Сделка

Аластор резко проснулся. Открыв сонные глаза и подскочив на кровати от испуга, радио-демон заметил, что Вокса нет рядом, а в комнате горит один лишь ночник. Стало немного страшно, ведь Алу приснился плохой сон. Бегая глазами по комнате, Аластор стал часто дышать. Он встал с кровати и устремился прочь из спальни, чтобы побыстрее найти Вокса. Он нервничал… — Вокс… Вокс! — звал алоглазый, следуя по коридору офиса. Тут же сзади послышались тихие шаги. Аластор обернулся и сразу увидел любимого позади себя. Алоглазый устремился к телеведущему, мигом крепко обнимая его и тыкаясь мордочкой в его плечо. — Что случилось, оленёнок? — ласково спросил Вокс, опешив от неожиданности и касаясь рукой прижатых ушек любимого, поглаживая их. Аластор же не отпускал Вокса, а всё крепче жался к нему, жалобно пища. — Мне приснился плохой сон. — когтистые руки ещё сильнее впились в спину Вокса. Телеведущий обнимал оленёнка в ответ, пытаясь успокоить. Он чувствовал частое дыхание Аластора и его нервное возбуждение. Воксу всё-таки удалось успокоить радио-демона. Телеведущий взял его на ручки и понёс в сторону спальни. — Ну… Кажется, мой малыш просто устал и хочет спать. И ему нужно в кроватку. — Вокс улыбался, держа на руках сонного оленёнка. Аластор улыбнулся в ответ и закрыл глаза, прижимаясь к груди Вокса. Телеведущий вернул Ала в спальню, желая дождаться, пока тот уснёт, чтобы вернуться к работе. — Не уходи… — прошептал Аластор, слегка приоткрыв глаза. Вокс же улыбнулся и погладил ладошку в перчатке, давая понять, что всё в порядке. — Не уйду… — сказал телеведущий. — Кстати, ты просил клубнику. Она здесь… — добавил Вокс, поглядывая на чёрный контейнер, из которого выглядывали красные ягоды. Аластор приподнялся и посмотрел на тумбочку. Он улыбнулся во все свои клыки. — Я больше не хочу клубнику… Хочу другое… — протянул он, слегка наклонив голову влево. Вокс непонимающе смотрел на Аластора. — Какого хуя, Аластор? Я весь город обыскал. Какого хера тебе теперь надо, старомодный ты засранец! — телеведущий нахмурился, слегка гневаясь и повышая голос. Аластору пришлась по нраву такая реакция любимого, и он ближе подполз к нему. — Тебя. — радио-демон смягчил оскал и тут же обхватил шею Вокса руками, касаясь его губ и сливаясь с ним в поцелуе. Вокс хотел отпрянуть, но не стал, отвечая взаимностью и обнимая возлюбленного. — Ты же понимаешь, что тебе сейчас нельзя? — спросил шёпотом телеведущий, отрываясь от губ Ала. Радио-демон хмыкнул. — Да, и поэтому я специально хочу тебя возбудить, чтобы ты потом мучился, милый. — прошептал алоглазый, не сводя взгляда с любовника. Вокс отстранился и выдохнул. — Может уже спать ляжешь? Мне тоже нужно завершить кое-какие дела, сладкий… — тот решил разбавить неловкий момент. Аластор подкинул брови, всё так же спокойно улыбаясь. — Какие у тебя могут быть такие дела, что они важнее, чем я? — спросил радио-демон, беря из контейнера одну ягоду и одним лишь укусом избавляясь от неё. — Клубника, кстати, не вкусная. — добавил он, пробуя плод. Вокс недовольно выдохнул. — Ты специально меня злишь? Я всё обыскал ради этой твоей ёбаной клубники! — сказал на повышенных тонах телеведущий, не сводя глаз с оленёнка. Эта алоглазая заноза специально бесила его, ехидно улыбаясь. — Но это не отменяет того, что она не вкусная, дорогой. — сказал Ал, беря вторую ягоду из контейнера. На самом деле, клубника была вкусной и очень нравилась Аластору, просто у него была совершенно другая цель — позлить Вокса. Ему нравились эмоции второго. — Раз так, то тогда не ешь. — Вокс хмыкнул и взял контейнер в свои руки, отказывая любимому в удовольствии. Аластор нахмурился, спуская улыбку на нет. — Эй! Отдай! — заявил серьёзно радио-демон, пытаясь дотянуться до коробки и забрать её из рук возлюбленного. Телеведущий же специально не отдавал ягоды. Теперь пришла его очередь злить Ала. — Так она ж не вкусная, не? — спросил с ухмылкой Вокс, не отдавая контейнер. Аластор выдохнул. — Я пошутил вообще-то… — произнёсл недовольно он, отводя взгляд в сторону. Вокс вернул ягоды своему чуду. Видимо, дела немного подождут. Кто ж знал, что ему придётся возиться с беременным радио-демоном? Воксу нужно быть готовым, если его «дорогая жёнушка» ещё чего-нибудь да захочет. … Аластор стал более капризным, непослушным и привередливым. Каждый день и всё что-нибудь не так. То еда не та, то погода не та, то сценарий дерьмовый получается, то в Отеле все хуёвые. Радио-демон продолжал работать, хотя всеми силами опасался отца Чарли. Кто знает, что этому ублюдку ещё захочется вытворить? Также у демона появилась излишняя чувствительность и ранимость. Если раньше Ала нельзя было почти ничем вывести из себя, то сейчас любое неправильное слово ударяло по его самолюбию. Поэтому Вокс старался быть сдержанным и ласковым, а также следил за своей речью. Вокс также заботился о своём милом чуде и никогда не позволял ему возвращаться с работы в одиночку, даже с тенью. Поэтому всегда забирал его сам. Постояльцы Отеля подозревали то, что эти двое — пара, но Аластор тщательно всё отрицал, пытаясь прятать уже слегка выпирающий живот под алым пальто. Вокс терпеливо ждал появления их малыша, хоть и понимал, что рождение ребёнка — хоть и временный, но конец для его карьеры. Он же не оставит все эти заботы на своё алоглазое чудо. Люцифер, кстати, давно не объявлялся. С того случая он, как сквозь землю провалился. Даже с Чарли больше не виделся. И это настораживало, хотя, может быть, он испугался и убежал. Кто ж хочет ещё раз получить 220 вольт в ебало? Аластор совсем не вспоминал тот случай, ведь были дела намного важнее. Да и беременность не всегда радовала… Часто тошнило, он падал в обмороки, плакал и даже иногда просыпал будильник, забывая про работу, ведь все эти заботы его выматывали. И это того стоило.