радио-демон вскрикнул, когда ощутил, как телеведущий сжимает одно из ушек. — Перестань… Хватит… Ты уже достаточно сделал… — шептал Ал со слезами, которые невольно текли по щекам. Вокс хмыкнул и оторвался от длинных ушей демона. Он вновь заглянул в алые глаза и ухмыльнулся. — Не думай спрятаться от меня… Я везде тебя найду, оленёнок. Ты только мой и больше ничей. — прошептал ТВ-демон. Он легонько чмокнул Аластора в щёку, а сам лёг, притягивая радио-демона к себе. Алоглазый заметно намок после массажа ушей. Как же ему было плохо… Ему так неприятно. Вокс впервые так с ним поступил, а шансы на возвращение души иссякли. Как же теперь быть? Аластор вернуться не успел и уже… Радио-демон закрыл глаза, пытаясь заснуть. Может быть всё-таки получится… Может быть.